Текст книги "Обретая Силу [СИ]"

Автор книги: Мартин Аратои

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 11

Я снял с огня котелок, наполненный тушёной крольчатиной с кое-какими кореньями и травами. Первое добыла Зорма, а второе насобирал и накопал сам.

Седмица пролетела с тех пор, как бежал из деревни братства, впервые забрав жизни людей. Очнулся в крохотной пещерке, оказалось, что сутки провалялся без сознания и генетта за это время успела проделать немалый путь.

Ещё целый день гонял форму Первого писания, прежде чем смог встать, набравшись сил и начать двигаться. Теперь тело просто ныло, словно занимался тяжёлой работой с утра до вечера. Средоточие почти опустело, стычка слишком дорого обошлась мне, замедлив в развитии, лишив новой одежды и денег, которые хотел получить за информацию об Обители. Придётся рисковать, в спешке направиться к ущелью Гроз, может хоть там смогу спокойно сесть, выдохнуть и осмыслить всё, что произошло со мной. С момента слияния каждый миг жизни – это гонка со смертью.

– Честно говоря, думал, погибнешь, и я вслед за тобой. Уж больно сильно ты был потрёпан, – подал голос дух.

– Ага. Повезло. Да и умирать рано – ещё врагам не воздали по заслугам.

– Приятно слышать. А, да, ещё кое-что: взрыв нарушил твою систему каналов, и хоть ты и восстановил её, но отмеренный срок сократился. Не поторопишься – умрёшь через тридцать дней.

Чуть не подавился кроличьей лапкой, которую тщательно обгладывал.

– Ты прекратишь или нет такие вещи упоминать вскользь, словно говоря о чём-то незначительном?

Изо всех сил старался сохранять спокойствие, в такие моменты охота вытащить духа и собственноручно придушить.

– Всё время забываю о том, что важно, а что нет, да и за временем такому существу как я, прожившему столетия в Обители, трудно уследить – раньше оно ничего не значило для меня. Слившись с тобой, понемногу привыкаю к человеческим меркам, но адаптация завершится нескоро.

Я глубоко вздохнул, подавляя остатки гнева.

– Раз так, надо поторапливаться.

Быстро сгрёб еду, поднялся на ноги и начал сворачивать лагерь. Хорошо, что никого не послали в погоню. Может, им не до этого или решили, что я мёртв?

– Зорма, ко мне, – позвал генетту. Она ушла на охоту, но я знал, что та услышит и прибежит. Пока ждал, засыпал угли землёй, сполоснул котелок и сложил всё в мешок.

– Если будешь меньше спать и жрать, и приноровишься ко сну верхом, успеем добраться до ущелья быстрее, – как всегда доброжелательно подбодрил Луолан.

Шорох и шелест листьев от появившейся из леса генетты не дали мне сорваться на духа. Закинув рюкзак на спину Зорме, быстро вскочил на неё, стараясь не обращать внимания на боль в мышцах. Я жив, это главное, и не стоит жаловаться и гневить Небеса.

Схватка с членами клана Тэнг показала, что мне не хватает техник второй категории духа – дистанционных. Поскольку кое-какой опыт я приобрёл в Обители, думаю, смогу что-нибудь придумать во время поездки, до того как доберёмся до цели путешествия.

– Ладно, девочка, давай посмотрим, как быстро сможешь доставить нас к ущелью Гроз, – сказал ей, похлопывая по мохнатой шее.

В ответ та лизнула пальцы, смешно сморщила мордочку, сжалась и рванула вперёд, петляя меж деревьев.

* * *

Ворота в деревню братства Искр Льда оставались открытыми, но теперь здесь дежурило трое старших учеников во главе с мастером, чью светло-голубую мантию обхватывал оранжевый пояс с одной жёлтой насечкой. Едва завидев Тайко и близнецов, облачённых в клановые одежды, их тут же окружили.

– Что тебе здесь нужно, Тэнг? – спросил старший, преградивший путь.

Тайко не удивило, что их так встречают, но, боясь расправы, он постарался быть как можно более уважительным.

