Текст книги "Обретая Силу [СИ]"

Автор книги: Мартин Аратои

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Прервавшись, поднялся и доковылял до одежды, проверить высохла или нет. После чего, перевесив её на другой сук, на более солнечную сторону вернулся к бревну.

– Третья – живучесть. Техники данной группы помогают телу переносить раны и травмы, выстоять в битве. Одни из самых важных для идущего, особенно на низких ступенях Возвышения. Четвёртая – слияние. Эти техники являются кульминацией всех трёх остальных вместе взятых, объединяют их, многократно увеличивая эффективность. Но не стоит приступать к ней, пока должным уровнем не освоены иные, иначе высок риск загубить возвышение.

С хрустом потянувшись, на долгий миг залюбовался на севшую неподалёку небольшую птаху и перешёл к Духу.

– Энергия непокорна, и потому требует контроля… – в этом месте свиток был порван, и мне пришлось его сшивать, оттого исчезло несколько строк, – использование энергии для атак и улучшения техник Плоти. Вторая – … вне тела… воздействуя на саму природу и местность… Третья – сдерживание… захвата других и отражения их атак.

Последняя, как и в случае Плоти, называлась Слиянием и содержала те же слова. А вот тот, кто освоил их и пробился к девятой, истинный мастер, получал полный контроль над телом и духом.

Вздохнув с сожалением о том, что мне никогда не получить ни одной техники, развернул свиток дальше.

– «Стезя Воды. Основы». Вода – один из восьми аспектов. Тот, кто преодолел искус инициации и имеет сродство к этой стихии, может поглощать энергию и, преобразуя её, очищая по нижеследующей схеме, впитывать в средоточие.

Отпустил свиток, и он сам собой скрутился обратно. Для такого калеки, как я, это бессмысленно. Сам никогда не видел, но, слушая похвальбу клановых, знал, что искус инициации – первое испытание на пути тех, кто смог сформировать средоточие. Для них открывались врата в Обитель Стихий, где, пройдя их проверку на сродство, идущий узнавал, какой аспект выбрал его и поможет приблизиться к Небу. Никто, правда, не рассказывал, что было внутри врат, зато слышал, когда убирался в павильоне совета, что, с обретением жёлтого пояса, приходило лучшее понимание аспекта, он словно начинал ветвиться, что позволяло выстраивать свой уникальный путь. Правда, у Тэнг только глава носил этот цвет, потому не знаю, насколько это правда.

Вновь открыл свиток и, прокрутив почти до самого низа, остановился на том немногом, чем мог заниматься, хоть и с большим трудом, – обычном рукопашном бое. Том, что большинство в клане игнорировали. Хотя, как мне думается, при прочих равных, человек, владеющий им, сможет одолеть не развивающего таких навыков. Ведь, как я понимаю, запас энергии в средоточии ограничен. Против одарённого эти навыки не помогут, но если судьба когда-нибудь сведёт с таким же отбросом, то смогу за себя постоять.

Я открыл наиболее уцелевшее место, часть, озаглавленную: "Смена русла".

– Сражаясь, вы можете оказаться в невыгодном положении. Например, аспект воды уступит в прямом столкновении тем, чья стезя – огонь. Большинство идущих встретят угрозу лицом к лицу, кулак к кулаку. Но в таком противостоянии куда мудрее уклониться. Когда река не может сдвинуть или захлестнуть преграду, она огибает её.

Затем следовала череда картинок, изображающих два силуэта в разных позициях, показывающих конкретный удар и как ему противостоять. Разобрать символ, обозначающий первые из них, где одна фигура вынуждала атаковать и раскрываться другую, не удалось. Дальше следовало то, что составитель свитка назвал Яростью Водопада. Рука, блокирующая выпад, возвращалась, и сложенная чашечкой ладонь хлопала в ухо противника, разрывая барабанную перепонку. Завершающий удар был нацелен в горло, следовало сдавить гортань нападавшего, смять и вырвать.

Я вздрогнул – уж больно живописно всё это было изображено и описано. Тем не менее поймал себя на том, что улыбаюсь. Да, большинство боевых стоек требуют работы ног, а одна из моих плохо гнётся из-за неправильно сросшегося перелома, однако некоторые движения я выполнить в состоянии.

