Текст книги "Темная целительница для светлого мага (СИ)"

Автор книги: Наталья Айрис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

Кайрос

Кайрос свернул карту Долины в компактную трубку и аккуратно убрал обратно в тубус. А затем со злостью швырнул ни в чём не повинный футляр на стол и с силой потёр лицо руками, пытаясь собраться с мыслями.

Как раз тогда, когда ему сильнее всего необходима была ясная голова и холодный рассудок, эмоции начали подводить. Он ещё раз продумал каждый пункт из списка задач, убеждаясь, что ничего не упустил и не забыл, необходимые распоряжения отданы, и план действий на завтра составлен, но всё равно не был до конца уверен в том, что не ошибётся где-либо из-за…

Магистр вздохнул и тяжело опёрся руками на стол. Игнорировать эту проблему не получится, значит, нужно решать. И как можно быстрее.

А ведь он почти был уверен! С самого первого мгновения, когда увидел её, и когда она при его появлении побледнела так, что никакая маска это не могла скрыть. Хорошая штука – эти магические украшения. Могут замаскировать недостатки, изменить цвет волос, форму глаз или да, до неузнаваемости поменять внешность.

Но они никогда и никак не скроют одно – самого человека. Его суть.

Она узнала его и испугалась. До полусмерти испугалась. И ему не было никакой необходимости спрашивать, почему.

Он до мелочей помнил каждую её черту, язык её тела, запах её любимых масел и то, как она улыбалась своим мыслям, мечтая и планируя свою дальнейшую жизнь.

«Ты ведь знаешь, я выше этого. Мы выше этого. И мы должны все изменить, занять достойное место в мире.»

С самого детства так повелось, что он всегда стремился защитить её. Быть может потому что жалел, открыть в себе магический дар тьмы было тем ещё испытанием для ребёнка. И соседская девчушка стала для всех не просто изгоем, в ней начали видеть источник всех бед их маленького городка. Но что мог сделать тот, кто и сам не сильно далеко ушёл от неё по возрасту?..

А потом в нём тоже проявился дар. И слово светлого мага наконец-то начало иметь вес.

Она никогда не принимала ни его помощь, ни его сочувствие. Порой ему даже казалось, что она ненавидит его сильнее, чем всех прочих. Но по-другому поступать он просто не мог.

Когда это изменилось? Потом, спустя много времени он понял, что возможно тогда, когда стала видна разница их потенциалов. Тот, кто навсегда останется всего лишь адептом, и потенциальный будущий магистр – между ними лежала пропасть. И вот тогда Инара внезапно полностью поменяла своё к нему отношение.

«Ты думаешь, обычные люди смогут нас понять? Этого никогда не будет, ты, я – мы не такие, как они. И пусть ты светлый, они всегда будут ненавидеть тех, кто отличается, тех, кто сильнее. Мы другие, прими уже это. Нет нужды думать о них.»

Дружба светлого и тёмного магов – что может быть более странным? И ведь он действительно дорожил ей, не слушал никого, кто пытался открыть ему глаза, что-то объяснить… Перед его глазами всегда стояла та соседская девочка, которую никто не любил только потому что она тёмный маг. Ему очень тяжело далось осознание того, что иногда жертва всеобщего осуждения может и не быть всего лишь невинной жертвой.

И даже через годы, когда её уже не было в живых, он уже не мог вытравить из себя червоточину, которая заставляла его держаться настороже с любыми новыми людьми, за любыми их поступками пытаться увидеть лишь корысть и расчёт. Тем удобнее были деловые отношения, и тем проще ему стало прижиться в столице, а затем и стать своим в королевском дворце. Интриги, политические игры, всё это давало свободу начать новую жизнь и больше никому не доверять.

…и сейчас, именно сейчас, не раньше и не позже, она появилась вновь! Тёмный маг, именно этот тёмный маг, который сейчас был так ему необходим, и который проблем мог доставить больше, чем любое проклятие!

Он сам не понимал, как ему удалось сдержать себя и не запихать её в замковую темницу буквально сразу же. Впрочем, нет, понимал, перед глазами то и дело вставал маленький умирающий мальчик из лазарета в западной башне, и остальные, те, кому нужно было помочь. Он сдержал себя и решил, что подождёт, тем более что её магия действительно оказалась выходом из положения.

