![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskatel-boli-si-378395.jpg)
Текст книги "Искатель боли (СИ)"
Автор книги: Михаил Злобин
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)
Эпилог
– Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство! Срочная депеша из Махи!
В покои Иилия Второго Солнечного, прямо посреди его высочайшей трапезы, ворвался посыльный с синим плюмажем фельдъегерского корпуса на шлеме. Оказавшись в дверях, посланник низко поклонился и замер. А когда дождался от монарха разрешающего кивка, то почтительно снял головной убор и строевым шагом прошествовал к накрытому столу. Припав на одно колено и опустив голову, он молвил:
– Ваше Сиятельство, Наместник Махи отправил меня со срочной вестью.
– Говори, – со слегка скучающим видом разрешил император. Из второго по величине города Исхироса в последний год шло слишком много невероятных слухов. Вряд ли хоть что-то могло еще удивить Иилия так же сильно, как известия об убийстве Хоурая Дивита.
– Мэрак Иматирос. Он пал в дуэли, сраженный Аколитом воздуха.
– Необычно, – сухо откомментировал правитель, даже не пытаясь припомнить, чем знаменит этот род, – но не более того. Кем был Иматирос по рангу?
– Магистром, Ваше Сиятельство. Он был Магистром огня.
– Хм-м… видимо, непокорная Искра совсем измотала бедолагу, если его одолел какой-то Аколит. Жаль, конечно, что империя потеряла еще одного потенциального Грандмастера…
– Ваше Сиятельство, молю простить меня, но это не так. Все свидетели поединка характеризуют Домина Иматирос как человека, вошедшего в рассвет силы.
– Тогда как он мог погибнуть? – Раздраженно дернул щекой Иилий.
– Аколит убил его молнией, Ваше Сиятельство…
– И насколько широко известия об этом происшествии разошлись по стране? – Император особо не изменился в лице, но те, кто знал его хоть немного, могли с уверенностью сказать, что монарх сейчас испытал сильнейшее потрясение. Просто маска невозмутимости, которую он носил в обществе придворных и дипломатических компаньонов, слишком сильно приросла к его личности.
– За их поединком наблюдали более сотни свидетелей, Ваше Сиятельство! – Дисциплинированно отчитался фельдъегерь, невольно преуменьшая ту бурную волну пересудов, которая кругами разошлась по всей провинции, стремительно двигаясь к ее границам. – Вот здесь подробный отчет наместника обо всех обстоятельствах, включая имена присутствующих при Поединке Жизни.
Посыльный, не поднимая головы, протянул изящный серебряный тубус, в котором находился почти метровый скрученный в тугую трубку свиток. Иилий Второй взял его и без лишних церемоний открутил крышку, вчитываясь в длинное послание из далекой провинции.
– Советника ко мне! – Грозно распорядился правитель, дочитав едва ли до середины, и обоих слуг, прислуживающих ему за обедом, моментально сдуло. – А ты можешь идти, доблестный вестник.
Фельдъегерь тут же поднялся на ноги, но не дерзнул разгибать спины. В таком полусогнутом виде он пятился до самых дверей, и только выйдя за порог позволил себе распрямиться. Император же толком и не обратил внимания на то, что остался один. Его целиком поглотило чтение, и каждая новая строка все ярче разжигала в глазах монарха ненасытное хищное пламя. Тот момент, когда в трапезную вошел советник, правитель тоже упустил, и смог вырваться в реальный мир лишь после того, как визитер вежливо дал знать о своем прибытии.
– Вы разыскивали меня, Ваше Императорское Величество? – Мягко вторгся в мысли государя знакомый голос.
– Да, Пилад, – Иилий резко отдернул руку с пергаментом, который читал уже второй раз, и протянул собеседнику. – Меня интересует твое мнение.
Человек с почтительным поклоном принял свиток и принялся быстро бегать глазами по ровной стене каллиграфичных символов, начертанных каким-то уж слишком тонким пером. А правитель, позабыв о недоеденных яствах, откинулся на спинку роскошного трона, и стал терпеливо ждать.
