Текст книги "Подарок судьбы 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Дербеш

Немного пройдясь перед наступлением ночи, мы обнаружили черный лаз, выходящий прямо в одну из роскошных спален второго этажа. Огромный проем, в который, должно быть, способен пройти даже верблюд вместе со своими вьюками. А внутри кромешная тьма, не подсвеченная ничем, даже отблеск света от лампы туда не ложится. Мрак, будто живой зверь, поглощает любое вторжение внутрь себя. Логово чудища. Мы с Бэем переглянулись. Страх не должен касаться сердца настоящего воина, никакой и никогда, но сейчас стало, действительно, жутко. Где-то в глубине тьмы будто бы слабо плещется что-то живое. Не то просто вода, не то это дракон, а может, и нечисть, вроде нашей кухарки. Внутренности сжались в ком напряжённых, как канаты, нервов.

– Завтра. Сегодняшняя ночь и завтрашний день еще наши. А потом решим, кто шагнет туда первым.

– Уступи. Это мой долг. Из-за меня ты оказался пленен там, у холмов.

– Завтрашний день покажет, может, выбирать нужно вовсе не нам.

– Где заночуем? Тут, кроме этой, есть еще одна спальня.

– Предлагаю лечь там вместе. Дежурить по очереди большого смысла нет. Ни ты, ни я не маги, да и оружия у нас нет, как и целесообразности его применять. Никто не рискнет отнимать законную дань у дракона.

– Верно. Ты прав, Бэй, вынужден это признать. Ляжем вместе.

Огромный мягкий матрас заточён в невысокую резную ограду. В комнате прохладно и сухо. Нет никаких насекомых, подушки набиты легкими, пышными сушеными водорослями. Одеяла разных форм, толщины и размеров. Спи – не хочу, тем более после долгой дороги. Да отчего-то не спится. Туника душит одним только видом, навевает неясные мысли, не то платье, не то ритуальная тряпка.

– Я разденусь?

– Пожалуй, я тоже. Стеснятся тут некого, к нам никто не войдет. А от этой штуки мне не по себе, если честно.

– Соглашусь. Как думаешь, почему о нас такая забота? Ладно бы о тебе, все же тебе досталось. А обо мне?

– Не знаю. Думаю, смысла нет это выяснять, да и не у кого. Кухарка нам, точно, ничего не скажет, а магов и следа нет.

– Интересно, как они приручили своего дракона? Может, можно его подманить какой-то едой?

– Угу. Нами, например. Разрезать на кусочки тебя и выдавать штучно. Я как-то не готов на такое.

– Ты знаешь, я тоже. Но тот ящер... Он же ел виноград.

– Откуда ты знаешь, чем они его еще кормят. Я видел, как он сожрал нескольких морских бесов. Безо всякого колдовства, просто выкурил из норы и сожрал под фонтан брызг.

– Да уж. Но попробовать стоит, наверное.

– От судьбы не уйти. Давай спать.

– Подожди, слышишь какой-то треск снаружи?

– Что-то порвалось, может, стоит выглянуть в окно?

– На эту сторону выходит только терраса. Это когти. Что-то ползет по одной из стен.

– Дракон? Наш или тот, с крыльями?

– Крылатый мог бы взлететь. Может, это морской? Наш.

– Тише.

Скрежет когтей по стене, осыпающиеся вниз мелкие камни. Бэй сел на постели, я прижался к его спине своей, как всегда нас учили поступать в ближнем бою. Острые лопатки упираются прямо в мои. Тварь ползет, карабкается по стене, взрывает когтями мощную кладку. Страшно даже подумать, каков он, легендарный ящер. Из-за решетки донеслось фырчание. Возникло стойкое чувство, что за нами наблюдают оттуда. Не просто принюхивается зверь, а именно изучает, смотрит, словно запоминает, каковы мы. Стыдно, но боюсь повернуться, упереться глазами в глаза чудища, выходца из легенд – дракона.

Удар лап о землю прозвучал гонгом, оповещающим о победе в учебном бою. Вот только бой предстоит совсем не учебный, и исход его заранее ясен, но всегда остается крошечная лазейка, созданная для тех, кто умеет ее найти. Может, Дербеш прав и дракона можно приручить. Приручают же собак и порой даже тигров. Дань отдана, клятва принесена, условия соблюдены. Интересно, дракон это знает, насколько он, вообще, в ладах с собственным разумом? В легендах ящера считали разумным. Но где правда в людской молве, а где ложь? Может, удастся его как-нибудь оповодить, и ходить с ним на цепи, как великие маги со своим зверем. Мечты. Суждено ли им сбыться?