– Мы путешествуем с братьями, господин, и хотели бы пополнить припасы или взяться за какую-нибудь работу, чтобы немного подзаработать, – с надеждой, заискивающе кланяясь, спросил он.

Глаза мужчины сузились, меж бровей пролегла морщинка.

– Клану Тэнг здесь не рады. Не после нападения, которое причинило тысячи донгов ущерба и унесло несколько жизней.

Брови Тайко поползли вверх. Обычный рабочий получал не больше сорока донгов в неделю. Значит, произошло что-то действительно неслыханное.

– Старший, а откуда вы знаете, что наши замешаны в этом?

В ответ тот презрительно фыркнул и проговорил:

– Всем известно, что ваш клан – сборище подлецов и выродков. Похоже, в этот раз те двое учеников помешали кому-то, за что и поплатились жизнями. Даже одного белопоясного новичка-чужака сгубили.

Теперь Тайко был совершенно ошарашен. Кто-то нацелился на клан и целенаправленно вредил ему. Сначала Обитель, теперь это. Зато ясно: это точно не члены братства, иначе они бы сейчас без лишних разговоров прикончили его и близнецов.

– А как они выглядели, господин? Как их звали? Может, я их знаю и помогу докопаться до истины? Вы выяснили, кто их убил, старший? – лебезя, он так и задавал вопросы, согнувшись в поклоне.

– Не слишком ли много вопросов, наглый щенок?! Но у меня сегодня несмотря ни на что хорошее настроение, и поэтому я не прикончу тебя и твоих дружков сразу, а отвечу. Никто не знает этого. Ему удалось улизнуть, не оставив следа, хотя некоторые старейшины предположили, что тот мальчишка, возможно, видел виновника взрыва или даже сам их убил. А трупы твоих земляков изуродованы до неузнаваемости.

Это заинтересовало Тайко. Неслыханное дело, чтобы белый пояс одолел пару красных. Может, погибшие члены клана поймали грабителя, и тот убил их?

– А как он выглядел, господин?

– Его унёс какой-то зверь. Удивлюсь если жив до сих пор, не после тех ранений.

– А куда, старший?

Тайко понял, что терпение мастера на исходе, и сейчас он или прогонит их, или прикончит. Мужчина смотрел на их компанию несколько долгих мгновений, решая, как поступить, и в итоге пожал плечами.

– Что же, он чужак, а так, вы, коварные шкуры, скорее уберётесь отсюда, потому, скажу. Зверь утащил его на север, – процедил мужчина сквозь стиснутые зубы.

– Спасибо. Так как, говорите, он выглядел?

Рыжее пламя вспыхнуло над правой ладонью мастера, формируясь в огненный хлыст, и Тайко, не разгибаясь и не смея повернуться спиной, засеменил назад.

– Простите за грубость, старший! Уже уходим!

Мужчина провожал их взглядом пока те не скрылись из виду в тени деревьев. Кето и Эсэн, молчавшие весь разговор, теперь засыпали Тайко вопросами.

– Заткнулись! Оба! – заорал он, заставляя замолчать надоедливую парочку.

Сам же лихорадочно размышлял, как тот слабак смог одолеть двоих одарённых гораздо сильнее себя, и, в конце концов, решил, что тот идущий каким-то образом скрыл свою истинную силу. Тайко знал, что некоторые могущественные практики боевых искусств обладают такой способностью. Но, с другой стороны, он не смог уберечься и тоже был ранен. И ещё тот мастер из братства говорил о взрыве, а раз так, то, скорее всего, виновник одарён стихией Огня или Силы.

Сейчас и речи не может идти о том, чтобы примкнуть к Искрам Льда, а так появляется шанс встать на след похитителя или его сообщника, ведь чуть ли не единственное, что ему неплохо удавалось, это определять эманации чужих техник и аур.

Выйдя к северной оконечности деревни, он сосредоточился в поисках хоть какого-нибудь следа и уловил слабый намёк на серебристое свечение, уходящее в лес, как раз на север. Тот человек даже не потрудился закрыться, а значит и впрямь сильно изранен. Возможно, им посчастливится натолкнуться на труп и ядро Обители вместе с ним. Тогда они смогут вернуться в клан.

– Тайко? – спросил Кето.

