Текст книги "Капканы и силки"

Автор книги: Михаил Факиров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

И вот наступил долгожданный момент. «Просто Билл» вошел в ресторан в сопровождении мистера Сваакера, пожал руку Валентине, дружески похлопал по плечу Владимира. Они уселись вчетвером за столиком у окна и Билл сказал, что пускай сначала Томми (так он называл Сваакера) обсудит свой вопрос о дополнительном тираже, ведь Томми – первый на очереди, а он уже вслед за ним пришел. Мистер Сваакер предложил Владимиру и Валентине ценник. Вот что там было написано:

"100 тысяч и более – 20 центов за экземпляр

50-99 тысяч – 45 центов за экземпляр

20-49 тысяч – 50 центов за экземпляр

10-19 тысяч – 60 центов за экземпляр

5-9 тысяч – 80 центов за экземпляр

Менее пяти тысяч – 1 доллар за экземпляр

За оплату в течение суток после получения счета полагается скидка. Если количество экземпляров менее пятидесяти тысяч, то скидка 3%. Если количество пятьдесят и более тысяч экземпляров, то скидка 5%."

Владимир и Валентина уставились на ценник. Высокая цена за экземпляр в самом низу таблицы гнала их вверх, к вожделенной верхней строке. Но это какие же огромные деньги – двадцать тысяч долларов! Однако перейти от двадцати центов за экземпляр хотя бы к сорока пяти центам, не говоря уже про восемьдесят центов, было выше их сил.

Мистер Сваакер пришел к ним на помощь: "Я вовсе не заинтересован, чтобы вы заказывали больше, чем вам нужно. Я, как ваш друг, хочу, чтобы вы заказали ровно столько, сколько вам нужно, не больше и не меньше. Но давайте посмотрим, сколько вам действительно нужно, если вы хотите поднять ваш ресторан на новый уровень! В город каждый день приезжает триста-пятьсот серьезных, солидных, денежных мужчин, которые останавливаются в лучших отелях в самом центре города. Часть из них туристы, часть – предприниматели, приехавшие по делам бизнеса, часть – высокопоставленные сотрудники крупных корпораций, присланные сюда в командировку их директорами. Возьмем даже нижнюю цифру – триста человек. Днем они или занимаются бизнесом, или осматривают достопримечательности города. А вечером они хотели бы расслабиться, посидеть в хорошем ресторане, а города-то они не знают! И вот здесь им на помощь приходите вы! Вы договариваетесь с коридорными и горничными всех лучших отелей центра города, они за очень умеренную сумму каждому вновь прибывшему гостю города кладут на журнальный столик этот журнал, человек только его открывает, читает первую статью – и все, проблема решена, он знает, куда он пойдет сегодня вечером – конечно же в "Комо"! А первое посещение произведет на него такое впечатление, что он сюда будет приходить до самого своего отъезда, не раз и не два! Умножаем триста на триста шестьдесят пять дней в году, делаем небольшую поправку на не самые удачные дни. Получается, что вам ста тысяч экземпляров хватит как раз на год. А если заплатите в течение суток, то получите скидку в пять процентов. Ну что, вы при таком размахе вашего предприятия не найдете какие-то девятнадцать тысяч? Ох, извините, я сейчас должен сделать важный телефонный звонок. Как раз один клиент, который уже заказывал всего десять тысяч, хочет теперь еще двадцать тысяч, но ему придется платить уже не по себестоимости, а намного больше."

Mистер Сваакер отошел от них, сел в баре и набрал номер. "Просто Билл" дружески сказал Владимиру и Валентине, что это, конечно, не его дело, но на их месте он сделал бы то, что советует Томми. У Томми башка варит – дай бог каждому! Он, Билл, по обеим инвестициям, что предложил ему Томми, уже удвоил свои деньги! И тут "просто Билла" осенила новая идея: "A давайте знаете как сделаем? В акционерном обществе я буду владеть сорока девятью процентами акций, а вы – контрольным пакетом в пятьдесят один процент, так ведь? Так когда мы создадим акционерное общество, я сразу же верну вам сорок девять процентов от той суммы, что вы сейчас потратите на журнал. Ну что ты, Валентина! Не за что меня благодарить! Ведь это будет только справедливо, мы должны поровну участвовать в расходах по рекламе, а это и есть реклама, и какая разница, вы платите за рекламу за неделю до создания акционерного общества или, скажем, через пару недель после этого?"

