Текст книги "Дети дракона - моя тайна. Мастерская тортов 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

Глава 17

Я отошла от дверей и медленно начала подниматься по лестнице. Навстречу мне выбежал обеспокоенный оборотень, его норовит обогнуть по дуге Кирия. Хорошо, что я уже успела договориться сама с собой. Эта девушка, хоть она и невеста, для Адриана ничего не значит. Пусть она в тысячу раз знатнее меня, пусть иначе воспитана, пусть в ее крови переливается и искрится пеной хвалёное благородство. Но любит дракон только меня. И я, а не другая, стану его супругой, а потом и королевой. Тогда увидим, какими глазами на меня посмотрит вся знать. И моя будущая свекровь тоже. Я даже мстить надменной драконике за все ее гадкие слова не стану. Пусть ярится, мне она вреда причинить не сумеет. Злоба любое существо делает слабым.

– Где сиятельный? – тревожно спросил маг.

– Адриан улетел, обещал вернуться обратно не скоро. Кирия, распорядись накрыть на стол. Учтите, в замке гостья. Сиятельный принес сюда свою невесту, эту беглянку.

– В замок прибыла будущая хозяйка? – ахнула испуганно девушка.

– Хозяйкой этого замка Лейле никогда не стать, – спокойным голосом ответила я, несмотря на то, что в груди заклокотала ярость. Пожалуй, служанку стоит сменить. Попрошу об этом Адриана или начальника стражи.

Позади меня хлопнули двери, я позволила себе медленно обернуться. Посмотрела на девушку свысока. Черные локоны волос растрепались и стали похожи на воронье гнездо, платье требует чистки, дорожный плащ и вовсе разорван. Девица еле стоит на ногах. Под локоть её держит начальник стражи. Помнится, меня он подхватил на руки сразу, стоило мне только по глупости шагнуть на раскалённый песок.

Да, определённо, это та самая девушка, с которой я столкнулась несколько лет назад на постоялом дворе. Разве что волосы у нее тогда были светлыми. Цвет локонов изменить не сложно, это может сделать любой маг воды, достаточно напитать пряди красителем нужного цвета. Злость раскатилась по всем моим жилам. Из-за этой девицы я столько лет прятала от Адриана детей, из-за нее я долгие дни шла одна по дороге в столицу, из-за нее любимый меня потерял, не смог взять на руки наших с ним новорожденных детей, не мог их воспитывать, нежить. Во всем она виновата!

Но что бы было, не встреться тогда Лейла на моем пути? Этого никто не знает. Если бы не она, я бы осталась в своем доме ждать Адриана. Может быть, я погибла бы от оркских мечей и мои нерожденные дети вместе со мной. Орки вошли на наши земли внезапно. Они убивали, не спрашивая ни сословия, ни пола. Крушили всё, до чего могли дотянуться.

Если бы не Лейла, я бы точно осталась ждать Адриана в своем доме. И скорей всего, погибла бы. Марек и София никогда бы не родились. Мне стоит быть благодарной. Пусть девушка так поступила со мною со зла. Но это спасло жизни моих детей.

Элиос взглянул на меня как будто испуганно, чуть склонил голову в знак уважения, мягким голосом произнес.

– Госпожа Лейла, невеста хозяина, по его воле...

– Добро пожаловать в замок сиятельного Адриана, – улыбнулась девушке я, – Мое имя Талила.

Лейла пошатнулась, едва устояла на ногах, но эльф даже не сдвинулся с места, не попытался ее подхватить, лишь мягко направил к лестнице.

– Благодарю вас за гостеприимство, – тихо произнесла Лейла, – Я бы хотела немного отдохнуть. Путь был утомителен и долог.

– Вы шли пешком? – я не сдержалась от колкости, вспомнив свою дорогу. Несколько месяцев я тогда шла, просясь на постой к чужим людям, обходя стороной полыхающие деревни. Еще и беременная. Ну и пусть, главное, что справилась и дошла. Мне показалось, что девушка не ответит. Ее губы сжались в тонкую нить.

– Я ехала верхом до встречи с сиятельным.

Эльф помог девушке подняться по лестнице, проводил в одну из комнат и тоже вошел, дверь за ними захлопнулась.

Я тихонько поднялась следом, притаилась у двери в ее комнату. Благо, оборотень остался внизу, не стал подниматься. Если меня здесь заметят, не страшно. Госпоже прощается любопытство.