– Ну, и что ты скажешь на это, Пилад? – Осведомился монарх, когда советник вернул ему свиток.
– Очень интересные новости, Ваше Величество! – Улыбнулся мужчина. – Выходит, ваш предок был прав? Владеющие в состоянии покорять молнии!
– Вот именно… – отчего-то хмуро отозвался правитель. – Единственное, в чем он ошибся, так это в том, что полагал молнии порождениями огня. А они оказались, судя по свидетельствам моего наместника, проявлением воздуха. Не могу только взять в толк, как это знание попало в руки простолюдину из Махи?
– То, что ваш ставленник не сумел отыскать родословную этого мальчишки вовсе не делает его простолюдином, – осторожно заметил советник.
– Вздор, – фыркнул император. – Ты, видимо, пропустил, Пилад, ту часть доклада, где говорится, что более тридцати жителей трущоб опознали в портрете того Аколита сына кузнеца.
– При всем уважении, Ваше Величество, но это говорит лишь о том, что мальчишка действительно там жил некоторое время, но не является доказательством его родства с простолюдинами.
– Прекрати, Пилад, – в голосе монарха прорезалось искреннее недовольство. – Твоя чрезмерная подозрительность сегодня меня раздражает как никогда сильно. Все указывает на то, что это обычный низкородный плебей.
– Как скажете, Ваше Сиятельство, – почтительно склонил голову советник, не решаясь спорить с правителем дальше.
– Надо срочно возобновить изыскания моего прадеда, – веско припечатал Иилий. – Между султанатом и Исхиросом накопилось слишком много противоречий, которые уже не получается решать мирным путем. Мне нужны такие Громовержцы в армии, и чем быстрее я их заполучу, тем лучше. В противном случае, империи грозит большая война, к которой мы попросту не успеваем подготовиться…
– Я исполню любой ваш приказ, Ваше Величество, – низко поклонился советник.
– Доставь мне этого мальчишку, Пилад. Под любым предлогом. Если понадобится, приведи мне его в кандалах. И организуй перепись всех воздушников страны. Вполне возможно, что они скоро станут новой военной элитой…
***
Жар разгорающегося в моей душе пламени не оставлял меня ни на секунду. Он раскаленным гвоздем сидел в разуме, мешая думать, спать или просто бездельничать. Я тщетно пытался найти средство, способное притушить этот внутренний огонь, но всё оказывалось бесполезным. Чем больше я находился с ним наедине, тем сильнее напоминал самому себе лошадь, которую неумолимый наездник нахлестывает кнутом, безжалостно гоня вперед.
Те краткие моменты, когда Анима Игнис не мучила меня тупой и изматывающей ломкой, приходились на периоды крайней усталости. Когда я уносил свое тело далеко за город, в какой-нибудь непроходимый лес, и там, раскинув крылья, выжимал свою Искру досуха. Там я придумал больше десятка способов убийства с помощью воздуха. Пусть у меня и не получалось воспроизвести их в человеческой ипостаси, но они невероятно разнообразили мой арсенал.
Однако работа на износ облегчала мои метания лишь на короткий срок. Буквально на жалкую половину короткой летней ночи. А к утру я вновь просыпался, изнывая от иссушающего внутреннего зноя.
Будто этого было мало, пребывание в Махи медленно превращалось в изматывающую пытку и во всех остальных сферах моей жизни. Я никого не хотел видеть, и уж тем более не желал вести в таком состоянии длительных бесед. Но после моей победы над Мэраком на меня словно объявили настоящую охоту. Нежданные просители поджидали меня чуть ли не за каждым углом. Складывалось впечатление, что все воздушники провинции решили совершить паломничество ко мне, в попытках узнать секрет небывалого могущества. Особенно трудно было скрываться от Мэтра Нимтора, который прекрасно знал, где я живу, и всякий раз едва ли не в ноги мне бросался, умоляя раскрыть величайшую тайну нашей стихии.
