Текст книги "Земля: Выживание. Том VII (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Земля: Выживание. Том VII

Глава 1

Многие цивилизации представляют космос как нечто тихое, бездушное и смертельное. Вот только для тех, кто проводит в нем бесконечные циклы, он выглядел совсем иначе.

Гудящий, вибрирующий маршевыми двигателями, он шептал что-то присутствующим языком систем жизнеобеспечения и едва уловимым треском статики на обшивке.

Хотя здесь, в системе «Маро-о», тишину разрывало нечто иное. Рев умирающих звезд и неслышный скрежет рвущегося металла, превращали пространство в бурлящий котел из плазменных сгустков и обломков.

Командор Альберт, словно вросший стоял на капитанском мостике тяжелого флагманского линкора «Ленса», заложив руки за спину. Не только внешне, но и внутренне мало что могло поколебать этого статного мужчину.

Его лицо, освещенное багровыми всполохами от ближайшей звезды близнеца, могло показаться наблюдателям монолитным, выточенным из тул’унди, драгоценного кристалла, используемого в лучших ювелирных домах Империи.

Тем временем, взгляд холодных глаз был прикован к голографическим сферам. Они проецировали шедшее сражение, где его эскадра пыталась сдержать лавину мятежников, охотящихся за мирными гражданскими судами, спешащими в зону перехода.

– Доложить статус правого фланга! – голос Альберта прорезал суматоху мостика, подобно хирургическим иглам капсул медицинского блока.

– Во славу Первых, Командор! – выкрикнул один из офицеров связи, так и не отрывая глаз от собственного рабочего терминала. – Докладывает Амбр, крейсер «Ультурра» находится под плотным огнем врага! Мятежники третий раз пробуют достать его брандерами. Они выводят те в зону прямого коридора, и разгоняют их до максимальных скоростей, от чего системы защиты не успевают перехватить все. Сейчас щиты «Ультурры» на пределе, ещё несколько попаданий и мы её потеряем.

Альберт набрал как можно больше воздуха, делая попытки подавить собственные эмоции, бушующие потоками энергии пси, стремящимися вырваться наружу.

Вот только слова бабушки, Арквель Ленсы Ариантано, до сих пор эхом отзывались в его голове, не давая сосредоточиться: «Ты потерял пятнадцать процентов флота… и ещё потеряешь». Она видела всё. Она знала наперед. И то, что сейчас происходило в пустоте за пределами мостика «Ленсы», было лишь подтверждением её слов.

Одновременно с этим на борту тяжелого крейсера «Ультурры», члены экипажа ощущали собственной кожей тот ад, творящийся в пределах космоса. Сирены выли что было сил, одновременно перекрывая команды офицеров и стоны металла отрывающейся обшивки.

Командир корабля, он же Капитан Периметра Амбр Трано, едва ли смог удержаться в кресле, когда очередной залп кинетических орудий сотряс корпус крейсера которым тот командовал.

– Командам, обслуживающим главный калибр правого борта, все батареи – огонь! – чеканил командным голосом один приказ за другим приказом. – Не дать этим мерзким предателям и шанса приблизиться к резервным порядкам Командора!

Пространство за бортом было заполнено вспышками.

Тяжелые орудийные системы крейсера выплевывали сгустки перегретой плазмы, впивающиеся в щиты противника. Если большой флот врага ещё хоть как-то держали удар, то вот у легких и малых кораблей шансов не было совсем. Корветы и фрегаты мятежников испарялись один за другим, что уж говорить о более мелкой мошкаре.

Но даже с учетом огромного количества смертей, их было слишком много. Они саранчой облепливали свои цели, выискивая уязвимые места в защите.

– Капитан, у нас разгерметизация в третьем блоке. Затронуты медицинские капсулы и зона стазиса! – донеслось из динамиков. – Автоматика не справляется, мы можем потерять раненых!

– Эвакуировать всех, кого успеваем. Спустя триста фаз – задраить переборки. – приказал командир корабля, и в его голосе не было ни капли сомнения. – Мы не можем потерять соседние помещения. Во славу Первых, мы выстоим!

