Текст книги "Измена. Бывшая любовь мужа (СИ)"

Автор книги: Милана Лотос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16.

– Не говори ерунды, Макс. Какой любовник в моем состоянии? – голос мой дрожал от возмущения и обиды. Я с вызовом указала на свой округлившийся живот, а другой рукой потерла запястье, на котором уже проступали красные следы от его пальцев. –Ты только посмотри на меня. Ничего не замечаешь? Я ношу твоего ребенка.

–Ты беременна. И?.. – он цинично измерил меня взглядом. – Ты думаешь, в твоем состоянии люди не занимаются сексом?

В его словах было столько грязи и пошлости, что меня затрясло.

– Не суди по себе, извращенец! – вырвалось у меня, и я инстинктивно отступила на шаг, натыкаясь на спинку кресла. Воздух между нами сгустился, стал колючим. – Возможно, с Яной у вас так и было, но если ты забыл, врач категорически запретил мне заниматься любовью в последние месяцы. Или тебе плевать на здоровье твоего сына?

– Хорошо, возможно, и нет никакого любовника, – он сделал вид, что задумался, но в его глазах читалось лишь холодное подозрение. – Но тогда, что ты тут делаешь? В квартире у незнакомого мужчины?

– Макс, я здесь живу, потому что мне негде жить! – голос мой сорвался на крик. – Мать с сестрой не пустили меня к себе, отец не выстоял их напора! А Вардан…

– Вардан! – он произнес это имя с такой ядовитой усмешкой, что мне стало дурно. – Ясно, это твой любовник… хм… то есть человек, к которому ты ушла от меня? Так?

– Ни к кому я не уходила! – пыталась я докричаться до его разума, но он был глух. – Вардан – это мой старый знакомый…

– Ну не такой уж и старый, – раздался за моей спиной спокойный, басовитый голос, от которого по коже пробежали знакомые мурашки. Я обернулась и увидела Вардана, стоявшего в дверном проеме. Он опирался о косяк, и в его глазах читалась не привычная хитрость, а твердая решимость. Каждый раз, когда он появлялся так неожиданно, мое сердце начинало биться чаще и тревожнее. – Скорее, умудренный опытом.

– Вардан, доброе утро, – я попыталась улыбнуться, но получилось лишь жалкое подобие улыбки. Мое сердце колотилось где-то в горле. – Это мой муж, Максим Яхонтов.

– Я так и понял, – Вардан медленно вошел в комнату, его взгляд скользнул по Максу, оценивающе и без тени страха. Он протянул ладонь. – Вардан.

Макс, сжав губы в тонкую ниточку, с неохотой пожал ее. Рукопожатие было коротким и напряженным.

– Максим, можно просто Макс, – представился он, и в его голосе прозвучала привычная снисходительность. – Муж вот этой неблагодарной особы.

– Перестань, прошу, – сквозь стиснутые зубы прошипела я, дергая его за рукав. Унижение жгло меня изнутри.

– Прости, Вардан, что она вдруг оказалась в твоей квартире и наверняка стеснила тебя, – продолжал Макс, полностью игнорируя мои попытки остановить его. Его тон был сладким и фальшивым.

– Это не так! – попыталась я вставить слово, но мой голос потонул в его высокомерной тираде.

– Макс, расслабься, – Вардан говорил спокойно, но каждое его слово было отточенным, как лезвие. – Не утруждай себя унижением собственной жены. Она точно этого не заслуживает. Особенно в ее положении.

– О чем это ты? – Макс раздраженно переминался с ноги на ногу, его лицо начало заливаться густым багрянцем.

– Я знаю вашу ситуацию. От и до, – Вардан скрестил руки на груди. Его поза была открытой и уверенной. – У тебя, у самого, рыльце в пушку. А строишь из себя святого и оскорбляешь женщину, которая носит твоего ребенка.

