Текст книги "Измена. Я твой новогодний кошмар (СИ)"
Автор книги: Милла Мир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 13 страниц)
Глава 40
Уставшая Ольга сбросила каблуки, холодный паркет приятно обжег ступни обещая уют, покой, возвращение домой. Девушка открыла дверь в спальню в предвкушении волшебства с любимым…
– Саша… – мир остановился, слова застряли в горле.
Комната была освещена гирляндой с балкона, мерцающие разноцветные огоньки играли на мольберте у стены… На фоне размытого, сырого пейзажа спальни на Александре замерла в прыжке другая женщина.
Картина маслом.
Снова.
В ушах Ольги звенела вакуумная тишина, грохот ее сердца, можно было сравнить с ударом гильотины:
– Вон!!!
Александр резко открыл глаза, в темноте секунду назад расслабленное лицо молодого человека исказилось шоком, непониманием и диким ужасом.
– Ольга⁈ – мажор еще не протрезвел, – но… КАК⁈ Я думал… – взгляд Саши метнулся к незнакомой девушке рядом, потом обратно к Ольге. Малыш в панике поднялся с кровати, – я думал в моих объятиях ты! – пазл не сходился.
Слова любимого прозвучали для девушки, как гнусный, дешёвый фарс:
– Хуёвая отмазка, дорогой! – голос сорвался на визг от боли всего мира, Ольга запустила флаконом духов в голову Титова, – убирайся нахуй из моей квартиры!!!
Оглушенный Александр натянул трусы, спотыкаясь подполз к любимой, пьяные движения мальчишки вызывали жалость.
– Оль, я клянусь… – малыш задыхался от волнения, его искренний взгляд был полон абсолютного неведения, Саша упал перед любимкой на колени, – я ничего не помню! Я вырубился! Поверь мне! Боже, поверь!!! – голос мажора дрожал от животной, непритворной правды отчаяния, на секунду лед в груди девушки дрогнул, она практически поверила в невиновность любимого.
Марго встала с кровати с видом оскорбленной невинности, шлюха как ни в чем ни бывало поправила волосы, обвела Ольгу взглядом, полным сладкой, ядовитой жалости.
– Мой сладенький врунишка, – вставила пять копеек проститутка, – на вечеринке ты был такой галантный, ухаживал за мной, выделил из всех девчонок, – вафлистка сделала паузу смакуя момент, – котенок, мы любили друг друга всю ночь. Саш, ты у меня такой нежный и ненасытный!.. Знаешь, что он мне сказал?.. – телка обратилась к Ольге, – твой парень устал от тебя, ему нужно вдохновение! – каждое слово мерзавки стало идеально отточенным гвоздем вбиваемым в крышку гроба доверия влюбленных. Марго детализировала несуществующие ласки, мнимые признания Александра, тем самым она создала цельную, убойную картину его осознанного предательства.
Сердце Ольги превратилась в кусок льда:
– Титов, я тебя ненавижу, – малыш отпрянул как будто его ударили, – собирай свои вещи и вали куда хочешь! Я не хочу тебя больше видеть! – девушка вышла на кухню, она не плакала, она окаменела.
Александр остался стоять на коленях глядя в пространство перед собой, его лицо было пепельным, он смотрел на Марго, прошмандовка с победоносной усмешкой привела себя в порядок. В памяти мажора чёрная дыра, пьяный тост, смех, темнота… Саша пытался нащупать хоть какую-нибудь ниточку, кадр из вчерашней вечеринки:
– Олюшка, я тебе не изменял! – малыш почувствовал необъяснимую вину за то, что он сознательно не совершал.
– Ты молодец, наш секс был космическим! – Марго презрительно посмотрела на расстроенного мальчишку, – будет скучно, звони! – дерзкая проститутка оставила номер телефона на столе.
Разбитый, уничтоженный, ошеломленный Александр медленно поднялся на ноги.
Я не предатель!
Как мне доказать Ольге, что я ей не изменял???
Только, кто поверит пьянице с провалами в памяти против стройной, подлой истории «очевидца»?..
На то и был расчет подставы Артема и Олега.
Александр собрал вещи в первую попавшуюся спортивную сумку, парень действовал на автомате. Каждое его движение отдавалось болью в висках и страшной, рвущей душу пустотой внутри. Малыш вышел из спальни, прошёл мимо кухни, где сидела недвижимая Ольга, остановился в дверях, открыл рот, чтобы сказать… Что? Он и сам не знал.