Альберт наблюдал, как на тактической карте иконка одного из маневренных крейсеров пару раз опасно мигнула красным.

– Командор, «Валинор» передает, что у них критическое повреждение реакторной установки, они теряют ход. Есть вероятность, что они остановятся прямо в секторе встречной атаки!

– Передать «Химере», чтобы прикрыли отход «Валинора». Перехватчикам связать вражеские штурмовики и перехватчики. – Альберт развернулся, наблюдая за соседней сферой, которая отражала зону размещения резервов. – Не дать взять их на абордаж, ордеру охранения закрыть позицию между ними и основной группой врага, не оставлять никого на растерзания. – уверенно бросил командор несколько приказов.

В этот момент, флагман флота «Ленса» содрогнулся. К сожалению их экипажа, это был не обычный удар. А выстрел главного калибра точно такого же линкора, который только что вышел на дистанцию эффективного удара. Пол под ногами персонала задрожал, следом за чем послышался глубокий, утробный гул разгона собственных орудий, готовых в любой момент ответить.

– Командор, мы готовы дать залп главным калибром! – доложил один из старших офицеров. – Цель захвачена по предыдущим ориентирам.

– Сжечь выделенные цели. – коротко приказал Альберт. – Но не зацепите «Ультурру».

Огромные орудия внутри полусфер медленно повернулись. Пространство перед «Ленсой» на мгновение свернулось в тугую спираль, а затем чудовищный выброс плазменной энергии пронзил непроглядную тьму.

Сгустки были настолько яркими, что автоматические фильтры мостика едва ли успевали затемнить обзорные экраны. Через несколько мгновений на месте вражеских кораблей, атакующих один из крейсеров эскадры, расцвели ослепительные цветки взрывов. Огромные металлические массы превратились в горячие, раскаленные облака пара за какие-то доли фаз.

– Фиксируем попадания! Вражеский крейсер теряет ход, видим вторичную детонацию. «Ультурра» отходит на безопасное расстояние. – по мостику пронесся короткий одобрительный гул членов экипажа, который тут же стих.

Война не закончилась, ведь во многих местах все ещё пылали огни сражений.

Например, в ангарах «Химеры» кипела бурная деятельность.

– Пошел! Пошел! Пошел! – техник в подкопчённом комбинезоне неистово махал какими-то приборами, сигнализируя о взлете группе хищных, стреловидных силуэтов.

Очередная тройка перехватчиков с визгом сорвалась с магнитных держателей, молниеносно вылетая в открытый космос, тут же уходя в форсажном ускорении.

Пилот по имени Рин едва успел выровнять машину, как перед его глазами заплясали индикаторы захвата ближайшей к нему цели.

– Говорит Рин, звено «Рату-3», вошли в зону ближайшего контакта, работаем на поражение, без предупредительных. – выдохнул он в маску.

Мир превратился в калейдоскоп из звезд, лазерных трасс и обломков, вращающихся вокруг громаден корабельных остовов. Рин заметил, как прямо перед ним фрегат мятежников разорвало пополам точным попаданием выпущенной ракеты со стороны охранного ордера корабля-носителя.

Огромный кусок обшивки, с силой оторванный невидимым гигантом, пролетел в считанных метрах от кокпита перехватчика, едва не превратив в груду мусора его собственный корабль.

– Сверху! Рин, они у тебя на хвосте! – закричал ведомый по внутренней связи, маневрируя из стороны в сторону.

Пилот, услышав команду товарища, рванул ручку управления на себя, сопротивляясь колоссальным перегрузкам, вдавливающим его в глубже кресло. Да так, что в глазах замелькали темные точки.

Двойка перехватчиков, потеряв своего товарища в коротком противостоянии, выполнили немыслимый вираж, выходя прямо за спину нерасторопному врагу. Короткая очередь из кинетических пушек, и машина противников превратилась в облако разлетающихся искр.

– Есть! – выдохнул он. – Во славу Первых…

Но радость была недолгой.

