Текст книги "Обретая Силу [СИ]"

Автор книги: Мартин Аратои

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

– Кто те двое? Знаешь их имена?

– Жгучая Птица и Танец Пепла, – немедленно отозвался дух, – властелин и повелитель.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Даже в нашем захолустье слышали эти имена. Одни из сильнейших известных практиков боевых искусств на континенте. Ходили слухи, что Танец Пепла получил своё прозвище за то, что целые семьи и кланы были уничтожены в мгновение ока, их селения разрушены, а на месте некогда величественных городов остались тлеющие руины. А Жгучая Птица, выходит, лишь немногим уступает ему.

Встряхнувшись, почувствовал, что решимость, наоборот, окрепла. Если хочу стать выдающимся идущим, то обязан превзойти их обоих. Не сомневаюсь, что есть одарённые и посильнее, но сейчас это будет моей целью наряду с местью клану Тэнг.

– Я беру на себя долг мести, – торжественно произнёс, прижав кулак правой руки к ладони левой и склонив голову, после чего с кривой усмешкой добавил: – Дело за малым – достичь звания Повелителя, а лучше Почтенного Предка, чтоб наверняка. Думаю, справлюсь.

Ощутил ответную пульсацию Луолана в груди, там, где теперь находилось средоточие, чистая энергия затопила тело, придавая сил.

Вдруг раздался приглушенный треск, и воздух передо мной внезапно раскололся, заставив вскочить на ноги. Потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что произошло: открылся портал к искусу инициации.

Глубоко вздохнув, чтобы успокоить нервы, сделал шаг вперёд. Остановился, услышав за спиной тихое попискивание. Обернувшись, увидел генетту, уставившуюся на меня широко раскрытыми глазами. Она выглядела совсем не так, как раньше. Теперь существо больше походило на гигантского котёнка, чем на злобного зверя весом в половину буйвола. Оставлять его здесь, значит обрекать на верную смерть от рук разъярённых Тэнг, без шанса на возрождение.

– Возьмём с собой?

– Почему бы и нет? Только надо отослать Зорму куда-нибудь, чтобы подождала, пока не пройдём испытание. Ей нельзя туда.

– А безопасно ли вообще брать её с собой? – спросил, удивлённый тем, что Луолан дал ей кличку.

– Любого другого зверя нет, но её создавал как нового заступника. Ей множество раз приходилось умирать и столько же – возрождаться. Собирался отправить её куда подальше, но так даже лучше. Поскачешь на ней, а то когда ещё ты сможешь узнать и освоить какую-нибудь технику передвижения.

– Хорошо, как сказать ей, куда идти?

– Просто прикоснись ладонью ей ко лбу, остальное сделаю сам.

Пожав плечами, подошёл к огромной генетте, по-прежнему немного опасаясь этого существа, способного без усилий разорвать меня на части. Сердце забилось немного быстрее, когда протянул дрожащую руку и положил на голову зверя. Мех оказался на удивление мягким, Зорма толкнула лбом в ладонь. Я задался вопросом, почему она вдруг стала такой дружелюбной, но решил, что это, скорее всего, оттого, что чует поглощённый дух Обители.

Из ладони вырвалась вспышка белого света. Впервые почувствовал, как энергия путешествует из средоточия по каналам. Ощущение было одновременно пугающим и захватывающим. Генетта отпрянула, запрядала ушами, пару раз тряхнув головой. Затем рванула вверх по туннелю, за несколько секунд исчезнув из виду.

– Куда отправил? И как ты управился с моей энергией?

– Дожидаться нас у окраины селения. А что касается того, как смог контролировать твою энергию, ответ прост: она ещё не твоя. Пока не завершишь искус. Так что лучше поторопись.

Мда, как бы не был благодарен бессмертному духу, но, пожалуй, и вправду стоит поспешить – мало ли, вдруг обманет и просто захватит тело.

– Ладно, давай выясним, есть ли у меня сродство с каким-то из аспектов, – сказал я, – шагая прямо сквозь разрыв в пространстве.

