Текст книги "Шаткое равновесие"
Автор книги: Михаил Март
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)
6
Девушка вышла из воды, и направилась вдоль бортика бассейна к своему шезлонгу. Мужчины оглядывались, любуясь высокой красавицей с безупречной фигурой. Сегодня Наташу трудно было узнать. Она не пользовалась косметикой, пока жила с Алексеем. Ему нравилось ее естество, и он был прав. Сейчас она не пренебрегала макияжем и стала похожей на топ-модель. У нее даже походка изменилась. Сразу было видно – эта красотка знает себе цену. Наташа устроилась в шезлонге, надела панаму с широкими полями, темные очки и взяла бокал с коктейлем. Те, кто видел эту даму в больнице в белом халате, не признали бы в красавице в бикини медсестру.
Нашелся смельчак, набравшийся смелости подойти к ней.
– Мне кажется, мы знакомы, – сказал он.
Девушка опустила очки на кончик носа и взглянула на приятного ухоженного мужчину с избытком золотых побрякушек на теле.
– Возможно, мы виделись, но не знакомы, – улыбнулась она.
– Тогда я представлюсь. Игорь Стрешнев, адвокат.
– Наташа, медик.
У адвоката блестели глазки как у кота перед миской со сметаной. Он сел в соседний шезлонг.
– Здесь не занято?
– Вы уже не первый, кто присаживается.
– Понятно, конкурс. Или, как сейчас принято говорить, кастинг.
– Конкурс на что?
– На человека, готового пригласить вас на обед. В нашем отеле лучшая кухня на побережье и лучшее французское шампанское.
– А потом вы захотите пригласить меня к себе?
– Ничего нового мужчины еще не придумали, – рассмеялся Стрешнев. – И это нормально. Подход стандартный. Вопрос лишь в том, желает ли женщина продолжить знакомство или очередной кандидат в ухажеры ей не подходит. Я свое предложение построю по-другому. Мне очень хочется провести с вами весь сегодняшний день и вечер. Я не буду приглашать вас к себе домой. Я приглашу вас в бассейн под открытым звездным небом с изумрудной водой, мягкой подсветкой и легкими коктейлями.
– Оригинально. Только не рассчитывайте на быстрый успех. Я воспитана в старых традициях.
– Готов ждать. Светофором командуете вы. Пока не загорится желтый, в атаку не пойду.
– Умеете держать слово?
– Я адвокат, обязан держать слово, иначе лишусь своей клиентуры. А я успешный адвокат.
– Хорошо. Сегодня у меня выходной и я не строила серьезных планов на вечер.
– Жду вас у входа в бассейн через… Впрочем, жду.
Он встал и неторопливо ушел.
Первый этап прошел нормально. Наташа не сомневалась – и второй пройдет нормально. С третьим могут возникнуть сложности. Выиграть партию можно при условии, если Стрешнев считает себя умнее противника, думает, что перед ним глупая баба, позволившая посадить себя за решетку и выпущенная на свободу с помощью ловкого парня. Никто не спорит, Стрешнев человек незаурядный, тонкий, умный, но именно такие и не выдерживают лобового удара. С ними нельзя хитрить, тут же попадешь в капкан. Его надо бить по лбу обычной дубинкой, как это сделали с Таисией.
Игорь с охапкой чайных роз ждал девушку у золотистого «Феррари» с открытым верхом.
– Зачем цветы? Вы хотите, чтобы я весь день таскала эту тяжесть?
Он бросил букет за сиденье и открыл дверцу.
В отеле «Парадиз», принадлежавшем Таисии Покровской, было шесть ресторанов. Каждый имел свои особенности. Стрешнев привел девушку в самый престижный, где чашка кофе стоила дороже обеда в любом другом месте. И тем не менее ресторан не пустовал. Большинство посетителей были иностранцами.