Он вздрогнул, осознав, что велел им обоим молчать, но так и не ответил ни на один из вопросов.

– Думаю, у нас есть зацепка. Поспешим. Если повезёт, наше изгнание закончится!

* * *

Я зевнул, широко раскрыв рот и прищурив глаза, вновь концентрируясь на раскрытой ладони. Последние дни скачем без остановки, отчего совершенно измотан. Позади очередная бессонная ночь, а справа над лесом уже начинает вставать солнце.

Дюжина дней прошла с тех пор, как покинул лагерь у пещеры, и чем ближе подбираемся к границам ущелья Гроз, тем могучей становятся звери. Если бы не постоянная бдительность Зормы, я бы давно был мёртв. К счастью, пока ей удаётся справляться с каждым из них, а у меня прибавилось ядер, в том числе и аспекта Силы, и крох эссенции от их схваток. Надеюсь, смогу обменять или продать ненужные кристаллы и раздобыть чуток денег. Сейчас в чудом уцелевшем мешочке позвякивают восемь донгов, оставшиеся от покупок.

Вчера ночью разразился ураган, отличный источник столь нужной энергии. Я смог почти восполнить средоточие, и теперь пытался воссоздать технику Духа.

Прогнав эссенцию по меридианам к правой руке, вытолкнул её наружу. Та зависла грубым сгустком. Усилием воли не давая ей распасться, попробовал сформировать шар. Пот выступил на лбу, каналы, казалось, вот-вот лопнут или я раньше потеряю контроль, но, наконец, удалось придать более-менее нужную форму. Затем представил, что та от удара о землю раскалывается, посылая во все стороны тонкие осколки-лезвия. Тогда я смог бы поразить много целей.

Убедившись, что техника не собирается распадаться, швырнул серебристый шар в сторону. Быстро повернувшись, потому что генетта и не думала замедляться, наблюдал, как тот упал и просто разлетелся всплеском серого цвета, всколыхнув неподвижный утренний воздух.

Тяжело до всего доходить самому, без учителя и книг, надеюсь, рано или поздно Луолан обретёт былые воспоминания и станет легче.

– Опять не сработало, – во всеуслышание пожаловался я, оборачиваясь и горестно вздыхая.

Гремучая смесь накопившейся усталости, переживаний от бесконечных неудач, а самое главное, боязни не успеть взять вторую ступень и страха смерти от этого переполняла душу.

– Ну, – впервые за день подал голос Луолан, который всё чаще подолгу молчал, – глупо повторять одно и то же раз за разом и ожидать другого результата.

– А разве не ты говорил, что только тот, кто делает, чему-то научится, – возразил ему вслух. Чтобы вконец не одичать и не забыть человеческую речь, время от времени мы разговаривали с ним в голос.

– Не надо ворчать. Я же не учитель, просто помогаю тебе изучать себя. Попробуй что-то изменить.

– Например? – спросил у духа, чувствуя, как раздражение сменяется чувством вины. Глупо обижаться на правду.

– Ты постоянно пытаешься заставить эссенцию принять желаемую форму, но, если ты этого не заметил, ни разу не достиг нужной. Возможно, если добьёшься этого, то и техника выйдет успешной.

Я задумался. Возможно, Луолан прав. Все привалы или так, верхом на звере, оттачиваю и пытаюсь воплотить технику, но то, что выходит, больше напоминает ребристые ядра водных зверей.

Решив последовать совету, сосредоточился на ладони, снова проявляя над ней сгусток эссенции. На этот раз позволил той просто парить над рукой. Сам же решил понаблюдать, как та поведёт себя. Пристально вглядываясь в течение пары минут, заметил, что, несмотря на её грубую форму и попытки распада, сами волокна энергии, формирующие сгусток, двигаются в одном направлении.

Проверяя свою догадку, начал снова формировать шар, но в этот раз словно скатывая из этих нитей клубок и заставляя сгусток вращаться в том же направлении. Сначала ничего не происходило, разве что глаз стал дёргаться от нервного напряжения да руку начало слегка сводить, но затем экстракт собрался в комковатый шар.

