Текст книги "Дети дракона - моя тайна. Мастерская тортов 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Глава 30

Адриан

С матерью худо, это ясно с первого взгляда, собственно, впервые я вижу ее без прически с распущенными по плечам длинными волосами. Странно, но я к этой женщине как будто привык, пропитался сыновьим чувством и теперь мне ее жаль. То и дело драконика оборачивается, вздрагивает всем своим телом, подлетает от любого громкого шума.

Талила пока увела детей в кухню, готовит обед малышам. Дети ей, кажется, помогают. Я искренне счастлив, что оба моих ребенка приняли меня, признали отцом. Даже Марк. Сын присматривается ко мне, осторожно пробует мою неумелую ласку, будто зверёк принюхивается к рукам. Впрочем, он и есть зверь, точно так же, как и я сам. Придет время и он сольется со своим внутренним зверем, обретет вторую половину сути, распахнет над пропастью мира крылья. И я ему помогу одержать победу над своим зверем, взлететь высоко в облака и остаться при том настоящим человеком. От власти и силы легко ошалеть, наш главный враг тот, что сидит в груди и своим пламенем раздувает докрасна все чувства. Легко потерять контроль над собой, совесть, какой бы она ни была, и чувство долга. Очень легко.

Дочка совсем другая, она приняла меня целиком, будто бы часть себя. Ее ладошка такая крохотная, мягкая и теплая. Эрике даже не сразу удалось увести от меня нашу малышку. Соня хрупкая на ощупь, очень нежная и ее распахнутые глаза я запомню надолго, на всю свою жизнь. Не представляю, что со мной станет, когда она уйдет замуж, станет жить отдельно с кем-то другим, кроме нас с ее матерью. Кажется, будто Соня всю жизнь будет остро нуждаться в моей опеке. И я совсем не представляю, каким будет ее первый полет. Как уберечь молодую неопытную драконику от падений, а они обязательно будут.

Что я стану делать потом, когда Эрика разродится другими детьми? Вся моя семья, всё их благополучие станет зависеть от моих успехов. Теперь я не смогу ни в чем ошибиться. На меня возложены все надежды живых и еще не рожденных потомков. Кажется, будто крылья провисают под этой ношей. Только бы не оступится теперь.

– Талила хорошая мать, – драконика пориступила к разговору неспешно. Ее пальцы дрожат в унисон с перламутровым ароматным напитком. Чашечка тонкого хрусталя так и прыгает в изящной руке.

– Я согласен с тобой.

– Дурной нрав, отвратительное воспитание, скрытность. Н-да. Надеюсь, не все передастся будущему Правителю от неё.

– Полагаю, ты научишь потомков тому, что знаешь сама.

– София склонна к интригам. Марек проще сестры, но и он не лишен лукавства и очень скрытен.

– Замечательно. Я хотел спросить тебя о метаморфах. Они действительно существовали?

– И существуют. Я в этом нисколько не сомневаюсь. В прошлые времена их много родилось на Севере. Пока всех не извели. Или почти всех, – драконика недобро сверкнула глазами, – Не стоит отлучаться от столицы ради призрачной надежды. Метаморф помог бы тебе очистить наш трон, но найти такого мага невозможно. Придется ждать. За пять лет ты войдёшь в силу. И сможешь одолеть короля. Время теперь идет в нашу пользу. Я подожду своего сама, не переживай обо мне.

– Тайна может стать явной не вовремя, и тогда мою семью никто не спасет.

– Ты сказал очень точно. Ждать опасно, но выбора у тебя нет, – ветер грохнул ставней окна, мать выронила чашку из пальцев, осколки, будто капли воды, разлетелись по полу.

– Тебе тяжело.

– Тяжело, – кивнула она, соглашаясь, – Поэтому ты и вырос в монастыре. Я слишком боялась не справиться. Ты был резвым ребенком, точно таким же, как Марек. Великая любовь требует великих жертв. Мне было проще тебя не видеть, чем слышать твой плач.

