Текст книги "Дети дракона - моя тайна. Мастерская тортов 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Глава 12

В поместье

Дети вели себя в карете тихо, будто две мышки. Скромно сидели, прижавшись друг к другу. Напротив детей, вытянув спину в струну, сидела их бабушка. Дракониха источала улыбку, полную заботы и нежности. По крайней мере, ей казалось, что это именно так. Она смотрела на малышей с той искренней жадностью, на которую способны только драконы. Эти дети могут прославить весь ее род. Вершина интриг, абсолютное достижение, сокровенная удача, приз, которого достойны лишь лучшие и то, далеко не все, истинное сокровище. Именно так она думала о малышах. И источала полные драконьего счастья улыбки.

Сокровища династии. Так не все ли равно, от кого они рождены? Да, Талила маг слабый, огневичка, простушка. Но, так ли это важно теперь? Главное заключается в том, что она догадалась привести столь роскошное потомство в их род, остальное, право, не важно. Пусть хоть почёсывается за столом, пускай вытирает лицо рукавом, если Адриан ее терпит. Главное, чтобы приносила потомство и могла просидеть с ровной спиной час на приеме, не опозорив их род. Если уж лошадь можно выдрессировать, то и Талилу вполне удастся отдрессировать. Не многое от нее требуется.

Адриан в который раз угодил матери, не напрасно она вложила все свои силы, всю свою энергию в сплетни и интриги, которыми окружила трон короля подобно мутному облаку. Сын ее радовал. Хоть его детство драконика помнила смутно. В ее память врезались только первые годы детства сына. Она искренне не терпела их вспоминать, слишком сильно они будоражили закаменевшее сердце.

С малышами эта женщина и вовсе толком не понимала, что надлежит делать. Адриану она солгала – свободы у малышей не будет, покуда они способны сами себе навредить. Только бы не убились. Эту фразу знатная драконика перебирала губами как другие мантру. Только бы с детками ничего не случилось.

Сокровища рода, великое наследие, самая верная примета, способная определить род Правящих. Она удвоит число слуг, назначит трех, нет, конечно же, четырех гувернеров, сама глаз не сомкнет, покуда Адриан не войдет в полную силу. Только бы выжили эти дети. В голове драконики вихрем пролетали приказы. Заколотить камины, вынуть стекла из рам, или зачаровать, чтоб не разбились, убрать подальше булавки, иголки и спицы. Чем еще может искалечить себя ребенок? Лестницу! Ее нужно разобрать. Вообще убрать второй этаж во всем особняке. Маленький Адриан чуть не расшибся, когда скатился вниз по перилам.

Сухие пальцы женщины похолодели от ужаса, ладони напитались влагой, начала проступать чешуя между пальцев. Драконика отпила ложку успокоительного зелья из фляжки с черными вензелями, положила ее рядом с собой на сиденье, промокнула губы и с ужасом обнаружила клык, торчащий из-под верхней губы. Привычный полуоборот дал сбой. На голове, как всегда, проступили шипы, поддерживающие прическу.

Женщина огромным усилием воли спрятала драконьи клыки обратно, прикрыла на минутку глаза, убаюкала своего зверя. Нельзя напугать детей, они должны ей доверять, полюбить больше, чем мать, проникнуться к ней точно так же, как и ее собственный сын. Для них самих будет лучше, если они забудут о Талиле. Дворняжка своим влиянием может исковеркать судьбы молодых правящих. Этого нельзя никак допустить. Малыши – только ее сокровище, даже не Адриана. Сыну они ничего не стоили, он получил свое удовольствие, когда обронил семена в благодатную почву.

Талила и вовсе должна быть благодарна, что ее не растерзали за сокрытие потомства. Мало того, держат в замке, заботятся, любят и кормят. Наверное, ей не просто было выносить, родить, прокормить и одеть деток. Драконика с ужасом вспомнила то время, когда сама вынашивала потомка. Она взмахнула головой, выдернула из скорлупы каменного сердца ростки, отдаленно похожие на благодарность к глупой селянке.

