Текст книги "Город спасения (ЛП)"

Автор книги: Мэри Маравилла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

ГЛАВА 20

НИККИ

«ПОЧЕМУ ВСЕ ПРОДОЛЖАЮТ ВЕСТИ СЕБЯ ТАК, БУДТО ЭТО СТРАННО?»

Я выгнала Декса после того, как согласилась на его маленькое предложение. Если расслабляться, то точно не в нижнем белье и халате «жены-убийцы» – это Декс придумал название, а не я. Вокруг сновали группы людей, их разговоры казались белым шумом на фоне музыки, звучащей из динамиков клуба.

Мы с Райан тщательно планировали развлечения в «Лотерии». Разные тематики и события происходили в разные вечера, и они довольно часто менялись – это был наш способ заставить людей вернуться. Если бы сегодняшний вечер был одним из таких, Декс не смог бы отвлечь меня. Но мы отказались от таких вечеринок после инцидента с Марио. Райан сказала, что не хочет перегружать меня.

Сардонический смешок, который я издала, заставил ближайшую ко мне женщину повернуть голову, и я ободряюще улыбнулась ей, дав знать, что смеюсь не над ней. Если бы только она услышала мой внутренний монолог о попытках похищения и бывших мужьях-убийцах… На самом деле, я не знаю, хочет ли Юрий убить меня или просто вернуть. Я никогда не интересовалась его мнением.

Я проталкивалась сквозь толпу, выбирая путь, который займет больше всего времени, чтобы добраться до бара. Нервы были на пределе, и я не могла понять, что вызвало такую реакцию.

С другой стороны, может быть, все вызывало такую реакцию.

Я вообще знаю, каково это – расслабляться? Конечно, я все время играла роль раскрепощенной девушки. Люди видели, как я выходила на сцену, трясла задницей на всеобщее обозрение – в буквальном смысле – но никогда не была по-настоящему расслаблена. В глубине души я всегда осознавала, что прошлое преследует меня.

Оно ждало, когда я споткнусь.

– А вот и она, – крикнул Декс с барного стула. Игривый блеск в его глазах потемнел, когда он скользнул взглядом по моему телу, останавливаясь на коротком черном платье, в которое я переоделась. Мое сердце ёкнуло в груди, когда его язык высунулся, проводя по нижней губе. Я привыкла к тому, что на меня глазеют, но… от его пристального изучения все мое тело покрылось мурашками.

Чем ближе я подходила, тем шире становилась его улыбка. Рядом с ним на стойке красовалась «Маргарита». В этой штуке даже были разноцветные соломинки и четыре зонтика. Я точно знала, что он попросил сделать это специально, потому что так напиток никогда не подавали.

Роберт сидел рядом с ним, делая дикие жесты руками Кассандре, нашей старшей барменше. Она уперла руки в бока с выражением, которое говорило, что она считает Роберта полным дерьмом. Все это зрелище вызывало у меня смешанные чувства. С одной стороны, это выглядело как компания друзей, весело проводящих вечер. Все казалось… нормальным.

Но моя жизнь не была нормальной, и я тогда говорила Райан правду. Когда никого не любишь – твое сердце остается целым. Я нарушила это правило с ней, и теперь мне приходится иметь дело с последствиями.

Я не хотела рисковать, чтобы эти чувства возникли снова. Но у моих ног был свой разум, они не понимали, что нам не следует заводить друзей, и ускорили шаг.

– Никки, – позвал Роберт, его глаза расширились, когда он повернулся ко мне лицом. – Пожалуйста, передай Кэсси, что я профи в напитках.

– Эту фигню сделал ты? – спросила я, останавливаясь рядом с Дексом. Больше встать было негде. Место, где они сидели, находилось в дальнем конце бара, в секции, которая занимала не больше метра.

Роб сидел на табурете в углу, Декс занял тот, что у стены, усевшись так, что его спина была прижата к твердой поверхности. Это было стратегически важно, поскольку давало ему обзор всех входов и выходов.

Андрей научил меня этому. А Райан довела дело до конца.

«Таша, нельзя сидеть спиной к точке входа. Нужно видеть приближение своего врага».

Неужели все в криминальном мире действуют так же?

Внезапно Роберт драматично выдохнул, хватаясь за рубашку, как будто в него только что выстрелили.