Ощущение было почти таким же, как тогда, когда близнецы затаскивали в Обитель. Почувствовал прохладное покалывание, пробежавшее по спине, и через мгновение оказался на другой стороне.

Обнаружил, что стою на извилистой тропинке, выложенной истёртыми булыжниками. По обе стороны росли высокие бамбуковые побеги, их листья покачивались на лёгком ветерке. Воздух пах сладко, как будто рядом цветы, был приятно тёплым. Дальше на взгорье возвышались ворота-тории: две изогнутые вверх планки наверху, поддерживаемые двумя столбами. За ними тропинка продолжала подниматься в горку.

Помедлив немного, задумчиво потёр челюсть, размазав в кровавую полосу несчастного комара, неизвестно откуда здесь взявшегося. Шагая, чувствовал булыжники сквозь тонкую подошву сандалий, ветер с горы обдувал и приятно холодил кожу, а нечто словно всматривалось, обволакивало средоточие.

Может, какая-то из стихий уже пытается оценить меня и проверить?

Никто и никогда не говорил мне об инициации, потому понятия не имел, чего ожидать. Так, обрывки детских разговоров.

Наконец, дойдя до ворот, выкрашенных в насыщенный синий цвет, остановился, чтобы прочитать деревянные таблички, свисающие с нижней перекладины. «Аспект воды» – было выжжено на первой, а вторая гласила, что всяк идущий, переступивший порог врат, не вернётся, пока не пройдёт все восемь, и стихии не сделают свой выбор, а если повернуть назад, то путь сюда будет закрыт навечно.

Ну что же, может, мне повезёт именно с водой, не зря же всю жизнь прожил рядом с практиками этой стези, так что некоторые вещи знакомы. Уже собирался пройти сквозь врата, как в голове раздался голос Луолана.

– Я не смогу говорить с тобой, как только начнутся испытания, поэтому хочу позаботиться кое о чём, прежде чем войдёшь.

После этих слов почувствовал пульсацию средоточия. Она становилась всё быстрее и быстрее, наполняя тело энергией. Белый свет внезапно расцвёл в центре груди, прямо над тем местом, где находился Луолан, вырастая наружу тонкой нитью, что на глазах превращалась в полосу шириной в два пальца.

Сначала встревожился, не понимая, что происходит, но затем страх сменился восторгом. Поток света резко оборвался, померк, оставляя в раскрытых ладонях длинный пояс, окрашенный в чистый белый цвет. Он оказался шелковистым и гладким на ощупь, сотканным из неведомого материала.

Трясущимися руками повязал его вокруг талии. Столько раз видел, как делают другие, и наконец настало время сделать это самому. Дважды обернув, подтянул к передней части и соединил концы вместе. Потянул за концы три раза, чтобы убедиться, что он надёжно закреплён, и с гордостью посмотрел на талию.

Никогда не думал, что увижу подобное. Белый пояс, удерживающий халат вместо изношенной пеньковой верёвки. Меня распирало от гордости, и чувствовал, как ухмылка растягивает лицо от уха до уха. Выглядело глупо, да ну и плевать. Если что-то и доказывало всем вокруг, что я теперь один из практикующих Возвышение, так это пояс из энергии, обёрнутый вокруг талии.

– Спасибо, – прошептал и склонил голову.

Я был искренне благодарен духу Обители. За последние несколько часов получив больше, чем за всю предыдущую жизнь. Понятно, что он использует меня в своих целях, но это никак не влияет на мою благодарность.

Луолан не ответил на слова, но слегка мерцал в груди, показывая понимание.

Я смотрел на пояс, казалось, целую вечность. Чем дольше вглядывался, тем больше убеждался, что всё происходит на самом деле, а не во сне: некогда серые штаны и халат хранили запах крови и вони, были изодраны и перепачканы.

Взгляд вновь метнулся к воротам, и, не оглядываясь я шагнул сквозь них. Почувствовал, как нечто трепещет в средоточии, будто оказался под ледяным водопадом. Воздух тоже неуловимо изменился, став отчётливо влажным.

