Текст книги "Тот, кто следит за тобой 2 (СИ)"
Автор книги: Наталья Новикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)
Записки Эвана 13
Когда Рина исчезла, первое, о чем я подумал это то, что Дженифер выманила ее на улицу, обманом заманивая в ловушку. Хоть они и были в ссоре, но я знал, что Рина скучает по своей подруге. Стоило Дженифер сделать шаг к сближению и Рина пошла бы навстречу.
В том, что в деле замешана Дженифер я убедился точно, когда нашел телефон Рины в нашей спальне. Я знал пароль и без труда разблокировал его. Среди множества пропущенных звонков от неизвестного номера, было одно входящее сообщение от Дженнифер. «Я приходила к тебе домой, оставила письмо на пороге.» Значит, это все-таки она… Рина вышла на улицу и тогда она куда-то ее увела, а может и расправилась прямо на нашем участке.
Бросившись сломя голову на улицу, я стал звать ее, но ответом мне был шум большого города, да стая испуганных птиц, взмывающих в небо. Оббежав весь участок со всех сторон, осмотрев каждое деревце и кустик, заглянув в бассейн – я так и не нашел следов Рины. Впрочем, я выдохнул с облегчением, когда понял, что мертвого тела Рины здесь нет. Это давало надежду на то, что она может быть еще жива и я должен найти ее до того, как это изменится.
Теперь я знал точно: мне нужно искать не Рину, а Дженнифер. Где она – там и Рина. Я позвонил ей на мобильник, но ее телефон был недоступен. Поборов в себе злость и ненависть к девчонке, что все это время так искусно водила нас за нос, я поехал в общагу. Тарабанил в дверь комнаты, уже не контролируя себя, но мне так никто и не открыл. Где же может быть эта девчонка? Куда она могла заманить Рину? Действует ли она одна или ей кто-то помогает? Мысли метались в голове, не находя ответа. Пнув со злости переполненный бак, я пошел дальше, не обращая внимания на возмущенные взгляды престарелых женщин.
Внутри меня клокотала злость вперемешку с бешенством, хотелось крушить все на своем пути, но я понимал, что должен держать себя в руках, иначе не смогу спасти Рину. Дикий страх и безумная тревога перехватили мое горло в удушающем спазме. Паническая атака. У меня никогда их не было, но за то время, что Рина жила в страхе пару раз с ней случалось подобное. Пытаясь успокоиться, я остановился и сделал медленный глубокий вдох и такой же выдох. Проделав такое несколько раз мне стало намного легче. Нельзя поддаваться панике, я обязательно ее найду.
Взяв в аренду автомобиль, я стал думать, куда могла отправиться Дженифер. С кем она общалась помимо Рины? Едва ли я знал. Вспомнил, что Рина как-то говорила, что Дженифер живет в нашем старом доме. Вряд ли они с Риной там, но я мог бы узнать что-то от ее родителей.
Я не знал, где находится наш старый дом, не знал даже адреса, поэтому пришлось просить помощи у тети. Она охотно рассказала, как добраться туда, после чего ненавязчиво поинтересовалась, зачем мне это, но у меня не было ни сил, ни настроения врать или пытаться что-то объяснять, поэтому я отмахнулся от ее слов и сбросил вызов. Тетя знает мой характер и никогда не обижалась, что я сбрасываю вызов, когда теряю к разговору интерес.
Выжимая всю скорость из резвого BMW, я в кратчайшие сроки добрался до дома. Глядя на огромную громаду особняка, я почувствовал себя не по себе. Ожили все кошмары, произошедшие здесь. Отмахнувшись от неприятного морока, я вбежал по ступенькам, чтобы постучать в дверь. После достаточно долгого ожидания дверь открылась и на пороге возник тот, кого я никак не ожидал здесь увидеть. Кайл. Он сразу меня узнал, налитые кровью глаза, бешенство в них и дрожащие руки, кричали об этом.