– Пендехо. Ты никогда не принимаешь мою сторону, – сказал он, когда Кассандра крикнула.

Я изо всех сил старалась сосредоточиться на чем угодно, кроме покалывающего тепла руки Декса на моей талии. Он плавно усадил меня между своих ног, чтобы я не стояла на проходе, который вел к туалетам. Прикосновение было нежным, но после того взгляда, которым он меня одарил… оно вызвало рой бабочек внизу живота.

– Просто попробуй, – сказал он, хватая стакан и повернув его так, чтобы одна из закрученных соломинок оказалась передо мной.

– Я даже не знала, что у нас есть такие, – призналась я с игривой улыбкой, обхватив губами неоново-зеленую соломинку и сделав пробный глоток.

– У нас нет, – Кассандра указала на Роберта и Декса. – Тупой и еще тупее принесли их несколько недель назад и потребовали, чтобы я добавила их в напитки, – она отошла, чтобы обслужить другого клиента, сказав, что скоро вернется с нормальным напитком для меня.

Это признание – и галлон текилы, который Роберт добавил в коктейль, – вызвали такой сильный кашель, что Декс начал похлопывать меня по спине. Гигант не осознавал собственной силы, потому что мне пришлось ухватиться за стойку, чтобы не перелететь через нее.

– Подождите, вы принесли свои соломинки? – я не знала, зачем вообще спрашивала подтверждения. Конечно, они их принесли. Сколько я знала Роберта, он всегда был сдержанным, обычно тихим и уважительным. По крайней мере, для меня. Но иногда доходили слухи о шлейфе разбитых сердец, который он оставлял за собой.

А когда он был рядом с Дексом…

Я готова поклясться, что эти двое воплощали в жизнь свои мечты о братстве. Однажды, когда мы готовились к повторному открытию, они бегали по пустому клубу с игрушечными пистолетами, устроив «войнушку». Декс сломал стол, когда пытался проскользнуть по столешнице, как будто был в гребаном боевике.

Райан сказала, что если они не прекратят это дерьмо, она присоединится к ним – с настоящим пистолетом.

Загорелая кожа Роберта каким-то образом побледнела от этой угрозы. Я никогда не видела его таким. А Декс сказал ей, что в него стреляли раньше, так что ему не страшно.

– Почему все продолжают вести себя так, будто это странно? – спросил Декс, нахмурившись, как будто он действительно сбит с толку. – Мы еще принесли свои закуски, так как Райан отказывается продавать здесь еду.

Я усмехнулась тому, как это прозвучало.

– Нелегко получить разрешения на продажу еды, – объяснила я, делая еще один глоток «пейнт-стриптизерши», подрабатывающей «маргаритой».

Декс огляделся, ища, подслушивает ли кто.

– Она, блять, заправляет оружием. Незаконно. Хочешь сказать, она не может сообразить, как достать тако? – прошептал он.

– Вот именно, – сказал Роберт в знак согласия, и оба ударили кулаками поверх моей головы.

Кассандра вернулась, прервав любой разговор о незаконной деятельности. Большинство сотрудников «Лотерии» вообще не были связаны с картелем, и мы делали все возможное, чтобы они не узнали никаких более серьезных подробностей о том, что еще происходило в той части клуба, к которой у них нет доступа.

– Дерьмо, да? – спросила она, кивая подбородком в сторону напитка, доставая четыре рюмки. – Вот, очисти вкус, – она налила прозрачную жидкость в каждую рюмку, потом выжидательно посмотрела на нас.

Восхитительный привкус мескаля прокатился по моему горлу, задержавшись на языке, прежде чем осесть в желудке. Вопреки тому, что предполагало большинство, я пила нечасто, так что выпив рюмку и фигню, которую приготовил Роберт, я уже чувствовала легкость в ногах. Это ощущение усиливало возбуждение, бурлившее у меня внутри всякий раз, когда Декс касался меня.

– Как себя чувствуешь, злючка? Потому что твои плечи наконец отвисли от шеи, – его палец прошелся по ним. – В последнее время, кажется, они всегда там, – сказал он мне на ухо, чтобы я расслышала сквозь шум, щекоча бородой мое обнаженное плечо.

У меня вырвался смешок, который я не смогла сдержать, вспомнив кое-что из прошлого.

