Текст книги "Высокомерный наследник (ЛП)"
Автор книги: Мишель Херд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
ГЛАВА 4
МИЛА
Беспокоясь о Джейсе, я стучу в его дверь.
– Да?
Приоткрыв дверь, я заглядываю внутрь.
– Как ты себя чувствуешь?
Его взгляд переметнулся с ноутбука на меня.
– Лучше. Спасибо.
Я изучаю его лицо, ища признаки недомогания.
– Ты уверен? Раньше ты выглядел не очень «горячо».
Ухмылка расплывается по его лицу: – Детка, я всегда выгляжу горячо.
Я закатываю глаза: – Ну да, ты определенно в порядке.
Я начинаю закрывать дверь, но Джейс кричит вдогонку: – Рад, что ты наконец-то это признала!
Покачав головой, я иду в свою комнату. Хватаю пижаму – обычные треники и футболку – и иду в душ. Закончив мыться, я мажусь лосьоном с ароматом лилии. Начав искать белье, я чертыхаюсь: забыла взять его с собой. Быстро обмотавшись полотенцем, я выскакиваю в комнату и резко замираю.
Джейс лежит на моей кровати. Его брови взлетают вверх, а взгляд медленно скользит по моему телу.
Сжав края полотенца покрепче, я рявкаю: – Чувак, серьезно? Что случилось с личным пространством?
Он невинно хлопает глазами: – Я даже близко не в твоем личном пространстве. – Он сползает с кровати и вальяжно подходит ко мне. Его глаза опускаются к полотенцу. – Кстати, классная пижама.
– Ха-ха.
Я иду в гардеробную и хватаю хлопковые трусики. Обернувшись, я сталкиваюсь нос к носу с Джейсом – он зашел следом. Мое сердце пропускает удар, в животе всё трепещет, но я заставляю себя нахмуриться: – Ты не против?
Его улыбка становится соблазнительной, он медленно качает головой: – Нисколько.
Я знаю себя: я приближаюсь к точке невозврата со скоростью света. Если бы Джейс сейчас что-то предпринял, я бы не смогла его остановить. Я бы сдалась. Но я не могу продолжать в том же духе. Это больно – когда перед твоим носом машут морковкой, которую ты никогда не получишь.
Мой хмурый взгляд сменяется серьезным: – Это должно прекратиться, Джейс.
Он склоняет голову: – Что именно?
– То, что ты делаешь, – говорю я, и когда он делает шаг ко мне, я начинаю паниковать. Нельзя допустить, чтобы он узнал о моих чувствах. Я просто умру от стыда.
Джейс стоит слишком близко, я окутана облаком его лесного парфюма. Внутренне я стонаю: моя решимость тает. Подняв руку, Джейс убирает волосы с моего плеча. Он наклоняется, и когда я чувствую его дыхание на своей щеке, мои глаза невольно закрываются.
О боже. У меня сейчас нулевое сопротивление.
– Что «именно»? – шепчет он так низко, что это почти похоже на рычание.
В животе будто потревожили пчелиный улей. Сердце колотится так сильно, что мне страшно – выдержат ли ребра.
Отстранившись, Джейс заглядывает мне в глаза. После нескольких мучительных секунд он говорит: – Ты же знаешь, что я просто шучу с тобой, верно?
Да. К сожалению, я это знаю. Я киваю, изо всех сил стараясь игнорировать укол боли в сердце.
Он улыбается какой-то странной улыбкой:
– Это потому, что ты – один из моих самых любимых людей.
Понимая, что он не воспримет это всерьез, я решаю сказать правду, за которую мне ничего не будет: – Ага, я тебя тоже люблю.
Люблю тебя так сильно, что больно.
Я удерживаю улыбку на лице, пока он уходит, а потом мои плечи поникают. Нет ничего хуже безответной любви. Для Джейса это просто невинный флирт, для меня – пытка.