Девушка даже не повернула голову:
– Уходи.
Мажор ушёл с поникшими плечами, как побитая собака с сумкой в руке в которой лежали вещи человека, который только что потерял дом, любовь и веру в себя.
Глава 41
Ольга медленно подошла к портретам с Парижа, она не стала их рвать или бить рамки об пол, как в слезливой мелодраме пошлого фильма, девушка спрятала радужные воспоминания подальше от глаз. Истерика пришла волнами, как морской шторм. Сначала было тихо, потом внутри что-то треснуло, нахлынули рыдания, вырывающиеся из горла вопли, удары кулаками по холодному паркету, который еще хранил тепло от чужих ног. Ольга кричала в пустоту, в стены, кричала на Артема, на Александра, на саму себя, на свою дурацкую веру в ' любовь навсегда'. Мир сузился до спазмов в горле и бешеного стука в висках. Потом накатила резкая, всепоглощающая тошнота, пол поплыл перед глазами. Глубокие, судорожные вдохи не помогали, в легкие Ольги как будто не поступал воздух, сердце колотилось где-то в горле обещая вырваться наружу. Темнота по краям зрения стала съедать разноцветные огоньки гирлянды. Последним вменяемым ощущением девушки был холод паркета под щекой и далекий, как из другого мира, звук стука о пол, когда тело перестало ее слушаться….
* * *
Звуки вернулись к девушке раньше образов, Ольга услышала глухой мужской голос:
– Давление низкое, пульс частый, слабый, – шуршание ткани, скрип колес, резкий запах антисептика вместо домашнего запаха елки.
Ольга открыла глаза, увидела матовый белый потолок и капельницу, к ее руке было прикреплено что-то холодное и давящее.
– Очнулась, – медсестра поправила одеяло на кровати пациентки, – милая, не беспокойтесь, вы в больнице. Вам стало плохо, соседи вызвали скорую.
Больная не сразу поняла, что с ней произошло, потом, как удар молотком нахлынули воспоминания. Острая, ясная боль снова пронзила грудь, монитор рядом запищал чаще.
– Тихо, тихо, – медсестра положила прохладную ладонь на лоб поступившей, – вам сейчас нельзя волноваться. Вам нужно себя беречь.
Беречь себя.
От чего?
Мне нечего больше беречь, моя жизнь разбита на мелкие осколки, я никогда никому не поверю…
– Ольга Сергеевна, как вы себя чувствуете? – немолодой врач посмотрел в историю болезни.
– Херово… – больная была не в силах врать, ответила, как есть, без прикрас.
– Понимаю… – неприличный ответ, казалось, не удивил специалиста, – ваше состояние было вызвано острым нервно-эмоциональным шоком. Организм не выдержал перегрузки. Но есть еще один фактор, – док сделал небольшую паузу, – результаты анализов и осмотр показали, что вы беременны. Срок совсем небольшой, пять-шесть недель. Именно в таком состоянии беременность очень уязвима, подобные потрясения… – мужчина продолжил говорить что-то про покой, витамины, про постоянное наблюдение. Слова перестали иметь смысл, фразы долетали до Ольги обрывками разбиваясь о глухую стену непонимания.
Я жду ребенка…
Ольга вспомнила легкую, едва заметную тошноту по утрам последнюю неделю, которую она списывала на усталость. Что-то горячее, соленое потекло по вискам, залилось в уши. Это были не истеричные рыдания, а тихие, бесконечные слезы отчаяния, которые текли сами по себе, помимо ее воли.
Мой малыш.
– Я… не знаю, что делать…
– Ольга Сергеевна, вам ничего не нужно решать прямо сейчас. Для начала вам нужно прийти в себя, понять, что с вами, а потом уже думать обо всем остальном. Поверьте, вы не одна.
Девушка чувствовала себя абсолютно одинокой, внутри была пустота после двойного предательства, разбитое сердце, растоптанное доверие и новая, непосильная тайна внутри, где зародилась крошечная, неведомая жизнь, которая навеки связывала ее с предателем. Невидимая нить, которую нельзя порвать скандалом или выбросить за дверь. Ольга закрыла глаза.
Мама…
Родители далеко, мне придется справляться самой.
