Текст книги "Отставной экзорцист 3 (СИ)"

Автор книги: Михаил Злобин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Ты, случайно, не про того мужика говоришь, который к тебе первым приходил? Небритый такой, хмурый.

– Да-да, он, – согласно покивал Кочетков. – А как догадался?

– Само собой подумалось, – хмыкнул собеседник. – По нему сразу видно, что мужик бывалый. Чем-то на ротного нашего смахивает. У него двенадцать командировок в «горячие», всякого повидать успел. Взгляд один в один, как у вашего Мороза.

Паша чуть было не ляпнул, что в биографии Мороза как раз-таки отсутствуют подобные эпизоды. И оттого вдвойне загадочней выглядит его подготовка. Но быстро спохватился и не стал откровенничать с человеком, которого впервые видит.

– Слушай, Никита, а ты говорил, вас отправили одержимого ликвидировать? – сменил Кочетков тему.

– Ага. Это просто жесть какая-то. Прикинь, чувака пополам порвали! – эмоционально округлил глаза парень. – Я те клянусь, лично через две половинки перешагивал. Кровищи… ё-ма-а-а, как на скотобойне было. Сначала не понял, чем это его так. А потом, когда в фанеру схлопотал и чуть не крякнулся, дошло уже, что это тот хмырь мужика разорвал.

– А кто операцией руководил?

– Да я как-то не особо знаю всех этих штабных шакалов, – простодушно пожал плечами Никита. – Вроде какой-то коротышка суетился там с майорскими погонами. Но дальше штаба не совался.

– И вам никого не прислали на помощь из наших? – удивился Паша тому, что Фирсов не побоялся отправить взвод штурмовиков против одержимого.

А если б там биостатик оказался, вроде той крашеной девицы? Даже страшно представить, какую бойню способны учинить в городе полтора десятка вооружённых бойцов, потерявшие контроль над собственными телами…

– Ну какого-то полупокера расфуфыренного прислали, – уверенно заявил собеседник. – Но он тоже в автобусе с командованием засел, и носа оттуда не казал. Зато потом с нашим взводом фотографироваться полез. Я сам не видел, мне сослуживцы рассказали. У него глаза ещё как у бабы накрашены.

– Хм… ну это точно не из наших, – почесал Кочетков здоровой рукой затылок. – У нас вроде парни нормальные все, косметикой никто не пользуется.

– Я краем уха слышал, что это какой-то пидор с телевидения, – доверительно сообщил Никита. – То ли шаман, то ли колдун. Фамилия ещё у него такая… ювелирная.

– Ювелирная? – не понял Павел.

– Ну да, что-то пафосное, с драгоценностями связано. Типа Изумрудный. Хотя не, не так. Жемчужный, что ли? Или Хрустальный?

– Подожди… ты про Янтарного⁈ – вытаращился Кочетков.

– Во-во, точно! А ты откуда знаешь? – подозрительно сощурился собеседник.

– Да у меня мама это шоу дебильное про ясновидящих постоянно смотрит, – не стал скрывать Паша.

– А-а-а… ну ясно…

Признаться честно, такие новости сильно потрясли Кочеткова. Значит, пока они с пацанами разбирались с восставшими мертвецами, руководство МВД им подыскало замену в виде какого-то клоуна с подведёнными глазами? Не ожидал он, конечно, от Фирсова такой неблагодарности. Ну ничего, земля круглая. Подкатит ещё майор. Обязательно подкатит…

Эпилог

Прочёсывание области диаметром более чем в полсотни километров на двух квадроциклах оказалось задачей со звёздочкой, что называется. Нет, я-то, разумеется, не надеялся, что мы приедем такие красивые, и в первые же полчаса отыщем демонический жертвенник. А вот парни, отправившиеся со мной, явно ожидали чего-то другого, а не изматывающего кругового заезда по полям и бездорожью.

Сначала они устали, потом замёрзли, затем проголодались. И в результате я словно бы таскался с тремя капризными детьми.

– Блин, Мороз, долго мы ещё тут шуршать будем? – гундосил Цепков, отогревая свой кривой нос в кулаке.

– Долго, – односложно буркнул я, осматривая руины какой-то заброшенной фермы.

– Я, кажись, слягу с температурой… у меня ноги промокли, – пожаловался Ваня.

– Ты бы ещё в тапочках поехал, модник, – подколол Филлип, выразительно посмотрев на его замшевые ботинки, предназначенные исключительно для передвижения по городским улицам.

– Да кто бы говорил! Сам чуть ли не кроссовки напялил! – фыркнул на него товарищ.

– Это трекинговые ботинки, балда. И они как раз непромокаемые.