– Быть может. Кстати, я продал Лейлу и очень удачно.

– Продал? – драконика приподняла тонкие брови.

– Эта женщина носила под сердцем чужого ребенка. Я отдал ее отцу будущего малыша. Он – эльф.

– Мерзавка! Ты поступил разумно. С дурной кошки хоть мурчание получить, уже прибыль

– Я заключил выгодную сделку. Эльфы теперь наши союзники, с ними можно вести дела.

– Спорно. Наши войны велись не одну сотню лет, это перемирие лишь мгновение в истории. Оно напоминает мне узор на песке. Подует ветер, и мы снова встанем друг против друга в новой войне. Слишком разными рождены изначально. Ты ошибаешься в своем суждении сын, грядущее это докажет.

– Быть может, и так. Я предпочел воспользоваться случаем, – я провел пальцами по скатерти на столе. Не доверять драконике у меня нет причин, но и прямо говорить с нею тоже не хочу, – Попросил в подарок бутылочку чудесного зелья. Его вкус дополнит любой напиток на столе Короля.

– Ты добыл яд?

Драконика уставилась на меня, не мигая. Я кивнул головой.

– Не торопись его применить. Я сама это сделаю. Так будет вернее.

– Я приглашен во дворец. Нужно уладить дела. Мои поступки не остались без внимания.

– Хорошая причина, чтобы навестить двор. Справишься ли? Король пьет только из своего кубка, кроме того, к нему не так просто подойти.

– Не выйдет в этот раз, получится в следующий.

– Ты многим рискуешь. Слишком многим. Одна ошибка будет стоит жизней нам всем.

– Другого выхода у нас нет. Кто сделает первый шаг в этой интриге, тот и победит. Столица скоро узнает, что у тебя появились внуки. Лучше скажи, что я должен буду сделать во дворце после того, как погибнет Король? Я не хочу оказаться в темнице как убийца.

– Тебе нужно будет сесть на трон. Занять его место. Это не сложно, когда есть истинное право. Трон примет тебя. Я в этом нисколько не сомневаюсь. В наших венах течет кровь истинного правителя! – засияла женщина. На ее голове вновь проклюнулись шипы, и волосы прядка за прядкой стали укладываться в причёску.

– Просто сесть и все? Или есть что-то еще?

– Легенда гласит, что Правитель займет трон после того, как произойдут на свет первые двойняшки. В том, что дети рождены в один день, не возникнет сомнений. Это легко подтвердить, стоит только пригласить лекаря. Их ауры выглядят как зеркальные и между детьми есть ниточка связи. Я уже все проверила.

– Уже?

– Несколько раз. Когда лекарь смотрит малышей по моей просьбе, я беру из его саквояжа небольшую сферу и наслаждаюсь увиденным. Все точно так, как гласят старые книги.

– Сам лекарь еще не догадался посмотреть через нее на детей?

– Я ему запретила, – ехидно ухмыльнулась мать.

– Ну-ну.

В комнату постучалась и вошла служанка, позвала нас обоих к столу. Обед уже приготовлен, надеюсь, Эрике удастся угодить моей матери. Странно, но теперь я, и вправду, считаю эту женщину близкой, почти родной. Она, конечно, совсем не такая, как моя настоящая мать. Жесткая, хитрая, властная, но заботится обо мне, как умеет. Мне повезло, что я оказался так похож на ее Адриана. Жаль его. И ее тоже. Порой мне кажется, что я не напрасно занял его место, смог исполнить все его мечты и мечты драконики тоже. Будто бы так и было предрешено где-то наверху.

