Текст книги "Хранитель нагорья (ЛП)"
Автор книги: Мелисса Мэйхью
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
– Так стремишься встретиться с Хранителем, сын мой?
На какой-то миг взгляд Рамоса загорелся от волнения, прежде чем он успел принять непроницаемый вид, пряча любые эмоции, свойственные человеку. Рейнард не в первый раз задумался, насколько сын похож на него. Жаль только, что он полукровка.
– Я надеюсь избавить Хранителя от его души, отец.
– Хочешь, чтобы я думал, будто ты станешь наслаждаться только конечным результатом? В это трудно поверить.
На этот раз Рамос не потрудился скрыть улыбку.
– Я получаю удовольствие от всего этого: радость от преследования, возбуждение от брошенного вызова. И если на своем пути я доставлю неприятности Хранителю, что ж, это словно десерт после превосходного обеда.
Рейнард какое-то время рассматривал свои ухоженные ногти, прежде чем поднять глаза на сына.
– Женщина является ключом. Мы не должны забывать об этом. Если Флинн был прав, и Хранитель предъявляет на нее права, ты понимаешь, что забрав у него женщину, мы доставим ему сильные мучения.
– Я не только понимаю, отец, но и рассчитываю на это.
Да, как же сын похож на него самого.
– Не забудь, во время этого визита ты мне не сын, а брат.
Рамос рассмеялся:
– Да, то, что мы выглядим примерно на один возраст, вероятно, будет немного беспокоить местных. Не волнуйся, отец. Положись на меня. Разве я тебя когда-нибудь подводил?
– Нет, ни разу. Разумеется, о настолько важном я раньше тебя никогда не просил.
Взгляд решительных бледно-зеленых глаз устремился к Рейнарду.
– Я это знаю. Благодаря тому, кто я есть. Благодаря тому, что я не…
Их разговор прервало назойливое пиликанье сотового телефона Рамоса.
– Да? – Мужчина посмотрел на Рейнарда. – Минутку. – Он прижал телефон к груди. – Это Касим. Его человек в Лондоне хочет знать, когда вы доставите… вещь, которую они ждут.
Ничтожный смертный. Хотя Касим и служил на благо их цели, теперь в нем не было необходимости. Как только Рейнард получит женщину…
– Скажи ему, что доставки не будет. У меня больше нет времени на решение его ничтожных проблем.
Рейнард откинулся на мягкое кожаное сидение и глубоко вздохнул. Разговор сына со смертным был всего лишь фоном для его мыслей. Больше не было нужды сотрудничать с надоедливыми людьми и их фанатизмом. Больше он не будет зависеть от душ, освобожденных от жалких хозяев, чтобы продлевать себе жизнь и оставаться молодым. Женщина – потомок его народа была совсем рядом. И на этот раз она была реальна.
Из-под опущенных ресниц Рейнард мельком взглянул на сына. Рамос не знал о деле Касима, так же как и о подлинном характере вещей, которыми они того снабжали. Несмотря на то, что Рейнард доверил сыну разбираться с отсутствующими деталями и вовлеченными в это дело смертными, он никогда не забудет, что Рамос тоже был наполовину человеком. А люди обладали раздражающей особенностью – в делах руководствоваться чувствами, привязываясь к себе подобным с досадными идеалам добра и зла. Очень неудобно.
Кроме того, в большинстве случаев его сын доказал свою значимость. Его дар внутреннего видения помог выявить предателей, которых Рейнард никогда бы не обнаружил сам. Сейчас же важнее всего то, что его люди не в состоянии сражаться в Долине Смертных. Но сын не связан таким ограничением, потому что частично являлся ребенком Долины Смертных – полукровкой. Он был нуадианским вариантом Хранителя. Секретным оружием Рейнарда. Оружием, которым он воспользуется в последнюю очередь.
Если бы только ему удалось произвести на свет дитя женского пола. В то время как потомки Фейри обладали способностями видеть свой народ в истинной форме, только потомки женского пола, помимо прочего, могли видеть врата в Долину Фейри. Мужчинам врата открывались лишь после того, как те хотя бы раз прошли сквозь них.
Дочь давно бы решила эту проблему, но девочки, будучи редкостью для всех Фейри, были под запретом для изгнанных. Для его народа. Нуадианцев. Еще одна несправедливость, за которую поплатится Верховный Совет после возвращения туда Рейнарда.