Утерев тыльной стороной ладони взмокший лоб, отправился дальше. Булыжники под ногами были скользкими от влаги, вскоре промокла одежда. Это было похоже на поход по лесу в сезон дождей, но в сто раз хуже и неприятней. Душно и жарко.

Невзирая ни на что, неуклонно взбирался всё выше. Вскоре запыхался, ноги болели, хотя усиленное тело и не должно было так быстро устать. С другой стороны, это же испытание, а не простая прогулка.

В конце концов, потерял счёт времени. Некогда мощёная дорожка сменилась грязной тропой, из которой с трудом удавалось вытаскивать ноги. Сандалии слетели и остались в ней уже на первых шагах. Не раз пытался сойти с тропинки и идти сбоку, по траве, но тогда она сменялась отвесными пропастями. Такое падение не пережить и жёлтому поясу.

Шаги становились медленнее и короче, силы иссякали. Почти достиг своего предела, но упорно шёл дальше. Я лишь в начале пути, рано или поздно заполучу остальные пояса, и стану куда могучей, сильнее, быстрее. Сейчас-то лишь незначительно сильнее обычного человека.

И когда уже подумал, что вот-вот рухну без сил, тропа затвердела и выровнялась, словно и не было этого многочасового подъёма в гору. Если задуматься, то мне, возгордившемуся и окрылённому от только что обретённой силы, преподали урок смирения.

Не знаю, следит ли за этим местом кто-то, есть ли тут какой дух-хранитель, но согнулся в уважительном поклоне, прежде чем продолжить идти дальше.

Вскоре ушей достиг шум бегущей воды, и вскоре увидел вымощенную булыжниками круглую площадку, шагов сорок-пятьдесят в поперечнике. В центре оказался квадратный бассейн, неглубокий, не выше щиколотки. С другой стороны этой площадки виднелись следующие врата, на этот раз рыже-красные.

Осторожно ступая по камням, приблизился к воде и встав на колени, зачерпнул горсть. Так хотелось пить, что казалось, вычерпаю всё до дна. Напившись, ополоснул лицо, смывая накопившуюся усталость, чувствуя себя свежим и бодрым. Ещё бы кто кусок мыла выдал, чтобы постирать одежду, то было бы и вовсе замечательно.

Успел пройти половину расстояния до вторых врат, как воздух неожиданно потяжелел. Оглянувшись, ощутил, как волосы на затылке встали дыбом – вода в бассейне начала ярко светиться синим цветом. Вскоре капли стали отделяться от неё, собираясь в воздухе. Затем с громким свистящим звуком жидкость вихрем взметнулась вверх, заставив меня отпрыгнуть в сторону.

Через несколько секунд вода приняла форму человекоподобного существа – огромного, в полтора моих роста голема.

Руки сжались в кулаки, когда он повернул ко мне своё пустое лицо. Похоже, испытание аспектом ещё не закончено, а только начинается.

Глава 5

Голем бросился вперёд, преодолев расстояние между нами за считанные секунды. Я отреагировал инстинктивно, вскинув руки в попытке отразить атаку. Бесполезно.

Левая рука голема взметнулась вверх, вытянулась и под немыслимым углом обрушилась мне на грудь. Сдавленный стон вырвался из глотки, когда воздух выбило из лёгких. Сила удара была столь велика, что тот сбил меня с ног. Чуть сердце не остановилось.

Задыхаясь, откатился в сторону, едва избежав нового выпада, пронёсшегося над головой и разбившегося сонмом капель о землю там, где мгновение назад была моя голова. Несмотря на обретённую силу, ни на секунду не усомнился, что этим ударом конструкт запросто прикончил бы меня.

Как, проклятье, дети пяти-семи лет проходят эти испытания?! Одно знаю наверняка, если первым не прикончу голема, то он точно убьёт меня.

Вскочив на ноги, уклонился от новой атаки и следом кувыркнулся в сторону, уходя от следующей. Словно заяц, скакал туда-сюда, балансируя на грани. Халат и штаны пропитались влагой, став неимоверно тяжёлыми и сильно ограничивая скорость.