Владимир и Валентина даже и не знали, как благодарить "просто Билла". Когда Сваакер вернулся за столик, Билл сказал ему: "Ну, Томми, дело сделано! Хозяева не уверены были, и это правильно, деньги счет любят. Но я им сказал, что ты, Томми, хоть и журналюга, но человек честный, а башка у тебя работает дай бог каждому. Они хотят взять сразу сто тысяч журналов, чтобы потом не докупаться по высокой цене." Сваакер, смеясь, сказал, что Билл таки умеет похвалить человека.

Сваакер достал из папки два экземпляра договора на бланках печатного дома "Стэнфорд и сын". Оба экземпляра были уже заранее подписаны неким "представителем печатного дома", в замысловатой закорючке которого никто не распознал бы подпись Сваакера. Он проставил в договоре условия: количество брошюр, стоимость заказа, условия оплаты (не позднее недели после получения заказа, кассирским чеком), возможную скидку в пять процентов при оплате в первые сутки после предъявления счета. Валентина внимательно прочла и решительно подписала оба экземпляра. Один экземпляр Сваакер спрятал в свою папку, второй получила Валентина.

После этого Билл объявил, что он вкладывается в "Комо"! На следующей неделе он будет очень занят до самого уикэнда, ему придется вылететь в Чикаго, но сразу же по возвращении в пятницу он велит своему юристу, чтобы тот подготовил устав и договор. Владимир и Валентина были счастливы, это был даже более счастливый день, чем тот, когда их ресторан посетил Эрик Трамп. Сначала праздновали и угощались за хибачи-столом, потом перешли в бар. Дорогие гости ушли только в два часа дня.

Во вторник на задний двор "Комо" въехали грузовик экспедиторской фирмы "Лакросс" и минивэн с грузчиками. Шесть здоровенных бугаев через заднюю дверь ресторана заполнили весь коридор привезенными ста тысячами экземпляров. Журналы были сложены в двести ящиков, по пятьсот штук в каждом. После этого Сваакер предъявил счет на девятнадцать тысяч долларов, получил оплату (Владимир, пользуясь тремя кредитными карточками, заблаговременно подготовил в Первом Национальном Банке кассирский чек на девятнадцать тысяч долларов), тщательно спрятал кассирский чек в папку, посидел с Валентиной и Владимиром за хибачи-столом, выпил в баре две кружки пива, а перед уходом сказал, что он готов возглавить акционерное общество, его об этом очень настойчиво попросил мистер Фишер. Владимир и Валентина были счастливы!

Но на этом их счастье и кончилось. В среду позвонил мужчина, который представился секретарем-референтом мистера Фишера. Он по приказу мистера Фишера провел тщательную проверку "Комо" и выяснил, что в этом здании раньше находился подпольный бордель для гомосексуалистов, а сами Нусичи не уплатили в июле налог за недвижимость, так что через три-четыре месяца город отберет у них это здание за долги. И вот в ТАКОЕ предприятие они предлагают вложиться мистеру Фишеру? Как посмели они морочить голову такому серьезному человеку, как мистер Фишер? Если мистер Фишер или он, его секретарь-референт, еще раз услышат что-нибудь от Нусичей, мистер Фишер на них в суд подаст!

Сразу после этого позвонил Сваакер. Не давая Валентине сказать ни одного слова в оправдание, он орал, что они поссорили его с его лучшим другом и самым богатым деловым партнером! Он, Сваакер, выполнил все свои обязательства перед ними, доставил им их сто тысяч экземпляров и получил оплату, даже предоставил им скидку. Больше он их знать не знает и знать не хочет, пусть они забудут его номер телефона!