– Катя побила бы меня, если бы увидела, – мое тело напряглось в ожидании вопроса, который, я знала, он собирался задать, но его так и не последовало, потому что Кассандра опять подошла.

– Выпьем, сучки. Я сегодня должна обслуживать девичник, и мне нужно быть навеселе, чтобы вытерпеть кучу визжащих белых женщин. Райан пригласила людей с членами, которые тоже будут танцевать сегодня, – сказала она с раздражением.

Еще один смешок вырвался у меня при виде того, как Кассандра сморщила нос. Я не знала, что вызвало такую реакцию – свадебная вечеринка или мысль о членах. Они с Кристал встречались столько, сколько я себя помню, и видя, как они смотрят друг на друга, я иногда грущу, что у меня нет такого человека.

Но я не могла впустить кого-то в свою испорченную жизнь.

Роберт потер руки.

– Черт возьми, да. Обожаю похотливых подружек невесты.

Декс расхохотался, качая головой над выходками Роберта, но я не могла избавиться от непонятной боли, когда подумала о том, что буду наблюдать за их похождениями. И почему от этой мысли стало плохо?

– Куэ фуэо, Бето. Фуэо. Вамос²⁰, – Кассандра подняла рюмку. – Па’арриба, па’абахо, па’сентро, па’дентро.

Мы все четверо выпили по рюмке.

– Я, блять, слишком стар для этого, – сказал Декс. Я посмотрела на него снизу вверх, пытаясь напомнить, что ему еще нет и тридцати, но забыла, как говорить, когда увидела, как он слизывает соль с ободка рюмки. Он подмигнул, когда поймал мой взгляд, и я почувствовала, как жар заливает мое лицо. Я отвернулась, надеясь, что это остановит все неуместные мысли, которые появились о моем друге.

О друге, с которым иногда хочется поцеловаться.

Кассандра переводила взгляд с одного на другого. Выражение ее лица заставило меня занервничать.

– Кстати, – начала она, – Почему вы так часто рядом в последнее время, Декс? – ее слова звучали небрежно, но глаза метались между нами. – Крис говорит, что ты зашел в гримерку и вытащил блонди, пока она не надрала кому-нибудь задницу… – сказала она, лукаво улыбнувшись мне.

– Хм, – Декс встретился со мной взглядом.

Я надеялась, что когда он посмотрит на мое лицо, то увидит, что я хочу сказать:

А я говорила, что нам нужно придумать отговорки для людей. Мистер-никто никогда-ни-о-чем-меня-не-спрашивает.

– О, они встречаются, – сказал Роберт как ни в чем не бывало. Наши головы повернулись влево, где Роберт плел историю так, словно он был чертовым драматургом. – Ага. Они хотели дать Бруджите и Гуэрито немного времени побыть вместе, а потом тоже начать шуры-муры. Понимаешь?

Декс издал сдавленный звук.

– Шуры-муры? Так никто не говорит.

– Ни хрена ты не понимаешь, Декс. С чего, думаешь, я это взял? – спросил Роберт, выглядя оскорбленным и совершенно невозмутимым из-за того, что он сейчас объявил, что мы с Дексом пара.

Потому что я чертовски уверена, слухи уже распространялись. Это же наш клуб.

Я видела, как Кассандра переписывалась за стойкой, пока Декс и Роберт спорили. Значит, Кристал теперь тоже знает, и все девочки тоже. У меня не было возможности сказать, что это неправда, потому что они все время видели нас вместе, так как он должен присматривать за мной, а правда была невозможна, потому что где-то все еще есть крысы.

– Значит, вы все-таки пара? – спросила Кассандра, возвращая разговор к теме, которую я не хотела поднимать. Руки Декса обвились вокруг моего живота, поднимая меня и усаживая на одно из своих раздвинутых бедер. Это положение не оставляло мне другого выбора, кроме как прижаться к нему. Одной рукой он обнимал меня, чтобы я не упала в сторону, его массивная ладонь легла мне на бедро.

Мое очень голое бедро.

– Ага. Все так неожиданно произошло, – он взъерошил мои волосы, и кажется, поцеловал в макушку, но это случилось так быстро, что я не была уверена. Следующие слова Декса были сказаны мне на ухо.