– Где Дженифер? – без слов приветствия прямо спросил я. Мне нет до него дела, даже лучше, что открыл двери он, а не ее родители. Кайл был ее женихом, значит, лучше всех должен знать где она.
В ответ на мой вопрос он криво усмехнулся.
– С чего ты решил, что можешь у меня что-то спрашивать, после того, что сделал? – его глаза горели бешенством и злобой, а пальцы нервно сжимались в кулаки.
Я и сам злился и мне не было дела до его детских травм. И мне было неважно, что я был их причиной.
– Слушай меня внимательно, – схватив его за грудки, я прижал Кайла к стене. – Если ты сейчас же не скажешь мне, где эта сука, я сделаю то, на что не решился тогда в детстве. – Видимо Кайл не поборол в себе детские страхи, потому что после моих слов его лицо исказилось гримасой ужаса.
– Я-я-я-я-я-я н-н-н-н-не знаю. – стал заикаться он.
– Врешь! Ты ее жених! Ты должен знать, где она!
– З-з-зачем, о-она тебе?
– Хочу разорвать на куски. – выпалил я сквозь злость.
– Что у вас здесь происходит? – на пороге возникла рыжая женщина.
– Ничего, тетя, он ищет Дженифер. – мгновенно взяв себя в руки, ответил Кайл.
– Дженни не приезжала домой.
– Ее нет в общаге, и я не могу дозвониться к ней.
– Извините, но я ничем не могу Вам помочь. Дженни приедет домой только завтра. – я понимал, что скорее всего ее мать ничего не знает и решил уехать. Обернувшись в последний раз, чтобы взглянуть на дом, я заметил в окне злорадную ухмылку Кайла, от которой мне стало не по себе. Должно быть он злорадствует поняв, что я ушел ни с чем.
Весь тот день я искал Дженифер, спрашивал в общаге, у преподавателей, везде, где только можно, но никто ничего о ней не слышал.
На следующий день я ожидал ее увидеть на экзамене, но Дженифер не пришла. Я позвонил отцу, рассказал ему о приключившейся со мной беде, попросил о помощи. Подключилась полиция, но ее и след простыл.
Лишь через три дня я узнал о том, что тело Дженифер было найдено в домике лесника, в котором я когда-то запер Кайла. Через пару часов ко мне нагрянул наряд полиции. Меня обвиняли в ее убийстве. Был свидетель, который сказал, что я искал ее, чтобы убить. Потом этот свидетель рассказал про то, что я сделал с ним в детстве в том же самом домике. Он рассказал, что я угрожал ему расправой, в случае если он не расскажет, где Дженифер. В довершение ко всему, он предоставил запись с нашего разговора, где я четко сказал, что хочу разорвать ее на куски. Меня признали виновным за преступление, которого я не совершал. Но меня это мало волновало. Я не переживал о себе, думая лишь о том, где сейчас Рина и все ли с ней в порядке. Если Дженифер убита, какова вероятность того, что это сделала Рина? Вероятность была высока. Рина поняла, что все это время Дженифер была ее кошмаром и когда почувствовала исходящую опасность, напала на нее первой. Да, скорее всего так все и было. Значит, Рина все-таки жива. От этой мысли стало намного легче. Я понимал, что рано или поздно она придет ко мне и ждал этого дня с нетерпением.
Я взял на себя убийство, признался в этом будучи уверенным, что это сделала Рина. Я не хотел, чтобы следствие вышло на нее, Рина рождена не для того, чтобы гнить в тюрьме.
Отец не верил в мою виновность и искал улики, доказывающие это. Я просил его не копаться в этом, но думаю, он все равно меня не послушал.
