Текст книги "Лёд тронулся (СИ)"

Автор книги: Натали Карамель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 25. Дорога домой и планы на будущее

Провести в Храме целую вечность? Ничего не могло быть проще. Но реальность, как это водится, напомнила о себе. В моё отсутствие должны были скопиться бумаги по рудникам, да и запасы провизии для Крис, которую я приказал завозить в замок в промышленных масштабах, следовало пополнить. К тому же, её пыл исследователя, кажется, начал немного выдыхаться, уступая место обычной, человеческой усталости. Она пыталась это скрывать, но я видел тени под её глазами.

– Нам пора возвращаться, – произнёс я однажды утром, и в голосе моём прозвучала неподдельная грусть.

Крис лишь кивнула, с любовью глядя на свои испещрённые заметками блокноты и стопки снимков. Она была готова. Готова к тому, чтобы обдумать всё найденное в привычных стенах библиотеки.

Мы попрощались с Хранителями на ступенях Храма. Двое древних драконов склонили головы в прощальном поклоне, но на их обычно каменных лицах играли странные, почти отеческие улыбки. Их взгляды, устремлённые на меня, были полны какого-то безмолвного одобрения и… знания.

Словно они видели не только меня, но и ту фреску, что я обнаружил. Словно они знали всё наперёд и были довольны тем, как всё складывается. В их глазах не было ни капли осуждения, лишь тихая, мудрая радость. Это было одновременно и обнадеживающе, и слегка раздражающе.

Дорога обратно оказалась на удивление быстрой и лёгкой. Ледяные кони, казалось, поймали наше настроение и несли сани с такой скоростью, что пейзажи за окном сливались в сверкающую белую полосу. Я сидел напротив Крис и просто смотрел на неё. Она была спокойна, её взгляд был устремлён вдаль, но я видел, как в её глазах пробегают искорки от новых идей и теорий.

Как только сани остановились у подножия замка, она, словно пружина, выпрыгнула из них, даже не дожидаясь моей помощи.

– Мне нужно всё это систематизировать! – бросила она мне через плечо и, прижимая к груди бесценные записи, пулей помчалась по знакомой дороге к библиотеке.

Я остался стоять на снегу, глядя ей вслед. Откуда в этом хрупком теле бралось столько энергии? Это было за гранью моего понимания, но наблюдать за этим было бесконечно мило.

«И что теперь?» – раздался в моей голове привычный вопрос дракона. Он выжидающе перевалился с боку на бок, и я почувствовал его нетерпение.

«Теперь, – мысленно ответил я, возвращаясь к суровой реальности, – мы идём в ту пещеру.»

Тишина в моей голове стала напряжённой. Дракон помнил то древнее, тёмное чувство, что исходило оттуда, так же хорошо, как и я.

«Но сначала я схожу туда один, – продолжил я твёрдо. – Всё проверю. Если там и впрямь таится та первородная тьма, о которой мы прочли, я не могу рисковать и вести её туда вслепую. Только убедившись, что опасности нет, или найдя способ её нейтрализовать, мы отправимся туда вместе.»

Мысль о том, чтобы снова вести её на «экспедицию», зажгла внутри меня тёплый огонёк. Я тут же представил её лицо, озарённое новым открытием, её быстрые руки, делающие заметки. Но за этой светлой картинкой тут же возник другой образ: искажённые тенью стены пещеры и леденящий душу вой, который я почувствовал, а не услышал. Нет. Сначала – я. Я должен посмотреть в глаза этой тьме и понять, могу ли я её сдержать. Ради неё я превращу ту пещеру в ледяной склеп, если потребуется, но не допущу, чтобы тень коснулся её.

«И… её можно свозить ещё в парочку семейных мест, – добавил я, стараясь звучать как можно более небрежно. – В наших владениях есть ещё несколько древних святилищ. Кто знает, какие тайны они хранят.»

«Так интересно? Прошлое, которое уже давно стало пылью?» – спросил дракон, и в его тоне сквозила задумчивость.