Выбрав те позиции, которые смогу повторить, ещё несколько минут освежевал их памяти, уж слишком давно в последний раз открывал “Наставления”. Затем выпрямился и медленно, коряво двигался по формам, повторяя их. Практиковался целый час, пока урчание в животе не заставило остановиться и пообедать, нарушая собственное обещание припрятать еду на потом.

Я снова сел, просматривая следующие позиции. Название главы прожгло, но, судя по уцелевшим картинкам, раздел был посвящён борьбе: захватам и броскам. В противостоянии с одарённым это не поможет, хотя, может, и удастся грохнуть о землю белого или даже краснопоясного, если застать врасплох. Вот только через несколько мгновений они уже вскочат, а убежать я со своей ногой не успею. Плевать! Всё равно иного выбора у меня нет.

Первые позиции разъясняли как делать бросок через бедро. Проглотив последний баозцы, поднялся на ноги. Но с этим получалось хуже, не удавалось подсаживаться и скручивать бёдра.

«Наставления» содержали ещё один раздел – Формы циркуляции. Он хуже всего сохранился, и я, лишённый средоточия, его понимал плоше всего.

– Если не использовать правильную форму, то поглощение энергии будет происходить хуже. Например, если идущий огня будет использовать узор воды, то большая часть энергии рассеется впустую. Если, однако, он использует нужный, то поглощение пройдёт гораздо успешнее.

Затем шли схемы правильного дыхания, положения тела, растяжек и потоков энергии по каналам.

С грустным вздохом глянул на солнце, убрал свиток в рюкзак, надел высохший халат, подпоясался верёвкой и поковылял в сторону селения. Нежелание возвращаться в клан Тэнг было огромным, но с наступлением ночи это место перестанет быть спокойным и безопасным.

По мере того как лес вокруг темнел, заставлял себя двигаться быстрее, представляя всевозможных зверей, набрасывающихся из окружающего мрака. Будь одарённым, то смог бы чувствовать большинство живых существ. Однако я был слеп и глух.

Увидев впереди развилку, облегчённо вздохнул. До тех пор, пока не разглядел, кто меня там ждёт.

– Ты долго добирался, отброс, – крикнул Тайко.

Глава 3

Увидев его, почувствовал, как заколотилось сердце. Да ещё и приятелей захватил. Тех, что вчера помогли ему отделать меня, близнецов Кето и Эсэна.

– Прошу, примите извинения, уважаемый Тэнг Тайко, – сказал я поклонившись, – виноват, что доставил неудобство, не знал, что ждёте.

Тайко пожал плечами, зло усмехнувшись.

– В темноте даже лучше.

Он махнул прихвостням, и те двинулись ко мне, отсекая путь к бегству. Их предводитель рассмеялся, подойдя ближе и скрестив руки на груди.

– Ты достаточно долго ставишь клан в неловкое положение. Настало время избавиться от мусора.

Близнецы подхватили меня за руки и оторвали от земли.

– Вы не можете убить меня! Нет чести в убийстве калеки! Ты станешь изгоем!

– С чего ты взял, что именно мы – те, кто убьёт тебя? – говоря это, он заткнул мне рот вонючей тряпкой.

Я рыпался, пинался и сопротивлялся, но с таким же успехом ребёнок мог пытаться одолеть леопарда. Оба брата носили красные пояса и превосходили меня во всём.

Чем дальше волокли, тем лучше понимал, куда тащат, и тем сильнее липкий страх обволакивал душу. Опасения подтвердились мгновением позже, когда свернули за поворот тропинки и увидели каменную арку. Сводчатый проход освещался посаженным здесь мхом, на поверхности были выбиты знаки, сообщающие, что это клановая Обитель Духа, и смерть ждёт любого чужака из иной фракции, посягнувшего на неё и её богатства, а сам вход затягивала мерцающая плёнка. Ещё утром мечтал побывать внутри, но сейчас как никогда прежде хотелось оказаться подальше от этого места.