– Ушел, – прошептал приятель.

– Надо поспать хоть сколько-нибудь.

Летти

Попыталась отыскать в чемодане что-нибудь в духе восточной сказки, моей сказки! Какое счастье вернуться домой после долгой разлуки. Именно так я себя ощущаю. Не попавшей незнамо куда, а вернувшейся, наконец-то, на родину. Классный у меня гардероб, ни одной подобающей случаю вещи. Разве что халатик надеть и убить своим видом начальника охраны сразу и наповал. Ему и так-то дышать рядом с нами двуликими страшно, а тут я во всей красе. Нет уж, персонал надо жалеть, если он не ворует и не пакостит, но с этим я теперь разберусь. Хотелось мне власти, хотелось, чтобы меня боялись и уважали? Получила. Все получила. Осталось найти хоть сколько-нибудь приличное платье. Точнее, выбрать из двух сарафанов и пары костюмов самый подобающий. Ай, черт с ними, с приличиями. Я – дракон, на меня эти нормы не распространяются. Брюки и майка. Кому не нравится, могут глаз от пола не отрывать – их личное дело. Я не зарплата на карте, чтоб меня оценивать. Втиснула ноги в приличные кроссовки и, гордо черпая ими песок, поплелась к своему дворцу с увесистым чемоданом в руке. Можно было бы его и тут бросить, приказать, чтоб потом донесли. Но вдруг потеряют? Нет, я умная. Своя ноша не тянет!

Ворота пришлось открывать попой. Одна рука занята, второй не получилось открыть. Сервис на уровне колхоза «Кривая дорога». Исправим.

Стоят, вытянувшись в струнку, с Ибрагимом во главе, глаз от пола никто не поднимает. Нет бы, хоть кто-нибудь подхватил мой баул и, вообще, догадался открыть даме дверь.

Посчитала по головам. Ибрагим, двое мужчин примерно его возраста и стати, точно джинны из сказки. Таких будет сложно заставить себя уважать и поставить на место. Чуть коснулась их мыслей, а нет, эти тоже опасаются меня, значит, договоримся. Следом сухощавая блондинка, должно быть, кухарка, о которой говорила Милена. Тут все в порядке, она держится за работу, ей тут очень понравилось, хочет произвести на меня хорошее впечатление, изучает. В голове пересчет продуктов и различные хозяйственные прикидки. К безликим в ее голове куча вопросов, обычное любопытство. Тише, мой зверь, не урчи. Она не соперница и не захватчик, наоборот, хорошая нянька или как? Чую, а выразить мысль у меня не выходит. Тонкая нить тянется от нее к Ибрагиму. Вот тут есть намек на легкое как пёрышко чувство. Следом стоят парнишки, челядь, все на грани глубокого обморока от ужаса перед двуликой, плохо, исправлю. Но еще им безмерно все любопытно и они страшно гордятся, что выбраны служить во дворце. Высокий мужчина держится чуть поодаль и отрешенно. Целитель, лекарь и слабенький маг. Отрешен от всего для служение благу. Отлично.

– Доброй ночи.

Поклоны мужчин стали ниже, и только кухарка поздоровалась как человек.

– Доброй ночи. Ужинать будете?

Ибрагим забыл, как дышать, боится за нее.

– С удовольствием, идемте, я голодна. Остальные могут расходиться, все, что хотела, я увидела. Вещи отнесите в мои покои первого этажа, – как приятно доподлинно знать, что и где тут расположено, магия источника рисует перед внутренним взором не просто карту, а скорее, модель из синеватых прерывистых линий.

– Ибрагим.

– Слушаю и повинуюсь, двуликая госпожа.

– Дверь передо мной необходимо открывать, по крайней мере, эту. Распорядитесь, чтобы к завтрашнему утру наряды для меня были развешаны в моих покоях. Сундуки с ними найдете на втором этаже. Все ясно?

– Счастлив все осознать.

– В которой столовой вам накрывать?

– Уже поздно. Я перекушу сегодня прямо на кухне. Все традиции этого места оставим на завтра.