В глазах общественности я стал первым воздушником, нашедшим боевое применение своей Искры. Причем, эффективное настолько, что ни одна из стихий не могла даже сравниться с ним. Если Аколит смог убить целого Магистра, то на что тогда будут способны Владеющие, обученные искусству метания молний? Никому ведь невдомек, что я перерос ученические одежды почти тотчас, когда достучался до своего источника.
В общем, я всколыхнул целое сословие слабосильных заморышей, привыкших считать самих себя лишь пародией на воинов. В моей технике они увидели прекрасный шанс занять достойное место в обществе, которые до сих пор было к ним столь жестоко. Но это даже не половина беды, ведь помимо этого, я еще умудрился изрядно насторожить и других Владеющих, совершенно четко уловивших в воздухе горький аромат грядущих перемен.
Поняв, что не смогу долго выдерживать этого безумного напора, бьющего в меня со всех сторон, я просто покинул Махи, предупредив об этом лишь Астала. Я не говорил куда и как надолго отправляюсь, потому что и сам не имел ни малейшего понятия. Но так было только до того момента, пока я не бросился навстречу высоте, разрывая вату облаков.
Когда черные крылья подняли меня в ночное небо, то я как-то совершенно неосознанно взял курс на Проклятый континент. Я намеревался посетить загадочный Разлом уже давно, но так и не добрался до него, сбитый с пути лавиной одержимых. Однако теперь во мне все сильнее крепчала убежденность – если где и есть ответы на вопросы, что так долго тревожат меня, то только там.
Я летел и днем, и ночью, покрывая с помощью своей Искры не меньше тысячи километров в день. В демоническом облике я мог подниматься так высоко, что над голубым горизонтом я начинал видеть мертвую тьму ледяного космоса. Пронизывающий холод небес не в силах был забраться под кроваво-красную чешую и навредить мне, а потому я без страха взмывал туда, откуда даже облака выглядели далекой заснеженной равниной.
Иногда я развлекался тем, что догонял и ловил красноперых ястребов – огромных величественных птиц, не имеющих в природе естественных врагов. Они считались королями неба по всему материку, и от их нападений очень сильно страдало воздушное почтовое сообщение. Нередко эти жестокие обитатели вышины убивали почтовых голубей просто ради азарта, а не для пропитания, и никто не был в силах хоть что-нибудь поделать с этими клювастыми бандитами. Так что всякий раз эти бедолаги, возомнившие себя царями, испытывали настоящий трепет и отчаянно пытались удрать, едва только замечали мой столь огромный незнакомый для них силуэт.
В таком темпе я долетел до Агата за какие-то смехотворные два дня. И только там мне пришлось сделать небольшую передышку на морском берегу, чтобы набраться сил перед совершением длительного рывка над лазурными просторами. Но и отдых не затянулся надолго. Уже к утру, когда Искра снова принялась изнуряюще жечь меня, я встал на крыло и продолжил свой путь.
Как оказалось, за длительный перелет я переживал напрасно. Огромный водный простор, разделяющий два материка, я преодолел за один день и одну ночь. То есть, даже быстрее, чем пролетел через две трети Исхироса. И снова я не ощущал себя слишком уж вымотанным. Мне даже казалось, что при необходимости я хоть сейчас смогу вернуться в Махи не совершая ни единой посадки.
Когда подо мной уже раскинулась буйная зелень проклятого материка, я позволил себе заметно снизиться. Наблюдать за моим полетом тут было некому, кроме дикарей и одержимых, а форпосты Ордена располагались только на самом берегу и уходили вглубь на совсем небольшое расстояние. Так что здесь мне можно совсем не опасаться быть обнаруженным с земли.