Нахмурившись, позволил энергии вернуться в первоначальное состояние. Дальнейшие попытки разогнать её сильнее, по-другому тянуть нити, формируя шар, тоже ни к чему не привели. Идеальной формы добиться никак не удавалось.

Обдумывая проблему, наблюдал, как эссенция играет над ладонью в кажущихся случайными узорах.

– О, интересно, – сказал Луолан, отрывая от мыслей.

– Ты о чём?

– Вытяжка. Вглядись, она движется сразу в нескольких направлениях.

Я несколько раз моргнул, прогоняя усталость, и поднёс руку чуть ближе к глазам. Теперь, когда знал, что искать, убедился, что Луолан действительно прав. Эссенция, кружащаяся над ладонью, закручивалась не только слева направо, но и вверх-вниз. Нашёлся и третий, внутренний слой, вращающийся в обратном направлении, да ещё и под острым углом к первым двум.

Так, но это обычным взглядом. Мысленно проникнув внутрь сгустка, словно в своё средоточие, оказался потрясён и заворожён одновременно. Тем, что кажущаяся масса энергии, оказывается, многослойна и многогранна, нити движутся в десятках направлений, создавая сложный и прекрасный узор.

Мда, красиво-то красиво, да вот только освоение такой техники займёт месяцы, если не годы. Либо так, либо контроль над ней должен быть тонким и улучшиться до безумной степени.

Отбросив эту мысль, снова сосредоточился на сгустке и паттерне, как назвал Луолан узор, формирующий его. На этот раз сконцентрировался на внутреннем слое.

Циркулируя эссенцию по каналам, ускорил вращение в текущем направлении, затаив дыхание наблюдая, как экстракт медленно стягивается в идеальную сферу. Улыбка появилась на лице, когда и следующий слой завертелся быстрее. С радостью отметил, что, как только заставил эссенцию крутиться с нужной скоростью и двинулся дальше, та не вернулась в прежнее состояние, а продолжала кружиться, следуя продиктованному моей волей пути.

К тому моменту, как раскрутил предпоследний слой, голова раскалывалась от боли, а рука распухла и онемела. Но невзирая ни на что, я упорно продолжал, чувствуя, что почти создал технику.

Глянув на светящийся серым, слегка неровный шар в руке, придал последнему, внешнему, слою нужное ускорение и зачарованно наблюдал, как сгусток разглаживается в идеальную сферу.

Затем, на каком-то внутреннем уровне ощутил, что техника завершена. Внешне, та чуть раздалась, достигнув размеров кулака, отдельные части начали отдалятся друг от друга, становясь полупрозрачными. Смотреть внутрь техники было всё равно, что смотреть в вихрь света.

– Ничего себе! Глянь какая красота… – восхитился Луолан. – А что дальше? Что она делает?

– Хм, честно говоря, не знаю, – неуверенно ответил ему.

– Ну тогда брось эту штуку. Одно дело – глазеть, а другое – узнать, на что она способна.

Кивнув, попросил Зорму остановиться. Лес, окружающий нас, начал заметно редеть, но зато сами деревья выглядели настоящими исполинами, который не обхватить и нескольким людям, и верхушками подпирали само небо. Выбрав одно из таких, шагов пять в поперечнике, запустил в него техникой.

Вместо того чтобы описывать дугу в воздухе, как ожидал, шар слетел с руки словно шаровая молния, преодолев расстояние в тридцать шагов за пару секунд. Соприкоснувшись с комелем, шар раздался в размерах, ускорив вращение и взорвался, разнеся ствол в щепки, разрывая землю вокруг и превращая траву и грязь в мелкую кашицу.

От легчайшего порыва ветра дерево с громким треском накренилось и упало на землю.

– Хм, – сказал Луолан, – сойдёт, но я ожидал или большего взрыва, или то, что она станет похожей на диск, резко разгонится и ровненько спилит, как пилой.

– Может, на высоких ступенях постижения так оно и будет, – устало зевнув, пробормотал в ответ.

