![](/files/books/160/oblozhka-knigi-iskatel-boli-si-378395.jpg)
Текст книги "Искатель боли (СИ)"
Автор книги: Михаил Злобин
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)
Глава 7
– Зулаха-а-ар! Они зде-е-е… а-а-х-х-р…
Громкий вопль, прорезавший тишину ночи, прервался булькающим хрипом. Потревоженный шахирец, который едва успел забыться беспокойным сном, тут же вскочил с кровати, снося мимоходом стул, на котором стоял недопитый кувшин с вином.
«Исш’антала! Ищейки все-таки нашли нас!» – успел отчаянно подумать работорговец, лихорадочно пытаясь одной рукой навесить на пояс перевязь с саблей, а другой запихать в рот и проглотить горсть драгоценных камней. Да уж, совсем не такого ожидал южанин, когда принимал помощь неизвестного аристократа в поимке проклятого во всех смыслах мальчишки!
Помогая драгоценностям провалиться в брюхо большим глотком вина, Зулхар со всех ног бросился к выходу, с нарастающей тревогой слушая грохот и звон стали наверху. Не зажигая света, чтобы не приведи Нальмунаши не обнаружить себя, он принялся слепо шарить по полу, пытаясь отыскать зазор между досками. Работорговец был старым и опытным лисом, так что всегда делал запасной лаз из любой своей норы.
Откинув крышку тайного погреба и задержав дыхание, чтоб не сомлеть, надышавшись спертым воздухом, Зулхар спрыгнул вниз. Похоже, сюда он больше никогда не вернется. Отныне в Махи наступили трудные времена для его ремесла, и вряд ли аристократы успокоятся, пока не перережут в пригороде всех торговцев живым товаром до единого…
Аристократы совместно с имперскими шавками взялись за их братию настолько остервенело, что в пору было в петлю лезть. Исш’антала! Да как такое вообще могло произойти?! Интересно, у его главного конкурента Хьего дела настолько же дерьмовы? Или его эта масштабная облава не задела так сильно? Хотя, к дьяволу этого ублюдка! Куда больше сейчас Зулхара волновал таинственный мальчишка Данмар. Шахирец готов был поклясться своей лысиной, что это все проделки этого маленького демонёнка, либо того, кто за ним стоит.
Кто же знал, что все так повернется только из-за одного приметного ножа, пропавшего вместе с одним крайне полезным подчиненным… кхм… точнее, с его остальным телом. Потому что голова этого человека прилетела пару лет назад в их старое логово посреди ночи, наведя настоящий переполох. И ведь именно с этого началась война с другими бандами работорговцев. А теперь этот клинок, исчезнувший где-то в злополучном доме кузнеца Эпимоса, внезапно стал орудием убийства высокородного! Да еще какого!!! Хоурая, мать его, Дивита, одного из богатейших дворян империи! У кого могло хватить сил и возможностей провернуть такую комбинацию?! Кем бы они ни были, но они точно не по зубам Зулхару. Как же жаль, что он понял это слишком поздно.
– Клянусь тебе, Нальмунаши, – вполголоса пробормотал южанин, ползая в грязи и пыли потайного лаза, – что уеду из Махи и заживу жизнью честного труженика, если выберусь из этой передряги…
Осторожно приподнимая тяжелую крышку, замаскированную дерном, работорговец напряженно принялся вглядываться в давящую темноту ночи. Вокруг не было слышно ни звука, и нигде не виднелось отсветов магических огней или факелов. Значит, путь свободен…
Выбравшись из потайного лаза, Зулхар уже приготовился дать стрекача, не разбирая дороги, однако его планы оказались грубейшим образом разрушены.
– О, гляди! А этот тут откуда взялся?! – Чей-то голос раздался почти над самым ухом шахирца, заставив его вздрогнуть.
