Текст книги "Земля: Выживание. Том VII (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Ребята, больше не задавай вопросов, побрели, и мы дружно начали подъем наверх.

Путь назад был несколько сложнее. Во-первых, мешали завалы, образовавшиеся после взрывов. Во-вторых, пар, перекрывавший видимость. И в третьих, постоянные вибрации. Это ещё не учитывая, что я буквально тащил на себе Артема с Аней. А Вейла летела впереди, пытаясь показывать более-менее нормальные участки пути.

– Еще немного. – подбадривала она меня. – Буквально до того поворота, а там уже двигае прямо.

Когда мы добрались до широкого холла, ведущего напрямую к выходу из тюремного блока, я замер.

Впереди, в свете слабых фонариков, стояла толпа. Это были те самые беженцы, которых я выпустил из камер по пути сюда. Десятки изможденных людей в робах, рядом с которыми пугливо жались подростки.

Сначала моя рука потянулась за силой, я подумал, что их перехватили и теперь требуется помощь. Допускал, что с ними что-то случилось, и теперь придется отбиваться. Вот только потом я увидел, на кого они смотрят.

В центре этого импровизированного круга, на бетонном полу, лежал Нюхач, недалеко от которого лежал его противник.

Лицо моего напарника целиком было залито кровью, да и вообще, физическая форма удручала. Правда из груди вырывалось свистящее дыхание, а значит, он ещё был жив.

Парочка из тех, кого выпустил, а именно две женщины, пытались перевязать ему рану на боку кусками своих собственных одежд, а какой-то старик придерживал за голову.

Они помогали ему.

– Командир… – прохрипел Нюхач, заметив меня со слабой, болезненной ухмылкой. – Видишь… я же говорил… что справлюсь.

Я подошел к нему, чувствуя, как душа шепчет, что не зря ему доверился. Но одновременно с тем, кричит, что зря оставил одного. Такие раны…

– Ты молодец, старик. – кивнул ему, после чего повернулся ко всем, кто тут собрался, включая Артема и Аню. – Все, слушайте меня внимательно. Сейчас стройной колонной идем за мной, в сторону тюремного блока, а оттуда в первый проход направо. Вы. – ткнул пальцем в ближайших мужчин. – Помогите мне с раненными. – они в ответ несмело кивнули, но двигаться не торопились. – А оттуда мы выйдем на поверхность, где вовсю развлекаются мятежники.

На первый взгляд все поняли меня, и уже собирались идти. Однако, со стороны, откуда мы пришли в начале, раздался шумный бег, и крики сектантов.

– Планы меняются. – добавил под конец. – Идете без меня, ведет Аня, Артем поможешь.

– А в-вы? – вцепилась в мою руку ученица, которая почти перестала заикаться, но одновременно с этим сиспытывая какой-то неподдельный страх. – Учитель, вы не пойдете с нами?

– А у меня, судя по обстановке, всё ещё есть дела. – ответил ей, обращаясь к сфере, которая возвращала мне добрых десятка три откликов в сорока метрах от нас, и они, будь я проклят, приближались.

Так что все, что мне оставалось, это стоять и смотреть, как цепочка людей уходит в глубины темноты, выхватывая свой путь редкими лучами фонариков. Надеялся, что они поняли куда идти из моего сбивчивого объяснения. Благо удалось проверить маршрут заранее, и им не должны встретиться враги. Но на всякий пожарный, я следил за ними, пока последние из мужиков, тех кто был посильнее и несли раненого Нюхача, не скрылись из вида моих способностей. Одновременно с этим моментом, с противоположной стороны, выскочили фанатики.

– Ну что, Вейла? – позвал девушку, чувствуя, как в основную область сферы попадают ещё точки, похожие на сильных псиоников. – Кажется, нам без боя отсюда не уйти, да и со Шрамом, похоже, придется разбираться.

– Пойдем, Алекс. – она ослепительно улыбнулась, сияя своим призрачным силуэтом. – Пора уже заканчивать с этими мерзавцами.

Я, повернувшись к противникам, сделал несколько шагов, прежде чем услышал с той стороны крик.

– Это он, он! Он всех убил и украл образцы!

Это кричал тот молодой, которого я пощадил. А рядом с ним стоял мужик, такой же как и я ростом. Его лицо, в темноте, было тяжело разглядеть. За исключением трёх полос, светящихся во мраке.

Шрам. Это был он.