Я должна подняться с постели, а потом решить, что мне делать с новой нерожденной жизнью, которая теперь навсегда будет частью моей истории про то, «что мы делали до…» и «что стало после»…
Глава 42
В ту самую минуту, когда Ольга приходила в себя под мерный писк аппаратов в больничной палате, телефон в кармане Александра завибрировал отчаянной дробью. Огорченный парень зализывал раны в доме родителей, в голове гудело: обрывки оправданий, бледное лицо любимой, ему было стыдно, гадко и до очень обидно. Обидно, что Ольга не захотела его слушать, не дала ему последний шанс объясниться, выгнала его из квартиры, как нашкодившего мальчишку. Обидно, что окончательное решение о разрыве не подлежит обсуждению.
Мажору пришло сообщение с незнакомого номера, Саша открыл видеофайл: съемка была смазанной, явно сделанной на телефон. На танцполе играла громкая оглушительная клубная музыка, у стойки бара Ольга сжимала бокал с каким-то темным горячительным напитком. Камера резко приблизилась, девушка закинула голову и осушила залпом стопку виски. Рядом с ней маячили два загорелых стриптизера в откровенно обтягивающих майках. Парнишка обнял девушку за плечи, что-то прошептал ей на ухо, эротично провел пальцем по щеке. Ольга не отстранилась, призывно улыбнулась поклоннику кривой, пьяной, чужой улыбкой.
Александр почувствовал, как его желудок сжался в тугой, болезненный комок, он почти физически ощутил удар под дых. Самое страшное ждало его впереди. Камера проследовала в полутемный коридор, затем в раскрытую дверь VIP-комнаты. Монтаж был грубым, но на нескольких кадрах было достаточно хорошо видно, как чужие руки ласкают обнаженное тело Ольги. Видео резко оборвалось, на черном экране отразилось бледное, с открытым от шока ртом лицо мажора. Малыш вдруг ощутил горячую, слепую ярость.
Пока я тут умираю, схожу с ума от чувства вины, моя любимая начала мне мстить?!!
Ольга ищет грязного, публичного утешения?!!
Моя любимка, та, которая говорила мне о верности, как о наивысшей ценности после предательства Артема Смирнова?
Даже, если учитывать тот факт, что я без сознания был с другой, секс Ольги с двумя горячими самцами выглядит втройне омерзительней.
Конченная сука хуже меня в миллион раз!!!
Чувство вины давящее тоннами на молодого человека вдруг дало трещину, сменилось на оскорбленное самолюбие и горькое, едкое торжество.
Меня предупреждал аноним! Источник информации рассказывал мне о том, что Бигфут стала холодной и злой после неприятной новогодней истории измены ее бывшего…
Я не поверил ни единому слову провокатора.
Ольга не могла со мной притворяться!
Я чувствовал ее неподдельную любовь!
Тогда откуда появились чертово видео???
Кто автор подставы???
Оглушенный Саша не стал пересматривать интимную сцену, он не понял странную нестыковку: Ольга чисто физически, соблюдая логику, не смогла бы так быстро переодеться, нанести убогий, броский, такой несвойственный ей вульгарный макияж, и, уж тем более, оказаться во второсортном стриптиз-клубе. Гнев и злоба ослепили мажора, сделали его глухим к разумным, логическим доводам рассудка.
Я влюбился в потаскуху!!!
Я готов был подарить ей мир!!!
Фу, бля!!!
Саня укусил губы до крови, у его боли появился удобный, четкий фокус: предательство, разврат любимой, как уродлевое лекарство притупило его стыд.
Мажор не знал о том, что в это время настоящая Ольга лежала под капельницей, гладила свободной рукой плоский живот, через девять месяцев на свет появится наследный принц олигарха Титова, в будущем старший наследник могущественной корпорации.
Две реальности существовали параллельно: Ольга узнала, что ждет ребенка от предателя, с другой стороны, малыш был уверен, что его истинная пара трахалась с двумя чуваками, словила кайф от двойного проникновения…
Хрупкая, неудобная правда утонула в темноте между влюбленными, оставила за собой лишь обломки доверия, где больше нет места любви. Ядовитое семя сомнения брошенное в сердце Санька фальшивым видео дало первые черные ростки.