Адвокат мило ворковал со своей дамой, когда к нему подошел метрдотель:
– Прошу прощения. На два слова, если можно. Есть важное сообщение.
Такого себе никто не позволял. Значит, речь идет не о пустяках, если его посмели побеспокоить. Стрешнев извинился перед девушкой, мужчины отошли в сторону. Метрдотель тихо прошептал:
– Пятый столик у окна. Гость заказал синий «Житан» с белой маркой. Я его не знаю, он здесь впервые.
– Хорошо, я разберусь.
Адвокат пересек зал и не очень удивился, знав Громова.
– Разрешите, Олег? – спросил он, отодвигая стул.
– Да. Присаживайтесь, мэтр.
Стрешнев присел.
– Вы сделали странный заказ.
– Бросьте, Игорь, если сейчас мы обшарим ваш бар и составим протокол, то паясничать будет уже поздно. Хотите скандала?
– А что хотите вы?
– Имя поставщика. Идея с «Житаном» наверняка принадлежит вам. Местным наркодельцам такое в голову не придет. Кто вам поставляет зелье?
– Разве они назовут свои настоящие имена!
– Вы не поняли меня, я не блефую. Гляньте в окно. Там стоят четыре «Газели», набитые людьми из отдела по борьбе с наркотиками. Они ждут моего сигнала. Ваш ход. Либо поставщик, либо скандал.
Стрешнев глянул в окно. На стоянке возле входа в отель среди шикарных автомобилей действительно стояли четыре белых «Газели», что портило престижный вид ухоженного места.
– Мы делаем все, чтобы постояльцы отеля ни в чем не нуждались. Многие любят травку. Не будут же солидные люди покупать безобидное удовольствие у шпаны на набережной.
– Я говорю о белой марке, а не о зеленой. Кокаин – не травка. Вы начинаете действовать мне на нервы.
– Я не знаю поставщика. Идея принадлежит не мне, а Таисии Львовне. Она договаривалась с поставщиком.
– Тогда мы приступим к обыску и изъятию наркотиков, все бары и рестораны будут закрыты как притоны. Разумеется, об этом узнает не только город, но и Франция. Совет директоров находится в Париже. И еще. Григорий Витепаж не пошел бы к Таисии с подобным предложением. Она должна стать его жертвой, а не партнером, зачем ему себя засвечивать?
– А вы хорошо информированы для репортера.
– Еще бы. Десять лет назад я работал на первого мужа Таисии. Я следил за ней и снимал все на видеокамеру, а после смерти мужа передал пленки Грише как жертве Таисиных интриг.
Адвокат занервничал, на лице появились капельки пота. Олег встал и отдернул занавеску на окне.
– Я все скажу, – остановил его Стрешнев.
Громов сел на место.
– Да, вы правы. Я был посредником в переговорах между Таисией и Витепажем. Он не мог ничем ей угрожать. Как только Витепаж объявился здесь, она тут же начала следствие, задействовав десятки лучших сыщиков. Началось не с него, а с его жены. Алексей нашел себе новую кралю, и Тая решила раскопать ее подноготную, прежде чем принимать радикальные меры. Так она докопалась до Витепажа. Наташа вывела. Таисия знала о зелье, но не знала, кто мне его предложил.
– Речь не мальчика, но мужа. Сейчас вы подпишете две бумаги.
– Я не идиот. Я адвокат и ничего подписывать не стану.
– Думаете, мне неизвестно, к кому я пришел? Вы останетесь в стороне. – Олег достал два свернутых листа бумаги. – Подпишите. Здесь ваше заявление. Вы обнаружили подпольную торговлю наркотиками в отеле и написали заявление в милицию. На второй бумаге укажете имя поставщика и имена всех, кто реализует товар на территории отеля. Мы возьмем их по-тихому в подходящем месте. Вы избежите скандала и оградите себя от неприятностей, превратившись из организатора в свидетеля. Это все, что я могу для вас сделать.