Глава 19

Эхо от слов того самого молодого сектанта еще тихо подрагивало под сводами коридора, когда рация, размещённая на тактическом жилете и выпирающая из-под балахона одного из охранников Шрама захлебнулась хриплым сипом. Изнутри, из глубин динамика, сквозь статику и шум, прорвался чей-то сорванный голос.

– Всем-всем, внимание! Повторяю, внимание всем, и особенно постам обороняющих нижние уровни! – после короткой паузы и небольшого пика, оттуда снова раздалась речь диктора. – Главная зона генераторов повреждена в результате боя, автоматика и второй корпус стражей изолировали поврежденную зону. Подача питания ожидается с резервов, никому не паниковать, всем быть готовыми перейти в наступление для зачистки. Подача энергии через пять секунд.

Сейчас, скорее всего, где-то вдалеке, в самом центре комплекса, за толстыми переборками и с надрывом, завыли резервные дизель-генераторы, оглушая ближайших техников, которые смогли успешно оживить эти машины. Вот уж им повезло, что мы с Нюхачом о них не знали. Тем временем, тяжелый металлический щелчок прокатился через относительно целые кабельные трассы, и абсолютная темнота, в которой мы только что дружно стояли, стала неохотно расступаться.

Зажглось аварийное освещение.

Оно, конечно, было стократ хуже прежнего, работающего на тех же лампах ещё до взрыва. Однако тусклые, багрово-оранжевые отблески из грубых, толстых защитных кожухов, неохотно выхватывали из обилия мрака куски коридора.

Сам же свет, казалось, гудел, подергиваясь мелкой, раздражающей нервы дрожью и рисовал на иссеченные стены длинные, уродливые тени, превращая силуэты стоящих передо мной людей в каких-то карикатурных монстров из потустороннего мира.

В этом грязном, кроваво-хищном полумраке, реальность окончательно потеряла всякие цивилизованные оттенки, всячески напоминая, что человек – самый опасный зверь. Воздух постепенно становился все плотнее и плотнее, забиваясь парами масла и пропитываясь едкой гарью от идущего где-то «там» боя.

Шрам медленно повернулся, переводя взгляд спрятанных глаз в сторону, как бы убеждаясь, что все идет строго по запланированному им маршруту. Однако потом он слегка дернул плечом, и сосредоточил внимание на лужу крови, стремительно темнеющую рядом с телом Маэстро.

Сам же объект… точнее лежащий мужчина, он выглядел жалко, для того, кто когда-то умудрился загнать нашу дружную компанию в угол. Пусть и не в одном лице. На его теле, некогда дорогой пижонский пиджак, превратился в изодранные, грязные лохмотья. А выбеленное лицо, ныне, было испещрено грязными и кровавыми подтеками. Получалось, что человек, живущий по-своему ярко, теперь был самым обычным трупом. Вот и судьба. За исключением, конечно, лишь одной детали. А именно оскала. Он остался прежним, навеки застывая на посиневших губах.

Шрам, судя по движению его силуэта, наклонил голову громко вздохнув, и подойдя ближе, носком тяжелых, новеньких армейских ботинок, лениво качнул голову покойника. Удивительное пренебрежение к тому, кто, пожалуй, был достаточно сильным, чтобы составить конкуренцию большинству одаренных.

– Какая же досада. – негромко, с налетом искреннего, но какого-то совершенно механического, сухого сожаления произнес мужчина. Его голос, шершавый и бесстрастный, потрясающе соответствовал развернувшемуся пейзажу. В общем получался такой картинный злодей, как успела обозвать его Вейла. – Маэстро был на редкость паршивым собеседником и тем ещё законченным психом, но при этом, стоит сказать, великолепным, исполнительным инструментом. Он умело решал многие мои вопросы. Деликатные и не очень. Любил работать с неформатом… А теперь ты, чужак, сломал мою любимую игрушку. – наконец обратился он ко мне, делая ещё несколько шагов.

Мужчина поднял голову, от чего три полосы на его лице, до этого момента казавшиеся просто зарубцевавшимися шрамами, внезапно начали пульсировать тусклым, ядовито-фиолетовым светом. Как если бы Изнанка дышала через эти борозды.

– Получается так, что по закону и по всем правилам, ты мне должен. И должен очень многое. – продолжил этот явно веселый товарищ, закладывая руки за спину и продолжая шагать вперед. – Твоя энергетика… я чувствую силу даже на таком расстояние. Такая плотная, чистая. Удивительно. Думаю, что из тебя может выйти отличная замена Маэстро. Ты хорошо впишешься на его месте, примешь обязанности и будешь выполнять работу во славу Свидетелей Перерождения Человечества. Что скажешь? Согласись, щедрое предложение за тот переполох, который вы устроили?