Вздохнув, я возвращаюсь в ванную, чтобы наконец одеться.
Тебе нужно забыть его, Мила. Из этого ничего не выйдет.
ДЖЕЙС
Сердце буквально выпрыгивает из груди, когда я закрываю дверь своей комнаты. Черт, зачем я это сделал? Я был в доле секунды от того, чтобы схватить Милу и поцеловать её.
В полном смятении я прислоняюсь спиной к двери, жадно хватая воздух. Я признаю, что она меня привлекает, но сегодня? Видеть её в одном полотенце... Черт, она выглядела такой сексуальной и... абсолютно желанной.
От этой мысли я поперхнулся слюной и бросился к тумбочке за водой. Выпил полбутылки, прежде чем смог перевести дух. Что это, черт возьми, было?
Чувствуя приступ клаустрофобии, я буквально выбегаю из комнаты.
– Ты куда? – спрашивает Као, когда я пролетаю мимо кухни, где они с Ноа уминают бургеры.
– Прогуляться! – кричу я.
Я не могу находиться в блоке, мне нужно на воздух. Чтобы не застрять в лифте, я сбегаю по лестнице. Выскочив из общежития, я останавливаюсь, чтобы отдышаться.
Матерь божья, неужели мне нравится Мила?
Не-е-ет. Но... Черт. Паника начинает заполнять грудь.
Тебе просто нужно переспать с кем-нибудь, Джейс. Между тобой и Милой ничего нет. Она горячая, ты увидел её полуголой. Это нормальная реакция твоего члена.
Я раздраженно стонаю и оглядываюсь. Мой взгляд падает на Джессику – она как раз выходит из соседнего общежития. Заметив меня, она переходит дорогу с широкой улыбкой: – Привет, Джейс. – Её голос звучит низко и призывно.
– Привет. – Мой голос звучит так, будто он снова ломается. Я прочищаю горло.
– Хочешь составить мне компанию? – спрашивает она с явным подтекстом.
Мне стоило бы держаться от неё подальше – Фэллон, Хана, Мила и Джейд её терпеть не могут. Но вместо этого я спрашиваю:
– Что у тебя на уме?
Она указывает на свое общежитие: – Я только что переделала ремонт в своей комнате. Хочешь взглянуть?
Нет.
– Конечно.
Я иду за сияющей Джессикой. Всё внутри кричит: «Беги назад!», но я заставляю себя войти. В её комнате всё кажется каким-то... неправильным.
– Ну-у-у, – она поворачивается ко мне, – что скажешь?
Я даже не смотрю на декор.
– Выглядит неплохо.
Схватив меня за руку, она тянет меня в спальню: – Это моя любимая комната.
Чувство, что всё это – огромная ошибка, растет, дыхание учащается. Джессика, видимо, понимает мою реакцию по-своему, потому что в следующую секунду её губы впиваются в мои.
Вместо того чтобы отстраниться, я обхватываю её лицо и отвечаю на поцелуй. Я вдыхаю её запах, и этот приторно-сладкий аромат мгновенно прочищает мне мозги. Я резко отстраняюсь, чувствуя первую волну сожаления.
Никакого сравнения с тем мягким ароматом, который всегда исходит от Милы.
– Это ошибка, – ворчу я и оставляю её одну в спальне.
Выхожу из блока как зомби. Теперь я запутан еще сильнее. Вхожу в свою гостиную и замираю: Мила лежит на диване с девчонками, они смотрят «Тайны Смолвиля».
Фэллон замечает меня первой: – Ты где был?
– Просто гулял.
Я подхожу к дивану, где сидит Мила, и не могу удержаться: – Подвинься.
Мила садится, но остается сидеть спиной ко мне, прислонившись плечом к краю.
– Только попробуй помешать мне смотреть на Кларка Кента.