Чего Владимир и Валентина не знали и так никогда и не узнали, так это что "мистера Фишера" играл Фил Бейкер, актер городского драмтеатра, которого Сваакер время от времени использовал для своих целей. Фил также изображал и секретаря-референта, просто говорил другим, гнусавым голосом. Адрес "мистера Фишера" Нусичи не знали, а старенький разовый телефон, с которого актер им звонил, был отправлен в мусорку сразу после звонка, причем вместе со сломанной симкой. Сваакер звонил им с того же номера, который был напечатан на его "разовой" визитной карточке, адреса на визитке не было, ведь длинное название журнала заняло все пространство визитки. Впрочем адреса ни редакции журнала, ни самого Сваакера не было и на обложке журнала, а старенький разовый телефон, с которого им позвонил Сваакер, под ликующий смех жены Сваакера Лиззи сразу после звонка тоже был отправлен в мусорную корзину вместе со сломанной симкой, после чего Сваакер, Лиззи и Фил Бейкер выпили шампанского за свою очередную победу.

Разыскивать "мистера Фишера", чтобы как-то объясниться и, может быть, исправить ситуацию, Владимир и Валентина не посмели, угроза привлечения к суду подействовала на них по-настоящему серьезно. А мистера Сваакера им разыскать не удалось, в телефонной книге не было ни его адреса, ни адреса редакции его журнала. Да и знакомый юрист, выслушав всю историю и посмотрев договор, сказал, что даже найди они Сваакера, они ничего не смогли бы сделать, договор составлен по всем правилам, они должны были деньги за эту макулатуру и они эти деньги заплатили, а по акционерному обществу никаких документов вообще нет, об акционерном обществе никто, кроме них, ничего не слышал и не знает, это их слово против слова Сваакера и Фишера, да и не могут они требовать от серьезного человека, чтобы тот вошел в акционерное общество при такой репутации здания и при таких долгах, когда это здание по сути им уже и не принадлежит. Будет лучше, если Владимир и Валентина извлекут из этого урок, а потери спишут как безвозвратные.

Как вы сами понимаете, единственное, что Владимиру и Валентине после этого оставалось – попытать счастья у коридорных и горничных, но и здесь их ждала неудача. Несколько горничных из "Ритц-Карлтон", каждой из которых Валентина с глазу на глаз предложила работать с экземплярами "Американо-канадского обозрения", все как одна смеялись ей прямо в лицо: они не собираются за какие-то гроши рисковать своей отличной работой, им и платят такие деньги за то, чтобы они не допускали к своим клиентам таких, как Валентина, вместе с ее рекламой. А в "Хилтоне" получилось еще хуже, старшая горничная вызвала начальника службы безопасности, a он сказал Валентине, что на первый раз ее прощает, но следующий раз отправит ее в полицию. После этого Валентина уже не решилась идти в другие отели.

Двести ящиков загромождали коридор и мешали и поварам, и официантам, и басбою. В один вторник весь мужской персонал ресторана "Комо" собрался вместе и за пару часов переправил все это добро в подвал, где ящики так и остались стоять как символ человеческой глупости. Для Нусичей же эпопея с "Американо-канадским обозрением" и деятельным мистером Сваакером закончилась тем, что у Валентины открылась язва желудка на нервной почве, а у Владимира при одном лишь упоминании об "Американо-канадском обозрении" и его владельце начинали дрожать руки и губы.

Девятнадцать тысяч долларов, потерянные Владимиром и Валентиной в этой авантюре, нанесли смертельный удар их и так уже идущему ко дну бизнесу. Всего через три месяца, в ноябре власти города за невыплаченные ими налоги на недвижимость конфисковали все здание, закрыли ресторан и даже выселили Нусичей из квартиры на пятом этаже, где они до сих пор жили. Ситуацией воспользовались их бойкая и хитрая барменша Лора и ее муж, санинспектор Дэйв. Лора за бесценок, всего за пять тысяч долларов скупила все оборудование ресторана "Комо", благодаря связям своего мужа встретилась с одним из самых влиятельных членов горсовета Нилом Мерфи, передала ему симпатичный желтый конвертик, и он помог ей арендовать у города первый этаж здания за чисто номинальную сумму, а также взял на себя функции ее "крыши" против любых административных наездов. Лора вложила еще пятнадцать тысяч долларов в переоборудование здания, сделала первый этаж независимым по отоплению, водоснабжению и электроснабжению и открыла на арендованном ею первом этаже чисто американский ресторан с чисто американским названием "Монтана". Ресторан Лоры процветает и сейчас, спустя пять лет, а "крышей" Лоры теперь выступает младший брат Нила Мерфи, который занял место Нила в горсовете после того, как клан Мерфи перевел Нила на ответственный пост председателя правления крупнейшего в штате банка, но это уже совсем другая история.