И все же я очень скучаю по своей настоящей маме, той, что простилась со мной на Земле. Мне так хочется дать ей познакомиться с Эрикой, дать ей увидеть внуков, понянчиться с ними. Всё получила другая, та, чьим сыном я назвался. Ложь зашла так далеко, что я вынужден отрекаться от своей мамы, порой, и от себя самого, от своих убеждений. Научный сотрудник Андрей никогда бы не стал травить никого ядом. А может, и стал бы? Теперь мне сложно судить. Я понимаю, что поступлю подло. Но дети? Разве я могу рисковать ими? Эрика. Ей и так слишком сильно досталось, пока она была одна, растила детей. Ее жизнью я точно так же никогда не рискну. Короля придется убить, если я сам хочу выжить и хочу, чтобы выжила моя любимая женщина, мои дети и моя мать. Только хотелось бы еще хоть на минутку заглянуть на Землю, а потом уже отправиться во дворец.

Слуги открыли двери столовой, нос сразу же пощекотал аромат сытной похлебки и томлёного мяса. Эрика обнимает за плечи детей. Она чудо как хороша! Неужели умудрилась готовить в этом платье обед? София присела в неуклюжем реверансе, сдержанно поклонился нам Марек. Манеры, традиции – этого не перешибить. Всё бы отдал за то, чтобы провести один вечер на нашей с мамой кухне. Чтоб чайник кипел на плите, был салат в мисках и кекс. А мои дети сидели бы у меня на коленях. И Эрика рядом, и мама. Скучаю я по ней и очень жалею, что не могу забрать сюда. Разве что, спросить у начальника? Откажет, конечно же, он откажет. Предложит отпуск или еще что, чтоб я смог погостить там.

Может, есть способ договориться? Сокровищ у меня много. Вывезти бы туда парочку сундуков взамен на возможность перетащить сюда маму. Нет, на такое тоже никто не пойдет. В институте кругом камеры видеонаблюдения. И все же, стоит попробовать дать взятку начальству в особо тяжелом размере.

Глава 31

Дети всё поняли, Адриану удалось подобрать правильные слова. Мне осталось только попросить прощения у обоих за свою великую ложь. У Софии сердце распахнуто настежь, ничего дурного в нем не задерживается, ни обиды, ни злобы. Дочка просто крепко меня обняла, прижалась щекой и тихонько прошептала: «Прощаю». Марек куда тверже, он как закрытая книга, которую непросто распознать по обложке, разве что взгляд иногда выдает его мысли.

– Не поступай так больше, – крепко обнял меня сынок. Такой маленький и уже с таким характером.

– Я постараюсь.

– Нам ты могла рассказать, ведь мы семья и не должны хранить тайн друг от дружки. Если дело не касается подарков, ты сама говорила.

– Я очень боялась за вас.

– Женщине простительна слабость, – пробормотал сын и коснулся влажной щекой моего лица, – Я так скучал по тебе, мамочка. Обещай, что больше нас одних не оставишь.

– Бабушка была строга с вами?

– Нет, мам, – прорезался басок в голосе моего мальчика.

– Она хорошая, просто больная головой. Нам даже в камин залезть запретили, – пожаловалась дочка, – А еще бабушка навешала на меня целую гору украшений. Цепи такие тяжелые. И Марека заставила перерисовывать карту всего королевства по памяти. Оказывается, у нас столько провинций.

– Бабушка считает, что они все наши. Точнее, принадлежат нашей семье. Она точно болеет. Наверное, ходила без шапки, когда дули сильные ветра. И через ухо ей выдуло весь разум. Теперь в ее голове совсем пусто, – сынок жалостливо покачал головой, – Ее так жаль.

– Я хотела посветить бабушке в ухо пульсаром огня, чтобы посмотреть, вдруг чуть-чуть ума в ней осталось. Но драконика испугалась и убежала, – добавила нежным голоском моя дочь.

– Может, ей засыпать в голову песка? Ты же говорила, что это лучше, чем ничего. Помнишь, когда мы чуть сарай не сожгли? Тетя Алисия еще очень кричала.