Суетятся мысли в ее голове, перебирает, что осталось от ужина. Размышляет, чем угодить молодой и такой богатой девице.

– Можно я спрошу?

– Конечно, я же не зверь какой-то, – ну-ну, рыкнул внутри дракон. А кто тогда?

– А вы учились в Москве?

– Почему вы так решили?

– Просто у вас такой великолепный русский язык. Совсем нет акцента.

– Все мы учились. Образование – штука полезная, – ушла я от прямого ответа.

– Я так и подумала. На ужин есть буженина, вчера запекала, рыбка копченая, соленая, лепешек напеку только к утру. Сыр еще. Могу что-нибудь приготовить.

В голове щелкнуло «рыба». Тут же есть рыба. Много той самой рыбы, о которой говорила Милена. Ноздри затрепетали, силясь уловить желанный, но пока неизвестный мне запах.

– Чашка морса и кусочек сыра будут очень кстати.

– На диете?

– Да, почти, – не говорить же ей, что у меня наметился чудесный ужин в паре десятков километров отсюда. Еще обидится.

– А я, наоборот, всю жизнь не могу потолстеть, сколько бы ни ела.

– Везет вам.

Просторное помещение озарено сотней висящих под потолком свечей. Магия щедра на такие подарки. Щелкну пальцами, поведу бровью, и они начнут танцевать под мотив любой песни. Но не сейчас, сейчас еще рано. Кухарку это, наверное, может и напугать.

Крошечный коврик из переплетенной травы, золотая тарелка, ломтики сыра под цвет, так и лоснятся желтыми лепестками, запотевшая чаша холодного морса из кухонного просторного, как платяной шкаф, ледника.

– Спасибо.

– Мне тут остаться или уйти?

– Как удобно. Я не терплю воровства, лени, наглости, работы спустя рукава. Остальное – абсолютно не важно. В еде я не привередлива. Главное, чтобы все было свежее.

– А мальчики ваши что любят? Меня они за еду поблагодарили, но, может, просто стесняются сказать, что что-то не так?

– Думаю, они всем довольны.

– А как мне лучше к ним обращаться? По именам или?

– Их зовут Дербеш и Бэй, – в груди колыхнулась волна неповторимого чувства. Смесь нежности и нетерпения, сдобренная изрядной порцией идущей от них тревоги, – Дербеш повыше ростом и плечист. Бэй изящней.

– Им там не скучно вдвоем взаперти? Может, мне стоит у них прибраться? Все-таки парни, что они понимают в уборке. А кроме меня туда никто не заходит. Они тоже где-то учились?

– Да. Именно поэтому так хорошо говорят на нашем языке. С уборкой решим все позднее, ложитесь-ка вы спать. День был долгий у всех, а я еще прогуляюсь, дела. Спасибо за ужин.

– Я вас чем-то обидела, вы уж простите, впервые работаю в таком месте? А тут и поболтать не с кем одни мужчины кругом. Вот я и...

– Все в полном порядке. Просто я очень соскучилась по дому, устала с дороги, да и не терпится все обойти. А других женщин в этом дворце нет, и не будет. Тут принято держать только одну даму, чтобы следила за порядком. Женский взгляд, он порой бывает бесценен, вы должны меня понимать. Ибрагим знает много местных легенд, вам, должно быть, любопытно с ним пообщаться. Только не стоит принимать их за правду, местный колорит, он порой бывает очень причудлив.

– Да я как-то не верю в это во все. Но спасибо, это, действительно, будет любопытно в отсутствие телевизора.

– Тут не ловит сигнал никакой связи, слишком уединенное место.

– Да, конечно. А с медициной тут как? А то мало ли что может случиться.

– О, вот с этим как раз все в порядке, можете не сомневаться. И ядовитых насекомых, всякой дряни тут нет.

– Извели?

– И не забредала, – я улыбнулась, – спокойной вам ночи, а я, пожалуй, пройдусь.

Прислуга растворилась среди множества комнат и залов, пустуют украшенные позолотой стены. А я ликую, здесь все принадлежит мне, все мое по праву дракона. Гулко разлетается эхо моих шагов, зависает в высоких сводах. Море. Хочу поскорее сбросить опостылевшее людское тело и нырнуть, слиться с родной для меня стихией, сверкнуть синеватой чешуей в бликах луны и красиво прыгнуть с высокого камня, врезавшись в плен буйных волн.