– Филя, не беси! Откуда ж я знал, что мы тут по трясинам лазать будем⁈

– Вообще-то я всем сказал надевать походную одежду, – напомнил я.

– Ну так про обувь же речи не было, – не сдавался Иван.

Ой, господи, дай мне сил не прибить этих великовозрастных обалдуев…

– Мороз, чё мы вообще ищем? – снова заговорил Цепков.

– Я ж сто раз уже объяснял! «Плаху» мы ищем! Жертвенный алтарь, на котором людей или животных лишали жизни.

– Да это я помню, но выглядит-то он как⁈

– Как угодно. Но если увидишь, ни с чем не спутаешь.

Андрюха горестно выдохнул, но по его глазам стало ясно – понимания ему мой ответ не прибавил. Ну ничего. Если найдём искомое, все вопросы у парней отпадут.

Однако моим оптимистичным прогнозам сбыться оказалось не суждено. Мы облазали ферму вдоль и поперёк, но так ничего и не обнаружили. Если верить спутниковому снимку, у нас ещё оставались непроверенными только какие-то развалины километрах в сорока от текущего местоположения. Но меня уже одолевали сомнения, что алтарь ждёт нас именно там.

Кроме того, мысли моих вымотанных спутников сейчас занимали не изнурительные поиски, а мечты о горячем чае и сытном ужине. Тем более, уже смеркается, а скоро вообще стемнеет. Похоже, придётся возвращаться. Заедем сюда как-нибудь ещё. На следующих выходных, к примеру.

Или всё же нам надо сменить тактику?

Я задумчиво потёр подбородок, размышляя, не слишком ли меня заносит. В моём прошлом мире за такое легко можно было бы угодить под трибунал. Там мои обязанности были строго очерчены и чётко описаны. И правила эти появились отнюдь не на пустом месте.

Но здесь… здесь мы не просто ликвидаторы. Мы одни и рассчитывать нам не на кого. Тут попросту не существует ни исследовательских институтов, сосредоточенных на раскрытии тайн демонического вторжения, ни «Касперов», которые в своих герметичных белых комбинезонах готовы нырнуть в любую клоаку, ни отрядов районного мониторинга, прочёсывающих потенциальные локации сбора ковенов.

Мы сами себе эксперты, поисковики и каратели. И коли так, то не значит ли это, что пора заканчивать жалеть себя и сомневаться? Чтобы не проиграть в борьбе, мне нужны все доступные средства…

– Ты чего завис, Мороз? – тронул меня за локоть Иван. – Куда дальше?

– Сколько у нас времени до захода солнца? – проигнорировал я вопрос.

Трое моих молодых соратников синхронно повернулись к оранжевому диску, медленно катящемуся за горизонт, а затем каждый посмотрел на свои наручные часы.

– Минут двадцать точно есть, – ответил Андрюха за всех. – А чё?

– Тогда по коням. Мчим сюда, – ткнул я пальцем приблизительно в центр нашей области поисков. – До темноты нужно успеть, чтоб ненароком не влететь в какую-нибудь корягу или яму.

– Боже, только не снова… – застонал Ваня, пристукивая пятками.

– Отставить скулёж! Думать надо было, когда штиблеты свои примерял, – строго пресёк я жалобы.

– На, салажонок, держи. Должен будешь, – покровительственно хлопнул товарища по плечу Филипп и подсунул под самый нос пару шуршащих пакетиков с термостельками.

– О-о-о!!! Самогревы! – расплылся в счастливой улыбке наш незадачливый натуралист. – Филя, ты мой спаситель!

– Вот-вот, в телефоне можешь меня так и переименовать.

Выждав ещё пару минут, пока повеселевший Ванёк разомнёт химическую начинку туристических стелек и сунет их в свои подмокшие ботинки, мы парами погрузились на транспорт и дали по газам.

Но до заката прибыть не успели. К условному центру зоны поисков подъезжали уже впотьмах, подсвечивая себе дорогу мощными светодиодными фарами, что не могло не сказаться на скорости передвижения.

– Ну и? Что дальше? – устало поинтересовался Филипп, положив локти на руль квадроцикла.

– Теперь мы поедем по расширяющейся спирали, – ограничился я скромными пояснениями, – а вы дуйте за нами. Андрюха, гони!

Цепков крутанул ручку газа, и наш транспорт, оглушительно затарахтев, рванул с места. Пришлось немного окоротить лихача, чтоб не угробил нашего дизельного скакуна ненароком. Ну и себя вместе с ним.

Прикрыв веки, я первым воззвал к Бездне…

Преисподняя мгновенно раздвинула границы моего восприятия на десятки метров, позволяя заглянуть под каждый камушек и пожухлую травинку. Но мне весь этот информационный шум был ни к чему. Я отсёк его точно так же, как делал в Центральном бюро, и сосредоточился на одних лишь ощущениях.

