Текст книги "Жених до гроба (СИ)"
Автор книги: Майя Сотис
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
А может, дело в том, что сейчас с нами не было Россы. Я подумала, что действие алкогольного амулета запросто может закончиться одновременно с окончанием сна, но говорить об этом хоть кому-то было уже поздно.
Открылся портал, и мы слаженно шагнули в него.
– Почему сюда⁈ – ошарашенно спросила я, оглядывая свою бывшую темницу.
– Ну, предполагается, что портал в подобные места нужен для чрезвычайных происшествий, – смущённо пояснил Флин. – Для официальных встреч я должен пребывать на пегасе или драконе. Ну или хотя бы в карете.
– Понятно, – я вздохнула. – Повезло, что я уже отсюда выбиралась.
– Так это тут тебя держал Звояр, Иссабелия? – удивился Даррен. Ах да, он же был не в курсе подробностей! – Ополоумевший старик! Ты могла простудиться!
– Это не самое худшее, – буркнула Софи.
Конечно же, Флин тотчас попросил рассказать ему эту историю. Мы лезли через мою тайную дыру и винный погреб, потом перекусили в погребе и наконец выбрались к спящему в своём кабинете ректору. Здесь я и предложила подождать, пока управляющая с помощью книги Клементина не найдёт нас. Лазить по всему университету мне совсем не хотелось.
Чем больше Флин слушал, тем больше мрачнел.
– Мне дед уже говорил, что его пытались убить некромант и его дочь, – пояснил он. – Но я непозволительно долго тянул с поисками в университете, надеясь, что предатель со стороны.
– Какой ещё предатель? – раздался хриплый голос за моей спиной, отчего я подпрыгнула на месте и едва не повисала на Даррене.
Глава 17
Проще сказать, чем сделать
'Долги – то немногое, что объединяет всех разумных.
Порой долг заставляет совершать совершенно ужасные вещи.
Ужасные для того, кто их совершает.
А не для тех, во имя кого этот долг'.
Ифигения Астаросская.
«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки».
Я чудом не заорала от этого внезапного голоса, но от позорных воплей меня спас Даррен.
– Уважаемый ректор Зиний! – обрадовался он. – Прекрасно, что вы очнулись. Как себя чувствуете, голова не болит?
Ректор коснулся головы, задумчиво поднял глаза к потолку, а потом рявкнул:
– Да бесы с моей головой, не заговаривайте мне зубы, ассистент Гастион! Какой ещё предатель⁈
– Кх-кх, – кашлянул мой брат. Он стоял чуть дальше, поэтому сразу ректор его не разглядел.
– Ваше Величество! – от неожиданности ректор сел на свой стол, а потом, вместо того чтобы просто поклониться, бухнулся на колени. – Простите, не заметил вас. Что случилось, пока я прилёг отдохнуть? Я не должен был, но сейчас каникулы…
– Господин ректор, вас отравил Юлий Звояр, и вы спали минимум неделю, – вклинилась в разговор я. А то они могут так долго выплясывать! Я эти важные встречи знаю! – А сейчас университет осаждает армия мертвецов под предводительством декана Карьера. Понятия не имею, почему они ещё не тут!
– Иссабелия! – ахнул ректор. – Ты опять с Софи варила какую-то ядовитую дрянь в своей комнате⁈ Хотя вас обеих вообще не должно быть в университете! Да я только надеялся отдохнуть от того, что вы устраиваете!
– Попрошу разговаривать вежливее с королевой и её подругой, – ехидно заметил Викуэль. – Вообще-то, Иссабелия у нас никакая не Астаросская, а очень даже Интийская!
– Да мне-то что, – буркнул ректор. – Пока она моя студентка и спрос будет как со студентки! И помощь как студентке!
– Ваша студентка собирается одна идти к личу, чтобы его поцеловать, – с очень серьёзным лицом произнёс Флин.
Мне кажется, он хотел подловить ректора, но не на того напал! Мне кажется, ректорами вообще становятся люди с чрезмерным… с чрезмерно въедливым к этому делу отношением.
– Что⁈ – свистящим шёпотом произнёс ректор и проворно вскочил на ноги. – Не пущу! Никаких личей до защиты дипломов! И… и никаких поцелуев на территории университета! Распустились! Об учёбе надо думать, а не о мальчиках!