Внизу, под ними, «Химера» содрогалась от попаданий ракет малой дальности, продолжая страдать от бесконечного нашествия небольших кораблей противника.

Массивный носитель медленно разворачивался, прикрываясь генерирующимися щитами, и маневрируя рядом с небольшими остатками астероида, который был разрушен в первые мгновения сражения. Но мелкие, юркие корветы врага, жалили его словно осы, впиваясь в нежные, опустевшие бока, где умные инженеры расположили ангары.

На мостике флагмана Альберт чувствовал каждый удар, бездушно наносимый по кораблям его флота. Поле пси внутри линкора, сопряженное с его собственным сознанием через нейроинтерфейс, транслировало ему каждое мгновение сражения. Он видел, как гибнут его соратники, как горят корабли, которые он вел сквозь сотни битв. Видел, и понимал, что сделать больше, чем уже – почти невозможно.

– Командор! – к мужчине, чеканя шаг, подошел один из подчиненных. Он буквально недавно вернулся из медицинской капсулы восстановления. Раненый в прошлой битве, несмотря на бледность, дрожащие руки и общую усталость, он все равно хотел быть полезен своему народу.

Альберт не стал даже поворачивать голову, продолжая отдавать команды группе тактических офицеров.

– Докладывай. У нас тут, если ты не заметил, активная фаза боя.

– Во славу Первых, Командор! – вытянулся в струнку тот, отдавая ритуальное приветствие, стараясь унять дрожь в конечностях. – Срочное сообщение по изолированному каналу, получили прямую директиву. Визировала лично Гранд Адмирал Перворожденных, госпожа Ленса. С меткой, что вскрыть можете лишь вы.

Альберт замер.

Весь шум боя, крики офицеров, гул вентиляции, грохот попаданий – все это мгновенно отошло куда-то на второй план. Сообщение от бабушки в такой момент? Казалось, что это не могло быть обычным приказом или информированием. Видимо, это само провидение Первых.

Он сделал пару шагов, и оказался прямо на постаменте командира судна. Каких-то три движения понадобилось командору, чтобы подключиться к зашифрованному каналу и пройти ключевую верификацию. Перед глазами мужчины несколько раз мигнули индикаторы входящего сообщения, одновременно тут же считывая сетчатку глаза. Текст был кратким, рубленым, в фирменном стиле семьи Арквель.

«Альберт, время на исходе. Я ликвидировала нападающих на Аэтельгард. Мне удалось узнать, что часть отправили охотиться за твоей помощницей, Листурой. Сразу, как ты получишь и ознакомишься с данным сообщением, уходи к базе в сектор „Арк-а“, после чего совершай прыжок к ней. Вам необходимо вместе закончить работу. Если получится схватить Коула, все ещё можно будет решить малыми потерями. Во славу Первых! Во славу крови дома Арквель!»

Командор почувствовал, как вдоль позвоночника пробежали короткие разряды тока, намекая на не самые положительное развитие событий. Бросить всё? Здесь, в разгар сражения, когда его корабли связаны тяжелым боем, когда части ударных сил просто истекают кровью, прикрывая отступление гражданских, из-за которых все и началось?

– Командор? – тихо спросил один из приближенных. – У Амбра положение улучшилось, какие будут указания?

Альберт поднял глаза на обзорные сферы. Прямо в этот момент, один из корветов охранения шел в лобовую атаку на втрое превосходящего противника, чтобы дать такое нужное время для перезарядки главного калибра крейсеров. Сколько бессмысленных жертв будет в тот момент, когда он отдаст приказ о прыжке?

Но он прекрасно понимал, что количество жертв, если он не прыгнет, будет многократно больше. Задание, выданное им Арбитру Молчания, было не самым тривиальным. И, если бабушка говорит, что удар нанесут именно по ней, значит так оно и есть. Она за свою карьеру ни разу не терпела поражений, в отличие от него… Особенно в плане стратегических решений.

– Дайте связь со всей эскадрой. – голос Альберта окреп, обретая ту самую стальную бескомпромиссность, которой так гордились члены его дома. – Максимальный охват по защищенным протоколам!