– Не помню, – честно созналась я, – Бабушке в голову песок точно сыпать не нужно.

– Жаль, – дочка попыталась залезть ко мне на руки, но немного не поместилась и соскользнула обратно.

– Ты тогда кричала, что в наших головах песок, вместо ума. Но это лучше, чем совсем ничего. Мы тогда стёклышком подожгли солому у стенки сарая. Так бабушке песок точно нельзя насыпать?

– Точно нельзя. Просто старайтесь заботиться о драконике, и ей обязательно станет лучше.

– Хорошо, мам, – сладко зевнул сынок и прижался к моему боку.

Дочка ничего не ответила, я перевела взгляд на нее. Малышка уснула, прижавшись ко мне всем своим телом, да и Марек, кажется, тоже. Я глажу их по спинкам и наслаждаюсь мгновением редкого единения, настоящего счастья.

В соседней комнате слышны голоса, Адриан о чем-то беседует со своей мамой. Она славная, если приглядеться получше. У меня даже пропало желание поставить ее на место, нагрубить, что-то ей доказывать. Все равно это бесполезно. Драконика просто не успевает выражать свои чувства так, как это делаю я, зато моих малышей она полюбила и Андриана она тоже любит. Как будущая свекровь относится ко мне, я пока не смогла понять. По крайней мере, не оскорбляет при детях и даже попросила остаться в поместье. Для начала знакомства это – неплохо. Пожалуй, ту грубость можно постараться забыть. Еще неизвестно, как я себя поведу, когда придет время Мареку жениться. Может быть, тоже взбрыкну, а может, мне хватит мудрости поступить иначе. Пока буду учиться на ошибках свекрови, так проще пройти свой путь в этой жизни.

Я попыталась устроить Софию удобней, откинуть ее на диван. Ничего у меня, конечно, не вышло. Стоило убрать руку, как Марек начал заваливаться вниз. Значит, посижу так, пока сюда не заглянет кто-нибудь из слуг. Кричать и звать, чтоб помогли, не стану – не хочу нарушать сон детей. София смешно сморщила носик во сне, Марек тихонечко заурчал будто зверь. Как же сладко сидеть с ними рядом, вдыхать запах их детства, проводить рукой по мягким тонким как пух волосам и пропускать шелковистые пряди сквозь пальцы.

Андриан бесшумно вошел в комнату, замер на пороге, тепло улыбнулся. Следом за ним сюда выпорхнула свекровь, смотрит на меня недобро.

– При появлении взрослых дети должны вставать, чему ты их учишь? – громко спросила женщина.

– Дети спят, веди себя тише, – одёрнул ее любимый.

– Спят?! – громко прошептала драконика, – Они заболели! Нужно скорее звать лекаря. Это от обжорства! Съесть по две тарелки пресной похлебки! Какой кошмар.

– Мои дети просто устали, – я постаралась ответить спокойно.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

Мать Адриана глубоко выдохнула и опустилась в ближайшее кресло. Любимый подошел к нам, осторожно отлепил от меня дочку, бережно взял на руки, едва ощутимо поцеловал в пухлую щечку.

– Где ее комната, мама?

– Слуги тебе покажут. Неси аккуратнее, это главное достояние нашей семьи. Кроме твоего сына, конечно же.

Адриан бесшумно вышел из комнаты. Мы с моей будущей свекровью остались наедине. Женщина рассматривает меня придирчивым взглядом, будто щупает, изучает.

– Дочка много красивей тебя.

– Это к лучшему.

– Сын будет похож на Адриана, только шире в плечах. Мой сын, – непонятная тоска мелькнула в голосе женщины, – был совсем тощеньким в этом возрасте, почти как цыпленок. Он возмужал за то время, что длилась война и стал куда сдержаннее. Многие битвы закалили его характер.

– Это к лучшему, у вас замечательный сын.

– Он изменился, когда вернулся сюда с Севера, стал другим.