Прежде чем невидимый собеседник успел ответить, южанин выхватил свою саблю и наотмашь ударил во мрак, надеясь сразу сократить количество противников на одного. Однако его ждал неприятный сюрприз. Сталь столкнулась со сталью, высекая ослепляющие искры, и Зулхару показалось, что его выпад парировали не другим клинком, а пудовой наковальней…
Дерьмо-о-о! Владеющие!!! Только у этих выродков может быть такая силища…
Бандит не успел даже как следует испугаться за себя и за свою жизнь, как окружающая тьма расцвела миллионом радужных искр. Тело вмиг потеряло чувствительность и потяжелело, словно вместо мышц его плотно набили ватой. Даже пальцами рук в таком состоянии удавалось пошевелить с огромным трудом. С некоторым затруднением, но Зулхар понял, что лежит распластанным на земле, хотя самого момента падения он вовсе не ощутил.
– Ты прикончил его? – Снова донесся до оглушенного работорговца чей-то голос.
– Нет, просто пришиб слегка, – последовал невозмутимый ответ.
– Может, проткнем эту падаль, и скажем, что не удалось взять живым? Ты же знаешь, Мёнри, какие у меня отношения с этими ублюдками. Они у меня брата увели в султанат…
– Знаю, – глухо и безэмоционально отозвался второй воин. – Но у нас приказ. Теперь это отребье со всеми потрохами принадлежит роду Дивита, и не нам с тобой покушаться на них.
– Дьявол тебя задери…
– Ты не согласен?! – Угрожающе зарокотал невидимый собеседник.
– Да в том-то и дело, что ты прав… Ладно, давай тогда вязать эту тварь. И надобно все тут проверить, откуда-то ведь он выскочил.
Зулхар почти не почувствовал, как ему стянули за спиной руки и одну ногу, потому что сознание все время плыло, норовя куда-то ускользнуть. Неужели, он попался в руки аристократов? Вот же ж… Нальмунаши, почему ты не дал своему рабу даже шанса?
***
– Вольх! – Прокричал я, пытаясь перекрыть грохот ударов нескольких десятков топоров по щитам.
Это Урманы таким образом зазывали противника на свою палубу, чтобы устроить тут танец стали и крови. Но неповоротливый галеон пока еще маневрировал, пытаясь пристать бортом к дрекке, и на наше судно не спрыгнуло ни одного врага.
– Чего тебе, мальчишка?! – Резковато отозвался капитан. Похоже, он уже заочно похоронил нас всех, и не видел больше смысла быть учтивым.
– Хочешь со своими людьми пережить этот день?! – Эту фразу я кричал на бегу, короткими перебежками меняя укрытия, чтоб ненароком не поймать стрелу.
– Мне не до тебя, малец! – Рявкнул Вольх, внимательно следя за чужим кораблем. – Лучше потрать время на молитву, а не на бесполезный треп!
– Придурок, – яростно прошипел я, подбегая к урману вплотную, – ты готов потерять и корабль, и команду, только потому что гордость не позволяет тебе прислушаться к словам подростка?!
– Да что ты можешь мне сказать?! – Тут же вскинулся северянин, параллельно давая знак ближнему воину прикрыть меня щитом.
– Это ты мне скажи, – ошеломил я своей наглостью капитана, – сможете ли вы уйти от галеона, если он лишится Владеющего?
– И как ты собираешься до него добраться?
– Хватит болтовни! – Вернул я ему его же реплику. – Ты на своем дохлом «Змее» сможешь оторваться от этой крутобокой бочки или нет?!
В моем голосе прорезалась такая злоба и напор, что окружающие меня урманы боязливо дернули головами, будто заподозрили, что я могу превратиться в монстра. Капитан, бросив на меня мимолетный взгляд, тут же побледнел и отвел глаза, потому что увидел во мне отнюдь не худощавого юношу, укрывающегося за чужим щитом. Он на короткое мгновение увидел Ад. Неописуемо страшный и безжалостный. Тот, что алчет испить чужих страданий и крови. И Вольху стало в самом деле страшно попадать в такое место…
– Без Владеющего галеон пойдет не быстрее пяти-шести узлов. А мой «Свейрен Дуган» под парусом и веслах сумеет разогнаться до всех двадцати!
– Отлично. Тогда выжди ровно двести ударов спокойного сердца, а потом прыгайте на весла, и давайте дёру!