Через пару фаз, на всех кораблях флота, от тяжелых ударных крейсеров, до последних перехватчиков, зазвучал голос Командора экспедиционного флота Империи.

– Во славу Первых! – набрав побольше воздуха в грудь, он продолжил. – Всему флоту, всем подразделениям – немедленно разорвать контакт с противником, активировать аварийные протоколы прыжка. Охранные ордеры, вы должны обеспечить заградительную завесу, чтобы прикрыть отход тяжелых кораблей. Мы уходим из этой системы.

На мостике воцарилась гробовая тишина. Никто не проронил ни слова, зато члены экипажа активно переглядывались друг с другом. Кто-то даже сидел с открытым ртом, как если бы не верил собственным ушам. Уйти сейчас? Оставить систему мятежникам, когда только-только наметился переломный момент?

– Командор, но… – начал было молодой тактический офицер, пополнивший их ряды из академии дома Арквель.

– Это приказ, а приказы не обсуждаются. – оборвал его Альберт, и в его взгляде вспыхнуло то самое пламя, которое многие видели в глазах великой Ленсы на протяжении сотен циклов. – Цель сектор «Арк-а», система «Суф». Время на подготовку – сто двадцать фаз. Все должны успеть войти в окно прыжка. Выполнять!

Сражение изменило свой ритм. Со стороны мятежников многие не понимали, что происходит. До этого момента их начали давить почти по всем направлениям, а теперь яростная схватка превратилась в отчаянный, кровавый побег.

Корветы поддержки, зная, что большинство из них – смертники, ринулись вперед, выжигая в ускорении собственные реакторы, направляясь в самоубийственную атаку, чтобы принять огонь на себя. Каждый из них, перед кончиной, передавали одно сообщение на всех частотах.

– Во славу Первых!

«Ультурра», окутанная облаками плазмы, начала медленный разворот на месте, прикрывая своей здоровенной фигурой соседние с ней корабли. Линкор «Ленса» же встал во главе строя, работая собственными орудийными платформами без остановки, создавая плотную стену огня между уходящим флотом и преследователями.

– Командор, координаты нужной системы получены всем флотом, реакторы работают на максимум! – доложили с поста навигации.

– Тридцать фаз до прыжка! – выкрикнул старший аэст.

Альберт смотрел на двойную звезду, танцующую в центре этой неприветливой системы. Они пульсировали, словно насмехаясь над своими наблюдателями.

Пятнадцать процентов флота в прошлый раз. И сейчас эта цифра гарантированно больше. Мужчина видел, как один из фрегатов прикрытия исчез в яркой вспышке, не выдержав сосредоточенной плотности огня.

– Во славу Первых, ваша жертва никогда не будет забыта, и, даю слово наследника дома, о ваших семьях позаботятся. – едва слышно прошептал он, обращаясь к тем, кого оставлял за собственной спиной.

– Прыжок через пять… четыре… три… два… один!

Пространство перед «Ленсой», и остальным флотом, разорвалось черной дырой. Огромные корабли дернулись и исчезли, увлекая за собой живые остатки эскадры.

Через мгновение на месте недавнего побоища остались только остывающие обломки, безмолвно плывущие в свете безразличных звезд. И рядом с ними остатки от флота противоборствующей стороны.

Мятежники победили в этой системе.

Но Альберт понимал, что настоящая битва будет проходить в другом месте. И там, цена ошибки будет неизмеримо выше, чем потеря одной из систем.

Командор не покинул мостик. Он продолжил сидеть в своем кресле, глядя на бесконечный поток разноцветных искр за пределами корабля. Тишина гиперпрыжка давила на уши.

– Во славу Первых, Командор. – подошел к нему сухонький старичок, удерживающий в руках емкость с горячим тонизирующим напитком. – Вам надо отдохнуть. Сколько циклов вы уже не спали?

– Некогда отдыхать, мой старый друг. – отрицательно мотнул головой Альберт, но все ж таки принял из его рук какое-то подобие термоса. – Лучше подготовьте полный отчет о состоянии экипажа флота. Я хочу знать все, сколько раненых, сколько павших, сколько потеряны без вести.

