Текст книги "Обретая Силу [СИ]"

Автор книги: Мартин Аратои

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Порадоваться не успел – пропустил тычок в колено. С хрустом нога выгнулась в обратную сторону. Я оказался на спине, а надо мной нависли четверо големов. Осознание того, что вновь стал калекой, парализовало, не в силах ни о чём мыслить, замер, в ужасе таращась на конструкты. Вдобавок к этому накатило ошеломляющее чувство разочарования от наблюдающего за испытанием аспекта. Затем противники разом вскинули ноги и обрушили их вниз.

В страхе заорал, ожидая оказаться растоптанным, но вместо этого те просто исчезли из виду, а я обнаружил, что лежу под грозовым небом ущелья. Несколько раз моргнул, пытаясь осознать резкую перемену в обстановке.

– Мда-а, мог бы справиться и лучше, – тут же съязвил дух.

Сев, оглядел себя и с облегчением выдохнул. Хорошо, что и после проваленного испытания все раны и травмы заживают.

– Самоуверенность меня сгубила. И тот странный кристалл, поглотивший эссенцию из средоточия.

– Хорошо хоть, ты это понимаешь.

– Ты вернулся! Поздр… – бодрый голос Кейхас, при виде того, что цвет моего пояса не изменился, затих.

– Ты была права, говоря, что, если ворота появились, это не значит, что я готов, что многое зависит от того: не когда, а как его проходить, – со стыдом признался ей.

Кейхас не стала усугублять мою вину, а успокаивающе положила руку на плечо.

– Ничего, в другой раз будешь знать, во что ввязываешься.

– Ага, лишь бы опять не провалить, иначе так и застряну в красном.

А про себя подумал, что тогда не разыщу отца, не отомщу клану Тэнг и врагам Луолана. Никогда не достигну своих целей. Ну уж нет, я не могу потерпеть неудачу! Моя решимость окрепла, и я улыбнулся подруге.

– Не беспокойся, в следующий раз мой пояс сменит цвет на оранжевый.

– Рада, что ты не унываешь. Пойдём, не стоит рисковать привлечь чьё-то внимание.

– Долго меня не было? Всё нормально?

– Около четырёх часов, может быть, чуть меньше, – ответила Кейхас, открывая дверь на ещё одну заставу, – и прошло два патруля зверолюдов. Причём вместе с членами кланов Хонг и Джинхо.

– Давай перекусим и подумаем, как нам быть дальше.

Миска риса и тушёный с овощами цыплёнок настроили на благодушный лад. Ещё одного скормил Зорме, та разом заглотила его и толкнулась лбом под руку, напрашиваясь на ласку. Гладя её за ушами и под подбородком, повернулся к Кейхас, которая потягивала из глиняной кружки чай.

– Скоро мы покинем ущелье, так?

Я не зря затеял этот разговор. Девушка спасла мне жизнь, но мы до сих пор так и не обсудили, отправится ли она со мной дальше или вернётся в клан к родичам. Кейхас хотелось оставаться ближе к дому, тем более сейчас, когда Оводаи сражались с альянсом других кланов. Ей предстояло решить, и не думаю, что выбор будет в мою пользу. Кто я ей? Она и так слишком многое сделала ради меня, и пришло время ей вернуться в семью.

Хотя признаюсь, без неё будет плохо. Подруга понимала меня лучше, чем кто-либо другой. Да и друзей кроме неё да Зормы у меня нет. Она – единственная, с кем можно поговорить вслух. А ещё она красивая и вкусно готовит.

– Думаю, мы должны рискнуть пройти через бывшие владения Джинхо и преодолеть тропу Ветров, направившись в земли Полуденных Клинков.

– Подожди, – опешил я от её слов. – Ты пойдёшь со мной?

– Да, – сказала Кейхас, сдвинув брови. – Кто-то же должен приглядывать за вами с Зормой.

– Я ценю всё, что ты для меня сделала. Но ты точно уверена? Не хочешь остаться и сражаться за родной клан?

Щеки Кейхас слегка порозовели, она быстро откашлялась, отводя глаза в сторону.