Как только он получит контроль над женщиной, этим потомком его расы, возвращение в любимую Долину Фейри, где находится Фонтан Душ, будет лишь вопросом времени. Только вопрос времени, когда он опустит руку в фонтан, когда выпьет из него и погрузит свое тело в воду, наполненную жизненной силой, обеспечив себе бессмертие и вечную молодость.
Лишь вопрос времени, когда это самое время перестанет что-либо значить.
Глава 16
– Здесь есть что-то очень плохое, – прошептал Уилл, когда Сара пришла пожелать ему спокойной ночи.
Предупреждение застало ее врасплох. День прошел без особых событий, словно вчерашней ночи вообще не было. Будто Сара и не видела наблюдателя у двери. Но слова Уилла вернули ее к реальности.
– Что ты имеешь в виду? Что плохое?
– Я не знаю. Знаю только, что рядом есть что-то очень, очень плохое. Ты этого не чувствуешь? Случится что-то нехорошее. – Огромные голубые глаза серьезно смотрели на нее. – Тебе нужно оставаться рядом с дядей Йеном. Он такой же сильный, как и папа, ты же знаешь. Он тебя защитит.
Даже здесь, стоя у стены танцевального зала и наблюдая за людьми, собравшимися на вечеринке, Сара не могла выбросить этот разговор из головы. Очевидно, Уилл много фантазировал, однако, разговаривая с ней, мальчик действительно казался напуганным.
Хотя сейчас ее это смущало, но, сидя в изголовье кровати Уилла, она радовалась длинным вечерним перчаткам, на покупке которых специально к платью настоял Йен. Поток чувств, исходивший от ребенка, всегда намного превосходил все, что она чувствовала от кого-либо другого. Беспокойство мальчика чувствовалось даже сквозь перчатки. Сара не представляла, насколько сильными были бы ощущения, прикоснись он к ее обнаженной коже.
Она нервно оглядывала толпу в поисках Йена и почувствовала себя глупо от нахлынувшего облегчения, когда наконец отыскала его у барной стойки в ожидании напитков. Он так серьезно о чем-то беседовал с Даниэлем, что даже не замечал любопытных взглядов, которые открыто бросали на него стоявшие рядом женщины.
За это Сара не могла их винить. Одетый в смокинг, красиво подчеркивавший его фигуру, с бликами от люстр в темных волосах, Йен выглядел мечтой любой женщины. И когда его черные глаза через переполненный зал встретились с ее глазами, вот как сейчас... по ее телу прокатилась дрожь. Прежде чем отвернуться, Йен улыбнулся уголками губ, словно знал, как на нее действует.
– А эта прекрасная леди, должно быть, и есть та известная писательница, о которой я столько слышал?
Сара вздрогнула, услышав за спиной глубокий мужской голос. Поглощенная поисками Йена, она не почувствовала приближения и, обернувшись, обнаружила в паре дюймов от лица широкую грудь в смокинге. Женщина отступила назад, чтобы создать дистанцию между собой и незнакомцем, и подняла взгляд на лицо с бледными, голубовато-зелеными глазами в обрамлении блестящих темных волос, спадавших на широкие плечи очень красивого молодого человека.
Внезапно она вспомнила Даллина. Как странно, оба мужчины показались ей очень похожими. Необычный сосед Йена был блондином и сиял, словно солнечный день, в то время как этот был темным, как затянутая тучами безлунная ночь. Если уж на то пошло, внешность этого человека должна бы напомнить ей о Йене. Но он совершенно отличался от того.
– Что ж, я, конечно, не сказал бы «прекрасная» или «известная», но что писательница – это да.
Брэд сопровождал мужчину, нацепив обычную презрительную ухмылку, а Николь крутилась позади.
– Будь осторожен, Таннер. Я плохо отношусь к мужчинам, которые неосмотрительно оскорбляют невинных женщин. Иногда такие мужчины могут даже... пострадать.
От рычания, послышавшегося в голосе незнакомца, у Сары снова побежали мурашки. Ощущения полностью отличались от тех, что она испытывала, наблюдая за Йеном. Она снова отступила назад, вздрогнув, когда гость потянулся к ее руке, и в очередной раз радуясь одетым перчаткам.