– Да что, дьявол тебя раздери, ты удумал?! – Опешил от моих слов капитан.
– Просто делай так, как я сказал! – Припечатал я, чем снова вверг окружающих воинов в смятение. Они совсем не ждали такого непререкаемого тона от какого-то сопляка.
– Эй, Данмар! – Рядом возник Кавим, который, судя по всему, слышал часть разговора, и укрылся от обстрела за бочкой. – Ты куда собрался?!
– На галеон, – односложно ответил я, не желая вдаваться в пространные объяснения.
– Я с тобой! – Тут же безапелляционно заявил Владеющий.
– Нет, ты нужен тут… – начал было я.
– Хрена с два ты угадал, молокосос! – Не на шутку взъярился южанин, перебивая меня.
– Кавим! – Прикрикнул я, ловя его взгляд, а затем понизил голос, чтоб нас слышало как можно меньше человек. – Ты останешься на «Змее». Именно ты проконтролируешь, чтобы наши новые друзья-северяне делали все так, как я сказал. Ты понял?
– Я никуда не отпущу тебя, пока ты не объяснишь, что задумал! – Упрямо возразил шахирец.
– Нет времени, нас сейчас возьмут на абордаж! – И в самом деле, с чужого корабля уже летели веревки с трехзубыми кошками, которые впивались своими крючьями в дерево. – Просто дайте мне немного времени, и линяйте на всех парусах!
– А как же ты?!!
– У меня все продумано, я вернусь с наступлением темноты! Не подведи меня!
С этими словами я текучим движением перекатился из одного укрытия за другое, по пути взывая к своей Искре и растягивая ее облако на максимально доступную мне величину. А затем, отклонив по пути энергией Анима Игнис пару стрел, быстро перевалился за низкий борт дрекки и повис на вытянутых руках, по пояс окунаясь в воду.
– Двести ударов спокойного сердца! – Напомнил я напоследок своим невольным соратникам, а затем расцепил пальцы и почти без брызг погрузился в теплое светлое море.
Я нырнул с противоположного от галеона борта, да и в целом старался двигаться между стоящими на палубе урманами так, чтобы меня никто из чужой команды не мог рассмотреть. Поэтому, смею надеяться, мой маневр остался незамеченным стрелками с имперского судна. Они сейчас больше выглядели увлеченными стрельбой по северянам, пытаясь отыскать брешь в их стене из щитов.
Оказавшись под водой, я вдруг ощутил себя крайне неуютно. Все-таки, это совсем не близкая для меня стихия, и моей Анима Игнис тут приходилось весьма тяжело. Можно сказать, соленое море словно бы сковывало мою энергию, не позволяя ей распространяться далеко. Если на палубе родной мне воздух позволял растянуть щупальце Искры на расстояние метров в десять, то здесь, в этой с виду ласковой синеве, оно сократилось едва ли до метра. При таком условии я вряд ли долго смогу продержаться под водой…
Пришедшая мне в голову идея была одновременно и бредовой, и гениальной. Вот только тестировать ее в боевых условиях было чистейшей авантюрой. Хотя, с другой стороны, разве у меня сейчас был выбор? Вряд ли команда галеона настолько слепая, что способна проморгать приближение диверсанта к своему судну.
Вынырнув за дреккой на пару секунд, я попробовал сформировать из энергии своей Искры воздушную полусферу, которую стал медленно погружать в лазурь моря. Поначалу оно сопротивлялось, не желая принимать в себя чужую стихию, но стоило мне приложить усилие и опустить невидимый конструкт из своей силы до половины, как его словно бы засосало под воду.
Погружаясь в голубую пучину, я смотрел, как следом за мной плыл полуметровый воздушный пузырь. Искра моей души не позволяла ему подчиниться законам физики и пробкой вылететь на поверхность, так что я мог просто сунуть в него голову и сделать вздох.
На практике удерживать вокруг своей головы сферу оказалось не так-то уж и легко. Если бы я пытался подобрать наиболее схожую аналогию, то я бы сравнил это с бегом, когда к одной твоей ноге прикована железная гиря. Но, тем не менее, усиленное Анима Игнис тело достаточно легко скользило под водной толщей, продвигаясь с помощью частых мощных гребков.