* * *

Оводаи Комацу одобрительно кивнул, глядя, как огромное дерево рухнуло на землю. Он внимательно следил за парнем с тех пор, как тот покинул селение. И юноша пока не разочаровал, целиком оправдывая интерес. Само то, что ему вообще удалось создать подобную технику, было удивительно, но то, что он сделал это, находясь на первой ступени к красному, просто невероятно. На самом деле, не увидь он это собственными глазами, никогда бы не поверил в подобное.

Но парень был странным, это уж точно. Он то часами молчал, то разговаривал сам с собой или огромной генеттой, на которой ехал. И это была ещё одна странность. Комацу не ожидал, что белый пояс без видимой принадлежности к клану может позволить себе такого зверя. Кто, хаскр его дери, этот юноша? Откуда он?

Всякий раз, когда Комацу духовным взором ощупывал его средоточие, оно казалось ему нормальным. Но интуиция нашептывала Оводаи, то скрывало в себе что-то, что он никак не мог точно определить. Какую-то неосязаемую силу, которая заставляла его чувствовать себя неуютно. Что бы это ни было, Комацу был заинтригован и уверен, что рано или поздно поймёт в чём дело. Судя по направлению движения, новичок следовал прямиком к ущелью Гроз. А значит, им по пути.

Комацу понял, что задумался и почти потерял юношу из виду. Ворча себе под нос, он выпрямился в развилке толстых ветвей, где до этого сидел, и с хрустом потянулся. Ох, верно, он и впрямь стал стар. Прокручивая ци через каналы, он рванул вперёд, перепрыгивая с ветки на ветку, не издавая ни звука. Его прыжки были так легки, что те даже не шелохнулись.

Вскоре он догнал юношу и сбавил темп – не стоило опережать его, рискуя нарваться на давних врагов на пороге дома.

Глава 12

– Так вот оно какое – ущелье Гроз, – сказал я, восседая на спине генетты. – Завораживает.

После стольких дней пути мы, наконец, добрались до него и сейчас стояли на вершине пологого холма у кромки леса и смотрели на удивительный пейзаж, простиравшийся до самого горизонта. В сотнях шагах ниже земля обрывалась, образовав каменный уступ, и тянулась дальше на десятки и сотни ли вглубь эдакими ступенями-ярусами. Здесь ничего не росло, а вместо привычных деревьев, к небосклону вздымались огромные каменные пики. Ветер и время придали им причудливые формы.

“И молнии”, – отметил я, замечая сколь часто те бьют в них из свинцово-чёрных туч, освещая всё вокруг.

– Ты уже ощутил?

Я сразу понял, о чём говорит дух. И он нисколько не ошибся. Даже здесь, стоя на пороге ущелья, чувствовал, сколь насыщенней моей стихией стала энергия. Трудно представить, насколько она плотнее и гуще там, в глубине, где на пределе видимости виднеются крохотные отсюда людские поселения, а над ними клокочут бури, чьи отголоски доносятся до нас.

Вот только как нам туда добраться? Учитывая местность, эти грозы и зверей, для которых мы – лакомый кусочек. Они беспокоили нас всё чаще и чаще, словно их что-то манило. Никогда не слышал в клане, чтобы кто-то из идущих, покидая деревню, становился первоочередной целью охоты всех окрестных зверей.

– Нам лучше поторопиться, – сжав колени отдал Зорме команду двигаться вперёд.

Не особо хотелось спускаться здесь, но искать более удобный путь, значит сильнее затянуть путешествие, а отмеренного мне срока оставалось не так уж и много. Привычно принялся циркулировать энергию, очищая и преобразуя в эссенцию. Конечно, это было не так эффективно, как займи я правильную позу, но всё же лучше, чем ничего.

Лишь Зорма принялась перепрыгивать с уступа на уступ, как вынужден был прервать своё занятие, покрепче обхватив её бока и вцепившись в мягкий мех. Земля под когтями генетты предательски осыпалась, сменяясь щебнем и гравием.

Успели преодолеть примерно треть крутого склона, когда генетта предупреждающе зашипела. Мгновение спустя на границе боевой ауры блеснуло что-то большое и пугающее. Затаив дыхание, обычным и духовным зрением вглядывался в то место, но пока ничего не мог разглядеть. А Зорма тем временем продолжала спускаться, скользя и чуть не падая.