Он подождёт, пока не разберётся с проблемой или пока не прибудут другие тёмные маги, которым срочно передали весть. А до тех пор он глаз с неё не спустит.

Инара-Арина между решила сделать ставку на маскировку личности. Что же, враньё всегда было её второй натурой, и вдвойне забавно было наблюдать, как она пытается изобразить какую-то другую личность.

Поначалу. Потому что чем дальше, тем больше было странностей.

То, что она всеми силами старается избегать его, было логично. Организовать рабочее место, где её никто не побеспокоит – тем более, правда, если она наивно думает, что хоть мгновение в его замке и землях под его защитой за ней хоть кто-нибудь не следит, она крупно ошибается. Выкладываться по полной во время лечения с риском для собственного здоровья… это уже было что-то необычное, хотя она могла постараться вновь сыграть на жертвенности, чтобы произвести хорошее впечатление.

…но сходить ночью проведать больных, когда об этом никто не узнает?.. Утешать одну из них – втайне подслушивающие слуги в деталях пересказали ему весь разговор? Выпросить для неё рабочее место в замке?

Зачем? Жизненное кредо Инары всегда гласило, что если кто-то не может быть выгоден – на него не стоит тратить время. Или это всё снова игра, и она стремится выглядеть лучше, чем она есть, зная, что он не выпускает её из вида.

Это ведь была она! И в то же время всё в ней было не так – от манеры колдовать до походки, когда она как будто старалась стать как можно незаметнее. Инара никогда не стеснялась своего дара, как бы не ненавидели её за него, она всегда гордо демонстрировала всем, кто она есть, зачастую даже излишне театрально.

…и улыбалась теперь она как-то робко, как будто не была уверена в том, что можно показывать эмоции. Но очень искренне.

Если бы он не был занят несоизмеримо более важным делом, он бы всерьёз задумался, не сходит ли он с ума и не подводит ли его собственная память. Но возможности отвлекаться ещё и на это не было, поэтому он отложил все лишние мысли в сторону, чётко зная одно – Инару-Арину нужно держать под контролем, а когда они перестанут в ней нуждаться, ограничить её свободу до тех пор, пока не появится возможность разобраться с ней и с тем, кем она стала. Храму Полуночи это не понравится, но он знал, что они отступят, если прегрешения послушника слишком сильны. Это был как раз тот случай.

Всё было решено, расставлено по местам, и вот теперь он метался по комнате в таверне, как зверь по клетке, не понимая, что ему делать.

Потому что после сегодняшнего дня он мог поклясться, что эта девушка была кем угодно, но не Инарой.

«Ты чувствуешь это? Когда скачешь на лошади, быстро, по-настоящему быстро, когда вы с ней одно целое – остального мира как будто нет. С лошадьми вообще гораздо лучше, чем с людьми.»

Она буквально обожала лошадей и верховую езду. Иногда ему даже казалось, что сильнее, чем магию и ощущения власти над другими людьми. И они всегда отвечали ей взаимностью, даже с самыми норовистыми и злобными она как-то ухитрялась найти общий язык. Он помнил, как перепугались все в конюшне, когда она, ещё подростком, внезапно зашла в стойло к вороному Буяну. Конь появился недавно, и уже перекусал всех, до кого смог дотянуться, а одному из младших конюхов Кайросу пришлось магией сращивать сломанные рёбра.

Но стоило ей немного постоять напротив него, а затем протянуть руку – и до сих пор вреднющее создание ласково ткнулось губами ей в ладонь. Ростовщик, которому, собственно, и принадлежал Буян, даже разрешил ей на нём покататься, разумеется, только потому что просьба исходила от Кайроса, не очень довольного таким поворотом событий. Случись что – исцелить свою подругу он не сможет.

Но Буян вёл себя как паинька, слушаясь не то что голоса, малейшего её движения. Они чудесно смотрелись вместе, чёрная лошадь и тёмный маг, и именно тогда она и призналась Кайросу, что предпочитает общение с лошадьми людям. Он не мог её винить, учитывая то, как к ней относились окружающие.