Из комнаты хорошо слышны встревоженные голоса служанок. Лейла, кажется, сердится, чуть не плачет. Элиос настойчиво предлагает позвать лекаря. Девица отказывается под глупым предлогом, требует дать ей отдохнуть в одиночестве. Эльф отказывает. Послышался тихий плач. Мне ее жаль. Не представляю, что бы было, окажись я сама на ее месте. Одна, в чужом замке, Адриана она до дрожи боится. Это ясно. Мы все втроём заложники этой ненужной помолвки.

Я вдохнула поглубже и тихонечко отворила дверь в комнату. При моем появлении эльф услужливо поклонился и отступил к стене, таким образом, чтобы встать почти между нами. Девушка, и вправду, очень бледна, на лбу у нее проступили бисеренки пота. По всему видно, что ей действительно плохо. Служанки спешно застилают широкую постель свежим бельем, взбивают подушки.

– Вам дурно? – решаюсь я на вопрос.

– Я просто очень утомлена. Прикажите всем выйти, – обращается она ко мне словно к хозяйке замка. Наложница прав отдавать приказы не имеет. Но стоит мне только взглянуть на служанок, как они исчезают. Элиос мнется на месте, явно не знает, как ему поступить.

– Выйдите, вам нечего делать в женской спальне, – мне на память приходят слова Адриана. Он приказал стражам следить, чтобы мы с Лейлой не ссорились. Выходит, Элиос боится, что мы подеремся? Ну-ну.

– Сиятельный Адриан распорядился.., – мягко начинает эльф.

– Выйдите, вы здесь лишний. Сиятельный Адриан велел исполнять все мои прихоти.

– Я буду ждать за дверью, – плавно он выскальзывает из комнаты. Мы с Лейлой остаемся наедине. Запоздало я вспоминаю о том, что эта девушка – обученный маг, и вряд ли она испытывает ко мне добрые чувства. Скорее, наоборот, хочет убить. Может, для того и сбежала из дома родителей? Узнала о том, что Адриан принес в свой замок наложницу и придумала способ, как пробраться сюда и избавится от меня? Может быть, мне лучше уйти? Пока не поздно. Ну уж нет. Показывать страх я не буду.

– Вам помочь раздеться? – внезапно для самой себя предлагаю я, – Платье стоит почистить.

– У меня нет другого взамен. Все мои вещи,... все осталось там, в лесу, – девушка кривится, из ее груди вырывается тягостный стон, так похожий на волчий, она зарывается лицом в ладони и начинает рыдать, – Вся моя жизнь осталась там...

– Я попрошу принести одно из моих, – я бегло осматриваю фигуру девушки и боюсь, что ни один из моих нарядов на нее попросту не налезет. И бедра, и грудь значительно больше моих, да и животик заметен, – вы сможете переодеться.

Я выглядываю в коридор, отдаю распоряжение начальнику стражи, он без слов кивает и подзывает к себе служанок. Я прикрываю дверь в коридор и оборачиваюсь назад, к Лейле. Слезы высохли, ее черные глаза-колодцы сверкают безумием.

– Прошу, помогите мне. Нет, нам обеим. Вам это тоже будет на руку. Умоляю. Дайте мне возможность сбежать. Скажите Адриану, что я погибла. Вы же госпожа, значит, маг. Вдвоём мы придумаем, как поступить. Сожжём здесь мои вещи. А потом вы проводите меня наружу. Я должна уйти. Прошу вас, – девушка падает на колени. Неужели дракона можно бояться настолько? Я подхожу, сажусь с нею рядом прямо на пол, обнимаю за плечи. Магичка дрожит всем своим существом, а в комнате жарко.

– Давайте вы сядете на кровать, – я помогаю ей подняться, тянусь к фибуле дорожного плаща. Бережно его снимаю и укладываю на кресло. Под плащом, прямо на груди девушки сияет камнями то самое, мое украшение, и сердце колет дикая боль, хочется взвыть волчицей. Белая лилия переливается в окружении самоцветов. Нет, не мое. Просто похожее. Адриан клялся, будто бы это сердце дракона, а я, как прекрасная лилия, заперта в нем. Якобы эта безделушка передается в его роду с самого начала времен. И носит его на груди только та, что стала избранницей дракона. Выходит, солгал.

– Помогите мне сбежать отсюда, – шепчет она.