Второй раз ощущение угрозы возникло с другой стороны. Нечто крупное и опасное быстро приближалось, пока скрытое за огромными валунами. Спустя десяток вдохов таких сгустков стало пять. Нас загоняла какая-то стая, вожак с двумя насечками оранжевого, а остальные уступают ему лишь одну ступень. Кровь застыла в жилах, а сердце учащённо заколотилось. Зорме не отбиться, особенно в таких условиях.

Боевая аура отчётливо распознавала зверей, трое из них отделились, пытаясь обойти и окружить нас, загнав в засаду. Дикие сильно отличались от собратьев, живущих в Обители, каждый их прожитый день – это череда схваток с сородичами за мясо, растения, богатые энергией, и ядра. Генетта для них – лакомый кусочек, а я сойду за лёгкую закуску.

– Зорма, девочка ты моя хорошая, прибавь немножко, прошу, – склонившись шепнул ей на ухо.

Генетта прислушалась, взвинтив темп. Осыпи и обломки камней посыпались вниз, скользя к подножию. Мы рисковали не только упасть, но и спровоцировать оползень, одно неверное движение обрушит весь склон вместе с нами.

Глубокий, хриплый и чуть подвизгивающий звук раздался позади, заставив оглянуться. Повернувшись, наконец разглядел преследователей, что как раз показались из-за валунов. Я ожидал увидеть стаю гиен или волков, а увидел стадо зверей, напоминающих баранов. С витыми рогами, поблёскивающими в лунном свете, шерстью больше похожей на жёсткую кабанью, а не кудрявую и мягкую, как у их домашних собратьев. Пугали их горящие ярко-жёлтым глаза, да слюна вперемешку с хлопьями пены, висящая на мордах и текущая промеж редких, но острых и громадных клыков.

Надеюсь, на открытой местности генетта сможет оторваться, нам нужно успеть спуститься. Звери быстро приближались, больше приспособленные к такой местности и привыкшие тут охотиться. Распластавшись на генетте, чуть ли не став с ней единым целым, чувствовал их горячее дыхание и голодные взгляды позади. Слышал сердитое порыкивание и понимал, что те скоро нас догонят.

– Беги, Зорма! Беги!

Та помчалась словно молния. Но звери не отставали. Они летели вниз по склону, перепрыгивая с камня на камень с поразительной скоростью и грацией. Я видел коричневое марево, окружавшее их копыта, и понимал, что те используют какую-то технику движения. Духовным зрением ощущал ток земной энергии в их телах.

Генетта старалась изо всех сил, спускаясь с холма так быстро, как только могла, взрывая когтями землю и камень. Однако первый из баранов, рыча и скаля зубы, всё же нагнал нас. Зорма резко дёрнулась в сторону, избегая атаки, и он врезался в булыжник неподалёку, отчего тот с грохотом, увлекая с собой другие, покатился вниз по склону.

Надежды на то, что зверь останется лежать, не оправдались. Он поднялся на лапы, встряхнулся и снова устремился в погоню. Ещё один баран кинулся на нас, и всё, что я успел сделать, это отбросить его ударом кулака, напитанного эссенцией. Времени создать правильную технику не было, а простой выброс не нанёс ему ни единой царапины, и уже через пару вдохов тот снова был на ногах.

– Не хочу торопить, но нам стоит пошевеливаться, – подал голос Луолан, когда мы чудом разминулись с ещё одним бараном.

– Ей скажи, не мне! – выкрикнул в ответ, нанеся удар в морду очередного зверя, что норовил стащить меня вниз, ухватив зубами.

Дух не ответил, но внезапно я почувствовал, что темп Зормы вновь увеличился, из её тела будто потекла чернота. Техника движения Тьмы! Она бросилась вперёд, двигаясь по прямой вниз с горы. В этот момент пришло понимание того, что мы не сможем остановиться, даже если захотим, и малейшая оплошность обрушит на нас оползень.

Ещё два барана выскочили из ниоткуда и бросились на генетту. Мне удалось отбросить одного в сторону, но второй вонзил зубы в хвост Зорме. Та издала громкое шипение и попыталась вырваться, но тот удержался, глубже воткнув острые клыки. Попытался развернуться и ударить его, но зверь был вне досягаемости.