Брэд побледнел и пробормотал что-то похожее, на оправдание, а затем, извинившись, направился к бару.
Поймав ее взгляд, незнакомец поднес руку Сары к губам, его теплое дыхание коснулось ее кожи даже сквозь ткань. Сара не могла отвести от него глаз.
– Думаю, что тон, которым ты говорил с моим мужем, твоему брату понравится не больше, чем мне. Я жду извинений.
Требование Николь отвлекло внимание Сары от незнакомца. Она посмотрела на женщину, удивленная неожиданной властностью, послышавшейся в ее голосе. Беспомощная девочка полностью исчезла, вместо нее возникла особа, всецело привыкшая добиваться своего в любой ситуации.
Сара лишь на миг задумалась, какая же Николь на самом деле, когда темноволосый незнакомец заговорил вновь.
– Я – Рамос Серванс, – сказал он, продолжая держать ее за руку и всецело игнорируя Николь, как будто та вообще молчала. Его голос, интеллигентный и глубокий, скользил, словно шелк по гладкой коже.
– Ты слышал, что я сказала? Ты собираешься извиниться? – Николь с раздражением скрестила руки на груди, в то время как он все так же продолжал стоять к ней спиной. – Или мне стоит разыскать Рея?
– Не думай, что заставишь его выбирать между нами, Николь. Ты проиграешь. Для Рейнарда ты всего лишь хорошенькая игрушка, а я – родственник. – Взглянув на девушку, он обнажил белоснежные зубы в жесткой улыбке. – Поверь мне, в нашей семье кровные узы очень прочны.
Николь отступила назад, словно ее ударили.
– Это мы еще посмотрим, – сказала она, резко развернулась и ушла прочь.
Рамос снова переключил внимание на Сару, расслабившись и по-дружески глядя на нее, словно возмутительной маленькой пикировки вовсе не было.
– Я в восторге от нашего знакомства, Сара Дуглас.
– Откуда вы знаете мое имя? – Женщина попыталась освободить руку из его захвата. Безуспешно.
– Вы очень скоро поймете, что я очень дотошный человек. Изучение всего, что привлекло мое внимание, буквально каждой детали, стало моей профессией. – Прежде чем отпустить, он еще раз поднес ее руку к губам. – И вы, моя дорогая Сара, безусловно, привлекли мое внимание.
Лицо Сары запылало, когда он с довольным выражением посмотрел на нее.
– Правда? И каким образом мне удалось это сделать?
– Все дело в том, что вам удается быть исключительно самой собой, моя милая. – Рамос взглянул поверх ее плеча, и на его лице мелькнуло раздражение – лишь на миг, моргни Сара в это мгновение, и не заметила бы. – Думаю, оркестр начинает играть. Вы, конечно, потанцуете со мной?
Зазвучала музыка, и пары медленно поплыли по залу.
– Сожалею, но я не танцую.
Мужчина отмел ее возражение взмахом руки.
– А пока я должен решить кое-какие дела со своим... братом. – Он снова взял ее руку и легко прикоснулся к ней губами. – Но будьте уверены, Сара Дуглас, прежде чем вечер подойдет к концу, я вернусь, чтобы потребовать свой танец.
Женщина в замешательстве наблюдала, как ее новый знакомый протиснулся сквозь толпу и исчез за дверями террасы. Весь эпизод, длившийся столь короткое время, оставил довольно нехорошее впечатление.
– И что это было? – Йен остановился возле Сары, в руках у него было два бокала. Подав один бокал своей даме, он повернулся и посмотрел в том направлении, где исчез Рамос. Снова повернулся к Саре и с любопытством изогнул бровь, ожидая ответа.
– Я не уверена. – Наиболее правдивый ответ, который она могла дать.
Йен раздраженно выдохнул и сделал глоток из бокала.
– Тогда, может быть, ты наконец-то скажешь мне, кто он?
– И в этом я не уверена. – Увидев его хмурый потемневший взгляд, Сара рассмеялась: – Серьезно, Йен. Кроме имени я действительно больше ничего о нем не знаю.
– Да? Но судя по тому, как он целовал тебе руку, можно предположить, что ты знаешь его очень хорошо.