Голем вообще не двигался, застыв на месте. Он отрастил ещё четыре конечности и хлестал ими, не давая приблизиться. Не умея управлять энергией, не владея ни одной техникой, я не могу почти ничего ему противопоставить. Единственный мой шанс на победу – это подобраться к нему вплотную и ударить голой силой.

Снова вскочив на ноги, бросился вперёд и… Получил два мощных удара по скрещённым рукам и один по рёбрам, чудом сумел устоять на месте и не упасть. Стиснув зубы, переждал скрип костей, что чуть было не поддались и не сломались. Наконец, хватая ртом воздух, с телом превратившимся в один сплошной синяк достиг голема. Замахнулся и… Был отброшен назад ещё двумя жгутами, выстрелившими из его тела.

Рыча от досады, сменил тактику, пытаясь уклоняться, атакуя под разными углами. Напрасно. Он избивал меня, пресекая все отчаянные попытки сблизиться.

Бессмысленно. Раз лишь первая атака напролом вышла самой удачной, значит стоит её повторить. С этой мыслью попёр на него, не стараясь уклониться, а стоически отбивая, блокируя и сдерживая удары. Один отросток сломал ребро, второй – ключицу, третий – руку. Однако я сумел прорваться и с торжествующим криком нанести удар прямо в голову противнику. Вложил всю силу, какую только мог собрать, желая закончить поединок; пробовал потянуть энергию, но она слабо откликалась, да и не знал, как это правильно делать.

Кулак прошёл прямо сквозь голема, не причинив тому ни капли вреда. Успел удивиться, прежде чем ответная затрещина заставила пошатнуться. В глазах помутнело. Следующий удар сбил с ног, отправляя к краю бассейна по скользким камням. Затормозив, свернулся калачиком и прикрыл руками голову – сработал защитный рефлекс десятилетиями вколоченный проклятыми Тэнг.

Разозлившись на себя за эту слабость, поднялся, морщась от боли. Успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как голем рухнул обратно в купель, и сияние воды погасло.

Стыд за трусость вперемешку с яростью наполнил душу. С мрачным настроением повернулся спиной к бассейну и направился к следующим вратам. «Аспект огня» – гласили выжженные на тории символы.

Скособочась и постанывая от переломов и ушибов, прошёл между столбами. Тело сразу охватил обжигающий жар, и через несколько секунд вся боль исчезла. Понятно, как получится пройти все восемь врат. Главное, не умереть во время самого испытания.

Точнее, семь – единения с водной стихией достичь не удалось. Я не чувствовал отголоска в средоточии от её близости, о котором говорили другие. Честно говоря, не особо расстроился. Значит, таков путь. Какие-то тропы исхожены, проторены и привычны, другие редки, извилисты и опасны. Главное, все они ведут к Небу. Осталось найти свой.

Не прошло и получаса как одежда высохла. По мере продвижения жар всё нарастал, иссушая малейший намёк на влагу в раскалённом воздухе. Выдохся гораздо раньше, чем ожидал. Тяжело дыша, чувствовал, как начинает гореть кожа. Земля под ногами текла и плавилась, каждый вдох приносил мучения. Воздух мерцал от зноя, всё вокруг было окрашено в яркие кровавые и оранжевые тона.

«Неважно как медленно иду, главное, не останавливаться», – повторял про себя, сбрасывая накатившую усталость; вздумай присесть отдохнуть, уже не найду сил подняться.

Големы вроде не должны убивать испытуемых, но относится ли данный запрет к окружению? Проверять на собственной шкуре не хотелось. Не горю… желанием. Ухмыльнувшись шутке, продолжил путь, в очередной раз размышляя, всем ли достаются такие трудности, или я один такой счастливчик? Может, стихии чувствуют, что моё средоточие, получено извне, а не врождённое?

Как бы себя не утешал, но не думаю, что смогу продолжать идти достаточно долго. Во рту так пересохло, что не осталось ни капли влаги. Губы потрескались, а кожа покрылась волдырями. Такое чувство, что сама кожа и мышцы иссохли, облепив кости, да и тем долго не продержаться.