– Оводаи – сильнейший клан ущелья Гроз. Один жёлтый пояс ничего не решит, а ты без меня не выживешь.

Никто никогда, на моей памяти, не ставил чужие интересы выше своих собственных. Меня, изгоя и калеку, никто никогда не жалел, только высмеивал и издевался. Когда Комацу взял в ученики, я впервые ощутил вкус родства, а при встрече с Кейхас впервые понял, что такое дружба. И сейчас душу переполняла благодарность и признательность.

– Спасибо, – ответил ей, чувствуя, как у самого щёки наливаются румянцем.

– Ну и отлично. Теперь, когда всё уладили, прежде чем отправляться дальше, тебе следует научиться технике движения. Мы пойдём по враждебной земле и неизвестно, что нас ждёт дальше, в братстве.

– Я не знаю с чего начать.

– Мне нужно немного потренироваться, так что займись Возвышением, а как вернусь, поработаем над твоей техникой вместе.

– Но… разве ты – не идущая Светом?

Вопрос не был праздным. Да, эффект этой техники у последователей всех аспектов один – выше скорость передвижения, ловкость, подвижность, но вот способ использования стихии был разным.

– Не беспокойся об этом, – ответила Кейхас, вставая со стула и отряхивая зелёную мантию. – Не забывай, кто мой дедушка, и я достаточно долго тренировалась с ним рядом.

С этими словами девушка вышла, прикрыв за собой дверь, а Зорма, почувствовав, что перестал её гладить, снова ткнулась влажным носом в ладошку.

– Ты избалованная маленькая девочка, – ухмыльнулся я, почёсывая её пузико, отчего та задёргала лапой и завиляла хвостом.

– Да, это так. И Зорма сказала, что если прекратишь, то она насикает тебе на матрас.

Я в ужасе уставился на генетту. Та рыкнула, а затем пару раз тявкнула. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она смеётся надо мной. С каждым днём Зорма становилась всё умнее и, по словам Луолана, приближалась к оранжевому поясу. Дух говорил, что на высоких рангах она, возможно, даже заговорит. Зверюга словно поняла, что думаю о ней, положила голову обратно на пол и закрыла глаза, сладко посапывая.

Мне не хотелось будить генетту, и я мысленно обратился к духу.

– Уснула?

– Ага.

Аккуратно встав, занял свободное место и погрузился в медитацию.

* * *

– Ключ к разработке любой техники – хорошее понимание сути своего аспекта, – сказала Кейхас.

Прошло несколько часов, и теперь мы вдвоём стояли у одного из каменных пиков. Средоточие снова было заполнено эссенцией. Похожий на цветок узор каналов, выжженный в груди, выделялся, сияя сверкающим серебром на фоне более тусклых меридианов, сформированных Луоланом во время слияния. Я уже давно был готов снова пройти испытание, но, помня прошлый раз, остерегался этого, лишь вновь и вновь впитывая энергию и утрамбовывая в средоточие. Такое ощущение, что то обладало безграничной способностью удерживать эссенцию независимо от того, сколько удалось поглотить.

Интересно, смогу ли взять сразу третью ступень к жёлтому, когда рано или поздно возьму оранжевый пояс. С другой стороны, Луолан сказал, что не следует стараться брать ступени, лучше использовать накопленный запас экстракта непосредственно для Возвышения. Это создаст более прочную и мощную базу для дальнейшего роста. И я склонялся к тому, чтобы воспользоваться советом духа.

– Из того, что рассказывал сварливый старик, помню, что твой аспект во многом основан именно на силе и порыве.

– Знать бы ещё, как это использовать для создания техники.

– Всё зависит от тебя. Закрой глаза и начни циркулировать эссенцию по каналам, затем ускорь её. Как выйдет, дай знать.

– Хорошо.

Духовным взором заглянул вглубь себя, где внутри, пульсируя, сиял шар серебряного света. Продолжив дышать в соответствии с формой Первого Писания, и делая пасы руками плавно двинул эссенцию по меридианам. Затем представил, как пульсация усиливается, перекачивая больше энергии и быстрее.

Всё, чего достиг, – это камень у ног разлетелся вдребезги и посёк меня осколками. Зашипев от боли раскрыл глаза.