Никто не произнёс ни слова. Тайко просунул голову внутрь, а выглянув обратно, жестом подозвал подельников. Они прошли сквозь пелену, волоча упирающегося меня за собой.

Странное покалывание пробежало по спине, стоило войти внутрь, и я внезапно ощутил чьё-то внимание. Заозиравшись по сторонам, никого не увидел. Массивные сталактиты свисали с потолка на высоте пяти моих ростов, и маленькие капли постоянно срывались вниз.

Тайко вошёл последним, оглядывая пещеру в течение нескольких долгих секунд, и жестом указывая на один из боковых туннелей.

– Быстрее в этот – он пока пуст. Если поторопимся, не придётся сражаться.

Я пытался вырваться, но все попытки оказывались бесполезны. Затем попробовал запоминать дорогу, но в кромешной тьме туннеля не удавалось ничего рассмотреть, в отличие от своих мучителей, отлично ориентирующихся здесь благодаря усиленным чувствам.

Ублюдки наверняка решили бросить меня в самой глубокой части подземелья, чтобы не успел выбраться, а звери могли найти и растерзать. Утром кто-нибудь обнаружит останки, и решит, что глупый калека забрёл сюда сам.

Глаза заметили слабый свет, он становился ярче с каждой минутой, и наконец мы, спустившись по крутой лестнице, оказались в пещере, небольшой, меньше полусотни шагов от стены до стены. Хотя вернее назвать это место дном колодца. Наверху, на невообразимой высоте, висела луна, и именно её свет озарял всё вокруг.

Близнецы отпустили меня, грубо толкнув к центру. Руки никто не связывал, потому первым делом избавился от кляпа. Пришлось подождать, пока соберётся слюна, и смочить горло, прежде чем, глядя на их равнодушные лица, прохрипеть:

– Вы не можете, не посмеете оставить меня здесь!

– Ещё как можем, – отозвался Тайко, входя следом. – Ты и так слишком долго незаслуженно пользовался щедростью Тэнг. Клан тратит на тебя еду, воду, одежду, а взамен ничего не получает.

То, что сказал ублюдок, было откровенным враньём. Он просто ненавидел меня по непонятным причинам. Я это понял давно, но никогда не думал, что дело дойдёт до такого.

Внезапно страх отступил, пришло спокойствие и умиротворение. Плевать. Даже если сейчас придётся умереть, сделаю всё, чтобы они запомнили этот день. Я выпрямился насколько позволяла сломанная нога и встал в подсмотренную утром стойку.

– Не притворяйся, что речь идёт о благополучии клана, – сказал я, вкладывая в слова всю ненависть. – Ты трус и слабак, что способен одолеть только калеку. Это ты – настоящий позор Тэнг, без капли таланта, что не способен бросить вызов даже юнцам, только получившим белый пояс. Во всяком случае, ты слабее меня. Я стою тут один, лицом к лицу с теми, кто сильнее, но вы ни разу не рискнули выйти против меня один на один, всегда нападая втроём. Понимая, что даже против калеки у вас нет ни единого шанса.

Чем дольше говорил, тем сильнее наливалось кровью лицо ублюдка. Хотел спровоцировать его, разозлить. И это мне удалось.

– Я вобью эти грязные слова тебе в глотку, мусор! – заорал разгневанный Тайко, остервенело бросаясь вперёд.

Кулаки парня были крепко сжаты и начали поблёскивать светло-голубым. Я отодвинул правую ногу назад, твёрдо уперев в землю и подняв кулаки в позицию, показанную в свитке. Когда Тайко нанёс первый удар, попытался отбить его, перенаправив атаку. Неверно оценил скорость, и вместо того, чтобы подловить руку чуть ниже запястья, как предписывал свиток, тыльная сторона моей ладони ударила по внутренней стороне предплечья парня.

Стиснул зубы, пережидая боль, вспыхнувшую в руке: недооценил, насколько на самом деле силён красный пояс. Попытайся я заблокировать удар, и дело бы закончилось переломом. Тайко хотел разнести мне голову на куски, вместо этого только царапнул ухо, но благодаря подпитке энергией и этого хватило, чтобы оторвать его.