Глава 43
Больничная палата мягко обволакивала Ольгу стерильным покоем, как ватное одеяло. В помещении пахло свежестью и почему-то ванилью, видимо у медсестёр были свои личные секреты уюта. Больная смотрела в белоснежный потолок мысленно пытаясь прощупать новую реальность внутри себя. Реальность была странной, пугающей, пока ещё очень хрупкой, как мыльный пузырь в котором плавал будущий крошечный человечек.
Дверь в палату тихо приоткрылась, девушка машинально перевела взгляд ожидая увидеть строгую медсестру с капельницей или улыбчивую нянечку с ужином, но в проеме возник Александр. Без цветов, без дурацкого плюшевого медведя, без прежней уверенности в глазах. Парень стоял в дверях держась за косяк, у него был такой вид, как будто он только что вышел из центрифуги после неудачной стирки: помятый, небритый, с красными от недосыпа глазами и легким тремором в руках. Классический портрет человека который еще вчера пытался выпить море алкоголя, но потерпел сокрушительное поражение.
Влюбленные посмотрели друг на друга, как двое уцелевшие после кораблекрушения выброшенные на разные берега одного острова, и теперь наконец-то нашедшие друг друга в джунглях.
– Как ты? – голос Саши звучал хрипло, с металлическим оттенком похмелья, казалось, даже его голосовые связки страдают от вчерашнего возлияния.
– Жива, – спокойно, без истерики, без обвинений ответила Ольга, ее эмоции выгорели за сутки дотла, оставили после себя только холодный пепел и странное, почти философское спокойствие, – Саш, как ты узнал о том, что я в частной клинике? Я никому не говорила, где я нахожусь.
Саня сделал шаг в палату, но не решался подойти ближе к больной, словно он боялся, что после его приближения любимая исчезнет в воздухе.
– Олюшка, я случайно встретил твою домработницу в гипермаркете. Валентина Семёновна рассказала мне, что ты упала в обморок, – мажор замолчал явно собираясь с духом, – любимка… насчёт вечера встречи… Я правда ничего не помню. Совсем. Мы выпили с Мэттом, и я отрубился. У меня провал в памяти, как будто кто-то специально стер из моей головы важный кусок жизни. Родная, я тебя люблю. Поверь мне, я тебе не изменял. Прежде, чем окончательно похоронить наши отношения, я предлагаю тебе разобраться в том, что на самом деле произошло на вечеринке, – в голосе малыша звучала щемящая, почти детская растерянность. Так ребёнок оправдывается перед мамой за разбитую вазу, которую он совершенно точно не трогал, но улики почему-то против него.
Ольга пристально, долго-долго смотрела на любимого и вдруг с абсолютной, кристальной ясностью она поняла то, что уже подсознательно чувствовала в часы одиночества:
– Любимый, ты прав. Я верю тебе, – девушка сделала паузу, – Сань, ты не мог трахаться с той девчонкой в нашей постели. Это не твой почерк. Ты даже носки по углам не разбрасываешь, потому что «беспорядок – это хаос, а хаос – враг порядка». А тут какая-то дешёвая постановка с претензией на страсть. Как говорил Станиславский: НЕ ВЕРЮ!
С плеч Александра буквально свалилась тонна кирпичей, малыш физически ощутил, как его позвоночник выпрямился, как расправились плечи. Воздух вдруг стал сладким, как первый глоток воды после пустыни.
– Оль, как ты думаешь, кто хочет нас подставить? Кому выгодно нас разлучить? – горячая нотка азарта сыщика схватившего правильную мысль за хвост.
Ольга закрыла глаза прокручивая в памяти роковой вечер помолвки. Пестрая мозаика романтики, шампанское искрится, смех разливается по залу, она в белом платье, Саня в идеальном костюме… И два чётких, как выстрел, неприятных силуэта на периферии зрения.
– На празднике я видела сына прокурора Волынского и Артема Смирнова. Тогда я не придала значения их приходу, малознакомые лица, вечеринка большая, всякое бывает. Но сейчас… – девушка съежилась, – бывший смотрел на меня так… странно. Как будто он ждал чего-то. Как гиена, которая выследила добычу и теперь терпеливо ждёт, когда та сама упадёт замертво.
– Олег, – прорычал Саша, его пальцы сжались в кулаки так, что костяшки побелели, – два обиженных мужчины. Два злобных гения, которые решили поиграть в режиссёров. – малыш достал телефон, пальцы привычно заплясали по экрану, – любимка, я посмотрел камеры наблюдения у твоего дома. Вернее, у нашего дома. И нашёл кое-что интересное.