Он вспомнил лица командиров, прямо перед самым началом сражения. А теперь большинство из них, скорее всего, он никогда не сможет увидеть.

– Посту связи. – отозвался мужчина, сделав несколько больших глотков.

– Слушаем вас, Командор? – живо подобрался всем телом один из Первых.

– Подготовить устройство дальней связи, закрытым шифром надо будет передать пакет информации для Госпожи Ленсы.

– Приняли, Командор. Отправить по выходу из перехода, или воспользуемся…?

– Нет. – резко отрезал Альберт. – Как выйдем, так и отправим.

На мостике снова стало тихо. Командующий закрыл глаза, пытаясь хоть немного набраться сил, перед очередным рывком судьбы.

Глава 2

Легкие горели и резало так, словно я наглотался мелкой крошки стекла вперемешку с кривыми, раскаленными свинцовыми кубиками. Каждый новый вдох давался с надрывным свистом, а свежий воздух поверхности, вопреки ожиданиям, не приносил мне облегчения.

Здесь, наверху, в отличие от подземного смрада, оставленного сектантами. Воздух все равно был пропитан ароматами гари от буржуек и ещё чем-то приторным с нотками сладости. Кажется, именно такое амбре и ждешь от процессов разложения органики, который не выветрится даже за ближайшие десятилетия.

– Ловите его! Во имя нового человечества! – надрывный крик за спиной вынуждал меня сильно вжимать голову в плечи. – Не дайте ему уйти! Благодаря его крови наш хранитель сможет стать гораздо сильнее!

Я же, не вслушиваясь, продолжал рвать когти и нестись вперед, перепрыгивая через остатки легкового автомобиля, который уже начал ржаветь, постепенно превращаясь в бесформенную груду металлолома, облепленную со всех сторон какой-то причудливой растительностью.

Подошвы ботинок, истоптанные за недели переходов, нелепо скользнули по мешанине из камней и грязи. Но мне повезло удержать равновесие, погасив инерцию перекатом через плечо. Грязнее уже не стану. А вот травмирование… да. Потому что осколки витринного стекла какого-то бутика, неприятно захрустели под телом, впиваясь в ткань комбинезона.

– Алекс, ты очень плохо двигаешься, очень-очень! Ты напоминаешь мне старый и рваный мешок, наполненный навозом! – Вейла материализовалась прямо в поле моего зрения, плавно заскользив по воздуху спиной вперед. Её полупрозрачное платье развевалось на ветру, игнорируя любые законы физики и нормальности. А фиолетовые глаза горели неприкрытым огнем азарта. – Если ты сейчас же не ускоришься, эти веселые ребятки с заточками и огнестрелом устроят тебе очень нескучный вечер.

– Без… тебя… знаю! – натужно выдохнул я, пытаясь лишний раз не тратить силы на слова.

Сзади грохнули выстрелы.

Пули угрожающе засвистели где-то над левым ухом и над головой, выбивая крошку из облупившейся кирпичной стены старой пятиэтажки. Сектанты, судя по моим наблюдениям, вышли на поверхность многократно раньше, чем Марков успел об этом подумать. Не то, что успел реализовать. И теперь получалось так, что именно они ощущали себя здесь хозяевами.

Это было плохо. Очень плохо.

В одно короткое движение запрыгнул на мусорный контейнер, который кто-то услужливо выкатил прямо на дорогу, и оттолкнувшись от него, крепко вцепился пальцами в край козырька над входом в здание, подтягивая рывком тело вверх. Мышцы взвыли от напряжения, но остатки энергии внутри каналов, отозвались глухой, затухающей пульсацией.

– Хо-хо, посмотрите на него, экий акробат у нас тут завелся! – Вейла зависла надо мной, когда я карабкался по покосившейся пожарной лестнице, обходя обрушенные пролеты внутри самого здания. – Только вот маленькая деталь, партнер… Твои внутренние резервы почти пусты. Пси осталось… ну, скажем, что-то порядка семи процентов. Ты так старательно разбрасывался ей в том сражении, что сейчас напоминаешь собой подсевший фонарик. Еще чуть-чуть, и ты просто сдуешься.