Нет, эти дети только ее. Ее сокровища, приз, который она получила за все труды своей жизни. Козни, интриги, слухи, подкуп – скольких они требовали сил, сколько раз она выкусывала свою добычу из когтей других. Всю свою жизнь она положила на то, чтобы укрепиться в своем положении, подобраться как можно ближе к трону, сколько раз она беспросветно разочаровывалась в Адриане. Ее мальчика выковала война. Закалила как сталь, сделала волевым, сильным.

Из жалкого и трепетного ребенка он превратился в храброго и умного дракона. Он чтит мать, легко осыпает ее дарами, всегда учтив, сдержан, почтителен. Жаль только, она больше не видит шрамика над его верхней губой. Адриан получил его еще в раннем детстве. Драконика сама не уследила, как он разбил свою чашечку и порезался осколком. Слуги тогда были казнены, ведь они тоже не доследили за малышом. И порой драконике кажется, что она отдала бы все свои сокровища жизни, лишь бы вновь рассмотреть этот крошечный шрамик – белесую линию на лице ее сына. Пустое. В жизни порой приходится ко многому притерпеться. Это ее и только ее Адриан. Раз того, со шрамом, больше никогда не удастся прижать к своему собственному сердцу. О таком сыне нельзя и мечтать. И о таком повороте судьбы, который случился благодаря дворняжке, тоже ей не мечталось.

Драконика вынырнула из мыслей, сунула руку в карман платья и предъявила детям двух разукрашенных дракончиков из сахара.

– Кушайте, – робко предложила она.

София было потянулась за лакомством, но Марек отодвинул руку сестренки.

– Сладкое у чужих брать нельзя, – с вызовом посмотрел на драконику мальчик. Того и гляди с его пальцев сорвется пульсар. Вряд ли хватит сил напитать его огнем как следует, но карета может заполыхать. Ужас перехватил горло драконики, но она быстро справилась с этим чувством.

– Почему?

– Так мама сказала. Мало ли, вы хотите нас украсть? Чужакам верить – смертельная глупость, – мальчик стал похож на крошечную копию Адриана. Точно тот же взгляд, сила, смелость.

Драконика не привыкла, чтобы ей перечили. Однако, она умела протаптывать тропы к другим сердцам. Женщина достала аккуратный платочек, поднесла его к сухим глазам.

– Вы так несправедливы ко мне! Я не чужая! Бедняжка Талила не пожалела сил, чтобы написать вам письмо. Я ваша бабушка, дети. Самая родная.

– Бабушка? – распахнула от удивления глаза София, в них мелькнул драконий вертикальный зрачок. Еще почти прозрачный, новорожденный, похожий на молодой месяц, разбивший голубое небо на две равные половинки.

– Бабушка. Я мамочка вашего отца, – всхлипнула драконика.

– Вы мать кузнеца? – сощурился подобно змеенышу Марек.

– Почему кузнеца? – ошарашенно вскрикнула женщина, выронила сухой платок, что не укрылось от взглядов детей, и протянула ладонь к непокорному мальчишке, тот отпрянул.

– Наш отец был кузнецом. Он погиб, когда орки ворвались в селенье, – зло посмотрел совсем юный дракон. Того и гляди запустит пульсар. Вон уже начал плетение руны.

Да, воспитать этих детей будет нелегко. Но награда никогда не падает в руки просто так, она всегда требует жертв. Тем более, такая... Весомая. Лесть. Вот, что наверняка сможет укрепить её позиции в глазах малышей. И заодно избавит от призрака их матери. Лесть, подобно острию меча, высечет из юных сердец всю любовь к их матери, мерзавке Талиле. Юная дрянь чуть не украла такие сокровища из ее рода! Драконика придала голосу мягкость и силу.

