Текст книги "Выйди за моего мужа замуж (СИ)"

Автор книги: Майарана Мистеру

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Во время занятий Алифанта не давала мне покоя. Она то и дело придвигалась ко мне по скамье, делая смешные попытки выпытать страшную тайну.

– Дэйна, ну скажи, это какое-то украшение? Или полезная вещь? Может, это та редкая книжка, которую я искала? – шептала она мне на ухо.

– Алифанта, успокойся, – отмахивалась я.

– Ну скажи хотя бы первую букву!

– Не скажу.

– Это нечестно! Ты меня так жестоко заинтриговала, что я теперь вообще не слышу, о чем там бормочет Кааг.

– Положа руку на сердце, ты бы и без моего сюрприза его не слушала, – хмыкнула я.

Она звонко, по-девичьи хихикнула и снова уткнулась носом в конспект. Но ровно через пять минут ее светлая макушка опять поднялась:

– Слушай, а Клэйду ты приготовила точно такой же подарок?

– Да, ему тоже сюрприз, – подтвердила я.

– Прямо совсем одинаковый?

– Нет, это парные вещи. – Я не выдержала ее напора и искренне улыбнулась.

Я наблюдала за ее живой реакцией краем глаза и невольно сравнивала с той, другой Алифантой, образ которой намертво отпечатался в моей памяти из прошлой жизни. Та, двадцативосьмилетняя Алифанта стояла в первом ряду зевак на площади. С заметно округлившимся животом, бережно спрятанным под дорогим черным траурным платьем. За все время казни она не уронила ни единой слезы. Ее плечи под тонкой кружевной тканью оставались неподвижными, как у статуи. А лицо, скрытое за траурным платком, было абсолютно каменным, лишенным малейших эмоций.

А эта, восемнадцатилетняя Алифанта, сидевшая рядом со мной на лекции, была такой живой, искренней, буквально лопающейся от распирающего ее любопытства, с очаровательными ямочками на разрумянившихся щеках. Она восторженно ахала, смеялась и нетерпеливо ерзала на жесткой деревянной скамейке.

И самое страшное заключалось в том, что это была одна и та же женщина. Просто эта версия еще не была отшлифована и испорчена десятью годами бесконечных интриг, предательств и лицемерного притворства.

Я смотрела на ее светящееся лицо и думала о том, насколько проще мне было бы десятью годами позже поверить в то, что эта юная, веселая девчонка способна на хладнокровную, расчетливую подлость. Намного проще, чем поверить в это сейчас, наблюдая ее неподдельный ребячий восторг.

Но я уже обладала знанием. Я точно знала, чем в итоге заканчиваются эти восторженные девичьи ахи и беззаботный, звонкий смех. Я знала, что глубоко под этими милыми, нежными жестами уже зреет совсем другое семя.

Разговор по душам, который мы могли бы вести как лучшие, неразлучные подруги в самом начале нашего пути, сейчас был физически невозможен. Невозможен ни одним искренним словом, ни одним прямым взглядом. Потому что эта лучшая подруга в любую удобную секунду перепродаст мою жизнь тому, у кого окажется больше звонких монет в кошельке.

Поэтому, когда она в очередной раз склонилась к моему плечу с жалобным нытьем «ну, скажи, скажи, скажи хотя бы, какого они цвета и формы», я лишь мягко, но непреклонно покачала головой и ответила:

– Увидишь в обед, Алифанта. Наберись терпения.

– Какая же ты жестокая женщина, Дэйна Мортим! – картинно возмутилась она.

Я тут же мысленно, горько усмехнулась этому брошенному слову. «Жестокая». В моей прошлой жизни Алифанта ни разу, никогда не назвала бы меня жестокой. Для этого я была слишком мягкой, доверчивой, податливой и бесконечно удобной. Прямо как мягкое масло на ее свежий хлеб. А сейчас стоило мне просто не выложить ей немедленно маленькую тайну сюрприза, как я тут же заслужила ярлык «жестокой».

Что ж. Бывает и так.

Третья по счету лекция была у профессора Эйрмы. Я добросовестно, строчка за строчкой конспектировала сложный материал, лишь время от времени украдкой поглядывая на стрелки часов над доской. До долгожданного обеденного перерыва оставалось чуть больше часа.