– Нет. – Неужели Йен ревнует? Прозвучало очень на то похоже. – Он подошел с Брэдом и Николь, затем с Брэдом у него вышла размолвка. Брэд с Николь удалились, а он остался.
– Что ж, если он не ладит с Брэдом, значит не все так плохо. – Впервые с тех пор как присоединился к ней, мужчина улыбнулся. – Как его зовут?
– Рамос Серванс.
Йен застыл, а его глаза сузились. Она раньше никогда не видела его таким ошеломленным, как сейчас.
– Серванс? – Он быстро пришел в себя, прервавшись, чтобы сделать глубокий вдох. – Держись от него подальше, Сара.
– Что?
– Доверься мне на этот раз, голубушка. Тебе стоит избегать этого человека. И его, и его брата. – Йен опустошил бокал и поставил на поднос проходившего мимо официанта.
– Не знала, что ты его знаешь. – Враждебность Йена была столь неожиданной, что женщина не знала, как на это реагировать.
Йен покачал головой:
– Я еще не встречался ни с тем, ни с другим. Хотя слышал о них.
– Что ж, Рамос показался мне довольно милым. Может, тебе стоит все же найти время и познакомиться с ними, прежде чем предупреждать других людей держаться от них подальше.
Он схватил Сару за руку и улыбнулся. Забрав у нее бокал, поставил его на поднос другого официанта и повел женщину в сторону, где звучала музыка.
– О, не бойся, Сара, я обязательно встречусь с ними обоими.
Они пробирались мимо гостей к противоположному концу зала, где несколько пар уже двигались в чарующем ритме под медленную мелодию. Йен ступил в поток танцующих пар, увлекая ее за собой.
Сара остановилась и покачала головой.
– Я действительно плохо танцую, Йен. Не думаю, что у меня получится. – Она просто не в состоянии сделать это. Не здесь. Не на глазах у собравшихся здесь посторонних людей.
– Ох, Сара. Подойди ко мне, дорогая. Закрой глаза и расслабься, – пробормотал мужчина, привлекая Сару ближе и обнимая. – Ты же сенсор, голубушка. Раскройся. Почувствуй музыку.
Ее руки скользнули вокруг него, словно жили собственной жизнью. Под ее пальцами мышцы его спины напряглись и тут же расслабились. Тело Йена начало двигаться в ритме с музыкой и ее собственное, прижатое к нему, качнулось в ответном движении. Не успев подумать, как хорошо рядом с ним, она уже танцевала.
Сара закрыла глаза и растворилась в Йене, полностью потеряв счет времени. Музыка плыла, одна мелодия сменяла другую без остановки. Это было не важно. Ничто не имело значения. Чувственное сочетание легкой музыки и твердого тела Йена напоминало теплый мед, медленно растекавшийся по ее чувствам. Ей просто хотелось, чтобы это не кончалось.
Йен неожиданно застыл и, повернувшись, слегка отстранился от нее. Сара открыла глаза и обнаружила стоявшего возле них Рамоса Серванса.
– Я пришел, чтобы потребовать обещанный мне танец, мисс Дуглас. – Он протянул руку.
Глаза Йена угрожающе засверкали, а объятия стали крепче.
Сара быстро заморгала, пытаясь избавиться от сенсорной перегрузки.
– Не думаю, что вы двое встречались, Йен. Это Рамос Серванс. Рамос. Это Йен МакКаллоу. – Переводя взгляд с одного мужчины на другого, Сара отметила, что никто из них не протянул руки для пожатия.
На самом деле, каким бы невероятным это ни казалось, у нее возникло ощущение, будто в тот момент два воина оценивали друг друга, приготовившись к сражению на поле боя.
– Виски. Неразбавленный. И постоянно обновляй.
Йен опустошил бокал и со стуком поставил его на стойку, жестом попросив бармена повторить.
– Какая удача, что благодаря крови Фейри у тебя иммунитет к спиртным напиткам.
– Я в курсе, Дэнни. Не уверен, но сейчас скорее предпочел бы этого иммунитета не иметь.
Даниэль стоял возле Йена, и оба наблюдали за танцевальной площадкой.
– Если тебя это как-то утешит, мой друг, похоже, что с тобой ей нравилось танцевать больше, чем с ним.