Расчет Громова себя оправдал, Стрешнев заполнил документы и все подписал.
Олег убрал бумаги в карман.
– Извините, меня ждут, – сказал Стрешнев, вставая.
– Я вижу. Вы же все знаете об этой женщине. Не боитесь заигрывать с коброй?
– Я должен узнать адрес Угрюмова. Он наследник, без него встали все дела. Теперь каждый документ требует его подписи.
– А вы думаете, она не понимает, чего вы от нее хотите?
– Пусть понимает, от этого ничего не меняется. Алексей – единственный наследник, и она должна ему объяснить, что он ведет себя неразумно. Мы не собираемся сдавать его властям, пусть живет, где хочет, лишь бы работал. Быть мультимиллионером – это большая ответственность и труд, а не праздная жизнь, как думают многие.
Игорь вернулся к своему столику.
– Я уже собралась уходить, – тихо сказала девушка.
«Никуда ты не собиралась», – подумал адвокат, а вслух сказал:
– У одного из моих клиентов возник срочный юридический вопрос. Прошу прощения за бестактность, больше нас никто не побеспокоит.
Громов вышел на улицу и подошел к одной из «Газелей». За рулем сидел владелец гаража Баженов.
– Спасибо, ребята, выручили. Можете ехать.
– Если это нужно для Лешки, мы и в Москву готовы ехать.
Олег подошел к другой машине, там за рулем был Юрий Артюхов. Громов передал ему бумаги.
– Отвези жене, это срочно. Людей, указанных в списке, надо взять сегодня же, пока они не вымели весь сор из избы.
– Этот тип раскололся?
– Ваши машины выглядели очень убедительно. Не теряй времени. Выносить зелье из отеля они не рискнут, скорее всего, спрячут товар в одном из люксов, хотя тут все номера люксы. Лучший вариант – первый этаж с окнами, выходящими в сад. Ночью там безлюдно. Все запомнил?
– А то! Я же теперь не пью. Завязал.
Машины уехали.
* * *
Современный особняк походил на алмаз, утопающий в лунном свете. Стеклянные двери, окна от пола до потолка, даже крыша с ломаными гранями, как у бриллианта, была из стекла. Бассейн повторял контур Черного моря. Хозяину было чем гордиться. Вилла с фонтанами и цветущим садом располагалась на одном из холмов, с балкона второго этажа открывался сказочный вид на город, расцвеченный неоновыми рекламами. На балконе был накрыт стол на двоих. Прислуга получила распоряжения по телефону – накрыли стол и ушли.
До ужина дело еще не дошло. Игорь и его гостья наслаждались плаваньем в чудной воде бассейна, пили коктейли. Стрешнев не сказал Наташе о том, что его хозяйка выстроила виллу для Алексея, и оформила на него. А он, Стрешнев, только следил за порядком, другими словами, был сторожем. Тая специально сделала крышу стеклянной. На втором этаже должна разместиться мастерская художника. Если разобраться, то получалась интересная картина: не Наташа пришла в гости к состоятельному адвокату, а хозяйка плавала в бассейне со своим сторожем. Ведь она скоро станет женой Угрюмова, и этому никто не в силах помешать. Игры продолжались. Наташа знала, с какой целью ее сюда заманили, а адвокат понимал, что девушка ждет выгодного предложения, хочет переманить его на свою сторону, как когда-то сделала Таисия. Он готов был пойти на любую сделку, мог письменно заверить в чем угодно, чтобы войти в доверие. А чем все кончится, ему известно.
Они вышли из воды, и он обнял Наташу за талию.
– Вы обещали, Игорь. Или вашим словам нельзя верить?
– Мне всегда можно верить, я самый надежный партнер. Вы еще не проголодались?
– Нет, нет. Обед был слишком сытным. Я, пожалуй, выпью еще шампанского.
– Хотите чего-нибудь покрепче?