Я честно пыталась сохранять соответствующее моменту лицо, но на словах «мальчиках» не выдержала и прыснула от смеха. За эти каникулы со мной чего только не приключалось, только брачных браслетов на руке побывало два штуки! А как насчёт кронпринца вампиров или чокнутого Инея⁈
– Мне придётся, господин ректор, – я снова попыталась сделать серьёзное лицо, но никак не получалось. – Больше некому.
– Некому? – взвился ректор. – Глупости! Мы ежегодно выпускаем умников с дипломами! Они могут и на такое неинтеллектуальное дело, как целование, личей пойти! А студенткам нужно учиться!
Мои спутники тревожно переглянулись. Они не ожидали от ректора такой прыти. А времени у нас совсем не оставалось. Я бы, конечно, поглядела, как с этим справится король, когда ректору даже он не указ, если речь идёт о студентах. Зиний так раздухарился, что совсем позабыл, как бухался на колени. Слишком много спал, похоже, и энергия теперь била ключом! Он готов был драться со всеми, полагаю, что и личом тоже, но это уже не могла позволить я. Тут и без того многовато призраков ректоров. Кстати, где все призраки? Не может быть, чтобы я их не видела!
– Господин ректор, – я тронула его за рукав. – Простите, но сейчас каникулы.
– И что? – агрессивно спросил он.
– И я ещё не оплатила следующий семестр, – я пожала плечами. – Формально я сейчас не студентка.
Кажется, это было слишком сложно для него, он уставился в стену и замолчал.
– Господин ректор? – осторожно окликнула я его. – Вы согласны со мной?
– Почему стена становится похожей на хрусталь⁈ – выпалил в ответ ректор. – Я проспал так долго, что личи сначала изменяют замки под свои нужды, а потом захватывают?
– Бриен, – простонала я. – Это он! Похоже, его заело на алмазах!
Дверь распахнулась, когда я только начала говорить, и в кабинет ректора ввалились Бриен и Клементина.
– Вы все вернулись! – обрадовался Бриен. – Даррен!
– Даррен! – пискнула и обрадованная Клементина. – Бриен, мы дождались помощи, не сдали университет!
– Это кто? – сварливо спросил ректор, а потом махнул рукой. – Пожалуйста, предоставьте мне отчёт в письменном виде.
От взмаха руки спрятанная между его пальцев бумажка наконец отвалилась и упала на пол. Ректор успел первым.
Выпрямившись, он развернул бумажку и вслух прочитал:
– «Вас усыпили зельем. Звояр – злодей», – он посмотрел на меня. – Иссабелия!
При этом он так дёрнул головой, что выпала та записка, которая была спрятана за ухом. Он раскрыл и её.
– Так, – взгляд его посуровел. – Со всех, кроме Его Величества, письменный отчёт о произошедшем за время моего отсутствия.
Он ткнул пальцем в Бриена и Клементину.
– Вас я не знаю, но это не освобождает от написания отчёта, – произнёс он. – Иссабелия может написать отчёт после своих манипуляций с личом, раз уж ей так это хочется.
– Даррен, ты жив! – снова отмер Бриен.
– И тебе привет, бывший жених, – буркнула я. – «Как я по тебе скучал, Белка. Рад, что с тобой всё в порядке, Белка».
– М-м, прости, Белка! – Бриен снизошёл до того, чтобы сделать виноватое лицо. – Когда мой браслет вернулся ко мне, я действительно очень испугался, что ты умерла. Но Клементина мне всё объяснила.
Он заметно покраснел, так что сразу было ясно, чего наобъясняла Клементина.
– О, она большой знаток, – кивнула я. – Один раз меня убила и считает, что точно знает, когда я умру.
– Я уже извинилась, сколько можно! – Клементина вот виноватой совершенно не выглядела. – К тому же я ведь правильно сказала!
– Так, вы двое – первыми писать отчёт, – распорядился ректор. – И что это с замком? Я ещё не весь могу почувствовать, но внешние стены точно все из этого прозрачного материала.
– Бриен, что непонятного в «свои особенности нужно скрывать»? – раздражённо спросила я. – Или я это только подумать успела, а тебе не сказала?