И вот это нельзя было сыграть или подделать, каким бы хорошим актёром ни был человек. Поэтому когда во дворе замка «Арина» смущённо призналась ему в том, что не умеет ездить верхом, он чуть не рассмеялся ей в лицо. Его уже просто тошнило от её лицемерия, попыток изобразить что-то, поэтому он даже не стал тратить своё время на этот бессмысленный разговор.

И весь последующий день со всё возрастающим недоумением наблюдал за происходящим.

Она и правда не умела ездить верхом! Это считывалось в мелочах, даже в том, как напрягались её мышцы, как её нервозность передавалась лошади. Человек, который так себя вёл, действительно в лучшем случае ходил за плугом, она делала неправильно буквально всё, и хорошо, что Кайрос вчера зачем-то распорядился дать ей одного из самых спокойных и безразличных ко всему коней из замковой конюшни.

Он пытался думать о деревне, в которую они едут, прикидывать варианты дальнейших действий, но его взгляд раз за разом украдкой возвращался к светловолосой девушке в чёрной маске, а голову не покидала одна-единственная мысль.

Что если это не она?..

Не Инара. Не та девушка, которая снилась ему в кошмарных снах, была виновна в смерти людей, не ценила никого, кроме себя и своих желаний?

Что если это и правда не она?..

Его руки сжимались в кулаки от нестерпимого желания содрать с её лица эту проклятую маску, чтобы наконец узнать правду. Но он знал, что без желания хозяйки это невозможно.

…но если это не она, и он ошибся…

То он заранее посчитал чудовищем ни в чём не повинную девушку?.. Которая просто искренне старалась помочь?..

И которая наверняка считает чудовищем именно его – Кайрос мысленно пробежался по всем их разговорам, представляя их теперь совершенно иначе. Он внезапно вспомнил, как она пару раз горько язвила про обычное отношение окружающих к тёмным магам, и ему понадобилось некоторое время, чтобы справиться с эмоциями и вновь сделать вид, что он вслушивается в рассказ Велии. От огненной магички не укрылась его невнимательность, пришлось отговориться постоянными мыслями о загадочном заболевании и заботах о своём назначении в земли Дарканайна.

В течение всего дня он поглядывал в сторону… Арины, замечая, то, насколько тяжело даётся ей дорога. Да, он сказал правду, карета до деревни не прошла бы, но чувство вины всё равно было готово сожрать его с потрохами. Пришлось сделать несколько дополнительных привалов на отдых, выдумав какие-то пустячные поводы. Общей картины это не изменит, но хоть немного поможет.

А он даже не может её исцелить!

– … оползень, милорд, – стражник, разведавший дорогу и прискакавший назад, развёл руками. – Там не то что конному не пройти, пеший ноги переломает. Только в обход через Родниковый мост если…

– Это если Родниковый не пострадал, – заметил Кайрос.

Теперь, вместо того, чтобы добраться в поселение до темноты, им придётся ещё неизвестно сколько идти в обход. Магистр развернулся к остальным и, не сдержавшись, выругался вслух. Конь под ним заметно занервничал, и пришлось похлопать его по шее, успокаивая.

– Дорога завалена, – ответил он на вопросительные взгляды. – Оползень после ливней смел несколько деревьев, до сих пор разбирают. Лошади не пройдут.

Он задумался, прикидывая варианты, и внутри очень неприятно кольнуло, когда взгляд выхватил из толпы бледное от усталости лицо светловолосой девушки. И вот это почему-то стало важнее, чем всё остальное.

– Вернёмся назад, – услышал он свой голос. – На втором повороте на север была деревня с постоялым двором, там заночуем. Доберёмся до места завтра.

По дороге он даже смог убедить себя, что спешка спешкой, но в последнее время стало слишком опасно ночевать где попало, гораздо лучше спокойно отдохнуть за крепкими и надёжными стенами высокого частокола. Пусть даже с их отрядом можно было бы захватить небольшой городок.

И вот сейчас он, вместо того, чтобы идти спать, мучал ни в чём не виноватую карту, то ли пытаясь отвлечься, то ли делая вид, что его сейчас хоть что-то волнует, кроме совершенно лишней тревоги за тёмную.

Отдавая распоряжения о ночлеге усатому хозяину постоялого двора, он краем глаза видел, как Арина с трудом спешилась, буквально чудом удержавшись на ногах. А затем кое-как побрела внутрь дома.

