Текст книги "Дети дракона - моя тайна. Мастерская тортов 2 (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 6

Эрика

Впереди показались высокие башни огромного замка, позади них раскрылся простор синего моря. Так красиво кругом, что перехватывает дыхание. Ладошкой я обнимаю один из острых огромных когтей дракона, сжимаю его чуть сильнее, чем нужно, чтобы почувствовать легкую боль, убедиться в том, что все вокруг не чудесный сон. Не развеется это счастье с рассветом. Адриан со мной, здесь, он держит меня крепко и нежно в своих огромных лапах, и его крылья подъятые ветром, огромные, крепкие, как два паруса.

По щекам скользят слезы. Это, должно быть, от ветра или от счастья, которое укрыло меня с головой. Адриан заложил круг, чуть сбавил скорость, осторожно присел на лужайку перед замком. Здесь чудесно. Цветы стоят в кадках, очень много цветов. Слуги одеты с изысканной роскошью. Пахнет морем и солнцем. Он выпустил меня из своих лап, медленно сложил крылья. Я закуталась в плащ, чтобы скрыть прорехи сожженного платья, мне вновь стало стыдно. На нас смотрят все, на меня и дракона. Очень хочется скрыться, сбежать от этих назойливых взглядов, но я стою на месте и стараюсь с гордостью распрямить спину.

Там, где замер дракон, поднялся небольшой вихрь из пыли, и место зверя занял человек, самый прекрасный из всех для меня. Белые волосы собраны в длинную косу. На запонках рубашки сверкают драгоценные камни. Узкая талия затянута поясом, на нем висит острый клинок. Его широкие плечи облегает роскошный сюртук.

Легендарный генерал нашего королевства, почти всемогущий дракон, тот, о котором и мечтать невозможно. В медовых глазах пляшут золотистые искры. Нижнюю губу он слегка прикусил, точь-в-точь как делает это Марек в минуты сомнения. Адриан рассматривает меня без стеснения. И я смущаюсь этого взгляда, чувствую себя недостойной той роскоши, что царит кругом, самого знатнейшего дракона. Опускаю глаза и вновь поднимаю на него взгляд.

– Эрика, – шепчет он мое настоящее имя, подходит, крадучись, вглядывается в глаза, кладет горячие руки мне на плечи, чуть притягивает к себе.

– Скажи, от кого рождены эти дети? – я вспыхиваю лицом и всем телом. Он обвиняет меня в измене? – Они мои?

– Да.

– Славные, – тянет он, широко улыбаясь, – Как же я счастлив. Марк и Сонечка. Чудесные имена ты им выбрала.

Дракон зарывается носом в мои волосы, целует, шепчет что-то на незнакомом мне языке. Я оказываюсь прижата к огромному сильному телу, к его груди, слышу, как под рубашкой гулко ухает сердце любимого. Он внезапно подхватывает меня на руки. Я смотрю в огненные глаза и льну к шелковистой рубашке, запонка чуть царапает мою кожу, но это совершенно не важно.

– Моя и только моя Эрика, – он целует меня в губы и как будто урчит от удовольствия, – В котором часу нужно забирать моих детей из школы? Сколько у нас времени?

– Только завтра.

– Какая досада. Или какое счастье? Я пока не понял, – он прикусывает меня зубами за мочку уха и заносит в замок.

Кругом люди, я вижу свиту дракона так близко. Мне до ужаса стыдно и неудобно. Сразу за всё. За разодранное платье, за то, что меня посчитают наложницей. И, возможно, будут правы. За выглядывающий из-под плаща дракона опаленный подол недорогого платья, за торчащий наружу носок башмака. За то, что на моих щиколотках не видно чулок. И я с удовольствием прячу лицо на груди Адриана, закрываю глаза. Как все было просто там, на Севере, в моем доме. И как страшно оказаться под столькими взглядами здесь, в этом замке.

Он несет меня дальше и дальше, отдает слугам приказы. Я стараюсь даже не вслушиваться. Мне страшно. Что, если не сложится? Ведь я, по сути, никто. Огненный маг, но не больше. У дракона есть невеста, родовитая магичка, которая достойна его самого и этого огромного замка. Зачем только я рискнула всем? Собою, детьми? Отступать уже поздно.