Глава 20. Том и Джим становятся компаньонами

Джима не было в кегельбане ни во вторник, ни в пятницу, а в следующий вторник Джим принес сногсшибательную новость. Наконец-то умерла старая грымза, его теща! Джим был настолько взбудоражен, что полтора часа сбивал кегли почти наравне со Сваакером, так что беседа была оставлена на потом. Сидя после игры в баре и выпивая одну кружку пива, услужливо наливаемую ему Нэнси, за другой кружкой пива, ликующий Джим подробно рассказывал Сваакеру, как все это было. В ночь с понедельника на вторник грымзу хватил третий (и последний) инфаркт. Приходящая служанка, которую, конечно же, все эти годы оплачивал Джим, нашла ее уже холодной во вторник утром. Следующие несколько дней были заняты подготовкой похорон, похоронами, поминками, визитом к нотариусу и так далее. В общем-то жена Джима перенесла смерть матери намного лучше, чем можно было ожидать, видно тоже, бедная, чувствовала, что ее супружеская жизнь идет под гору только из-за грымзы, да и грымза за эти годы вконец заездила не только зятя, но и дочку. В этот уикэнд Джим с женой вели себя так, как и должны вести себя нормальные муж и жена, которые женились по любви и прожили вместе двадцать лет. Джим только сейчас начал по-настоящему понимать, насколько у них с женой все могло бы быть по-другому, если бы не теща. В общем, он почти счастлив. Почти счастлив, а не абсолютно счастлив – потому что жена вступит в права наследницы только через полгода, в феврале.

Но планы-то можно строить уже сейчас? Вообще-то он хотел посоветоваться с Томом. Сын после школы пошел на шестимесячные курсы автомехаников, закончит их к Новому Году и после этого, когда найдет работу, снимет квартиру и будет жить самостоятельно, будет сам себя обеспечивать, он сам так сказал и он сам этого хочет. Ипотеку по дому Джим с женой закончат выплачивать опять-таки к Новому Году. Страшно даже подумать, сколько денег у них ушло на ипотеку за эти пятнадцать лет, у них и сбережений почти нет, все, что они зарабатывали, высасывали из них теща и ипотека. Да, именно в таком порядке! Через шесть месяцев жена получит половину наследства матери. Другую половину получит шурин, счастливчик, который живет в другом штате и у которого мамаше за последние двадцать лет не удалось вырвать ни единого цента. Посмотрел бы Джим на него, если бы теща жила на соседней с НИМ улице, как она жила на соседней с Джимом улице!

Ну так вот. Они с женой подсчитали, что когда получат свою половину наследства, заплатят все положенные налоги и добавят к этому свои сбережения, у них получится примерно сто пятьдесят тысяч долларов. У них есть соседи, мать и сын, Роза Вайсман и Майкл Вайсман. Очень приличные люди, жена Джима много лет дружит с Розой. Мать и сын владеют магазином хозяйственных товаров, но работает в нем только мать, а молодой сын (ему двадцать пять лет, он агент по недвижимости) работает в агентстве по недвижимости, которое принадлежит его дяде. Мать и сын оба умные, толковые, расторопные, но им здорово не повезло: покойный муж Розы влез по своей глупости в долги (брат втянул его в авантюру, но сам-то брат вышел сухим из воды и даже с прибылью), и вдова, унаследовав магазин, эти долги выплачивает, уже почти выплатила.