Я вздохнул, глядя на освещённые окна библиотеки, где сейчас, я знал, Крис уже разложила свои бумаги.

«И да, и нет, – честно признался я. – Интересно, как всё начиналось. Но… мне и не хочется отпускать её от себя. Эти поездки… они словно оправдание. Возможность быть рядом, видеть, как она загорается, слышать её голос.»

«Может… – дракон начал осторожно, почти шёпотом, – …тихонько свозить её к Древу? Просто посмотреть?»

Я резко мысленно покачал головой, ощущая, как по спине пробегают мурашки. «Нет. Я не поведу её туда против её воли. Я не стану навязывать ей эту… судьбу. Я откроюсь ей, когда буду уверен, что её чувства… что они ко мне, а не к долгу или предначертанию. Я отправлюсь с ней к Древу, только если она сама этого захочет. Если она попросит. Я не готов сломать её жизнь и её мечты ради успокоения своего дракона.»

Дракон не стал спорить. Он просто тихо урчал, и в этом урчании я почувствовал странную смесь гордости и смирения. Он понимал. Понимал, что моё упрямство на этот раз было продиктовано не гордыней, а чем-то гораздо более важным – желанием защитить её свободу выбора.

Я посмотрел на замок, на свет в библиотеке, и составил план. План был простым и ясным, как ледяной кристалл. В нём не было места прежней растерянности или гневу. Теперь я был не просто влюблённым дураком, попавшим в ловушку собственных чувств. Я был Стражем. Стражем её сна, её исследований, её улыбки и её права выбирать. И эта роль была куда почётнее, чем звание Верховного Судьи или повелителя льда. Это была единственная должность, ради которой я был готов сражаться до последнего вздоха. Сначала – одинокий и опасный поход в пещеру. Потом – новые, безопасные путешествия с ней. А там… там видно будет. Главное – идти вперёд. Желательно, рука об руку.

Глава 26. Ледяное сердце тьмы

Лунный свет, отражаясь от снегов, выхватывал из тьмы лишь контуры скал, но мне не требовалось света, чтобы найти дорогу. Ноги сами несли меня к чёрному зеву пещеры, что манил и пугал одновременно. Внутренний дракон, обычно такой самоуверенный, беспокойно перебирал лапами где-то в глубине моей души, настораживаясь с каждым шагом.

Переступив порог, я почувствовал его – холод. Не тот, привычный, обволакивающий холод моей стихии, что бодрил и давал силу. Этот был иным. Колющим, чужим. Он проникал сквозь кожу, сквозь мышцы, прямо в кости и нёс с собой не свежесть, а пустоту. Я, дракон льда, не должен был чувствовать ничего подобного. Но тут всё было иначе.

Я шёл вперёд, зажигая в ладони шар из магического льда. Его мерцающий голубоватый свет выхватывал из мрака древние стены, покрытые теми самыми символами. Но сейчас они не просто существовали. Они светились. Тускло, но явно, будто в них пульсировала какая-то собственная, дремлющая жизнь. Они что-то хранили и, похоже, не были рады незваному гостю.

Чем глубже я продвигался, тем сильнее сжимался в комок мой дракон. Его нервное возбуждение передавалось мне, заставляя сердце биться чаще. Светящиеся символы начали менять цвет. Нежный голубой сменился на тревожный оранжевый, а затем – на угрожающий, ядовито-красный. Холод усиливался, становясь почти осязаемым, давящим. Звук моих собственных шагов, отскакивая от стен, возвращался ко мне многократным эхом, словно в пещере меня окружала целая толпа. Я знал, что один. Я чувствовал это. Но чувство опасности, острое и неумолимое, витало в воздухе, густея с каждым шагом.

«Неужели тут и впрямь скрыто древнее зло?» – пронеслось у меня в голове.

Казалось, я шёл целую вечность, но вот проход расширился, и я очутился в ещё одном помещении. И здесь всё изменилось.