– Пробуй снова, – сказала Кейхас.

Я кивнул, глядя на новые дыры в халате, которые снова придётся латать. В этот раз направил эссенцию к каналам в ноге. И тут же закричал, когда та внезапно дрогнула, и потеряв равновесие упал.

– Помни, каждый аспект действует согласно своей природе. Просто направление энергии в ноги не даст нужного результата.

Застонав, сел, растирая икру и ступню и пережидая, когда перестанет саднить каналы. Следующие несколько часов я не раз и не два падал, раздираемый болью, как тела, так и меридианов от бесконечных срывов. Самое большее, чего удалось достичь, это когда обе ноги дёрнулись вместе, и я врезался в каменный пик. На втором ранге тело оставалось слишком уязвим к травмам, и несмотря на все изменения с ним, боль была немыслимой.

Перевернувшись на спину и ощупывая кровоточащий нос, свирепо воззрился на подругу. Она стояла рядом, засунув большие пальцы рук за пояс и с трудом удерживалась от смеха.

– Я же сказала, что прежде, чем что-то предпринять, следует понять свой аспект и как он поможет тебе в движении. Очевидно, ты не понял, что от тебя требуется.

– Легко сказать, – недовольно пробурчал в ответ на её слова.

Жаль, конечно, что дед прогнал меня – он был практиком Силы и мог просто объяснить, что и как делать.

– Всё довольно просто, старайся лучше.

Закрыв глаза вновь попробовал сделать как она говорила. Но был слишком зол, чтобы сосредоточиться и как результат ноги опять вздрогнули, а я плашмя ударился о землю.

Встав, услышал звонкий смех Кейхас, что привело меня в бешенство.

– Может, просто учитель из тебя паршивый? Если собираешься хохотать надо мной, то лучше уходи! Сам разберусь!

Смех девушки внезапно оборвался, и на её лице появилось обиженное выражение. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла его. Подруга отвернулась, бросив:

– Ах, вот ты как!

И исчезла во вспышке света.

Глава 21

Боевая аура подсказывала, что Кейхас поблизости нет. Неудивительно, с отточенной-то техникой движения. Жаль, что она обиделась. Не стоило быть с ней столь резким, обязательно извинюсь как вернётся.

Странно и подозрительно, что Луолан необычайно молчалив на протяжении всей тренировки. Обычно он не упускает случая пройтись по моим неудачам.

Отринув провал в освоении техники и раздор с Кейхас, уселся на землю и принялся циркулировать энергию. Измученное тело и каналы не особо способствовали этому, но спустя полчаса тишины и покоя всё удалось.

Сосредоточившись на своём аспекте, я начал размышлять над тем, что успел узнать о стихии. Не говоря об обычной силе и порыве, аспект обладал и гордостью, упрямством и непреклонностью. Во время испытаний, когда стихия взирала на меня, казалось ещё, что та обладает огромной, подавляющей мощью, но сдерживаемой. То есть это ещё и контроль.

Медитируя и перекидывая чётки, испытал нечто вроде гудения или вибрации, исходящей от внешней энергии и средоточия. Внутренняя энергия словно бушевала в каналах. Настроившись на это ощущение и стараясь его не упустить, поднялся. Вместо равномерной пульсации средоточие билось в необычном ритме. Сдерживать течение эссенции по каналам было сложнее, но сама она была словно… действенней?

– Луолан. Чувствуешь, что происходит?

– А? Что?

Мне показалось или дух будто зевнул, а голос его звучал сонным?

– Ты спал?

– О, так вот что это такое? – спросил Луолан опять зевая. – Не знаю почему, но вдруг почувствовал, что мне нужно отдохнуть, и не заметил, как задремал. А потом слышу, ты чего-то бормочешь.

Интересно, надо будет обдумать на досуге, никогда не слышал, чтобы духи обителей нуждались во сне. Впрочем, я практически ничего не знаю о Возвышении и мире боевых искусств. Полный невежда.

– Ты, наверно, что-то сломал, испортил во мне, – между тем продолжал разглагольствовать Луолан, – ни на минуту тебя оставить нельзя. Вечно, что-нибудь да отчебучишь.