Роза говорит, что чтобы приобрести франшизу от крупного и известного агентства по недвижимости, нужно примерно триста тысяч долларов. Если бы нашелся богатый инвестор и дал ее сыну эту сумму, основав акционерное общество и получив половину акций, он вернул бы свои деньги года за два, не больше, а потом пошла бы чистая прибыль. Майкл, работая у дяди, научился всем тонкостям этого бизнеса, он сейчас лучший дядин работник и из него получился бы отличный директор агентства по недвижимости, он бы добился очень хорошей прибыльности.

Джим с женой абсолютно уверены, что именно так все и было бы, они знают Вайсманов много лет, а кроме того жена Джима несколько раз заходила вместе с Розой на работу к Майклу и видела, каким уважением и авторитетом он пользуется у своих, гораздо более старших по возрасту, коллег. Они бы с удовольствием вложились в акционерное общество, это был бы стабильный и гарантированный пассивный доход (Джим, конечно, выразил эту мысль по-другому, но Сваакер прекрасно его понял), но у них в феврале будет всего сто пятьдесят тысяч долларов, а нужно триста тысяч. Взять в банке деньги под залог дома? Нет, страшно опять влезать в долги! Найти бы серьезного человека, который тоже вложился бы на сто пятьдесят тысяч, но у Джима нет таких денежных знакомых.

Вот к этому Джим и завел весь этот разговор. Ведь Том – хозяин типографии, у него бывают разные клиенты. Не знает ли Том кого-нибудь, кто вложился бы на сто пятьдесят тысяч долларов и на двадцать пять процентов акций? Джим готов это сделать, а Майкл Вайсман был бы очень доволен своими пятьюдесятью процентами акций.

Сваакер, тщательно подбирая слова, сказал, что богатые инвесторы – не его уровень, но он, будучи в бизнесе тридцать лет, сумел кое-что отложить. Богатым человеком его не назовешь, но сто пятьдесят тысяч долларов к февралю они с женой наскребли бы, ведь глупо упускать такой шанс, он может и не повториться! Все знают, что агентство по недвижимости, если им руководит толковый специалист, это настоящее золотое дно. Хорошо это или плохо, но американцы недвижимость покупали, покупают и будут покупать! И даже если они вернут свои деньги не за два года, как говорит миссис Вайсман, а немного медленнее, это все равно будет отличная инвестиция, тем более что потом пойдет уже чистый доход. Но, как говорится, есть франшизы и есть "франшизы". Джим знает, о франшизе от какого агентства идет речь? Да, Джим на всякий случай записал, это Keller Williams Realty. Сваакер сказал Джиму, что это первоклассное агентство, кто вложится в такую серьезную франшизу, тот никогда об этом не пожалеет!

Радостный Джим спросил: так может он сведет Тома с Вайсманами и они вчетвером все обсудят? Сваакер ответил, что до уикэнда он очень занят, а вечер пятницы и суббота наверно не подойдут Вайсманам, все-таки шаббат есть шаббат, даже если они и не очень верующие. Может они вчетвером встретятся в воскресенье в полдень? Джим сейчас же позвонил Розе Вайсман и обо всем договорился.

Дело, конечно, было не в шаббате и не в "занятости" Сваакера. Просто ему надо было через широко известное в узких кругах информационное бюро "Джерри Зиглер" и через Грега и Майкла узнать абсолютно все и о Майкле Вайсмане, и о Розе Вайсман и ее магазине, и о дядюшке, который разорил родного брата и теперь наживается на племяннике, и о дядюшкином бизнесе. Ведь сто пятьдесят тысяч долларов – деньги немалые! К утру субботы Сваакер знал абсолютно все и был уверен, что это будет отличная инвестиция.

В воскресенье, очень приятно проведя утро в гостях у своего друга-капитана, Сваакер к двенадцати часам поехал в итальянский ресторан на Девятой Западной улице. Джим приехал намного раньше назначенного времени, но это для Сваакера значения не имело. Джим – это же Джим! Важно было то, что Вайсманы появились в ресторане точно в двенадцать часов, минута в минуту! Майкл произвел на Сваакера отличное впечатление, а информация по Вайсманам была собрана самая положительная, так что Сваакер твердо решил, что вступит в акционерное общество. Ну а если Джим попятится (ну что тут поделаешь? Джим – это же Джим!), то Сваакер вступит в акционерное общество не на сто пятьдесят, а на триста тысяч долларов, вот и все! Но лучше, конечно, сразу же показать Джиму, что это дело серьезное.