Густая растительность захватывала каждый метр пространства подо мной, и разглядеть под ней хоть что-нибудь было попросту невозможно. Однако, что странно, чрезмерно правильные контуры некоторых элементов ландшафта казались совсем не творениями природы. К примеру, слишком прямые русла некоторых рек походили на очертания древних оросительных каналов и ирригационных систем. Одна невысокая гора своими геометрическими формами очень сильно напоминала поросшую тропическим плющом пирамиду. А один раз мне и вовсе показалось, что я вижу в реке обломки огромного моста, тысячи лет назад рассыпавшегося на гигантские блоки.
На меня быстро снизошло озарение, что раньше, еще до зарождения в этом мире Ордена Костяного Меча, сей материк был заселен не менее густо, нежели соседний. Когда-то очень и очень давно здесь простирались несчетные километры трактов и бескрайние гектары лоскутов полей. Тут наверняка обитало огромное множество людей, которые строили деревни и города, торговали и воевали, возделывали земли и разводили скот. Но теперь… теперь их одичавшие потомки оказались брошены тут одни, на растерзание ордам нечисти.
Эти несчастные упрямцы все-таки сумели выжить в безжалостном зеленом аду, но расплатились за это всем, что у них было. Блага цивилизации, знания, секреты сотен ремесел, людская мораль – все пало прахом без надежды на восстановление. Просто потому, что кишащие на материке жуткие отродья, ставшие вместилищем для демонических сущностей, не позволяли им распыляться ни на что иное, кроме истового стремления уцелеть. Пирамида потребностей здешних обитателей сократилась до одного единственного, но важного блока – выжить, несмотря ни на что.
Прекрасные черные крылья несли мое тело, а импульсы Искры с определенным интервалом наполняли их ветром. Так что я практически не тратил физических сил на полет. И только лишь когда в поле моего зрения появилась огромная черная расщелина, уходящая куда-то вглубь недр, я позволил себе сбавить скорость. Вот каков Дьявольский Разлом. Место, где по легенде Ворган победил Князя Тьмы и разрушил целый космический спутник этой планеты.
Прикинуть сходу глубину этого каньона не представлялось возможным. Но явно не меньше нескольких километров. И что самое удивительное, он имел строгую вытянутую форму, будто и в самом деле был вырублен мечом во плоти многострадальной земли. И даже вездесущая растительность обходила этот памятник древней битве стороной, не рискуя бросить паршивой лозы на эти крутые склоны.
Заложив лихой вираж, я стал снижаться туда, где по моим прикидкам находился самый центр разлома. Просто любопытно будет осмотреть то место, где сам Дьявол получил щелчок по носу, если так можно назвать потерю своего сердца. Тьма глубокого провала для острых демонических глаз не была преградой, так что я даже с такой высоты мог разглядеть, чем именно устлано дно ущелья.
Многовековая пыль, обломки темной породы, завалы из гигантских валунов и много-много костей, почерневших от гнили, времени и дождей. Черепа, ребра, останки рук и ног торчали просто отовсюду, из каждой щели. Мне даже сложно было представить, сколько трупов оказалось погребено в этой жуткой братской могиле, но даже по самым скромным прикидкам, это число было на границе с шестизначным.
Спускаясь все глубже между двух отвесных стен, я вскоре приметил какую-то неопрятную груду, которая явно выделялась на фоне всего остального. Изначально, я думал приземлиться прямо на нее, но в последний момент все-таки вильнул крылом, опускаясь рядом. Два призванных вихря помогли мне затормозить и погасить инерцию от стремительного планирования, и вот я уже стою на самом дне Дьявольского разлома и слушаю такую оглушительную тишину, какую слышал лишь во тьме затопленного отсека подводной лодки в доминионе Асмодея. И лишь удары моего собственного сердца стонущим набатом громыхали в ушах, как далекие отзвуки стука таких же бедолаг, погребенных под толщей воды через десятки перегородок.