Я заставляю себя смотреть в телевизор, но через пару секунд взгляд сползает на спину Милы. Она выглядит напряженной. Не раздумывая, я тяну её на себя. Укладываю её голову себе на колено.
Её ошарашенный взгляд встречается с моим, а потом она резко утыкается в экран.
Да, детка, я тоже. Я без понятия, что я творю.
Всё, что я знаю: прикосновения и запах Джессики меня выбесили, а Мила... всё в ней стало чертовски волнующим.
И я, как идиот, смотрю четыре серии «Смолвиля», пытаясь разобраться в эмоциях, бурлящих в груди.
Я пришел к выводу, что просто опекаю Милу, потому что этот придурок, Джастин Грин, проявляет к ней интерес. Мне потребовалось два дня, чтобы это осознать, но зато теперь я не чувствую себя таким потерянным. Как же круто снова быть собой! А то я уже подумал, что схожу с ума.
Я иду по кампусу, улыбаясь всем встречным. Навстречу идут Нейт и Джастин-чертов-Грин. Настроение слегка портится.
– Эй, я как раз тебя искал, – говорит Нейт. Он парень нормальный, но его лучший друг меня бесит. – В пятницу вечеринка в «Студии 9», заходи. Фэллон и девчонки уже обещали быть.
Ну, выбора у меня нет. Если девчонки идут в клуб, значит, Хантер, Као, Ноа и я тоже будем там. Мы никогда не отпускаем их одних – мало ли какой подонок решит к ним подкатить.
– Ладно, загляну, – ворчу я.
Нейт выглядит так, будто я только что сделал его день. Я смотрю на Джастина и вижу, что он засмотрелся куда-то в сторону. Я прослеживаю за его взглядом и хмурюсь.
– Тебе нравится Мила? – спрашиваю я в лоб.
Джастин выглядит пойманным с поличным.
– Э-э... да.
Я делаю шаг к нему, плевать, что на нас уже смотрят студенты.
– Не лезь к ней. Она под запретом.
– Кто под запретом? – внезапно спрашивает Фэллон за моей спиной.
Я оборачиваюсь: Фэллон, Хана, Джейд и Мила. Я колеблюсь секунду, но иду до конца: – Мила под запретом.
Как я и ожидал, Мила хмурится: – Это еще кто решил?
– Серьезно? – я усмехаюсь. – Тебе правда нужен ответ?
Она скрещивает руки на груди и вызывающе задирает подбородок: – Да.
Я медленно подхожу к ней вплотную. Смотрю сверху вниз, на губах играет ухмылка.
– Я думал, это само собой разумеется, детка.
– Давай притворимся, что мой IQ резко упал. Объясни мне, – дерзит она.
Я наклоняюсь ниже, сокращая расстояние.
– Как лидер этой компании, я обязан следить, чтобы никто не лез к моим девчонкам.
«Лжец», – шепчет совесть. – «Ты просто не выносишь мысли о другом парне рядом с ней».
Глаза Милы сужаются, голос переходит в шипение: – Я не одна из «твоих девчонок».
Моя бровь взлетает вверх, ухмылка становится шире: – Продолжай врать себе, детка. Мы оба знаем правду.
Дыхание Милы учащается, на мгновение в глазах вспыхивает паника, но она тут же берет себя в руки: – Кончай этот бред, Джейс. Люди решат, что ты в меня влюблен.
Опа... Постойте-ка. Что она сказала?
Мила видит шок на моем лице, и её чертовски сексуальный рот растягивается в улыбке: – Осторожнее, Джейс. Твой имидж плейбоя может сгореть дотла.
Она проходит мимо, а я стою столбом, пораженный тем, что она так лихо осадила меня при всех.
– И кто тут теперь мечтатель? – кричу я ей вслед.
Мила останавливается, бросает на меня соблазнительный взгляд и возвращает мне мои же слова: – О, детка, ты даже знать не хочешь, что я творю с тобой в своих мечтах. – Она оглядывает меня с ног до головы и ворчит: – Дам подсказку: это включает в себя удар в горло.
