Текст книги "Фиктивный брак (СИ)"

Автор книги: Наталья Авербух

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 15
Кошачьи духи (продолжение)

В отделении Хули Хуэй достал свой магнитофон из кармана куртки, поколдовал над ним – и кабинет залила приятная музыка. Приятный мужской голос запел красивую медленную песню. Музыка лилась плавно, сопровождая нежное признание в любви. Хули Хуэй усадил меня на стул и обнял за плечи.

– Хочешь поплакать – поплачь, – предложил он. – Или покричи.

– Я не хочу плакать, – буркнула я. Дрожь постепенно унималась.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл киборг Бао.

– Посторонний, – сказал он металлическим голосом.

– Это со мной, брат Бао, – сказала я. – На меня напал кошачий дух! Хули Хуэй спас меня.

Киборг кивнул.

– Брат Бао, – попросил лис, – свари кофе для Лянь-Лянь.

– Но я не хочу, – запротестовала я. Лис строго посмотрел на меня и сжал моё плечо.

– Тебе будет полезно, – наставительно произнёс Хули Хуэй. Он отпустил меня, поманил киборга в сторону и что-то зашептал. Киборг внимательно выслушал, закивал головой и замигал лампочкой. Вскоре он целиком погрузился в варку кофе. Хули Хуэй ободряюще мне улыбнулся.

– Я отойду, – сказал он мне, – помою руки, хорошо? Брат Бао нам и тосты сделает, правда, брат Бао?

Тот не ответил. Я уже успела заметить, что киборг ничего не видит и не слышит, когда варит кофе. Песня закончилась и заиграла другая, такая же нежная. Лис ободряюще сжал моё плечо и вышел из кабинета. Я откинулась на спинку стула и тупо уставилась перед собой. Перед глазами стоял мёртвый кот. Огромный, с горящими глазами, с костями, проступающими сквозь гнилую плоть. Брр. Ещё немного – и он кинулся бы на меня!

Зазвонил телефон. Я немного подождала, но Бао был занят, а, кроме меня, отвечать на звонки было некому. Пришлось подойти и взять трубку.

– Отделение полиции слушает, – сказала я неохотно.

– Кто?.. – произнёс мужской голос. Естественно, я его знала.

– Твоя жена, Ши Чен! – разозлённо рявкнула я. – Сюй нет на месте. Что тебе нужно?!

– А где Сюй? – встревоженно спросил Ши Чен.

– Когда ты уже со мной разведёшься, муженёк? – тоскливо спросила я. – Сюй в парке или на пустыре. Кошек гоняет.

– Кошек?! – ещё сильней забеспокоился Ши Чен. – Но… Запиши: с Цянь Бао говорили мёртвые кошки. Они подали жалобу. Запиши. Сюй поймёт!

– Может, ты сам ей об этом скажешь? – безнадёжно спросила я.

– Не могу, – ответил детектив. – Нельзя оставлять учителя Цяня одного. Запиши: жалобу. Пусть Сюй приедет к нам!

– Хорошо, передам, – проворчала я, вешая трубку и замечая, что в дверях в расслабленной позе стоит Хули Хуэй. Вторая песня закончилась и заиграла третья – в нежной истоме медленного вальса. Оборотень улыбнулся, подошёл ко мне и с поклоном предложил мне руку. Я почти не умела вальсировать, но не ответить на вызов не могла, и вот мы пустились в осторожное вращение по кабинету. Хули Хуэй прижимал меня к себе чуть крепче, чем следовало, но я ничего странного не чувствовала. Похоже, на этот раз оборотень не тянул из меня силы. Просто обнимал.

Песня закончилась почти одновременно со звонким треньканьем. Бао замигал своей лампочкой и доложил:

– Кофе готов.

– Ты просто наш спаситель! – обрадовался Хули Хуэй. Он бережно усадил меня на стул, взял со стола чашку и налил туда пахнущий корицей кофе. – Пей, Лянь-Лянь, тебе станет легче.

– Спасибо, – буркнула я, но тут же спохватилась. – Спасибо, брат Бао.

– Зачем звонил Ши Чен? – небрежно спросил Хули Хуэй.

– Он хотел что-то передать Сюй, – ответила я, – надо записать… только ей, наверное, эти сведения нужнее сейчас.

– Зачем же дело стало? – удивился Хули Хуэй. – Брат Бао, ты ведь можешь передать Сюй сообщение.

Киборг засмеялся.

– С удовольствием, – сказал он. – Диктуй, сестра Лянь.