Тишина. Абсолютная. Давление и холод исчезли, сменившись на… ничего. Полное отсутствие всего. Символы на стенах здесь были не светящимися, а чёрными. Глубокими, матовыми, поглощающими свет. И от них исходила лёгкая, едва видимая чёрная дымка. Это была магия. Тёмная. Древняя. Но она не нападала. Она… наблюдала. Я чувствовал на себе её безразличный, испытующий взгляд.

Это было похоже на то, как гигантское спящее существо сквозь сон заметило муравья, ползущего по его шкуре. Не злобу, не голод, а лишь смутное, отстранённое осознание чужого присутствия. И это безразличие было куда страшнее любой ненависти. Оно означало, что я для этой силы – ничто. Пыль. И она может стереть меня, даже не проснувшись как следует.

И тогда одна из фресок, изображавшая нечто бесформенное и пугающее, выдохнула сгусток густого, черного как смоль дыма. Он устремился ко мне, но, не долетев и метра, упёрся в невидимую преграду, рассеявшись с тихим шипением. Только сейчас я заметил, что пол помещения испещрён бледными, сияющими линиями, образующими сложный круг. Щит. Древняя защита, сдерживающая то, что находится внутри.

Одна за другой, фрески начали испускать тот же чёрный дым, словно пробуждаясь от долгого сна. Все сгустки упирались в невидимый барьер, но их становилось всё больше. В воздухе поднялся гул. Низкий, нарастающий, пронизывающий насквозь. Он не просто звучал в ушах – он вибрировал в костях, в зубах, в самой душе.

«Я не могу вынести это!» – прошипел дракон, и в его голосе впервые зазвучала не ярость, а настоящая, животная паника. «Этот гул… он сводит с ума! Пора уходить! Сейчас же!»

Я попытался сделать шаг назад, но ноги вдруг стали ватными. Вторая попытка отшатнуться закончилась тем, что я почти рухнул. В теле не осталось сил. Словно эта тьма, даже не коснувшись меня, высасывала из меня всю жизненную энергию, всю магию.

Собрав всю свою волю в кулак, я на четвереньках отполз от этого проклятого помещения. Лёд, моя стихия, моя суть, не отвечал на зов. Внутри была лишь леденящая пустота. Я полз, как обычный, жалкий человек, чувствуя, как гранитные стены смотрят на меня с немым укором. Я, Сириус Ноктюрн, ползущий на четвереньках от какой-то тени. Унижение жгло меня изнутри острее любой магии, но сил на гнев не оставалось. Было только одно желание – выжить. Выжить, чтобы вернуться к ней.

Каждый вздох давался с трудом, в глазах темнело. Слабость была всепоглощающей, но инстинкт самосохранения гнал меня вперёд. Я полз, не помня себя, пока, наконец, не вывалился из пещеры на пронизанный морозным воздухом снег.

Я опёрся спиной о камень у входа, тяжело дыша. Тело дрожало, как в лихорадке. Все силы были на исходе. Что это за магия такая? Она даже не прикоснулась ко мне, но едва не высосала досуха.

Однозначно, Крис туда нельзя. Ни под каким предлогом. Но что делать? Надо спросить у кого-то знающего. Но у кого? Владычица Стихий? Нет, слишком рискованно. Та ведьма? Сомнительно. Мысли путались, плыли. У меня не было сил даже думать.

Дракон молчал, притихший, напуганный.

«Посижу так минутку, – сказал я себе, закрывая глаза. – Переведу дух и пойду домой.»

Но тело, тяжёлое и разбитое, не хотело слушаться. Темнота за веками сгущалась, становясь всё притягательнее. Всего на минутку…

Последней моей мыслью перед тем, как сознание окончательно поглотила тьма, был её образ. Не исследовательница, не «пустышка», не истинная пара. Просто Крис. Улыбающаяся, с карандашом за ухом, и горькое, ледяное сожаление, что, возможно, я больше не увижу, как она смеётся.