– Так это и есть Бриен Гастион – мой новый советник по связи с инквизицией? – перебил меня брат. – И бывший жених моей дорогой сестры Иссабелии?
Бриен и Клементина, пропустившие моё первое представление как королевы, одновременно открыли рты.
– Сестра короля? – зачарованно спросила Клементина.
– Строго говоря, королева. Полагаю, что ещё некоронованная, но королева, – затараторил Бриен. – Принцесса Интийская пропала пятнадцать лет назад. По некоторым версиям, она была убита отцом, Флином Первым, так как являлась главной претенденткой на престол, ведь Интийские передают престол по женской линии!
– Великолепно! – восхитился брат. – Ты совершенно прав, Бриен. Превосходные знания. Не жалеешь, что твоего браслета нет на руке моей сестры? Я думаю, у тебя есть шанс повторить этот подвиг.
Мы с Бриеном одновременно подняли глаза друг на друга. Я знала, что Бриен хорошая партия. Он смешной и отважный. Из хорошей семьи. Мы уже целовались, и это было неплохо. Выйдя за него, я отомщу сразу и Даррену, и Клементине, но… не отомщу ли я непонятно за что ещё и нам с Бриеном?
Он ведь правда любит Клементину. Не как Даррен меня – стоило увидеть Россу, как тотчас забыл про все слова! А по-настоящему.
А я? Разве смогу я бывать в доме Гастионов после того, как выйду за Бриена? Видеть Даррена и никогда больше не иметь никакого шанса коснуться его?
Нет, уж если кому-то и нести эту тяжесть, то Даррену. Вот женится на Россе и пусть мучается сам, что больше никогда меня не увидит! И я очень осторожно качнула головой. Достаточно, чтобы увидел Бриен.
– Спасибо, Ваше Величество, – склонил голову Бриен, пряча облегчение в глазах. – Но мы с Иссабелией поторопились заключить помолвку. Я буду для неё верным другом. Не более.
Кто-то ещё с облегчением выдохнул, но Даррен или Клементина – я не поняла.
– Вам не кажется, что сейчас важнее остановить лича? – спросила я. – Вы тут пока разбирайтесь, а я пойду.
Я покрепче сжала лопату и вышла из кабинета ректора.
В коридоре всё было ещё хуже, чем я себе представляла. Бриен чудом не дошёл до подвалов, включая погреб, но все коридоры были алмазные. Такой толстый алмаз не полностью просвечивал, но красиво переливался гранями.
В коридорах стало светлее и из-за этого несколько пугающе. Я подумала, что проверю потом, дошёл ли он до личных комнат и, если дошёл, заставлю всё исправлять. Если выживу, конечно. Когда я наконец спустилась к воротам, в глазах уже рябило от блеска.
Замок заметно тряхнуло. Я было подумала на лича, а потом вспомнила, что уже ощущала такой толчок однажды. В тот день в университет порталом прибыла большая королевская делегация. Без самого короля, и теперь я знала почему – король должен появляться так, чтобы его можно было встретить!
Одним словом, если я правильно понимаю, в университет прибыло множество людей. Надеюсь, это наши друзья, а не враги. Впрочем, если в таком случае Бриен сделает из них один большой алмаз, я ему даже слова не скажу.
А у меня своя битва. Что это именно битва, я поняла, когда увидела первый ряд мертвецов, заключённых в алмазы. Сторож будет очень недоволен! Эти же люди не виноваты, что лич выбрал их идти в первом ряду! Может, они были самыми хилыми при жизни?
Впрочем, это хорошая мотивация заняться бегом или тяганием тяжестей при жизни!
За этим нагромождением кубов с мертвецами и скелетами уныло толпились остальные мертвецы, которых не достала карающая длань совсем обалдевшего от своих умений Бриена. Они просто топтались на одном месте, ведь уходить им приказа не было, а спать или есть им не нужно.
Я прикинула, что обойти их не удастся, звать же Каньера ко мне совершенно точно не выйдет. Судя по всему, Каньер где-то у самых главных усыпальниц, в которых похоронены профессора. Считается, что поднимать их – дурной тон, поэтому их склепы плотно закрыты, а сверху усыпальниц насыпано земли столько, что получился холм. Уверена, Каньер наблюдает за всем оттуда и подойти к нему будет непросто.