– Так, понятно! – рявкнул Макс и снова, с силой, вцепился мне в руку. Боль пронзила запястье. – Мы уходим. Я не намерен больше это выслушивать.

– Я никуда с тобой не пойду! – я попыталась вырваться, и на этот раз слезы, горячие и горькие, сами потекли по моим щекам. Я не могла их сдержать. – Оставь меня, пожалуйста. Уйди.

– Оставь ее! – голос Вардана низкий и опасный. Я впервые видела его таким: глаза сузились, скулы напряглись, кулаки сжались так, что костяшки побелели. Он сделал шаг вперед, и воздух в комнате будто наэлектризовался. – Ты слышал, что она сказала?

– Нет! – резко отрезал Макс, дергая меня за руку так, что я чуть не потеряла равновесие. – Варвара – моя собственность, и этого никто еще не отменял. Она едет домой со мной, и это больше не обсуждается!

– Еще. Один. Шаг, – Вардан произнес эти слова сквозь стиснутые зубы, и они прозвучали тише, но в тысячу раз страшнее его крика, – и я за себя не отвечаю. Убери руку.

– Ты не станешь, – Макс ухмыльнулся, но в его ухмылке было что-то нервное, неуверенное.

– Я нахожусь в своей частной собственности, – холодно парировал Вардан. – А ты – незваный гость, который переступил мой порог и сейчас применяет физическую силу к моей гостье. Я имею полное право сделать с тобой все что угодно. Или позвонить в полицию и сообщить о незаконном проникновении и домашнем насилии. Выбирай.

Я смотрела на эту сцену, словно оторопев, не в силах поверить, что кто-то может так защищать меня.

Макс побагровел, потом резко побелел, и на его щеках выступили некрасивые красные пятна. Давление на мою руку ослабло, и он, наконец, отпустил меня. С безмолвной яростью он направился к выходу.

У самой двери он остановился и обернулся. Его лицо исказила гримаса неподдельного детского недоумения.

– Я просто хотел как лучше, – произнес он виноватым тоном, который звучал фальшиво и жалко. – Хотел, чтобы мы все жили вместе, как раньше.

– Мы не жили вместе, – с недоумением покачала я головой, все еще потирая онемевшее запястье. – О чем ты говоришь?

– Янина была твоей лучшей подругой, – глядя мне прямо в глаза, сказал он, и в его взгляде читалась какая-то исковерканная логика.

– …а потом ты на ней женился. За моей спиной, – голос мой дрогнул от возмущения. – Вы оба предали меня и, ничего не сказав, продолжали оставаться моими «близкими» друзьями и любимыми. Как ты подговорил Яну не говорить никому о вашей свадьбе? Как заставил ее не брать твою фамилию?

– Я не заставлял, – он пожал плечами, как будто речь шла о сущей ерунде. – Яна сама это предложила. Она же знала, как ты меня любишь, и просто не хотела портить с тобой отношения. Говорила, что ты не переживешь.

– Как благородно с ее стороны, – я всхлипнула, и горькая ирония заставила меня содрогнуться. – Это и правда поступок настоящей подруги. Спать за моей спиной с моим любимым и быть замужем за ним же. Ей самой-то не противно было знать, что мы с тобой занимались сексом?

– Она не знала об этом, – неожиданно признался Макс, и это признание прозвучало как гром среди ясного неба. – Я ей сказал, что мы с тобой расстались. Еще до того, как мы с ней… оформили отношения.

– Ах, вот оно что! – я засмеялась, но это был истеричный, надрывный смех, в котором не было ни капли веселья. Слезы текли по моему лицу ручьями. – Значит, она тоже была обманутой женой? Это ты лихо, Макс! Трахаться одновременно с двумя женщинами, которые абсолютно не знали друг о друге. Браво! Это достойно звания «настоящий мужчина». Ты просто герой!