Перед нами отворяют широкие двери, я слышу их тихий скрип. Моего носа касается запах сандала и ветра. Дракон осторожно опускает меня в кресло, тянется поцеловать.

– Мы одни, слуги все вышли. Открой глаза, Эрика?

Я поднимаю веки. Комната огромная, размером с весь мой дом целиком. Кровать спряталась под сетчатым балдахином, ее застилает белое покрывало, из тех, что стелют только в день свадьбы. Широко распахнуты окна сразу на три стороны. Широкие двери темного дерева плотно закрыты. Я на долю секунды чувствую себя пленницей в логове зверя. Передо мной на столе возвышаются кувшины, стоит огромное блюдо лесной земляники. Адриан тянется к нему пальцами, берет ягодку, подносит к моим губам.

– Как тогда, помнишь?

– Помню, – я приоткрываю губы. Кисло-сладкий сок заполняет рот, за ним следует поцелуй, отчего у меня перехватывает дыхание. Руки дракона ложатся на мои плечи, скользят вниз, опускаются к самым щиколоткам. Он тянет застежки ботинок.

– Не нужно!

– Почему? – дракон опустился передо мной на колени, перебирает пальцами порванный подол платья.

– Они пыльные, – говорю я первое, что пришло в голову.

– Тем более, их нужно скорее снять.

Он медленно расстегивает мои ботиночки, скользит взглядом по обнаженным ногам. Трогает пальцем щиколотку. Внутри меня разгораются искры, острое желание, жар. До боли хочется запустить руки в его волосы, пропустить пряди сквозь пальцы. Сейчас всё случится. И я останусь только наложницей дракона. Всю жизнь вынуждена буду мириться с тем, что я стала второй. Не женой, а женщиной для услады дракона. Моих детей будет воспитывать его жена. И тех, которые уже есть, и тех, которым еще только суждено родиться. Я выдергиваю ногу из его пальцев.

– Тише-тише, – шепчет любимый и кладет руку мне на бедро, скользит ею вверх, целует в коленку.

– Не нужно... мне стыдно, – я подтягиваю ноги на кресло. Дракон стаскивает с моих ног ботинки и выкидывает в окно.

Адриан.

Эрика здесь, в моих лапах! Я не смею дышать, боюсь сильнее сжать свои лапищи. Зверь ликует, он в полном восторге стрелой летит к нашему замку

. Мое невесомое сокровище, моя огненная ведьмочка! Никогда ее не отпущу. Вот только...

У Эрики есть двое детей. Марк и Соня. Оба блондины. Им шесть лет. Девять месяцев длится беременность. Это значит... Они? Да не может этого быть! Выходит, у меня есть дочка и сын? Целых двое детей? Эти близнецы, они, и вправду, мои? Широкий, как медвежонок, серьезный, сосредоточенный сын. Он, и вправду, похож на меня. Наша дочка... С ума сойти, наша! Соня. Она такая тоненькая, и глаза у нее небесные. Совсем как у Эрики. У той Эрики, какой она была раньше.

Почему она скрыла от меня моих же детей? За что? Столько лет хранить молчание! Я могу понять, почему она не дождалась меня там, на Севере. Орки, война, беременность. Она правильно поступила, что рискнула пробираться вглубь страны, подальше от приграничья, в безопасные земли. Теперь я понял, почему нашел ее украшение – сердце дракона, мое собственное сердце – на пепелище. Должно быть, им она расплатилась за постой и ночлег. Может, ее и вовсе ограбили. Какой же я был дурак! С чего вообще взял, что Эрики больше нет? Сам же потерял ее след, не стал искать дальше!