Я смеюсь, глядя, как она уходит. Эта её дерзость сводит меня с ума. Глубоко вздохнув, я замечаю, что Нейт и Джастин всё еще стоят рядом.
– Как я и сказал: мои девчонки под запретом.
Я ухожу, чувствуя невероятный драйв после этой перепалки. Да, я определенно подсел на эти игры. Но главный вопрос – чувствует ли Мила то же самое?
ГЛАВА 5
МИЛА
Что это, черт возьми, было?
Последние два дня Джейс оставил меня в покое, и между нами всё было действительно хорошо. А потом – бац! – и он снова взялся за старое. Уф, на мгновение я испугалась, что мой секрет раскрыт. Сердце колотится бешено, но я горжусь тем, как отреагировала. Я не сдалась и дала Джейсу попробовать его собственное лекарство.
Я отсидела две лекции, и как только встретилась с Фэллон и Джейд в ресторане, Фэллон озадаченно посмотрела на меня: – Не могу понять, вы с Джейсом флиртуете или воюете?
Я пожала плечами: – Он флиртует, а я воюю.
Фэллон перевела взгляд на Джейд: – Но он же просто дразнит тебя, верно?
Джейд облокотилась на стол и многозначительно поиграла бровями: – Ты всегда можешь спросить у Джейса, нравится ли ему Мила, и избавить нас всех от мучений.
Я бросила на подруг предупреждающий взгляд: – Ничего у него не спрашивайте. К тому же, даже если я нравлюсь ему больше чем друг, из этого ничего не выйдет. Я не готова рисковать нашей дружбой ради интрижки.
Подруги переглянулись и уставились на меня.
– Тебе нравится Джейс? – прямо спросила Фэллон, пристально глядя мне в глаза.
Зная её преданность кузену, я неопределенно повела плечом: – Можно сменить тему?
На лице Фэллон промелькнуло разочарование.
– Не то чтобы мое мнение что-то значило, но я думаю, вы с Джейсом были бы идеальной парой.
Я умоляюще посмотрела на неё, прося оставить эту тему, и, к счастью, подошел официант.
Все начинают замечать, что между нами что-то происходит. Проблема лишь в том, что Джейс просто шутит. А я? Я безнадежно в него влюблена.
Я вздохнула и вздрогнула, когда чья-то рука легла мне на плечо. Подняв глаза, я увидела Джастина.
– Привет, извини, что прерываю ваш обед. – Он сел на свободное место рядом со мной под недовольными взглядами Фэллон и Джейд. – Поужинаешь со мной сегодня? Я бы хотел узнать тебя получше.
На долю секунды я задумалась: а не согласиться ли? Может, тогда подруги отвяжутся, а Джейс всё поймет. Но я не из тех, кто использует людей, поэтому покачала головой: – Прости, Джастин. Я ценю предложение, но сейчас я не настроена на свидания.
Он на мгновение замялся с озадаченным видом.
– Ты сидишь на моем месте, – внезапно рявкнул Джейс у него за спиной.
Джастин встал и, виновато улыбнувшись мне, сказал: – Может, в другой раз.
Джейс плюхнулся на стул, который освободил Джастин, и, сверля меня яростным взглядом, прорычал: – Я был бы чертовски признателен, если бы твой бойфренд не подсаживался за наш стол.
У меня отвисла челюсть. Я смотрела на него, пытаясь найти достойный ответ.
Хантер сел рядом с Джейсом и попытался его урезонить: – Успокойся, Джейс.
Джейс резко повернулся к нему: – Я, блядь, успокоюсь, когда люди начнут соблюдать границы!
– Границы?! – прошипела я, чувствуя, как гнев взлетает внутри, будто ракета.