– Злючка, разреши прикоснуться к тебе. Нам придется поддерживать эту гребаную историю, которую Роберт только что начал. Слишком много вопросов будет, если мы этого не сделаем.

Я знала, что он прав. Нужно было предупредить Бето, пока он не открыл свой рот, но на самом деле… это идеальное прикрытие. Я переплела наши пальцы и два раза крепко сжала, прежде чем повернуть голову, чтобы посмотреть на него.

Он хоть и придурок, но слишком настойчивый.

Я запечатлела поцелуй на его щеке.

– Можешь прикоснуться ко мне, – прошептала я достаточно громко, чтобы он услышал.

– Вы такие милые. Всегда знала, что в конечном итоге вы будете вместе. Сломленные люди находят друг друга и заполняют трещины, понимаете, да? – сказала она, прежде чем уйти.

Роберт встал и улыбнулся.

– Ну ладно, мама и папа, давайте найдем мне секси-подружку невесты для двойного свидания.

Это ужасная идея. Мои стены не выдержат того, чтобы быть «девушкой» Декса.

ГЛАВА 21

ДЕКС

КОГДА ОНА БЕРЕТ ЗА ПЕТЕЛЬКУ ТВОИХ ДЖИНСОВ И ТАЩИТ ЗА СОБОЙ >>>

Смешно, что мои первые отношения фальшивые.

Что ж, девушка-то настоящая. Не было никаких сомнений, что прямо сейчас я прижимался к ее настоящим бедрам.

Когда «Лотерию» отремонтировали, то добавили танцевальную площадку для вип-гостей, и Никки потащила меня туда, утверждая, что не была там ни разу.

Ох. Пожалуйста, хватит.

Я не хотел, но чертовски трудно пытаться быть пай-мальчиком, когда самая сексуальная женщина в округе тебя упрашивает.

За тридцать минут до этого мне пришлось насильно поить ее водой и некоторыми закусками, которые она высмеивала за то, что мы с Робертом их притащили. Очевидно, эта дама слаба в выпивке, чего я не ожидал, поскольку она работает в клубе. Завтрашний ее день будет ужасным.

Надо приготовить ей завтрак.

Откуда, блять, взялась эта мысль?

Рывок за волосы привлек мое внимание, несмотря на пространство, которое я пытался создать между ее ягодицами и своим членом. Тонкого слоя ее платья и моих джинсов было недостаточно.

Я издал еще один стон, ругая себя за то, что подумал о ее ягодицах и своем члене в одном предложении, потому что теперь у меня в голове крутились очень недружелюбные мысли.

Она обвила руками мою шею, и мой желудок скрутило.

– Спасибо тебе, – прокричала Никки сквозь музыку, играя с кончиками моих волос.

– За что? – я наклонился, чтобы ей было легче меня слышать, но не ожидал, что она обернется. Наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, настолько близко, что я мог разглядеть блестки у нее на губах.

– За то, что заставил меня повеселиться. Я давно не отдыхала, – она посмотрела в толпу, но на самом деле, глядя в никуда. Ее мысли унеслись далеко. Так же быстро, как это произошло, все закончилось, и ее голубые глаза снова посмотрели на меня с озорным блеском, заставив меня улыбнуться. – Хочешь сделать еще что-нибудь веселое?

Внутри все затрепетало. Это чувство было мне совершенно чуждо.

– Голышом? – спросил я, мой голос дрогнул. – Если да, то потом будет трудновато, злючка, – из-за ее хмурого взгляда я поспешил дальше объяснять. – Ты утром отрежешь мне яйца и прочитаешь лекцию о том, что мы должны быть просто друзьями, а не с привилегиями.

Складка между ее бровями разгладилась, а ком у меня в горле исчез.

– Так мило с твоей стороны. Но, разве мы теперь не пара? – спросила она. – Это тоже не обязательно должно быть в постели.

Я застонал и прижался лбом к ее лбу.

– Не говори так, Никс. Я нехороший человек. Мои ограничения против того, чтобы трахнуть тебя, чудовищно слабы.

Что-то влажное и теплое коснулось раковины моего уха, и я чуть не кончил.

– Можем прямо здесь. Или в туалете, если ты стесняешься, – поддразнила она, не понимая, как чертовски сильно я хотел наклонить ее над столом на глазах у всех.