Йен фыркнул:
– Небольшое утешение, учитывая, как он ее обнимает. Сомневаюсь, что между ними можно втиснуть лист бумаги.
– Втиснуть лист?.. – Даниэль похлопал его по спине. – Черт, Йен. Когда вы танцевали, окажись поблизости лист бумаги, он бы загорелся. – Когда же Йен лишь молча бросил на него взгляд, мужчина продолжил: – Да, сэр, загорелся. Причем сгорел бы дотла. А сейчас ты пытаешься испепелить их взглядом.
– Что, так заметно? – Йен опустил голову и робко улыбнулся.
Даниэль какое-то мгновение изучающе смотрел на него и затем ответил:
– За все годы, проведенные вместе, не помню, чтобы когда-либо видел тебя таким.
Йен пожал плечами. Знал бы Дэнни, насколько это мягко сказано. Мужчина еще сам не понимал своих чувств, но гнев, конечно, распознал. Наблюдая за танцующей парой, Йен чувствовал, как он течет в нем, словно кровь по венам, пульсируя и нарастая с каждым вдохом. С каждым движением руки Рамоса на спине Сары.
Женщина была словно золотое видение – от волос до туфелек. Только глаза составляли контраст. Изумруды в обрамлении золота, поправил он себя. Бесподобно.
Едва увидев платье в магазине, Йен знал, что оно просто создано для Сары. Такого же цвета, как ее волосы. Настаивая на покупке, он желал только посмотреть, как она будет выглядеть в нем. Теперь же мужчина мог думать лишь о том, как снимет его с Сары, как шелк соскользнет вниз, образуя лужицу у ее ног.
– А вот и он. Уже приехал.
Даниэль двинул Йена локтем по ребрам, и тот тут же очнулся от созерцания женщины на танцплощадке.
– Что? Кто приехал?
– Серванс.
– Я же слежу за Сервансом.
Как он обнимает мою Сару.
Откуда взялись такие мысли?
– Нет. Это только его брат, Рамос. К СГН он не имеет никакого отношения. Я уже говорил тебе об этом. Рамос не может быть связующим звеном. – Даниэль бросил испепеляющий взгляд в его сторону. – Встряхнись, старина. Вернись мыслями к работе. Вон там, у двери. Посмотри на него.
Высокий блондин в безупречно-белом смокинге от Армани стоял у входа в танцевальный зал, одну руку аккуратно засунув в передний карман. Йен узнал марку одежды – на нем был такой же, хотя слишком хороший вкус не позволил ему одеться в белое на такое мероприятие или позировать, как модель на подиуме.
Дэнни был прав.
Пусть Йен и полукровка, но каплю чистой крови сможет узнать где угодно. И готов спорить с кем угодно из своего поместья, что стоящий в дверях мужчина был чистокровным Фейри. Он узнает наверняка, когда подойдет ближе.
Йен заметил, как гость оглядел толпу с надменным высокомерием короля, смотрящего на крестьян; его глаза неожиданно натолкнулись на что-то или, по всей вероятности, на кого-то.
Проследив за его взглядом, Йен увидел пару на танцплощадке. Рамос заметил брата и теперь направлялся к нему, подталкивая Сару рукой в спину. Именно их высматривал Рейнард и теперь с довольным видом двигался в нужном направлении.
Йен срезал угол через толпу, намереваясь их перехватить, Даниэль следовал за ним по пятам.
– Что ты собираешься делать? – Дэнни протиснулся мимо пожилой пары, улыбнувшись им в качестве извинения.
– Пока не уверен. Но точно знаю, чего делать не стану. Я не позволю этому Фейри провести сколько-нибудь времени наедине с Сарой. Без понятия, что он может ей сказать или сделать. Или более того, как его присутствие может на нее повлиять.
Йен мысленно поблагодарил энергичную продавщицу, жаждущую дополнительной выручки, которая предложила перчатки к платью.
– По крайней мере, она касается его через перчатки, – пробормотал он, проталкиваясь мимо девушки, которая, казалось, была не прочь добиться его внимания.
– Возможно, ей стоит это сделать без них.
Замечание Даниэля заставило Йена остановиться.
– Что ты сказал?
– Ты же так уверен, что они хотят использовать Сару против нас. Вероятно, она может стать нашим ключом, чтобы их изучить. Чтобы подтвердить сущность Серванса и его планы.