К погоне присоединились ещё несколько баранов, и по мере их появления, нарастал охвативший меня ужас. Один метнулся к нам, Зорма не смогла увернуться и тот вскользь боднул её в бок. Ударом ноги промеж рогов удалось отбросить его в сторону, и лишь благодаря этому он не проткнул её.

Кровь хлестала из длинного пореза, замедляя нас, а проклятый баран так и держал её за хвост. Хаскр! Если что-то не придумаю – нам крышка. Никогда не войду в ущелье Гроз, не найду учителя, а тем более отца. Не смогу покарать клан Тэнг, Жгучую Птицу и Танец Пепла.

Пора рискнуть! Взгляд упал на особенно громадный валун, каменным исполином возвышавшийся над другими. На пределе сил и возможности принялся формировать полусферы и бросать в него. Когда уже я смогу спокойно сесть, отдохнуть, сочинить звучные названия своим техникам и обдумать планы на будущее? Наверно, когда у меня на него появится шанс…

Времени не было, да и не постиг я толком вторую технику, оттого в валун летели полуоформленные сгустки эссенции, частью так и взрываясь в воздухе, не достигнув его.

Какой же я болван!

Один из сгустков полетел в морду зверя, вцепившегося в хвост Зорме. Баран, наконец, отпустил его – больше от удивления, чем действительно пострадав. Но и этого хватило, чтобы генетта прибавила ходу.

Раз за разом отправлял серебристые шары в скалу. Те ударились, сотрясая её до основания, разбрасывали грязь и осколки, гулким эхом разносясь по предгорьям. И, наконец, у меня получилось – техника ударила в основание. Валун долго висел на месте, покачиваясь на краю, а потом накренился и покатился вниз по склону, набирая скорость и унося с собой ещё больше камней, проявляя аспекты Силы, Слабости, Земли и Ветра.

Однако ликовать было рано. Кусок скалы размером с голову лишь на ладонь разминулся с правым плечом, сбив одного из баранов. Дарованная красным рангом мощь и живучесть проиграли зазубренному камню, разорвавшему ему грудину. Склон словно срезали, за нами с невероятной скоростью неслась стена камня, пыли и вырванных с корнем деревьев. Тех баранов, что настигла, она тут же погребла. Остальные же уже не думали об охоте на нас, а стремглав бежали, спасая собственные шкуры.

Некоторые в клане любили повторять присказку, дескать, Небо всё видит. В моём случае лучше бы оно отвернулось и дало мне передышку. С того момента, как обрёл силы, встал на путь к нему, не помню ни дня, когда бы не висел на волоске от смерти. Каждый раз, как полагаю, что вот уже близок отдых и спокойное время, оно подкидывает новое испытание.

Земля грохотала, генетта будто стелилась над ней, я же возносил молитвы Небесам, умоляя пощадить нас и в этот раз. Оставалось уповать только на них.

Затем, шум так же быстро, как и начался, прекратился. Зорма продолжала бежать ещё добрую тысячу шагов, прежде чем, дрожа, остановилась, лапы её подкосились, и она упала в изнеможении.

– Хаскр! – сполз с неё и привалился к мягкому боку, доставая флягу из мешка и делая большой глоток.

Было отчего ругнуться – мало того, что чудом ушли от баранов, так и оползень, оказывается, остановился вздыбившейся волной в пяти шагах позади, возвышаясь надо мной. Вот отчего даже после спуска в лощину Зорма продолжала бежать.

Несколько камней с грохотом сорвались с гребня и докатились до самых ног. Потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что задержал дыхание. Глубоко вздохнув, обтёр генетту старым халатом, который пожадничал выкидывать, пустив на тряпки. Потом напоил её и промыл раны, и лишь после этого позволил себе блаженно растянутся рядом.

Хвала Небесам! Живы!

Только собрался воздать благодарственную молитву, как тишину ущелья Гроз прорезал громкий рёв, мгновенно оборвав слова мантры. Я вскочил на ноги, настороженно осматривая округу, стараясь как можно шире растянуть боевую ауру. Рёв звучал глубже, злее и угрожающе, не так как бараний. Так мастер ругается на нерадивых учеников.