В голове я уже сладострастно прокручивала предстоящую сцену. Как мы встретимся у журчащего фонтана. Как я торжественно достану из сумки деревянную шкатулку. Как медленно развяжу шелковую ленту, откину крышку и увижу изумленные, восхищенные лица Алифанты и Клэйда.

Как они впервые, своими руками наденут эти парные, заряженные украшения. Как древняя магия камней мягко откликнется друг на друга и невидимыми нитями потянет этих двоих навстречу. И как я, наконец-то, с чувством выполненного долга тихонько отойду в сторону, наблюдая за их притяжением.

Тишину аудитории разорвал громкий, резкий стук в дверь. Профессор Эйрма недовольно поморщился, прервавшись на полуслове, и опустил мел на кафедру.

– Кому там неймется посреди важной лекции? – возмутился он.

Тяжелая дубовая дверь приоткрылась, и в проеме показалась голова младшего секретаря учебной части. Седеющий мужчина в строгом, застегнутом на все пуговицы сером кителе виновато и смущенно поклонился аудитории.

– Прошу прощения за вторжение, профессор Эйрма. У меня срочное распоряжение напрямую от ректора.

– Слушаю вас. Говорите, – разрешил профессор.

– Адептку леди Дэйну Мортим, немедленно вызывают в главный кабинет ректора, – звонко доложил секретарь.

В просторной аудитории повисла такая звенящая тишина, что стало слышно жужжание одинокой осенней мухи под потолком. Я растерянно моргнула, не веря своим ушам.

– Простите, вы сказали – Мортим? – переспросила я, потому что не была уверена, что расслышала правильно.

– Именно. – Секретарь чуть склонил седую голову. – Прошу вас немедленно собрать свои вещи и проследовать за мной.

Алифанта, сидевшая справа от меня, издала тихий, судорожный вздох и обернулась ко мне всем телом.

– Дэйна, – зашептала она в панике, округлив свои голубые глаза до размеров чайных блюдец, – святые небеса, что ты натворила?!

– Понятия не имею, – честно шепнула я в ответ.

Я говорила чистую правду. Я судорожно перебрала в уме все свои действия за последние богатые на события дни. Никаких прогулов занятий. Никаких дерзких конфликтов с преподавательским составом. Зачетный реферат сдан на отлично, вчерашний сложный зачет по эссенциям – тоже на высший балл. К дисциплинарным взысканиям или нарушениям устава я не имела ни малейшего отношения.

– Леди Мортим, ректор ждет. Прошу вас, – поторопил секретарь с порога.

Я медленно, стараясь не выказывать волнения, собрала в сумку исписанную тетрадь, перо и баночку с чернилами. Защелкнула медную застежку. Под пристальными, шепчущимися взглядами всего курса я встала из-за парты и перебросила тяжелый ремень сумки через плечо.

– Дэйна, – Алифанта крепко, до побеления костяшек схватила меня за локоть. – Что бы там ни случилось… ты мне потом обязательно все расскажешь?

Я посмотрела сверху вниз в ее побледневшее, искренне обеспокоенное лицо и очень мягко, но решительно высвободила свою руку из ее захвата.

– Обязательно расскажу, – пообещала я. Соврала, конечно.

Профессор Эйрма хмуро проводил меня коротким кивком, и я покорно пошла вслед за седеющим секретарем по гулкому пустому коридору.

Что я могла такого грандиозного натворить? Если бы проблема заключалась в учебе, долгах или плохом поведении, меня вызвал бы декан моего факультета или, на худой конец, заведующий кафедрой. Сам ректор академии занимался лично либо очень крупными, вопиющими скандалами, либо принимал очень важных, высокопоставленных гостей.

Может быть, вызов поступил по линии профессора Магранса? Вдруг кто-то из авторитетных преподавателей решил официально рекомендовать меня в престижную коллегию молодых артефакторов? Или, чем черт не шутит, мне решили присудить какую-нибудь особую стипендию за те блестящие ответы на семинарах?