Я почувствовал, как Вейла внутри моего разума встрепенулась, и будь возможность, так вообще, вылетела бы вцепившись в шею этому шутнику. Но вместо этого, лишь материализовалась рядом, ладонями опираясь на плечо.

– Алекс, давай вырвем кадык этому ублюдку, чтобы он не говорил всякую чушь! – сильно нахмурившись, девушка продолжила свою тираду. – Эта помойная крыса имеет грязную силу, а та пятерка, за спиной… не уверена, но, кажется, их силы хорошо друг с другом синергируют. Если что, лучше быстро выбить их.

Я едва заметно усмехнулся под маской.

Наставница, как всегда, в своем репертуаре. Особенно понравилось её отношение к каждому из противников, да и к некоторым нашим союзникам. В общем её формулировочки… были очень специфичны.

– Знаешь, Шрам. – протянул я, нарочито расслабляя собственные плечи, хотя, на самом деле, каждая мышца моего тела натягивалась до предела, чисто на всякий случай. – Твое предложение, безусловно, звучит очень заманчиво. Правда, правда. – закивал головой. – Прямо вижу свой потенциальный карьерный рост. Не сомневаюсь, что у вас предоставляют бесплатное жилье в сырых подвалах, льготы, кожаную одежку… Но знаешь. – повертел пальцем около головы. – У меня в резюме есть один маленький пунктик: я не работаю на людей, у которых лицо выглядит так, словно по нему проехался нетрезвый комбайнер. Тем более на мужчин. Да и с охраной труда у вас, я гляжу, полная жопа. Предыдущий сотрудник. – посмотрел на Маэстро, и сплюнул. – Даже до конца очередной смены не дожил, так что, пожалуй, откажусь. Предпочитаю оставаться фрилансером.

Шрам от такой тирады замер. То ли он не ожидал разговорчивости от меня, то ли ещё что, но удивить его удалось.

В багровых отблесках ламп, его лицо, наконец, стало очень отчетливо видно. Этот маленький феодал, наконец-то соизволил выйти из тени клубящихся теней. Вопреки всем моим смелым ожиданиям, в нем не было ничего прямо-таки демонического или гротескного.

Самый обычный мужик.

Средний рост, вполне себе крепкий и с сухим телосложением. Единственное, что его отличало на фоне других, так это качественная одежка, можно даже сказать, дорогая тактическая форма темного цвета, без каких-либо знаков различия, кроме как символа их секты.

Так что если бы не эти три жутковатых и застарелых шрама, светящихся полосами, пересекая все лицо от виска до подбородка, его можно было бы принять за какого-нибудь обычного кадрового бойца, ну максимум за младшего командира. В общем не было в нём той самой «харизмы» лидера.

– Жаль, очень жаль. – тихо, и без малейших ноток гнева произнес в ответ Шрам. В его глазах, ранее небольшие зрачки, теперь превратились в пару безэмоциональных маслянистых пятен. – Это очень грустно слышать. Значит, как разумный элемент, и потенциальный подчиненный ты для меня бесполезен. Но ничего. – добавил он, прежде чем задумчиво кивнуть. – Мертвым ты тоже пойдешь в дело, наши ребятки из лабораторий всегда умели работать с качественным материалом.

Противник резко развернулся на сто восемьдесят градусов, встав лицом к своим людям, и коротко рубанул воздух рукой.

– Защитникам – ликвидировать этого шута, и сделайте это быстро. Остальным выдвигаться в погоню, за беглецами, я отчетливо слышу, как они уходят через западное крыло. Одаренных схватить, они ещё нам помогут в работе. Всех остальных, кто пытается встать на пути или будет оказывать сопротивление, ликвидировать. – после того, как закончил, никто сразу не дернулся, пока Шрам не рявкнул. – Выполнять.

– Есть, господин Хранитель! – в ответ крикнул один из тех, к кому он обратился как «Защитники».

Коридор мгновенно наполнился топотом десятков ног, лязгом оружия и грубой матерной руганью со всех сторон. В районе тридцати рядовых сектантов, одетых в черные, бесформенные балахоны поверх легкой брони, вместе с автоматами наперевес, бросились колонной вперед, пытаясь обойти меня справа, чтобы ворваться в туннель, куда ушли Аня, Артем и раненый Нюхач.