Недовольно покосившись на Хули Хуэя, который явно вознамерился всё подслушать, я передала Бао содержание телефонного разговора. Киборг выслушал, кивнул и отошёл в сторону, мигая своей лампочкой.

– Он работает на радиолампах, – снисходительно пояснил оборотень, – и может передавать сигналы на рации полиции.

– Откуда ты столько знаешь? – удивилась я.

– А кто, ты думаешь, его чинит и настраивает? – усмехнулся Хули Хуэй.

– Я думала, ты велосипеды чинишь, – проворчала я.

– Велосипеды тоже. Это по работе. А в свободное время я потихоньку в радиоэлектронике ковыряюсь.

– В полиции, что, своих специалистов нет?

– Есть. В столице. Там Бао и чинили в первый раз… я хочу сказать – когда он пострадал из-за аварии. Тогда его сделали киборгом. Но посылать с ним ремонтника и запчасти не стали, всё-таки он один такой на весь город, проще его в столицу возить, чем держать тут ремонтника, который нужен от силы раз в году, если очень не повезёт. Не слишком удобно, правда?

– Везде-то ты успеваешь, – хмыкнула я.

– Стараюсь, – разулыбался Хули Хуэй.

Бао в углу отмер и внимательно посмотрел на нас.

– Сестра Сюй передаёт, что больше можно не дежурить, – сообщил он. – Пусть сестра Лянь идёт домой.

– Я провожу, – заверил Хули Хуэй.

* * *

На следующий день Сюй с утра отправилась в архивы – поднимать данные о кошках-призраках за прошлые годы. Нашла ли она что-нибудь, мы так и не узнали, потому что она вскоре вернулась – прибежала – с лицом, выражающим полную катастрофу.

– Мы пропали, – объявила Сюй, рухнув на свой стул. – Исчез вещдок номер 189-22-36.

Госпожи Хен в кабинете не было, она отлёживалась после вчерашней погони за кошачьими духами. Собачья сущность взяла верх и госпоже Хен нужно было время, чтобы прийти в себя: так мне объяснила Сюй. Ху Ван по-прежнему следил за Кай Шуном. Так что, не считая бесстрастного киборга, мы с Сюй были одни в кабинете.

– Это плохо? – обеспокоенно спросила я.

– Плохо?! – фыркнула Сюй. – Да вчерашние кошечки нам покажутся милашками по сравнению с демоном Фэем!

Демон Фэй… что-то я такое слышала.

Киборг Бао заговорил:

– Демон Фэй. Голова и тело быка. Хвост змеи. На лбу сверкает третий глаз. Считается чудовищем высочайшего уровня опасности. Разносит чуму и засуху. Был побеждён в прошлом столетии заклинателем Да Ганом, который заключил его в шкатулку с изображением демона Фэя на крышке. Шкатулка была приобщена к делу номер 189 пятьдесят шестого года, как изъятая у подпольного коллекционера запрещённых древностей. Её осматривала комиссия из трёх заклинателей, после чего на шкатулку наложили дополнительные печати и поместили в хранилище. Витрина с вещдоком 189-22-36 была защищена дополнительной сигнализацией, реагирующей на вес экспоната.

– Всё верно, – горько сказала Сюй. – Вместо шкатулки лежал кирпич. Ты представляешь, какова наглость?!

– Кто мог её украсть? – холодея, спросила я. Хули Хуэй! Он же выходил из кабинета! – И когда?

– Недавно, – ответила Сюй. – Архив проверяли в тот день, когда в него забрался твой ненаглядный Хули Хуэй.

– Он не…

– Всё было чисто, – не слушая меня, продолжила Сюй. – С тех пор туда никто не заходил. На входе сигнализация, она, кстати, и в прошлый раз сработала. А в этот – нет. Очень странно. Надо будет позвать Минь-Мэй, пусть возьмёт след.

Она перевела взгляд на киборга.

– Посторонний Хули Хуэй вошёл вместе с сестрой Лянь и не выходил из кабинета, пока она не ушла, – бесстрастно сообщил киборг. – Других посторонних с прошлого проникновения Хули Хуэя не наблюдалось.

Я отвернулась, чтобы скрыть выражение своего лица. Бао не заметил, что оборотень выходил, потому что Бао ничего не видит, когда варит кофе! Теперь есть только моё слово против слова лиса… но зачем?! Почему он это сделал?!

Сюй тяжело вздохнула.

– Запомни меня живой, сестрица Лянь, – сказала она грустно. – Я иду докладывать господину Фэну.

Через две минуты после того, как она вышла из кабинета, в отделении раздался крик нашего начальника.

* * *

– Это Гуй Таоте! – заявила госпожа Хен, тщательно всё обнюхав и обнаружив, что все запахи успела уничтожить уборщица.