Суд признал меня виновным, мне дали 10 лет строгого режима. Я надеялся, что на суде увижу Рину, но она не пришла. Зато пришла тетя. Она тоже не верила в мою виновность. Нам разрешили немного поговорить, и я попросил ее приглядывать за Риной. Спросил, знает ли она о местонахождении своей дочери. Тетя ответила, что Рина писала ей, сказала, что у нее все хорошо, чтобы она не волновалась. Было отрадно это слышать, но я не понимал, почему она не написала мне, даже не пришла ни разу увидеться. Я был очень расстроен, но старался меньше думать об этом.
Прошло пару месяцев, а Рина так и не пришла навестить меня. Каждый день я просыпался и засыпал с мыслями о ней. Так хотелось услышать ее голос, увидеть, что с ней в действительности все хорошо. Она могла прийти или позвонить в тюрьму, но видимо, не слишком этого хотела. Меня расстраивало то, что она так легко отказалась от меня. Почему она это сделала? Она ведь любила меня, я же знаю.
Спустя еще пару месяцев меня пришла навестить тетя.
– Как ты, Эван? – ее глаза были обеспокоены моим состоянием, еще бы, ведь я потерял смысл к существованию и едва ли хотел жить. Рина оставила меня и вычеркнула из жизни.
– Дышу и этого достаточно. Как Рина? – все-таки не удержался от вопроса о ней.
– Говорит, что в порядке, но я не уверена. – во мне зажегся огонек надежды, возможно ли, чтобы она скучала обо мне?
– Почему?
– Она грустит и это слышно по ее голосу.
– Она спрашивает обо мне? – спросил я, надеясь услышать положительный ответ.
– Извини, Эван, но Рина ни разу о тебе не спросила. – жестоко, но зато правда. Я подавил в себе подступающие к глазам слезы. Не буду плакать, не сейчас… в одиночной камере еще будет время это сделать. – Через пару месяцев после того, как тебя посадили, на твое имя пришла посылка. Отправителем была та убитая девушка. Я открыла посылку, в ней оказался ее дневник. Она хотела, чтобы ты его получил, поэтому я принесла его. – и она протянула мне потрепанную розовую книжку.
– Зачем она отправила мне его? – удивился я. – почему не своему жениху?
– Не знаю, возможно, там есть какая-то информация для тебя.
Мы попрощались, а я с недоверием глядел на толстый, но небольшой дневник. Зачем он мне, что она могла в нем такого написать, о чем я должен знать?
После ужина я открыл дневник, чтобы прочитать его. Вначале было много описано розовых соплей об их первой встрече с Кайлом, как она влюбилась в него и как пыталась добиться внимания нелюдимого, но такого притягательного для нее парня. Он всегда был с ней холодным и отстраненным, но она не отчаивалась и продолжала его добиваться. Потом мне надоело это читать, и я стал пролистывать по многу страниц. Добравшись до того места, где Рина вновь встретилась с Кайлом, я стал внимательно читать.
«…Я не знала, что они знакомы. Когда я увидела, как изменился Кайл после их встречи по отношению ко мне, я возненавидела ее. Он и так был отстраненным, но теперь стал проявлять жестокость. Он начал грубить мне, бить и оскорблять. Я не узнавала его и хотела вернуть все на круги своя. Тогда-то он и признался мне, что хочет отомстить Рине и Эвану. Он хочет превратить их жизнь в ад. Я слушала его и понимала, что эта ситуация очень сблизит нас и была готова ради него на все. Я подбросила Рине дохлую кошку. Высыпала на ее постель червей и тараканов. Превратила ее жизнь в ад и каждый раз, глядя как доволен Кайл, мне хотелось делать еще больше. Его радостный восторг и похвала в мою сторону – делали меня счастливой. Потом он стал звонить ей с незнакомых номеров, говорить ей такое от чего волосы вставали дыбом. И тогда я начала понимать, что происходящее жестоко и неправильно. В конце концов, Нарин не виновата в том, в чем ее обвиняет Кайл. Я попыталась объяснить Кайлу, что мы должны прекратить осложнять жизнь девушки, но он ничего не хотел слышать, избил меня так, что я неделю нормально не могла ходить. А когда я заикнулась, что больше не хочу помогать ему, он пригрозил, что убьет меня. К тому моменту от моей слепой любви не осталось и следа, я видела какое чудовище передо мной и хуже всего то, что я стала такой же. У Кайла был конкретный план, он хотел, выставить все так, чтобы Нарин лишилась опоры под ногами, решив, что происходящее с ней рук Эвана. Мы подготовили для этого почву и в один прекрасный день хотели воспользоваться этим.»