Они бежали, выкрикивая свои фанатичные лозунги, уверенные в собственных силах и численном перевесе, подгоняемые поддержкой одаренных стоящих поодаль, за спиной.

– Куда это вы собрались, смертнички? – прошептал я, когда люди пробежали уже половину пути.

Время вокруг нас начало замедлять ход, едва-едва, прежде чем от сферы пришли отклики, фиксирующее траекторию движения каждого из первой десятки нападавших. Моя сила, которую я так долго сдерживал в узде, сорвалась с цепей, требуя выхода и себе и пылающей глубоко внутри души ярости.

Я сделал половину шага вперед, от чего воздух рядом просто взорвался благодаря концентрации пси.

Первым движением резко вскинул левую руку, выставляя ладонь вверх. Прямо из бетонного пола, с сухим, оглушительным треском, на пути противников выросло что-то похожее на частокол из ледяных пик. Они были чертовски острыми, рваными, угловатыми. Правда если бы не это, можно было бы подумать, что это хирургические скальпели, прозрачные, подобно хрусталю и не менее драгоценные.

Троица, которая бежала в голове колонны, в надежде на легкую добычу, налетели со всей силы на препятствие. Сосульки пробили их навылет, даже не замедлив движения, и воткнулись прямо в потолок. Образовалась такая картина, на которой кошмарный мясник забивал мясо на шашлык, заранее насадив то на шампуры. Некоторым, конечно, повезло больше, но это не отменяло раздающихся то тут, то там истошных криков боли.

Второе движение, и правая рука идет наотмашь. А следом за ней, двигаясь под воздействием воли, сорвалось концентрированное пламя, скрученное в три тяжелых, гудящих огненных копья.

Они пролетели сквозь пространство за какие-то доли секунды, оставляя в воздухе остаточный выжженный след, и заставляя пар от лопнувших труб мгновенно испаряться. Мои снаряды попали точно в грудь следующих бойцов, после чего раздался глухой, хлопающий звук. Кажется, это были их плитки в бронежилетах вместе с плотью, в одно мгновение превращаясь в жидкий, горящий шлак.

Запахло жженым мясом и раскаленным металлом. Но на этом не хотелось останавливаться.

Те из первой волны, кому посчастливилось выжить, понимая, что у них не выйдет просто так пройти, попытались в панике вскинуть винтовки, наставляя их на меня. Но я же просто скрестил руки перед грудью, выпуская вперед веер едва заметных, но чертовски осязаемых пси-лезвий.

Эти серпы, созданные из чистой энергии, прошли сквозь наполненный коридор, как коса сквозь только-только созревшую пшеницу. Огнестрельное оружие распадалось на части, обычная броня не была препятствием, падая кусками на пол. Ещё часть фанатиков рухнула на бетон, обливаясь кровью из глубоких ран. А где-то, так вообще, «части» самих фанатиков.

Больше половины людей прекратили свое существование всего за каких-то пять ударов моего собственного сердца.

– Назад, всем отойти назад, идиоты! – истошно закричал один из одаренных, который все ещё продолжал стоять на одном месте, и почему-то не торопился на меня напасть. Удивительно, что в этом крике были нотки испуга, которые до этого за ним не замечались. Да что там говорить, даже его маска съехала, обнажая лицо, перекошенное в ярости и ужасе от происходящего.

Тем временем, среди рядовых сектантов началась настоящая паника. Те, кто продолжал бежать во второй волне, резко принялись тормозить, сбивая друг друга с ног.

Одновременно с этим, внутри раций стоящих командиров поднимался гвалт, перекрываемый шумом борьбы и криками раненых.

– Посты три и четыре, срочно ответить, что у вас происходит? – Почему от вас до сих пор нет подкрепления? У нас нападение одаренных, нам нужна поддержка!

Видимо, проблемы были не только тут, но и где-то ещё. Что не могло меня не радовать, особенно, если учитывать, что проблемы были не у меня.

Сейчас окружение вокруг нас жило своей собственной, предсмертной жизнью. Стены депо продолжали содрогаться от ударов снаружи, вдалеке, в конце коридора, с грохотом обвалилась часть потолочной плиты, поднимая густое облако бетонной пыли, которая моментально смешивалась с дымом от использованных мной огненных способностей.

По парочке ледяных копий, все ещё торчащих из пола, стекала вода из пробитых труб водоснабжения, чуть-чуть посвистывая и заливая ближайшую область. От чего кровь, вперемешку с грязью, превращались в скользкое месиво.