Сюй закатила глаза.

– Опять вы за своё, – простонала она.

– А кто такой Гуй Таоте? – сделала вид, что заинтересовалась я. Мне хотелось, чтобы поскорее настал вечер, и я могла поймать Хули Хуэя и выбить из него правду.

– Выдумка, – буркнула Сюй.

– Международный преступник, – ответила госпожа Хен.

– Которого никто не видел, – подхватила Сюй.

– Который так хитёр, что у нас нет его описания, – пояснила госпожа Хен.

– Таоте – один из сыновей драконов, – заговорил киборг Бао, который тоже осмотрел место преступления, и тоже ничего не обнаружил. – Чудовище с огромными рогами и огромными зубами. Никто не знает, доброе оно или злое. По одной из версий он пожирал людей и требовал человеческих жертвоприношений.

– А Гуй Таоте – кличка преступника, в честь этого чудовища, – сказала Сюй. – Но на самом деле его не существует.

– Ты просто не хочешь признать очевидное, – фыркнула госпожа Хен. – Не беспокойся, Сюй Мейлин, я сама расследую это дело.

Она вскочила и выбежала из кабинета.

– Мы пропали, – прокомментировала Сюй.

– Что теперь? – спросила я. Трагический тон Сюй подействовал на меня угнетающе.

Сюй пожала плечами и вернулась к разбору бумаг на столе.

– А что вчера было, когда я ушла? – спросила я. Вчера Сюй вернулась очень поздно, когда я уже крепко спала, а утром мы проспали и почти не разговаривали. Не говорила я и с Ан Бо, вечером мы с Хули Хуэем его не дождались, а потом было не до него.

– Ничего особенного, – пожала плечами Сюй. – Триады нашли кладбище, нагнали газетчиков с фотокамерами, читали там заклинания до темноты, а ночью напали кошки.

– Заклинания на них не подействовали? – уточнила я.

– Подействовали, – покачала головой Сюй. – Только сильнее разозлили.

– А что за жалобу подали духи через Цянь Бао? – не отставала я.

– Как обычно духи жалуются, – проворчала Сюй. – Мол, ни с того ни с сего подверглись насилию. Кто-то их мучает, подвергает беззаконным заклинаниям. Требуют прекратить, иначе весь город узнает их когти.

– А каким заклинаниям?

– Они не сказали. Они же – просто дохлые кошки, даже не оборотни.

– А разве нельзя уничтожить трупы? – не поняла я.

– Кости, – поправила Сюй. – Нет, нельзя. Кто-то отвязал духов от их костей. Без них будет только хуже.

– И что теперь?

Сюй снова пожала плечами, потом выдвинула ящик стола и достала оттуда пачку жёлтой бумаги. Я помнила, такого же цвета был ярлык на голове зомби.

– Вставь несколько листов и печатай под копирку: Именем закона, исчезни!.

– И всё? – удивилась я.

– И всё, – усмехнулась Сюй. – Остальное – не твоя забота.

Когда я закончила, Сюй схватила листы, разрезала их так, чтобы на каждом кусочке была только одна надпись, и побежала к инспектору Фэну. Вернувшись от него, она торжествующе помахала полученными приказами с подписью Фэн Шена и печатью нашего отделения.

– И? – спросила я её, сгорая от нетерпения.

– Жди, – бросила мне Сюй и уселась за свой стол, враждебно уставившись на городской телефон.

Мы прождали, наверное, минут пятнадцать, и подскочили, когда раздалась пронзительная трель.

– Да? – спросила Сюй. Её голос звучал ликующе. – Да! Отлично! Да! Едем!

Она рывком открыла ящик стола, вытащила оттуда папку и бутылёк с канцелярским клеем.

– Собирайся, сестрица Лянь! – выкрикнула Сюй звенящим от возбуждения голосом. – Сейчас мы им устроим!

Я сочла за лучшее не спорить.

Служебная машина быстро доставила нас в городской парк. Он был снова оцеплен полицией. У входа топтались Ши Чен и Цянь Бао. В руках у Цяня был здоровенный лук и открытый тубус, набитый бумажными стрелами. Ши Чен держал белый плащ.

– Рад вас видеть, барышни, – степенно поклонился детектив Цянь. – Всё готово.

Сюй поклонилась ему старинным поклоном и небрежно кивнула Ши Чену.

– Ты уверена? – спросил он, тревожно косясь на меня.

– Обязанность полиции – защищать простых граждан, – отчеканила Сюй.

– Ты, что, собираешься стрелять в этих кошек? – уточнила я. – А почему именно ты?