Мысли начали блуждать, в поиске ответа на вопрос: какой урок должен извлечь из этой части пути? Будь у меня сродство с пламенем, сейчас не было бы таких проблем, но я по-прежнему не испытывал единения с этим аспектом.

Попытался открыть чувства, как тогда в подземелье, и был ослеплён оранжевым заревом. Было ясно, что окружён огненной энергией, но, если не могу ощутить её, какой смысл проходить искус дальше?

Жар усилился, и я пошатнулся, едва устояв на ногах. Было слишком трудно даже пошевелиться. Тело обессилено, а разум затуманен усталостью и обезвоживанием. Даже будь я настоящим практиком любого из аспектов, а не только пламени, то смог бы выжить, напитав тело энергией. Пусть и не так успешно как огневики.

Я споткнулся и замер, осенённый догадкой. Какой же всё-таки болван, не подумал об этом раньше! Покачиваясь на месте и дыша как можно реже, чтобы избежать жгучей боли, вызванной жаром, попробовал погрузиться внутрь себя, сконцентрировавшись на ощущении средоточия, покоящегося в центре груди. Это было нелегко в таких условиях, к тому же не знаю, как это правильно делать, да ещё и дух не в состоянии помочь.

Сначала наблюдал только внутреннюю сторону век. Очень медленно этот вид сменился образом маленького белого шара, зависшего в непроглядной тьме.

Обрадовавшись, непроизвольно втянул воздух и сильно закашлялся, раздражая и без того пересохшее горло. Почувствовав вкус крови, понял, что время на исходе. Устремив все мысли к средоточию, наблюдал, как чернота вокруг него начала заполняться крошечными белыми нитями. Поначалу те казались слабыми, тонкими, пульсирующими в случайном порядке, но вскоре увидел, что они складывались в затейливый узор, связанный со средоточием.

Пришло понимание, что это каналы, которые Луолан выжег в плоти, чтобы позволить энергии свободно течь. Я был потрясён их числом: они пронизывали всё тело, от макушки до кончиков пальцев рук и ног. Некоторые, казалось, проходили прямо под кожей, в то время как другие пронизывали кости.

Из обрывочных сведений, почерпнутых из «Наставлений», знал, что это связано с ритмом циркуляции и намерениями идущего. Практик контролировал токи энергии, направляя, ускоряя или замедляя их в зависимости от желаемого результата.

Мне оставалось лишь найти правильный узор. Несколько минут ушло на попытки нащупать его, изо всех сил сконцентрировавшись на средоточии и заставляя пульсирующую внутри энергию двигаться. Наконец, по прошествии того, что казалось вечностью, почувствовал, как она откликнулась. Шар засиял ярче, затем словно втянул в себя потоки света и тут же стремительно вытолкнул их.

Облегчение было почти мгновенным. Ощутил удивительную и блаженную прохладу. Кожа перестала покрываться волдырями, а воздух из обжигающего стал просто горячим. Хотелось бы, конечно, большего, но и так гораздо лучше раскалённой печи, что была прежде.

Глупо ухмыляясь, снова двинулся вперёд, сохраняя течение энергии по каналам. Поначалу было чрезвычайно трудно, требовалось всё моё внимание. Но, когда земля начала выравниваться, уверился, что на верном пути и усвоил новый урок: научился контролировать энергию и понял, что, пока воля и решимость не сломлены, сдаваться рано.

Спустя некоторое время пришлось отказаться от циркуляции, поскольку начал чувствовать слабость, чуть ли не хуже, чем от жары. Ничего, теперь потерплю, не так уж и долго до голема осталось. Скорее всего, выбранный способ неэффективен и не подходит мне. К тому же понятно, для чего каждый познаёт свой аспект, едва установив сродство со стихией. Очень сложно удержать и заставить течь чистую энергию. Тело не отвергало её, нет, но чувствовалась она чужеродно и неприятно.

Потянувшись к средоточию, заметил, что оно почти полностью опустошено и теперь лишь слабо мерцает. Наверно, истощилось оттого, что пришлось противостоять столь ужасным условиям. Как закончу испытания, нужно будет обязательно проверить свои возможности. Не годится начинать путешествие или встретить кого-то и вступить в бой, не ведая собственных способностей.