Сначала я абсолютно ничего не чувствовал, будто спустился на поверхность безжизненной планеты. Сюда почти не доставал небесный свет, и даже сам ветер будто бы опасался спускаться сюда. Полное и абсолютное безмолвие, граничащее с немотой мертвого космоса. Но стоило мне сделать шаг по направлению к уродливой груде, как на меня со всех сторон навалилось ощущение демонического присутствия. Сильного. Подавляющего. Парализующего. Даже стоя рядом с правой рукой самого Дьявола я не ощущал такого давления…
Куча шевельнулась, и на ее поверхности с противным чавканьем продралась пара огромных ассиметричных глаз, сочащихся бурой сукровицей.
– Кто ты? – Просипел огромный ком пыли и перекрученной плоти, пытаясь поймать меня в фокус своих звездообразных зрачков. – Я… чувствую… в тебе демона…
Удивительное дело, но я мог сказать то же самое. Ведь исходящий от странного существа смрад Преисподней мог не просто отбить нюх, он отражался от стен разлома и глушил меня, подобно ударам тяжелой палки по затылку. Но невзирая на все эти угрожающие эманации, бесформенная груда оставалась практически недвижимой, если не считать мелких содроганий. А посему я не ощущал для себя угрозы.
– Это он послал… тебя? – Надсадно выдавило из себя изуродованное создание. – Мессер сумел пробиться в этот мир?
– Прежде, чем я тебе отвечу, несчастный пленник разлома, – бесстрашно проговорил я, – скажи мне, сам-то ты кто?
Глыба плоти протяжно вздохнула и будто бы даже застонала. И я почему-то впервые испугался простых слов, потому что осознал, что говорит со мной отродье на тягучем языке Преисподней.
– Я не знаю, кто я теперь… Но раньше… раньше меня звали Ворган…
Преисполненный мукой и страданием скрипучий шепот на краткое мгновение прервался, а потом в нем прорезались нотки черной горечи и тяжелой скорби.
– Когда-то в дюжине миров меня знали как Лорда мстителей, демона-карателя и правую руку самого Владыки Бездны…
Сердце помимо моей воли забилось столь неистово, что потемнело в глазах. Асмодей не просто так ненавидел отступника, о котором говорил мне в Аду. Он оказался его преемником… Сколько же мне нужно задать Воргану вопросов, чтобы исполнить поручение Дьявола? А может быть и не исполнить, а бросить вызов самому Повелителю Преисподней? Не слишком ли амбициозно для новорожденного демона, вроде меня? Время покажет…
Конец третьей книги.
Дорогие читатели! Если вам понравилось мое творчество, не скупитесь на лайки! А то может еще и комментарий напишете?;) Продолжение истории грешника планируется на весну-лето 2022 года, поэтому подписывайтесь, чтобы не пропустить старт публикации! А пока, раз уж я завладел вашим вниманием, дерзну предложить вам оценить другую мою мрачную историю под общим названием «О чем молчат могилы». https://author.today/reader/72134 Конечно же, если вы с ней еще незнакомы.
Будьте готовы пройтись с героем этой серии сквозь жуть и мерзость темной некромантской души. Ощутить ненависть и злобу, радость и торжество, грусть и скорбь. Содрогнитесь вместе со мной от черноты деяний главного героя и всей глубины его бесчеловечной жестокости. Но не спешите бросать чтение, если вам покажется, что мрак окончательно победил и дальше будет только тяжелей. Дойдите до конца, и я уверен, что не разочарую вас. 99 % положительных отзывов на последней книге серии не оставляют мне шанса соврать!
Эпилог
– Ваше Сиятельство! Ваше Сиятельство! Срочная депеша из Махи!
В покои Иилия Второго Солнечного, прямо посреди его высочайшей трапезы, ворвался посыльный с синим плюмажем фельдъегерского корпуса на шлеме. Оказавшись в дверях, посланник низко поклонился и замер. А когда дождался от монарха разрешающего кивка, то почтительно снял головной убор и строевым шагом прошествовал к накрытому столу. Припав на одно колено и опустив голову, он молвил:
– Ваше Сиятельство, Наместник Махи отправил меня со срочной вестью.
– Говори, – со слегка скучающим видом разрешил император. Из второго по величине города Исхироса в последний год шло слишком много невероятных слухов. Вряд ли хоть что-то могло еще удивить Иилия так же сильно, как известия об убийстве Хоурая Дивита.