– Потому что, сестрица Лянь, – странно усмехаясь, ответила Сюй, – Ши Чен не служит в полиции, Фэн Шен не умеет стрелять из лука, ты всего лишь стажёр, а остальные – не люди. Чтобы применить такую магию, нужно представлять закон. Триады могут собрать хоть втрое больше лучших заклинателей, но у них нет права приказывать ни в этом городе, ни где-то ещё.

Она сбросила своё красное пальто и кирпично-красный жакет, оставшись в белых брюках и белой блузке. Ши Чен подхватил её одежду и накинул ей на плечи плащ, который Сюй застегнула и туго подпоясала. Вся в белом, она казалась посланником смерти.

– Оставайтесь тут, – приказала она. Подхватила лук, тубус и пошла к воротам парка. – Сестрица Лянь, не отставай!

Сгорая от любопытства, я пошла за ней. Перед воротами Сюй остановилась и сунула мне в руки папку и клей.

– Займись этим, – приказала она. – Наклей на каждую стрелу. Вот тут, ниже первого ярлыка.

Почему этим нельзя было заниматься в другом месте, я не поняла. А Сюй встала рядом и нетерпеливо притоптывала ногой. Ей не терпелось вступить в бой с духами.

На стрелах были наклеены жёлтые ярлыки с надписями: Власть моя от пяти стихий. Власть моя от Неба. Власть моя от Земли. Духи на моей стороне. Всем от земли и до неба правит закон.

Я работала быстро, но стрелы в колчане-тубусе всё не кончались. По-моему, их было не меньше пятидесяти. Благодарности я, конечно, не дождалась. Бросив папку и клей прямо на земле, Сюй нетерпеливо схватила тубус и жестом приказала мне встать.

– Держи это, – сказала она, достав откуда-то ещё два жёлтых ярлыка. Один она прикрепила к моему лбу, неприятно напомнив мне о насланном дядюшкой Цзинем зомби. Второй прикрепила к поясу. – Две печати лучше, чем одна. Запомни это.

– А зачем?..

– Потом, всё потом, – отмахнулась Сюй.

Мы поспешили в парк. На этот раз там вовсе не было людей. В парке не было никого, кроме нас. За оградой слышался отдалённый шум машин, а здесь было спокойно и тихо.

– С чего ты взяла, что мы тут встретим кошек? – недоуменно спросила я.

Лицо Сюй перекосила новая усмешка.

– Они придут, – заверила она мрачно.

Выйдя на середину центральной аллеи, она передала мне лук и тубус и, сцепив руки в замок, громко закричала:

– Я Сюй Мейлин, инспектор полиции пятого уровня! Именем закона я призываю кошачьих духов явиться и ответить за свои злодеяния!

Она взяла у меня лук, натянула ослабленную тетиву, взяла тубус и пристроила его на поясе.

– А теперь – беги, сестрица Лянь, – сказала Сюй, вскидывая лук.

Я сперва не поняла, о чём она говорит. Лицо Сюй было спокойным и безжалостным. Она вытащила бумажную стрелу, натянула лук и во мгновение ока отпустила тетиву. У моих ног с жутким воем упала полуразложившаяся кошка.

– Беги, если хочешь жить! – закричала Сюй, целясь мне прямо в сердце. Вид её был так страшен, что я не задумалась о том, какой вред мне может причинить колдовская бумажная стрела. Я побежала, петляя из стороны в сторону, а на тропинки и газон падали и падали воющие от бессильной ярости духи. Сюй стреляла без устали, снова и снова. Когда мне казалось, что я уже скрылась от своей преследовательницы и могу остановиться и отдышаться, она выскакивала из-за деревьев и опять заставляла меня бежать. И всё время она убивала и убивала призрачных кошек.

Так продолжалось, пока я не налетела на что-то… на кого-то…

– Хули Хуэй!

Оборотень был в ярости. Он схватил меня за руку, вгляделся в глаза, а после сорвал с моей головы и пояса жёлтые печати.

– Я убью её! – закричал он злобно. – Где эта стерва?!

– Как много шума из-за рабочего момента, – довольно ухмыляясь, вышла Сюй из-за деревьев.

Меня трясло.

– Что это было? – слабо спросила я.

– Выполнение обязанностей полиции, – ответила Сюй. – Хули Хуэй, брысь отсюда. Я хочу убедиться, что мы закончили.

– Ты сошла с ума! – ещё громче закричал лис. – Ты взяла Лянь-Лянь из-за её пробоя в ауре и сделала из неё приманку!