– Ну это вряд ли.

– Хорошо. Смотри у меня. А ответ на твой вопрос прост: скорее всего, ты обрёл более глубокое понимание аспекта. Не пробовал использовать одну из техник в таком состоянии? Хочется посмотреть, что произойдёт.

Я по-прежнему чувствовал отчётливую связь с эссенцией и контроль над ней, более сильный, чем раньше. Немного изменив ритм дыхания и по-другому сложив руки, быстрее достиг нужного состояния. Духовным взором скользнув внутрь себя, разобрался в чём дело. Средоточие, сжимаясь, удерживало весь экстракт долгие три вдоха, а затем высвобождало единым порывом. Меридианы от такого обращения испытывали перенапряжение. Пожалуй, не лучшая идея использовать технику сейчас, пока они достаточно не окрепли.

– Ты знаешь, наверно, не стоит, – сказал Луолан, словно прочитав мои мысли.

– Значит, ты тоже это чувствуешь, – задумчиво произнёс я.

– А как иначе? Считай, я твой источник силы, понятное дело, что тоже ощущаю такие вещи, – проворчал дух.

– При таких раскладах мне оторвёт конечность. Полагаю, разумнее будет расширить и закалить каналы.

– Согласен. Попробуй заняться Возвышением и циркуляцией эссенции, чтобы меридианы привыкли.

Честно сказать, процесс поначалу был не особенно приятным. Всё время казалось, что заставляю каналы работать на пределе, словно выполняю чрезвычайно трудную тренировку, только не физическую, а духовную. К тому же сложновато было перенастроиться на другую методику дыхания и движения рук. Хотя, наверно, не сложно, а скорее, непривычно. Вскоре весь взмок.

Мир окрасился серебром, нити энергии втягивались в средоточие и очищались, проходя сквозь выжженный узор меридианов, упрочняя их и меняя цветок-рисунок. Закончив, застонал и растянулся на земле. Всё тело и каналы болели сильнее, чем после дня занятий с Комацу.

Медленно поднялся на ноги и зашаркал обратно к шпилю, где, попив воды, повалился на кровать. Кости ломило, а мышцы сводило судорогой. Когда взбивал подушку, чтобы было помягче лежать, на пол упала записка с выведенными аккуратным почерком Кейхас словами:

«Ушла с Зормой на несколько дней – разведать местность до прохода. Занимайся самостоятельно. Не влипни в неприятности. Увидимся, когда вернусь».

Ну точно, обиделась. Доев оставшийся рис и цыплёнка, завалился спать.

* * *

Кейхас и огромная генетта бежали вместе. Зорма не сразу, но согласилась последовать за ней. Хорошо, иначе, без зверя, ей не удалось бы осуществить задуманное. Девушке не очень хотелось оставлять Акарата одного – он постоянно попадал в неприятности, но этот недотёпа сам её вынудил. К тому же, если всё получится, то пользы будет гораздо больше, чем от её уроков. Если повезёт, то управятся за пару дней, а нет, так понадобится не меньше недели.

Несмотря на то, что друг недавно нагрубил ей, она уже не сердилась на него. Может, оно и к лучшему. Ему действительно лучше дойти до всего самостоятельно. До того как дед взял Акарата в ученики, тот был предоставлен сам себе и лично достиг и узнал многое.

Конечно, старик научил его кое-каким приёмам из уцзу, быть более выносливым и сильным, лучше драться. Но что касается техник, Акарат освоил их без чьей-либо помощи. Потому его вспышка злости была в какой-то мере понятна. Но всё равно он – неотёсанный болван.

Любой идущий должен самостоятельно разработать собственные девять техник. Можно просить помощи, совета, но тот, кто действительно хочет овладеть искусством, должен создать и использовать личные методы. Её путь в Возвышении был именно таким. Да, пока она изучила всего шесть техник, но зато некоторые смогла познать на высоком уровне.

Сейчас девушка пыталась освоить работу с ци, но получалось с трудом. Однако Кейхас не отчаивалась, так как знала, что достаточное число тренировок и медитаций обязательно позволят ей справиться.