Это она сейчас думает, что ей плохо. Кайрос-то хорошо знал, что утром она будет вспоминать вчерашний вечер как прекрасно проведённое время. К жуткой силы ощущению собственной вины прибавилось ещё и сочувствие.

Он нахмурился, прикидывая варианты, затем быстро сдался и пошёл искать Алрота.

Арина

Как ни странно, сон не шёл. Я думала, что после такого дня я отключусь, как только приму положение, хоть немного похожее на горизонтальное, но я уже неизвестно сколько просто лежала в кровати, чувствуя, как в лицо врезаются швы маски, и не в силах пошевелиться, даже чтобы просто поменять положение. Тело ощущалось как будто чужим, дрожала и болела буквально каждая мышца.

А некоторые его части и вовсе вызывали желание усесться в сугроб. Впрочем, нет, сидеть я сейчас точно не хотела.

Есть, как ни странно, тоже не было желания. Я понимала, что нужно, что силы мне завтра ещё понадобятся, но от мысли о любой попытке двигаться начинало мутить.

Не знаю, сколько я так пролежала, постепенно впадая в дремотное отупение без единой мысли, как вдруг услышала, как открывается дверь моей комнаты. Инстинкт самосохранения сделал то, на что не была способна сила воли – я резко села в кровати, вскидывая руки в защитной стойке, и зашипела от боли ещё раньше, чем до сознания дошло, что я вообще делаю.

А затем удивлённо уставилась на вошедшего.

Кайрос, чёртов магистр чёртовой светлой магии, лорд, так его растак, своего вшивого замка и своих обширных земель у чёрта на куличках, был определённо последним человеком в мире, которого я хотела бы сейчас видеть. И именно он стоял посреди комнаты и как-то странно на меня смотрел.

Мне даже на секунду показалось, что без прежнего желания поиздеваться или придушить.

Но поскольку голова всё ещё не была самым сильным моим местом, то тело отпрянуло назад раньше, чем я поняла, как на это явление реагировать. К сожалению, на пути у моего желания оказаться как можно дальше, оказалась стена, в которую я и упёрлась спиной.

Так мы и застыли друг напротив друга.

Затем магистр тяжело вздохнул, шагнул вперёд и опустился на пол рядом с моей кроватью.

– Выпей. Это не уберёт боль совсем, но утром будет гораздо легче.

– А?.. – растерянно ответила я, опуская руки, и только затем переводя взгляд с его лица на пузырёк из синего стекла, который лорд мне протянул.

…там местная сыворотка правды? Ведь вряд ли он хочет меня отравить? Я всё-таки пока что единственный тёмный маг здесь…

– Зелье, – терпеливо и как-то тихо объяснил Кайрос. – Алрот смешал, оно помогает, если сильно перетрудиться.

– Спа… спасибо, – машинально сказала я, не отводя взгляда от его лица, и не делая ни единой попытки взять пузырёк.

И вновь повисла до невероятного неловкая пауза.

– Спасибо, да, – наконец со скрипом провернулись шестерёнки в моём мозгу. – Положи, пожалуйста, на этот столик, я перекушу чем-нибудь и потом выпью.

– Правда? – усмехнулся магистр.

Конечно, нет! Даже и тени такого намерения не было, но его догадливость сейчас пришлась очень некстати, и я с досадой сжала губы.

– Правда.

– Действительно, врать ты совсем не умеешь, – заметил Кайрос, и его голос мне показался каким-то надтреснутым. – Ну хорошо…

На моих глазах он аккуратно отвернул пробку и сделал из пузырька небольшой глоток. Я следила за происходящим со всё возрастающим изумлением.

– Видишь? – сказал он. – Это безопасно. Выпей.

После такой убедительной демонстрации я как-то даже растерялась. Может я и правда надумала ерунды, и он и не заразился внезапной заботливостью, и не хочет мне навредить, а попросту беспокоится о том, чтобы я завтра не ковыляла как колченогая утка, задерживая остальных? А что-то мне подсказывает, что именно такая участь меня в дальнейшем и ожидает.

Смутившись, я резче, чем требовалось, протянула руку и взяла бутылёк. На мгновение наши пальцы соприкоснулись, и по моей ладони прошёл неприятный импульс, почти заставив передёрнуться. На лице Кайроса эхом отразились мои чувства, и он с силой выдохнул сквозь зубы.