Я запустил руку в ее волосы, потянув назад, так что она была вынуждена посмотреть на меня снизу вверх, ее глаза сверкали от возбуждения.

– Этого ты хочешь, Никки? Хочешь, чтобы я позаботился о твоей жадной киске прямо здесь? – спросил я возле ее губ, просовывая бедро между ее ног и прижимаясь к ее клитору. – У тебя трусики промокли, злючка. Я чувствую через джинсы. Ты намокла, когда терлась задницей о член своего парня?

Она кивнула головой, ее губы слегка приоткрылись, зрачки расширились.

Это зашло слишком далеко, я приближаюсь к точке невозврата. Закрыв глаза, отпускаю ее волосы.

– Никс, помоги мне, – сказал я с болезненным стоном. – Я не смогу сказать «нет». Скажи мне отвалить, злючка.

– Ты прав, – разочарование смешалось с облегчением, когда она медленно высвободилась из моей хватки, увеличивая расстояние между нами. – Я хотела спросить, не желаешь научиться танцевать на шесте?

В ее голосе было столько нетерпения и надежды, что я не смог бы ей отказать, даже если бы захотел.

Я улыбнулся, заправляя выбившийся локон ей за ухо, пальцами скользя по щеке.

– Блять, да, я хочу забраться на шест для стриптиза. Можно я разденусь? – она нахмурилась, заставив меня усмехнуться. – Нет? Тогда только верх сниму.

– Ладно, – она берет за петельку моих джинсов, потянув за собой.

Я перестроился чуть вбок, потому что был тверд, как скала, и теперь мне еще придется терпеть, наблюдая, как она танцует на шесте. Слава богу, я нормально спрятал член, иначе она бы точно увидела, что делают со мной ее прикосновения.

– Мама. Папа, – позвал Роберт, когда мы подошли к уединенной кабинке побольше, где проходил девичник. Конечно, он уже там со всеми подружился – я бы тоже так поступил при нормальных обстоятельствах. Самым странным во всей этой ситуации было то, что я знал, что лягу спать с синими яйцами. Хотя, я бы сам о себе позаботился, но как минимум непривычно, что это сделает не девушка.

– Я не гожусь на роль мамы, – Никки посмотрела на меня, когда я плюхнулся на кресло подальше от голодных стервятниц. Она с какой-то нежностью посмотрела на меня. – Он был бы хорошим отцом. Декс чертовски наблюдателен. И он добр ко мне, – сказала она как ни в чем не бывало, из-за алкоголя слишком раскрепостившись.

Ее слова были как удар под дых, и я рад, что сел, потому что, вероятно, пошатнулся бы. Роберт выгнул бровь, но я лишь пожал плечами.

Я действительно не знал, почему она так сказала.

– Она напилась, – крикнул я, изображая, что пью, на случай, если Роберт не услышит из-за женщины, прижавшейся к нему, которая либо шептала ему на ухо, либо засовывала туда язык.

Вспышка блонда заслонила мне обзор, Никки появилась в поле зрения. Она явно не обдумывала сказанные слова так, как я. Видя ее такой расслабленной, уголки моего рта поползли вверх, пока я не разглядел, что у нее в руке.

– Ого, злючка, – я вырвал напиток у нее из рук, посмеиваясь над раздраженным взглядом, который она бросила на меня, протестуя. – Где ты вообще это взяла, а? Я не покупал. Тебе нужна вода, – я постарался четко произнести последнее слово.

Дело не только в том, что ей больше не следует пить, но и в том, что за ней охотились люди. Я должен наблюдать за каждым гребаным напитком, который она пьет, и только сам их покупать. Нельзя, чтобы ее напоили чем-нибудь.

– Я думал, ты научишь меня танцевать на шесте, – сказал я, отчаянно надеясь снова заставить ее улыбнуться. Мое предположение подтвердилось, потому что ее лицо просияло, как и у других женщин, когда они увидели, как Никки тащит меня на маленькую сцену в центре круглой кабинки.

Словно по сигналу, заиграла новая песня, и Никки ухватилась за шест, сделав несколько кругов всем телом, завершив это взмахом волос и такой греховной улыбкой, что дьявол не смог бы сделать лучше.