Где были границы, когда я твердила ему, что он лезет в мое личное пространство? Где они были всё то время, когда он флиртовал со мной, создавая впечатление, что вот-вот поцелует? А теперь он срывается на мне? Я не сделала ничего, чтобы заслужить такой тон. Это была последняя капля.
– Чья бы корова мычала! – я вскочила, бросив салфетку на стол, и уставилась на Джейса. – В последнее время ты хреновый друг, Джейс.
Я зашагала прочь, чувствуя, как в моем израненном сердце появилась еще одна трещина. Я больше не могу. Он доводит меня до предела, и впервые я пожалела, что поступила в Тринити. Я была так зла, что не смогла сдержать слез, выбегая из ресторана.
Я просто... я больше не могу так. Я не могу продолжать любить его, пока он обращается со мной как с одной из своих девок на одну ночь.
ДЖЕЙС
Гнев взял верх, и прежде чем Хантер успел меня остановить, я сорвался с места и побежал за Милой. Я догнал её на улице и, схватив за руку, дернул на себя. Она споткнулась и врезалась в меня. Она вскинула голову, и как только я увидел слезы на её щеках, моя ярость испарилась, сменившись чувством полного дерьма.
Я обнял её, уткнувшись лицом в её шею, и прошептал: – Прости, Мила.
Мила оттолкнула меня, вырываясь. Она сделала несколько шагов, потом резко развернулась. Её голос дрожал: – Я не могу так больше, Джейс. Ты обращаешься со мной как с мусором, хотя я этого не заслужила. Я всегда была тебе просто другом. – Она снова пошла прочь, но остановилась и почти закричала: – Почему?!
Почему?
Впервые этот вопрос застрял у меня в горле.
Потому что меня тянет к тебе?
Потому что я ненавижу видеть Джастина рядом?
Потому что ты всегда была «моей Милой», и мне никогда не приходилось тебя делить?
Я проигнорировал все эти «потому что» и выбрал легкий путь: – Прости меня, Мила.
Гнев исказил её лицо, и она решительно подошла ко мне. Ткнув пальцем мне в грудь, она отрезала: – Мне не нужны извинения. Я хочу знать, почему ты ведешь себя как последний козел, Джейс. Ты должен мне объяснение.
Я знал, что должен. Но я и сам нихрена не понимал. С чего мне начать? Качая головой, я выдавил: – Я придурок. Причины нет.
На её лицо легла тень грусти. Она смотрела на меня мгновение, а потом прошептала: – Кажется, я тебя больше не знаю.
На этот раз, когда она ушла, я её не держал. Я жадно глотал воздух, но это не помогало унять бурю в груди. Гордость мешала мне признать вслух, что она мне нравится. А вдруг Мила не чувствует того же? Я же выставлю себя полным идиотом.
Я смотрел ей вслед, пока в голове не пронеслась пугающая мысль: «Ты теряешь её. Ты теряешь её дружбу, придурок».
Я сорвался на бег и, не заботясь о том, кто увидит, преградил ей путь.
– Стой. Давай поговорим.
Она посмотрела на меня с изнурением: – О чем именно нам говорить, Джейс?
Вокруг начали собираться студенты, наблюдая за нашей ссорой.
– Не здесь. Пошли в блок. – Я взял её за руку и, не давая выбора, потащил в общежитие.
Мы ехали в лифте в гробовой тишине. Зайдя в квартиру, я последовал за ней в её комнату. Она скрестила руки на груди и вопросительно вскинула бровь: – Ты хотел поговорить. Говори.
Я чувствовал волны гнева, исходящие от неё. Нужно было разрядить обстановку, но я не знал как. И снова выбрал легкий путь: – Прости, что сорвался. Этот Джастин меня просто вымораживает.
Её взгляд сузился: – Это всё, что ты хочешь сказать?
Нет. Я хотел сказать гораздо больше. Если бы только у меня хватило смелости. Но гордость снова победила. Я просто кивнул.