Но почему она сама меня не нашла? Почему переменила внешность? Ведь Эрика знала моё имя. Могла меня найти. Здесь, в столице, это сделать совсем не сложно. Нужно было всего-навсего подойти к Кольцу магов и спросить сиятельного Адриана. Это было так просто. Меня бы обязательно разыскали, где бы я ни был. И я бы сам мог растить своих детей. А теперь? Что будет теперь? Может быть, у меня есть соперник? Может быть, все эти годы моя любимая провела в объятиях того парня? Отчего только я его не убил? Нужно было сделать это там, в ее дворе, сразу же. Пламя опять подступило к горлу. Девочка, рядом с ним была кроха. Потому я и ушел со двора. Так, Адриан, возьми себя в руки. Не время буйствовать. Нельзя давать волю своему зверю. Выплеснешь наружу хоть каплю огня, навредишь любимой женщине и до смерти ее напугаешь. Нельзя давать волю тому, что копилось в душе столько лет.

Я подлетел к замку вплотную, но не рискнул сразу же сесть на лужайку. Заложил широкую петлю вокруг башен, чтобы затушить пламя и сесть осторожно и мягко. Главное, что Эрика тут, со мной рядом. Больше я никогда не отпущу ее от себя. Не дам ей сбежать. Ни за что. Здесь, в моем замке, мы будем растить моих детей. Моих ли? Шипов на их головах я так и не нащупал. Может, еще не вылезли? Может. Что, если... Да какая разница, к бесам? Главное, что они есть. Эти чудесные дети. Мои, не мои. Это уже теперь ничего не изменит.

Я выпустил драгоценную ношу из лап и в мгновение обернулся. Эрика стоит, потупив глаза. Словно призрак, видение, иллюзия, долгожданное чудо. Я крадусь к ней, боюсь неловким движением развеять свой сладостный сон. Отчетливо слышу ее прерывистое дыхание. Девушка кутается в мой плащ, мнется, как будто, не рада. Знать бы, что у нее на душе? Хоть бы она была рада мне так же, как и я ей. Все равно не смогу больше отпустить ее из своих рук.

– Эрика... – Сам собой вылетает глупый ненужный вопрос, – Скажи, от кого рождены эти дети? Они мои? – дыхание отчего-то перешибает.

– Да, – шепчет она и вглядывается в мое лицо своими бездонными глазами.

– Славные, – тяну я.

Неужели я стал отцом? Главой семьи. Самым, что ни на есть настоящим! Заставляю себя протрезветь от всех нахлынувших на меня чувств. Спрашиваю, когда я смогу прижать к себе своих малышей. Только завтра. Обидно, но с другой стороны… У нас впереди целая ночь!

Подхватываю ее на руки, несу в свою спальню. Попутно отдаю сотню распоряжений для слуг: подготовить две детские комнаты, платья для девушки, напитки, принести в мою спальню лесной земляники. Мне плевать, где ее раздобудут слуги за минуты. Эти найдут, смогут, я в них уверен.

Эрика вжимается в меня как лесная зверушка, жарко дышит в мою рубашку, она даже глаза от страха сощурила. Или вовсе закрыла? Неужели так боится меня? Или я стал ей внезапно противен? Дверь в спальню распахнул ударом ноги. За нами ее плотно притворили слуги. Здесь, в этой комнате, мы совершенно одни. И только боги знают, каких усилий мне стоило посадить любимую в кресло, не бросить ее на постель, чтобы утвердиться в своем праве. Столько лет ждал, потерял надежду увидеть, вдохнуть ее запах, плутал, как слепой котёнок, по двору ее дома... Подожду еще. Эрика жмется, чуть не дрожит. Кого она теперь во мне видит? Свирепого воина? Дракона? Или того самого Андриана, которым я для нее был?

– Мы одни, слуги все вышли. Открой глаза, Эрика?

Жмется, боится, чуть не дрожит. Обводит взглядом комнату, внимательно разглядывает мою постель. Нет, теперь уже нашу. Сколько же всего ей пришлось натерпеться? Почему она так испугана? Может, было... Не хочу думать. Я тихонько протягиваю ей ягодку земляники. Узнала и, кажется, вспомнила. Целую, ласкаю, упиваюсь своим сокровищем, своей настоящей любовью. Силюсь удержать свои порывы, выходит плохо. Тянусь к ботиночкам, чтобы их снять. Пугается, вырывает ноги.