– Ладно, Секси-Декси, твоя очередь. Повторишь? Или мне сделать это медленнее? – спросила она, загибая палец и жестом подзывая меня ближе.

Я протянул руку и дернул черную резинку, стягивающую мои волосы в пучок. Если она хочет шоу, я ей устрою. Чуть вильнул задницей, идя к шесту, и Никки засмеялась, прикрывая рот ладонью.

Прохладный металл приятно касался моих рук, которые были липкими с того момента, как Никки потащила меня с места.

Я наклонился, полный решимости выиграть вызов, брошенный Никки. Всегда любил соревноваться, чего люди обычно не ожидали. Поэтому я так хорош в получении информации. Это было похоже на игру, чтобы посмотреть, что сломается первым: мой моральный кодекс или человек, владеющий информацией. Иногда побеждал третий вариант, когда ломалась какая-нибудь кость.

– Давай поспорим? – спросил я.

Она выгнула тонкую бровь.

– Чего ты хочешь? – спросила она, и в ее тоне сквозило подозрение.

Я отогнал от себя образы ее распростертой на кровати или даже ее пухлых губ, прижатых к моим, потому что ни о чем физическом не могло быть и речи.

Не после того, что сейчас произошло, ведь это только доказало, насколько слабым был мой самоконтроль по отношению к ней.

Толпа людей была единственной причиной, по которой я остановился, но я не из стеснительных, так что в следующий раз, когда возникнет подобная ситуация, я, вероятно, не смогу себя держать в руках.

К счастью, я хочу кое-что еще.

Я поманил ее пальцем поближе, точно так же, как она делала это несколько мгновений назад. Ее шаги были неуверенными, но что-то мелькало в глазах. Их блеск в красном пространстве показывал, насколько она взволнована.

– Когда я выиграю…

– Если.

Игнорируя ее, я продолжил излагать свои условия.

– Я хочу знать что-нибудь о твоем прошлом. То, что ты скрываешь здесь, – кончик моего пальца прошелся вверх по ее торсу, остановившись над сердцем, и я дважды тыкнул. Страх сменился выражением возбуждения, и я понял, что мне нужно изобразить безразличие. – Ты не хочешь соглашаться, потому что знаешь, что я талантлив, – спровоцировал я, один раз крутанувшись вокруг шеста, стараясь выглядеть неуклюже.

– Я согласна.

Я спрятал свой торжествующий взгляд, прежде чем снова посмотреть на нее. Бедная девочка понятия не имела, на что согласилась.

– Как ты там делала? О, точно.

Пространство наполнилось криками возбужденных женщин, когда я крутанулся всем телом, откинув волосы назад так, как это делала Никки бесчисленное количество раз. Я знал, что выглядел далеко не так хорошо, как она, но наша маленькая аудитория казалась чертовски довольной. Никки, с другой стороны, уперла руки в бока и закатила глаза, когда я показал ей указательный палец.

Одно очко в пользу Декса.

– Это в буквальном смысле самое легкое движение на свете, – она подошла ближе. – Не зазнавайся из-за того, что просто покрутился.

– Я сделал взмах волосами, за это ты ответишь на два вопроса, – сказал я.

– Нет.

Она такая сексуальная, когда злится.

Мне нравились сердитые женщины, может, это какая-то травма, но мне не интересно исследовать причины. Я счастлив пожинать плоды этой причуды.

Все мысли остановились, и мой разум отключился, когда Никки прыгнула с разбега, высоко ухватившись за шест и кружилась по кругу, потом обхватила ногу и стала вращаться, держась за нее.

Еще и подмигнула, отчего у меня стояк стал тверже. Это будет сложнее – в буквальном смысле.

– Хорошо, милый. Давай повторяй, – она подошла и встала рядом со мной, на ее лице в форме сердечка было самодовольное выражение. Но оно исчезло, когда я сорвал с себя рубашку и прыгнул. Гладкий металл терся о мои мозоли, содрав часть затвердевшей кожи. Требовалось много усилий, чтобы выдержать свой тяжелый вес.

Я уверен, что это не так грациозно, как у нее, но Никки приоткрыла рот в шоке. Сцена немного задрожала, когда я спрыгнул и опустился на колени.

Она стояла неподвижно, просто моргая своими большими голубыми глазами. Возможно, у девчонки в голове замкнуло провода.