– Прости, – виновато произнесла я, но магистр покачал головой, показывая, что всё в порядке.

Я задумчиво покрутила зелье в ладонях, но затем всё-таки не удержалась:

– А правда, что это… ну… ощущение гораздо сильнее у того, в ком выше магический потенциал? Я пару раз об этом слышала и…

Вновь смутившись под его пристальным взглядом, я замолчала.

– Правда, – наконец ответил он.

К его односложному ответу явно напрашивались подробности, но, подождав, я их так и не услышала, и почувствовала себя ещё более глупо.

– Получается, если это так плохо, – мой язык решил, что раз терять уже нечего, то следует воспользоваться возможностью выступить по полной. – То любого сильного светлого или тёмного мага можно нейтрализовать, просто направив на него кучу адептов противоположной стихии со страстью к объятиям?

Брови лорда поползли вверх, а мне, наоборот, захотелось провалиться куда-нибудь вниз, поглубже. Понятия не имею, как с ним разговаривать! И зачем я вообще этим занимаюсь, мне при любых раскладах лучше держаться от него подальше, что бы не происходило.

Кайрос негромко кашлянул.

– Нет, ну, если допустить, что адептов будет действительно много, потому что любой, даже мастер, намного сильнее…

– Не надо, не пытайся, – простонала я, пряча лицо в ладонях. – И так понятно, что я жуткую ерунду несу. Благодарю за заботу, и передай, пожалуйста, Алроту спасибо. Хотя нет, я сама попозже ему скажу. Завтра буду в полном порядке, не трать на меня своё…

– Сними маску, – внезапно хрипло попросил… нет, приказал он.

Глава 10

– Что?..

Я, опешив, резко вскинула голову. Кайрос подался вперёд и так впился в меня взглядом, как будто его совершенно абсурдная просьба для него не просто значима, а жизненно важна.

А мне-то вот жизненно важно, чтобы он, наоборот, никогда не получил желаемого!

Благо выход был буквально под рукой, и, как и моя личность, растерянное и возможно испуганное выражение моего лица скрылось под маской холодного недоумения.

– Правила Храма запрещают мне открывать свою внешность, и вам это прекрасно известно, – не то чтобы и правда категорически запрещают, но посторонним об этом знать совершенно не обязательно. – Поэтому я не очень понимаю…

Магистр на несколько мгновений отвёл взгляд в сторону, а когда он вновь посмотрел на меня, огонь в его глазах уже погас.

– Прошу прощения, – он едва заметно напрягся, но больше ничем не выдал своих эмоций, если они у него и были. – Я забылся и повёл себя бестактно.

В почти интимную атмосферу в комнате как будто кто-то от души сыпанул из ведра со льдом. Я настороженно смотрела на Кайроса, он же, в свою очередь, делал вид, что ничего не произошло, и последних пяти минут как будто не было.

Наконец, он вздохнул и поднялся на ноги. Но уходить не спешил.

– Выпей, – напомнил он, и мои пальцы дрогнули на давно позабытом пузырьке.

Зелье, да. Которое вроде бы мне поможет. И которому я доверяю не больше, чем магистру с его до крайнего подозрительным поведением. Хотя он сам его пил, и вроде бы жив-здоров…

– Пожалуйста.

Не знаю, что сработало, то, что я уже готова была сделать что угодно, лишь бы он ушёл, или тон его голоса. Который вновь стал тихим и мягким, словно это я делала ему одолжение, а не он старался мне помочь.

Я резко отвернула пробку и залпом опрокинула в себя зелье, чувствуя, как ощутимо дрожат руки. Оно прохладой разлилось по телу, а затем мне наоборот стало тепло, но на этом вроде бы всё. Ни головокружения, ни других побочных эффектов я не заметила, разве что смесь сладости и лёгкой горечи на языке.

Кайрос кивнул, как будто благодаря меня за доверие, затем резко развернулся и вышел из комнаты. И только когда дверь за ним захлопнулась, я наконец расслабилась и ещё сильнее привалилась спиной к стене, устало закрыв глаза.

Что это вообще было?..

Но сил думать уже не было, поэтому я плюхнулась обратно в подушку. Затем вновь поднялась, кое-как расшнуровала и скинула с себя сапоги, и свалилась обратно. Даже дверь запереть как следует не потрудилась. Да и толку-то – полное здание магов, не чета моему, при желании куда хочешь зайдут.