Всё может быть. Нужно мыслить позитивно.

Мы поднялись по парадной лестнице на четвертый этаж и прошли по длинному застланному ковром коридору. С высоких стен на меня сурово взирали портреты прежних ректоров в тяжелых золоченых рамах. Казалось, что каждый из этих седых, бородатых старцев провожает меня неодобрительным взглядом.

У высоких двустворчатых дверей приемной секретарь остановился и оставил меня одну. Высокая, чопорная дама в очках, сидевшая за секретерским столиком, молча поднялась со своего места и торжественно, с легким поклоном распахнула передо мной тяжелые створки главного кабинета.

– Леди Мортим, проходите, – пригласила она. – Ректор ожидает вас.

Я сделала глубокий вдох и решительно шагнула через порог. И тут же намертво вросла в дорогой паркет.

Кабинет ректора потрясал своим размахом. Просторное помещение со сводчатым потолком освещалось светом из трех высоких, арочных окон на стене напротив входа. В самом центре возвышался массивный, резной дубовый стол, до краев заваленный древними книгами, картами и свитками. За этим столом, в высоком, похожем на трон кресле, восседал сам ректор академии – лорд Альмар. Седой, с короткой, аккуратно подстриженной бородкой клинышком, облаченный в торжественную темно-зеленую мантию, расшитую золотым галуном.

А вот напротив него, в удобном гостевом кресле, спиной ко мне, вальяжно расположилась до боли знакомая высокая фигура. Мужчина в безупречно сшитом темном костюме. Его длинная нога была небрежно закинута на ногу, а крупные ладони спокойно и расслабленно покоились на деревянных подлокотниках. На безымянном пальце правой руки в свете из окна тускло, но тяжело поблескивал массивный перстень с темным камнем.

Услышав мои шаги, гость медленно повернул голову.

Золотые, нечеловеческие глаза остановились на моем побледневшем лице. В этом взгляде читался тот самый неторопливый, пугающе спокойный, изучающий интерес, с каким крупный, уверенный в своих силах хищник наблюдает за ничего не подозревающей мышью, которая сама только что вышла к нему из укрытия.

– Леди Мортим, – произнес он.

Низкий, вибрирующий голос графа Сайса заполнил огромное пространство кабинета, разливаясь как теплый густой мед. И в эту же секунду я физически почувствовала, как у меня под кружевом глухого ворота, пробивая слабую защиту наспех собранного артефакта, начинает нестерпимо гореть драконья метка.

Глава 8

– Ваше сиятельство.

Я заставила колени согнуться в дежурном книксене, адресованном сначала гостю, затем ректору.

Лорд Альмар вылетел из своего массивного кресла со стремительностью ужаленного вепря. Обычно он встречал адептов с величавой неторопливостью обремененного властью мужа, но сейчас буквально подскочил, едва не смахнув широким рукавом мантии тяжелую чернильницу на краю стола.

– Леди Мортим, проходите, проходите. Какая радость, какая радость!

Мои подошвы словно приросли к полированному дереву. Ректор указал на третье кресло у торца стола.

– Прошу вас. Садитесь.

Я опустилась на самый край сиденья. Спину выпрямила струной, сумку прижала к коленям. Позиция идеальна для мгновенного броска к спасительной двери. Глупый студенческий рефлекс, укоренившийся после десятков взорванных артефактов на лабораторных. Мне требовалось физически ощущать открытый путь к отступлению.

Граф наблюдал за моими маневрами в звенящей тишине. Он склонил голову набок, будто изучая жертву. Хотя, ею я, наверное, и была, раз он здесь.

Метка под глушилкой на шее отозвалась ровным теплом. Вчерашняя бессонная ночь за верстаком окупилась. Новый артефакт пока обходился собственным резервом, и прямо сейчас держал фон очень плотно, хоть и на грани.

– Леди Мортим. – Лорд Альмар сложил пухлые ладони домиком. – У меня для вас удивительные новости. Поистине удивительные. Я бы осмелился назвать их историческими.

– Внимательно слушаю, ваша прославленность.

Ректор торжественно повел ладонью в сторону гостя.