– Я не стану так поступать с Сарой. – Йен снова двинулся вперед. – Она заслуживает лучшей участи, чем быть использованной кем-нибудь из нас. Она женщина, а не оружие.
– Подумай об этом. Это все, что я хотел сказать.
– Нет. И это все, что я хотел сказать. – Он поспешил вперед, оставив Даниэля позади.
– Йен, – пробормотала Сара и улыбнулась, когда мужчина протянул руку, коснулся ее плеча и потянул от Рамоса.
Неожиданно он ощутил облегчение, когда Сара обняла его рукой за талию. Йен притянул ее ближе и, крепко прижав к себе, коснулся губами волос, вдыхая ее аромат. Он поднял глаза и встретил взгляд пары зеленых глаз, пристально наблюдавших за каждым его движением.
Первым заговорил Рейнард:
– Рамос, ты должен представить мне свою милую подругу и ее спутника. – Он приблизился к Саре, поймал ее руку и поднес к губам.
– Сара Дуглас, это мой... брат. Рейнард Серванс.
Как интересно.
Глаза Йена задумчиво сузились. Пауза была небольшой, но от него не ускользнула. Была очень похожа на ту, что делал он сам, когда приходилось представлять Генри как своего дядю.
– Enchanté[1], мадмуазель. – Рейнард снова поцеловал ей руку.
– Вы... – Сара замолчала, склонила голову на бок и сузила глаза, поглядев на одного, а потом на другого брата. – Вы француз?
– Нет, моя прекрасная леди. Мой дом в настоящее время в Швейцарии. Просто я обнаружил, что французский наиболее культурный язык, изобретенный человечеством. Без сомнения, только он подходит для общения при встрече с такой красивой женщиной, как вы.
– Что ж, спасибо. – Сара повернулась к брату, который представил их друг другу. – Вижу, у вас это семейное.
Он удостоил ее улыбки и легкого кивка.
– А вы производите впечатление настоящего англичанина.
– Хотя наше семейное поместье и в Швейцарии, Рамос жил в Лондоне с тех пор как окончил школу много лет назад. – Рейнард отпустил ее руку и повернулся к Йену. – А это должно быть?..
– Йен МакКаллоу, – представился Йен, не предлагая ему руки и не называя титула. Ни в том, ни в другом не было необходимости.
Рейнард тоже не предложил рукопожатия, вместо этого он сцепил руки в замок у себя за спиной.
– Я о вас слышал, – пробормотал он.
– Хорошо.
Игра оказалась лишь едва прикрыта. Как и должно было быть. Теперь Йен понял, почему имя вызвало в нем такой отклик. Услышав про дом в Швейцарии, он сумел собрать воедино детали головоломки. В своих исследованиях он с этим сталкивался. Саре не было нужды подтверждать сущность этого человека. Их поиск завершен.
– Рейнард Серванс. Добро пожаловать в наш дом.
Даниэль в сопровождении Нессы улучил момент, чтобы присоединится к группе. И снова последовали представления; хозяин дома жестом подозвал официанта и предложил всем шампанского.
– Тост. – Даниэль поднял свой бокал. – За успешный год сбора средств и да будут накормлены все нуждающиеся.
Все подняли бокалы, сомкнув их в середине небольшого круга. Полный бокал Даниэля наклонился, и пенящаяся жидкость пролилась Саре на руку.
– Ох, ну надо же, Сара. Я чувствую себя по-идиотски. Мне очень жаль. – Даниэль оглянулся, кивнул официанту.
Рамос вытащил из кармана носовой платок и вытер Саре руку, впитав им большую часть шампанского.
– Нет, нет. Все нормально. Вот. – Она с улыбкой оттолкнула влажный платок. – Что ж, полагаю, вы не захотите снова положить его в карман. Но спасибо за попытку помочь.
Рамос пожал плечами и бросил влажный льняной квадратик на поднос официанта.
– Мне так неудобно из-за случившегося. – Даниэль потянулся к Саре. – Давайте я помогу вам снять мокрую перчатку.
Йен покосился на друга. Если бы лицо Дэнни не приобрело непривычный розовый оттенок, он бы подумал, что друг сделал это нарочно.