Я бы и помогла. Совершить метаморфозу не сложно. В груди скребется червячок. Что мне стоит сделать эту девушку один в один похожей на любую служанку? Тогда Лейла легко сможет покинуть замок, и я ее больше никогда не увижу. Но мне придется признаться, что я метаморф. Нет, это слишком опасно. Да и какой в этом смысл? Адриан и так хочет разорвать помолвку

– Зачем вам это? Помолвка и так будет расторгнута.

– Я знаю. Сиятельный мне об этом сказал. Он хотел вернуть меня в дом родителей.

– Это же хорошо? – я медленно начинаю расшнуровывать ее платье, лилия смотрит на меня с укоризной.

– Это ужасно. Обещайте, что никому не расскажете?

– Обещаю.

– Мне необходимо покинуть замок до полудня. Полдень – самый крайний срок. И мне нужна надежная лошадь.

– Почему?

– Я ...Вам лучше не знать, – горько качает она головой.

Двери распахиваются, в комнату входят служанки, у них в руках мое зеленое платье.

– Цвет Великого леса. Мой любимый цвет, – качает она головой.

Служанки быстро помогают девице раздеться. Она остается в одной только нижней сорочке. Дверь в комнату вновь раскрывается. На пороге показался неизвестный мне молодой мужчина, почти юноша. В руках он держит несколько сверкающих сфер. Глаза Лейлы расширились от ужаса, она попыталась выставить перед собой руку, словно решила что-то наколдовать.

Молодой мужчина учтиво склоняет голову, красота полуобнажённой девицы словно не имеет никакой власти над ним. Он как будто ничуть не смущён и даже, наоборот, чуть надменен.

– Я лекарь сиятельного Адриана и пришёл сюда по воле Элиоса. Начальник стражи обеспокоен вашим недомоганием, госпожа Лейла. Он отвечает жизнью за благополучие всех женщин, которые принадлежат нашему хозяину, сиятельному Адриану.

– Со мной все хорошо.

– Мне предстоит в этом убедиться лично. Не беспокойтесь, я не коснусь вас руками. Лишь только расставлю в комнате сферы, они сами подскажут, что с вами не так, – лекарь обернулся ко мне, – Госпожа Талила, будет много лучше, если вы выйдете из комнаты, пока я не закончу. Сферы черпают силу из тех магов, что находятся рядом. Вам это совсем ни к чему.

– Да, конечно, – я выскользнула за дверь и прислушалась. Лейла молчит, слышны шаги молодого лекаря. Он опускает на пол одну за другой тяжелые сферы. Минуту в комнате стоттишина, потом раздался легкий звон и, наконец, мужской голос.

– Беременность проходит хорошо. Вы устали, но вашему ребенку ничего не грозит. Выпейте зелье, так вы быстрее придёте в себя.

– Откуда я знаю, что оно не навредит ребенку?

– Я никогда не посмею причинить вред тому, кто принадлежит хозяину. Вы и нерожденный ребенок находитесь под защитой сиятельного.

В груди всё леденеет. Девушка беременна, на груди у нее точно такое же украшение, как было и у меня. Адриан ее жених. Может быть, я ошиблась? Может, любовь дракона мне только почудилась? Может быть, всё обман? И я стала его частью?

Дверь распахнулась, чуть не задев меня. Лекарь вышел из комнаты, кивнув мне, будто бы ничего не случилось. Одна из сфер шатнулась в его ладонях, чуть не упала. Я успела ее подхватить и вернула обратно. Наши с лекарем лица сблизились, и я услышала шепот, похожий скорее на ветер.

– У ребенка нет крыльев. Внутри девушки не дракончик, – парень широким шагом направился прочь.

Я вошла в комнату, служанки помогают девушке умыться, обтереть руки. Подают платье. Ведь она сейчас оказалась в том же жутком положении, что и я тогда, на дороге, и даже в худшем. Кто знает, что ее ждёт? Ее и ребенка? Как она боится вернуться в родительский дом. Наверное, не зря. Мои собственные дети выжили, возможно, благодаря Лейле. Я смогла их доносить. Выходит, я в долгу перед ней. И лучше будет, если я ей помогу, чтобы больше никогда не встретить ее на своем пути.

– Вам лучше?

– Да, благодарю вас, – совсем тихо ответила она.

– Когда служанки уйдут, мы поговорим. Я помогу вам, – Лейла внимательно посмотрела мне в лицо с надеждой и кивнула.