Хочет сбежать? Куда? К кому? Волной подкатывает ярость к моему горлу. Только бы не обернуться зверем! Выкидываю чертову обувь в окно и тут же жалею о содеянном. Подскочила, заметалась по комнате. Я стою у окна и боюсь сделать вдох. Мой плащ облегает тоненькую фигурку. Великие боги! Как же она исхитрилась выносить в своем теле моих детей? Такая тонкая, как тростиночка. Где же они в ней поместились? Как она смогла одолеть весь путь по Старому тракту? Как только дошла. Ни за что не выпущу ее больше отсюда. От себя точно не отпущу. Всегда буду рядом. Только бы Эрика и сама того захотела.

Застыла в углу, смотрит решительно, дерзко, соблазнительно облизывает губу маленьким язычком. Хочет что-то сказать. Что ж. Я готов. Почти ко всему. Только бы не попросила ее отпустить, я все равно не смогу этого сделать. Дракон любит только однажды. И любит так истово, что готов на все ради своей женщины. Великие боги! Пусть только она не говорит, что полюбила другого. Убью его, раздеру когтями, закопаю, ничего не смогу поделать со своей звериной сутью. Не отступлюсь от неё.

– Я не стану наложницей! – я медленно крадусь к ней через всю комнату, мягко ступая по ковру. Человеческой сути во мне почти не осталось. Разум бессилен перед бескрайним чувством дракона.

– Почему? – спрашиваю я почти нежно. Эрика смутилась. Нас разделяет всего несколько шагов.

– Это стыдно.

– Разве? Ты ведь раньше так не считала?

– У нас дети. Я не хочу стать второй.

– Второй?

– Только женой.

– Женой? – я расхохотался от полного искрящегося счастья, которое озарило всю комнату.

– Женой, Адриан.

– Хорошо, – подкрался я еще ближе, – Завтра же приведу какого-нибудь жреца.

– Как же твоя невеста?

– Плевать, – я поймал ее. Или она меня?

Глава 7

Эрика

Поцелуй как огонь, он откликается искорками в груди. Адриан сжимает в объятиях, несет на постель. Солгал или женится? Как же я боюсь верить ему и в свое бескрайнее счастье. И как сильно я утопаю в нем, в этой медовой любви. Плащ он сорвал, разорвал на вороте. Опустил меня на белоснежное покрывало. С обгоревшего платья сыплются сажа и пепел. Я пытаюсь раздеться, но дракон не дает, разрывает на мне одежду, осыпает поцелуями, зарывается носом в мой тощий живот. Ласкает и нежит. Я оплетаю ногами его талию, срываю запонки с рубашки, они падают на пол, следом улетают ножны, клинок, его пояс и вся остальная одежда. Мы сливаемся вместе в наваждении страсти. Я не могу надышаться им, кричу от восторга, от ощущения его рук на моем теле, задыхаюсь от удовольствия, В груди разжигается пламя, будто его раздувают нарочно. Я сгораю в неясном и прекрасном огне. Дракон то рычит, то мурлычет подобно котенку. Я вся тону в удовольствии, наполнена его сутью до дрожи, до искр в глазах. Царапаюсь и кусаюсь не в силах по-другому выразить то, что испытываю.

– Мой Адриан!

– Твой, – хрипит он, соглашаясь. И в его медовых глазах пляшет пламя совсем как тогда.

Истомленную от неги он оставляет меня в постели. Возвращается через мгновение с подносом полным лакомств, ставит его на смятое покрывало, кормит меня из руки, пристально рассматривает, как я касаюсь ягод губами. Сам не пробует, только облизывается и выглядит при этом очень хищно.

– Тебя отнести в купальню? – я мотаю головой, – Хочешь, искупаемся в море?

– У меня нет одежды, – смотрю я с тоской на обрывки платья.

– Я приказал слугам что-нибудь сшить для тебя. Выберешь утром из того, что уже готово.

Он вновь набрасывается на меня с поцелуями, мягкие губы скользят по моей шее, по ложбинке под горлом и спускаются ниже. Страсть клокочет в груди. И я обхватываю обеими руками мощную шею, раскрываюсь навстречу нашему счастью. Нет ничего кроме нас в этом мире, кроме нашей, разделенной любви.