Мила разочарованно покачала головой: – То есть тебе нечего сказать о том, как ты со мной обращался? О всех этих сальных шуточках про «дать кусочек», про «ручную работу», чтобы ты не умер от воздержания... и про тот поцелуй, когда мы играли? Тебе вообще нечего об этом сказать?
Её тело было натянуто как струна. Слышать, как она перечисляет мои косяки за последний месяц, было мучительно. Раскаяние накрыло меня с головой. Я никогда не хотел причинить ей боль своим флиртом. Я думал, ей нравится эта игра.
– Я думал, тебя это устраивает, – признался я.
Она нахмурилась еще сильнее: – Это так самонадеянно, Джейс. С чего ты взял, что если я постоянно прошу тебя остановиться, значит, мне нравится, когда ко мне относятся как к твоей подстилке на ночь?
Мой самоконтроль начал трещать по швам. Я всплеснул руками: – Ладно, я больше не буду, блядь, флиртовать! Господи, если бы я знал, что ты такая нежная, я бы и не начинал!
Мила долго смотрела на меня, и в её зеленых глазах отразилась такая боль и пустота, что у меня перехватило дыхание. Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох, а когда снова посмотрела на меня, её голос сорвался: – Я должна была это предвидеть.
– О чем ты? – резко спросил я, чувствуя укол паники. Вид у Милы был такой, будто она ставит на нас крест.
Она горько усмехнулась: – Ты всегда был игроком. Просто это так больно... ведь ты не ведешь себя так с Фэллон, Ханой или Джейд. Ты только меня постоянно унижаешь, и я не понимаю, почему.
Она покачала головой, явно придя к какому-то решению. Она развернулась к гардеробной и бросила через плечо: – Я так больше не могу. На время перееду домой. Чтобы тебе не пришлось торчать рядом с моей «нежной задницей».
В моей груди что-то лопнуло. Последние остатки контроля испарились. Я рванулся вперед, схватил её за плечо и силой развернул к себе.
– Ладно, ты хочешь гребаную правду?! – прорычал я. Я наклонился к самому её лицу и проорал: – Меня к тебе, блядь, тянет! Я знаю, что это похоронит нашу дружбу, но раз уж этот корабль всё равно пошел ко дну, я, черт возьми, признаюсь!
Губы Милы приоткрылись от шока, глаза округлились. Она смотрела на меня, пока я не почувствовал, что задыхаюсь. А потом она прошептала: – Что ты сейчас сказал?
Ярость отступила, уступив место осознанию того, что я только что натворил. Я закрыл глаза.
Твою мать.
ГЛАВА 6
МИЛА
Такое ощущение, будто кто-то сбросил ядерную бомбу прямо мне на сердце. Я разрываюсь между гневом, пульсирующим в венах, и любовью, которую чувствую к Джейсу. Почему я влюбилась в парня, который настолько недосягаем, что мог бы с тем же успехом находиться в другой солнечной системе?
И это больно. Чертовски больно. Весь последний месяц он неумолимо давил на меня своим флиртом и двусмысленными намеками. Именно Джейс пригласил меня на бал. Именно он танцевал со мной открывающий танец. Он постоянно подбрасывал намеки на то, что мы могли бы быть вместе... и это уже чересчур.
Я не могу выносить эти поддразнивания, когда это – единственное, чего я желаю всем сердцем. Не в силах больше терпеть, я, как последняя трусиха, отворачиваюсь от него и иду к гардеробной.
– Я так больше не могу. На время перееду домой. Чтобы тебе не пришлось торчать рядом с моей «нежной задницей».
Внезапно Джейс хватает меня и резко разворачивает.
– Ладно, ты хочешь гребаную правду?! – рычит он, наклоняясь так близко, что я чувствую его прерывистое дыхание на своем лице. – Меня к тебе, блядь, тянет! Я знаю, что это похоронит нашу дружбу, но раз уж этот корабль всё равно пошел ко дну, я, черт возьми, признаюсь!