– Надо же, какой умный, – засмеялась моя коллега. – Конечно, сделала. Она обычный человек, не знахарь, не заклинатель, не оборотень. Ещё и невинна. Лакомая добыча. Духи пытались вселиться в неё и выдали себя.

Я густо покраснела.

– Ты могла бы меня спросить, – сказала я.

– Зачем? – равнодушно спросила Сюй. – Так получилось натуральнее. Хватит болтать, пора за работу.

Она посмотрела мне в глаза и чуть смягчилась:

– Ты ведь не думала, что я позволю им коснуться тебя, сестрица Лянь?

– Хватит, – резко сказал Хули Хуэй. Переведя дух и отдышавшись, я заметила, что в левом ухе у него висит новая серьга в виде бесконечного узла из нефрита[26]26
  Бесконечный узел – сложная фигура из переплетённых нитей, символизирует долголетие, мудрость, любовь и гармонию, взаимосвязь материального и духовного, живого и неживого. Приносит удачу и исполнение желаний. Нефрит – почитаемый камень, из которого делаются обереги, олицетворяет Небо и Землю. Верили, что нефрит может приносить бессмертие.


[Закрыть].

– Поди прочь, Хули Хуэй, – процедила Сюй. – Ты мешаешь нам работать.

– Ты не будешь использовать Лянь-Лянь как приманку, – сказал лис, обнимая меня за плечи.

– Ты слишком смел, лис, и не вовремя смел, – отозвалась Сюй. – Считаю до трёх, Хули Хуэй. Или ты убираешься отсюда или…

– Или что? – подхватил оборотень язвительно. – Убьёшь меня?

– Лисы относятся к земным духам, – пожала плечами Сюй. – Мне достаточно задеть тебя стрелой.

– И сама сядешь за убийство, – подхватил Хули Хуэй. Я с ужасом слушала их разговор. Они, что, серьёзно?

Сюй помахала стрелой.

– На твоём трупе, Хули Хуэй, не будет ни единой раны, – сказала она. – Ну же, убирайся, пока я добрая!

– Сначала попади в меня, сестрица Сюй, – широко улыбнулся лис.

– Вы с ума сошли?! – закричала я. – Хватит!

– Нет, пойдём до конца, – потребовал Хули Хуэй, отпуская меня и отодвигая в сторону. – Попробуй, попади в меня, сестрица Сюй. Если не попадёшь – больше не будешь так измываться над Лянь-Лянь.

– А если попаду? – зло рассмеялась Сюй. – Ты давно мне надоел, Хули Хуэй!

Она вскинула лук и выпустила стрелу прежде, чем я успела ахнуть. Стрела пролетела мимо уха оборотня и смялась о дерево.

– Следующую я пущу тебе в сердце, – пригрозила Сюй.

– Хватит, пожалуйста! – взмолилась я.

Хули Хуэй рассмеялся и хлопнул в ладоши. Вместо него стояло два оборотня и оба говорили:

– Сначала попади в меня, сестрица Сюй.

Сюй, похоже, разозлилась всерьёз, потому что на этот раз она действительно выстрелила. Сперва между ними, ничего не произошло, а потом в сердце правому их Хули Хуэев. Послышался такой звук, как будто лопнул воздушный шарик. Оборотней стало четверо.

– Сначала попади в меня, сестрица Сюй, – сказали они.

Сюй прикусила губу и внимательно осмотрела стоящих перед ней лисов, потом выстрелила в одного из них. Новый хлопок. Оборотней стало восемь.

– Сначала попади в меня, сестрица Сюй, – повторили они.

Сюй сделала ещё несколько выстрелов. Было видно, что загадка задела её за живое. Я не знала, чего ждать от этого странного поединка и что мне делать. Внезапно я почувствовала прикосновение к плечу. Обернувшись, я чуть не закричала. Хули Хуэй! Он улыбнулся и приложил палец к губам.

– Пойдём, пока она не опомнилась, – прошептал он.

* * *

– Что это было? – спросила я, когда мы отошли подальше.

– Лисьи чары, – засмеялся Хули Хуэй. – Самые простые. Думаешь, почему полиция не может поставить нас на учёт?

– А как же с вами справляются Триады? – запуталась я.

– Это тебе Сюй рассказала? – засмеялся лис. – Никак. Кого-то подкупают, за кем-то пускают других оборотней, а кого-то ловят на слабостях.

Он поправил серьгу в ухе и гордо посмотрел на меня.

– Нравится? – спросил он.

– Красивая, – вежливо ответила я. – Зачем тебе это?

– Это талисман, – ответил оборотень. – Я не достиг нужного уровня совершенства, чтобы не тянуть силы из женщин. Эта серьга восполняет недостающее.