– Граф Сайс сегодня утром оказал нашей академии беспрецедентную честь. Его сиятельство сделал крайне щедрое пожертвование в фонд развития кафедры артефакторики. Беспрецедентное, смею повториться. Выделенных средств хватит на полное обновление лабораторного оборудования для всех курсов, стипендии для выдающихся адептов и закупку редких реактивов на ближайшие два года.

Я медленно перевела взгляд с лорда Альмара на графа.

Гость ответил мне легкой, едва обозначенной улыбкой. Спокойный взор хищника. Скучающая, почти ленивая поза победителя, загнавшего добычу в глухой угол и предвкушающего финальный бросок.

Вот значит как?

Видимо, Сайс привык получать желаемое по первому требованию. Обычный лорд давно махнул бы рукой на строптивую девчонку. Передо мной же сидел упрямый дракон.

Он решил купить меня вместе с академией?

Какая восхитительная… подлость. Я мысленно ему поаплодировала.

– Это великолепно. – Я старалась говорить ровно, но чувствовала, как все внутри дрожит. – Кафедра отчаянно нуждается в обновлении. Профессор Магранс придет в восторг.

– Профессор Магранс уже извещен и бьет копытом от радости. – Ректор закивал. – Главная часть моего приглашения касается лично вас, леди Мортим.

Я наигранно подняла брови. Ровно настолько, насколько подобает любопытствующей восемнадцатилетней адептке, польщенной вниманием руководства.

– Лично меня?

Лорд Альмар подался вперед, нависая над столом.

– Его сиятельство назвал единственным условием пожертвования вашу личную стажировку в его мастерских. Параллельно с учебой. Сохраняя стопроцентную вовлеченность в академическую программу.

Я медленно повернула голову к графу, чувствуя хруст собственных позвонков.

– Прошу прощения, ваше сиятельство. Я нуждаюсь в пояснениях.

– Охотно поясню.

Голос графа стал густым, подобно расплавленному золоту в литейной форме, а золотые глаза потемнели.

– Я тщательно обдумал нашу с вами беседу, леди Мортим. Мое решение однозначно. Я обязан удержать столь перспективного адепта, предложив максимально комфортные условия.

– Комфортные условия, – эхом отозвалась я.

– Именно. Вы ссылались на острую необходимость сосредоточиться на учебе. Разумный довод. Поэтому мы с лордом Альмаром утвердили формат, полностью сохраняющий вашу академическую успешность.

Ректор закивал с пугающей энергичностью болванчика на рессоре.

– Истинная правда, – горячо подтвердил он. – Формат прекраснейший. Вы посещаете мастерскую его сиятельства дважды в неделю. Любые удобные дни, согласованные с вашим расписанием. Оптимально выбрать выходные или часы свободных окон. Стажировка засчитывается как факультативная практика, повышая ваш итоговый балл на целых восемь процентов. Сверх того, его сиятельство учредил для вас личную стипендию. Сумма в полтора раза превышает годовой пансион в нашей академии.

Я молчала. Лицевые мышцы послушно застыли, ошарашенные масштабом свалившейся чести. Кровь тяжело и мерно ухала в висках, отсчитывая ритм для мозгового штурма. Я просчитывала ходы.

Вариант первый подразумевал согласие. Тогда я еженедельно оказываюсь в личном пространстве подозрительного дракона. Отвратительная перспектива.

Вариант второй требовал отказа прямо здесь, на глазах у начальства. Громкий хлопок дверью. Лорд Альмар, упустивший колоссальное пожертвование, мгновенно трансформируется в моего личного врага. Потеряв его расположение, я могу вообще не дожить до выпуска. Катастрофический исход.

Вариант третий давал шанс выскользнуть из ловушки гибким маневром. Требовалось сослаться на железобетонный аргумент, ломающий красивые построения графа.

– Ваше сиятельство, – произнесла я, утвердив третью стратегию. – Это огромная честь. Я искренне тронута. Позвольте предельную откровенность.

– Внимательно слушаю.

– В текущем году мне предстоят выпускные экзамены по основному циклу. Базовая программа обладает колоссальным плечом нагрузки. Пять профильных предметов, два контрольных проекта, итоговая защита. Взвалив сверху стажировку, я гарантированно завалю одно из направлений. Подобный исход станет оскорблением для академии и проявлением неуважения к вашему щедрому пожертвованию.