И после того, как высокие стороны подтвердили условия, Сваакер предложил оформить так называемое "Соглашение о намерениях", чтобы миссис Вайсман и Майкл были уверены в партнерах Майкла. Вайсманы с восторгом согласились. Джим, когда Сваакер объяснил ему, что это такое, сказал, что это справедливо и что им с женой так тоже будет гораздо спокойнее. Сваакер уже заранее подготовил черновик документа, в котором говорилось, что Майкл Вайсман, он и Джим имеют намерение в феврале-марте две тысячи девятнадцатого года создать акционерное общество для приобретения франшизы от Keller Williams Realty, он и Джим внесут по сто пятьдесят тысяч долларов и получат по двадцать пять процентов акций, Майкл Вайсман получит пятьдесят процентов акций, юридически это будет корпорация "S". Осталось только подобрать для акционерного общества название, распечатать документ в трех экземплярах и подписать и заверить его у нотариуса.

Ланч прошел весело и приятно, партнеры предлагали самые разные названия, Джим на каждое предложенное название сразу же вспоминал какой-нибудь не очень приличный анекдот и, заранее попросив извинения у Розы, рассказывал его, будущие акционеры помирали со смеху. Наконец Сваакер предложил простое и емкое название, "Вайсман Риэлти". Миссис Вайсман и Майкл были по-настоящему польщены, а Джим пришел в восторг. В понедельник соглашение о намерении создать акционерное общество "Вайсман Риэлти" для приобретения франшизы от Keller Williams Realty было подписано всеми тремя сторонами и заверено у нотариуса, после чего Сваакер пригласил партнеров отметить это дело во французском ресторане, конечно же за его счет.

Глава 21. Сваакер и Скользкий Вилли

Главного конкурента и заклятого врага пана Вацлава, хозяина мебельного магазина Вилли Андерсона, того самого, который сбивал пану Вацлаву цены и переманивал от него работников, было решено начать окучивать сразу после Дня Труда. (Если кто не знает, День Труда – это праздник, который отмечается в США в первый понедельник сентября)

Нэнси с восторгом согласилась стать разведчицей в стане врага, хотя в данном случае речь шла скорее не о разведке, а о диверсии. Многоопытная разведчица Лиззи добрых два часа инструктировала Нэнси, рассматривала с ней разные возможные варианты поведения хозяина магазина и наконец дала "добро" на начало операции. Итак, во вторник, четвертого сентября Нэнси вошла в мебельный магазин минут через пятнадцать после открытия. Вилли Андерсон, высокий тощий мужик елейного вида, которого знакомые называли "Скользкий Вилли", с энтузиазмом приветствовал первую посетительницу. Чем он может услужить милой молодой леди? У него в ассортименте лучшая мебель города и штата, и что характерно – все это работы отечественных производителей. И цены у него – лучшие в городе!

Нэнси сказала, что потому-то она и пришла. Она видела в журнале шикарный столовый гарнитур и ей показалось, что у мистера Андерсона точно такой же продается дешевле. Но если она ошибается, то придется ей пойти к мистеру Мрочеку, статью о магазине которого она и видела вот в этом журнале. Не хотелось бы, конечно. Она предпочла бы купить гарнитур у человека по фамилии Андерсон, а не у человека по фамилии Мрочек. Мистер Андерсон ведь понимает, что она имеет в виду? Но мистеру Андерсону было не до политкорректности! Дрожащими руками перелистал он журнал, весь вспыхнул, когда увидел там свое имя и целую главку, в которой пан Вацлав клеймил его позором и даже называл его «Скользким Вилли», и дрожащим от гнева голосом спросил, где она взяла этот журнал? Он родился в этом городе и прожил здесь сорок пять лет, но первый раз слышит о каком-то там «Американо-канадском обозрении»!