– Жизнь меняет людей, к-хм, всех нас. Как кузнец, она выковывает из металла чудесные произведения.

– Не из всякого куска железа получается хороший меч. Многие заготовки слабы и ломаются под ударами молота. Молот в руках кузнеца и есть жизнь.

– Вы очень правильно сказали.

– Ты встретила моего сына семь лет назад, верно?

– И мы почти сразу расстались. Наша страсть длилась всего три чудесных недели. Потом Адриан покинул селенье вместе со своей свитой. Я очень плакала тогда, боялась его больше никогда не увидеть, – зачем-то рассказала ей я. Сама не пойму зачем.

– И я очень боялась, что никогда не увижу сына, когда он уходил на войну. Наследник рода, единственный, последний. Пифия предсказала, что сыну суждено принять смерть от орочьего клинка. Такая судьба. Но оставить молодого дракона в столице было немыслимо.

– Благодаря вашему решению на свет появились мои дети. Я благодарна вам за это. Если бы Адриан не ушел воевать, мы бы никогда с ним не встретились.

– Ушел. Он просто не смог улететь. Его власть над собственным зверем тогда была очень слаба.

– Зато теперь он легко принимает оборот. Его зверь очень красивый. Надеюсь, и у Марека будет точно такой же.

– Красивый. Мне особенно нравятся алые всполохи на его крыльях. В детстве их было семь, а теперь девять. Они идут по кромке крыла, если присмотришься, то сможешь увидеть. Наверное, два лишних появилось после годовой линьки.

– Я не знаю, простите.

– Ты человек, тебе не дано знать. Когда твои дети примут свой первый оборот, ты запомнишь каждое пятнышко на их шкурке, каждый всполох на крыльях, – женщина обернулась к закрытому тюлем окну. Я переложила Марека поудобней. Мои руки уже затекли под весом крепенького ребенка. Голос свекрови вдруг изменился, в нем послышался страх.

– Скажи, мой сын сильно изменился с той вашей встречи?

– Я все так же его люблю.

– И все же? – полные первородного пламени драконьи глаза уставились на меня. Женщина моргнула, ее взгляд стал чуть спокойней, – Прости, если напугала тебя, девочка.

– Адриан стал намного сильнее, жестче, как будто раздался в плечах. Он изменился, я даже не с первого взгляда узнала его.

– Спасибо, – драконика прикрыла глаза, – Я рада тебе и нашим детям. Право, жаль, что ты не сможешь остаться в моем логове дольше. Тебя любил мой сын, а значит, и я полюблю всем сердцем.

– Адриан и сейчас меня любит.

– Да, я именно это и хотела сказать. Эти дети – главный подарок всей моей жизни. Твой первенец унаследует всё. Будущим детям я тоже буду рада как своим собственным. Обман порой дарит счастье. Даже если ты обманываешь сам себя, – женщина прикрыла глаза, будто задремала. Через несколько минут вернулся Адриан, взял на руки нашего сына.

– Какой увесистый парень, – шепотом восхитился дракон.

Вместе мы прошли в его комнату. Такого я увидеть не ожидала. Чудесная мебель выполнена под рост детей, но выглядит точно как обычная. Есть и комодик, и шкаф, и удобный стол с низеньким креслом. Окна от пола до потолка задернуты полупрозрачными шторами, сквозь них мягкий свет едва пробивается в комнату. Здесь царит приятная прохлада. Ноги тонут в глубоком мягком ковре. На длинных полках расставлены в ряд игрушки и артефакты. Много разных фигурок из белой кости, из драгоценных пород дерева, есть и латунь. Столько всего! Сын, наверное, счастлив здесь.

– У Сони точно такая же комната. Только вместо рыцарей куклы.