Тропинка, наконец, вывела на широкую открытую площадку, выложенную из обожжённого красного кирпича. Её испещряли трещины, открывая вид на пламя, плещущееся под ней. В центре обнаружилась круглая яма, и ревущий огонь поднимался на высоту самой большой пагоды в деревне.

Дальше ясно различались следующие, зелёные врата и какая-то бочка рядом с ними. Надеюсь, в ней вода, и получится попить до того, как появится голем. Не успел пробежать и половину пути к ней, как передо мной вспыхнула огненная стена.

Понятно. Никакой награды, пока не завершу искус.

* * *

Очередной голем исчез из виду, оставив меня распростёртым на земле и дрожащим от бессилия. Только что провалил седьмое испытание. Поначалу искус слабости показался не таким уж страшным и сложным, однако начав, быстро передумал. Сначала стихия словно выпила из меня все силы, не останавливаясь, пока не упал и не начал ползти по земле. Смягчилась только тогда, когда усвоил очередной урок: все аспекты, все пути к Небу, имеют свои достоинства.

Затем сражался с големом. Хотя схваткой это трудно назвать. Не было боли от ударов, вместо этого его атаки каким-то образом похищали энергию из средоточия, сжигали выносливость. Спустя пару минут такого боя уже слишком устал, чтобы продолжать, и противник исчез.

Все испытания были по-своему тяжёлыми, каждое из них преподносило важный урок либо о познании себя, либо о боевых искусствах.

Чем дальше шёл, тем больше пугался. Каждый проваленный искус, каждый отвергший аспект усиливал страх. Ни одна стихия не пожелала одарить сродством. Может, я и вправду урод, не зря же Небо лишило меня средоточия, а когда получил его благодаря духу, отказывается указать путь к себе? Остался лишь искус силы, чтобы проверить правда ли это.

Серебристые ворота-тории возвышались на удалении вытянутой руки, и, хотя я восстановился, но не сдвинулся с места. Страх неудачи сковал мышцы. Это испытание – моя последняя надежда. Средоточие не реагировало ни на один из предыдущих аспектов. Хотя не знаю, правда это или нет, клановые болтали, что получали отклик от двух, а то и больше стихий. Может, дело в слиянии с духом Обители?

Я многое почерпнул, проходя испытания, но эти знания бесполезны, если завалю и последний искус, а через три недели и вовсе умру. Никто из одарённых не в состоянии без последствий поглощать, циркулировать и направлять чистую энергию.

Ладно, чем дольше оттягиваю, тем труднее заставить себя идти дальше. Серебряные врата ждут.

Интересно, сколько я уже здесь? По моим прикидкам, дня три-четыре… Хотя солнце не садилось и не вставало, да и спать не хотелось, но, думаю, прошло не меньше времени. Хорошо, хоть усталости и голода не чувствую, даже желания облегчиться нет. Детишки обычно управлялись куда как быстрее. Хотя, может, здесь время течёт по-другому, кто знает?

Тряхнув головой, прогоняя посторонние мысли, уставился на ворота, нависшие надо мной. Сердце забилось быстрее, когда заставил себя сделать один шаг вперёд, потом ещё один, пока не переступил сквозь них.

Воздух стал густым и наэлектризованным. Тяжесть обрушилась на тело и душу, пригвождая к земле. Задыхаясь, упал на колени на мощёную дорожку, пытаясь набрать полную грудь. Не знаю, какой урок должен извлечь из этого, но впервые становится так трудно сразу, до этого проблемы нарастали постепенно.

Давление усилилось, почувствовал, что кости вот-вот не выдержат и начнут ломаться. Лёгкие изголодались по воздуху, сжимаясь всё сильнее и сильнее, словно невидимые полосы сковывали их. Я упал на живот, корчась от боли, а тело вдавливалось в землю. Раздался громкий треск, но не смог даже вскрикнуть от боли, когда рёбра не выдержали первыми.