Я оглянулась на замок. Наблюдают ли они за мной или заняты приёмом гостей? Лучше бы я подольше поговорила с Веснем, это было бы полезнее всего! А сейчас я даже не знала, что мне делать!
– Белка, ты жива! – раздалось рядом, и я выдохнула, радуясь, что не замахнулась лопатой.
– Кайса, кто так подкрадывается! – деланно возмутилась я.
– Прости, – повинилась подружка. – Когда Клементина подло убила тебя, мы очень испугались!
– За себя говори, – из-за ближайшего куба выплыла эйри. – Я рада, что ты не померла. Не теряю надежды лично тебя прикончить.
– Хорошо, что сейчас уже всё позади! – не меняя интонации, произнесла Кайса. – Всё на месте!
– Да, хорошо, – я снова вздрогнула от неприятных воспоминаний. – Но давай я тебе расскажу всё позже! Мне нужно пройти к Каньеру.
– Ах, дорогая моя Лисонька, – а вот и Асколь Грайд. По нему я скучала почти как по Кайсе. – Тебе не стоит идти туда. Эти мертвецы непочтительны к живым людям. Исцарапают, искусают, порвут красивое платье!
– Платье и впрямь невероятное, – подтвердила и Кайса, с любопытством разглядывая мой наряд. – Где ты его взяла? Только не говори, что раскопала свежую могилу какой-нибудь придворной!
Я хихикнула.
– Почти, – и повернулась к ректору. – Господин Грайд, вы ведь были правы. Я и впрямь родственница вашей Лисаветы. Я родная сестра короля Флина Второго!
Что тут началось! Мне стоило перенести эту новость на попозже, определённо. Асколь пищал как девочка от восторга, Кайса верещала, эйри злобно ругалась. Что не нравилось эйри, я так и не поняла, но Кайса и ректор оказались категорически против моего похода к личу.
– Каньер совершенно сошёл с ума, – вещал ректор. – Теперь он ищет способ пройти сразу в столицу и взять её, но уверен, что место прямого перехода есть на территории замка. Как я его не увещал, что замок строил он сам, он ни в какую не верит! Не может на территории университета быть такого места, чтобы раз – и перешёл в столицу! Порталы – да. Но они все короткого действия.
– А он настойчиво продолжает твердить, что ты как-то перешла из столицы сюда за короткий промежуток времени! – добавила Кайса.
Я прикусила язык. Не стоит никому знать про возможности сторожки. И уж точно не стоит об этом знать Каньеру. Не раньше, чем я его поцелую.
– Не королевское это дело – от мертвецов лопатой отбиваться, – продолжал увещать меня ректор. – Пусть сначала тебе расчистят дорогу сильные стихийные маги, потом выложат ковром, и уж тогда ступай куда хочешь!
Стихийные маги! Ну конечно! Да, с Веснем было бы проще, но я помнила, как проверяют магию на склонность к стихиям. Просят призвать по очереди каждую – если откликнется какая, вот такой ты и маг. У меня не откликалась ни одна. Но это было до удара молнией!
Я подумала, из чего состоит шторм? Точно воздух. Ветер. Капли воды? Однозначно. Вспомнила треск молнии – огонь. И пыль, которая поднималась вместе с воронкой смерча. Ох. Кажется, я поняла. Так вот почему штормовые ведьмы под запретом! Они просто-напросто владеют всеми четырьмя стихиями!
Похоже, мне стоит изменить законы, едва я взойду на престол. А то излишне ретивые подданные могут лишить меня головы, если с этим раньше не справятся мертвецы Каньера или он сам.
Тем не менее я вспомнила это чувство, когда ты пытаешься призвать стихию. Помнила я и разочарование, когда стихия не приходила. Но сейчас мне не стоило даже думать об этом. От моей удачи зависело не только, пройду ли я к Каньеру – это как раз ерунда. Я и лопатой поработать могу, да и платья мне жалко не было. Но вот если я выдам себя как штормовую ведьму, за мной начнётся охота, будь я хоть сто раз медиумом и королевой!