– Ты хочешь сказать?..

Вместо ответа Хули Хуэй заключил меня в объятья и крепко поцеловал в самые губы. У меня закружилась голова и ёкнуло внутри от блаженства и сладкого предвкушения. Поцелуй всё не кончался и не кончался, пока я не стала задыхаться. Я и не думала, что может быть так хорошо. Хули Хуэй отпустил меня и посмотрел на меня со вполне понятным торжеством.

– Ну как? – спросил он. – Теперь понимаешь?

Я понимала. Но, к сожалению, я понимала и кое-что другое.

– Хули Хуэй, – спросила я, набрав побольше воздуха, как перед прыжком в воду, – зачем ты украл демона Фэя?!

Глава 16
Жемчужины бессмертия

– А тебя ещё не научили в полиции, что надо иметь доказательства, прежде чем выдвигать обвинения, а, Лянь-Лянь? – рассмеялся лис. Мы как раз подошли к боковому выходу из парка, и полицейские беспрепятственно пропустили нас обоих.

От ответа оборотня я опешила. Мне в голову не приходило, что лис будет отрицать такие очевидные вещи.

– Ты вышел из кабинета! – сказала я. – Бао Куйлэй сказал, что ты не выходил, но ты же знаешь, что он ничего не…

– Мне уже нельзя в туалет сходить? – спросил Хули Хуэй. – Мы ещё не женаты, чтобы ты контролировала каждый мой шаг, Лянь-Лянь.

– Мы ещё – что?!

– Насколько я помню, ты замужем за нашим доблестным Ши Ченом, – нагло заявил лис. – Кстати, я не понимаю, почему вы не разводитесь. Ведь дело закрыто. Обвиняемые признались. Или хочешь дождаться суда?

– Обвиняемые?! – вспыхнула я. – Ты же знаешь, что это дело рук Кай Шуна! Они просто покрывают его!

– Нет, не знаю, – скучающе зевнул лис.

– Не увиливай от ответа, – потребовала я. – Я же знаю, что ты…

– Сначала докажи, – предложил Хули Хуэй тем же тоном, каким дразнил Сюй. Я в бессильной ярости стукнула его по руке, но лис только рассмеялся.

– Ладно, – проворчала я. – Тогда скажи хотя бы, откуда у Сюй столько стрел. Мне казалось, она сделала больше пятидесяти выстрелов, а я подготовила только…

– О, наивность! – продолжал смеяться лис. – Это же колдовские стрелы.

– Но Сюй же не волшебница.

– Это ей не мешает.

Он внезапно посерьёзнел, лицо его приняло сочувственное выражение.

– Держись подальше от Ши Чена, Лянь-Лянь, – посоветовал он, – иначе Сюй сживёт тебя со свету.

– Но она же знает, что между нами ничего нет! – запротестовала я.

– Знает, – пожал плечами оборотень. – Ну и что? Сюй ревнива как не знаю кто, и тот факт, что ты имеешь права на её парня, выводит её из себя. Она из тех женщин, который улыбаются наложницам мужа, а сами подсыпают им мышьяк и подкладывают иголки в постель.

– Но она же служит в полиции!

– Это открывает ей много возможностей, не так ли? – буркнул лис. – Держись подальше от Ши Чена.

– А сам ты не ревнуешь? – не удержалась я.

Оборотень широко ухмыльнулся.

– Мы, лисы, всегда знаем, кому отдадут предпочтение, – подмигнул он мне.

– Если ты будешь продолжать врать… – начала было я, но потом увидела Ан Бо, который быстро крутил педали, двигаясь вдоль парковой ограды. – Ан Бо! Брат Ан Бо!

Сделав вид, что я забыла о лисе, я побежала к Ан Бо. Тот соскочил с велосипеда.

– Сестрица Шуйсянь! – обрадовался он.

– Зачем ты приехал, Ан Бо? – спросила я, позволяя по-братски себя обнять.

– Я же обещал охранять тебя, сестра Шуйсянь, – укоризненно ответил Ан Бо. – Я узнал, куда вы отправились, и поехал за тобой. Почему ты не пришла вчера к Фу Яо?

– Прости, – покаянно ответила я. – У нас возникла проблема… по работе.

– Я так и сказал Фу Яо, – ответил Ан Бо. – Он попросил тебя прийти сегодня.

Покосившись на Хули Хуэя, который не вмешивался в разговор, я громко ответила:

– Конечно, я с удовольствием пойду!

Когда я оглянулась в следующий раз, лиса на месте уже не было.