За окном разгораются звезды, тьма захватила комнату. Покрывало сброшено на пол. Я лежу на груди дракона, даже во сне он меня к себе прижимает, будто боится потерять. Под ухом гулко стучит его сердце. Чуть трепещут веки. Хочется ласкать и гладить его, но я боюсь разрушить сладкий сон моего любимого. Меня мучает жажда, на столе я видела кувшин с водой. Я пытаюсь тихонечко выскользнуть из ладоней Адриана. Чуть сползаю вниз. Тут же распахнулись и зло разгорелись огнем два драконьих глаза. Он крепче меня прижал, обнял, погладил.

– Не отпущу больше никогда, слышишь?

– Я хочу пить.

– И наверняка голодна, – он приподнялся на локте, аккуратно переложил меня с собой рядом,– Прости, я не подумал.

Адриан легким движением накинул на меня всё одеяло, даже голову мою накрыл, и громко хлопнул в ладоши. Тут же в комнату вошел неизвестный. Наверное, это слуга.

– Подайте ужин сюда. Мяса побольше, конфет, напитков и обязательно черного хлеба. Моя женщина его очень любит. Рыбы, суп какой-нибудь, – он чуть приподнял одеяло над моей головой, шумно вдохнул и сощурился по-особенному лукаво, – Чего ты хочешь на ужин? Может быть трюфелей? Или икры? Перепёлок в сметане?

– Не знаю.

– Несите все самое лучшее, что есть в моем замке. И свечи зажгите. Впрочем, ладно, я сам.

Слуга вышел, а я попробовала высунуть голову. Комната наполнена светом, свечей горит целая сотня. Они повсюду. Ими украшена кованая люстра на потолке, настенные бра, свечи стоят на столе. Неимоверное богатство тратится просто так, ради меня.

– Тебе нравится?

– Очень.

Через минуту комната наполняется слугами. Стол накрывают красивой скатертью, расставляют блюда, тарелки. Все так вкусно пахнет. Адриан со вздохом встает из постели. Вокруг его талии закручено покрывало. Другой одежды нет вовсе. Широкую спину разделяет несколько шрамов, мышцы играют под его кожей. Он подходит к невысокому сундуку, приоткрывает крышку, ищет в нем что-то. Достает темно-синюю мужскую рубашку из мягкого шелка, подает ее мне.

– Когда все уйдут, ты сможешь одеться. Прости, но больше пока ничего нет. Утром пришлют гребни, заколки и все прочие мелочи. Я уже заказал. Ты сама выберешь, что тебе нужно. Сюда приедет ювелир, – произносит он и нежно проводит рукой по моим волосам.

– Ювелир? Я могу забрать свои из дома, – Адриан поджимает губы, его глаза тускнеют, – Тебе не стоит туда возвращаться.

– Почему? Мне жаль твоего золота, – Я не понимаю, почему он так сердится.

– У моей жены должно быть все самое лучшее. И у моих детей тоже, – его глаза снова светятся, – Как думаешь, они обрадуются, когда все узнают? Марк может рассердиться, что мы ему не сказали сразу. Но я и сам ничего не знал. С Соней, мне кажется, будет проще, хотя...

– Я постараюсь им все объяснить.

– Объясним вместе. Я надеюсь, мои дети быстро ко мне привыкнут. И зачем ты столько лет скрывала их от меня?

– Я боялась...– Адриан не дал мне договорить, снова поцеловал.

– Никогда меня не бойся, слышишь? Никогда.

Слуги покинули комнату и закрыли за собой двери. Наконец-то я смогла выбраться из постели. Разгоряченную кожу обдувает прохладный ветер из окон. Адриан смотрит с жадностью на то, как я одеваюсь. Рубашка едва достает до колен, рукава и вовсе пришлось закатать.

Дракон поднялся, чтобы учтиво отодвинуть мне кресло, подождал, пока я в него села, налил в хрустальный бокал неизвестный напиток. Я стараюсь принюхаться, чтобы понять, что там.