Ибрагим сторожит двери, свет, должно быть, еще не видывал такого показного рвения. Я вернулась, дракон снова живет во дворце, так кто из неприятелей, скажите на милость, рискнет переступить этот порог без спроса?

Низкий поклон, бисеринки пота между бровей чуть пониже складок богатой чалмы. В последний момент опрометью рванул отворять тяжелую дверь.

– Можешь идти отдыхать, до рассвета я не вернусь.

– Как изволит двуликая, – сообщает он полу.

Можно было бы разрешить не кланяться мне, но воин горяч. Дам спуск в соблюдении надуманных им же правил, потом не соберу без боя власть в свои руки. А это нам сейчас ни к чему, ни ему, ни мне.

– Рыбу разделывать можешь?

– Любую добычу, двуликая.

– На рассвете выходи к морю. Оставлю пару рыбешек к столу и дары безликим, передашь через кухарку.

– Все будет исполнено.

– Приятной нам всем ночи.

Не оборачиваясь, вышла к самому краю террасы, наряженной в зеленый камень. Ветер треплет мои светлые волосы, играет одеждой.

Сбросила с себя все ненужное, лишнее, обернулась и прыгнула с уступа в самое начало блистательной лунной дорожки.

Родная стихия нежно приняла меня в распахнутые объятия, полные будоражащей кровь и душу пены. Воздух не нужен, не стоит опасаться того, что кислорода не хватит. Вижу во тьме так же ясно, как днем. Мимо меня проходят косяки глупых рыбешек, будто не чуют хищника в чешуе. Лапы вспарывают податливую толщу воды, гребут, выносят меня к желанной добыче. Узкая нора скрыта в камнях, кто не знает, вовек не найдет. Туннели подводных рек, словно сосуды, пронзают сушу, стремятся к холмам, текут. Первый морской бес показался немного костлявым. Заплутал, бедняга, заплыл не туда, побирался неведомо чем. Глубже под землей плывут другие, жирные рыбы, сладкие, сочные. Морда трепещет, желудок, словно бездонная бочка, просит много добычи. Была бы я человеком, наверняка, испугалась бы этих почти человеческих лиц, каждое с ухмылкой сказочного угрюмого волшебника на выступающей вперед морде, похожей на круглое блюдо. Но вкус их прекрасен, и даже лишенная всяческой чешуи немного резиновая шкурка совсем даже его не портит. Осетрина, и та была бы менее вкусной. Определенно, этот мир просто создан для моего наслаждения. Загнала нескольких особо крупных морских бесов в узкое ответвление, подцепила когтистой лапой. Люди будут довольны, только в моем дворце к завтраку подадут такое кулинарное искушение. Главное, чтобы Ибрагим выпотрошил крупные туши, а то моя интеллигентная кухарка может и догадаться, что мы немного не на Земле.

По пути к берегу магическим даром нашла древний кинжал, к сожалению, только один. Пришлось выбираться на сушу, выкладывать дохлую рыбу. И снова плыть, разыскивая подарок второму безликому. Парни. Нельзя вызвать между ними соперничество и ревность к моим подаркам. Пусть будут схожи между собой. А еще неплохо бы поискать ларец. Какой подарок и без коробки? Море так щедро на дары для дракона. Главное, поискать получше, да разгрести ил у берега, не стесняясь запачкать прекрасную шкуру.

Глава 16

Дербеш

Утро началось с прикосновения ласкового солнечного луча, будто провел кто-то незримый нежной рукой по голове. Канун роковой ночи следует провести с особым упоением жизнью. Бэй все еще сладко сопит на своей половине кровати. Да уж, такое мне не могло привидеться в самом чудном из снов. Я и загорец спим в одной постели, как братья из бедной семьи. Сплелись наши судьбы крепко, хорошо, что ненадолго. Все же наши народы слишком чужды друг другу. Мы – дети моря, они – дети бесплодной пустоши, обдуваемой всеми ветрами и прожженной солнцем, только на холмах и сходятся наши пути. Хотя, если верить вчерашнему дню, то с Бэем меня объединяют многие черты.

Как был, лишенный всякой одежды, я вышел на холодную после ночи террасу. Сладок миг пробуждения природы от ночной хмари, еще ничто не успело устать от жаркого солнца, кругом мелкими капельками сверкает ночная роса и не спешит исчезать.