Адриан бережно положил сына на застеленную кровать. Я не успела даже подойти, как в спальню вторглась служанка. Белокурая девушка проворно раздевает ребёнка, ее прикосновения почти неощутимы. Одежда сложена в ровную стопку, малыш сладко сопит под тоненьким одеялом. В этом доме для детей предусмотрено все. Можно не волноваться и все же как не хочется уходить. Я боюсь потревожить Марека поцелуем, поэтому только смотрю на родные черты. Служанка, кажется, приняла это на свой счет.

– Не волнуйтесь, госпожа, я останусь с сиятельным, покуда он не проснется. Потом меня сменит другая девушка. Когда стемнеет, в комнате зажжётся ночник. Это вон тот слабый светильник в форме домика. Сиятельному не придётся быть в темноте, когда он проснется. На ужин ему подадут кашу по вашему рецепту и сладкую дыню. Повара все записали.

– Дочка...

– С сиятельной осталась другая служанка. Девочка немного возится во сне, думаю, она проспит меньше своего брата.

– Спасибо вам, – я провела ладонью по кровати рядом с ребенком, пусть спит. Нельзя его будить, даже если очень хочется прикоснуться.

Адриан мягко обвил меня рукой, притянул к себе.

– Нам нужно идти. Ты совсем скоро сможешь забрать детей в замок, я обещаю, что сделаю для вас всё.

– Ты прав.

Глава 32

Я вновь залезла в свою корзину, наверное, со стороны это выглядит довольно забавно. Адриан еще не обернулся в зверя, стоит со мной рядом, сверкает огненными глазами. Слуги и те опасаются подойти ближе, только я одна не боюсь своего зверя ни в одной из его ипостасей.

– Еще раз высунешь свой любопытный носик наружу и я тебя...

– Ты меня что?

– Защекочу ночью. Будь осторожней, ветер может толкнуть корзину очень сильно, и ты тогда выпадешь. Я не уверен, что сумею тебя поймать. Марк и Соня очень расстроятся, если их мама погибнет.

– Почему ты так странно их называешь?

– Мне так больше нравится, сиди тихо и крепко держись за борта. Завтра же прикажу сделать крышку на эту корзину. Буду носить тебя в ней как канарейку, – любимый обернулся, сунул в мою корзину громадную голову – как он только ей не застрял здесь – и ткнул меня прямо в лоб влажным носом.

От неожиданности я откинулась назад, почти упала в подушки. Через мгновение корзина оторвалась от земли. Я вижу перед собой светлое пузо дракона, его крылья обдувают ветром, они словно прорезают синюю гладь неба. Где-то далеко видны облака.

Мне вспомнился странный голос свекрови, почему ей были так важны всполохи на крыльях Адриана? Разве есть разница, сколько их было и есть? Может быть, в этом скрыто какое-то знамение или примета? Как у нас судят о будущем малыша по числу завитков на его голове. Наверное, так.

Адриан просто смог изменить свою судьбу, к счастью для нас обоих. Он действительно изменился за то время, что я его не встречала. Стал взрослее, крепче, но не ожесточился и все так же ласков со мной. Странный у нас с драконикой вышел разговор, у меня возникло ощущение, что я так и не поняла до конца всего смысла ее слов. Чувствую, мы не скоро привыкнем друг к другу. Но я рада, что лед в наших отношениях тает. Мы почти одинаково сильно любим одних и тех же драконов, значит, сможем договориться между собой, если я постараюсь, и она тоже постарается.

Пока я довольна ее отношением ко мне, надеюсь, и она тоже осталась мною хоть как-то довольна. Нужно будет в следующий раз преподнести ей небольшой, но уместный подарок. Вот только какой? Драгоценности дарить глупо. Может быть, торт? Испеку что-то особое для нее и как следует зачарую, чтобы вышло красиво. Что ж, об этом я подумаю потом. Сегодняшний день слишком важен, чтобы думать о глупостях. Совсем скоро я встречусь лицом к лицу с Королем и только от меня зависит, какой будет эта встреча, чем она завершится.