Нэнси спокойно ответила, что журнал относительно малоизвестен широкой публике потому что почти весь его тираж, двести пятьдесят тысяч экземпляров, распространяется через закрытые частные клубы по всей территории Среднего Запада. (Если кто не знает, в географическом плане США делятся на четыре региона: Северо-Восток, Средний Запад, Юг и Запад. К Среднему Западу относятся двенадцать штатов: Айова, Висконсин, Иллинойс, Индиана, Канзас, Миннесота, Миссури, Мичиган, Небраска, Огайо, Северная Дакота и Южная Дакота)

Простому человеку такой журнал попадает в руки очень редко, он предназначен для богатеньких буржуев, которые жируют в частных клубах. Этот журнал ей дал ее бойфренд, он только что стал главным редактором этого журнала. Бойфренд говорит, что старый Мрочек заплатил бывшему главному редактору журнала кругленькую сумму, чтобы тот поместил эту статью. Когда на прошлой неделе хозяин журнала вернулся из отпуска и узнал об этом, он того главного редактора-взяточника уволил и назначил новым главным редактором ее бойфренда. Ее бойфренд говорит, что хозяин готов написать в своем журнале опровержение, что все, что в той статье было написано про мистера Андерсона – это гнусный поклеп, возведенный на него его недобросовестным конкурентом, мистером Мрочеком.

Скользкий Вилли не был бы Скользким Вилли, если бы мгновенно не сообразил, что может воспользоваться бесплатной и очень широкой (тираж двести пятьдесят тысяч экземпляров – это не шутка!) рекламой. Он тут же пообещал, что продаст милой молодой леди любой столовый гарнитур со скидкой двадцать пять или нет, что это он? Со скидкой пятьдесят процентов, если она как можно скорее сведет его со своим бойфрендом, а еще лучше – с хозяином журнала: "Как это благородно с их стороны – написать опровержение! Люди ведь обычно вообще не признают свои ошибки, а уж чтобы исправить свою ошибку – об этом никто даже и не задумывается!"

Нэнси была девушка практичная, очень хорошо знала, с какой стороны бутерброд маслом намазан. Если можно дешево заполучить отличный столовый гарнитур, то почему бы и нет? И она, спокойно походив по магазину, выбрала великолепный столовый гарнитур стоимостью полторы тысячи долларов. Надо отдать должное Вилли Андерсону, у него действительно были очень хорошие цены, у большинства его конкурентов такой гарнитур стоил бы не меньше двух тысяч долларов, но Андерсон делал ставку не на более высокие цены, а на большее количество продаж, и именно благодаря этому его магазин и процветал. Заказ оформили немедленно. Семьсот пятьдесят долларов плюс налог штата восемь процентов, итого восемьсот десять долларов, доставка бесплатная. Нэнси выписала чек на восемьсот десять долларов. Когда она завтра приведет сюда хозяина журнала и своего бойфренда, мистер Андерсон даст команду на отправку мебели к ней на квартиру, она сразу же уедет вместе с его экспедитором и грузчиками. Если же она завтра не приведет журналистов до двух часов дня, значит заказ будет аннулирован, она получит назад свой чек. Все честно и справедливо! Она даже попробует договориться на сегодня. Правда хозяин журнала мистер Сваакер – очень занятой человек, но попробовать-то можно!

Через полчаса ликующая Нэнси уехала обставлять свою квартиру шикарной мебелью. Сваакер заплатил ей за эту операцию двести долларов (они договорились, что за обычную разведку она будет получать по сто долларов, но это была очень сложная постановка), значит полуторатысячный гарнитур обошелся ей всего в шестьсот десять долларов!

Сваакер же, выразив мистеру Андерсону свое глубочайшее сожаление по поводу случившегося, приступил к окучиванию перспективного клиента. Журнал, который Нэнси дала Скользкому Вилли, был изготовлен в единственном экземпляре, в нем не было ни вырезной открытки для заинтересовавшихся читателей, ни даже упоминания о том, что у магазина пана Вацлава имеется большой и подробный каталог, который можно запросить по почте. Главка, в которой пан Вацлав клеймил позором Вилли Андерсона, была, в отличие от настоящего журнала, выделена жирным шрифтом и в ней, опять же в отличие от настоящего журнала, упоминалась отвратительная кличка "Скользкий Вилли".