– Умеешь… подбодрить, о, великая… – прохрипел в ответ, переваливаясь через низкий парапет крыши.

Сверху открывался величественный вид на мертвый город, зажатый в тиски энергетических потоков, срывающихся из стороны в сторону, наполняя собой осиротевшие улицы, чтобы там родилось нечто новое.

А окружающие, разбитые окна зданий, зияли непроглядной тьмой, редко принимая в себя блики вечернего солнца. Между ними, по заваленным хламом подъездам, метались невысокие фигурки в грязно-серых балахонах. Те самые свидетели перерождения человечества. Чертовы фанатики, верящие, что поверхность принадлежит им по праву «нового рождения» в хаосе мира.

Времени наблюдать за всем этим не было, и я не стал задерживаться.

Пробежав по крыше вперед, перемахнул через двухметровый зазор на соседнее здание. Прыжок, еще один, скольжение по наклонной жестяной кровле.

Никогда бы не подумал, что буду вот так… Внутри же вообще ощущал себя этакой тенью, проскальзывающей между разными гранями миров. Но те, кто выступал сейчас загонщиками, не торопились от меня отставать. Все ж таки тоже, одаренные, да и в пике сил. Но самую большую роль играло то, что они знали эти руины лучше меня, срезая углы через проломы в стенах, которые я не всегда успевал заметить даже с помощью способностей.

– Алекс, слева от тебя! – внезапно выкрикнула Вейла, показывая направление маленькой рукой. Её голос мгновенно лишился издевательских ноток.

Тело само собой среагировало на выкрик, превратившись в стремительный росчерк благодаря развитым животным инстинктам. У меня получилось уйти броском в сторону, ровно в тот момент, когда из-за вентиляционной шахты выскочил рослый мужик метра два с копейками… в ширину.

В его руках блеснул тяжелый, здоровенный молот, которым он был готов размозжить мне голову. Но к счастью, он прошел мимо меня, лишь слегка задевая рюкзак, с хрустом вмазываясь в грубую поверхность крыши.

Одаренный.

Конечно же, иначе и быть не могло. Особенно если обратить внимание на здоровенную дыру, из которой он пытался вытащить свое варварское оружие.

Но в мои планы не входило давать ему замахнуться ещё раз. Крутанувшись на месте, нанес резкий, короткий удар пропитанным энергией кулаком прямо в его оголенную грудь.

Можно было использовать что-то сильнее, но наставница несомненно была права. Семь процентов. В ситуации, когда нет возможность резко пополнить резерв, приходилось переходить на режим максимальной экономии.

Кости противника захрустели, а их владелец сдавленно захрипел, понимая, что теперь у него на одно отверстие в организме больше, и с удивлением во взгляде, повалился назад, исчезая глубоко под лестничными провалами.

– Грубовато, конечно, но нам выбирать не приходится… – продолжала сыпать комментариями Вейла, очередной раз обретя свой привычный, насмешливый тон. – Но их там еще человек тридцать со всех сторон набежало, и они чертовски сильно хотят насадить твою голову на пики. Может, всё-таки дашь чем-нибудь убойным, например, огненный шторм какой-нибудь? Ну, так, на все оставшиеся силы? Будет красиво!

– Перебьешься. – буркнул я недовольно, прыгая в открытый люк чердака. – Нам нужно…

БАХ!

Договорить я не успел, как прямо за спиной раздался взрыв, напоминая, что все начиналось неплохо… и даже хорошо.

Тишину, окутавшую технический тупик после ухода Лики, казалось, можно было потрогать руками. Настолько она была осязаемой. Я продолжил стоять рядом со ржавыми трубами, вертя в руках сложенный лист бумаги. Шершавая поверхность чертежа приятно холодила пальцы, а в голове уже выстраивались потенциальные маршруты моих передвижений.