Соленая вода щипала глаза, но я упрямо продолжал держать веки открытыми. Отсюда, с глубины, мне было видно два днища – одно галеона, второе дрекки северян, что сейчас почти сцепились в смертельных объятиях. И с этого ракурса разница в размерах поистине ужасала. Имперский корабль казался матерой косаткой, которая пристроилась рядом с молодой афалиной, и становилось очевидно, что урманы долго против такого врага не продержатся. Даже по самым скромным прикидкам, абордажная команда галеона раза в три должна превосходить числом моряков со «Змея». Разве что только Кавим поможет Вольху и его ребятам продержаться подольше. Вот только сильно ли поможет Владеющий им против стрелков и носовой баллисты?
По сути, я даже несколько погорячился со временем. Мне хватило и сотни ударов сердца, чтоб добраться до вражеского корабля и вонзить под острым углом в доски корабля острия сай, закрепляясь словно паук на стенке. Я забирался медленно и осторожно, прячась под нависающей надстройкой задней палубы, чтобы меня, не приведи Ворган, заметил кто-нибудь из имперцев.
Осторожно выглянув, чтобы понять, как идут дела у северян, я увидел, что дрекка вполне успешно сопротивлялась натиску команды галеона. С правой стороны «Свейрен Дугана» бессильными плетьми висело по меньшей мере шесть кошек с обрубками канатов. От огромного корабля юркому судну урманов не позволяли оторваться всего лишь два крюка, один из которых прямо на моих глазах Кавим перерубил в один замах.
Словно получив мысленную команду, южанин завертел головой, пытаясь что-то рассмотреть на атакующем их имперце. И тут наши взгляды встретились. С такого расстояния сквозь шум морского боя, я не мог ничего услышать, но готов поклясться, что у меня в ушах раздался хохот, когда Владеющий увидел мою выглядывающую из-за вражеской кормы голову. Правда, он едва не поплатился за это, еле успев подставить нагрудник под метко пущенную ему прямо в лицо стрелу. Но зато это помогло ему сразу же настроиться на серьезный лад, напомнив, что он не на прогулке.
– Дава-а-а-ай! – Заорал шахирец так громко, что перекрыл даже шум сражения, скрип дерева и вопли нескольких десятков глоток.
И тут же урманы закрутили на своей дрекке настоящую карусель. Первым делом, они дружным рывком, сопровождаемым громогласным «Удэ!», вытолкнули первый десяток воинов вражеской абордажной команды, успевшей спрыгнуть с имперца, прочь с палубы. Солдаты Исхироса, облаченные в комбинированные кожано-металлические доспехи, тут же скрылись в морской синеве, будучи не в силах удержаться наплаву. А северяне, тем временем, совершили неописуемо сложный маневр, во время которого одна часть экипажа пригнула на весла, а другая – встала над ними, защищая от обстрела.
«Змей» постепенно начал удаляться от галеона, набирая ход, и паруса огромного корабля тут же вздулись, наполняемые ветром. Это, похоже, включился в дело Владеющий, поняв, что добыча уходит…
Решив, что наблюдать за схваткой дальше – это только терять время, я осторожно полез вверх, чтобы взглянуть на вражескую палубу. И стоило мне только поднять голову над фальшбортом, так сразу же пришлось нырнуть обратно, потому что на вражеском корабле было крайне оживленно. Все воины Исхироса сейчас стояли вдоль одного борта, и одна половина экипажа упоенно поливала стрелами пытающихся удрать северян, а другая готовилась высадиться на маленькую дрекку.
Так, здесь мне взбираться точно не стоит. Луше проберусь на другую сторону судна, и попытаюсь найти имперского воздушника уже оттуда. Он наверняка должен быть где-то тут, рядом с рулевым колесом капитана, потому что больше просто негде. Во-первых, он сам должен видеть, куда ведет галеон, а во-вторых, должен получать и оперативно исполнять приказы командира. Вроде звучит логично.