Глава 27. Тепло лжи и холод ревности

Я пришёл в себя от знакомого запаха. Морозная свежесть, старая древесина и… тёплый, сладковатый хлебный аромат. Я лениво потянулся и понял, что лежу в своей собственной кровати, в своих покоях. А источник того самого хлебного запаха сидела в кресле рядом, уткнувшись в один из своих блокнотов.

– Крис? – мой голос прозвучал хрипло и слабо.

Она вздрогнула и тут же отбросила блокнот.

– Сириус! О, боги, вы пришли в себя! – её глаза были полны беспокойства. Она схватила кубок с водой и протянула мне. – Как вы себя чувствуете?

Я с трудом приподнялся и сделал глоток. Вода была ледяной и живительной. – Что случилось? Как я здесь оказался?

– Вас нашёл Элвин, – объяснила Крис, усаживаясь на край кровати. Её присутствие было таким тёплым и реальным после того леденящего душу кошмара. – Мой коллега по археологической группе. Он… он беспокоился за меня и решил проведать, убедиться, что я в порядке. Подошёл к замку и наткнулся на вас у входа в ту самую пещеру. Вы были без сознания. Он вас и доставил сюда.

Элвин. Коллега. Беспокоился о ней. В моей груди что-то неприятно кольнуло. Я отогнал это чувство, пытаясь сосредоточиться.

– Но что вы там делали? Один? Ночью? – Крис смотрела на меня с упрёком, смешанным с искренним испугом. – Что вы там нашли? Почему потеряли сознание? Вы же дракон!

Вопросы сыпались на меня как из рога изобилия. И, чёрт побери, это было до невозможности мило. Видеть, как она хмурит бровки, беспокоясь обо мне, и в то же время не может скрыть профессиональный интерес к тому, что же я обнаружил в её пещере. Это была такая «Крис» – смесь заботы и ненасытного любопытства.

Но я не мог рассказать ей правду. Не мог сказать, что там, в глубине, скрывается древняя тьма, способная высосать жизнь даже из дракона.

– Всё в порядке, – сказал я, и голос мой прозвучал твёрже. – Я просто… проверял структуру породы на предмет устойчивости. И мне там стало душно. Видимо, со мной случился… тепловой удар. От перепада температур.

Я соврал. Прямо глядя в её честные глаза. И мне стало мерзко от себя.

Горечь поднялась у меня в горле. Я, который презирал ложь и манипуляции в Трибунале, теперь сам прибегал к ним. Я видел, как в её взгляде научный интерес потерпел крушение, разбившись о мою беспомощную отговорку. «Тепловой удар у ледяного дракона». Звучало настолько нелепо, что было оскорбительно для нас обоих. Но правда – о той всепоглощающей пустоте, что ждала внизу, – была бы куда более чудовищным оскорблением. Ложь была щитом. Хлипким, жалким, но единственным, что я мог ей предложить.

Её лицо вытянулось от разочарования.

– О… Значит, там ничего интересного? Но… но символы…

– Символы никуда не денутся, – поспешно парировал я. – Но туда вам пока спускаться не стоит. Там действительно небезопасно. Могут быть обвалы.

Она вздохнула, и моё сердце сжалось. Но я не мог рисковать.

– Я пообещаю укрепить своды, – добавил я, и это уже была не совсем ложь. Я собирался сделать это – мощными ледяными опорами, чтобы туда не провалился никто, включая меня. – Как только всё будет безопасно, мы спустимся туда вместе.

Её лицо снова озарилось надеждой, и это стоило всей той лжи и слабости.

– Правда?

– Обещаю.

Мы помолчали. И тут я вспомнил.

– Этот… Элвин. Он ещё здесь?

– Да, в гостевых покоях. Оррик его разместил. Он хотел дождаться, пока вы придёте в себя.

Во мне снова кольнула та же острая, неприятная эмоция. Ревность. Глупая, иррациональная, но жгучая.