Что?
Всё, что я могу – это смотреть на него, пока шок от его слов накрывает меня, как цунами. Джейса ко мне тянет? Его слова оживляют мое разбитое сердце, которое кровавым месивом валялось у моих ног, и заставляют его пулей влететь обратно в грудь.
Не в силах поверить в услышанное, я шепчу: – Что ты сейчас сказал?
Тот же шок, что чувствую я, отражается на его лице, а затем его глаза закрываются. Я задерживаю дыхание, видя, как сожаление пролегает морщинкой у него на лбу. Только не давай мне надежду, чтобы тут же её растоптать. Джейс не может быть настолько жестоким.
Когда он открывает глаза, его золотисто-карие радужки кажутся расплавленным золотом. Его взгляд мечется, то отворачиваясь, то снова возвращаясь ко мне. Смятение искажает его красивое лицо, и от этого мое сердце снова падает.
– Я... я не знаю, что я чувствую, – заикается Джейс, что совсем на него не похоже. Он всегда уверен в себе. Он даже слишком самоуверен во всём, что касается его жизни. Видеть его в таком замешательстве – это пугает.
Я делаю шаг назад, мне нужно пространство. Кажется, меня швыряет из одной эмоции в другую. Тщетная надежда воюет с обескураживающим отчаянием – я боюсь, что моя любовь никогда не найдет ответа.
Я начинаю качать головой.
– Ты не имеешь права так со мной поступать, Джейс. Я не вынесу твоих «горячо-холодно». Ты меня пытаешь. – Я делаю еще шаг назад, пытаясь убежать от финальной трещины, которая рвет мое сердце пополам. Я зажмуриваюсь, не желая видеть его реакцию, и слова сами вырываются наружу: – Я люблю тебя с пятнадцати лет. Ты должен был забрать меня после школы, чтобы я всё тебе рассказала, но ты забыл. Увидев тебя с другой девчонкой в тот день, я поняла, какой дурой была.
Я опускаю голову и, открыв глаза, смотрю в пол.
– Стоит мне подумать, что я могу двигаться дальше, как ты снова врываешься в мое сердце. Как мне тебя забыть, если ты постоянно машешь этой чертовой морковкой у меня перед носом?
Я жадно глотаю воздух, чувствуя странную смесь сожаления и облегчения от того, что тайна наконец раскрыта.
Я чувствую, как Джейс подходит ближе. Поднимаю взгляд – его руки обхватывают мое лицо, и его рот с силой впивается в мой. Поначалу шок от прикосновения его губ буквально парализует меня. Но когда его губы начинают настойчиво двигаться, и он делает последний шаг, прижимая свое тело к моему, мое предательское сердце и тело сдаются окончательно.
ДЖЕЙС
Эмоции вышли из-под контроля. Кажется, кто-то взял биту и разнес в щепки всё, что я знал о нас с Милой. Услышав её признание в любви, я почувствовал отчаянную потребность узнать – чувствую ли я то же самое? И это толкает меня вперед. Я обхватываю её лицо ладонями и с силой целую.
И всё оказывается совсем не так, как я думал. Моя тщательно спланированная жизнь летит в тартарары. Вместо ответа, который я искал, я получаю еще больше вопросов.
Мои губы двигаются против её губ, и в тот момент, когда её тело плавится в моих объятиях, я окончательно пропадаю. Мой язык проникает в жар её рта, и желание, которое пряталось за каждой флиртующей шуткой, вспыхивает всепожирающим пожаром.
Ясно лишь одно: поцелуй с Милой успокаивает шторм, бушевавший внутри. Но на его месте рождается лесной пожар, сметающий всё на своем пути. Меня наполняет страсть, какой я никогда не чувствовал раньше. Будто врата ада распахнулись, и нет никакой возможности остановить эту чистую потребность, рожденную в пламени между нами.