Шрам наблюдал за творящейся бойней совершенно спокойно, словно происходящее его вообще не касалось. И это несмотря на то, что его подчиненные гибли один за другим. Вот правда, тоже странный, рабочий стереотип, почему злодеям так плевать на своих товарищей? Лишь фиолетовые полосы на лице стали гореть чуть ярче, впитывая остаточное эхо оазлитой энергии.

– Довольно, – негромко произнес он, но ощущалось это совсем противоестественно, потому что каким-то чудом ему удалось перекрыть весь этот хаос, заставляя выживших сектантов мгновенно заткнуться и попятиться назад. – Какие же вы идиоты. Я же сказал, чтобы рядовые прошли, а защитники ликвидировали угрозу. Работаете в связке, и притащите мне наконец его тушку.

Пятерка тех одаренных, о которых говорила Вейла, и которых я до этого видел сам, до этого момента, стоявших неподвижно за спиной своего лидера, синхронно двинулись в мою сторону.

Теперь, точно также, как в театре, освещаемым редким светом, их можно было рассмотреть более детально. И, в общем-то, увиденное меня совсем не радовало.

Кажется, что эти люди… одаренные… в общем, они больше всего походили не на тех, кто сам прошел возвышение, а на тех, кто являлся результатом тех самых чудовищных экспериментов, которые видел раньше.

Они, в отличие от других, имели отличающиеся вышивки на плащах, значение которых все ещё было неизвестным. А физически, тем временем, от них исходила неприятная и тяжелая аура, влияющая на территорию. Она буквально заставляла меня тратить собственную энергию, чтобы двигаться как прежде.

Эти ребятки двигались слаженно, словно у них был единый мозг на всех, или они были единым организмом?

В общем, это было понятно, стоило крайней двойке сместиться в сторону стен, и забежать под самый потолок, выставляя перед собой подобие щитов. Те, в отличие от генерируемых моими силами, ближе всего были к пчелиным сотам.

Оставшаяся же тройка синхронно вскинула руки, и я почувствовал, как на меня рухнула плита из пси. Ближайшая реальность вокруг начала стремительно уплотняться, словно меня пытались замуровать в невидимый, но чертовски тяжелый саркофаг.

В этот самый момент, когда я уже готовился дать отпор, ожила рация на груди самого Шрама. На этот раз, с другой стороны, доносился не просто сип, а сплошной, полный смертельного ужаса крик.

– Хранитель, господин Хранитель, прием! Мятежники, при поддержке… смогли… прорвать оборону в… секторе. У них есть сильные одаренные… наша внешняя линия полностью… несем потери… – вот как всегда, самое интересное услышать не получилось, очень сильно мешали помещи. Но, с другой стороны, удалось понять, что те, кто атаковал первыми – были пока что на стороне мятежников.

Шрам, всматриваясь в рацию, и иногда вскидывая глаза к застывшей пятерке, ожидающей его команд, раздраженно поморщился. Он поднял руку, и нажал на кнопку передачи, сухо кидая.

– Подорвать заряды четыре, два и семь. Атакованный сектор оставить, и вызвать гончих. Задержите их любой ценой. Я скоро буду.

Он отпустил кнопку и резким, коротким движением пальцев просто раздавил пластиковый корпус устройства, превращая его в крошево. некогда вполне рабочий инструмент просто осыпался на пол мусором, смешиваясь с гильзами и грязью. Шрам перевел свои темные, лишенные нормальных зрачков глаза прямо на меня. Наверное, за все время, это было во второй раз, максимум в третий. И при этом, вся его напускная вальяжность пополам с прагматичным спокойствием испарились в одно мгновение.

Теперь от него веяло чистой, концентрированной угрозой.

– Видимо придется поторопиться. – сказал он голосом, внутри которого впервые прорезались жесткие, леденящие душу нотки. – У меня появились дела в другом месте, которые не требуют отлагательств. Тратить на тебя больше двух минут – для меня непозволительная роскошь.

Он сделал еще один шаг вперед, и в ту же секунду три шрама на его лице вспыхнули ослепительным, ядовитым фиолетовым светом. Пространство вокруг него жалобно застонало, а плита, которую с меня так и не сбросили, стала ещё тяжелее.

Сила, которую он выпустил наружу, была колоссальной, темной и голодной, она буквально подминала под себя всё подвальное помещение, заставляя аварийные лампы гаснуть одна за другой.

– Алекс, я поняла. – раздалось от Вейлы. – Кажется, он моржет работать с гравитацией.

И в этот момент, враг, вместе со своими прихлебателями, сорвались в моем направлении.