* * *

Дела с кошками продвигались очень хорошо: Сюй перебила их всех, отправив в загробный мир. О пропавшей шкатулке нам категорически запретили спрашивать: её поисками занялась госпожа Хен, которая засела в архивах, отыскивая хоть тень сведений о преступнике по имени Гуй Таоте. Инспектор Фэн заявил, что поставил дело под свой контроль, и что при необходимости будут вызваны специалисты из столицы. Нам же с Сюй лучше заниматься оборотнями и мелкими заклинателями. Вон, недавно какой-то островной барсук[27]27
  Намёк на тануки, барсука-оборотня в японской мифологии (вернее, енотовидную собаку).


[Закрыть] расплатился в банке сухими листьями.

Дождавшись конца рабочего дня, я вместе с Ан Бо отправилась в клуб Чжу Цзефан, где меня ждало всего несколько человек во главе с Фу Яо. На полу лежали гимнастические коврики и стояли три жаровни с благовониями, от которых распространялся приятный чуть волнующий аромат.

– Друзья, – сказал Фу Яо, жестом предложив нам усесться на гимнастические коврики в зале, – наша сестра У Кун оставила нас. Сестра Лянь говорит, что У Кун призналась в страшном преступлении.

Все посмотрели на меня. Мне захотелось спрятаться за Ан Бо, но я выдохнула и ответила:

– Да, это так. Но я думаю, что она не виновата!

– Я тоже так думаю, – кивнул Фу Яо. Я посмотрела по сторонам. Несколько – здесь собралось девять человек, не считая лидера и нас с Ан Бо. Все они выжидающе смотрели на Фу Яо и с нетерпением чего-то ждали. – Без сестры У Кун мы не можем продолжать гимнастические занятия. Однако некоторые из нас готовы сделать следующий шаг.

Он вынул из кармана коробочку и открыл её. Я ахнула: там лежали сияющие жемчужины. Два ряда по шесть штук – ровно дюжина.

– Это волшебные жемчужины – жемчужины бессмертия, – торжественно сказал учитель Фу Яо. – Они добыты неустанным трудом с помощью сложных обрядов. Теперь они ваши, друзья мои. Пора вам переходить на следующий этап самосовершенствования.

Его слова напомнили мне о том, о чём говорил давеча лис. О том, что талисман заменяет ему духовный рост или как-то так. Теперь мне предлагали – что? Такой же талисман?

Фу Яо прошёлся между нами. Каждый протягивал руку и брал себе по одной жемчужине. Когда Фу Яо остановился возле нас, я отпрянула.

– Но я… мы… я ничем не заслужила! – запротестовала я. – Я только что пришла!

Учитель Фу Яо мягко улыбнулся.

– Есть люди, которые сразу достигают того, для чего другим надо тренироваться годами, – сказал он. Под его пристальным взглядом я послушно взяла жемчужину. – Продолжай, сестра Лянь, и однажды ты обгонишь меня.

– Обгоню в чём? – не поняла я, но Фу Яо уже повернулся к Ан Бо. Осталась последняя драгоценность. Её учитель Фу Яо взял сам.

– Расслабьтесь и отпустите свои мысли, – сказал Фу Яо мягким гипнотическим голосом. – Откройте себя космическим энергиям. А теперь…

Он высоко поднял светящуюся жемчужину и положил её себе в рот.

– Не проглатывать! – немного невнятно сказал он мне и Ан Бо.

А потом… потом… ноги учителя Фу Яо стали отрываться от пола. Остальные последовали его примеру. Помедлив, их движение повторили и мы с Ан Бо. Всё моё тело охватило блаженство, похожее на то, которое я испытывала в объятьях Хули Хуэя. Меня наполнило ощущение радостной лёгкости, а после я обнаружила, что сижу, опираясь на воздух! Учитель Фу Яо научил нас летать! Летать по-настоящему!

Я взмахнула руками, как птица, и взлетела выше, к потолку. Взмахнула снова – и стремительно понеслась вперёд, а от следующего движения – вбок. Фу Яо подлетел ко мне и придержал, когда я чуть не врезалась в стену.

– Сосредоточься, сестра Лянь, иначе ты можешь пострадать. Друзья, будьте осторожней!

Его никто не слушал, все летали по залу, лёгкие как воздушные шарики, сталкивались друг с другом и весело хохотали. Один только Ан Бо оставался серьёзен и тщательно выверял каждое своё движение. Иногда мне казалось, что сбоку мелькают какие-то длиннохвостые тени, но, стоило мне повернуться, как мой взгляд натыкался на наших товарищей.