Не сдерживаясь, закричал. Но даже чувствуя хлыщущую по шее горячую кровь, всё равно изо всех сил ударил ладонью по уху Тайко. Затем шагнул вперёд, сжимая вторую на горле парня.

И ничего не случилось. Чуда не произошло. Я попытался вонзить ногти в кожу, но с таким же успехом мог пытаться раздавить камень. Почувствовал сильный удар в голову и услышал громкий треск, а затем тяжело грохнулся о каменный пол у самой стены. Несколько раз кашлянул, сплёвывая кровь, пытаясь сфокусировать затуманенное зрение на парне, стоявшем надо мной и найти силы, чтобы подняться и продолжить бой.

Мгновение спустя голос Тайко зазвучал по всей пещере.

– Вижу, ты желаешь вынудить меня покончить с тобой быстро и лишить страданий, падаль, – весело рассмеялся противник, – но честь требует отплатить тебе за произнесённые слова. Какую же расплату счесть уместной?

Он обошёл меня и замер сбоку.

– Кажется, понял! – радостно воскликнул он.

Раздался громкий треск и потребовалось несколько секунд, чтобы осознать случившееся, прежде чем тело пронзила боль. Словно в ноги вонзились тысячи раскалённых добела иголок, и вопль мой вознёсся к небу, эхом звуча в бесчисленных переходах подземелья.

Ощущал вкус крови на губах, чувствовал, как она сочится на месте оторванного уха, но эта боль – ничто по сравнению с тем, что испытывал сейчас.

– Вот так, – сказал мучитель, отступая от искорёженных останков обеих моих ног, – теперь точно не улизнёшь отсюда.

Голос слышал смутно, боль была слишком невыносима, чтобы сосредоточиться на чём-то ещё. Едва заметил, как Тэнг Тайко и его сообщники бросают на меня последний полный ненависти взгляд, прежде чем оставить одного на милость зверей Обители.

Весь мир сжался до истерзанных ног. Не знаю, как долго просидел, поглощённый этим зрелищем, прислонившись спиной к дальней от входа стене пещеры и вяло глядя на изломанные конечности. Но, в конце концов, боль отступила до такой степени, что снова смог мыслить.

Я застонал, закашлялся и сплюнул в сторону густой кровавый сгусток. Единственное, что сейчас поддерживало жизнь – злоба и жажда мести. Я не допущу такого конца, Эдельтайя Акарат не из тех, кто покорно сидит и ждёт смерти. Оглядев пещеру, попытался найти выход. Наконец, разглядел его, но тяжкий вздох вырвался из груди – предстоял подъём по лестнице.

Стиснув зубы, начал собирать самые длинные уцелевшие куски скобы. Часть, разлетевшись, торчала из ноги, и кровь сочилась из множества колотых ран и порезов, оставленных зазубренными щепами. Развязав верёвку с пояса, расплёл её на части. Едва сдерживая крик, одним быстрым движением вправил ногу. Положив два куска дерева по обе стороны от сломанной конечности, быстро и туго обвязал их верёвкой. Хвала Небу, второй досталось меньше.

К тому времени, как закончил, всё тело дрожало, на лбу выступил пот, по лицу текли слёзы. Оторвав от халата несколько полосок ткани, перевязал голову.

“Следовало это сделать сразу, – пришла запоздалая мысль. – Чудо, что на мои вопли до сих пор не прибежал ни один зверь”.

Я не стал испытывать судьбу и давать себе передышку. Перекатился на живот, чувствуя новую вспышку боли от толчков в ногах. Затем пополз вперёд, опираясь только на руки, а ноги волочились по полу. Каждое движение причиняло невыносимое страдание изуродованным конечностям, перед глазами всё плыло, но продолжал двигаться. В голове как мантра билась лишь одна мысль – здесь и сейчас я не умру. Никогда прежде не осознавал, что способен вытерпеть столько.

Наконец, добрался до противоположной стены, пальцы зацепились за первую ступеньку, вырубленную в камне. Она была шершавой, источенной тысячами идущих, спускавшихся в подземелье. Собравшись с силами, подтянулся вверх, отрывая тело от земли. Хорошо, что этот ублюдок не переломал мне и руки.