«Сегодня день Х, когда Рина поймет, что все это время жила во вранье и ее личный ад организовал любимый Эван. Я до последнего колебалась, думая, делать ли мне это, но все же решилась. Страх быть убитой Кайлом был слишком велик. Я отправила письмо Нарин, предоставила фотографию, где Эван запечатлен вместе с той злополучной коробкой и теперь она даже не сомневается, кто виновник ее бед. Кайл был замечательным фотошопером, поэтому даже наметанный глаз с трудом отличит подделку. Я думала на этом наша игра закончится, Рина разочаруется в Эване и бросит его, тем самым свершится месть Кайла и Эван будет страдать. Но вышло все не так как я думала. Кайл оказался настолько больным человеком, что возжелал всерьез убить Рину. Он считал, что по ее вине он пережил тогда тот ад. Когда он увидел ее вместе со мной, в его голове что-то щелкнуло и он стал мечтать о крови. Я не хочу этого! Я никогда не желала Нарин смерти! Будучи влюбленной, я пожертвовала из-за него нашей с ней дружбой, но мне никогда не хотелось ее смерти, тем более в таких мучениях, какие описывал Кайл. Сейчас Рина уехала, я видела, как она входила в здание аэропорта. Мне не известно куда она улетела, но я очень надеюсь, что Эван найдет ее раньше, чем это сделает Кайл.»
«Мне страшно… Кайл собирается меня убить… Он совсем слетел с катушек. Я сказала ему, что наша игра должна закончиться и он должен оставить Рину в покое. Я собираюсь пойти в полицию, чтобы рассказать им все. Хотя мне страшно, думаю, это будет хороший поступок в свете того, что я творила в последнее время. Я боюсь, что не смогу успеть, поэтому хочу, чтобы этот дневник попал в нужные руки, чтобы в случае чего все узнали правду».
Я схватился за голову, пребывая в диком шоке. Я взял вину на себя, думая, что это Рина убила Дженифер. Но, как оказалось Рина даже не думала о том, что Дженифер замешана в этом, они выставили меня виновником всего. И Рина поверила… теперь понятно, почему она не приходила ко мне. Скорее всего она уверена в том, что это я убил Дженифер, потому что понял, что она раскрыла ей все. Боюсь представить, как она меня сейчас ненавидит… хоть и было горько от этой правды, но я совсем ее не винил, вспоминая, в каком она пребывала состоянии. Ей было достаточно того снимка, чтобы поверить во все. Каким же дураком я был. Нужно было расследовать это дело, тогда бы полиция нашла другие зацепки и, возможно, вышла на того больного урода. И сейчас, пока я просиживаю здесь штаны, Рина находится неизвестно где в опасности… Я должен выйти отсюда, чего бы мне это ни стоило. Должен найти ее раньше него…
Записки Кайла
В детстве я был смышлёным и веселым малым. Никогда никому не желал зла и мечтал, когда вырасту, стать врачом и спасти как можно больше людей. Я хотел помогать всем и завести много друзей.