Те самые высокие каменные шпили, на которые я взирал с вершины, теперь простирались передо мной, подпирая грозовой небосклон, и рык приближался оттуда. Ауры коснулось нечто, доселе не ощущаемое, давящее и угнетающее. Кем бы ни было это существо, Зорме не убежать.

Медленно глаза обшаривали высокие шпили, пока на вершине одного пика не увидел огромную пуму, красно-коричневую, едва различимую на фоне таких же шпилей. Серебряный свет вспыхнул вокруг неё с такой силой, что почти слепил, сокрушительная мощь едва не заставила согнуться колени. Лишь данный самому себе зарок, что не прогнусь под чужой волей, заставлял стоять и сопротивляться, а потом и вовсе, не выдержав напряжения последних часов захохотал.

– Был рад знакомству, Эдельтайя Акарат. Давай прощаться, – заговорил Луолан, – этот зверь – ранга властелин.

* * *

Тэнг Тайко, как обычно, был недоволен. Он думал, что ему не составит труда выследить вора, так как человек из братства сказал, что тот на пороге смерти. Однако, похоже, мастер солгал. Впрочем, не удивительно, ведь он из Искр Льда.

Им удалось отследить путь беглеца до лесного лагеря, который, судя по всему, был брошен не так и давно. Здесь чувствовалась и аура зверя, о котором упоминал тот старший. Только вот ни того таинственного одарённого вора, ни его зверя видно не было.

Тогда братья впервые взроптали, желая вернуться и пойти в услужение в братство или найти другой клан и примкнуть к нему, Тайко же настаивал на погоне за неизвестным идущим. Он не хотел провести остаток жизни в поисках подходящего места. Да и даже если другая фракция примет их, он будет изгоем и чужаком, как тот урод, Акарат, виновник всех бед. При воспоминании о ненавистном ублюдке пальцы сами сжались в кулаки.

В конце концов, его упрямство победило. Приняв решение и навязав его близнецам, Тайко углубился в лес, следуя эманациям аспекта Силы. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что их добыча движется гораздо быстрее, чем они. У проклятого слабака был зверь, чтобы ездить верхом, а он так и не смог воссоздать технику движения, и оттого тащился пешком. Это бесило, и его настроение, становилось всё мрачнее, по мере того как дни перетекали в недели, а они всё шли и шли.

Судя по направлению, Тайко совершенно отчётливо понимал, что их конечная цель – ущелье Гроз, что не прибавляло радости. Желудок шумно заурчал, вырывая из горьких мыслей и возвращая в настоящее. Почти десять дней назад у них кончилась еда, и им не удалось раздобыть новой. Практики боевых искусств могли довольно долго обходиться без еды, как только достигали высших ступеней. Тайко, однако, оставалось далеко до этой ступени, оттого он голодал, неспособный охотой добыть пропитание и не зная, что съедобно, а что нет. Прожив всю жизнь в окружении леса, он считал ниже своего достоинства посвящать своё время таким безделицам. В случае голода и желания перекусить, всегда можно было отправить первого попавшегося младшего на кухню. Братья ничем не отличались от него, и сейчас плелись позади, сверля спину угрюмыми взглядами и о чём-то тихо перешёптываясь.

Громкий треск ветки рядом привлёк внимание, Тайко резко дёрнулся в сторону, материализуя из воздуха серп искрящейся голубой воды. Похожие клинки образовались вокруг Кето и Эсэна. Все трое настороженно замерли, оглядывая деревья.

– Что высматриваем?

Они подскочили, заслышав голос позади себя. Развернувшись, готовы были броситься в атаку, но тут же ошарашено замерли, едва заметив говорившего.

Выше лидера их клана, такой же костистый и носатый, он словно хищный коршун нависал над троицей. Особенно заметно это стало, когда он спрыгнул с огромного волка на спине которого сидел, и какой-то птичьей походкой подошёл ближе. Зверь же, скаля зубы, обошёл их по кругу, порыкивая и не спуская с них жёлтых глаз.