Разбудил меня птичий щебет. Я сонно улыбнулась, слушая его, затем развернулась лицом к окну, ближе к мягким лучам рассветного солнца. Потянулась потереть лицо – и наткнулась пальцами на маску. И только тогда проснулась окончательно, сообразив, что так и проспала всю ночь, не раздеваясь.

Но, несмотря на всё это, и ужасный вчерашний день, чувствовала я себя просто превосходно. Прекрасно отдохнувший, полной сил и энергии, чёрт, да мне почти что напевать что-то хотелось, пока я расчёсывала волосы.

На секунду я замерла с гребнем в руках, подозрительно вслушиваясь в себя в поисках прочих странных желаний, например, рассказать про себя всё, чего раньше не хотела, или начать делать всё, что бы мне не приказал Кайрос. Но затем поняла, что то, что я ощущаю – всего лишь давно позабытое мной хорошее настроение, и мне стало почти что стыдно.

Надо сказать Алроту спасибо… и рецептик попросить.

Приведя себя в порядок, я отправилась на поиски съестного. Вчера мне было не до еды, так что хорошо бы хоть сейчас наверстать. Встретить никого из коллег я не рассчитывала, всё-таки слишком рано ещё было, и немало удивилась, увидев, что я даже близко не рекордсмен в возможном состязании жаворонков.

Кайрос, Алрот и двое моих вчерашних знакомцев – лорд Сеймор и рыжеволосый Арриен стояли вокруг одного из столов в зале и сосредоточенно что-то обсуждали, поочерёдно поглядывая на карту.

Первой меня заметил алхимик, и быстро осмотрев с ног до головы, удовлетворённо кивнул. Магистр заметил его движение, и тоже нашёл меня взглядом, заставив вновь непроизвольно напрячься.

– Доброе утро, – вполне дружелюбно сказал он вопреки моим опасениям, и я слегка расслабилась.

Что бы ему там в голову ни пришло, кажется, вечерний приступ доброжелательности пока никуда не делся.

– Доброе, – поздоровалась я сразу со всеми, подходя ближе. – Что обсуждаем?

– Дорогу, – кисло отреагировал Арриен. – Стараемся забраться в как можно большую глушь, чтобы никто нас потом не нашёл.

– Ну а что ты предлагаешь? – развёл руками Сеймор и пояснил, повернувшись ко мне. – До нас дошла прекрасная весть о том, что ближайший мост остался лишь в памяти местных жителей. И то, что сотворил с рекой оползень вокруг того места, где он был, лучше узнавать только по чужим рассказам.

– Я предлагаю подождать пару-тройку дней, – пожал плечами светлый. – Дорогу расчистят, можем даже сами им помочь, Филике не впервой землёй ворочать. А потом спокойно отправимся дальше.

– Но через Долину быстрее, а мы торопимся, – заметил Алрот.

– Торопимся сломать шею или ноги?

– Да так и скажи, что хочешь не по лесам разгуливать, а с комфортом по дороге добраться, – хмыкнул Сеймор.

– И это тоже, – с достоинством ответил Арриен. – К тому же не думаю, что эти дни что-то решат.

– Для тех, кто болен, может и решат, – сказал алхимик, и светлый ничего на это не ответил, однако было заметно, что он остался при своём мнении.

Не то чтобы мы планировали миссию спасения, нашей задачей больше было расследование, а не лечение, и, тем не менее, его слова и отношение меня покоробили. Целитель, конечно, не обязан за все болеть душой и стремиться спасти любой ценой вообще всех, но всё же мне почему-то стало неприятно.

Арриен, как будто почувствовав это, быстро и почти незаметно глянул на меня.

– Я к тому, что Долина может быть действительно опасна, да и дорогу через неё ещё найти нужно, – как будто между прочим сказал он. – Нам очень важно в целости и сохранности добраться до места, где ещё непонятно, сколько усилий придётся приложить, чтобы…

– Идём через Долину.

Мы все посмотрели до сих пор молчавшего Кайроса, который как-то так сумел это сказать, что желающих спорить больше не нашлось. Даже Арриен просто кивнул, показывая, что понял.