Долгое пребывание в изнанке чуждого мира несло существенные риски, поэтому для себя я заводил таймер на пятнадцать минут, по истечении которых выбирался из Бездны и переводил дух. А для парней – всего на десять. Такое чередование помогало нашим мозгам не закипеть, а заодно давало шанс молодёжи попрактиковаться.

Мы успели уже отработать по две короткие смены каждый, и настала очередь мне открывать третий круг. Думаю, это последний заход. А то ведь нам ещё в город возвращаться…

Настроившись на новый раунд, я вновь отрешился от вала подробностей и мелких деталей, которые хлынули в мой разум. Цепков уверенно вёл транспорт, сохраняя стабильную скорость в районе сорока километров в час, а обманчиво податливая Преисподняя мерно шептала мне обо всём находящемся вокруг нас.

Если не пытаться постичь и рассмотреть всё, что видишь через призму ада, то это занятие можно назвать медитативным. Будто бы мягко скользишь в пространстве на водных лыжах. Или скатываешься по бесконечно длинной горке.

Но стоило мне расслабиться, так воображаемая горка превратилась в ржавую тёрку, истыканную лезвиями. От неожиданности я вздрогнул, и вцепился в сидящего спереди Цепкова с такой силой, что тот заорал благим матом.

– Забирай вправо, – прохрипел я, в ответ на его одновременно возмущённый и недоумённый взгляд.

Андрей безропотно подчинился.

Филипп с Иваном, заметив, что мы резко поменяли курс, явно что-то заподозрили. Они нас нагнали и жестами принялись допытываться, куда мы едем. Но я лишь отмахнулся, дескать: «Потом поговорим».

Миновав редкую рощу, мы выехали к унылому бетонному строению круглой формы. Оно было совсем небольшим и даже окон не имело. Поэтому заметить его между стволов полысевших деревьев оказалось весьма трудно. А уж рассмотреть этот неприметный кругляш на спутниковом снимке, на котором мы отмечали проверенные объекты, можно только в том случае, если точно знаешь, что и где искать.

– Ну и чё это за бункер? – озадачился Цепков, заглушив мотор квадроцикла, остановившись неподалёку от запертой железной двери.

– Помнишь сгоревший коровник, который мы ещё в первой половине дня посещали? – ответил я. – Так вот, это канализационно-насосная станция. Судя по всему, через неё всё дерьмо до навозного отстойника прокачивали.

– И… нам туда? – без особо энтузиазма поинтересовался Иван.

Я утвердительно кивнул.

Достав из больших пластиковых кофров, заменяющих нам багажники, оружие, аптечки и прочее необходимое, мы обошли постройку кругом. Она имела сразу две железные двери, поржавевшие до черноты. Но обе заперты на тяжёлые навесные амбарники. Причём, не сказать, что они выглядели старыми и ветхими. Явно висят не очень давно. Как жаль, что монтировку мы с собой прихватить не догадались…

– Ну-ка, посторонись, – задвинул я соратников подальше, а сам бесстрашно приблизился, дёрнул затвор «Самума» и пальнул в замок под углом.

Эхо заметалось в воздухе. Вольфрамовый сердечник распотрошил чугунный корпус амбарника, только осколки и брызнули. Несколько раз пнув по двери, я выбил застрявшую дужку из потемневших от коррозии скоб.

Ржавые петли издали пронзительный визг, который резанул по ушам сильнее, чем грохот выстрела. В ноздри тут же ударила вонь застоялой сырости и тяжёлого приторного запаха, походящего на сырный, но с отчётливым аммиачным оттенком.

Включив фонари и зажав носы рукавами, мы вошли в наземный павильон насосной станции. Отсюда давно уже всё вынесли, оставив лишь угрюмые остовы полуразобранных электрощитков, прилипшие к полу раскисшие листы бумаги и плесневелые обломки мебели.

Справа от входа обнаружилась скользкая от влаги вертикальная лестница, ведущая вниз. Не обращая внимания на подчёркнуто скорбные взгляды соратников, я первым взялся за железные перекладины и стал спускаться в чернильный мрак проёма.

Смрад усиливался.

На первом подземном этаже располагался машинный зал, встретивший нас останками огромных улиток-насосов и переплетениями труб, покрытых склизким коричневым налётом. Воздух здесь оказался ещё плотней и гуще. Как бы не задохнуться в этой вонище…

В центре помещения зияло технологическое окно, через которое раньше спускали заборные шланги. Как раз оттуда, из глубин десятиметрового бетонного горла, и поднималось тошнотворное зловоние.