– Пей, это сок лимона и мята, смешанные с водой. Тебе должно понравиться. Какое блюдо ты хочешь попробовать первым?

– Не знаю.

– Начни с рыбы, повару она всегда удается. Это осетр, запечённый с трюфелями в сливках. Думаю, тебе понравится.

Красивые руки порхают над столом, дракон ухаживает за мной словно за знатной дамой. Все лакомства оказываются на моей тарелке. Сам он не сразу садится за стол, наблюдает за мной, и я ужасно смущаюсь. Еда кажется вкусной, но необычной. Рыба совсем не похожа на рыбу. В ней даже костей не найти. И вкус чуть кисловат. Мне кажется, что я делаю все неправильно и не так. Боюсь лишний раз взять в руки кружевную салфетку, чтоб ее не испачкать. Дракон улыбается, садится напротив и с удовольствием впивается зубами в кусок запечённого мяса. Мне так нравится смотреть на то, с каким наслаждением он ест, как быстро мелькает в его руках острый нож, как блестит в пламени свечей вилка. Я понимаю, что устала и, кажется, начинаю засыпать.

– Десерт? – спрашивает он бархатно.

– Нет, – я с легкой тоской смотрю на постель.

– Устала, – он отодвигает от себя тарелку, поднимается и садится у моих ног, – как же я тосковал по тебе, Эрика. Ты даже не представляешь.

Он легко берет меня на руки и относит за неприметную дверь в углу комнаты. Здесь все выстлано камнем, тоже горят свечи в высоких канделябрах. Посередине комнаты установлено большое корыто из сияющей меди. В углу что-то вроде каменного кресла.

– Вода теплая. Я не буду тебе мешать.

Адриан вышел, я постаралась искупаться как можно скорее. С трудом оттерла следы сажи со своих ног, смыла золу с волос. Замялась, но все же не рискнула взять огромное полотенце с поверхности широкого сундука.

Все тут кажется слишком роскошным для меня, каким-то неправильным. Будто бы у меня нет никакого права пользоваться всеми этими вещами. Словно я тайком влезла в чужой дом. Чувствуя себя воровкой, подошла к зеркалу, взяла гребень с полки и наскоро разобрала влажные волосы. С той стороны зеркала на меня круглыми глазами смотрит испуганная девушка. Ее губы припухли от поцелуев, на шее красуется розовое пятнышко, и от одного его вида мне становится жарко.

Не сразу, но поняла, как пользоваться уборной. Это оказалось довольно удобно и просто. Мне нужно научиться чувствовать себя в этом замке хозяйкой, держаться гордо, уметь применять все то, что предлагает мне Адриан. Научиться принимать от него подарки. Почему я так ужасно стесняюсь?

Я вздохнула, подошла к сундуку и взяла с него полотенце. Оно оказалось огромным и удивительно мягким. Вот бы моим детям купить точно такие же. Нашим детям – поправила себя я. Теперь у них будет все самое лучшее. У них будет настоящая семья. Мама и папа. Только бы они простили мне ложь про кузнеца, от которого, якобы, они родились. Чувствую, Мареку будет не просто все объяснить, да и Софии тоже. Адриан так странно называет их по именам. Марк и Соня. Надеюсь, детям это понравится. Главное, что Адриан их любит. И мне стыдно по-настоящему, что я украла у нас столько лет счастья. Только бы сейчас я не ошиблась.

Завернулась в пушистое полотенце и вышла обратно в спальню. Стол уже прибран, на нем остались только фрукты, ломтики сыра и несколько графинов с напитками. Дракон сам застилает нашу постель чистыми простынями, широкие ладони скользят по ним, разглаживая складки. Надо предложить помощь, но я засмотрелась на фигуру огромного мужчины, красавца. Шрамы на спине и боках совсем его не портят.

– Ты был ранен?

– Заметила? Несколько раз. Тебе неприятно?

– Мне жаль, что тебе было больно. Шрамы тебе идут.