– И всё же, партнер, ты слишком оптимистично относишься к информации, полученной не из самого надежного источника. – Вейла парила над головой, сложив руки на груди и глазами следила за тройкой виноградин, танцующих над ней. – Раз она была инженером, или кем-то там похожим, значит она спокойно могла подделать такую бумажку. А ты уже готов бежать туда сверкая пятками…

– Сомневаюсь. – коротко хмыкнул в ответ. – Не думаю, что у неё были причины лгать… с такой детальностью. – развернув карту, пальцами провел по тонким линиям. – К тому же, ты помнишь её реакцию на камень? Уверен, он правда мог дать ей шанс, а люди такие существа, которые за минимальные шансы держаться зубами.

Я вгляделся в чертеж.

Лика не врала, это был профессиональный инженерный план, на который поверх нанесли свежие метки. Двенадцать зон, выделенных номерами. Двенадцать пауков, держащих смежные районы в собственных мерзких лапах тирании.

– Можешь менее пафасно? – раздалось от наставницы, которая даже уронила свой виноград, вслушиваясь в мои мысли.

Я же решил это проигнорировать. Потому что мой взгляд зацепился за сектор, граничащий с девятым и десятым, где засел тот самый Шрам. Внизу, мелким почерком, было выведено прозвище нынешнего владельца этой территории: «Титан».

– Титан… – вслух произнес я. – Название звучное, как ты говоришь, пафасное. И либо он действительно огромный, как те самые, из мифов. Либо у него та ещё мания величия.

– Скорее всего, и то, и другое. – Вейла опустилась ниже, заглядывая в карту через мое плечо, полулежа на него укладываясь. – Не думаю, что тут как-то иначе можно выжить. Как было там в одной из книг… ммм… Перефразирую, если ты не титан, то ты еда. Ну, или раб.

Мой изначальный план, в котором фигурировала идея зайти через нейтральные зоны… в общем теперь она выглядела этаким самоубийством. А если проще, то в той зоне, как оказалось, было слишком мало ходов, где можно затеряться. Так что ты всегда получаешься на виду у тех, от кого наоборот надо прятаться.

Но территория Титана…

Судя по карте, и по небольшим заметкам, там людей было кратно больше. Особенно учитывая, что зона, где размещали жилые блоки, была переделана из старых складов и технических залов.

По идее, это должен был быть огромный муравейник, где тысячи беженцев и тех, кто стоял выше их, влачили жалкое существование под надзором самых-самых, именуемых хранителями.

– Идеальное место, чтобы затеряться в толпе, ну и заниматься поисками. – я ткнул пальцем в нужную зону. – Если получится пройти через его жилые сектора, то должно получиться выйти к депо Шрама с обратной стороны. Не думаю, что кто-то будет ждать гостей оттуда, да и вообще, с чего бы им в принципе ждать гостей?

– Ну-ну, или тебя просто там затопчут в толпе. – фыркнула Вейла, смешно показывая язычок. – Ты же видишь, как они живут? Это не люди, это тени. Если ты появишься там во всем своем чистом великолепии, то будешь единственной целью для того, чтобы её обобрать и заодно прикопать. Это несмотря на стыренный, и немного испачканный в крови комбинезон.

Я взглянул на себя сверху вниз. Она была права. Надо как-то сделать себя чуть более «жалким». Так что следующая пара часов пошла на подготовку. Пришлось порыться в вещах, оставленных другими выжившими, и мне наконец-то повезло. Нашелся старый брезентовый плащ, покрытый толстым слоем грязи и каких-то бурых пятен.

Оставшиеся вещи, чтобы не вызывали лишнего внимания, были спрятаны в рюкзак. Точнее внутрь контейнера. А те, что на мне, дополнительно измазал в протухшей воде и грязи с мокрых, влажных стен.

Получалось, что со стороны я напоминал типичного беженца или бродягу, каких были тысячи в этих тоннелях.

– Какое падение нравов. Фу, фу и ещё раз фу. – притворно вздохнула Вейла, когда я закончил свое преображение. – Вот раньше, помню, был благородный воин Эона, а стал… вот этим. От тебя даже пахнет теперь как от заправского жителя помойки.