– Одна из служанок прополощет ее, – добавила Несса.
– Ох, пожалуйста, не нужно никого беспокоить. Все в порядке, правда, – ответила Сара, снимая прилипший мокрый материал с кожи. Когда перчатка была снята, она вытянула руки и, смеясь, посмотрела на них. – Возможно, нося лишь одну перчатку, я стану законодателем новой моды.
Прежде чем она опустила руки, Рейнард вытащил из кармана носовой платок и приложил к оставшимся капелькам жидкости. Сара вскинула голову и стала отступать назад, но мужчина поймал ее за руку, продолжая вытирать мокрую кожу.
Ощутив прикосновение, Сара стала задыхаться. Йен повернулся к ней и увидел расширившиеся от потрясения глаза и приоткрытый, словно застывший в немом крике, рот. Затем она потеряла сознание.
Йен успел подхватить ее, прежде чем она упала.
Мрак. Щупальца зла, кружась, поднимались из покрывавшей все вокруг вязкой смолы. Холод окутывал ее пальцы, скользил вверх по рукам и достиг лица. И стал душить.
– Нет. – Раздавшийся в голове пронзительный крик был только вздохом, сорвавшимся с губ, но его хватило, чтобы ее разбудить. Хватило, чтобы спасти ее от грозившего поглотить зловещего ужаса.
Сара открыла глаза, не понимая, где находится. Тотчас на нее нахлынула боль. Она поморгала, стремясь собрать воедино мельтешившие обрывки картинок и остановить удары маленьких острых молоточков по обратной стороне глазных яблок. Голова пульсировала, пока Сара не сдалась и не закрыла глаза. Лежать и дышать – лучшее, что ей сейчас оставалось.
Но закрыв глаза, она не обрела покоя. Зло поджидало ее и там. Хотя и отступило, но все еще продолжало корчиться вдали, и Сара знала, что оно, несомненно, снова за ней придет.
Постепенно в ее сознание проник тихий сердитый шепот. Она старалась замедлить свое хриплое дыхание и прислушаться, надеясь, что один из говоривших сможет ее спасти.
– Разве я не говорил тебе, что ей опасно касаться этого мерзкого существа? О чем ты думал, подстроив все это, особенно когда знал, что я чувствовал?
Это был Йен? Из-за всего этого грохота в голове Сара не была до конца уверена.
– Мы должны увидеть, что будет дальше. Теперь у нас есть все подтверждения, которые мы искали. – Последовала долгая пауза, затем голос зазвучал спокойнее: – Сомневаюсь, что ты ясно мыслишь в этой ситуации. Если бы положение изменилось, ты бы сделал то же самое. Ты знаешь это.
Даниэль? Чем Даниэль так разозлил Йена? Если бы она могла сосредоточиться. Но чернота продолжала расти и расползаться из уголка ее разума, приближаясь все ближе, отвлекая ее.
– Нет. Вот, что я знаю. Завтра утром я посажу Сару в машину и покину это место. Ты с ними разберешься. С меня хватит. Я возвращаюсь в Сисл-даун, буду гнать машину и не остановлюсь до тех пор, пока не пересеку воды, за которыми, как мне известно, она будет в безопасности.
– Йен, будь благоразумен. Ты не можешь...
– Впервые с того момента, как мы все это начали, я благоразумен. Я никогда не должен был привозить ее сюда. Я уже все решил.
– Даллин будет недоволен.
– Даллин пусть катится к черту, мне нет до этого дела. Я закончил с этим. Со всем этим.
Хлопнула дверь, и стук отдался гулом у нее в голове, побуждая угрожающую ей ужасную мутную жижу продвинуться вперед.
Сара попыталась приподняться. Почти сразу же на ее плечах оказались руки, мягко заставляя ее снова лечь. Руки соскользнули с плеч, пальцы едва ощутимо коснулись лица.
Утешение, беспокойство, страх, забота. Все эти чувства одновременно кружились, обволакивая ее защитным коконом, укрывая теплом, оттесняя зло.
Йен.
Она потянулась и поймала его руку, прижав ее к своей щеке.
– Теперь отдыхай, голубушка. – Свободной рукой он провел по ее волосам – Здесь ты в безопасности. Я позабочусь об этом.
– Что произошло? – Его прикосновение придало ей сил, и вернуло голос. Сара открыла глаза.