– Перестань язвить, Варя! – он крикнул, теряя остатки самообладания. – Я был неидеальным мужиком и совершил много ошибок. Хотя – он перевел взгляд на Вардана, пытаясь найти в нем союзника, – кто их не совершал? Правда, ведь? Все мужики грешны.

– Не понимаю, о чем ты, – холодно пожал плечами Вардан, его лицо оставалось каменным. – У меня была одна жена, которую я любил. Мы расстались после пятнадцати лет брака, но остались в хороших отношениях. Я никогда не имел связей на стороне, потому что считаю, что женщина, разделяющая с тобой жизнь, должна быть одна-единственная. И самое главное, чтобы она сама это знала и чувствовала. Без всяких «но» и «если».

– Пиздец! – с ненавистью выдохнул Макс. – Да ты святой, мать твою! Ёбаный нимб так и светится над твоей головой!

– Не выражайся здесь, – спокойно, но не допуская возражений, произнес Вардан. – Ты не у себя дома. Тем более при даме и твоём нерожденном сыне. Меня не уважаешь – попробуй начать уважать мать своего ребенка.

– Я твоих советов не спрашивал, поэтому иди ты…! – Макс не закончил фразу, но по его перекошенному злобой лицу все было ясно.

– Аккуратнее, Макс, – голос Вардана снова стал тихим и опасным. – Еще одно слово, и я за себя не отвечаю. Понял?

– Идите вы оба! – проревел Макс и, выскочив за дверь, изо всех сил хлопнул ею. Грохот отозвался в тишине квартиры, словно выстрел.

Наступила оглушительная тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым, всхлипывающим дыханием. Я стояла, не в силах пошевелиться, ощущая, как по мне бегут мелкие судороги.

Вардан медленно подошел ко мне. Его лицо снова стало мягким.

– Кажется, после такого, тебе пора разводиться, – тихо сказал он. – Окончательно и бесповоротно.

– Завтра… – мой голос был слабым и сорванным. Я опустилась на ближайший стул, и силы окончательно покинули меня. – Завтра я позвоню адвокату.

И, закрыв лицо руками, я тихо заплакала. Плакала от унижения, от предательства, от осознания того, что человек, которому я доверяла всю свою жизнь, оказался безнадежным, лживым незнакомцем.

И в этой кромешной тьме единственным лучом света был тихий, спокойный голос Вардана, говоривший:

– Все будет хорошо. Я помогу тебе.

Глава 17.

Но ждать до завтра я не стала. Пока Вардан на кухне возился с кастрюлями, наполняя квартиру аппетитными запахами, я устроилась в кресле с ноутбуком. Я чувствовала странную смесь решимости и отчаяния. Каждый сайт адвокатской конторы, каждое громкое имя и длинный список услуг заставляли мое сердце сжиматься.

Я обзванивала один номер за другим, заученно повторяя свою печальную историю: «Неработающая беременная женщина, муж со связями, срочно нужен развод».

Спустя полчаса бесплодных попыток я откинулась на спинку кресла, испытывая горькое разочарование. Казалось, все двери захлопывались у меня перед носом.

– Что тебя в них не устраивает? – спросил Вардан, вытирая руки полотенцем и подходя ко мне. Он поставил на стол рядом дымящуюся чашку кофе.

– Цены какие-то космические, – с горечью выдохнула я, закрывая ноутбук. – Вардан, откуда у меня такие деньги? Я – неработающая беременная женщина, у которой из активов только кредитка мужа. И я почти на сто процентов уверена, что в ближайшее время он ее заблокирует. Это его стиль – ударить по самому больному.

– Может, тебе стоит снять с нее какую-то сумму, пока есть такая возможность? – осторожно предложил он.

Меня будто осенило.

– Ты думаешь, он и правда может это сделать?

– Вполне, – серьезно кивнул Вардан. – Особенно после нашего сегодняшнего визита. Он дал тебе понять, что играет по своим правилам. Поехали, я отвезу тебя в банк. Попробуешь снять максимум, какой только возможно.