Уже собирался дотянуться до следующей ступеньки, когда оправдались худшие опасения: низкое, рокочущее рычание эхом разнеслось по пещере, отчего по спине пробежал холодок, а волосы встали дыбом.

Перевернувшись на спину, широко раскрытыми глазами наблюдал, как в пещере появилось, словно соткалось из теней, массивное существо, похожее на генетту. Только раза в два крупнее взрослого тигра. Маленькие тёмные глазки мерцали в лунном свете, а нос дёргался в мою сторону. Тело зверя было длинным, приземистым и гибким, покрытым серо-коричневой шерстью с чёрными пятнами. Пушистый хвост имел тёмные продольные полоски. Открыв пасть и обнажив острые как бритва зубы, тварь, заурчав, молниеносно скользнула ко мне. Судя по окутавшей лапы дымке, зверь использовал аспект тьмы.

Отчаянный крик вырвался из глотки, стоило клыкам вонзится в правую лодыжку и потянуть, стаскивая с лестницы. Боль вернулась с утроенной силой. Зверь яростно затряс мордой и швырнул меня через всю пещеру. Удар о стену выбил весь воздух из лёгких и, кажется, сломал пару рёбер. Задыхаясь, пытался сделать вдох, когда существо нависло надо мной, и я безнадёжно попытался отползти назад.

Зверь упёрся тяжёлой когтистой лапой в грудь, вдавливая спину в пол и не давая ни шанса пошевелиться. Пасть чудовища нависла надо мной, обдав горячим зловонным дыханием, слюна капала на лицо, а клыки готовы были вот-вот вонзиться в шею.

Понимая, что смерть близка и устав бояться, с вызовом пристально посмотрел в глаза монстру и, сделав глубокий, судорожный вдох, зарычал. Рычал, до тех пор, пока голос не надломился, а горло не засаднило. После, ухватив зверя за уши подтянулся и укусил его за нос.

Затем случилось немыслимое: тот отскочил, оставив меня в покое, склонил голову набок, уставившись одним тёмным глазом-бусинкой, а следом сел на задние лапы.

– Почему у тебя нет средоточия, человек?

Я подпрыгнул от неожиданности, заслышав в собственной голове голос, звучавший как мужской, с нотками любопытства. Лихорадочно озирался по сторонам, пока глаза не остановились на звере. Моргнув, несколько мгновений тупо смотрел на него, прежде чем ответить.

– Это ты… говоришь? – спросил, гадая, не сошёл ли с ума от событий последних часов.

– Не она, глупец, – раздражённо ответил голос, – смотри.

Камень за спиной существа покрылся рябью, затем изнутри полился яркий белый свет. Мгновение спустя понял, что передо мной дух Обители. Ходили слухи, что некоторые из них, если прожили достаточно долго, способны обрести разум, но и подумать не мог, что удастся разговаривать с одним из них.

Я наблюдал, как он выплыл из полностью раскрывшейся стены и завис над головой зверя. Он был идеально круглым, чисто-белым и размером примерно с кулак.

– Отвечай, дурень, почему у тебя нет средоточия, когда у всех оно есть?

– Понятия не имею. Сам сколько себя помню задаюсь этим вопросом.

– Интересно… – отозвался Дух. – Тогда скажи, человек. Ты такой слабак, даже дети, приходящие сюда, и то одолеют тебя, к тому же калека. Так почему упорствуешь? Отчего ты непокорен даже перед лицом смерти?

Вопрос застал врасплох. Всю жизнь я терпел побои и издевательства, редко позволяя проявить характер, поскольку за этим всегда следовала жестокая расправа.

– По правде говоря, и сам толком не знаю. Со мной всегда плохо обращались из-за уродства. Друзей нет, семьи тоже, клановые, скорее, убьют, чем накормят. Может, просто устал бояться? Может, хоть умереть решил с честью? – я неловко замолчал, не уверенный, что сказанное имеет какой-то смысл и значение. Дух же, казалось, засиял ярче.

– Скажи, человек, если бы кто-то предложил тебе… способность к возвышению… какую цену ты готов заплатить?