Мы долго летали и веселились, пока Фу Яо не поднял вверх правую руку. Он медленно опустился вниз на пол.

– Друзья, спускайтесь! – крикнул он нам. Мы неохотно повиновались. У меня кружилась голова от восторга. Я летала, мы все летали, не во сне, а по-настоящему! – Я вижу, вам всем понравилось. Теперь, друзья, достаньте жемчужины.

Неохотно я выплюнула драгоценность. Она сияла ещё ярче прежнего. Ощущение лёгкости меня покинуло. Было больно думать, что я должна буду расстаться с этой красотой.

– Они ваши, – просто сказал Фу Яо. Переждав восторженные крики, он продолжил: – Всегда носите жемчужины при себе. Вы не должны с ними расставаться ни на минуту. Приходите сюда послезавтра, и мы продолжим наши занятия.

Он тщательно погасил жаровни, выпустил нас из зала и, выходя последним, выключил свет. Мы с Ан Бо шли в общежитие. От восторга мне хотелось петь и танцевать.

Ан Бо угрюмо шагал рядом со мной. Его лицо было невесело.

– Братец! – ласково позвала я его. – Разве тебе не понравилось на собрании.

Ан Бо вздохнул.

– Я думаю про Юн, – пояснил он. Я состроила печальную физиономию. Мне было жаль Ан Бо, жаль и его настоящую сестру, но я не могла справиться с одолевавшей меня радостью. Оставалось только притворяться.

Мы подошли к дверям общежития и остановились. Мне не хотелось спать, не хотелось видеть Сюй. Хотелось куда-то, где много музыки и света. Сбежать от Ан Бо и пойти танцевать в клуб?

Я ещё колебалась, когда наверху раздалось шуршание, и на землю спрыгнул Хули Хуэй. Я закатила глаза.

– Могу я хоть немного от тебя отдохнуть?!

Вместо ответа Хули Хуэй превратился в лису, обнюхал сперва меня, потом Ан Бо, а потом расчихался и принялся тереть нос лапками. Выглядело это до того уморительно, что я расхохоталась. Даже угрюмый Ан Бо усмехнулся. Хули Хуэй превратился обратно. При свете висящего над дверью фонаря я видела его лицо – бледное и серьёзное. В глазах оборотня застыл ужас.

– Вам жить надоело?! – зарычал лис. – Что вы натворили?!

Хули Хуэй схватил нас за руки.

– Быстро за мной! – крикнул он. – Скорее! Нельзя терять ни минуты!

– Хули Хуэй! Что ты себе позволя?..

– Потом, потом! Скорее!

Ничего не слушая, оборотень потащил нас обоих за собой. Пропетляв немного по улицам, он привёл нас к магазинчику Ху Гана и забарабанил в дверь.

– Старейший Ху! – закричал он, напомнив мне ночь нашего знакомства. – Откройте! Беда!

Послышался быстрый топоток лисьих лап, заскрежетали многочисленные замки и засовы и дверь отворилась. Ху Ган высунул нос, понюхал воздух между собой и нами и отпрянул. Хули Хуэй втолкнул нас с Ан Бо внутрь, так, что я едва не переломала ноги, споткнувшись о высокий порог.

– Да что стряслось?! – вспылила я.

– Отдай, – вместо ответа потребовал оборотень, протягивая взятую откуда-то пустую тарелку. – И ты, Ан Бо, отдай тоже.

Хули Хуэй был настолько серьёзен, что я безропотно рассталась с драгоценностью. Ан Бо последовал моему примеру.

– Тьфу! – отшатнулся от них Ху Ган. – Яд!

– Что вы говорите? – запротестовала я. – Это волшебные жемчужины! Мы летали с их помощью!

– Волшебные?! – всерьёз разозлился Хули Хуэй. – На них печать смерти!

– Что за вздор… – начала было я, а потом вдруг вспомнила: когда меня вытащили из воды, я выплюнула жемчужину.

– На них не только печать смерти, – грустно сказал старейший Ху, – на них смерть прекрасных девушек.

Он выдвинул откуда-то из угла старинную жаровню, развёл огонь и, взяв одну из жемчужин щипцами, бросил её в пламя. Я протестующе закричала, но тут над жаровней повалил густой дым и в этом дыму я увидела женский силуэт. Дым стал ещё гуще, и мы разглядели лицо. Его искажали страдания. Ху Ган ловко выхватил жемчужину из огня и показал нам. Она даже не нагрелась.

– Эта жемчужина впитала в себя жизнь по крайней мере одной девушки, – пояснил старейший Ху. – Призрак несчастной, неотомщённый, всё ещё привязан к ней.