Зорма издала тихий писк, вырвав девушку из раздумий. Боевая аура помогла распознать причину беспокойства зверя – патруль. Врагов было четверо: три оранжевых пояса и один жёлтый, все на базовой ступени. Пока она не имела столь острых чувств, чтобы распознать, какими аспектами они следуют.

Те пока не ощутили её и генетту, иначе сразу бы напали. И это предоставляло выбор: атаковать самим или спрятаться. Да, учитывая число противников и неизвестность того, умеет ли желтопоясный использовать ци, разумнее было бы затаиться и переждать. С другой стороны, что как не драка с превосходящим противником способствует прорыву в Возвышении? В конце концов, именно это и желание отомстить клану зверолюдов, убивших отца, перевесило.

– Ты обойдёшь этот пик по кругу и нападёшь на них спереди. Я атакую с тыла. Попробую убить старшего. Пока не разделаюсь с ним, прошу тебя связать боем трёх остальных. Думаю, тебе удастся!

Генетта недоверчиво посмотрела на неё, как бы говоря: “Ты что, спятила?”

– Знаю, знаю, да, рискованно, но ты и сама догадываешься, какой результат от победы!

Нос зверя пару раз дёрнулся, и она, наконец, кивнула. Затем тёмная дымка окутала тело Зормы, делая ту практически не различимой в тенях шпиля. Это была одна из причин, по которой Кейхас взяла с собой генетту. К тому же зверь быстрее и сильнее человека, даже превосходящего её в развитии. Вот почему она была уверена, что та сдержит троицу противников. Победить всех – не победит, но даже выигранной минуты будет достаточно.

Следом девушка сама использовала технику маскировки, скрывая фигуру. Она скользнула вперёд, обходя ничего не подозревающий отряд, не издав ни звука. Обогнув шпиль и увидев тех, Кейхас ощутила внезапную вспышку гнева. Клан зверолюдов, как и предполагала. Об этом свидетельствовали их алые накидки. Не все в их клане были зверьми, которые продвинулись достаточно, чтобы обрести разум, многие были людьми, и таких остальные ненавидели и презирали. Она слышала рассказы о фракциях за тропой Ветров, далеко на севере, где целые кланы зверей не были редкостью. Но здесь, в ущелье Гроз, это было неслыханно.

Её глаза остановились на поясах, и девушка поняла, что боевая аура не подвела, верно определив уровень возвышения. Те шли молча, дисциплинированно, разведывая территорию Оводаи.

Кейхас бесшумно приблизилась к отряду, скрытая техникой и полностью подавив средоточие, чтобы не выдать своё присутствие. Она зашла за спину лидеру группы и, заведя руку за спину, вытащила посох из заплечного крепежа. Глянув на ближайший пик, девушка заметила, что тени там слегка потемнели.

Едва патруль поравнялся со шпилем, где затаилась Зорма, как та обрушилась на ближайшего воина. Тот вскрикнул от неожиданности, когда массивный зверь повалил его на землю, вцепился зубами в горло, а когтями принялся полосовать тело.

Воспользовавшись замешательством, Кейхас направила энергию в посох. Подарок отца, а прежде хребет зверя, идущего Светом. Многие одарённые предпочитали сражаться оружием, и её семья не была исключением, предпочитая всем другим боевые шесты. Отец лично выследил и убил зверя, а потом заказал лучшим мастеровым клана поработать над ним. Посох мог прослужить ей до вершин седьмого ранга, и многие его свойства ей ещё только предстояло открыть.

Командир отряда был слишком медлителен, он успел лишь повернуться, не более того. Девушка использовала атакующую технику. Эссенция, покрывавшая посох, внезапно стала острой как бритва и вонзилась между плечом и шеей мужчины.

Должна была. Она недооценила врага, а тот всё же оказался быстр и неведомым образом в последний миг ухитрился увернуться. Противник хмыкнул, избегая смертельной раны и впечатывая свой кулак ей в скулу. Следом попытался отпрыгнуть назад, но три дротика, сотканные из света, сверкнули в небе и пронзили его плечо, грудь и шею. Мужчина закашлялся, его глаза расширились, а из уголка рта потекла струйка крови. Он попытался протянуть руку и схватить девчонку, но посох Кейхас метнулся вперёд, раскроив ему череп и тем самым прикончив его.