– Начала пить шампанское и буду пить его до конца.
Стрешнев предпочитал коньяк. Девушка ему нравилась. Он никогда не мешал дела с личными отношениями, но сейчас ему хотелось сблизиться с красавицей. Любое правило может иметь исключения, на исключениях держится весь бизнес.
– Вы обворожительны. Я пью за вас, Наташа, и за наши добрые отношения. Скоро вы поймете, что мы нужны друг другу.
– Поживем – увидим.
Ему стало нехорошо минуты через три после коньяка. По телу пробежала дрожь, отяжелели ноги. Он не мог встать из-за стола, тело налилось свинцом.
– Что это со мной? – растерянно спросил адвокат.
Девушка будто не слышала его, достала зеркальце и стала поправлять мокрые волосы. Теперь у него отяжелели руки. Игорь упал со стула на мраморную плитку. Голова все прекрасно соображала, но тело он не чувствовал.
– Что ты мне насыпала в коньяк?
– Яд. Ты же знакомился с моим прошлым и знаешь, что я врач-психиатр и давно работаю с психотропными препаратами.
– Зачем тебе моя смерть? Я же тебе нужен!
– Мне никто не нужен, кроме Алексея. Хочешь его убить? Я скажу, где он. Но этот секрет ты унесешь с собой в могилу.
– Я не хочу умирать. Сделай же что-нибудь! Слышишь! Нас видели вместе. Тебя поймают, и тогда ты уже не вывернешься.
Наташа достала из сумочки ампулу и шприц.
– Тебе осталось жить пятнадцать минут, потом противоядие не поможет. У тебя нет времени на ошибку. Мне нужна пленка с записью убийства Таисии. Подлинник. И немного денег, я собираюсь отправиться в путешествие. Такая плата за жизнь – сущие пустяки.
– В спальне. В шкафу. За костюмами – сейф. Код 3457191. Там лежит пленка и деньги.
– Хорошо. Я посмотрю. А теперь скажи мне, где стоит записывающая аппаратура.
Наташа кивнула на видеокамеру, укрепленную на ветке цветущего дерева.
– В нише за оконной занавеской. Окно перед тобой. Быстрей же.
Наташа встала, сняла с себя купальник и надела платье на обнаженное тело. Она не торопилась. В первую очередь девушка натянула хирургические перчатки, затем остановила запись, вынула кассету, пошла в спальню, нашла сейф, открыла его и порадовалась. В нем лежало сто пятьдесят тысяч евро в крупных купюрах, папка с документами и две кассеты в целлофановом пакете. Подходящая сумка валялась тут же в шкафу. Когда она вернулась, адвокат лежал в том же положении, его сильно трясло, на губах собралась пена.
Наташа подошла к столу, отломила конец ампулы и набрала в шприц прозрачной жидкости.
– Молодец. Не обманул. А что бы я делала, если бы ты меня обманул и умер? Как с вами тяжело. У тебя есть другая машина?
– Под навесом. Голубой «Шевроле». Ключи в тумбочке у кровати. Быстрее, быстрее же, я подыхаю.
– Знал бы, о чем ты просишь, – тихо прошептала Наташа, склонилась над ним и ввела иглу в вену.
Стрешнев побледнел. Больше его не трясло. Он закрыл глаза и откинул голову назад.
– Вот, милый. Теперь я вколола тебе настоящий яд. Ты же требовал, торопил меня. Я исполнила твою волю.
Она вложила шприц в руку адвоката, а ампулу бросила рядом. Дальше небольшая уборка: бутылка с коньяком была заменена на другую, бокалы вымыты, в чистую рюмку налит другой коньяк. Бутылка шампанского исчезла со стола, мокрые следы от женских ног вытерты с мраморных плит тряпкой, отпечатки рук стерты, хотя Наташа старалась ни к чему не прикасаться.
Осмотревшись, девушка осталась довольной и уехала из милого уголка на голубом «Шевроле». Ужин остался нетронутым.