Глава 18

Служанки, наконец-то, ушли, мы сидим в комнате совершенно одни друг против друга, я и Лейла. На ней мое платье, оно красиво облегает пышные формы этой девицы, волосы ей подобрали в довольно простую, но, тем не менее, красивую прическу. Длинные, черные, они выглядят, словно опасные змеи, свисают локонами по бокам смуглого лица, цепляются за лилию, вплетенную в драконово сердце.

Нет, я не ревную, почти. У этой девушки должен родиться ребёнок, ее нельзя презирать. В нас обеих сейчас клокочет древнее чувство, самое сильное в этом мире, то, что наполняет сердце любовью и страхом. Мы обе думаем сейчас, в первую очередь, о своих детях. Это чувство роднит и сближает.

Поможешь? Выведешь меня вон из замка? Только мне нужна лошадь. Сама я не дойду. Мой путь лежит в эльфийские земли.

– Дойдешь, если захочешь, – я вспоминаю свой путь столицу. Сейчас на дорогах нет ни засад, ни орков, ни обезумевших от горя крестьян. Если захочет, то сможет дойти. Мне пришлось куда тяжелее. И потом, у Лейлы под сердцем только один ребенок.

– Не успею. Мне нужно встретиться там со жрецом, пока вся знать здесь, в столице. Только тогда проведут обряд. Ты не понимаешь, – девушка закусила губу, – Мы должны успеть пожениться.

– Вот как?

– Ради ребенка. Ради других моих малышей.

– У тебя есть дети?

– Двое, – покаянно опустила голову девушка, – мы давно... Я и мой Мирабель. Мы встретились очень давно, в год моей помолвки с Адрианом.

– Как же так получилось? – нахмурилась я, – Ведь за магичками очень следят. Вы вступаете в брак невинными, – девушка отмахнулась рукой.

– Должны вступать. Я уезжала к тетушке, ее поместье далеко, почти на самой границе Северного надела. Она очень любит меня и давно ослепла, а теперь и потеряла рассудок. Мама была рада, что я помогаю тетушке. Она рассчитывает, что со временем я получу от нее достойное наследство. Там мы и встретились. Я и Мирабель. Ну а дальше нет смысла рассказывать. Все и так ясно.

– И где же сейчас твои дети?

– Зачем тебе это? – вскинула она в испуге голову.

– Ни за чем. Просто спросила. Я могу помочь тебе улизнуть, но лошадь достать почти невозможно.

– Без лошади будет сложно. Разве что, я смогу купить коня где-нибудь по пути.

– У тебя есть деньги?

– Нет, но я могу попытаться обменять украшение. Это подарок Адриана.

– Оно слишком дорогое, – с большим трудом выдавила из себя я. Даже страшно представить, что драконово сердце окажется в чужих руках, словно они могут его испачкать. Измять эту хрупкую с виду лилию, оставить на ней свои отпечатки. Как жутко мне было оставлять свою лилию в руках трактирщика, я и передавала-то ее, завернутой в платок, с надеждой вернуться. Прощалась с каждым лепестком как с живым, будто передавала в чужие руки свою и его любовь, сплетенные вместе. Да только я за своей лилией так и не вернулась. Сначала дети были слишком малы, потом боялась долгой дороги, и не хотела тревожит рану в душе. Снова касаться прошлого.

– Ничего, мне не жалко. Зато коня мне дадут отличного.

– Хочешь, поменяемся. У меня много ларцов со всякими мелочами. Выберешь все, что захочешь. А мне отдашь драконово сердце.

– Хочу. Только смотри, чтоб дракон не обвинил тебя в краже. Адриан свиреп в гневе, о нем ходит столько слухов. Как бы не растерзал тебя.

– Не бойся, я спрячу твое украшение так, что никто не найдет.

– Служанки находят всё. Эти мерзавки любят совать нос в то, что их не касается. Вечно что-нибудь вынюхивают и сплетничают. Ненавижу! Лучше вовсе слуг не иметь.

– Может быть. Я никогда не жила в богатом доме.

– Надо же? Это так странно. Я родилась в окружении слуг.

– Так бывает, – чтобы отвлечь девушку от ненужного разговора, я встала, – Пойдем, выберешь безделицы на обмен.

– Что ты скажешь служанкам? Они спросят и доложат сиятельному.

– Скажу, что подарила тебе в утешение.

– Спасибо. Я очень рада, что наши интересы совпали.

– Я тоже.