– Ваш отец был и есть великий дракон, – глаза девочки расширились от восторга. Дракониха про себя ухмыльнулась. Девочка точно так же, как и она сама, любит власть. Мальчик ещё больше насторожился. Что ж, осторожность, никогда не бывает лишней, когда плетешь интригу. Юный правитель уже сейчас отличается умом. Ей едва удалось скрыть довольную улыбку перед тем, как продолжить, – Он самый первый боевой генерал во всем королевстве, самый достойный из всех. Он изгнал полчища орков из наших земель, много раз был ранен и все равно врывался в гущу битвы. Бесстрашный, смелый, благородный. Самый лучший из всех. Он так сильно вас любит, так дорожит вами. Ваш папа жив.

Девочка забеспокоилась, того и гляди, бросится обниматься. Но мальчик остановил сестренку.

– Наш отец – сиятельный Адриан?

– Именно так. Ты очень умён.

– Почему же он сам не сказал об этом?

– Он боялся.

– Разве дракон способен хоть чего-то бояться? Я имею в виду, настоящий дракон, такой, как сиятельный Адриан, – в голосе мальчишки прорезались властные нотки.

– Способен, – сокрушенно кивнула драконика, – Ваш отец очень боялся за вас.

– За нас? – вскрикнула девочка.

– За вас, дорогая, – женщина потрепала ее по голове и нащупала острый шипик с одной стороны лица, к своему полному удовлетворению.

– Почему отец боялся за нас? – удивился мальчик.

– Вы оба драконы, – проникновенным голосом начала женщина.

– Нет, – глядя прямо ей в лицо, возразил несносный мальчишка, но та лишь улыбнулась.

– На твоем лбу торчат шипы, это самый верный признак пробуждения зверя. Потрогай.

Мальчик огладил свой лоб, нащупал острые шипики, с большим удивлением отдернул руку.

– Ваша мать думала, что вы оба прокляты. На Севере не родятся крылатые ящеры. Вам обоим чудом удалось уцелеть. На Севере принято таких детей сразу бросать в кипящий котел. Вы оба драконы! Рождены от самого знаменитого генерала всех эпох. Его слава звенит в веках! Подобных вашему отцу еще никогда не рождалось. Вас обоих ждет величайшее будущее! Слава, богатство, роскошь. Ты выйдешь замуж за вельможу, – ткнула она пальцем в девочку.

– Почему не за принца? – тягостно вздохнула София.

– Потому, что ты сама станешь прекрасной королевой. Равных тебе не будет, ни в знатности, ни в красоте, – девочка приоткрыла рот.

– А ты, мой мальчик, займешь со временем трон. Станешь великим правителем. Обретешь силу! Тебе покорится небо! – драконика сбавила тон, карета ударила колесами по хорошо знакомой подъездной мраморной плитке ее поместья, – Мы все должны быть благодарны Талиле за то, что она вас не сварила в котле. Но теперь она больна.

– Мама больна? – охнула Софья.

– Мы должны ей помочь, – нахмурился мальчик.

– О ней хорошо позаботятся. Ведь Талила подарила миру вас, юные драконы. Мы будем ей благодарны. Ваша мама не заморила вас голодом, одевала вас обоих, как могла. Жаль только, она не сказала вашему папе о том, что вы родились. Украла у вас все те богатства, которыми вы должны были обладать с самого рождения. Почему, интересно?

Карета простучала колесами по плитке и остановилась на лужайке напротив бассейна. Белый мрамор, лилии, слуги, огромный дом. Дети замерли перед окном кареты, раскрыв рты.

– Все это ваше, малыши. И я – ваша бабушка.

– Можно и маму привезти сюда?

– Скоро у нее родятся новые дети. Ей будет совсем не до вас. На ужин будет торт.

– Персики! Смотри, Марек, там персики! Давай нарвем их для мамы, Марек!

– О вашей маме хорошо заботятся. У нее есть и персики, и свой берег моря. Не стоит вспоминать о ней. Играйте, дети, здесь можно все! – ухмыльнулась драконика и подписала себе казнь этими простыми словами. Дети брызнули из кареты в разные стороны, совсем как вскипевший эликсир молодости.