7
Капитан Гусева не переставала восхищаться прозорливостью Громова. Их взяли с поличным в саду за отелем «Парадиз». С балкона одного из люксов первого этажа было выгружено сорок три коробки с блоками сигарет «Житан». Их загружали в фургон. Взяли пятерых мужчин, груз, машину и шофера. Все были доставлены в управление. Сверили имена задержанных с именами, указанными Стрешневым в заявлении, им подписанном.
На деле победа оказалась поражением. Все задержанные работали в гаражном кооперативе, обслуживающем отель, в их обязанность входило встречать гостей в аэропорту или отвозить их в аэропорт. В штате отеля никто не значился, задание они получили от начгара. Нашли начгара. Он в свою очередь объяснил: «Звонил администратор отеля и велел прислать шесть шоферов и одну машину в номер 107, перегрузить коробки через балкон в машину и отогнать машину к ресторану «Таврида» на холме. За работу обещали премиальные. Администратор отеля заявил, что он никуда не звонил, это не входит в его обязанности.
Устраивать облаву в барах не имело смысла – все запасы наркотиков вынесены из номера уехавшего жильца. Администратор не признал подписи Стрешнева, сказал, что они не имеют ничего общего с оригиналом.
Гусева готова была разорвать Стрешнева на куски. Подняли все адреса, где он может находиться. Адвоката нашли мертвым возле бассейна на горной вилле. Экспресс-анализ определил смерть от передозировки героином.
– Что скажешь? – спросила Гусева у криминалиста.
– Никаких отпечатков, Любаша. На столе стоял еще один бокал. Осталось круглое мокрое пятнышко. Но самого бокала нет. Адвокат не был наркоманом. Следов от других уколов нет. Если он сам себе вколол эту дрянь, то можно говорить о самоубийстве. Следов нет. Но у него был гость. На балконе второго этажа накрыт стол на двоих. Свечи уже догорели. До ужина дело не дошло. Цветы, свечи, шоколад. Так встречают женщин.
– Он не мог покончить с собой, Аркадий, – упрямо твердила Гусева.
– Мог, не мог. Докажи, что не так. Я тебе этих доказательств предоставить не могу. Ты же знаешь, кто мог убить его. Нажми на подозреваемого.
– Его мог убить кто угодно, он всем успел нагадить. Сестра Таи – первая кандидатура;
– У нее есть героин и она может сделать укол в вену? Подумай, прежде чем говорить. Кому ты можешь подставить свою руку, чтобы тебе вкололи лошадиную дозу героина? Сама, по собственной воле. В вену не так просто попасть. Насилие исключено. Укол сделан опытной рукой и по доброй воле убитого.
– Значит, Наташка.
– Они были знакомы?
– Не знаю.
– И он ей доверил себя колоть? Она же его враг номер один, не считая Угрюмова, который улетел в Новосибирск. Других зацепок у тебя нет?
– Нет.
Люба закурила.
В кармане затрещал мобильный телефон, звонил Громов.
– Готовь людей, Люба, сегодня ночью нам будет не до сна.
8
Они сидели в ресторане, пили хорошее вино и мило о чем-то разговаривали.
Неожиданно Павлик сказал:
– Только не оборачивайся. Сейчас пойдем танцевать и посмотри на второй столик справа от выхода. Там сидит один тип и попивает водочку. Мне интересно узнать, видела ты его раньше или нет.
Оркестр играл без перерывов. В бархатный сезон все рестораны были набиты публикой до отказа. Заиграл блюз, и они пошли танцевать. Кира нашла взглядом столик. Григорий Витепаж. Несмотря на его новый паричок и модный костюм, она узнала бы его в тысячной толпе. Легендарная личность. Десять лет преследовал сестру, теперь переключился на нее. Неужели он до сих пор не знает, что из его архива пропала пленка с компроматом?