На экране замерла знакомая, почти родная картинка: ночь, подъезд влюбленных с чугунными воротами, пушистый снег падает хлопьями, мягкий свет фонаря освещает улицу. К воротам подъехал тонированный хищный черный «Мерседес», из авто вылезли двое молодых людей и девушка в длинном черном меховом пальто до пят. Артём, даже не задумываясь, по старой привычке ввел код домофона.
– Ходят слухи, что Мэтт сводный брат Волынского, – у Саши от злости скрипели зубы, звук напоминал скрежет металла по стеклу, – отец Олега не отличается семейной верностью, наш уважаемый прокурор слаб на передок. Говорят, у Волынского-старшего много внебрачных детей, бастарды разбросаны по всему городу, как весенняя грязь на асфальте. Мишка азартный игрок, картежник со стажем. По ходу дела, братан очередной раз проигрался в хлам в казино, чел искал и нашел легкие деньги.
Камера в лифте подтвердила догадку мажора. Марго в зеркале поправила причёску, скинула пальто обнажая черное кружево на шикарном платье. Подстава рассчитана до мелочей, хореография достойна большого театра, только вместо артистов балета дешевые провокаторы.
– Жестокий, циничный план, – Ольгу охватил ледяной ужас от той мерзости, что сплелась вокруг их пары, как змеиный клубок, – Сань, наша жизнь, наша любовь, наш дом для обиженных мной мудаков всего лишь декорация, фон для их мелкого, грязного отмщения.
– Здорово, что у сволочей ничего не получилось, любимка, мы с тобой вовремя разобрались, – Саша улыбнулся хищным, злобным оскалом, – а потом… – малыш переключил видео, – я получил очередной «сюрприз» с незнакомого номера.
На экране появилось изображение низкого качества, как будто снимали на картошку через тройной слой целлофана. Ольга увидела… себя? Свою копию? Какая-то девица, отдаленно напоминающая её блондинистым вариантом, развлекалась с двумя качками. Юные жеребцы старательно кончали в рот чувихе, чика размазывала сперму по лицу, грязно облизывала пальцы, требовала продолжения банкета с видом заправской порнозвезды.
Ольга смотрела на пародию секса с выражением лица человека, которому только что показали фотографию его кота в компании с тараканами:
– Саш, ты ударился головой? Зачем ты показываешь мне дешевую русскую порнушку, причём самого низкого качества? Тут даже свет не поставлен, а оператор явно бухал перед съемкой.
– Оль, я думал, это ты, – выпалил Саня и тут же понял, что совершил фатальную ошибку.
– Титов, ты охренел?!! – Ольга резко села на кровати, осмотрелась по сторонам в поисках тяжелого предмета. Её взгляд упал на тумбочку, где стояла стеклянная ваза, но ваза была слишком красивой для того, чтобы разбить её о голову любимого. Тогда она перевела взгляд на Сашины брюки, – любимый, скажи, тебя в детстве уронили несколько раз подряд головой об асфальт?!! Я тебя сейчас лично добью!!!
– Любимка, вы похожи!.. – Саша попятился к двери, выставил руки в защитном жесте, – отдаленно! При определённом освещении! Если сильно прищуриться и не надевать очки!
– Мы похожи⁈ – Ольга подскочила с кровати с такой скоростью, что капельница жалобно звякнула, – Титов, ты труп!!! Лучше беги!!! – девушка выдернула ремень из штанов мажора с молниеносной скоростью. В ее руке блеснула железная, увесистая, основательная пряжка явно рассчитанная на долгие годы носки.
Первый удар пришёл по лицу, Ольга особо не целилась, просто хотела сбить с малыша идиотское выражение на лице «я нашел оправдание своей тупости». Второй удар больно прилетел по упругой попе спортсмена. Дальше она била его без разбора, куда придётся, сопровождая каждый удар комментариями:
– Это за то, что ты поверил порнухе! Это за то, что сравнил меня с белобрысой дешевкой! А это за то, что ты вообще посмел обо мне так плохо подумать!