– Хорошо, – решительно поднялась я с кресла. И тут же острая, пронзительная боль, словно удар тонкого кинжала, пронзила низ живота. Я ахнула, инстинктивно схватившись за него одной рукой, а другой вцепившись в спинку кресла, чтобы не упасть.

Лицо Вардана вытянулось от ужаса.

– Ты как? Ты что, рожаешь? – в его голосе прозвучала настоящая паника.

Я, стараясь дышать глубже и ровнее, покачала головой.

– Нет-нет… Вообще-то, еще рано. Но в ближайшее время мне точно нужно посетить своего гинеколога. Боль понемногу отступила, оставив после себя лишь легкое потягивание. Я выпрямилась, погладила живот и попыталась улыбнуться, чтобы его успокоить. – Ух, и напугала же я тебя.

– Еще бы! – он провел рукой по лицу. – Я в жизни максимум только роды у кошек принимал. С людьми… я бы растерялся.

– Не переживай, я не планирую рожать на восьмом месяце, – мягко сказала я, снова обращаясь к сыну. – Тебе еще сидеть и набираться сил, малыш. Не пугай так маму, ладно?

Казалось, он услышал меня и успокоился. Через несколько минут, убедившись, что все в порядке, мы поехали в банк. Однако оказалось, что снять наличные с кредитной карты – не такая уж простая задача. Везде были грабительские проценты. Мы поехали в тот банк, чья карта лежала у меня в кошельке, со слабой надеждой на лучшее.

И вот я стояла у банкомата, с замиранием сердца вводя пин-код. На экране высветилась информация, от которой у меня похолодело внутри. Макс установил лимиты буквально на все: на снятие наличных, на ежедневные траты, на покупки в интернете. И самое главное – ограничение было введено вчера вечером, почти сразу после нашего разговора.

– Кажется, кто-то психанул и решил наказать меня таким изощренным способом, – с горькой усмешкой сказала я Вардану, который стоял рядом, наблюдая за моим побледневшим лицом.

– А он, оказывается, еще и мстительный сукин сын, – тихо проворчал он. – Сколько у тебя лимит на снятие?

– Смехотворно мало. Десять тысяч в месяц, – раздраженно выдохнула я, сжимая в кулаке бесполезную карту. – Ни один адвокат не возьмется за такую сумму. Я в ловушке.

– Один адвокат возьмется, – уверенно сказал Вардан, беря меня за руку. – Поехали. Хотя подожди, – он остановил меня. – Сними с карты, что есть. На мелкие расходы пригодится.

Я молча кивнула, сделала, что он сказал, и мы вышли из банка. Садясь в его машину, я чувствовала себя абсолютно разбитой.

– Куда мы едем, Вардан? – спросила я, глядя на мелькающие за окном улицы.

– К моей бывшей жене. К Дине Соколович.

– К твоей бывшей жене?! – я не поверила своим ушам. – Ты сейчас серьезно?

– Она отличный адвокат и, что важнее, хороший человек, – спокойно сказал он. – По старой дружбе, она с тебя почти ничего не возьмет. В общем, как договоримся.

– Я боюсь, что это вообще не вариант, – покачала я головой, закусывая губу до боли. – Учитывая нашу с ней последнюю встречу.

– Что за последняя встреча? – Вардан бросил на меня удивленный взгляд, а потом хмыкнул. – Опять какие-то тайны?

– Это было давно, но я боюсь, что она запомнилась нам обеим надолго.

– Еще одна загадка, Варь, – его голос стал строже. – Давай, рассказывай уже, мне нужны подробности.

Я сглотнула комок в горле. Никто, кроме нас двоих, о том разговоре не знал, и я отчаянно надеялась, что так и останется.

– Это было двенадцать лет назад, – начала я, надеясь, что этим все и ограничится. – Давненько. Ты уверена, что Дина помнит о том разговоре?