Что, черт возьми, происходит? Я не должен переходить черту, но у меня не осталось ни капли самообладания. Поцелуй становится всё более глубоким, я буквально пожираю её губы, тело требует большего. Неуправляемое желание заставляет сердце грохотать в груди. Твою мать, вкус её губ заставляет кровь бурлить в жилах.
Мои руки скользят к её бедрам, я притягиваю её так близко, как только возможно, пока наши языки борются за лидерство. Желая... нет, нуждаясь почувствовать её еще сильнее, мои ладони спускаются к её ягодицам, я крепко сжимаю их. Мила охает мне в губы, и это сводит меня с ума. Она хочет этого так же сильно, как и я. Жар разливается по телу, заставляя мои руки жадно исследовать её изгибы.
Черт, я хочу Милу раздетой. Я хочу утолить эту бесконечную жажду по ней.
МИЛА
Я растворяюсь в этом чувстве облегчения. Я наконец-то целую Джейса, наконец-то выражаю всё, что накопилось... пока его руки не начинают лихорадочно блуждать по моему телу. Его прикосновения становятся всё более неистовыми. Сознание проясняется, и понимая, что я обязана это остановить, я вырываюсь и отступаю на несколько шагов.
Наше дыхание прерывисто вырывается сквозь припухшие губы, взгляды встречаются. Осознание случившегося потрясает меня до глубины души. Я прикрываю рот руками, пытаясь надышаться.
О боже. Как мне теперь спасти нашу дружбу?
Я смотрю на Джейса, и то, что он выглядит как само воплощение греха, ни капли не помогает. Огонь в его взгляде заставляет мою решимость таять, превращая её в далекое эхо.
Но тут он делает шаг назад, и на его лице отражается понимание.
– Блядь. – Вспышка паники искажает его черты. – Я... я не хотел, чтобы это произошло.
Я закрываю глаза, чувствуя острую боль в груди: Джейс только что зверски вырвал мое сердце. Он, должно быть, видит это на моем лице, потому что делает шаг ко мне и кладет руку мне на плечо: – Мне нужно время, Мила. Я не знаю даже, с чего начать, чтобы понять, что сейчас случилось.
Джейс говорит так, будто я застала его врасплох, и это меня просто уничтожает. Сбрасывая его руку, я говорю: – Тогда бери сколько нужно времени, но только не смей винить меня в этом. Я не заставляла тебя меня целовать.
Он поднимает ладонь: – Я не это имел в виду. Я просто запутался. Нам обоим нужно переварить случившееся.
«Еще бы. Я сказала, что люблю тебя, а ты меня поцеловал».
Видя, как он выбит из колеи, и понимая, что мне тоже нужно побыть одной, я киваю.
– Иди думай. Дай мне знать, на чем мы стоим, когда разберешься.
Джейс колеблется мгновение, а затем спрашивает: – Мы можем оставить это между нами?
Ха, будто я побегу рассказывать всем о самом сокрушительном моменте в моей жизни. Отвергнутая любовь – худшее, что могло случиться. Он даже не удосужился ничего сказать о том, что я положила свое сердце к его ногам.
– Конечно, – бормочу я.
Смотреть, как Джейс выходит из моей комнаты, невыносимо трудно. В горле встает ком. Когда дверь за ним закрывается, почва уходит у меня из-под ног, и я сползаю на пол. Я не могу сдержать рыдание и быстро зажимаю рот рукой.
Я только что сказала Джейсу, что люблю его, и... ничего. Будто он даже не услышал моего признания – слов, которые я никогда раньше не говорила ни одному мужчине.
Почему? Почему я вообще его люблю? Он не сделал ничего, чтобы заслужить это. Я оплакиваю свою подростковую мечту, которая снова разлетелась вдребезги. Я оплакиваю нашу дружбу, потому что в глубине души знаю: после этой ссоры мы уже никогда не станем прежними.