– Узнала? – спросил Павлик.
– Почему ты решил, что я должна знать этого типа?
– Потому что он должен тебя убить. У него сегодня последний срок исполнения приговора.
Кира вздрогнула.
– Откуда ты знаешь?
– Я знаю заказчика и условия, поставленные убийце. Подробности необязательны. Просто я хочу нарушить его планы.
– Как?
– Он должен выбрать подходящее место. Скорее всего, это будет твоя квартира. Я отвезу тебя домой и уеду. Лучшего случая ему не представится.
– Ты хочешь, чтобы меня убили?
– Нет, не хочу. Я никуда не уеду, а оставлю машину за углом и вернусь. Зайду со двора. Оставь дверь балкона открытой, я поднимусь по водосточной трубе.
– И что дальше?
– Его надо взять с поличным.
– А если у него есть пистолет?
– У тебя тоже, ты его носишь в сумочке. Это пистолет сестры?
Кира остановилась.
– Танцуй и не привлекай к себе внимания. Я же не олух. Все газеты кричали о гибели миллионерши, а в ночь нашего знакомства я тебя отвозил в ее особняк. Забыла? Я же местный и знаю, кто где живет.
– И кто кого хочет убить?
– Чутье подсказывает, тебе грозит опасность.
– Кто тебя нанял, Павлик? Я сразу догадалась, что наше знакомство не было случайностью.
– Стрешнев попросил меня присмотреть за тобой. Ему некогда.
– Врешь! Ты же прятался под кроватью, когда он приходил.
– А ты хотела, чтобы я бросился в его объятия?
– Я поняла, мне ты ничего не скажешь.
– Скажу. Обязательно скажу, когда ты будешь в полной безопасности. А сейчас надо о ней позаботиться.
– Извини, мне надо в туалет.
Кира протиснулась между танцующими парами и прошла в женскую комнату. Ей стало душно. Она побрызгала на себя водой и взялась за телефон. Громов тут же ответил. В трубке слышалась музыка и гул.
– Ты где, Олег?
– В зале. А ты в туалете. Что с тобой?
– Ты за мной следишь?
– Нет. Не за тобой.
– Мальчишка мне сказал, будто Гришка хочет меня убить. Сегодня же.
– Я знаю. Придешь домой, положи куклу в кровать вместо себя. Ты ведь получила куклу Таи у мастера?
– Да. Он готов дать показания. У него были три куклы на выбор. Тая оплатила работу, но взяла только одну. Ему ничего не пришлось делать.
– Накрой куклу одеялом и спрячься в ванной или на балконе. У Гришки пиджак оттопырен, значит, при нем есть пистолет. Надень на куклу один из своих париков.
– Я все поняла. А что делать с красавчиком?
– Ничего. Это мы посмотрим, что он будет делать. Отбой, не дергайся. Все нормально.
Нормально? Кому как. Чувствовать себя нормально, зная о том, что ты ходячая мишень? Легко сказать! Кира постаралась взять себя в руки и вернулась за столик. Павлик заигрывал с официанткой, похлопывая ее по попке.
– Ты ведь не один здесь! – возмутилась Кира.
Девушка отошла.
– Все тип-топ, Кирочка. Я назначил девочке свидание. Обещал встретить ее после работы.
– Какой успех! Мало шлюх на набережной?
– Только не делай вид, будто ревнуешь. Хотя выглядит правдоподобно. Я тебе до лампочки, Кира, рассеиваю твою тоску. Сейчас Гриша возьмет девочку за жабры, и она ему признается. Теперь он точно будет знать, что я не останусь у тебя на ночь, а побегу к официантке, это избавит нас от его глупой попытки убить тебя на улице.
– Какой предусмотрительный. Кто тебя этому учит?
– Наследственное. Мой прадед работал в охране Берия.
– А ты?
– А я вольный художник. С тобой ничего не случится, пока я рядом.