Глава 13

К морю я подошла в окружении плотного кольца стражей, все они ощетинились алебардами, держат наготове мечи. Впереди нас мягко ступает по песку маг, плетет руны заклятий, позади тонет в песке эльф – глава всех стражников Адриана. Подле меня ступает служанка. Я скинула туфли, и теперь она несет их в руках, мне не дала.

– Вашим ножкам не горячо? – то и дело интересуется Кирия. Маг, идущий впереди нас, чарует песок, чтобы я не обожгла кожу. Все это так непривычно и странно. Если Адриан велел так обо мне заботиться, выходит, я в нем не обманулась? Выходит, дракон меня действительно любит, считает сокровищем? Я по нему ужасно скучаю, хочется поговорить, объясниться, вновь ощутить себя всю в объятиях его рук, пригреться на груди легендарного змея. Прижать к себе наших с ним малышей, воссоединиться, стать, наконец-то, настоящей семьёй.

Море упругой волной набегает на берег, утягивает в свои глубины песок. А взамен выкидывает на сушу дары, что скрыло в своих недрах, совсем как неумелый ребёнок. Щепки – осколки чужих кораблей, надломленные амфоры, некогда полные масла, ракушки диковинных форм, коряги, напоминающие чудовищ. Я пока не рискую подойти к воде ближе, не хочу, чтобы стражи, окружившие меня кольцом, измочили свои сапоги. Может, это и странно, но мне стыдно при них поднимать с песка прихотливые дары моря. Хотя было бы любопытно раскрыть несколько раковин, поискать в них жемчуг. Говорят, его именно так и находят.

Соленый ветер отгоняет зной, треплет мои волосы, собранные в прическу умелыми руками служанки. Я безумно скучаю по детям, мне так хотелось бы показать им всю эту невозможную красоту, насладиться вместе прогулкой вдоль берега. Скорей бы их вернул мне Адриан. Так хочется верить, что всё у нас сложится.

Внезапно от замка отделилась фигура растрёпанного паренька, даже мальчишки. Я его уже видела раньше во дворе. Парень бежит быстро, словно летит, мне даже кажется, что он бежит, совсем не касаясь песка. Тонкая фигура машет руками, что-то кричит.

– Прошу извинить, госпожа, но нам придется задержаться на несколько минут, – мягко проговорил Элиос, и все стражи замерли, а Кирия и вовсе взяла меня за ладонь. Боится, что убегу?

– Первородный Элиос, – запыхавшись, кланяется этот почти ребенок, – Там прибыл оборотень. Все говорят, что он маг. У него в руках перстень нашего господина. Он просит вас подойти. Кажется, что-то случилось.

– Иди, – эльф отпустил мальчишку и обернулся ко мне, намереваясь что-то сказать.

– Адриан. С ним что-то случилось? – я пошла следом за пареньком, ступила в горячий песок, не зачарованный магом, чуть не взвыла от боли, от нестерпимого жара. Эльф тут же подхватил меня на руки. Я даже не поняла, как он успел подойти ко мне так быстро.

– Госпожа, с хозяином все хорошо. Я уверен.

– Тогда почему у чужака его перстень?

– Сиятельный Адриан мог передать в руки чужака свой перстень в знак доверия. Вам не о чем волноваться, – с пальцев эльфа сорвалось волшебство, в мгновение охладившее мои ступни. Он держит меня перед собой на вытянутых вперед руках, словно высшую награду, знамя, но точно не живую женщину. Боится прижать к себе.

Кирия подбежала, наносит мазь на голые ступни, она обволакивает обожжённые ноги приятной прохладой. Подол платья задирается чуть вверх, Эльф отводит в сторону взгляд, искривляет шею, будто калечная птица, не смеет смотреть на сокровище своего господина. Его ресницы трепещут.

– Поставьте меня на песок!

– Я не смею. Вы – самое дорогое, что есть у нашего господина. Мне приказано защитить вас от всех мыслимых бед, – голос эльфа пронзителен, чист, звенит в иссушённом воздухе. Он несет меня по пескам, то и дело, проваливаясь, до самой тенистой дорожки у замка. И только тут ставит на землю. Кирия торопится облачить мои ноги в мягкие туфли. Я стыжусь чувствовать себя госпожой, мне совсем не привычно такая забота.