– Что угодно, – не пришлось даже задумываться над ответом, ведь об этом мечтал всю жизнь, – нет такой цены, которую не заплатил бы.

– Хорошо. Последний вопрос. Заполучив такой шанс, как ты распорядишься дарованной силой?

Сразу не нашёлся что сказать ему. Точнее, знал, но неизвестно, как он отреагирует. А впрочем, не всё ли равно? Недавно я был близок к смерти, а сейчас спокойно толкую с бессмертным духом, видимо исчерпав свой страх без остатка.

– Исарий полон несправедливости. Сильные мира сего могут делать всё, что им заблагорассудится, а слабые, не в силах их остановить. Получив средоточие, смогу высоко взобраться по Небесной Лестнице, став сильнейшим среди идущих, которого когда-либо видел мир. Тогда отомщу тем, кто издевался надо мной каждое мгновение жизни. Уничтожу клан Тэнг! И узнаю правду об отце, чтобы отомстить за то, что бросил нас с матерью и обрёк на такую судьбу или погиб, стараясь нас спасти, и тогда я вознесу молитвы Небу об упокоении его души.

– Высокие цели, а желание поквитаться с врагами похвально. Я тоже жажду мести. Поэтому, если помогу тебе, ты наживёшь очень опасных врагов – врагов, способных в одно мгновение уничтожить целые кланы и сравнять горы с землёй. Готов к такому?

– Да. Враги будут всегда, стоит проявить себя. А как именно поможешь?

– Просто протяни руку. Учти, будет немного неприятно, но, в конце концов, скажешь мне спасибо.

Я сделал, как было сказано, вытянув руку вперёд и не сводя глаз с духа Обители. Он подплыл ближе, белый свет, исходивший от него, усиливался, заставляя щуриться. Я почувствовал тепло на ладони, стоило ему приблизится, а затем шар коснулся кожи.

Крик абсолютной агонии вырвался из горла, когда Дух погрузился в руку. Тело выгнуло дугой, оно словно горело изнутри, и я чувствовал, как нечто всё глубже зарывается под кожу, в конце концов, замерев в центре груди. Но боль не прекратилась.

Всем сердцем желал узнать, что происходит, и потянулся внутрь себя, впервые в жизни сумев проникнуть туда мысленным взором. Я видел, как шар выпустил сотни тонких белых усиков. Они путешествовали по всему телу, прожигая линии на костях, мышцах, коже и нервах. Добрались до макушки и до пяток. Затем раздался громкий, хрустящий звук, когда изувеченные ноги начали срастаться.

Мгновение спустя последовал почти невыносимый зуд, и я почувствовал, как что-то ползёт по голове. Кожа раскалилась добела, и из пор начала сочиться отвратительная чёрная жидкость. Несмотря на всё это, вдруг осознал, что словно заморожен и не могу пошевелиться.

Дух выжигал каналы в плоти, избавляя от всех физических повреждений и накопленных нечистот. Когда этот процесс происходил в возрасте пяти-семи лет, дети говорили, что боли не было, и только небольшое количество шлаков выбрасывалось из тела. Каналы не формировались моментально, а строились идущим на протяжении следующих нескольких лет, согласно выбранному пути развития. Для меня же, двадцатилетнего парня, который и средоточия-то не имел, всё произошло сразу. Думал, что прошла целая вечность и пытка никогда не кончится.

Наконец, боль начала отступать и через несколько мгновений полностью исчезла, оставив меня лежащим на спине в отвратительно пахнущей чёрной жиже.

Глава 4

Сделав глубокий судорожный вдох, чуть не сблевал от отвратительного запаха гнили. Медленно принял сидячее положение и, открыл глаза, едва не ослепнув – пещера засияла ярким светом. Я отпрянул, быстро моргая, ушей достигали сотни звуков. К новым возможностям тела ещё предстоит привыкнуть.