– Женщины о таком помнят, наверное, всю свою жизнь, – тихо сказала я, глядя в окно. – Эмм… это ведь происходило на вашей свадьбе.

– Опа. Уже интересно, – он рассмеялся. – Ты была на нашей с Диной свадьбе?

– Ты не помнишь?! – возмутилась я, поворачиваясь к нему и вглядываясь в его темные глаза. – Правда, что ли?

– Вот сейчас ты сказала об этом, и я вспомнил, – он хитро улыбнулся. – Свадьбу играли в столовой. В той старой, дешевой забегаловке нашего поселка. Ахахах! Я помню. И почему я согласился на это? Можно ведь было снять отличный ресторан в городе. Но мы, почему-то, решили отмечать там.

– Там были все родственники и друзья. Ехать никуда не нужно, тратиться на это тоже не нужно, – машинально ответила я.

– На нашей свадьбе, наверное, только медведя не было. Весь поселок, с бездомными собаками и мужиками, которые еле на ногах стояли. Это было… незабываемо. Вероятно, на этой свадьбе ты тоже была?

– Была, – кивнула я, чувствуя, как краснею. – И мы с тобой там… целовались.

– Что? Целовались? Мы с тобой? – он искренне изумился. – Я, видно, был порядочно поддатый, раз на собственной свадьбе целовался с какой-то девчонкой, а не со своей новоиспеченной женой.

– Это я виновата, Вардан, – с горькой усмешкой призналась я, поднимая на него виноватый взгляд. – Я хотела сорвать твою свадьбу. Поэтому подстроила так, что Дина увидела нас целующимися.

– В засос, что ли? – не веря своим ушам, спросил Вардан. – Вообще, ничего не помню.

– Конечно, в засос! – я фыркнула, и меня вдруг прорвало на нервный смех. – С языком, по-французски, по-взрослому. Называй как хочешь. Однако Дина всё увидела. Но вместо того чтобы устроить скандал на весь посёлок и отменить свадьбу, она дождалась, пока мы закончим, а потом отвела меня в сторону и устроила настоящий выговор. Отчитала как девчонку, хотя я и была девчонкой, влюбленной в тебя до беспамятства, и, если честно, тогда мне было на все плевать.

– А дальше? – Вардан слушал меня с возрастающим интересом, но в его глазах уже появилась тень беспокойства.

– Она сказала, – я сделала паузу, с трудом подбирая слова, – что если я посмею еще хоть раз подойти к тебе, она найдет самых отчаянных деревенских парней…

– В смысле? – резко перебил он, и его брови грозно сошлись на переносице.

– …которые найдут меня и быстро оприходуют, – выдохнула я, чувствуя, как по коже бегут мурашки от этого давнего, но все еще жуткого воспоминания. – Изнасилуют так, что я не только не смогу потом рожать, но и ходить буду с трудом, передвигаясь на четвереньках.

Глава 18.

Машина наполнилась напряженным молчанием, нарушаемым лишь шуршанием шин об асфальт.

– Вообще-то, это не смешно, – начал он, но голос его потерял всю свою предыдущую уверенность.

– Ты думаешь, я смеюсь? – я не смогла сдержать горькую, едкую ухмылку. – Серьезно, Вардан? Ради своего мужика баба может и не такое сказать. И я уверена на все сто, что и сделать готова. А ты думал, твоя жена была вся такая мягкая и пушистая?

Он заерзал на сиденье, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

– Нет, но… я думал… эм… – он запнулся, подбирая слова. – Сейчас она, конечно, акула в профессии. Но в жизни, а особенно столько лет назад… Мне казалось, что милее и добрее человека я не встречал. Она всегда была такой… спокойной.

– Люди не меняются, Вардан, – я пожала плечами, глядя на мелькающие за окном огни. – Они просто показывают разные грани. Тогда я представляла для нее реальную угрозу. Молодая, горячая девчонка, безумно влюбленная в ее жениха. Она видела этот огонь у меня в глазах, это желание любой ценой стать твоей. И боялась, что ты можешь на него повестись. Страх – мощный двигатель.