Я повторяю на память старинное заклинание метаморфозы. Теперь я чувствую магию, что струится в моем теле, осознаю ее отдельно от всех других чувств. Спасибо старому оборотню, он меня этому научил. Заклинания теперь выходят немного иначе, их стало проще накладывать. Я могу тратить столько дара, сколько необходимо, отсчитывая его буквально по каплям, не забирая у себя слишком много. Вот только я не знаю, сколько силы потребуется, чтобы зачаровать дракона. Он не человек даже. Чтобы превратить в мышь садовую жабу мне потребовалась лишь капля, но и жаба была невелика, зато мышь вышла крупной. Как "утрамбовать" махину дракона в крошечного зайчика? Оборотень почему-то настаивал, что в итоге у меня должен получиться именно заяц, на худой случай, олень. Если метаморфоза удастся как надо, как бы это превращение не стало ошибкой. И заяц, и олень бегают быстро. Король не должен сбежать. Я хочу поместить зверушку в небольшой загон и там содержать, как подобает, с большим участием в его судьбе. Адриан приземлился у границ города. Тут нас уже поджидала карета. Любимый собран и сдержан, в руках у него шкатулка, и я не знаю, что у нее внутри.

– Я люблю тебя, – вдруг он поднял на меня взгляд и безоблачно улыбнулся.

– Я тебя тоже.

Так странно, что мы с Адрианом никогда не говорим о делах, хоть и доверяем друг другу всецело. Я все еще не созналась в том, что я метаморф. Это глупо, я знаю. Но никак не могу перебороть страх. Как с самого детства говорила мне бабушка – "Береги тайну метаморфозы. Узнают – угонят тебя, и никогда никто не найдет!"

Страшные сказки шептала она мне на ночь. И, похоже, была права. Рассказать о наших заклятьях для меня все равно, что признаться в чем-то постыдном, неправильном, опасном. Только оборотень знает мою тайну. Он и еще Лейла. И оба они связаны клятвой.

Карета пробралась по улочкам города до лавки школьных принадлежностей. Моя табличка не висит над входом, как ни жаль, я ведь так об этом мечтала. Ни наложнице сиятельного, ни тем более супруге Правителя торты печь не пристало. Вроде и не нужна та мечта, а я все ещё за нее цепляюсь, как за осколок недавнего прошлого, за беззаботную, сытую жизнь в маленьком уютном домике, где только я одна всем распоряжалась. Адриан открыл дверь, первым выбрался наружу, подал мне руку. Я подобрала подол платья и немного неловко шагнула на мостовую.

Витрины лавки задернуты плотными шторами, товаров не видно. На стекле изнутри нарисован красивый торт с изящной кремовой завитушкой. Раньше здесь этого рисунка не было, я немного насторожилась и еще раз прочитала в голове заклинание. Адриан открыл дверь, я первая очутилась посреди темного зала. Полки пусты, товар убран, на мебель наброшены тряпки и покрывала – старик во всем аккуратен и бережлив. Оборотня нигде нет. Странно, но на его любимом кресле вместо покрывала раскинута ярко-синяя мантия с золотой оторочкой. Цвета зельеваров и короля.

Жуткая мысль пронзила меня не хуже удара. Старик пытался предупредить! Торт этот, нарисованный на витрине с вензельком, который можно сделать только при помощи заклинания, мантия... Метаморфоза и король!

– Я поднимусь на второй этаж. Старик живет там, насколько я знаю.

Я первой бросилась к лестнице. Адриан грохочет сапогами следом за мной, кажется, он ещё ничего не понял. Я слышу сопение за своею спиной, дракон принюхивается к чему-то. Вот и ручка заветной двери, ведущая в логово чудесного старика, я не успеваю до нее дотянуться, Адриан отталкивает меня к стене, входит первым.

– Говорят, вас можно поздравить, дорогой друг? – незнакомый надтреснутый бас звучит громоподобно. Адриан загородил собою всю дверь, весь проем.