Надо же, мы тратили столько времени в поисках разных рецептов могущества, а он оказался так прост! Всего лишь нужно в грозу оказаться распятой на камне, и чтобы в тебя ударила молния. Если выжил – поздравляю, ты теперь стал круче. По крайней мере, я надеюсь, что мне никто не испортит моё новенькое могущество своими грязными лапами!
Точно, от Клементины и на всякий случай от Россы лучше в дальнейшем держаться подальше.
В общем, так я себя и настраивала на то, что это самое дальнейшее будет, а сам подтягивала стихии, да так, чтобы они были вроде как снаружи меня, но чуточку внутри. Мне хотелось, чтобы смерч был вокруг меня, но такой аккуратный – издалека его никто разглядеть не должен!
Кажется, у меня получилось. По рукам прошла дрожь, мельчайшие волоски встали дыбом. Волосам сделалось мокро и горячо, а вокруг платья отчётливо начал подниматься смерч. Я могла коснуться его рукой, а вот Клема с жалобным кваком, больше похожим на писк, забрался поглубже в вырез платья. Неужели и впрямь получился у меня такой смерч, какой я хотела?
Чтобы проверить, мне пришлось перелезть через алмазные кубы с мертвецами и прыгнуть прямо в гущу тех, что бессмысленно бродили за преградой. Я приготовилась отражать удары и даже лопату взяла поудобнее, но мертвецы шарахались от меня и моего вихря. Жаль только, что сил этот вихрь тоже брал много. А я всё-таки была мелковата для сосредоточия большого могущества.
Если коротко – все мои планы стать великой избранной и всех победить немного стухли. По-настоящему невероятные вещи я могу творить… но очень недолго. Секунд пятнадцать от силы. Я всё чаще поглядывала на пригорок, чтобы убедиться, что дойду я до него уже скоро. Шагов двадцать осталось. Может, тридцать.
Уже и Каньер был виден невооружённым глазом.
Он всё так же был местами белёсым от приставшего гипса. Ему бы почиститься, сменить свой драный камзол с опарышами на что-то помпезное, раз он собрался завоёвывать королевство. Но когда бы эти личи задумывались о действительно серьёзном!
Тем временем Каньер заметил меня. Я это поняла по тому, что мертвецы вдруг расступились, позволяя мне беспрепятственно идти вперёд. От этого мне почему-то хотелось идти куда меньше.
– Он убьёт тебя и вырвет твоё сердце, – шепнула эйри с одной стороны.
– Да вовсе и нет, вовсе и не вырвет, – нервно возразила ей Кайса. Насчёт того, что он меня не убьёт, она так уверена не была.
Глава 18
Белка снова целует Каньера
'Поцелуи могут очень ранить.
Важно помнить и об этом виде пытки.
Больше всего ранит поцелуй,
подаренный любимым человеком или существом не тебе'.
Иссабелия (больше не) Астаросская
«Здесь будет название трактата, если он будет написан».
– Иссабелия Астаросская! – крикнул Каньер издалека. Похоже и впрямь изголодался по общению. Мне даже показалось, что он мне рад. Впрочем, горящие холодным белым светом глаза подсказывали, что нет, он не рад. Его не осчастливит даже принесённая корона на блюдечке, потому что ему нужно получить весь мир и ни пядью меньше.
Смешно, но именно я и могла ему предоставить корону на блюдечке. Хотя рассказывать ему это всё равно не стоило.
– Не говори, что ты не Астаросская, – встревоженно зашептала Кайса. – Ваши договорённости могут измениться вместе с твоим именем!
Я и сама догадывалась, но была очень благодарна Кайсе за поддержку.
– Добрый день, господин декан! – бодро откликнулась я. – Не думала, конечно, что так быстро по вам соскучусь, но после вампиров, сектантов и подземных чудовищ с упырями вы просто чудо как хороши!
Кажется, лич планировал насмехаться надо мной дальше, но моя почти что искренняя радость сбила его с этой волны.
– Мне не нравится твоё настроение, Белка, – озабоченно произнёс он. – Стой, где стоишь, моя дорогая.
– Я к вам со всей любовью, – останавливаться я и не думала. Чем ближе я буду, тем лучше. – И почтением.