Мои родители умерли рано, поэтому я жил с бабушкой и дедушкой. Они были хорошими и старались воспитать меня добрым и отзывчивым человеком. По соседству жили две девочки, я хотел с ними подружиться, но, когда понял какие они капризные и избалованные, перестал с ними дружить. Моим первым другом стала девочка по имени Нарин. Рядом с ней всегда возникало чувство близости и тепла, она мне нравилась, и я хотел смотреть на нее бесконечно. Мне нравилось проводить с ней время, играть и много-много общаться. Потом у нее появился брат, за которым она таскалась повсюду, играя со мной, она думала о нем и больше я не чувствовал той близости, что была между нами. Тем не менее, чтобы сохранить эту дружбу я пытался подружиться и с ним. Он не хотел со мной дружить и открыто показывал неприязнь. Но в один прекрасный момент он все-таки пошел на контакт, и я подумал, что Эван не такой уж и плохой, каким казался мне вначале. Он называл ее Риной… мне так понравилось, как переиначенное имя звучало, я корил себя за то, что первым не додумался до этого. В своей голове я только так ее и называл. Рина. Мы ходили с Риной в один класс, сидели за одной партой, украдкой я часто наблюдал за ней и не понимал, как кто-то может настолько сильно нравиться. В своей голове я уже триста раз прокручивал тот момент, когда став взрослыми мы с ней поженимся и у нас будет трое детей. Я так бы и мечтал о ней, не испорти ее брат все. Этот гребанный лицемер под маской дружелюбия заманил меня в чащу леса, запугал до смерти, а потом запер в домике лесника, чтобы я дожидался там своей смерти. Я не помню сколько пробыл там, минуты слишком долго шли. Я только помню, как мне было страшно, как выл во всю глотку, моля о скорейшем спасении.
День сменялся ночью, мой голос охрип, а тело покинули силы. Мне хотелось есть и пить, но ничего не было. Я был слаб, сил хватало лишь на то, чтобы безвольным кулем лежать на холодном сыром полу и безмолвно плакать, дожидаясь своей смерти. В какой-то момент я искренне этого захотел, потому что возвращаться в мир и встретиться лицом к лицу с тем монстром, было слишком страшно. И вот, когда я думал, что вот-вот умру, меня нашли. Но с тех пор я уже был другим парнем, не тем, каким меня знали. Во мне жил душераздирающий страх, который пожирал мою человечность.
Я не выходил из дома долгое время, запирался в своей комнате и не хотел никого видеть. Я стал бояться людей и сторониться их. Меня преследовали кошмары, когда спал, дикий страшный взгляд Эвана и те дни, что провел взаперти не оставляли меня в покое. Я сходил с ума и не мог отличить реальность от вымысла, мне все время казалось, что он где-то рядом наблюдает за мной, чтобы добить.
Бабушка и дедушка пытались мне помочь, они видели мое состояние и пытались вывести из него, но у них ничего не получалось. Тогда они решили показать меня специалисту. Видимо профессионал в своем деле оказался дилетантом, так как лечить меня он не стал, а посоветовал свои эмоции выплескивать на бумагу. Так я и делал, на удивление это приносило кратковременное облегчение. Не задумываясь, я рисовал то, что выдает мне мозг, но ужасался каждый раз, когда видел свои творения. Черный лес, темный безликий мальчик, страх и небольшой домик. Рисунки каждый раз были практически одинаковыми и каждый раз я в страхе откидывал их от себя. В какой-то момент я просто перестал подходить к бумаге и что-то рисовать.
Потом Рина и ее семья уехали и больше мы не виделись. Но с их отъездом мне не становилось лучше, наоборот, я словно с каждым днем погружался все больше во тьму. Я стал злым, раздражительным и вечно недовольным, бабушка и дедушка страдали от моей тирании и разводили руками, не зная, что со мной делать. Я слился со своим страхом и стал тем, кого никогда не примет нормальное общество. Я стал изгоем, жаждущим мести.
На людях я никогда не показывал своих изъянов, с ними были лишь знакомы мои близкие. Вся ненависть и злость доставались им. Вскоре, когда мне было 10 умерла бабушка, на удивление я не почувствовал ничего, кроме радости. Помню, дедушка долго не мог прийти в себя после ее смерти и видя мое безразличие ужасался, каким монстром я стал. Чтобы справиться со мной дед начал прибегать к грубой силе, но ни битье, ни оскорбления не могли усмирить внутреннюю ненависть. Тогда он отвез меня в клинику, где меня пичкали лекарствами, подавляющими волю. Но таблетки помогали лишь, когда я принимал их. Когда же я вернулся домой, то первым делом смыл их в унитаз, возвращая себя в прежнее состояние. Перед дедом, однако, я стал играть роль нормального мальчика, не показывая свою суть.