Посмотрев на ноги, почувствовал, как сердце пропустило удар. Обе были целы. Пошевелил одной, затем другой, чтобы убедиться, что это не сон. Они двигались легко и без малейшего признака боли. С радостным возгласом вскочил и, потрясённый, оторвался от земли на целых два локтя. Недоверчивый смешок вырвался из груди, словно и не было многолетнего перелома. Топнул некогда изувеченной ногой и, смеясь, побежал к противоположной стороне пещеры, дивясь тому, как свободно двигаюсь и чувствую пульсацию средоточия в груди.

Остановившись, согнул колени и подпрыгнул, на этот раз почти на высоту своего роста, мягко приземлившись. Испытание усиленного и восстановленного тела было прервано зазвучавшим в сознании голосом.

– Кажется, сработало; хотя, если честно, думал, что план провалится, и просто испепелю тебя.

От неожиданности споткнулся, растянувшись на полу.

– Так ты не исчез? – удивлённо воскликнул вслух.

– Теперь, после слияния, можешь говорить разумом, как это делаю я, – ответил дух.

– Ты навечно поселишься у меня в голове? – пробормотал в ответ.

– Кое-кто уверял, что готов заплатить любую цену. Странно, вроде, мозг не повреждён… О, чуть не забыл упомянуть одну деталь. Если не поднимешься на первую ступень к исходу третьей недели, умрёшь – тело не выдержит моего присутствия.

– Что?! Да в клане Тэнг у детей на это уходил год, не меньше!

– Знаю. Но им нужно выстраивать каналы, фундамент. Я же выжег их в твоём теле, так что осталось пройти искус инициации и обрести аспект. После этого, лишь вопрос времени и таланта, успеть собрать достаточно энергии и продвинутся на одну ступень.

– Значит, не умру?

– Нет, если только не планируешь бездельничать.

Обнадёженный объяснениями кивнул и, чтобы немного отвлечься, принялся практиковать заученные боевые приёмы, недоступные прежде из-за увечья. Теперь же плавно перетекал из стойки в стойку, сменяя позиции. Шагнув вперёд, одновременно нанёс прямой кулаком, затем, крутанувшись, ударил ногой с разворота в голову. Выполнение приёма было далеко от совершенства, но всего несколько часов назад это было бы вовсе невозможно. Впервые у меня появился шанс на лучшую жизнь, о которой мечтал столько, сколько себя помнил.

– Похоже, у тебя к этому талант, – прокомментировал дух выполнение следующей комбинации из свитка, – Я очень редко видел, чтобы идущие занимались боевыми приёмами. Им больше нравится сосредотачиваться на техниках, связанных с управлением энергией.

– Раньше не было возможности практиковаться. Тэнг запрещали даже читать, удалось раздобыть всего один свиток, и единственное, что в нём было доступно для понимания и тренировки, это они. Тем более для их использования энергия не нужна.

– Не совсем так, – возразил дух, – есть много боевых техник, что требуют скорости и силы, что обретает вступивший на путь к Небу.

Я нанёс удар локтем в прыжке и вернулся в защитную стойку. Сказанное имело смысл, в свитке были некоторые приёмы, требующие высокого уровня развития навыков. Некоторые даже выстраивались на основе выбранного аспекта.

– А ты знаешь какие-нибудь техники? – спросил у духа, расслабляясь и садясь спиной к стене подземелья, стараясь держаться подальше от гигантской генетты, так и оставшейся в пещере, но сейчас мирно спавшей, свернувшись клубком.

– Да, но они бесполезны, пока ты не пройдёшь испытание.

– Так чего же ждём, пойдём!

– Ты видишь портал? Вот и я – нет. Обычно требуется несколько часов, после того как сформировалось средоточие, чтобы врата появились. Это сделано для того, чтобы одарённый успел освоиться, прежде чем подвергаться смертельной опасности.

Я вздохнул, желая поскорее убраться отсюда, взглядом отыскивая мешки с гравием и свои пожитки, которыми побрезговали ублюдок Тайко и близнецы. Надо не забыть прихватить их с собой. Через несколько часов рассветёт, и члены клана Тэнг, несомненно, придут в Обитель. Кстати, об этом…

– Что произойдёт с этим местом после нашего ухода? – мысленно поинтересовался у него. – И как обращаться к тебе? Невежливо называть тебя просто духом, ведь ты – живое и разумное существо.