Затем она развернулась, создав ещё три копья света, и послав их в сторону одного из противников Зормы. Шкура той в нескольких местах зияла рваными ранами. Воин, не видя опасности со спины, погиб в ту же секунду. Оставшийся подпрыгнул от неожиданности, и генетта воспользовалась этой возможностью, чтобы сомкнуть челюсти на его шее. Тот успел использовать защитную технику, и генетта, будучи ниже в рангах, не смогла убить сразу, поэтому Кейхас подошла ближе и, сделав навершие шеста острым как нож, вогнала ему под левую лопатку. Раздался громкий треск, мужчина закричал, дёрнулся и обмяк.

– Кто молодцы? Мы молодцы! – произнесла Кейхас, закидывая посох за спину.

Ей не особо нравилось убивать, но она испытала душевное удовлетворение от того, что избавила мир от этих отбросов.

Зорма между тем покачала головой вверх-вниз и её тело погрузилось в темноту. Кейхас с интересом наблюдала, как чёрная энергия соткалась в сферу, кружась и извиваясь вокруг тела генетты. Она никогда раньше не видела процесс Возвышения зверя.

Когда Зорма снова стала видимой, в ней произошли заметные изменения. Её мех стал плотнее и темнее, когти – длиннее, а тело – шире. Она выросла по меньшей мере на пару ладоней в длину и на одну в высоту. Но самая заметная перемена произошла в глазах. Они светились умом, которого той раньше не хватало. Конечно, она понимала многое из того, что говорилось, но больше догадывалась. Маленькие сверкающие глазки уставились на девушку, и генетта склонила голову набок. Затем уголки её рта приподнялись в оскале, обнажив ряды зубов.

– Поздравляю с новым рангом! – сказала Кейхас, искренне радуясь свершившемуся.

Та в ответ кивнула и пискнула – речь ей пока была недоступна. Насколько девушка знала, подобное произойдёт, когда та достигнет жёлтого.

– Ты готова идти?

Та лишь повернулась и побежала, направляясь к цели их вылазки, и Кейхас последовала за ней.

* * *

На следующее утро проснулся уставшим. Застонав, с хрустом потянулся в надежде хоть немного облегчить боль. Но это не помогло – толку тянуть мышцы, коли болят каналы? Потирая глаза, быстро облачился в свой латаный-перелатаный халат и крепко затянул пояс вокруг талии. Наверно, это простое действие мне, калеке в прошлом, никогда не надоест.

Позавтракав, вышел на улицу, где проделал несколько укрепляющих тело и дух форм, разминая мышцы и меридианы. Расширив боевую ауру и убедившись, что рядом никого нет, побежал, подхватив рюкзак, набитый камнями.

– Чем займёмся? – сонно спросил Луолан.

– Буду тренироваться весь день. Ты теперь тоже во сне нуждаешься?

– Ага, с недавнего времени. Издержки того, что слился с тобой. Я был великим духом Обители, мудрым, закалённым в тысячах битв. А теперь стал частью тебя. А вы, люди, хлюпики и, похоже, всегда любите поспать.

– Ага, чего тогда раньше не кемарил?

Говоря с ним, сам пытался нарастить темп, улучшить результат, пусть даже всего на пару секунд. Нужно расти над собой, стараться превзойти себя вчерашнего.

– Не знаю. Может, переход к следующему поясу сказался. Честно сказать, обычно усталости и желания спать не чувствую, а вчера просто ты отключился, мне стало скучно, и я тоже задремал.

Каждые три круга я останавливался и проделывал те же упражнения, что и когда-то с Комацу. На заставе был инвентарь для тренировок и, закончив с бегом, ещё несколько часов занимался с утяжелителями. После занятий на выносливость и силу, сделал растяжку и, попив, перешёл к отработке приёмов из уцзу, перетекая из стойки в стойку.

– Неправильно! – недовольно проворчал Луолан, когда я, сделав неуклюжий выпад, чуть не споткнулся.