Примерно в то же время у нас появились новые соседи. Девочка, по имени Дженифер, была очень назойливой и приставучей, но я старался вести себя прилично и не злился, все-таки я должен был показать деду, что клиника пошла мне на пользу. Каждый день она приходила ко мне, чтобы позвать на прогулку, поиграть и вывести на беседу, но все ее попытки я принимал с безразличием и отчуждением. Но тем не менее, я все равно проводил с ней время, так как видел и свои плюсы в этом общении.
Когда мы стали старше она стала проявлять ко мне любовь и при каждом удобном случае пыталась обнять или поцеловать. Внутренне я сгорал от злости, мне хотелось отшвырнуть ее от себя, смыть все следы касаний, но на деле не показывал ничего, кроме холодности и пренебрежения. Дженифер это устраивало, чем больше я был груб и холоден с ней, тем больше ее тянуло ко мне. Когда нам исполнилось по восемнадцать она пробралась в мою комнату и скинув с себя всю одежду, стала приставать ко мне. Тогда я еще не знал женского тела и когда мне его любезно предложили не стал отказываться. Я у нее был также первым, это должно было меня тронуть, но мне было все равно. Я вдалбливался в ее тело с остервенелой жестокостью, наслаждаясь жгучими слезами, стекающими по ее щекам. Она кричала, что ей больно, но мне было все равно на ее страдания. Я упивался ими. Крови было так много, что я невольно залюбовался ее видом. Удовлетворенный, я с улыбкой встал с постели, вытер свое тело с особой тщательностью, бросив на нее брезгливый взгляд. «Можешь быть свободна» – сказал ей я. Ловя ее взгляд полный слез, я отвернулся к окну. Она еле встала с постели и хромающей поступью вышла из комнаты. «Наверное, она пожалела о том, что пришла ко мне» – с каким-то мрачным удовольствием думал тогда я. После этого случая я думал, что Дженифер забудет о своей любви и наконец отстанет от меня. Но мой зверский поступок не убил ее желания быть со мной, наоборот, она стала прилагать еще большие усилия. Наверное, в ней тоже был какой-то изъян, если она позволяла с собой так обращаться.
Спустя неделю, когда ее тело восстановилось, она вновь появилась в моей комнате, но на этот раз слез и крови не было. Потом мы стали регулярно видеться и она, кажется, стала получать от моего зверского вторжения удовольствие. Точно ненормальная. Но в какой-то момент я осознал, что только она сможет принять меня таким, каким я был. Дженифер не пыталась меня менять, принимая таким, какой я есть. Она была идеальной парой такому как я.
Все годы я много думал о том, почему тот ублюдок сделал это со мной и понял, что всему виной Рина. Не будь ее Эвану не пришло бы в голову избавиться от меня. Тогда во мне появилась жгучая ненависть к ней и мне стали сниться сны, как я вновь и вновь хладнокровно убиваю ее, а потом с наслаждением гляжу как страдает он. Когда я просыпался, на моих губах играла улыбка. Со временем я стал понимать, что безумно хочу воплотить это в реальность. Перед сном я часто проматывал в голове, как издеваюсь над Риной, как ее красивые синие глаза смотрят на меня со страхом и ужасом, как провожу лезвием по белоснежному телу, оставляя глубокие порезы. Я хотел бы слизать ее кровь, а потом отыметь так грубо, что она захлебнется в своих слезах… Но пока я мог только об этом мечтать… в действительности я даже не знал, где она, пока однажды Дженифер не познакомила меня со своей подругой. Это была она! Я сразу ее узнал. Во мне закипела злоба и ненависть при виде нее. Мне захотелось схватить ее за руку и уволочь в лес и прямо в том лесном домике сотворить с ней все, о чем так долго мечтал. Я едва сдержался… еще эта Дженифер повисла на мне, раздражая еще больше. Тогда я ушел к себе домой и не хотел никого видеть, в моей голове постоянно крутились образы истерзанной Рины.