В двенадцатом часу ночи они ушли из ресторана. Павел подвез Киру к дому, подождал, пока девушка зайдет в подъезд, и уехал.
Через минуту у подъезда остановился мотоцикл. Кира зашла в квартиру, но свет зажигать не стала. Она сбросила с себя всю одежду и раскидала ее по стульям. На кухне имелся маленький чуланчик со старым хламом. Под тряпками на полу лежала кукла Таисии с надетой на голову наволочкой. Кира не могла видеть лица сестры, сделанного по слепку, у нее выскакивало сердце из груди, когда она вспоминала ту кошмарную ночь.
Кира оттащила куклу в комнату, уложила ее в постель, накрыла одеялом, сдернула наволочку и заменила парик. У нее дрожали руки, она боялась потерять сознание. Ей казалось, будто шевелятся шторы на окнах, что кукла может заговорить или потолок обрушится ей на голову. Она плохо соображала и автоматически выполняла задания Громова. Покончив с куклой, ушла на кухню, достала водку из холодильника, села на табурет и начала пить прямо из горлышка. Она ждала: сейчас он войдет и застрелит ее. Оно и к лучшему. Чего заслужила, то и получи.
Дверь квартиры тихо открылась. Выждав несколько секунд, Витепаж переступил порог и закрыл за собой дверь. В комнате хватало света от огромного окна. Женщина лежала в постели на боку, спиной к окну. Он сделал два шага вперед, вынул пистолет с накрученным на ствол глушителем и выстрелил пять раз подряд. Шторы отдернулись, его ослепила фотовспышка и тут же что-то обрушилось ему на голову. Григорий выронил оружие и рухнул на пол.
В комнате зажегся свет. Возле тела убийцы стоял оперативник с резиновой дубинкой в руке, у окна стояли Громов с фотоаппаратом и Люба с пистолетом в руке.
– Так, Любаша, он наш. Давай команду спецназовцам, пусть штурмуют стены монастыря: у психов автоматы, их брать можно только по-тихому, ночью.
Люба достала телефон. Громов склонился над телом и поднял пистолет.
– Не тот, жаль.
– Чем он вам не нравится? Отличная пушка, – удивился оперативник.
– Не спорю. Но я рассчитывал увидеть пистолет «ТТ».
В квартиру вошли другие оперативники.
– Так, мальчики, – сказала Люба, – пока он не очухался, браслеты на запястья и в машину. Прихватите куклу, но так, чтобы он ее не увидел.
– В одиночку сажать? – спросил оперативник.
– Пока мы не соберем все улики, нам не о чем с ним разговаривать. Сейчас ребята накроют банду в монастыре, а мы до рассвета обыщем церковь. Об аресте никто ничего не должен знать.
Оперативники вынесли парня, а следом куклу.
– В завтрашней газете должна появиться фотография неизвестной женщины, убитой в этой квартире, – твердо сказал Олег.
– А где ты возьмешь снимок?
– Сейчас сделаем.
Олег направился на кухню.
Кира сидела с бутылкой в руке и что-то мурлыкала себе под нос.
– Та-ак, – покачал он головой. – А вот напиваться еще рано.
– Меня уже убили?
– И унесли. Сейчас убьем тебя во второй раз. Иди ложись в постель, благо, раздеваться не надо. У меня есть пузырек с «кровью». Надо нарисовать пять ран и сфотографировать «труп» для прессы.
– Это еще зачем?
– Обойдемся без имен. Кому надо, тот узнает покойницу.
– В первую очередь узнает Стрешнев.
– Пусть он вас не волнует. Наташа должна знать, что ее задание выполнено.
– Где же Павлик? Значит, он меня подставил? – спросила Кира.
– Хитрый паренек. Нет, он вас не подставлял, он разгадал наш маневр и не стал засвечиваться. С ним мы разберемся позже, я знаю, где его уютное гнездышко. А вам надо перебираться в особняк сестры. Придется на время затихнуть.