Пока я полз по отвесному деревянному борту, «Морской змей» успел вырваться уже на два своих корпуса вперед, и на носу имперского корабля начинали разворачивать в сторону урманов огромную баллисту. Замысел преследователей был прост и понятен – они явно намеревались пробить толстым снарядом борт дрекки, и притянуть ее ручной лебедкой. И судя по тому, что толщина каната, привязанного к концу гигантской стрелы, была раза в три толще, чем на абордажных кошках, то я немного засомневался, сумеет ли Кавим так же легко его перерубить. А если в его пряди имперские адмиралы додумались вплели еще и проволоку, то не факт, что он вообще сумеет с ним совладать до того, как на «Змея» высадятся враги.
Осторожно пробравшись на чужую палубу, я распластался за какими-то ящиками и принялся осматриваться сквозь узкую щель. Вид имперского корабля вблизи впечатлял особенно сильно. Инженерная мысль в Исхиросе настолько превосходила северных соседей, что начинало казаться, будто эти два судна сошли со страниц двух различных эпох. Нет, правда! Замысловатая система такелажа, три мачты с рангоутами, сложнейшее парусное вооружение галеона против весельной скорлупки урманов выглядела так же, как и безупречное творение Грандмастера Валада рядом с деревяшкой, выструганной пятилетним ребенком для войны с сорняками.
Поскольку обзор сквозь узкую щель был очень и очень ограничен, то я начал осторожно шарить тончайшими нитями своей Искры по палубе, невесомыми касаниями ощупывая все, до чего только дотягивался. Настроенные на смертельную схватку солдаты, суетящиеся юнги, канаты, бочки, лестницы… Я не упускал ничего, пока случайно не наткнулся на чужие формирования из воздуха.
Резко отпрянув и развеяв тот отросток, что соприкоснулся с чужой энергией, я затаился, поскольку не знал, мог ли Владеющий ощутить такое легкое дуновение моей Анима Игнис. А если мог, то как скоро бы он понял, что враг совсем рядом?
Руки сами потянулись к саям, покоящимся под набедренными ремнями, а моя Искра Души полыхнула сверхновой, наполняя тело теплом и силой, когда я ощутил, как в мою сторону бегом мчит какой-то неизвестный солдат. Где-то в дебрях искалеченной души восставая заворочался грешник. Похоже, пора ему снова выйти на свободу и испить чьей-нибудь крови…
Глава 8
Внимательно следя за каждым шагом неизвестного имперца, что сейчас мчался ко мне, я готовился дать быстрый и жесткий бой. Если удастся вместе с этим обнаружить и обезвредить Владеющего, будет совсем отлично. Не думаю, что я уже готов побиться на таком неудачном для меня поле с целой корабельной командой, но ведь экипаж состоит по большей части из простых смертных. Пусть моя Анима Игнис не была такой тяжелой и пробивной, как у адептов земли, или столь губительной и опасной, как у Владеющего воды, но все же. Моя Искра дарила подавляющее превосходство перед обычными людьми. Так что быстро вступить в схватку, убить их воздушника и сразу же скрыться под килем, должно быть мне по силам.
Однако, прежде чем я успел приготовиться вскочить на ноги и наколоть на штыки обнаружившего мою маленькую засаду солдата, он остановился. Лязгнули несмазанные петли ящика, и меня едва не пришибло его откинувшейся увесистой крышкой. Тем не менее, даже когда сколоченные доски ощутимо ударили меня по спине, я не издал ни звука, ни вздоха. Боль была моим извечным спутником долгие тысячелетия, а потому я мог вытерпеть гораздо большее.
Клубок из нитей силы моей Анима Игнис распростирался вокруг меня метров на десять, так что я, ничего не видя, контролировал происходящее в этом радиусе плотно. Я быстро понял, что никто меня так и не обнаружил, а просто это какой-то моряк побежал за снарядами для баллисты. Загремели древки гигантских стрел, стукаясь друг об друга со звуком падающих бревен, и совсем скоро имперец умчался к носу корабля, оставив меня в импровизированном убежище одного.