– Да ладно, ахах! Нет! – он засмеялся, но смех прозвучал нервно и неестественно. Он снова посмотрел на меня, и в его глазах я увидела тень сомнения. – Мне, конечно, было приятно твое внимание, эта твоя сумасшедшая, юная влюбленность… но я бы никогда не пошел на измену. Никогда.

– Вероятно, она так не считала, – мягко, но настойчиво парировала я. – В любом случае, ее слова тогда были произнесены. И в тот день я все поняла и приняла. Ты больше не мой, и тебя нужно отпустить. Я отпустила и успокоилась. Потом были отношения, серьезные и не очень, а затем я встретила мужа и полюбила. Очень сильно. Сильнее, чем тебя, Вардан. Можешь выдыхать, – добавила я, заметив, как он напрягся. – В моей жизни появился мужчина, который, как я думала, полюбил меня тоже. И я верила… – голос мой внезапно прервался, в горле встал комок, и я замолчала, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами.

– … что это навсегда? – тихо закончил за мной Вардан.

– Да, – прошептала я, глядя в свое отражение в стекле. – Но это была лишь иллюзия. Красивая и хрупкая. Любовь ушла, а вместе с ней испарилось и уважение. Им на смену пришли ложь и предательство. Сейчас мне кажется, что, может, и не было со стороны Макса никакой любви изначально, раз он смог поступить со мной так подло.

Вардан не нашелся что ответить. Какой уж тут ответ?

Эту горькую правду не знал, наверное, никто, даже сам Яхонтов, запутавшийся в паутине собственной лжи.

– Ну так что, едем к Дине? – нарушил он молчание спустя несколько минут. – Решай. Может, пора наконец зарыть топор войны?

Я тяжело вздохнула, ощущая всю тяжесть своего положения. Выбора, по сути, не было. Денег нет, и в обозримом будущем их появление не предвиделось. Гордость – плохой советчик, когда на кону стоит будущее твоего ребенка.

– Едем, – кивнула я, смиряясь с неизбежным. – Пора встретиться с твоей женой и… попытаться помириться.

– Бывшей женой, – тут же поправил он, и в его голосе прозвучала странная нота – не то гордости, не то сожаления. – Сейчас я абсолютно разведенный мужчина и, надо сказать, вполне доволен своим статусом.

– Спасибо за откровенность, – я улыбнулась ему. – Кажется, я сама скоро буду в этом же статусе. Но, к сожалению, меня это совсем не радует.

– Это только вначале, – ободряюще сказал он. – Потом ты поймешь разницу и почувствуешь вкус свободы.

– Ах, Вардан, – покачала я головой, – ты совсем не разбираешься в женщинах. Мы очень разные. И если ты думаешь, что твоя жена была счастлива, когда подала на развод, то ты глубоко ошибаешься.

– Она сама говорила, что наконец-то выдохнула, когда мы развелись, – он засмеялся, но в его смехе слышалась какая-то неуверенность.

– Наверняка в душе у нее скребли кошки, а сердце разрывалось от тоски, – возразила я. – Но, естественно, она никогда тебе в этом не призналась. Зачем? Женщина всегда должна оставаться сильной и ни за что не показывать свою слабость. А мужчины… мужчины не любят женских слез и обычно совершенно не знают, что с ними делать.

– Это уж точно, – с облегчением согласился Вардан, будто с него сняли груз. – Коварный инструмент, эти ваши слезы. Часто вы просто загоняете нас в полный ступор, когда начинаете плакать. Непонятно, обнимать вас нужно или бежать за валерьянкой.

– Наши слезы – наше тайное оружие, – я не могла сдержать улыбку. – Это чтобы вы, мужчины, не расслаблялись и всегда были начеку, если что-то пойдет не так.