В это время Дженифер еще больше стала лезть ко мне со своей любовью, но на этот раз я не смог сдержать копившуюся внутри ненависть и сильно ее избил. Я выдал ей историю своего детства и что по вине этой суки Рины со мной все это произошло. В тот день, я показал ей истинного себя и ожидал, что Дженифер убежит в страхе от меня, но эта девчонка точно была ненормальной, она стала предлагать мне идеи, как испортить жизнь Рины и Эвана. Я загорелся, понял, что с помощью Дженифер смогу превратить жизнь Рины в ад, сломить ее, а потом заманить в свои сети и долго издеваться. Она бы стала в моих руках игрушкой, с которой буду играться до тех пор, пока не наскучит, а потом я бы утопил ее в собственной крови.
С тех пор во мне что-то изменилось, внутренние границы, которые я запер на замок, вышли наружу и я захотел утолить свою жажду крови. Первой моей жертвой стал дед, которого я ненавидел за все побои и злые слова, сказанные в бессилии. Я должен был сделать все так, чтобы никто не догадался, кто в действительности причастен к его смерти. Я уехал из дома неделей раньше и позаботился о том, чтобы все об этом узнали, но поздно ночью вернулся, чтобы воплотить в жизнь свой план. Задушить подушкой – было скучно, я хотел насладиться его последними попытками хвататься за жизнь. Дед был стар и уже не такой сильный как я, мне не составило труда накинуть на его шею веревку, затянуть как следует, а потом привязать к люстре, водрузив дряхлого старика на стул. Он не понимал за что так поступаю с ним, плакал и молил не брать грех на душу, но я лишь улыбался, не чувствуя ни раскаяния, ни сожаления, ни грусти, лишь фанатичный восторг от содеянного. Толкнув стул, я упивался наслаждением от вида, корчащегося в агонии страданий деда. Оттерев все следы своей причастности, я также тихо, как и зашел в дом, вышел из него. Вернулся спустя два дня и разыграл настоящую драму страданий для соседей. Никто не понимал, почему он пошел на это, дед вел затворнический образ жизни уже пару лет, и я сказал, что ему надоело жить такой жизнью, мол, он так и не свыкся со смертью своей жены. Все кивали головами, веря мне на слово, ведь для всех своих соседей я всегда был примерным мальчиком. Приезжала полиция, но я убедительно сыграл свою роль, и никто меня не заподозрил.
Смерти деда мне было недостаточно, убив однажды мне захотелось убивать еще больше. Жажда крови не покидала меня, и я стал искать тех, кто сможет ее утолить. Моими жертвами становились отбросы общества без родственников и друзей, пропажи которых никто бы и не заметил. Но вскоре и это наскучило. Мне хотелось той крови, что была желаннее всех других. Крови Рины.
Пока Дженифер делилась своими мелкими пакостями, осложняющими жизнь Рины, я хвалил ее каждый раз, видя в ней тот же огонь, что и горел во мне. Рина страдала, а вместе с ней и Эван. Его отчаянные попытки найти виновника меня смешили и приводили в щенячий восторг. Потом они переехали, Дженифер проследила за ними в тот же день и узнала их местожительства. Я стал звонить Рине каждый день с угрозами, радуясь ее отчаянию и ужасу, звучащему в голосе.