Немного осмелев, если не сказать, обнаглев, я распростер тончайшие щупальца энергии дальше. Туда, где почуял активность чужой Искры. Действуя крайне аккуратно, я подробнейшим образом ощупал не только самого вражеского Владеющего, но и ту магическую конструкцию, посредством которой он загонял воздух в паруса галеона.
К моему вящему изумлению, она оказалась весьма небрежной и топорной, словно поделка умственно неполноценного. Я даже на некоторое время засомневался, а точно ли это выпускник Дивинатория, а не какой-нибудь недоучка? Неужели вот это убожество и есть уровень полноправного Владеющего?!
К сожалению, ответов на эти вопросы у меня пока не было. С некоторой досадой я осознал, что совсем не интересовался успехами своих однокашников по факультету, и не знал пределов их возможностей. Поддавшись всеобщей убежденности, что воздушники в этом мире немощные изгои и неудачники, неспособные в поединке одолеть адептов других стихий, я их не воспринимал как соперников. А поэтому сейчас сидел и недоумевал, то ли я что-то упустил из виду, то ли это и есть потолок для среднестатистического Владеющего.
Если прибегнуть к понятной аналогии, то беспрестанно шевелящийся клубок невесомых нитей моей энергии по сравнению с грубой работой имперского мага выглядел высокотехнологичным микроскопом, поставленным рядом с мутной кривой лупой, случайно получившейся из большой капли расплавленного стекла. Возможно, дело заключалось в той пропасти, что лежала между моим сознанием и сознанием любого смертного из этого мира. Тысячи лет непрерывной войны с грешниками и демонами оставляют очень заметный отпечаток на личности, который сказывается абсолютно на всем, в особенности на образе мышления. Но это не значит, что мне следовало зазнаваться и совсем ни во что не ставить Владеющих. Самоуверенность никого и никогда не приводила к радужному финалу.
Удовлетворив любопытство и четко определив положение своей цели, я сунул руку за пазуху, где у меня был припрятан небольшой кошель. Там я держал три особенных снаряда для пращи, изготовленных по моему личному заказу одним оружейником. Нет, не Валадом. Слишком уж мелко для великого мастера заниматься штамповкой простых патронов.
Эти созданные для меня пули были вылеплены по большей части из свинца, но в центре у них скрывался крепкий сердечник из зачарованной стали. А благодаря особой форме, напоминающей веретено, и тщательному распределению массы, такие снаряды всегда летели в цель вращаясь вокруг своей оси, как сверло, а не бестолково кувыркались в воздухе. Подобной штукой вполне можно было пробить и иной доспех, особенно если прибегнуть к помощи Искры…
Размотав на запястье ремешок пращи и поместив в ложе один из увесистых для своего размера снарядов, я направил силу своей Анима Игнис в руку, чтобы придать броску наибольший импульс. Владеющий в это время азартно гнал галеон вперед, не обращая ни на что внимания, капитан задорно выкрикивал команды, а остальной экипаж столпился на передней палубе, паля в удирающих северян со всех оружий. Им всем было явно не до меня, и только распоследний глупец не воспользовался бы такой прекрасной возможностью.
Резко вскочив, я закрутил петлю над головой, рискуя громким гудением обратить на себя чужое внимание. Вжух! Вжух! Вж-ж-жу! Вращение было настолько быстрым, что казалось, продолжи я раскручивать пращу, то поднимусь в воздух. Но я сделал всего три оборота и выпустил свободный конец метательного оружия, отправляя свинцовый гостинец в короткий полет.
Миндалевидная пуля вылетела с такой скоростью, что я даже не сумел толком ее рассмотреть. Просто на виске увлеченного погоней Владеющего вдруг появилось темное пятнышко, размерами точно соответствуя диаметру пущенного снаряда. А долей мгновения позже, голова воздушника просто распалась на куски, будто уроненный с высокой башни арбуз. Что ни говори, а закрутившаяся внутри человеческого тела пуля может нанести очень страшные увечья.