Кира представилась Любе как мадам Лурье, капитан Гусева криво ухмыльнулась. Женщина улеглась в постель, ее испачкали кровью, и Громов сделал несколько снимков.
– Примите душ, оденьтесь, и мы вас отвезем в дом Таи.
Так все и сделали.
– Как мы попадем в церковь? – спросила Люба.
– Ключик я одолжил у святого отца, пока он считал звезды, лежа на полу.
– Надо идти через кладбище?! Мне как-то не по себе. Ночью, среди могил…
– Ты капитан милиции, а не женщина. От покойников я тебя оберегу, живых боятся надо. Вот спецназовцам я не завидую. Банда сумасшедших тамплиеров, вооруженная до зубов, – это серьезно.
– Без вожака они не страшны, а когда спят, тем более.
– За больницей наблюдают? – спросил Громов.
– Доктор Сельдин написал заявление. Собирается в отпуск. Что-то почувствовал.
– От склада он далеко не уйдет, а вывезти мы ему ничего не дадим. Жадность фраера погубит.
– Если только Наташа его не предупредила. Она на работу так и не вышла, тоже отпуск оформила.
Прогулка по ночному кладбищу – не лучшее из того, что можно придумать. Пришлось смириться с неудобствами. В церковь они попали без проблем, но тут хоть свечи горели. Олег показал капитану тайник.
– Пистолета нет. Мне очень не хочется верить в то, что он его выбросил.
– Тогда где же он?
– Мне в голову приходят только черные мысли, зато тебя порадует другой вещдок.
Громов достал из коробки паспорт.
– Он тоже собирался смываться?
– Если и собирался, то по своему паспорту. Он же святой и боятся ему нечего. А поддельный засвечен.
Люба прочитала имя.
– Семен Борисович Тихонов. Вот он, голубчик.
– Конечно. А я и не сомневался.
– Ты не понял. Некий Тихонов продавал квартиры и дома людей, которых отправляли в психушку. Там же он их зомбировал и делал из них отморозков. Из больницы люди отправлялись в монастырь, где проходили особую подготовку.
– Все это еще надо будет доказать, Любаша. Пока мы можем обвинить Витепажа в убийстве куклы. Правда, он этого не знает, но в суд с этим обвинением не пойдешь. Нам нужны козыри, а их мало.
– Пусть посидит за решеткой, пока мы не соберем достаточно материалов.
– Один козырь есть. Наташа его подставила. Дважды.
– Это как?
– Потом расскажу.
Олег перетряс все тайники. Наркотиков они не нашли. Уходили в расстроенных чувствах.
– Странно. Кокаина нет, пистолета нет. Только паспорт.
У забора Олег остановился.
– Послушай, Люба, а если Витепаж не знает о том, что в церкви нет пистолета и наркотиков?
– Такого быть не может.
– Может. В последний раз в церкви была Наташа. У нее есть ключ. Зачем она приходила? Либо что-то взяла, либо положила. Мы ничего не нашли, значит, взяла. Она хочет потопить Григория, он ее уже достал. Сегодня он выполнил ее задание, а завтра его можно подставить в третий раз и последний. Наверняка. Вряд ли девчонка догадывается, что нам известны его тайники. Тем более в церкви. А почему бы не подбросить их на видное место? Так, чтобы мы могли найти компромат и понять, кому он принадлежит. Лучший способ избавиться от назойливого партнера – это посадить за решетку на долгие годы. Она сама прошла через похожее испытание. Алешка ее вытащил из тюрьмы, а Гришу вытаскивать некому.
– Ты не сделал никакого открытия, Олег.
– Да нет, я так. Разговариваю сам с собой. Люблю поговорить с умным человеком.
Они выбрались с территории кладбища и направились к машине. Капитан Гусева с облегчением перекрестилась.