От замка отделилась фигура мужчины, он идет в нашу сторону. Сухощавый, чуть сгорбленный, драгоценный наряд мужчины спрятан под добротным плащом, только волосы его трепещут на морском ветру. Не сразу я узнала в незнакомце оборотня. Старик улыбается, перебирает чётки в руке.

– Истинная королева! – восклицает он, – Самая прекрасная из всех женщин, которых мне довелось увидеть. А поверьте, жизнь моя была долгой и полной чудес. Доброго вам дня, госпожа Талила.

– Вы?

– Я – начальник гарема по воле сиятельного Адриана. Единственный, кто может проникнуть в ваши покои без стука.

– Как я рада!

– Уверяю, не больше, чем я сам.

К оборотню подходит начальник стражи, сверяет печатку на перстне, только после этого позволяет старику подойти ближе. Он сияет доброй улыбкой, и мне так не терпится задать добрую сотню всевозможных вопросов. Узнать, наконец, о судьбе Лейлы, о том, что происходит снаружи этого замка. Кто знает, может быть, оборотню известен и драконов секрет рождения близнецов?

Нас обоих проводят в личные комнаты Адриана. Кирия суетится, подаёт оборотню стопку чистой одежды, что-то торопливо шепчет на ухо.

– На все воля сиятельного Адриана, да будут длинны его дни и полны счастья. Прикажите прибрать мою личную комнату.

Кирия ушла, и мы наконец-то остались одни.

– Лейла? – спешу я задать вопрос.

– Не торопись. Лучше подай старику бокал холодного морса. Такая жара! Лошадь я так и не нашел, пришлось бежать на своих четырех лапах. Ох уж и забрался этот твой Адриан.

– Да, конечно, – тянусь я к пузатому графину. Ума не приложу, откуда он взялся в моем будуаре. Наполняю пузатый бокал. Оборотень с видимым удовольствием пьет, медленно расстегивает на плаще зеленую фибулу своими крючковатыми пальцами, складывает его аккуратно, неторопливо водружает на спинку высокого кресла, причмокивая губами. Я с нетерпением жду.

– Лейла, мерзавка такая, удрала из родительского дома.

– Она жива?

– Не думал, что тебя настолько волнует судьба этой женщины, – оборотень развернулся к окну, задумчиво раздернул в стороны тонкие шторы, – Какой удивительный сад! И что я вижу? Персики в самом соку! А не прогуляться ли нам, прекрасная королева? – спросил он, шутя.

– С радостью. Вы мне всё расскажете, – я чуть замялась, – о слухах, что гуляют в столице?

– С большим удовольствием, идём, дорогая. Я же прав, в сад ведет лестница из этого коридора? – обратился он к Кирии.

– Я провожу вас.

– Зачем же? Отдыхайте, я сам позабочусь о любимой наложнице нашего господина. Мы с сиятельным Адрианом давно знакомы, смею вас заверить, он полностью мне доверяет. И со мной его наложница будет в полном комфорте. И волосинка не упадет с ее прекрасной головки. Снаружи так жарко, вечер наступит еще не скоро. У вас впереди столько дел, – прицокнул он языком.

Кирия неохотно согласилась, кивнула и удалилась подбирать белье для комнаты управляющего гаремом. Я так поняла, что она еще не слишком готова.

Оборотень вышел со мной в коридор, проводил к нужной лестнице. Перила черного дерева разукрашены инкрустацией из латуни, стены белые, внизу черная плитка. Перед дверью наружу устроился в нише высокий страж. Оборотень ему только кивнул, и мы легко вышли под сень зелёного сада. Тут темно и прохладно, золотистые персики норовят прикоснуться бархатной кожей к рукам. Один из них сорвал и покрутил в руке оборотень, не торопясь поднести к губам.