Филипп с Андреем подошли к нему и посветили вниз фонарями.

– М-да, выглядит, как будто там насрано, – констатировал Цепков.

– Странно, что ты чего-то другого ждал на заброшенной говнокачке, – усмехнулся Филипп.

– А нам точно туда надо? – без особой надежды вздохнул Ванька.

– Там находится то, что мы искали, так что да, – глухо произнёс я и двинулся к веренице кривых скоб, вбитых в стену.

Спуск в холодное чрево насосной станции показался мне вечностью. С каждым мгновением отвратительный букет, витающий вокруг, душил всё сильнее, превращаясь в липкий кисель. Уж насколько я был закалённым и повидавшим всякого, но даже меня замутило. Представляю, каково сейчас пацанам…

Достигнув дна чаши резервуара, я с мерзким чавканьем спрыгнул прямо в слой склизкого ила, залепившего пол. Следом приземлился Андрей, за ним Филипп и последним – Ваня. Лица у всех троих позеленели, а глаза лезли из орбит. Они отчаянно зажимали рукавами рты и носы, но не похоже, что им это помогало.

– Мля-а-а… мне херово, – простонал Цепков. – Что это так воняет⁈

– Жировоск, – отозвался я. – Или иначе могильное мыло.

Молодые демоноборцы непонимающе глянули на меня, а я вместо объяснений посветил вправо, куда от вертикальной шахты отходили своды накопительного резервуара. Луч фонаря вычленил из мрака огромный ком сплошной серой склизкой массы, утопающий в вязком иле.

Сначала было непонятно, что это за куча. Но если приглядеться, то в ней всё ещё можно различить переплетение людских конечностей, уже утративших всякую анатомическую логику. То тут, то там торчали гнилые коряги скрюченных рук и ног, покрытые белёсым налётом. Обрывки истлевшей джинсы и дутых курток, словно бы вросших в плоть. Кое-где в этой мешанине зияли застывшие в немом крике рты, внутри которых ряды зубов торчали будто мелкие камушки в грязном тесте.

– Сука…

– Что за ё…

– Фу… господи…

Вразнобой забормотали мои соратники. Цепков судорожно вякнул и издал булькающий звук. Стиснув челюсти до хруста и с силой зажав рот, он утробно зарычал, но удержал внутри себя всё, что рвалось наружу.

Иван справлялся получше. Он неподвижно стоял и шумно дышал сквозь зубы. Только фонарик в его руке заметно подрагивал. А Филипп вообще являл собой полнейшее спокойствие. Если не обращать внимания на то, что он цветом лица сравнялся с грудой спаявшихся в посмертных объятиях тел.

Молодцы, ребята. Вот так потихоньку и отучу их фонтанировать по поводу и без. Как бы им помягче сказать о том, что нам предстоит…

– «Плаха» где-то там, – осторожно проговорил я, ткнув в кучу трупов. – И её надо будет достать, поскольку она приведёт нас к демону, которому посвящён алтарь и все эти жертвы.

– Нет-нет, ты шутишь, Мороз, – очумело затряс головой Андрюха. – Я к этой мерзости не стану приближаться…

– Конечно шучу. Пошли теперь все вместе похохочем, – сыронизировал я.

– А может мы Фирсову позво… – начал было Иван, но осёкся на полуслове, прерванный раздавшимся сверху протяжным металлическим скрежетом.

Мы с парнями не сговариваясь схватились за оружие и разошлись полукругом, задирая фонари вверх.

Некоторое время ничего не было слышно. Затем где-то в машинном зале зазвучали шаги. А потом чья-то фигура показалась на высоте десяти метров и неспешно поползла вниз по металлическим скобам.

На нас чужак не обращал внимания. Спускался невозмутимо, словно не замечал лучей фонарей, направленных на него. Вскоре он добрался до последней перекладины и спрыгнул в густую чавкающую жижу.

Незнакомцем оказался мужчина преклонных лет. Глубокие морщины, испещрившие его лицо, недвусмысленно намекали, что ему перевалило за шестой десяток. Однако выглядел старик опрятно. Под распахнутым укороченным пуховиком с опушкой красовался костюм, по виду не из дешёвых. А на ногах до блеска начищенные лакированные туфли, которые загадочный господин без всякого сожаления окунул в нечистоты.

Изумление захлестнуло меня с новой силой, когда визитёр вдруг отвесил мне замысловатый глубокий поклон, отставив ногу в сторону, и проговорил:

– Мы не чаяли лицезреть ваше пришествие так скоро, Владыка. Но всё же для меня огромная честь приветствовать вас…

Конец третьей книги.

Продолжение: /work/586107