– Знаю, но ничего не могу поделать, – ответил ему, восстанавливая равновесие, – их надлежит использовать вместе с техникой движения. Без неё не выходит быстро сократить расстояние, оттого приём выглядит рваным и незавершённым.

– Может, откажешься от практики, пока не освоишь её? Пока ты похож на выкинутую на берег рыбу.

– Нет, это укрепляет тело и заставляет действовать на инстинктах. Потом не придётся разучивать всё сызнова.

– Ну вот сейчас ты нанёс удар коленом и пролетел лишь половину нужного расстояния! Привыкнешь – один вред будет. Сам подумай. Раз за разом делаешь одно и то же движение неправильно, потом захочешь сделать как надо, а тело инстинктивно сделает неверно. Тогда тебе придётся не только научиться правильно выполнять приём, но и бороться с собственной мышечной памятью.

Я замер на полпути выполнения упражнения. Дух высказал весьма разумную мысль.

– Пожалуй, и правда. Буду тренировать лишь те, где энергия не требуется.

– Рад, что внял совету. Почаще бы прислушивался, глядишь, давно бы и с врагами разделались!

Следующие часы отрабатывал основные удары из уцзу: руками, ногами, коленями и локтями. Для захватов и бросков требовался партнёр. После перешёл к соседнему каменному пику и начал практиковать Крушение Пятого Предела. Покрытые эссенцией кулаки ударялись о твёрдый камень снова и снова. Когда только начинал так тренироваться, то уходил с разбитыми и окровавленными костяшками пальцев, но сейчас руки окрепли и закалились. Каждый выпад откалывал от шпиля небольшие куски камня, оставляя трещины и углубления. Контроль и мастерство владения техникой медленно, но уверенно росли. Я мог или расколоть камень или, вложив больше эссенции, превратить его в пыль, также учился бережнее расходовать энергию.

Закончив, отступил от пика, расслабляя и встряхивая руки, после чего сел спиной к другому шпилю, приняв форму Первого Писания.

– Думаешь, хорошая идея – заниматься Возвышением, будучи столь измотанным и уставшим? – спросил Луолан.

– Почему бы и нет? – ответил ему, вытирая пот со лба и успокаивая дыхание.

Закрыв глаза, вновь принялся циркулировать энергию по меридианам. Вчера заглянув в свиток, уже немного зная и умея, я понял, где и что делал неправильно. В некоторых местах, чтобы ускорить ток эссенции по каналам, следовало дышать в ином ритме и положение рук должно быть несколько другим.

Теперь я не контролировал и не сдерживал пульсацию средоточия, не пытался подчинить, а просто направлял ток эссенции по своему желанию…

Мысли резко оборвались, и я распахнул глаза.

– Вот именно! – взволнованно воскликнул, вскакивая на ноги.

– Чего всполошился?

– Понял почему никак не мог освоить технику движения!

– Неужели? А я нет, так что рассказывай, не тяни, – тоже взбудоражено произнёс дух.

– До сих пор я старалась следовать совету Кейхас. Несмотря на то, что мы практикуем разные аспекты, мне казалось, что основной принцип един для всех. Но суть Силы в другом. Стихию не стоит подчинять, не следует гнуть волей, её нужно направлять.

– Может сработать! – воодушевлённо воскликнул дух. – Только надо чтобы твои каналы привыкли к работе по новой форме циркуляции.

– Согласен!

Прошло чуть больше недели с тех пор, как Кейхас ушла, и я заполнял дни тренировками и упражнениями. Много медитировал, стараясь закалить меридианы и освоить новую форму на лучшем уровне, чтобы начать изучать технику движения.

К этому времени я начал беспокоиться за подругу и Зорму. Конечно, они могут постоять за себя, но сейчас слишком неспокойное время. Не раз мне приходилось скрываться от рыскающих в округе патрулей. Однажды чуть не сцапали, когда потерял концентрацию и открылся.

– Готов? Пробуем? – нетерпеливо спросил дух.

Я уже отработал Крушение Пятого Предела, циркулируя эссенцию новым способом, и хоть и отбил руки и на треть опустошил средоточие, но как результат смог раскрошить в мелкий щебень один из небольших пиков. Надо будет обязательно опробовать Прикосновение Бури…

Не удостоив его ответом, принял боевую стойку и начал прокачивать эссенцию по каналам, направляя её к ногам, полностью сосредоточившись на этом.