– У меня нет имени, но раз уж я покидаю это место, думаю, выбрать его будет правильно, – он на несколько мгновений затих, словно в раздумье. – А как насчёт Луолан? Это значит дух, на одном из забытых языков.

– Да, Луолан хорошее имя.

– Теперь о том что будет происходить с обителью… Она исчезнет, как и все из них, что теряют своего духа. Энергия задержится примерно на десяток дней, после чего растворится в окружающем мире. Звери перестанут появляться, а травы расти. Нового духа нельзя найти, купить или подселить. У духа лишь можно украсть всю силу, уничтожив ядро или её часть, сразу или забрав его для обряда.

Я почувствовал, что лицо расползается в широкой улыбке. Клан Тэнг сильно зависел от Обители как источника дохода и места для роста одарённых. Здесь идущие обучались и добывали ядра зверей, здесь же собирали травы, богатые энергией, на продажу другим фракциям и для изготовления пилюль и эликсиров. Её исчезновение крепко ударит по ним.

– А ты сможешь что-нибудь сделать, когда мы уйдём? Например, создавать животных или растения? – возник новый вопрос.

– Нет. С тех пор как соединились, мой контроль над Обителью слабеет. Всё, на что хватает сил, это удерживать зверей от нападения.

Я услышал в ответе сожаление, и не мог не спросить:

– Не жалко терять способности? Зачем тебе уходить? Почему из всех идущих выбор пал на меня?

Луолан помолчал, прежде чем рассказать свою историю:

– Моё существование исчисляется веками. Вначале всё время был поглощён расширением Обители и накоплением собственной власти и могущества. С каждым днём становился всё сильнее, расширяя влияние и взращивая опаснейших зверей. Вскоре стал слишком силён для красных и оранжевых поясов, и даже жёлтым приходилось нелегко. Каждый раз появлялись всё более сильные практики боевых искусств, и я убивал их всех. К тому времени, когда одарённые перестали приходить, Обитель стала огромным многоуровневым подземельем, охраняемым сотнями могучих зверей. Их ядра, травы, что растил, были самыми насыщенными энергией на много ли вокруг. Я считал себя всемогущим и непобедимым, высокомерие и гордыня овладели мной, пока однажды не пришли два человека, – Луолан горестно вздохнул, словно заново переживая события тех дней.

– Естественно, всё, чем располагал, обрушилось на них. Однако я недооценил их силу. Они уничтожили зверей, легко преодолели ловушки и спустились на самый нижний уровень. Там мастера столкнулись с заступником, вожаком зверей и моим защитником, самым могущественным существом, которое мог создать. Они и его уничтожили. Затем вытащили моё ядро; думал, собираются убить, но вместо этого те каким-то образом лишили меня большей части силы. Затем наложили печать, не позволяя когда-либо превзойти красный этап. Обитель стала той, которую ты видишь сейчас. Стала не домом, а темницей; осознание утерянного могущества ежедневно терзало меня. Я поклялся, что если представится шанс покинуть это место, то найду способ отплатить тем идущим за содеянное.

Дух снова замолчал. Я же слушал не перебивая.

– Шли годы, но ничего не менялось. Пришло отчаяние, что заперт здесь навсегда. А потом появился ты. Собирался позволить зверю съесть тебя, но ты повернулся к нему лицом, не выказывая страха. Зарычал и даже укусил. Заинтересованный, увидел, что у тебя нет средоточия, и в голову пришла идея попытаться объединить наши души. У тебя есть то, что мне всегда было нужно: тело. А у меня есть то, чего тебе не хватало всю твою жизнь – сердцевина. Уже чувствую, что наложенные узы, стёрты нашим слиянием. Надеюсь, когда достаточно окрепнешь, то убьёшь для меня тех мастеров.

Луолан закончил рассказ, и я кивнул, чувствуя единение с духом и его помыслами, хорошо зная, какими жестокими могут быть люди. Трудно представить, каково ему жилось эти сотни лет, потому понятно желание отомстить. Теперь у нас общие цели. Единственное, что пока слабо представлял, это то, как смогу одолеть одарённых, которым удалось победить Луолана на пике его могущества.