Идея скинуть все свои злодеяния на Эвана, посетила меня не сразу, когда же это случилось, я ухватился за нее, наслаждаясь гениальностью сей задумки. Дженифер рассказала, что Эван оказался Рине вовсе не братом и теперь для их любви не было преград. И они любили друг друга, сильно любили, иногда я ловил себя на рвотных позывах, слушая от Дженифер про их сильную любовь. Впрочем, это мне на руку, тем упоительней будет наслаждаться их страданиями.
Все шло как по маслу. Рина узнала о предательстве Эвана и сбежала от него, только я никак не ожидал, что она улетит в другую страну, где мне трудно будет ее найти. Еще эта Дженифер все карты мне попортила, она, видите ли, передумала и считает, что мы не должны осложнять жизнь Рине. Она не думала, что жажда крови у меня настолько сильная, что я хочу ее смерти, а не просто испортить жизнь. Тогда она стала грозить мне полицией и я понял, что больше не могу на нее рассчитывать, отныне, она помеха моим планам.
Все складывалось наилучшим образом, когда у двери родителей Дженифер я увидел Эвана. Хотя во мне и кипела злость, я заставил себя успокоиться перед тем, как выйти к нему. Включил диктофон и стал выводить его на разговор, чтобы записать как можно больше. Эван был зол и вспыльчив и выдал такое, что и сыграло мне на руку. Теперь я знал на кого повешу смерть Дженифер.
Тем же вечером я позвонил Дженифер, обманом и сладкими речами заманил ее в лес и хладнокровно убил. Глупая, она до сих пор верила, что у нас может что-то получиться. До последнего верила моим словам. Идиотка. Убивать ее не было сложно, наоборот, слишком легко и очень скучно. Но глядя на ее мертвое тело, я упивался осознанием, что благодаря этому Эван окажется за решеткой и преград для поиска Рины не будет. Она будет полностью в моей власти.
Спустя время, когда Эвана посадили в тюрьму, я уехал. Я не знал, куда могла отправиться Рина и это вогнало меня в какой-то ступор. Сидеть и ждать, когда она все-таки вернется, я не хотел. Тогда я узнал адрес ее матери и поехал к ней. Дверь открылась спустя минуту после того, как я в нее постучал. Мать Рины нисколько не изменилась, поэтому я сразу ее узнал.
– Здравствуйте, – поздоровался я, как можно вежливей. – могу я увидеть Нарин? – я знал, что ее там нет, но хотел лишь найти повод для разговора.
– Извините, Нарин здесь нет.
– Я Кайл, ее старый друг. Вы помните меня?
– Ах, Кайл. – она закрыла губы руками, радуясь встречи. – Ты так вырос! Заходи, выпьем чай, расскажешь, как у тебя дела, как бабушка с дедушкой. – и она провела меня в дом, напоила чаем, и я рассказал ей все, что ей можно было знать.
– Как жаль, что Нарин нет. Она бы обрадовалась тебе. – я мило улыбнулся, изображая добродушие.
– Где я могу ее найти? Мне так хочется ее увидеть, ведь мы так были дружны в детстве.
– Извини, дорогой, но я правда не знаю, где она. Она уехала и не хочет рассказывать куда.
– Может быть у вас есть идеи? – она задумалась, а я с напряжением стал ждать ее ответа.
– Извини, но нет. – И вдруг я вспомнил, что Рина раньше жила в Америке, кажется, там жил ее отец. Она могла поехать только туда! В этом я был точно уверен.
– Вы ведь жили раньше в Америке?
– Да, в Юджине. – кивнула она, не задумываясь о том, что тем самым подставляет под угрозу свою дочь.
– Может ли она быть там? – она вновь задумалась.
– Не уверена, прошло слишком много времени. – но я был убежден, что она именно там. – Не волнуйся, Кайл, скоро Нарин вернется и вы обязательно встретитесь. – подбодрила она, сияя мягкой улыбкой.
– Что ж, спасибо за чай. Мне пора. – попрощавшись я ушел окрыленный, ведь теперь я знал, где она может скрываться.
Жди меня, Рина, я иду за тобой…