– Если я не сбегу, Адриан растерзает меня и ребенка. Я в этом уверена. Неверность о не простит. Только не говори никому, что у меня есть еще дети. Неизвестно, как сложится. Если меня снова поймают... Пусть хотя бы они останутся в живых.

– Обещаю.

Я отворила дверь в коридор. Начальник стражи стоит тут, прямой, строгий, немного надменный.

– Чем я могу служить прекрасным цветкам моего хозяина? – витиевато выразился он.

– Ничем. Я хочу сделать Лейле подарок. Ей так тоскливо вдали от дома, возможно, это ее утешит.

– Ваша воля, – с видимым удивлением склонил голову эльф и проводил нас до моего будуара.

Здесь окно давно заперто, зажжены свечи во всех канделябрах, шторы отдернуты и видно, как мерцают на небе звезды. Мы с Лейлой одновременно, не сговариваясь, подошли к окну и подняли взгляды к небу. Только она со страхом, я же с надеждой. Вновь в сердце наползает тревога, теребит душу. Где сейчас мой любимый, почему он задержался так надолго? Может быть, он навестил моих малышей? Знают ли теперь Марек и София от кого они были рождены? И что теперь думают обо мне?

– Вы хотите подарить что-то определенное невесте сиятельного? – певучий эльфийский голос отвлек меня от размышлений.

– Пусть Лейла сама выбирает, что ей больше по вкусу. Расставьте шкатулки на столе, так будет удобнее.

– Как пожелаете, госпожа, – вздрогнул эльф и подал знак служанкам. Те распахивают ящички комода и дверцы шкафа, вынимают шкатулки, ларцы, безделушки. Жалко ли мне с ним расстаться? Ничуть! Все, что я хочу сейчас – заполучить свое драконово сердце. Страж смотрит на нас обеих с опаской, кажется, что и не дышит вовсе. Стол уже весь заставлен драгоценными безделицами.

– Какие изумительные вещицы, – произносит Лейла спокойно.

– Выбирай, дорогая, – киваю я девушке.

– Спасибо, я очень благодарна тебе за подарки, – холеные руки беззастенчиво открывают замочки шкатулок, взвешивают на ладони их содержимое. Девушка присматривается к камням, вставленным в мои украшения. Откладывает в сторону то, что легко рассовать по карманам или вставить в прическу, – Не возражаешь, если я возьму вон те шпильки и пару расчесок?

– Думаю, этого мало, – пускай берет больше! Только бы Лейла смогла выменять на эти вещи самую быструю лошадь, которая унесёт ее далеко-далеко от этого замка. Жаль, я не могу пожелать сломать Лейле шею, она беременна, умрет она, погибнет ребенок.

– Тогда я возьму еще вот этот набор для притираний? Ты не возражаешь? Здесь такие чудесные рубины служат крышечками.

– Бери, конечно. Мне нисколько не жаль, – рубины диво как хороши. Каждый камень огранен в форме невинного бутончика розы.

– Помоги мне украсить прическу теми шпильками, что я выбрала. Я хочу понравиться сиятельному.

– Думаю, дракон оценит по достоинству камни в твоей прическе, – я беру в руки острые шпильки. Элиос подходит ко мне вплотную, вынимает украшения из моих рук.

– С этим справятся служанка. Не стоит утруждать ваши руки.

– Да, конечно, – я отступила с милейшей улыбкой. Неужели, Элиос подозревает меня в том, что я хочу убить Лейлу? Совершенно напрасно.

Служанка подошла и бережно вставила в причёску брюнетки красивые шпильки. Мои шпильки! Не суть, это небольшая плата за "сердце дракона" и за ту быстроногую лошадь, которая унесёт Лейлу из моей жизни.

– Расчески я уберу в карманы платья. Просто не могу с ними расстаться! Такая прелесть. И эти флакончики тоже. Ты так мила, Талила! – позволь, я тебя обниму.

Магичка ласково провела своей ладошкой по моему плечу, я невольно вздрогнула. Одно неловкое движение, и сердце дракона сорвалось с ее платья, зато намертво прицепилось к моему собственному. Я тут же прижала его рукой, будто спрятала от всех взглядов. По моим пальцам раскатилось тепло, и я почувствовала легкий толчок в ладонь. Сердце дракона словно откликнулось на мое прикосновение.

– Какая досада! – пожала плечами девушка, – Ну не рвать же теперь твое платье? Пусть эта безделушка останется у тебя. Это подарок Адриана, но мы же теперь семья. Так что, забирай, дорогая. Я надеюсь, сиятельный не обидится, – несчастный страж вытаращил глаза.