А дальше все было делом техники. Сейчас, пока мистер Гаррисон делает фотографии замечательной мебели мистера Андерсона, они могут обсудить все детали. Мистер Сваакер знает, как можно не только исправить допущенную ошибку и восстановить справедливость, но и вознаградить мистера Андерсона за понесенную им обиду! Ведь старый Мрочек действовал по старинке, в статье просто восхваляется он сам и принижается его главный конкурент. Реальной же выгоды старый Мрочек в сущности никакой не получил, ведь богатые члены закрытых частных клубов, которые в основном и читают их журнал, покупают гораздо более дорогую мебель, чем у Мрочека или Андерсона, а часто мебель для них вообще делается на заказ.

А он, Сваакер, напишет статью о магазине мистера Андерсона, которая будет направлена именно на реальных покупателей мистера Андерсона, на средний класс и синих воротничков, и даже предоставит мистеру Андерсону возможность заказать у типографии дополнительный тираж по себестоимости. Мало того, к статье будет прилагаться вырезная открытка, которой читатели смогут запросить подробный каталог. И к каждому экземпляру дополнительного тиража будет прилагаться фирменный конверт "Американо-канадского обозрения", так что когда мистер Андерсон будет отправлять журнал потенциальным покупателям, тем и в голову не придет, что это он сам им отправил, они будут думать, что это журнал охотится за подписчиками! Человек вскрывает конверт "Американо-канадского обозрения", а там уже на самой обложке – великолепная мебель. Он читает дальше, а самая первая статья – о замечательном мебельном магазине мистера Андерсона! А он-то как раз хочет купить новую мебель для своей гостиной, а то и для столовой! Вот и все! А опровержение гнусных инсинуаций старого Мрочека и разъяснение гнусной сущности самого старого Мрочека – это все будет дано отдельной главкой и будет выделено жирным шрифтом, чтобы ни один честный покупатель не попался на удочку этого старого мошенника и инсинуатора!

Вилли Андерсон был доволен. Да-да, конечно, если цены разумные – он закажет дополнительный тираж. У мистера Сваакера ценник был с собой, цены Андерсону понравились. Он, пожалуй, возьмет пять тысяч экземпляров, но сначала, конечно, надо взглянуть на статью. Да, разумеется, Сваакер принесет ему гранки статьи уже завтра, ему и самому не терпится как можно скорее исправить допущенную несправедливость! А теперь, чтобы статья была достойна этого замечательного магазина, Сваакеру нужно задать ряд вопросов. Мистер Андерсон не возражает, если он включит диктофон?

На следующий день Сваакер привез великолепную статью, в которой Скользкий Вилли выглядел уже не Скользким Вилли, а мистером Андерсоном, одним из успешнейших и честнейших бизнесменов нашего города, который вот уже двадцать лет обеспечивает горожан добротной мебелью по ценам, о которых можно сказать только одно: дешевле – только даром! Яркие и сочные фотографии, которыми была щедро иллюстрирована статья, вызывали у читателя непреодолимое желание немедленно выбросить всю свою старую мебель и полностью меблировать свой дом в магазине мистера Андерсона. В статье говорилось и о том, что мистер Андерсон не на словах, а на деле проповедует настоящие, традиционные семейные ценности, вырастил двоих замечательных сыновей, один из которых – полицейский и защищает безопасность и покой жителей нашего города, а другой – правая рука своего отца, сейчас руководит доставкой всей мебели, проданной этим замечательным магазином. В статье было воздано по заслугам и грязному инсинуатору Мрочеку, и эта главка была написана так бойко и хлестко, что привела Скользкого Вилли в неописуемый восторг, он совершенно выбросил из головы свое разумное и взвешенное вчерашнее решение взять пять тысяч экземпляров и заказал целых пятнадцать тысяч копий – пусть в этом городе каждый честный покупатель мебели узнает о том, что из себя представляет этот грязный мошенник Мрочек!