– Мэрак Иматирос. Он пал в дуэли, сраженный Аколитом воздуха.
– Необычно, – сухо откомментировал правитель, даже не пытаясь припомнить, чем знаменит этот род, – но не более того. Кем был Иматирос по рангу?
– Магистром, Ваше Сиятельство. Он был Магистром огня.
– Хм-м… видимо, непокорная Искра совсем измотала бедолагу, если его одолел какой-то Аколит. Жаль, конечно, что империя потеряла еще одного потенциального Грандмастера…
– Ваше Сиятельство, молю простить меня, но это не так. Все свидетели поединка характеризуют Домина Иматирос как человека, вошедшего в рассвет силы.
– Тогда как он мог погибнуть? – Раздраженно дернул щекой Иилий.
– Аколит убил его молнией, Ваше Сиятельство…
– И насколько широко известия об этом происшествии разошлись по стране? – Император особо не изменился в лице, но те, кто знал его хоть немного, могли с уверенностью сказать, что монарх сейчас испытал сильнейшее потрясение. Просто маска невозмутимости, которую он носил в обществе придворных и дипломатических компаньонов, слишком сильно приросла к его личности.
– За их поединком наблюдали более сотни свидетелей, Ваше Сиятельство! – Дисциплинированно отчитался фельдъегерь, невольно преуменьшая ту бурную волну пересудов, которая кругами разошлась по всей провинции, стремительно двигаясь к ее границам. – Вот здесь подробный отчет наместника обо всех обстоятельствах, включая имена присутствующих при Поединке Жизни.
Посыльный, не поднимая головы, протянул изящный серебряный тубус, в котором находился почти метровый скрученный в тугую трубку свиток. Иилий Второй взял его и без лишних церемоний открутил крышку, вчитываясь в длинное послание из далекой провинции.
– Советника ко мне! – Грозно распорядился правитель, дочитав едва ли до середины, и обоих слуг, прислуживающих ему за обедом, моментально сдуло. – А ты можешь идти, доблестный вестник.
Фельдъегерь тут же поднялся на ноги, но не дерзнул разгибать спины. В таком полусогнутом виде он пятился до самых дверей, и только выйдя за порог позволил себе распрямиться. Император же толком и не обратил внимания на то, что остался один. Его целиком поглотило чтение, и каждая новая строка все ярче разжигала в глазах монарха ненасытное хищное пламя. Тот момент, когда в трапезную вошел советник, правитель тоже упустил, и смог вырваться в реальный мир лишь после того, как визитер вежливо дал знать о своем прибытии.
– Вы разыскивали меня, Ваше Императорское Величество? – Мягко вторгся в мысли государя знакомый голос.
– Да, Пилад, – Иилий резко отдернул руку с пергаментом, который читал уже второй раз, и протянул собеседнику. – Меня интересует твое мнение.
Человек с почтительным поклоном принял свиток и принялся быстро бегать глазами по ровной стене каллиграфичных символов, начертанных каким-то уж слишком тонким пером. А правитель, позабыв о недоеденных яствах, откинулся на спинку роскошного трона, и стал терпеливо ждать.
– Ну, и что ты скажешь на это, Пилад? – Осведомился монарх, когда советник вернул ему свиток.
– Очень интересные новости, Ваше Величество! – Улыбнулся мужчина. – Выходит, ваш предок был прав? Владеющие в состоянии покорять молнии!
– Вот именно… – отчего-то хмуро отозвался правитель. – Единственное, в чем он ошибся, так это в том, что полагал молнии порождениями огня. А они оказались, судя по свидетельствам моего наместника, проявлением воздуха. Не могу только взять в толк, как это знание попало в руки простолюдину из Махи?
– То, что ваш ставленник не сумел отыскать родословную этого мальчишки вовсе не делает его простолюдином, – осторожно заметил советник.