– Это родовое украшение, – почти пролепетал он, – Сердце дракона может быть передано только единожды в женские руки.

– Ничего страшного, – беззаботно улыбнулась Лейла, – Пусть сиятельный снимет копию и подарит ее мне. Если уж ему так хочется.

– Эта вещь неповторима, – глухо возразил эльф. Того и гляди отберет.

– Вы не знаете столичных ювелиров. Они могут повторить все, что угодно. И потом, мне по цвету больше подходят сапфиры. Решено, сердце дракона останется у Талилы. Ей оно больше к лицу. Если сиятельный огорчится, пусть выскажет мне все, что думает. Это мое право –распоряжаться его подарками, – эльф побагровел от злости, – Пойдём ужинать, дорогая Талила. Я так голодна.

– Я тоже. Наш повар просто чудо. Правда мурэсский соус у него выходит чуть кисловатым, – очень кстати я вспомнила слова оборотня.

– Какая досада, – пожала плечиком Лейла и взяла меня под руку на глазах у ошарашенного Элиоса, – Пойдем, дорогая. Я бы хотела попробовать местную рыбу. Надеюсь, нам на стол ее подадут.

– Надеюсь, – мы вместе вошли в столовую. Оборотень привстал из-за стола, с нескрываемым уважением кивнул мне и чуть улыбнулся Лейле.

– Вы? – повела она бровкой.

– Управляющий гаремом сиятельного.

– Отлично, теперь я знаю, к кому смогу обратится, когда мне что-нибудь понадобится. Распорядитесь, чтобы мне сшили удобное теплое платье к рассвету. Я хочу прогуляться в саду, покормить диких птиц. Вы не против?

– Ничуть, – закашлялся старик.

– Мы спустимся вместе, – подтвердила я, – Обожаю птах всех мастей. Пусть к рассвету соберут мешочек вяленого мяса. Я видела нескольких ворон. Их мы тоже покормим.

– И побольше корочек сухого белого хлеба! – улыбнулась Лейла, – Для голубей.

– Здесь, кроме чаек, никто не летает, – опешил старик.

– Вы плохо смотрели. Я сама видела всех этих птиц. Вы же не станете со мной спорить? – надменно ответила ему Лейла и опустилась за стол, – Как чудесно пахнет. Мне, признаться, вторую неделю кусок в горло не лез. Лекарь такой умелый.

– Не стану, – кивнул он как раз в тот момент, когда я отняла руку от своего украшения.

Оборотень округлил глаза и даже закашлялся.

– Я подарила Лейле несколько безделушек, а взамен она отдала мне эту вещь.

– Вам она очень к лицу.

– Элиос считает иначе.

– Глупец, – старик отодвинул мне стул, а сам сел напротив.

Я в очередной раз испытала к нему безмерную благодарность. Как вовремя он научил меня разбираться во многих столовых приборах. Нет, всех тонкостей, я, конечно же, не запомнила, но хотя бы не опозорюсь при магичке. Иначе мне было бы стыдно.

Я бросила взгляд на окно. Где же Адриан? Что могло так надолго его задержать? Все ли в порядке с нашими малышами? Как же я скучаю по своим детям, как хочется прикоснуться к ним, обнять, потеребить волосы на макушках, просто насладиться их детским запахом. Иметь возможность поправить их детские одеяльца, расправить сбившиеся простыни. Такие простые мелочи, а я совсем не ценила их раньше.

Только теперь понимаю, какое счастье было в моих руках. И как горько расстаться с ним даже на день. Лейла украла целых шесть лет отцовства у Адриана. Можно ли ее за это простить? Наверное. Я не знаю. Во дворе что-то хлопнуло, на секунду мне почудилось, что то были крылья любимого. Но следом раздались громкие крики стражей, они всего-навсего запирают на ночь конюшни. То хлопнула дверь и не больше. Лейла затеяла разговор с оборотнем, перекатывает на языке бусинки впечатлений. Такой и должна быть светская беседа. Ничего стоящего не сказано, но речь не стихает ни на минуту. Я тоже вплетаюсь в беседу, пусть неумело, но все же. Этот навык мне пригодится.

И то и дело всматриваюсь в окно, не мелькнут ли за ним полотнища драконовых крыльев. И молю всех богов о том, чтобы с Адрианом ничего не случилось, чтобы он поскорее вернулся сюда.