– Ты разыгрываешь меня, да? – спросила она, когда я остановился перед ней. – Это не первый раз, когда ты на шесте.

Я широко улыбаюсь, отчего даже щеки болят.

– А я и не отрицал. Лишь сказал, что хочу получить ответ за каждое свое движение. Продолжим?

Никки споткнулась, издав пьяный смешок.

– Извини, злючка. Похоже, наша маленькая игра окончена, – сказал я с улыбкой, поднимая ее и перекидывая через плечо. – Спотыкание является нарушением правил вечеринки и гарантирует поездку первым классом в «Трезво-ленд».

***

Удовлетворенность не была для меня нормальной эмоцией, но это был единственный способ описать то, что я испытал, когда дверь спальни Никки со щелчком закрылась.

Я думал, что к этой эмоции у меня больше нет доступа.

Ей бы не понравилось, если я скажу ей, что она храпит, как маленькая кошечка. Это чертовски восхитительно.

Я понес ее к запасному выходу из «Лотерии» и посадил в машину Бето. Она посмотрела на меня так, словно я сошел с ума, когда я забрался на водительское сиденье, пока Роберт брал мой «Харлей», но ничего не сказала.

По причинам, в которые я действительно не хотел вдаваться, мысль о том, что другой мужчина отвезет ее домой, меня не устраивала. Слава богу, Роберт тоже ни хрена мне за это не сказал. Он просто молча обменялся ключами и последовал за нами на байке.

Посадить ее в машину было правильным решением, потому что через две минуты езды она вырубилась на хрен. Так я и услышал, что она мурлыкает во сне.

– Тихо, придурок. Никки спит, и учитывая, как она разбавляла сегодня напитки, ей очень нужен сон, – сказал я, опускаясь на подушку рядом с Робертом и тыкая пальцем ему в грудь. – И нахуй ты сказал, что мы с ней встречаемся?

Он разразился хохотом, который я приглушил, прижав подушку к его лицу. Этот мудачело думает, что пиздец как смешно – сводить вместе двух людей, не склонных к отношениям.

– Воу, – он смахнул с лица подушку. – Вы бы видели свои лица, – раздался еще один взрыв смеха, когда я ему втащил. – Послушай, уже ходили слухи о том, что ты вошел туда и спас девку, которой Никки хотела надрать задницу, а потом, ты, как настоящий романтик, одел ее и предложил сходить развлечься. Я просто помог вам справиться с проблемой, пытаясь объяснить, почему вы в последнее время везде вместе.

Я не собирался так легко отпускать его с крючка.

– Да, но сказать, что она моя девушка? – мне хотелось что-нибудь взять в руки и отвлечься от мыслей, типа: «Никки тоже подумала в тот момент, что я романтик?»

Он пожал плечами, явно не так беспокоясь обо всей этой ситуации, как я. Черт, какой будет реакция Никки завтра? Тогда она согласилась, но кто знает, на сколько она была пьяна.

– Послушай, я вижу, как ты на нее смотришь. Она чертовски сексуальна, в твоем вкусе.

Мой кулак сжался от его легкомысленного ответа, вспыхнул гнев от того, как он описал ее, что было странной реакцией, потому что в его словах не было ничего оскорбительного. Черт возьми, большинство женщин даже сочли бы это комплиментом, но мне показалось, что этого было… недостаточно.

Никки была не только сексуальной.

Я не стал Бето ничего отвечать, и заставил свое тело расслабиться.

Роберт продолжил, не обращая внимания на мою внутреннюю борьбу.

– К тому же, вы хорошо знакомы и, похоже, вам нравится находиться рядом друг с другом. Вы можете провернуть эту ложь.

– А как же вся эта интимность, как у парочек, а? Что мы будем делать? – напряженно спросил я.

Взгляд Роберта, брошенный на меня, говорил: «Ты идиот».

– О, я уверен, что это будет для тебя настоящим испытанием. Ты же такой святой, держишь обет безбрачия, – насмехался он, уворачиваясь от подушки, которую я бросил в него.

– Пошел ты, – сказал я, показывая ему средний палец и устраиваясь на диване, изо всех сил стараясь сосредоточиться на нашем разговоре, а не на женщине, спящей в соседней комнате.