Я выдала эти слова с мягкой, виноватой интонацией прилежной студентки, раздавленной грузом ответственности.

Граф медленно кивнул, но в его глазах я видела откровенную насмешку, говорящую “Отличная попытка, но нет”.

– Леди Мортим. – Губы графа дрогнули. – Я учел данное обстоятельство.

– Учли?

– Естественно. Мы с лордом Альмаром утвердили очень гибкий формат. В период выпускных экзаменов вы получаете полное освобождение от визитов в мои мастерские. Две недели до защиты и одну неделю после. В остальное время вы посещаете контору на личное усмотрение. Возникновение повышенной нагрузки в академии дает вам право пропустить стажировку. Никаких штрафов. Полная свобода.

– Полная свобода, – поддакнул ректор. – Я лично гарантирую.

– Вдобавок, я лично разработаю для вас индивидуальную программу. – Граф сцепил пальцы в замок. – Мы исключим рутинные задачи, изводящие обычных младших подмастерьев. Каждый ваш визит мы посвятим конкретной интересной проблеме. Совместный разбор принесет пользу обоим участникам процесса. Предлагаю считать наши встречи элитным наставничеством.

Наставничество. От дракона. Еженедельно. С глазу на глаз. Позвоночник сковало ледяной коркой.

– Это крайне великодушно, ваше сиятельство, – выдавила я, сохраняя ровную интонацию. – Однако мои опасения сохраняются. Я испытываю определенные... скажем так, академические трудности с расстановкой приоритетов. Моя натура требует отдаваться делу целиком. Одно занятие гарантированно вытеснит другое. Такова особенность моего характера.

Лорд Альмар нахмурился. Лицо ректора исказила судорога скряги, роняющего золотой слиток в глубокий колодец.

– Леди Мортим, помилуйте. Это же...

– Лорд Альмар.

Граф прервал ректора мягким, властным жестом. Тот мгновенно захлопнул рот.

– Леди Мортим, ваше беспокойство понятно и делает вам честь. Позвольте предложить финальное решение. Мы оформим стажировку с испытательным периодом. Ровно полтора месяца. Возникновение малейшего дискомфорта у любой из сторон дает право расторгнуть соглашение. Абсолютно безопасно для всех участников. Пожертвование останется в фонде при любом исходе.

Я смотрела в его глаза, осознавая полную герметичность выстроенной ловушки.

Гибкий график гарантирован. Освобождение на экзамены предоставлено. Испытательный срок утвержден. Мой следующий довод непременно разобьется об очередное великолепно скроенное решение. Этот человек заранее просчитал минимум пять ходов вперед по каждой траектории моего отступления.

Я могла сейчас встать, выдать категорический отказ и красиво покинуть кабинет. Но после подобного демарша моя академическая жизнь превратилась бы в череду изощренных пыток. Лорд Альмар мастерски владеет искусством портить кровь строптивым студентам. В его арсенале сотни способов.

А граф продолжил бы свою охоту на строптивую адептку.

Память услужливо подбросила его фразы. «Я лично побеседую с каждым». «Я ожидал вашего повторного визита». Он декларировал отсутствие давления и тут же оформлял беспрецедентное пожертвование. Этот человек добивался своего любой ценой.

Мой отказ спровоцирует заход с третьей стороны. С четвертой. С седьмой. Он выйдет на контакт с отцом. Начнет дергать за ниточки в нашем доме, в лавке, переберет все деловые связи. Папа однажды получит письмо с мягким предложением оценить перспективы стажировки любимой дочери у влиятельного лорда. Очевидная выгода для фамильного предприятия ослепит старика. Ситуация вернется к текущей точке, лишив меня последних крох самостоятельности. Я даже не удивлюсь, если мне в итоге сам Клэйд скажет, что я должна пройти стажировку.

Хищника гораздо безопаснее держать в поле зрения. Прятки в темном лабиринте заканчиваются перекушенным горлом.

Согласие давало мне хоть какой-то контроль над ситуацией.