– Вот этого добра мне ещё не хватало, – ещё сильнее обеспокоился лич. – Белка, с какой стати ты сюда пришла? Я же сказал не появляться!
– Вы сказали, что разочек можно, – возразила я. – Даже три. Тем более, я не планирую спасать совсем уж всех. Только своих.
Тут я самую чуточку покривила душой. Своими я могла сейчас считать всех подданных королевства. Разве не так должно быть, что королева заботится о каждом? Я пока так себе королева, но не сомневаюсь, что получше, чем король из этого высохшего от гипса типа! Может, у него там и мозги высохли, откуда нам знать?
Зато Каньер заметно успокоился. Похоже, торговля вроде этой ему была понятна. Не сомневаюсь, что он практиковал подобное и раньше. Хитрый старикан, прикинувшийся вменяемым! Эйри хоть не скрывала своих планов всех убить.
– Ты хочешь, чтобы я оставил в покое университет, верно? – лениво протянул он, пока я сделала ещё несколько шагов.
– Вроде того, – уклончиво ответила я, делая ещё шаг. И ещё один. Почему так далеко? И нужно подниматься к тому же! Почему ведьмы не летают⁈
Я вспомнила про настоящую дикую ведьму, которая загнала меня на дерево, и шлёпнула себя по губам. Не о том мечтаешь!
– Мне кажется, владение миром как-то мелковато для вас, господин декан, – продолжала я заговаривать ему зубы. – Вы вообще представляете, какая это маета? Законы всякие писать, выступать перед людьми, их жалобы слушать…
Я пыталась вспомнить, что ещё делают короли, и едва сообразила, что «воевать с соседями» может для лича быть именно что положительным вариантом.
– А у нас декана нет, – продолжила я. – Целый факультет некромагов мало того что учились спустя рукава, так сейчас и вовсе без профильного педагога остались, а это знаете что?
– Что? – тупо повторил лич. Он перестал ухмыляться и просто пытался успеть за моим ходом мысли. Наивный, да я сама за ним не каждый раз успеваю!
– Не останется нормальных некромантов и некромагов, – пояснила я. – Кажется, и зачем, да? Вас и одного на всех хватит. Но никто же не будет понимать, насколько вы великолепны! Без последователей с одними молчаливыми мертвецами вы за неделю с катушек сковырнётесь, гарантирую.
Похоже, за эти несколько дней Каньер уже немного «сковырнулся», потому что смеяться над моей идеей он не стал. Только прищурился и с подозрением в голосе спросил:
– А как же Даррен? Помнится, ты хотела сделать его деканом!
– Даррен? – мне оставалось шагов шесть, не больше! – Да вы не поверите! Даррен в подземелье нашёл чудовище, и это оказалась его бывшая! И он теперь от неё не отходит! Я ради него избавилась от обручальных браслетов, а он не некромант, а… а… упырь, вот!
– О! – Каньер на мгновение перестал выглядеть как пугающая, почти неубиваемая штука с повышенной агрессивностью и запахом разложения, и даже позволил себе ехидную улыбку. – Не-ет! Он обещал жениться и оставил тебя?
«Прости, Даррен, но даже мертвяки любят помыть окружающим кости», – мысленно извинилась я перед Гастионом. Я была слишком близко к своей цели.
– Всё так и было, – принялась врать я. – Сначала уговорил оставить его брата, а сейчас вьётся вокруг этой Россы! А она даже не совсем человек и трезвая похожа на голую страшную мышь!
Рука лича неожиданно упёрлась мне в грудь.
– Всё это чудесно, Иссабелия, – вкрадчиво произнёс он. – Но что ты хочешь от меня, дорогая?
Рука его была холодной и жёсткой. От неё шёл самый настоящий могильный холод. Я подняла на него взгляд. Сложнее всего было ничего не говорить про насекомых, облюбовавших лича, да о его в целом непрезентабельном виде. Нет, ну ты же почти всемогущее существо, ну используй ты зелье от запаха и от мух, их, вообще-то, не только для коров придумали!
Но думать это и уж тем более говорить это я не собиралась.