– Это называется маскировка. – с умным видом, и поднимая палец вверх, ответил ей. – Идем, нам пора бы нанести визит местным руководителям.

Путь к нужной зоне, а именно к жилым блокам, где главным боссом был Титан, пролегал через бесконечные узкие переходы, где воздух становился всё более спертым и влажным.

Здесь, в отличие от главной станции, не было централизованного освещения. Так что встречались только редкие коптилки на стенах и здоровенные бочки, внутри которых горел всякий мусор. А рядом с ними… рядом с ними кучковались выжившие, протягивая друг к другу руки, в надежде, что кто-то поделится едой.

Зрелище было так себе. Поэтому особо старался на них не смотреть, чтобы лишний раз не разжалобиться ещё больше, чем уже успел. Но к счастью, отвлекали все новые и новые потоки людей.

Стоило подойти к границе выделенного сектора ближе, встречались большие группы выживших. Правда, они отличались и от обычных патрульных, и от матерых сектантов.

Кажется, что это были те, кто просто пытался найти приюта в безумии происходящего. Они сидели группами кто где. Некоторые на рельсах, некоторые по углам, укрываясь дырявыми одеялами, пряча пустые глаза, лишенные всякой надежды.

Я же продолжал двигаться размеренно, стараясь осторожно ступать, чтобы не задеть кого-нибудь ненароком. Даже пришлось ссутулить плечи, пряча лицо под драным куском того брезентового плаща.

Собственную пси, чтобы не выдать для чувствительных одаренных, сжал рядом собой до крохотной ауры, выступающей на считанные сантиметры. В таком состоянии, пожалуй, максимум, что было возможно – уловить прямую угрозу.

На подходе к массивным гермоворотам, отделяющих две смежные зоны, а именно территорию Титана от тоннелей в сторону области, образовался настоящий затор. Сотни людей прижимались друг к другу, создавая живую, душно пахнущую массу. Помимо этого, в воздухе стоял массивный гул голосов, кашель и плач маленьких детей.

– Как думаешь, партнер, куда они все так рьяно рвутся? – мысленно, и не открывая рта, прошептала Вейла, паря в полуметре над толпой. Её лицо выражало крайнюю степень брезгливости и озабоченности происходящим.

У меня же ответа не было, но к разговорам вокруг я решил прислушаться.

– Слышали… кто-то говорил, что сегодня «он» будет лично раздавать еду в честь «Дня восхождения человечества». – прохрипел замызганный старик, стоящий рядом со мной. Его кожа была землистого цвета, а пальцы, судорожно сжимавшие пустую миску, дрожали.

– Да какая там еда… – тихо, но с нотками страха отозвалась женщина с ребенком на руках. – Опять бурду дадут, и хорошо если из протухших магазинных остатков… А не из себе подобных… – было заметно, что она понимала о чем говорила. – Но если не прийти, кто знает, что может быть дальше. Возьмут и выкинут на улицу, а там смерть…

– Как-то мне казалось, что люди должны объединиться. – горько усмехнулся про себя. – А тут, куда ни глянь, сплошные чудовища.

Под такие мысли медленно влился в толпу, стараясь не выделяться на их фоне. Весь этот нестройный поток, в ответ, втягивал меня внутрь огромного зала, который когда-то служил распределительным узлом метро. Сейчас же он был разделен на уровни множеством самодельных настилов и лесов.

Настоящий город внутри города.

Правда чем-то больше походивший на средневековый. Потому что с самого верха кто-то вылил помои на ряды людей. Вот повезло, что не на меня. Да и не на еду… так как на небольшом возвышении, рядом с тем местом где красовалась зловонная лужа, под яркими прожекторами, стояли огромные чаны, от которых поднимался густой пар.

Вокруг чанов суетились люд. Большинство из них имели добротную амуницию. Кто-то вооружился дубинками, кто-то холодным оружием, а у других виднелись пистолеты с автоматами.