Первый шаг в воду бассейна сулит лютый холод и дается с трудом, второй уже проще и только, макнувшись в нее с головой, понимаешь все счастье от этой прохлады. Вода нежная, пресная, ласковая, словно дельфин. Холит, лелеет, разминает затёкшее после недолгого сна тело.

– Доброе утро. Я тебя потерял, если честно.

– Доброе. Присоединишься?

– Пожалуй.

В воду несмело погружается излишне тонкая нога загорца. Вроде мужчина, но такой пронзительно тонкий, каким бывают разве что охотничьи псы в своре Эмира. Тонкие, звонкие, полупрозрачные в лучах солнца и лютые, стоит им ухватить след добычи, догнать, вцепиться в нее всеми зубами. Не знающие ни боли, ни страха, только вечная жажда цели и держит души в их невесомых изящных телах.

– Холодная, и зачем ты только в такую полез?

– После того, как целиком влезешь, холода уже и нет. Был бы ты не таким тощим, было бы не так ощутимо.

– Какой есть. А вообще во внутренней купальне вода идет даже горячая, я проверял.

– Как думаешь, маги нас навестят сегодня?

– Возможно. Интересно, как скоро подадут завтрак.

– Не терпится увидеть нашу кухарку?

– Как и тебе.

– Накаркал!

– В смысле?

– Стучит, вроде, нужно идти открывать.

Короткие туники противно липнут к мокрому телу, не хотят никак налезать. Балахоны застегиваем лишь бы как, чтобы только укрыть наготу лиц и тел, а с застежками разберемся, если это понадобится, позже. Существо за дверью ломится, грозясь сокрушить мощную дверь. Вроде бы даже переживает, не случилось ли с нами чего в эту ночь. Видимо, знает про то, что к нам по стене взбирался дракон.

– Секунду, – откликнулся Бэй.

Бегом, разве что, не толкаясь плечами на лестнице, спешим открыть.

– Я уж перепугалась, думала, что-то случилось, долго не открывали. Поздно встаете?

– С рассветом, просто купались.

– Дело хорошее, смотрите, не потоните только.

Вроде бы голос исполнен переживания, вот только о ком? Скорей всего, о благе нашего общего с ней хозяина – морского дракона.

– Я хорошо плаваю, а Бэй осторожен.

– Вода – коварная стихия. Ну, не будем о грустном. Я к вам с подарочком от дракона, – сердце ухнуло вниз, – обычно всем добрые феи или волшебницы приносят подарки, а у вас вот...

Кухарка спешит поставить на стол тяжелое блюдо, накрытое серебряной крышкой с тисненым узором. Морское дно не сложно узнать в прихотливом переплетении лилий и мелких рыбешек. Извитые ручки в форме ракушек начищены до чудесного блеска, рядом составлены с подноса приборы, тарелки. Что же она нам принесла? Пахнет вроде бы чем-то знакомым, а может, и нет. То ли мясо, а то ли и вовсе рыбёшка, зажаренная у огня. Рядом с краю стола примостился ажурный сундучок для письменных принадлежностей. Тонкая работа мастеров давно ушедшего прошлого, бесценно редкая вещь, таких сейчас и не купишь. Потемневшее серебро впечатляет обилием вплетенных в него ярких каменьев, самоцветов и бусин узорчатого стекла. Страшит и одновременно манит.

– Приятного аппетита, через часок загляну за посудой?

– Да, – несмело кивнул ей Бэй, – тоже не может отвести взгляда от завораживающей красоты сундука.

– Дракону-то что передать за подарок, если встречу?

Вопрос загнал в тупик все мои мысли, словно свора гончих псов зайца. Эта женщина легко может переговорить с драконом? А что ему передашь, когда я даже еще не знаю, что внутри сундучка? Мало того, вовсе не имею понятия. Значит, дракон разумен? Смыслит что-то в человеческой речи? Не просто бездумный чешуйчатый ящер, а тот, кто способен отправить подарок.

– Хорошо, сами поблагодарите при встрече.

Кухарка вышла, Бей стряхнул с себя капюшон.

– При свете утра она больше похожа на женщину, только выбеленную, словно полотно хлопка, должно быть, я привыкаю.

– Откроешь?

– Охотно.