– Вздор, – фыркнул император. – Ты, видимо, пропустил, Пилад, ту часть доклада, где говорится, что более тридцати жителей трущоб опознали в портрете того Аколита сына кузнеца.
– При всем уважении, Ваше Величество, но это говорит лишь о том, что мальчишка действительно там жил некоторое время, но не является доказательством его родства с простолюдинами.
– Прекрати, Пилад, – в голосе монарха прорезалось искреннее недовольство. – Твоя чрезмерная подозрительность сегодня меня раздражает как никогда сильно. Все указывает на то, что это обычный низкородный плебей.
– Как скажете, Ваше Сиятельство, – почтительно склонил голову советник, не решаясь спорить с правителем дальше.
– Надо срочно возобновить изыскания моего прадеда, – веско припечатал Иилий. – Между султанатом и Исхиросом накопилось слишком много противоречий, которые уже не получается решать мирным путем. Мне нужны такие Громовержцы в армии, и чем быстрее я их заполучу, тем лучше. В противном случае, империи грозит большая война, к которой мы попросту не успеваем подготовиться…
– Я исполню любой ваш приказ, Ваше Величество, – низко поклонился советник.
– Доставь мне этого мальчишку, Пилад. Под любым предлогом. Если понадобится, приведи мне его в кандалах. И организуй перепись всех воздушников страны. Вполне возможно, что они скоро станут новой военной элитой…
***
Жар разгорающегося в моей душе пламени не оставлял меня ни на секунду. Он раскаленным гвоздем сидел в разуме, мешая думать, спать или просто бездельничать. Я тщетно пытался найти средство, способное притушить этот внутренний огонь, но всё оказывалось бесполезным. Чем больше я находился с ним наедине, тем сильнее напоминал самому себе лошадь, которую неумолимый наездник нахлестывает кнутом, безжалостно гоня вперед.
Те краткие моменты, когда Анима Игнис не мучила меня тупой и изматывающей ломкой, приходились на периоды крайней усталости. Когда я уносил свое тело далеко за город, в какой-нибудь непроходимый лес, и там, раскинув крылья, выжимал свою Искру досуха. Там я придумал больше десятка способов убийства с помощью воздуха. Пусть у меня и не получалось воспроизвести их в человеческой ипостаси, но они невероятно разнообразили мой арсенал.
Однако работа на износ облегчала мои метания лишь на короткий срок. Буквально на жалкую половину короткой летней ночи. А к утру я вновь просыпался, изнывая от иссушающего внутреннего зноя.
Будто этого было мало, пребывание в Махи медленно превращалось в изматывающую пытку и во всех остальных сферах моей жизни. Я никого не хотел видеть, и уж тем более не желал вести в таком состоянии длительных бесед. Но после моей победы над Мэраком на меня словно объявили настоящую охоту. Нежданные просители поджидали меня чуть ли не за каждым углом. Складывалось впечатление, что все воздушники провинции решили совершить паломничество ко мне, в попытках узнать секрет небывалого могущества. Особенно трудно было скрываться от Мэтра Нимтора, который прекрасно знал, где я живу, и всякий раз едва ли не в ноги мне бросался, умоляя раскрыть величайшую тайну нашей стихии.
В глазах общественности я стал первым воздушником, нашедшим боевое применение своей Искры. Причем, эффективное настолько, что ни одна из стихий не могла даже сравниться с ним. Если Аколит смог убить целого Магистра, то на что тогда будут способны Владеющие, обученные искусству метания молний? Никому ведь невдомек, что я перерос ученические одежды почти тотчас, когда достучался до своего источника.
В общем, я всколыхнул целое сословие слабосильных заморышей, привыкших считать самих себя лишь пародией на воинов. В моей технике они увидели прекрасный шанс занять достойное место в обществе, которые до сих пор было к ним столь жестоко. Но это даже не половина беды, ведь помимо этого, я еще умудрился изрядно насторожить и других Владеющих, совершенно четко уловивших в воздухе горький аромат грядущих перемен.