– Ох, ну вы даете, – он покачал головой и хмыкнул. – Настоящие коварные соблазнительницы. Так ты и правда считаешь, что Дина была несчастлива, когда мы развелись?

– Я не знаю, Вардан. Честно. Тебе об этом лучше спросить у самой Дины, – пожала я плечами.

– Пожалуй, надо будет как-нибудь… разворошить прошлое, – задумчиво произнес он. – Столько лет прошло… Но спасибо за полезный ликбез.

– Не за что, – я похлопала его по плечу. Поймав его взгляд, я добавила: – Эй, смотри на дорогу, а не на меня. Мне не хотелось бы закончить этот день в больнице.

– Ага, – он тут же уставился на асфальт.

Через несколько минут мы подъехали к современному стеклянному бизнес-центру и припарковались.

– Ты предупредил свою бывшую супругу о нашем визите? – спросила я, выходя из машины.

– Нет, – он отрицательно покачал головой, и на его лице появилась озорная, почти мальчишеская улыбка. – Люблю делать своей бывшей жене сюрпризы. Это была такая наша фишка. Мы никогда не предупреждали друг друга о своих визитах или планах. Это добавляло нашим отношениям пикантности и остроты.

– Оригинально, ничего не скажешь, – пробормотала я, когда мы поднимались на лифте в ее офис. – Хотя, знаешь… если бы у нас с Максом была такая же «фишка», может, я бы раньше узнала о его второй семье.

– Они встречались у нее дома? – спросил Вардан, глядя на меня.

– Я не знаю, – пожала я плечами. – Наверное. Хотя… она живет с дочерью. Возможно, не только там. А что?

– Да так, просто пытаюсь понять мотивацию, – он задумался. – Характерные черты мужчины-изменника. Что им движет? Почему он идет на это? Чего ему не хватает в браке?

– Как напишешь на эту тему диссертацию, обязательно дай почитать, – ответила я с легкой иронией, пытаясь скрыть защемившую в сердце боль.

Лифт плавно остановился. Вардан распахнул передо мной дверь в просторный, стильно обставленный холл.

– Заходи, – усмехнулся он, открывая тяжелую дверь в кабинет и жестом приглашая меня войти. – Дина, здравствуй!

Мой взгляд упал на женщину, сидевшую за массивным дубовым столом. Я помнила ее юной, цветущей девушкой в белом подвенечном платье.

Теперь передо мной была ухоженная, уверенная в себе женщина с острым, проницательным взглядом. Я сглотнула и попыталась улыбнуться.

– Привет, Вардан, – ее голос прозвучал ровно, без особых эмоций. Она отложила ручку. – Как всегда, без стука и без предупреждения. Ну что ж, даже не удивлена. А кто это с тобой?

– Дина, а ты приглядись, – Вардан сделал шаг вперед, словно представляя фокусника в цирке. – Может, узнаешь?

– Опять загадки, – она неторопливо провела взглядом по моей фигуре, и я почувствовала, как краснею под этим изучающим взглядом. – Не знаю. Твоя знакомая? Невеста? Жена? Кто?

– Это Варвара Яхонтова, – наконец раскрыл карты Вардан. – Неужели не помнишь ту самую рыженькую девчонку, что целовала меня на нашей свадьбе?

От его слов у меня загорелись щеки.

Я перевела взгляд с него на Дину, пытаясь сохранить достоинство.

– Видимо, это единственное, что я должна помнить? – ответила она, обращаясь больше к Вардану, продолжая разглядывать меня.

Ее бровь медленно подняла, на губах появилась тонкая, насмешливая улыбка. В глазах вспыхнул знакомый по прошлому огонек – смесь презрения и превосходства.

– Насколько я помню, – продолжила она, растягивая слова и глядя на меня не моргая, – там было кое-что еще. Кое-что помимо поцелуя. Не так ли, Варвара?