Вот и сейчас так и не успевший осознать свою смерть имперский маг осел на доски палубы бесформенной кучей, запятнав кровью и брызгами мозгов стоящего рядом с ним капитана. Вражеский командир недоуменно посмотрел на своего подчиненного, потом на расплескавшееся бурое месиво из его черепной коробки, ошарашено смахнул с лица капли крови и тупо уставился на перепачканные пальцы… Секунды три ему потребовалось на осмысление произошедшего, и только после этого он истерично завопил, призывая команду на мостик.
Дальнейшее представление я досматривать уже не стал, и с высоты трехметровой палубы без лишних промедлений бросился в теплую пучину лазурных южных вод.
***
Ночное море с высоты птичьего полета выглядело чарующе красиво. В спокойном отражении воды, которое лишь изредка тревожила рябь от налетающего ветерка, отражалась россыпь поблескивающих небесных осколков. Складывалось ощущение, будто я лечу меж двух небес, иногда даже путая, где верх, а где низ. Развороченный труп космического спутника этой планеты безразлично взирал своими мертвыми глазами на кипящую здесь суету, и продолжал хранить вечное молчание.
Пока я таился под водой и ждал, когда вражеский галеон, лишенный своей главной двигательной силы, отойдет достаточно далеко, то переживал, что мне не хватит выносливости добраться до дрекки урманов. Столь длительное удержание воздушного пузыря изнуряло и утомляло, как подъем по бесконечной лестнице. Вроде каждый шаг по отдельности отнимает не так уж и много энергии, но когда их сто, двести, триста… тысяча, то мышцы начинают гореть от нагрузки. Точно так же и я, удерживая тело на глубине нескольких метров, уже начинал дрожать от напряжения, мечтая наконец-таки отпустить Искру и расслабиться. Но отдохнуть мне пока не светило, потому что предстояло еще нагонять умчавшихся на всех парусах северян. И вот тут мне предстояло выложиться на все двести процентов.
Однако стоило мне вынырнуть под лучи заходящего солнца и расправить дьявольские крылья, как усталость словно куда-то испарилась. Вяло тлеющая от изнурения Анима Игнис засияла в моей душе, будто жаркий костер в непроглядной ночи, разгоняя подступающий мрак. Я сформировал два небольших восходящих вихря по бокам от себя, чтобы помочь себе выбраться из воды, и едва успел понять, что происходит, как меня просто вышвырнуло вверх.
Мощные взмахи черных крыльев поднимали меня в небо легко, как никогда ранее, а мой контроль над воздухом стал, казалось, всеобъемлющим! Те манипуляции с Искрой, которые раньше отнимали у меня уйму сил, сейчас давались мне просто играючи. Я одним легким импульсом Анима Игнис возносил себя под самые облака, а уже там, в этой вышине, легко разгонялся до такой скорости, что невозможно было распахнуть век, так сильно било меня встречным ветром. А когда я додумался до того, чтобы создать перед собой килевидный отвал, который отводил в стороны сопротивляющуюся моему стремительному движению стихию, то ускорился еще сильнее. Я был просто всесилен!
В какой-то момент своего полета, я осознал, что даже воздух перестал ощущаться мной однородным. Я словно бы плыл сквозь миллиарды песчинок, висящих в пространстве. Это было… странно и необычно. Словно мой дар развился до такого уровня, что я смог почуять молекулы газов, наполняющих здешнюю атмосферу. Для меня вдруг открылось такое великое поле для экспериментов, что просто захватывало дух…
В тот момент, когда на поверхности чернильно-черного моря показался одинокий крохотный огонек, я испытал настоящее разочарование. Мне совсем не хотелось расставаться с черным благословлением Князя Демонов, а еще хоть немного насладиться этим ощущением власти над стихией и небывалым могуществом, которое могло сравниться, наверное, только с величием Асов…
Обогнав дрекку северян где-то на полкилометра, я уже у самой воды спрятал в небытие темные крылья и нырнул во мрак ночного моря. Всплыв на поверхность, я принялся терпеливо дожидаться, когда до меня доберется судно.
С каждой новой секундой ожидания, усталость все настойчивей напоминала о себе. Она омывала меня точно так же, как и окружающие воды, пытаясь затушить сознание и отправить меня в бездну беспросветного забытья. Так что я постарался расслабиться, чтоб не тратить силы, и просто дрейфовал, раскинув руки на маленьких волнах.