Я шумно выдохнула.

– Ваше сиятельство.

– Внимательно слушаю.

– Вы крайне убедительны.

– Моя убедительность продиктована предельным вниманием к вашим возражениям.

– И к специфике моего характера.

– Абсолютно верно.

Я опустила глаза.

Кабинет затопила плотная осязаемая тишина. Так звенит воздух за секунду до падения проигравшего полководца на собственный клинок.

Лорд Альмар замер за столом, забыв как моргания.

– Я согласна.

Лорд Альмар выдохнул с мощностью кузнечных мехов. Золотой галун на его груди радостно подпрыгнул.

– Замечательное решение, леди Мортим.

– Надеюсь оправдать оказанное доверие, ваше сиятельство.

– Я уверен в блестящем результате.

Властная бархатистость его интонации заставила метку под глушилкой гореть жарче.

– Назовите дату первого визита.

– Суббота, десять утра. Подходит?

– Подходит.

– Прекрасно. Я лично встречу вас в холле.

Лорд Альмар торопливо выложил на стол плотный лист бумаги, массивное перо и чернильницу.

Документ подготовили заранее. Я мельком пробежалась по ровным строчкам, и желудок скрутило холодным спазмом.

Чернила давно высохли. Стандартная форма факультативной практики уже содержала заранее вписанные параграфы о гибком графике, освобождении на время экзаменов и испытательном сроке.

Мой отчаянный торг оказался пустой иллюзией. Дракон просчитал каждый мой аргумент задолго до начала этой беседы и хладнокровно включил мои мнимые победы в изначальный контракт.

Я стиснула пальцами гладкое перо. Мазнула кончиком по чернилам. Размашисто расписалась в самом низу страницы.

«Дэйна Мортим».

– Поздравляю, леди Мортим. – Лорд Альмар расплылся в широчайшей улыбке. – Историческое событие для нашей кафедры. Ваша личная выгода тоже очевидна.

– Благодарю, ваша прославленность.

Я рывком поднялась с кресла. Граф выпрямился следом. Он шагнул в мою сторону. Память о раскаленной латунной ручке заставила меня сместиться вправо, сохраняя буферную зону.

Граф засек мой маневр. Его рука замерла на долю секунды, фиксируя изменение дистанции. Уголок мужских губ дрогнул, выдавая одобрение моей осторожности.

– До субботы, леди Мортим.

– До субботы, ваше сиятельство.

Я склонила голову, развернулась на каблуках и направилась к выходу. Жесткая набойка мерно впечатывалась в дубовый паркет. Я считала собственные шаги, удерживая себя от позорного бегства.

Снаружи я свернула за угол. Прижалась плечом к спасительной прохладе каменной стены. Накрыла ладонью шею, осязая пульсирующий жар артефакта сквозь слой кружева.

Дракон плотно сомкнул челюсти на подоле моего платья и по всей видимости будет тащить за собой до конца.

Шум большого фонтана во внутреннем дворе академии приятно заглушал гул голосов проходящих мимо адептов. Осенний ветер морщил воду в чаше, срывая редкие желтые листья со старых лип. Клэйд и Алифанта уже ждали меня у мраморного бортика. На лицах обоих читалось такое острое, почти осязаемое любопытство, что мне стоило больших сил сдержать холодную усмешку.

– Ну наконец-то, Дэйна! – Алифанта порывисто сделала шаг навстречу, кутаясь в свой нежно-голубой плащ. – Мы тут извелись! Зачем тебя вызывал ректор прямо посреди лекции? Случилось что-то серьезное?

Клэйд шагнул следом. Его обычная покровительственная улыбка слегка померкла, сменившись неподдельным удивлением и легкой тревогой.

– Действительно, родная. Это беспрецедентно, – произнес он, внимательно вглядываясь в мое лицо. – У тебя проблемы с успеваемостью или дипломным проектом?

Я внутренне усмехнулась. Он явно испугался, что курица, несущая золотые яйца, внезапно захромала. Они, конечно, рано или поздно узнают о моей личной стажировке в лаборатории Сайса, но сейчас мне совершенно не хотелось выслушивать их расспросы и давать Клэйду повод попытаться влезть в это дело.