Смуглые пальцы ловко ложатся на крышку, почти сразу нашли невесомый замок, сундучок распахнулся и внутри обнаружилась пара почти одинаковых, схожих, как братья, золотых ножей. Словно ненастоящие они лежат на куске парусины, брызги запекшейся крови мерещатся в темных рубинах, образующих прихотливый узор на игрушечной гарде ножей. Рукояти и вовсе украшены чем-то вроде мелких чешуек. Пара бесполезных игрушек для избалованных детей богатого рода. Ни нанести серьёзного удара, ни порезать руки. Золото – мягкий металл, не держит заточки, да эти ножи, похоже, ее никогда и не знали.

– Красиво, – потянулся к одному из ножей приятель, – как думаешь для чего они?

– Не знаю. Может быть, часть ритуала?

– Не думаю, таким и удара-то не нанести. Мой – этот, если у тебя нет возражений, – завороженно он провел пальцем по тупому с виду лезвию ножа, – острый, чуть не порезался.

– Осторожней. Бери любой, – исполненный внутреннего трепета я взял второй клинок в руку. Тяжелый и камни горят ярче, стоило вынуть его на свет. А к одному из них налипла полупрозрачная ракушка мелкого моллюска, став почти незаметной. Должно быть, ящер достал клинки из своего подводного тайника и уложил когтистыми лапищами в шкатулку для писем, чтобы не выронить по пути. Лезвие гладкое, словно зеркало, и бросает яркие блики солнца на стены.

– Давай есть, любопытно, что нам принесли, с этими словами Бэй приподнял богатую крышку. Никогда раньше я не видел, чтоб человек так быстро и высоко прыгал назад себя через мягкий пуф. Изумленный природной ловкостью загорца, я опустил взгляд на блюдо и почти повторил его номер сам.

Черной матовой горой на столе возвышался сам морской бес. Одно радует, что безголовый. Впрочем, голову ему заменила гора хитро выложенных в форме оскала овощей. В нос ударил острый запах копчений.

– Приятного аппетита, да? Так сказала эта…?

– Ага. Он запечен, кажется.

– А если нет? – загорец крадется к еде диким зверем, выставив вперед руку с богатым клинком.

– Погоди, надо снять балахоны, они белые, если рыба нас чем-то обрызгает, думаю, за порчу тканей с нас же и спросят.

– Рыба? Это легендарная тварь. Бес, сын самого морского царя.

– И, тем не менее, рыба.

Кончиком ножа я пошевелил хвост дохлой твари, тот легко отвалился и чуть не упал со стола, продемонстрировав сочное мясо на сломе.

Не сговариваясь, сели на пуфы по разные стороны от ароматного блюда. Я не выдержал первым и подхватил запечённый кусок овоща подальше от туши. Вкусный, хорошо пропеченный, покрытый тонкой золотистой корочкой и укутанный в запах копчения.

– Точно, рыба?

– Хищная.

– Пахнет едой, на вид как еда, значит, еда и есть.

Осторожно он водрузил на свою золоченую плошку кусок исходящей паром мякоти. Принюхался и все же взял небольшой кусок в рот.

– По вкусу как мясо, только нежнее, об остальном думать не будем.

На третьем кусочке золотистой моркови сломался и я. Рыба как рыба, только жирная и сочная. В конце концов, я ее ем, а не она меня, значит, все в порядке. Наверное. Хоть бы не отравиться этим сомнительным лакомством.

Туша, разделенная по-братски на две равные половины, закончилась на удивление быстро. Овощи, впрочем, тоже. Никогда бы не поверил, если бы мне кто-то сказал раньше, что я разделю морского беса в качестве трапезы напополам с загорцем. Кинжал сияет драгоценными каменьями. Отцу бы его переправить хоть после всего. Сможет продать, подновит стадо овечек, еще и на повозку останется с лихвой. Будут зимой меня вспоминать. Только как это сделать? Вот в чем вопрос. И зачем нам дракон, в принципе, их подарил? Рыба – тоже его лап дело, кто бы еще такую поймал. Один человеческий взгляд, зацепившийся за взгляд этой твари, и человек обречен. Заморочит, убьет. Сам полезет вкладывать сердце в ее страшные зубья. Да и покои, которые нам отдали, слишком роскошны. В таких мог бы жить сам Эмир и не в чем не нуждаться, если бы это был не волшебный дворец самого дракона. Балует зверь, словно хочет дать насладиться всеми возможными благами этого мира, до того, как уволочет в свое подводное царство.