Вскоре корабль приблизился, и даже расслышал разговор команды, явно проходящий на повышенных тонах.
– … самоубийство! Наши запасы не позволяют нам тратить время!
– Я не брошу мальчишку! – Донесся до меня озверелый рев Кавима. – Разворачивай парус, морская крыса!
– Ты глухой, южанин?! – Кажется, это говорил Вольх, пытаясь достучаться до здравого смысла Владеющего. – Ты ведь и сам родился среди моря, пусть и песчаного! Не обманывайся тем, что вокруг вода, ведь испить ее невозможно! Если у нас кончатся припасы, то мы точно так же умрем от жажды! Все! Все до последнего человека!
– Да мне плевать на вас, трусливые шакалы! Если надо, то я утолю жажду вашей кровью! – Не спешил уступать шахирец. – Вы обменяли свои никчемные жизни на жизнь ребенка, как вы вообще можете называть себя после этого мужчинами?!
– Успокойся, Кавим! Данмар сделал свой выбор сам! Он ушел героем, спасая в том числе и тебя тоже! Своими словами ты попираешь его память!
– Заткнись и не смей мне говорить о памяти! Я не могу быть спокойным, пока он там!
– Да смирись ты уже, упрямец! – Не выдержал и тоже вскричал капитан. – Море забрало его! Никто не сможет продержаться на воде так долго!
– Я сказал, разворачивайся!
– Нет!!!
– Исш’антала! – Выругался Владеющий. – Тогда приготовься отправиться на дно, проклятый слюнтяй!
– Если ты думаешь, что будем спокойно стоять и смотреть, как ты режешь нашего капитана, то ты ошибаешься, шахирец! – Вклинился кто-то третий. – Мы дадим тебе бой!
– Так будет даже интересней…
М-да, а страсти-то кипят… надо что-нибудь предпринять, пока эти идиоты не поубивали друг друга. Вот уж не подумал бы, что Кавим так остро будет реагировать, забыв о моем обещании вернуться ночью.
– Эй! Э-э-э-эй! – Постарался прокричать я как можно громче. Но занятые перебранкой воины, похоже, не сумели расслышать мой зов из темноты.
– Г-господа! Ну к чему все эти… э-э-э… ссоры. Должно же быть какое-то разумное решение… – узнал я едва различимый дрожащий бубнеж философа Цавлита.
– Сгинь, книжный червь! – Рявкнул на него Кавим. – Не лезь под руку, а то тоже присоединишься к этим отбросам!
Напрягая свою истощенную Искру, я заставил слабенький ветерок подуть в сторону носа приближающейся дрекки и снова попробовал докричаться до спорщиков. На этот раз, кажется, мне это удалось.
– Вы слышали? – Удивленно спросил кто-то из северян. – Кто-то зовет…
– Быстрее заткни уши! – Последовал взволнованный ответ. – Это сирены! Они зазывают моряков на скалы, чтобы потом полакомиться их потрохами… надо сказать кормчему, чтоб не вздумал туда править…
– Я тебе сейчас задницу заткну! А ну, в сторону!
Судя по всему, это Кавим услышал диалог двух моряков и выбежал на нос судна.
– Данма-а-ар! Данмар! Это ты?! – Завопил он во тьму, до хрипа напрягая голосовые связки.
– Да-а-а! – Постарался я дать такой же громкий ответ.
– Быстрее, фонарь мне! – Распорядился южанин. И когда высветился нос корабля северян, я понял, что требуемое ему тут же выдали.
Я поднял руку, а потом с громким плеском опустил ее, чтобы звуком привлечь внимание. Потом снова. И снова. И снова. Я шлепал ладонью по воде до тех пор, пока надо мной не показалась резная голова «Морского змея» и чьи-то сильные руки не втащили меня на палубу.
К сожалению, тут произошла небольшая заминка, потому что упрямый грешник не желал отпускать мое сознание. И стоило только мне ощутить чужое прикосновение, как короткие клинки словно по волшебству оказались в моих руках, и едва не наделали лишних дырок в моем спасителе.