– Они сойдут со временем, – он развернулся ко мне и улыбнулся, стал вновь тем самым искренним Адрианом, который прижимал меня к своей сильной груди на земляничной поляне, – Только не бойся меня.

– Хорошо.

Он подхватил меня на руки, отнес в постель, провел рукой по волосам, закрыл одеялом и лег рядом сам.

– Спи, любимая, – растеклось бальзамом по самому сердцу и я прижалась к нему сильней, – Утром тебе принесут платья и дамские безделушки. Потом мы встретим детей из школы. Все будет теперь хорошо.

Я заснула сладким сном, в котором ко мне пришли запахи леса, земляничные поляны, высокие сосны. Резкий женский голос ворвался с рассветом, разбил былую негу на тысячу острых осколков.

– Ты не вовремя завел наложницу, сын. И, тем более, не стоило похищать человечку посреди города! Так уже сотню лет никто не поступал. Люди волнуются. Это может дойти до короля.

– Мама, вы решили навестить меня столь внезапно только по этому поводу? – Адриан завозился рядом, закинул меня с головой одеялом. Стесняется?

– Не только. Дело касается твоей свадьбы, сын.

– Я намереваюсь ее расторгнуть.

– Из-за нее, из-за этой простолюдинки? – почти взвизгнула женщина. Любимый поднялся с постели, раздалось громкое цоканье дамских каблучков и мягкие шаги Адриана.

– Это госпожа Талила. Она родила мне двоих детей.

– Почему я об этом не знала? – женщина сорвалась на свистящий шепот.

– Я об этом тоже не знал. Так вышло.

– Она скрыла драконов от нашего рода? Украла их у нас?

– Скрыла. И я намерен заключить брачный союз с матерью своих детей.

– Это невозможно.

– Кто-то посмеет мне запретить жениться на матери моих близнецов?

– Близнецов? – судя по тону, дама опешила, – У тебя родились близнецы? Ты в этом уверен.

– Мальчик и девочка. Двойное сокровище. Разве не так?

– Ты же знаешь, что это может означать. Что ж, сли это и вправду твои дети, и они родились в один день... Это многое меняет. Я должна убедиться. Дети, я так понимаю, сейчас находятся в школе?

– Именно так. Сегодня я заберу их в свой замок.

– Нет, Адриан. Это невозможно. Детей я заберу в свое поместье. Там им будет безопаснее находиться. Пусть эта… напишет записку, чтоб дети меня не испугались. Они поживут у меня, пока все не уляжется.

– Что не уляжется? Мои дети будут расти в моем замке.

– Лейла пропала. Ты не знаешь об этом?

– Ещё нет.

– Твоя невеста вышла ночью из дома и исчезла. Ее никто не может найти. Пошли нехорошие слухи.

– Какие слухи? – в голосе дракона послышалась сталь.

– Ты выкрал одну девушку в городе прямо с улицы, да еще и, приняв оборот. А потом исчезла твоя нареченная. Уж не убил ли ты ее случаем, сын?

– Нет.

– Это придется доказать.

– Доказать кому? Ее семье? Я заплачу им за потерю золотом. Пусть думают, что я убил Лейлу, если им так проще.

– Нет. Лейла может объявиться, и тогда все узнают, что ты солгал. Девушку нужно найти. И только потом мы будем решать, что делать с твоим приплодом.

– Я уже все решил. Я женюсь на Талиле и объявлю о потомстве.

– Ты невероятно глуп, сын. Если бы у тебя родился только один ребенок, все было бы куда проще. Но их двое. Понимаешь, что это значит? Два дракона. Близнецы. Или ты решил избавиться от одного из потомков?

– Нет.

– Тогда ищи Лейлу. А я буду думать, как прикрыть твое прошлое. И не вздумай никому рассказывать, о том, что у тебя объявились дети. Король никогда не поверит, что ты не знал о таком приплоде. Решит, что ты намеренно скрывал от него рождение близнецов. Я бы на его месте думала точно так же. И тогда тебе ничто не поможет. Ни титул, ни знатность, ни богатства.

– Я понял.

– Пусть эта напишет записку нашим детям, если умеет. Я буду ждать в карете.