– Я очень рада, что вы теперь здесь.

– Хм, я тоже очень доволен своим положением. Признаться, и не рассчитывал.

– Что в столице? Вы видели Марека? Софию?

– Видел, как их обоих сажали в карету. О детях можешь не волноваться.

– Точно?

– Пока я в этом уверен, – надкусил он спелый плод, и сок капнул на сухую землю, – Лейла сбежала, я почти в этом уверен. Адриан ее точно не тронул. Надеюсь, он найдёт эту мерзавку. Девушка весьма не проста. От нее стоит ждать если не беды, то серьёзных неприятностей.

– Что означает рождение близнецов у дракона?

Старик сощурился, его лицо приняло невероятно хитрое выражение. Он неторопливо доел персик и выбросил косточку в гущу кустов.

– Любое семя может породить плод. Редко два. Не всегда это сулит счастье. Ты очень умна, Эрика. Наделена редким даром. Боги вверили в твоё сердце любовь, и ты смогла ее сохранить. Подарили таких детей, которых в этом мире не видели целое тысячелетие. Все это большая удача. И я бы, не стану кривить душой, хотел отщипнуть себе махонький кусочек от нее. Крошку. Позволишь?

– Что вы имеете в виду? – насторожилась я.

– Я поклянусь оберегать твоих детей и тебя как свою стаю, которой у меня, впрочем, никогда не было. Расскажу все, что знаю. А взамен, ты дашь мне слово, никогда не отстранять меня от своей семьи. Я хочу быть нужным. Помогать и заботиться. Это так мало. Позволишь мне быть свидетелем вашего счастья? Стать названным дядюшкой твоих малышей?

– С радостью. Хотите, могу даже поклясться.

– Не стоит. Твоего слова вполне достаточно. Всегда хотел стать дядюшкой будущего Правителя.

– Что?

– Видишь ли, Адриан тебя любит. Он мудрый и сильный. Вы достойная пара.

– Я не думаю, что Адриан решит пошатнуть трон, – испугалась я.

– Ошибаешься. Трон уже висит в воздухе. От падения его отделяет лишь только время. И пошатнул королевскую власть вовсе не Адриан. Это сделала ты, когда родила своих деток.

– Вы шутите?

– Существует старинная легенда. Близнецы укажут род истинного Правителя. Ты подарила трон Адриану, когда родила двоих малышей. Власть короля продлится недолго. Его сменит Адриан. Он станет твоим мужем, ты займешь место королевы. Ну а я буду при вас, как и полагается доброму дядюшке.

– Этого не может быть! – вскинулась я, – Это всего лишь легенда!

– Это закон. И он не выбирает, кого принести в жертву. Твой любимый займет со временем трон. И ему понадобится помощь. Кто, как не метаморф, способен расчистить дорогу к трону? Король силен и не потерпит соперников. Пока он жив, твои дети и Адриан в смертельной опасности.

– Вы хотите сказать…?

– Кажется, кто-то собирался превратиться меня в котика?

– Простите.

– Нам нужно придумать способ провести тебя во дворец. Я полагаю, королю будет интересно увидеть наложницу, которая смогла затмить разум лучшего генерала.

– Вы думаете, я смогу это сделать? – из замка вышла в сад Кирия, огляделась по сторонам, заметила нас и направилась в мою сторону.

– Что важнее, одна жизнь или несколько? – продолжил оборотень едва слышно, – Подумай, как следует.

– Господа, вам пора отобедать. Кушанья уже ждут на столе. Повар закоптил барашка.

– Целиком? – повеселел старик, – Оставьте мне все косточки, я погрызу их на сон грядущий. Это так успокаивает.

– Садитесь обедать вместе со мной, – смутилась я.

– Одно другого не исключает. Я и так собирался составить тебе компанию за столом. Кстати, я еще очень люблю тушёных перепёлочек с трюфельками. Надеюсь, это блюдо готовят на ужин. И отбивные! Обязательно пусть сготовят нам всем отбивные. Наложница тоща, словно лань. Куда это годится?