Саша метался по палате пытаясь увернуться, но ремень находил его везде, как умная ракета:
– Любимая, остановись! – взмолился парнишка, когда пряжка особенно больно прилетела по ребрам, – я всё понял! Я идиот! Я больше никогда… – преодолевая яростное сопротивление разбушевавшейся невесты, мальчишка наконец схватил её в охапку, прижал к себе и страстно поцеловал.
Ольга на секунду замерла, а потом… растаяла, ремень с глухим стуком упал на пол, руки обвили шею любимого:
– Я скучала…
Саня бережно подхватил любимую на руки, у него еще остались силы несмотря на недавнюю порку, опустил сокровище на кровать.
– Поцелуй меня… – прошептала Ольга.
Губы мажора добрались до пылающего от страсти клитора, из губ девушки раздался сладострастный стон, который, наверное, слышали даже в соседнем корпусе.
– Любимая… – Саня ловко перевернулся насаживая Ольгу сверху, – только ты моя повелительница. Люби меня…
Плавные движения быстро переросли в бешеный темп, кровать ритмично поскрипывала вторя дыханию влюбленных:
– Сань, ты принадлежишь мне… – выдохнула Ольга.
– Оль, ты только моя, – мажор сжал бедра любимой.
Влюбленные одновременно приблизились к пику, как два спринтера на финишной прямой…
– Оль, мне понравилось с тобой ругаться. Знаешь, в пылу ссоры ты такая страстная… Бери в руки ремень почаще.
Девушка приподнявшись на локте, хитро прищурилась:
– Хорошая идея. Я сделаю заказ на «Вайлдберриз». Мне кажется, в моих руках будет органично смотреться настоящий, кожаный хлыст.
– И наручники с мягким мехом! – Саня с горящими от предвкушения глазами подхватил занимательную идею.
– А ещё латексный костюм, – мечтательно протянула Ольга.
– Нет, лучше сеточка, – оспорил Саша, – с дырочками в интересных местах, чтобы было видно всё, что нужно, но оставалась интрига.
– Закажу два, – Ольга чмокнула любимого в нос, – тебе и мне. Саш, я кажется поняла, – девушка вдруг стала серьезной, – в моей голове наконец сложился пазл. Родной, для нас с тобой сыграли спектакль в двух актах. Цель Смирнова и Волынского не просто нас разлучить. Их цель уничтожить нашу пару, осквернить всё прекрасное, что между нами было. Сделать нам больно да так, чтобы нам никогда не захотелось вернуться друг к другу.
– Не дождутся суки! – Саня прижал к себе любимую с такой силой как будто он боялся, что её украдут инопланетяне, – Олюшка, мы любим друг друга, ты меня слышишь? Мы никогда с тобой не расстанемся! Любимка, я ни за что от тебя не откажусь! Даже если мне придётся каждый день получать ремнем от разъяренной невесты!
– Сань, – Ольга собралась с духом, – я беременна. У нас будет ребенок.
Наступила абсолютная тишина при которой слышно, как муха чешет лапку о лапку в соседней палате.
– ОЛЯ!!! – заорал Саша так, что, кажется, в соседнем роддоме начались преждевременные роды, – Я ТАК СЧАСТЛИВ!!! – радостный малыш подскочил с кровати, – любовь моя! Спасибо! Спасибо! Спасибо! Олюнь, у нас будет самая красивая, самая сказочная свадьба!!! Бомба, наш банкет будет обсуждать весь город! Фейерверки, лебеди, карета с тыквами, только вместо тыквы – белый лимузин!
– Лебеди не нужны, они злые, – практично заметила Ольга, – а вот фейерверки – можно.
– Будет тебе фейерверк! – Саня уже строил грандиозные планы, его глаза горели безумным огнём, – и платье! Самое красивое платье с метровым шлейфом и бриллиантами!
– Бриллианты лучше в кольцо, – хмыкнула Ольга, – и поменьше пафоса. Но вообще… я согласна. На всё согласна. Лишь бы быть рядом с тобой.
Влюбленные больше не говорили о грустном, не вспоминали подставу, ложь, грязные игры врагов, интриги остались в прошлом, за порогом палаты.
– Сань, – прошептала Ольга, когда малыш уже почти задремал, уткнувшись носом в её волосы.
– М?
– А ремень я всё-таки закажу. На «Вайлдберриз». Чтоб был.
– Заказывай, любимая, – сонно пробормотал мажор, – только мягкий, чтобы пряжка не слишком больно била.
– Не обещаю, – усмехнулась девушка.