– Берегись!

Крик Луолана так напугал меня, что я среагировал, не успев подумать. Нырнув в сторону, почувствовал, как что-то схватило сзади за развевающийся халат, срывая его.

Глава 22

Развернувшись, на долю мгновения обмер, заметив одного из тех баранов, что некогда преследовали нас. Надеюсь, он тут один, а не целой стаей. Массивное кряжистое чудовище уставилось на меня пылающими гневом глазами, промеж жёлтых клыков капала тягучая слюна.

– Как только подкрасться смог?.. – выдавил из себя.

– Не спрашивай, – ответил Луолан. – Видать, довольно хорошо прятался, раз я почувствовал его, лишь когда он рядом оказался.

Зверь, издав рёв, стукнул копытом о землю и, наклонив голову, бросился вперёд. Я, заняв защитную стойку, направил эссенцию к рукам и, когда монстр приблизился, качнулся в сторону, едва разминувшись с острыми рогами. На обратном движении пробил тому дважды кулаком в бок. Выброс силы потряс зверя, покачнув и сбив с равновесия, чем я немедленно и воспользовался, подбегая к нему и осыпая ударами.

К несчастью, шкура оказалась прочна, а сам он слишком быстр, чтобы удалось нанести последний удар, с которого начинала действовать техника Крушения Пятого Предела.

Зверь завертелся на месте, лягаясь копытами, при очередном замахе два заострённых каменных шипа выстрелили из земли прямо мне в грудь. Я отшатнулся, избегая их, и едва не угодил под удар рогов. Уйдя перекатом, хлопнул ладонями о землю и, послав в них энергию, толчком взлетел вверх. Сделав кувырок в воздухе, оказался позади барана, отвесив ему смачного пинка под зад, отчего тот влетел в ближайший пик, высекая искры. Жаль не дерево какое, может, застрял бы.

– Ловко! Удивил! – прокричал дух, пока я мчался к противнику, что мотал мордой из стороны в сторону, приходя в себя.

Я и сам был искренне изумлён подобному кульбиту, контролю над эссенцией и телом. Жаль, но в любом случае потребуется нечто большее, чтобы упокоить зверя.

Тот пришёл в себя и вперил в меня налитые кровью глаза. Пар, несмотря на стоящую жару, клубами вылетал из его ноздрей. Ринувшись в атаку, чудовище ловко увернулось от ударов и, развернувшись на месте, снова лягнуло задними копытами. Только быстрая реакция спасла меня от смерти, но и так крепко досталось – правая рука треснула с громким хрустом и безвольно упала на бок.

Баран вновь развернулся, на этот раз бурым окутались кончики его рогов и копыт. Я отчаянно попытался нырнуть в сторону, но не вышло. Рога пронзили многострадальную правую руку, оставляя кровавые борозды на коже и мышцах. Резко развернувшись, пнул разогнавшегося барана. В этот раз повезло, тот угодил в один из тех редких исполинов-деревьев, что нет-нет да и встречались в бесплодных землях ущелья.

Застонав, перекатился на ноги, всё-таки опыта настоящих схваток мне пока очень не хватает. Постанывая, поднялся на ноги.

– Он застрял! Скорее, бежим! – сквозь пелену боли прорвался голос Луолана

Обернувшись, заметил, что зверь пытается освободиться, и я стремглав побежал к убежищу, в надежде укрыться там.

– Стой! – раздался предостерегающий крик духа.

Я резко затормозил, и огромная каменная глыба, упала прямо с неба, ударившись о землю не далее, чем в пяти шагах от меня, отрезав путь к бегству. Остаётся только сражаться, потому, встав в защитную стойку, повернулся лицом к освободившемуся зверю.

– Что ты делаешь?! Нужно бежать! – завопил Луолан.

– Не успею, – обречённо выдохнул в ответ.

Зрение туманилось, кровь стекала из многочисленных порезов, и правая рука висела плетью. Но я не собирался так просто сдаться.

– Можешь! Надо лишь использовать технику движения!