Пот выступил на лбу от напряжения, попытки сопротивляться. Никто! Не смеет! Вновь ставить меня на колени! Не знаю откуда появилась эта волна упрямства, но напрягшись, кое-как сумел приподняться и сделать один единственный вдох, и тут же в тело словно ударила молния. Но не только это. Я ощутил в средоточие некий отголосок, чувство сродства.

– Да! – закричал, не сдерживаясь от радости.

Энергия хлынула потоком, мгновенно снимая давление стихии. Сосредоточившись, духовным взором видел, как серебристый свет проникал внутрь и, пробегая по меридианам, устремлялся к средоточию, где очищался, становясь моей внутренней энергией, экстрактом или эссенцией. Как третий старейшина называл её: сутью, вытяжкой энергии аспекта.

Быстро приняв одну из тех медитативных поз, что видел в «Наставлениях» и у членов клана Тэнг, начал дышать глубоко и ровно. Держал чувства открытыми для окружающего мира, ощущая, как стихия вглядывается и давит на меня со всех сторон.

Это место было богато энергией, потому вскоре заполнил средоточие. Да и много ли нужно белому поясу? Всмотревшись, заметил, что до того белое средоточие приобрело серый оттенок, все каналы были омыты серебряным светом, сращивая и заживляя поломанные кости.

Чувствовал себя совершенно иначе, чем после циркуляции чистой энергии. Та лишь немного усилила меня, эта же делала сильнее. Она не просто бежала по меридианам, она прошла через тело, погружаясь в кости, мышцы и кожу. Казалось, каждый нерв и крошечный волосок вибрируют от энергии.

Не знаю, как долго просидел, но поглотил всю без остатка, очистив и сделав своей. Средоточие вроде даже раздалось чуток и теперь сияло ярким блеском серебра. Теперь я – идущий аспекта силы!

Открыв глаза, согнулся в поклоне, вознося хвалу Небесам и стихии, одарившей меня. Разогнувшись, перевернул руку ладонью вверх. Сконцентрировавшись на средоточии, направил эссенцию в руку. Мгновение спустя из ладони вырвалась вспышка серого света, заставив откинуться назад, чтобы избежать травмы. Это не было техникой, всего лишь выброс энергии, но всё равно улыбнулся. Получилось!

Поднявшись на ноги, почувствовал себя несколько иначе. Энергия силы, текущая по каналам, давала ощущение могущества и… силы. Сжав руку в кулак, нанёс стремительный удар, неуклюже пустив в него энергию, в попытке изобразить технику плоти. Выпад сместил воздух вокруг кулака, словно разрывая его, когда тот на секунду засветился серым. В безмолвном окружении эхом отдался звук удара.

Крутанулся на месте, в этот раз неловко ударив ногой и направляя энергию к ступне. С таким трудом найденную после первого испытания сандалию разнесло в клочья. Зря только их из грязи откапывал да потом в рюкзаке волок. Мда-а, надо быть с этим аккуратнее. Впрочем, мне не привыкать ходить босым.

Пройдя пару шагов, обнаружил, что не испытываю от этого ни малейших проблем. Удивлённо подняв брови, несколько раз подпрыгнул, стараясь приземляться на самые шершавые и острые камни, какие только мог видеть, и ничего, вполне удобно и не больно. Скорее, той ноге, на которой оставалась сандалия, досталось больше.

Заинтересовавшись этим, снял её. Это казалось правильным, словно аспект силы требовал такого поступка. Может, это отличительный знак идущих этой стихии? Как небольшие амулеты с водой на шеях людей клана Тэнг, последователей Воды. Раньше думал, они носят их, чтобы иметь частичку аспекта под рукой, но, возможно, дело в другом.

Пожав плечами, оставил эти вопросы на потом. Может, Луолан сможет что-то подсказать? Надеюсь, у него также есть идеи как укрепить средоточие… Или что там нужно для достижения следующей ступени?

В противном случае смерть неизбежна. Так, а сейчас, прежде чем встретиться с големом, пожалуй, восполню утрату эссенции.