– Мести, – призналась я с серьёзным видом. – Вам всё равно понадобиться королева мира. Пока никто до этого не додумался, я решила быть первой. Я почти некромантка, я медиум. Знаю вас дольше любой женщины…
Рядом взвыла какими-то непередаваемыми ругательствами эйри.
– … По крайней мере, дольше любой живой женщины, – поправилась я на случай, если он всё-таки слышит призраков.
Изначально я предполагала взять лича на слабо. Сказать, что пришла его поцеловать. Он же просил? Вот пусть получает. И неважно, что я уже целовала его призрачного!
Одним словом, план мой был прост как доска. Но сейчас я придумала поступить иначе.
– Я буду хорошей королевой, – сейчас я и впрямь верила в это. Почему бы и нет? Уж точно лучше, чем лич – королём! – Умной. Безжалостной. Злопамятной.
Каньер захохотал. Он смеялся так громко, что его армия против воли подхватила смех. Те, кто не мог смеяться, просто трясли костями в такт общему смеху. Я терпеливо ждала, делая вид, что меня интересует его мнение, а сама пыталась прикинуть, как достать до его не прикрытого одеждой тела. Один поцелуй должен всё исправить. Я бы ещё переживала, если бы к этому моменту со вторым личом не разобралась его родственница. А смогла мёртвая старушка – смогу и я. Я ведь не хуже, верно?
– Ты забавная, Иссабелия Астаросская, – наконец Каньер успокоился. – И ты больше не боишься брака и брачных браслетов?
– Не боюсь, – снова не солгала я. – К тому же, прости за прямоту, наш брак будет чисто номинальным, верно? Мы физически не сможем завести выводок маленьких личей!
Как я и предугадала, моя прямота пришлась Каньеру по вкусу.
– Ты права, ведьма, – произнёс он. – И не права в то же время. Поцеловать или обнять я тебя могу и обязательно буду это делать. Ты всё ещё хочешь быть моей королевой?
– Я хочу быть королевой, – твёрдо ответила я. – И я буду превосходной королевой.
– И ты не боишься? – продолжил тянуть время Каньер. Я чудом удержалась от вопроса, не боится ли он, раз продолжает держать на расстоянии вытянутой руки.
Я же маленькая и беззащитная! Да, с лопатой. Но как иначе прожить маленьким и беззащитным?
Так что я только покачала головой.
– Иногда сбываются те страхи, о которых даже не подозревал, – грустно произнесла я. – Какой же толк бояться известного?
– Как скажешь, дорогая ведьма, – Каньер обвил рукой меня за талию и притянул к себе. В нос ударил сильный запах.
– Первым делом купим вам новый камзол и одеколон покрепче, – гнусаво произнесла я, потому что нос оказался полностью заложен.
Лич снова коротко хохотнул и без предупреждения впился губами в мои.
Я слышала, как монахини рассказывали мирским девушкам, которым предстояло ещё выйти замуж, что в первую брачную ночь нужно думать о торжестве науки и рода человечества. Софи утверждала, что ей маменька говорила думать о королевстве, когда придёт время. В нашу единственную ночь с Дарреном я как-то совсем позабыла об этом и больше думала о том, как он умудряется находить на моём теле такие чувствительные местечки.
Так вот, в этом поцелуе я думала о своём королевстве за всех девушек королевства. Ничего более отвратительного до сих пор со мной не происходило и, я надеялась, не произойдёт. Загадывать это не стала, памятуя о том, как плохо у меня с загадываниями.
– Её же сейчас стошнит, точно стошнит! Меня от одного вида тошнит! – причитала над ухом Кайса.
– Если её стошнит, лич разорвёт её на части, – предполагала эйри. – Или отрубит голову. Нет, выпустит ей кишки!
– Бедная Лисаветушка, который раз ради мира и королевства встаёт грудью супротив зла! – стонал Грайд.
Почему-то из них больше всех мне помогла эйри. Благодаря ей я смогла продержаться… ещё секунд десять, наверное. А потом я всё-таки вывернулась из рук лича и со всей дури ударила его лопатой по голове. Это его не убьёт, даже не замедлит, но мне хватит времени, чтобы отплеваться от этого отвратительного привкуса и… ну не знаю. Принять смерть достойно?