– Нет, никаких проблем, – я мягко улыбнулась, подбирая самую правдоподобную полуложь. – Просто... лорд Альмар сообщил, что академия налаживает связи с Гильдией. На следующей неделе граф Сайс устраивает закрытую демонстрацию новых мощностей на своей фабрике, и меня в числе нескольких лучших выпускников отправляют туда как официальных представителей от академии. Ничего особенного, просто скучная ознакомительная экскурсия для отчета.

Улыбка на лице Клэйда застыла. Я ясно увидела, как дрогнули и нервно заходили желваки на его щеках. Его прозрачно-голубые глаза на долю секунды потемнели от острой зависти. Попасть на фабрику Сайса, даже просто в качестве гостя, было мечтой любого молодого артефактора в столице, а для безродного безуспешного Клэйда – шансом всей жизни. Шансом, который достался не ему.

– Вот как, – его голос стал чуть глуше, но он быстро взял себя в руки, снова натягивая на лицо маску идеального жениха. – На фабрику графа Сайса... Поздравляю, милая. Это может быть весьма полезно.

– Ох, тоска какая! Станки, пыль, скучные речи! – Алифанта нетерпеливо всплеснула руками, совершенно не уловив настроения Клэйда. – Главное, что тебя не отчислили! А теперь не томи, Дэйни! Показывай свой сюрприз, я иначе просто лопну от нетерпения!

Клэйд снова привалился плечом к каменной балюстраде, возвращая себе небрежную элегантность, но его взгляд оставался настороженным.

– Не торопи её, Алифанта, – мягко, но с легким напряжением в голосе произнес он. – Наша Дэйна любит точность во всем.

Я спокойно опустила сумку на широкую скамью, расстегнула медную защелку и достала изящную шкатулку из светлого дерева, перевязанную шелковой лентой. Медленно, смакуя каждую секунду, я развязала узел и откинула крышку.

На черном бархате подложки, ловя редкие лучи бледного солнца, засияли готовые артефакты.

Алифанта шумно выдохнула, прижав ладони к щекам.

– Святые небеса... Дэйна, это же серьги-бабочки! Какая невероятная, тонкая работа... Эта голубая эмаль, она будто светится изнутри! А эти камни...

– Аквиант и хризолит, – тихо подсказала я.

Клэйд подался вперед, завороженный тяжелой брошью в виде изумрудно-зеленого жука. Его пальцы потянулись к металлу, он осторожно взял брошь, переворачивая её на ладони. Лапки механического насекомого едва заметно вздрогнули на шарнирах, создавая иллюзию жизни.

– Поразительно, – вымолвил Клэйд. В его бархатном баритоне промелькнула искра искреннего восхищения, вновь смешанного с той самой жгучей завистью. – Плетение скрыто внутри панциря... Дэйна, где ты взяла эти вещи?

– Я сделала их сама, – я кротко опустила ресницы, мастерски разыгрывая роль скромной, преданной девочки. – Последние ночи просидела в отцовской мастерской. Очень хотелось поупражняться в ювелирной сборке.

– Ты сама?! – Алифанта резко выдохнула, едва не выронив карманное зеркальце, которое уже успела достать. Она обернулась к Клэйду, и в её глазах мелькнула смесь чистого восторга. – Клэйд, ты только посмотри на эти микроконтуры! Дэйна, но это же уровень столичных магистров, а не выпускницы академии!

Клэйд бережно погладил большим пальцем изумрудный панцирь механического жука. Его ладони чуть заметно дрогнули, а в глубине глаз лихорадочно блеснул амбициозный огонек, который я так хорошо помнила по прошлой жизни. Сейчас, узнав о моем допуске на фабрику Сайса, он, казалось, осознал мою ценность еще острее.

– Ты превосходишь саму себя, родная, – вымолвил он с почти благоговейной торжественностью. – Впрочем, чему я удивляюсь? Ты ведь сколько я тебя знаю, с самого детства, проявляешь себя как настоящий, прирожденный артефактор. Помнишь твой первый щит, который ты собрала в четырнадцать лет? Твой отец тогда неделю поверить не мог, что это сделала девчонка.