Сделав глубокий вдох, принял форму сбора энергии и потянул её из окружающего мира, заставляя циркулировать по каналам в определённом порядке. Сначала дело шло медленно, но через несколько минут освоился. Вместо того чтобы позволить ей вылиться наружу, сдерживал её, заставляя питать тело. Это была общая форма расширения возможностей плоти. Любой, идущий мог практиковать её, хотя она и слегка отличалась для разных аспектов. Потому и дело шло тяжелее, нежели, если это была бы форма моей стихии.

Закончив, с места рванул вперёд, булыжники под ногами разлетелись на тысячи осколков. Внезапно оказался в доброй сотне шагов от того места, откуда начал, и с совершенно пустым средоточием в придачу. Я задался вопросом, что это было? Техника движения или просто улучшение возможностей тела?

Насколько могу судить, аспект Силы более склонен к физическому развитию. Единственное сравнение, приходящее в голову, это с водой. Ведь других идущих видеть не приходилось. Так вот, она даёт одарённому свою плавность и гибкость, позволяя легко уклоняться и перенаправлять атаки противника.

Моя же стихия, кажется, укрепляет само тело. Её суть это: мощь, разрушение, и, вероятно, порыв. Она отлично подходит для рукопашного боя, а вот для дальних атак годится плохо. Возможно, потом узнаю и пойму больше, пока же приму это за истину и буду следовать такому пути.

Я продолжал идти тропинке, ожидая, что придётся идти несколько часов и выучить последний урок. Но нет, к моему удивлению, не прошло и минуты, как появилась площадка. Возможно, раз прошёл инициацию, никаких наставлений больше не будет.

Площадка мало чем отличалась от предыдущих, разве что на противоположной стороне ждали не очередные ворота, а многоцветный переливчатый портал.

Над головой клубились тёмные тучи, в небе сверкали молнии. Вся эта область ощущалась наэлектризованной сильнее, чем та, у входа. Я мог чувствовать огромное количество энергии, рассеянной вокруг.

В центре – купель, заполненная расплавленным серебром с искрами, мерцающими на поверхности. Чувствуя, что голем появится, как только войду, сел на землю, чтобы восполнить запасы. Это не заняло много времени, поскольку область была настолько энергетически плотной, что почти не пришлось очищать её. Она жадно вливалась, наполняя средоточие. Перестарался, появилось ощущение опасности, настолько острое, что пришлось выпустить избыток эссенции, чтобы предотвратить разрыв средоточия и каналов.

Отряхнув покалывающие ладони, поднялся на ноги и вступил на площадь. Правильно угадал. Через мгновение голем предстал передо мной, самый ужасающий из всех: сотканный из тёмного камня, со всполохами голубых и жёлтых молний, и с сочленениями, светящимися серебром. Формой, как и все они, напоминающий человека, но гораздо выше и шире остальных, с головой словно сгусток дыма внутри которого мерцали росчерки алых глаз. А когда тот шагнул ко мне, раздался скрежет камня.

“Ну, думаю, справедливо, что голем силы – самый громоздкий”, – успел подумать я, наблюдая, как голем протянул руку в сторону. Миг спустя в его руке словно из воздуха, возник топор с длинной рукоятью, полностью состоящий из энергии. Как увидел это, мой запал и предвкушение схватки несколько улеглись. У предыдущих оружия не было.

Молния внезапно сверкнула из нависших туч, скользнула по топору и осталась, потрескивая на поверхности. Я бросился на голема, стараясь опередить его. Тот яростно взревел и устремился мне навстречу.

Глава 6

Я был просто в ужасе, сердце колотилось как сумасшедшее. Но вместо того, чтобы отступить, побежал прямо на голема, стягивая эссенцию к кулакам.

Тот взмахнул огромным топором, разорвав выбросом энергии вымощенную булыжником площадку и взметнув в воздух град осколков. Гигант не колебался ни секунды; видимо, бой не закончится, даже если сдамся.

Опустившись на колени, почувствовал свист воздуха от прошедшего на ладонь выше головы лезвия. Затем вскочил, одним прыжком сократив расстояние до противника. У меня не было оружия, потому, размахнувшись, нанёс мощный удар кулаком прямо в центр груди голема.