«Элвин». Простое, короткое, ничем не примечательное имя. Оно вертелось у меня в голове, обрастая ледяными шипами. Мой дракон, едва оправившись от паники, теперь поднял голову и зарычал. Низко-низко, с обещанием расправы. Этот «коллега». Он знал её раньше. Он работал с ней бок о бок. Он, возможно, видел, как она смеётся над какими-то другими, не такими интересными осколками. Он имел на неё какие-то права, основанные на общем прошлом, которых был лишён я. И самое отвратительное – я был ему должен. Эта мысль жгла сильнее, чем та тьма в пещере.

Кто этот тип, который так «беспокоится» о Крис? Как она к нему относится? Он просто коллега? Или нечто большее?

Но тут же нахлынуло другое чувство – тяжёлое, неохотное чувство благодарности. Этот «тип» не прошёл мимо. Он принёс меня сюда, в тепло, а не оставил замерзать у входа в проклятую пещеру.

Это двоякое состояние – ревность и признательность, ярость и стыд – смешались во мне в один клубок, от которого мне захотелось рычать и бить хвостом по стенам. Это было так смешно и так грустно одновременно, что я фыркнул.

Крис посмотрела на меня с удивлением.

– Что такое?

– Ничего, – я провёл рукой по лицу, сметая остатки слабости и глупых мыслей. – Просто… благодарю вас. И передайте благодарность вашему коллеге. Я… я с ним непременно увижусь.

Чтобы посмотреть ему в глаза. Чтобы понять, что он из себя представляет. И чтобы решить, стоит ли ему вообще когда-либо снова приближаться к моему замку и к моей… к Крис.

Вот же чёрт. Теперь я и сам начал так думать.

Сознание этого факта обрушилось на меня с новой силой. «Моя Крис». Эти два слова перевернули всё. Они означали, что поле битвы изменилось. Теперь это была не только защита от древнего зла. Это была защита от всего мира. От коллег-археологов, от косых взглядов, от её собственных сомнений. И я, даже обессиленный и прикованный к кровати, был готов на всё. Лгать, приказывать, ревновать, выглядеть дураком. Лишь бы никто и ничто не отняло у меня это новое, хрупкое, безумное право называть её своей.

Глава 28. Союз щита и молота

На следующее утро, едва я проглотил завтрак, Оррик доложил, что господин Элвин ожидает в малом приёмном зале. Я отправился туда, готовый к встрече с этим «коллегой», чей образ в моём воображении успел обрасти десятком неприятных черт.

Реальность, как это часто бывает, оказалась иной.

Элвин оказался не субтильным учёным, а рослым, крепко сбитым мужчиной лет тридцати, с руками, привыкшими к физическому труду, и открытым, загорелым лицом. Он встал при моём появлении, и его поклон был уважительным, но без подобострастия.

– Лорд Сириус, – произнёс он твёрдым, низким голосом. – Рад видеть вас на ногах.

Его взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по мне, и я увидел, как в его глазах мелькает понимание. Он был полевым исследователем, привыкшим читать по деталям: по тому, как я вошёл, по моей позе, по тому, как мои глаза непроизвольно на секунду метнулись к дверям, будто в ожидании, что в них вот-вот появится Крис. Это был взгляд не ревнивого соперника, а наблюдательного человека, который видел куда больше, чем показывал.

– Господин Элвин, – кивнул я, оценивающе оглядывая его. – Благодарю за помощь. Без вас последствия могли бы быть… неприятными.

– Пустяки, – отмахнулся он. – Не мог же я пройти мимо. Да ещё и зная, что Крис тут.

И тут же, словно прочитав мои вчерашние ревнивые мысли, он добавил с широкой, почти озорной ухмылкой:

– Расслабьтесь, ваша светлость. Я к ней отношусь как к сестрёнке, которую мне так и не подарила судьба. У меня их три штуки, братьев, представляете? А так хотелось маленькую сестрёнку, чтобы баловать. Вот Крис и стала ею для нашей археологической братии.