Нет, умирать я не собиралась. В моём арсенале были ещё смерч и молния. Ну… я надеялась, что они там есть. И ещё надо бы не хлопнуться в обморок. Потому что после такого выступления о том, что я штормовая ведьма, узнают все, кто сейчас находится в замке. Вряд ли Флин действительно решится поубивать такую тьму подданных.
А значит, я буду первой в истории королевства беглой королевой. Или нет? Возможно, первой была наша с Флином мама?.. Я очень хотела верить, что она жива и мы с братом отыщем её. А для этого я должна выжить.
Я снова замахнулась лопатой, мысленно негодуя, что у неё деревянная ручка, которая обугливается под моими пальцами, но не пускает молнию до острия. Если выживу – заведу себе целиком металлическую лопату. Хотя уже обещала не давать зароков, да?
Всё это пролетело в голове очень быстро. Я вообще начинаю шустрее думать, когда лопатой размахиваю, так что удар пришёлся по темечку ещё не очухавшегося лича и усадил его на землю. Лечь он не лёг, ну так и у меня лопата ещё не сломалась.
– Мне кажется, голову он ей оторвёт в самую последнюю очередь, – произнесла эйри.
Третий раз ударить я не успела, Каньер ловко поймал лопату за рукоятку.
– Ты думаешь, если я мёртвый, то это вообще не больно, что ли? – рявкнул он.
На всякий случай я отпустила черенок и отпрыгнула в сторону. С моей компактной лопатой он выглядел не так угрожающе, как орал.
Я подумала, что эйри, возможно, права.
– Личи – высокофункциональные мертвецы! – продолжал наступать на меня Каньер. – У нас магически восстановленная нервная система. У нас нечему болеть, но всё равно больно, понятно тебе это?
Я судорожно кивнула. Позади меня начинался спуск с холма, и, если я продолжу пятиться, рискую скатиться вниз прямо в толпу мертвецов.
– Ну, забери тогда лопату и больше ею никого не бей, – Каньер протянул мне мой инструмент. – Нет, в моё время студенты были куда вежливее!
Я моргнула.
– Вы… вы…
– Я избавился от желания завоёвывать мир, дорогая моя, – ответил Каньер. – Благодарю. Оно было довольно некомфортным. Терпеть не могу путешествовать.
– А за-замуж? – я начала заикаться.
Вот так просто? Никаких фейерверков и пылающих букв? Просто больше не хочу завоёвывать мир. Точка. Так, что ли?
– Я всего лишь хотел посмотреть, как далеко ты решишься зайти, – ощерился Каньер в хитрой усмешке. – Смелая Белка. Только уж больно драчливая!
– Лучше бы я её сожрала, – грустно подвела итог эйри. – От личей просто никакого толка!
Она продолжала ворчать, но я её уже не слушала. Это что же, я снова выжила? И мне даже не нужна сбегать? Не то, чтобы я прямо сильно была против… Но как мне теперь решить все остальные мои проблемы?
Героически погибнуть или негероически задать стрекоча было куда проще и понятнее.
– Замок, конечно, теперь никуда не годится, – лич уставился своими горящими глазами в сторону университета. – Алмаз – это прекрасно, но полупрозрачный университет с такими стенами… о чём только думал твой бывший жених, Иссабелия!
– Он не думал, – честно призналась я. – Вы же знаете, господин декан, что этот талант почти что проклятие. Его, похоже, заело на алмазах.
– Хорошо, – кивнул Каньер. Он собирался почесать подбородок, но, видимо, вспомнил, что у него запросто может отвалиться нижняя челюсть, и поспешно отдёрнул руку. – Постараемся скрыть и его талант, и это великолепие. Вызовем с каникул всех земляных стихийников, пусть снаружи покрывают алмаз камнем. А вот женское общежитие нужно вынести подальше. Отдельное здание построим. Поближе к кладбищу.
– Зачем⁈ – взвыла я, в красках представив, как будут «благодарны» мне все студентки, когда вместо тёплых переходов им придётся ходить по снегу, грязи и что там ещё у нас из времён года?
Ответить лич не успел, он вдруг пригнулся и щёлкнул пальцами. Над его головой пролетела туфля. Даже на такой скорости я узнала дорогую туфельку Софи. Она выложила за эту пару целое состояние!