– О да, лавка мастера Мортима всегда держалась исключительно на твоих идеях, – подхватила Алифанта, примеряя серьгу. Голубая эмаль бабочек делала её лицо еще более фарфоровым, а глаза – яркими. – С таким редким даром, Дэйни, ты обязательно прославишься на всю страну. Твоё имя еще прогремит в Высшей Гильдии, вот увидишь. Профессор Магранс от гордости лопнет, когда ты будешь защищать диплом.

– Не просто прославится, Алифанта, – мягко поправил её Клэйд, и его пальцы сильнее сжали металл броши. Он посмотрел на меня с такой жадной, собственнической гордостью, будто эта слава уже наполовину принадлежала ему. – Наша Дэйна создаст артефакты, которые перевернут все представления о магической механике столицы. Я ни на секунду в этом не сомневаюсь. У тебя великое будущее, милая. И я счастлив, что смогу разделить его с тобой, помогать тебе и направлять твой гений.

От его слов меня едва не вывернуло наизнанку. «Направлять мой гений» в его понимании означало запереть меня в четырех стенах, заставить работать на износ и подписывать мои чертежы его именем. Каждое слово восхищения, которое сейчас слетало с его губ, было лишь оценкой стоимости его будущего имущества. Он ценил меня. О, он ценил меня чрезвычайно высоко – как самую дорогую, редкую и прибыльную вещь в своей жизни.

Я сделала виноватый вид, слегка переступив с ноги на ногу, и заговорила тихим, мягким голосом, в который вложила максимум притворного раскаяния:

– Спасибо вам... Ваши слова очень важны для меня (От автора: Ваше мнение очень важно для нас, оставьте его при себе и закатайте губу после звукового сигнала xD). Но именно поэтому я и принесла эти подарки. Клэйд объяснил мне, что в последнее время я стала отдаляться. Вечно прячусь за книгами, пропадаю в библиотеке. Я чувствую, что слишком мало внимания уделяю вам обоим, моим самым близким людям. И я хотела таким образом извиниться. Впереди выпускные экзамены, сложнейшая защита, а теперь еще эти... отчеты о фабрике. Мне предстоит ещё очень много работать, чтобы действительно добиться того, о чем вы говорите. Времени будет совсем в обрез, и я боюсь, что стану еще более отстраненной.

Алифанта резко замерла, опустив зеркальце. Она посмотрела на меня как-то странно – в её больших голубых глазах проницательность взрослой хищницы на миг пробилась сквозь маску восторженной подружки. Этот долгий, изучающий взгляд резанул меня по нервам, но я удержала покорную улыбку.

– Дэйна, ты говоришь так, будто уезжаешь на другой конец света, – Алифанта сделала шаг ближе, и её брови озадаченно сдвинулись к переносице. – Ты просто готовишься к диплому. К чему эти трагические извинения? А разве вы с Клэйдом не собираетесь жениться, как планировали?

Вопрос повис над фонтаном, тяжелый и острый, как лезвие палача. Алифанта явно пыталась прощупать почву.

Клэйд на мгновение натянул улыбку, его левая бровь нервно дернулась от бестактности подруги, но он тут же перехватил инициативу. Шагнув ко мне, он осторожно, но крепко сжал мой локоть, обдавая привычным, приторно-мягким теплом своего голоса:

– Конечно, Алифанта права, дорогая. Наша помолвка совсем скоро, и как только мы обустроимся в новой жизни после выпуска, а там сыграем свадьбу. Мы будем жить под одной крышей, делить один дом. Твои учеба и будущая карьера никак не смогут разлучить нас или лишить меня твоего внимания.

Ага, как же! Да я из-за тебя, дракона и этих дурацких мечт о семье ни одного экзамена не сдала! Заливает он тут о карьере и семейных ценностях.

– Разумеется, – вслух послушно согласилась я, ласково улыбнувшись ему в ответ. – Вы правы. Наверное, я просто переутомилась и стала слишком мнительной. Пожалуйста, носите эти украшения. Мне будет очень тепло на душе, если вы будете надевать их почаще.