– Беги, – шепнул он. Я проскользнула у него под рукой. Роскошная алая комната напоминает распахнутую пасть. Незнакомец стоит у противоположной стены, смотрит на нас с радостной улыбкой. В его золотых глазах прыгают веселые искорки. Старый маг перебирает на столе золотые монеты. Цок-цок, стучат они по резной крышке. Может, я ошиблась? Может, мы все ошиблись?

– Зачем же вы скрывали от меня рождение столь великолепного потомства?

– Я сам только недавно узнал о детях.

– Стоило сообщить мне сразу, пригласить к себе в замок. Все сокровища мира попали в ваши лапы, дорогой друг. Красивая женщина, способная затмить двор, здоровые дети. Мальчик и девочка, да еще и рожденные в один час. Верно?

– Да, это так.

– Вот милый старик и сообщил мне любопытную весть о том, что близнецы-драконы поселились в поместье вашей матушки, – улыбнулся незнакомец, – Я, признаться, не любитель лишних поездок. Было бы куда лучше, если бы вы сразу собрались в одном месте. Всей семьей, так сказать. Чтобы мне было не слишком утомительно вас убить.

Короткая вспышка затуманила сознание. Слова никак не вяжутся с обликом человека. Я перевела глаза на оборотня. Не послышалось ли мне? Старик едва заметно кивнул головой. Заклинание само опустилось на губы. Старый маг поднял открытые ладони над головой, смешно выпятил зубы, стал похожим на зайца. Я читаю заклинание. Адриан грубо отпихнул меня себе за спину. Главное, не сбиться.

– Беги! – лязгнул меч Адриана о ножны.

– ... жирного ленивого зайца. Метаморфоза, случись!

Вспышка света не то в моей голове, не то в комнате. Я выглядываю из-за спины своего любимого. Второго дракона больше не существует. Только ворох одежды лежит на полу. Из-под него наружу пытается выбраться пухленький заяц. Старый маг стремительно превращается в волка. Щелчок зубов пугает. Зайчика больше нет, только несколько красных пятен осталось на полу. Адриан словно оцепенел, шагнул в сторону, но меч в ножны так и не убрал, сжимает в руке. Волк вновь принял человеческий облик. Перед нами стоит аккуратно одетый немолодой маг, промакивает сухие губы белым платочком.

– Тридцать сребренников? – указывает острием меча на стол Адриан.

– Вы ошибаетесь, чистое золото, – довольным голосом сказал старик, – Как вы сказали?

– Вы слышали.

Я загородила собой мага, испугалась за него. Только я одна могу смирить гнев дракона.

– Господин маг меня обо всем предупредил. Мы договаривались об этом. Он знал, что я – метаморф.

– Знал? Ты не ошиблась?

– Я сам чуть не стал птичкой по воле вашей милой Эрики!

– Вот как, – меч устало звякнул о ножны,– почему ты мне не сказала? И почему король оказался здесь?

– Я не знаю, – честно созналась я. Если б только я сама могла себя понять.

– Во дворце полно стражи и придворных. К чему зря рисковать? Добычу нужно аккуратно выманивать из норки туда, где охотиться будет удобней. И золото никогда не бывает лишним. Все сложилось на редкость удачно, я вошел в историю и прекрасно отобедал. Думаю, самое время отправится во дворец. Трон теперь ваш, стоит занять его как можно скорее, мой вам совет.

– Будь по-вашему.

– Кстати, вам ничего не известно о Лорелин?

– Что это?

– Один чудный мир... Я давно хотел туда прогуляться, да только мне немного не с руки. Может быть, вместе мы совершим эту прогулку.

– Мир?! – просипел дракон.

Я не совсем поняла оборотня. Сказки рассказывают разные, да и легенды тоже. Я слышала, что бывают другие миры, но не думала, что в них можно попасть.

– Но сначала, конечно же, трон.