Поняв, что не смогу долго выдерживать этого безумного напора, бьющего в меня со всех сторон, я просто покинул Махи, предупредив об этом лишь Астала. Я не говорил куда и как надолго отправляюсь, потому что и сам не имел ни малейшего понятия. Но так было только до того момента, пока я не бросился навстречу высоте, разрывая вату облаков.
Когда черные крылья подняли меня в ночное небо, то я как-то совершенно неосознанно взял курс на Проклятый континент. Я намеревался посетить загадочный Разлом уже давно, но так и не добрался до него, сбитый с пути лавиной одержимых. Однако теперь во мне все сильнее крепчала убежденность – если где и есть ответы на вопросы, что так долго тревожат меня, то только там.
Я летел и днем, и ночью, покрывая с помощью своей Искры не меньше тысячи километров в день. В демоническом облике я мог подниматься так высоко, что над голубым горизонтом я начинал видеть мертвую тьму ледяного космоса. Пронизывающий холод небес не в силах был забраться под кроваво-красную чешую и навредить мне, а потому я без страха взмывал туда, откуда даже облака выглядели далекой заснеженной равниной.
Иногда я развлекался тем, что догонял и ловил красноперых ястребов – огромных величественных птиц, не имеющих в природе естественных врагов. Они считались королями неба по всему материку, и от их нападений очень сильно страдало воздушное почтовое сообщение. Нередко эти жестокие обитатели вышины убивали почтовых голубей просто ради азарта, а не для пропитания, и никто не был в силах хоть что-нибудь поделать с этими клювастыми бандитами. Так что всякий раз эти бедолаги, возомнившие себя царями, испытывали настоящий трепет и отчаянно пытались удрать, едва только замечали мой столь огромный незнакомый для них силуэт.
В таком темпе я долетел до Агата за какие-то смехотворные два дня. И только там мне пришлось сделать небольшую передышку на морском берегу, чтобы набраться сил перед совершением длительного рывка над лазурными просторами. Но и отдых не затянулся надолго. Уже к утру, когда Искра снова принялась изнуряюще жечь меня, я встал на крыло и продолжил свой путь.
Как оказалось, за длительный перелет я переживал напрасно. Огромный водный простор, разделяющий два материка, я преодолел за один день и одну ночь. То есть, даже быстрее, чем пролетел через две трети Исхироса. И снова я не ощущал себя слишком уж вымотанным. Мне даже казалось, что при необходимости я хоть сейчас смогу вернуться в Махи не совершая ни единой посадки.
Когда подо мной уже раскинулась буйная зелень проклятого материка, я позволил себе заметно снизиться. Наблюдать за моим полетом тут было некому, кроме дикарей и одержимых, а форпосты Ордена располагались только на самом берегу и уходили вглубь на совсем небольшое расстояние. Так что здесь мне можно совсем не опасаться быть обнаруженным с земли.
Густая растительность захватывала каждый метр пространства подо мной, и разглядеть под ней хоть что-нибудь было попросту невозможно. Однако, что странно, чрезмерно правильные контуры некоторых элементов ландшафта казались совсем не творениями природы. К примеру, слишком прямые русла некоторых рек походили на очертания древних оросительных каналов и ирригационных систем. Одна невысокая гора своими геометрическими формами очень сильно напоминала поросшую тропическим плющом пирамиду. А один раз мне и вовсе показалось, что я вижу в реке обломки огромного моста, тысячи лет назад рассыпавшегося на гигантские блоки.
На меня быстро снизошло озарение, что раньше, еще до зарождения в этом мире Ордена Костяного Меча, сей материк был заселен не менее густо, нежели соседний. Когда-то очень и очень давно здесь простирались несчетные километры трактов и бескрайние гектары лоскутов полей. Тут наверняка обитало огромное множество людей, которые строили деревни и города, торговали и воевали, возделывали земли и разводили скот. Но теперь… теперь их одичавшие потомки оказались брошены тут одни, на растерзание ордам нечисти.