Камень с души свалился с таким грохотом, что, казалось, его должно было быть слышно во всём замке. Внутренний дракон, до этого напряжённо следивший за каждым движением гостя, расслабился и издал короткое, одобрительное урчание. «Не враг», – констатировал он. И это было высшей оценкой. Элвин прошёл проверку не только мою, но и ту, что куда важнее – звериного инстинкта, оберегающего своё.

Вся моя глупая ревность мгновенно испарилась, оставив после себя лишь лёгкое чувство стыда. Этот человек был не соперником, а… союзником. Неожиданным, но, судя по всему, надёжным.

– Она говорила, что находится под домашним арестом, – продолжил Элвин, и в его глазах промелькнула тень беспокойства. – Я, конечно, не лезу в ваши дела, но… с ней всё в порядке?

– С мисс Лейн всё прекрасно, – поспешил я заверить его. – Её «арест»… это скорее формальность. Для её же безопасности.

Но главный вопрос висел в воздухе, и Элвин, будучи человеком прямым, его задал:

– А что вы делали у входа в ту пещеру в одиночку? И, если не секрет, что там произошло? Я почувствовал… что-то тёмное. Такое, с чем раньше не сталкивался.

Я колебался. Раскрывать ли свои опасения? Но что-то в его открытом, честном лице подсказывало, что ему можно доверять. Или, по крайней мере, попробовать.

– Мне не хотелось бы обсуждать детали, – начал я уклончиво.

– Понимаю, – кивнул Элвин. – Тогда, может, примите моё предложение? Я предлагаю помощь. Я не силён в магии, моя стихия – земля, да и то на слабом уровне. Но у меня есть кое-что другое. – Он постучал себя по могучей груди. – Сила, выносливость и отсутствие страха перед тем, что прячется в тёмных углах. Опасность – это моя вторая работа после лопаты.

Он помолчал, и его улыбка потухла, сменившись серьёзным, почти суровым выражением.

– Крис… она особенная. Не только из-за своего дара к наукам. Она как тот хрупкий артефакт, что может рассыпаться от одного неверного прикосновения, но внутри него заключена сила, способная перевернуть мир. Наша работа – не дать ей рассыпаться, пока она не совершит то, ради чего родилась. И я готов быть для неё молотом и щитом, если понадобится. Вижу, что вы – тоже.

В его словах не было хвастовства, лишь констатация факта. И в этот момент между нами проскользнула та самая искра – искра зарождающейся дружбы между двумя принципиально разными, но готовыми к действию мужчинами.

– Это может быть смертельно опасно, – предупредил я его, уже чувствуя, что соглашусь.

– А жизнь без риска – это и не жизнь вовсе, – парировал он.

Я сдался. Сделал паузу и кратко, без лишних эмоций, описал то, что видел: чёрные символы, источающие дым, древний защитный круг, всепоглощающую слабость и сводящий с ума гул.

Лицо Элвина стало серьёзным. Он свистнул.

– Да уж… Крис туда точно не место. Согласен на все сто. Её любопытство перевесит все инстинкты самосохранения.

– Значит, договорились, – сказал я. – Через два дня. На закате. У входа в пещеру. Никто не должен знать.

– Как скажете, – Элвин протянул мне руку.

Я пожал её. Его ладонь была твёрдой, покрытой мозолями. Моя – аристократически ухоженной, но способной в миг превратиться в смертоносную лапу дракона. Ледяной владыка и маг земли слабого уровня. Две противоположности.

Но в наших глазах горел один и тот же огонь – огонь предстоящей битвы с неизвестностью. И пока мы стояли друг напротив друга – аристократ и простолюдин, дракон и земной маг, – между нами возникло нечто новое. Не дружба – для неё было ещё рано. Но родилось уважение. Уважение воина к воину, готовому стоять на одной линии против общего врага. И в этом странном альянсе я впервые за долгое время почувствовал не тяжесть одиночества, а уверенность, что спина прикрыта. И в этом мы были абсолютно едины.