– Думаю, этот вопрос я должен задать тебе. – Его нежная улыбка согрела ее.
На этот раз, когда она приподнялась, чтобы сесть, Йен помог ей.
– Я не уверена. Я помню, как сняла перчатку, и затем Рейнард начал вытирать мне руку... – Сара замолчала, когда память полностью к ней вернулась.
Чистое зло. Худшее из того, что она когда-либо знала. Худшее из того, что она когда-либо представляла. Все это зло исходило от Рейнарда.
Сара не до конца понимала, как именно, но Йен увидел это на ее лице, или, может, почувствовал. Женщину это не волновало. Его сильные руки обхватили ее, притягивая ближе.
– Я никогда в своей жизни не чувствовала такого зла. – Сара отодвинулась от него, чтобы взглянуть в лицо. – Это было ужасно, Йен. Его прикосновение... – Как ей заставить Йена понять свои ощущения? – Я все еще чувствую это на моей коже. Я вижу зло, действительно вижу, каждый раз, когда закрываю глаза. Ужасный черный извивающийся омут зла.
Не говоря ни слова, он опустил ее голову себе на плечо и легонько погладил по спине, прижимал ближе, отгоняя ужас прочь.
Сара подняла глаза и посмотрела на стеклянные двери, за которыми лежали непроницаемые тени. Она задрожала всем телом. Те же двери, за которыми вчера вечером маячило ужасное ухмыляющееся лицо.
– Ляг и попытайся больше ни о чем не думать. Мы поговорим позже, когда ты отдохнешь и почувствуешь себя лучше.
– Я не могу здесь расслабиться, Йен. Только не возле этих дверей. Не тогда, когда я продолжаю думать, что в любой момент тот человек снова может оказаться здесь. Наблюдать.
Казалось, мужчина понял ее страхи и, хотя уверял ее, что преследователь сегодня после полудня уехал, что об этом не стоит беспокоиться, не стал с ней больше спорить.
Вместо этого Йен встал, поднял Сару на руки и отнес ее вверх по лестнице так, словно она ничего не весила. Осторожно положил ее на кровать и поцеловал в лоб.
– Хороших снов, голубушка. Я буду внизу, если тебе понадоблюсь.
Внизу? Он собирается оставить ее в одиночестве? Сара не сможет сама противостоять тьме. Она отступала только тогда, когда он был рядом.
– Нет.
Йен остановился, держа руку на дверной ручке, и повернулся, вопросительно глядя на женщину.
– Пожалуйста, не оставляй меня одну.
Сделав глубокий вдох, он подошел к Саре и сел возле нее на кровать.
– Хорошо. Подготовься ко сну, а затем спускайся ко мне. Я собираюсь перепроверить все двери, так что тебе нечего беспокоиться. Согласна?
Сара кивнула и, когда Йен встал и вышел из комнаты, быстро слезла с кровати.
Она вполне ценила свою независимость, но в эту минуту могла сделать что угодно, даже смиренно следовать указаниям, лишь бы не оставаться ночью в одиночестве.
Включив в ванной комнате свет, она с отвращением отметила необычную бледность и темные круги под глазами. Страх, безусловно, не пошел на пользу ее внешности.
Выскользнув из вечернего платья, Сара покачала головой. Включив горячую воду до отказа, намылила руку и стала тереть ее до тех пор, пока та не покраснела.
Возможно, стоит сдаться и пораньше вернуться домой. Благодаря этой поездке писательница надеялась преодолеть творческий кризис, но так и не смогла этого сделать. Здесь, так же как и дома, она не сумела подобрать слов, чтобы выплеснуть их на бумагу. Не достигла ничего, кроме глупого испуга. По крайней мере, в Денвере она не испытывала ничего похожего на события сегодняшнего вечера. И конечно, в Денвере не было никого похожего на Йена.
– Йен?
С лестницы послышался тихий голос Сары, и Йен посмотрел вверх. Она ждала на лестничной площадке, как ребенок, которому слишком страшно ложиться спать.
Ребенок с лицом и телом феи-соблазнительницы.
Он подумал о ее коже, едва прикрытой короткими шортиками и футболкой. О ее взъерошенных локонах, молящих о его прикосновении. О ее губах...
