Текст книги "Ученик гоблина. Книга IV (СИ)"

Автор книги: Марко Лис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Но самым важным было другое. Оно не растёклось чернильной лужей после столкновения с камнем и не затупилось. Качество формы напрямую повлияло на долговечность изделия. Этой заготовки хватило на без малого три десятка таких ударов, прежде чем она начала постепенно терять плотность.

Отличный, превосходный результат. И, что немаловажно, ни учитель, ни Арах не будут знать об этом моём умении.

Следующие трое суток превратились в монотонный, но по-своему захватывающий марафон. Я тратил каждый час бодрствования на то, чтобы довести навык филигранной заточки до полного, абсолютного автоматизма. Если раньше на один успешный результат, который не рассыпался бы в руках и имел хоть какое-то подобие лезвия, у меня уходило более полутора часов мучительной концентрации, то теперь я приловчился.

Пальцы наконец запомнили нужное давление. Теперь я тратил всего четверть часа, а то и меньше, чтобы вылепить из вязкой черноты почти идеальный обоюдоострый нож или наконечник для копья размером с ладонь.

Это было похоже на работу слепого мастера. Я больше не смотрел на «тень», а чувствовал её. Её плотность, её капризную текучесть и тот момент, когда она была готова застыть, превращаясь в смертоносный инструмент. Моя камера постепенно покрывалась сетью тонких отметин. Я проверял каждое изделие на прочность, вбивая его в гранитный пол.

Впрочем, меня радовал не столько физический результат, сколько само осознание качественного скачка. Я чувствовал, что я шагнул на совершенно иной уровень владения стихией «тени».

И теперь, закрепив этот успех, я жаждал приступить к новым, более сложным тренировкам. Моим следующим вызовом должны были стать «когти тени».

Я не помнил в деталях тот момент, когда они проявились впервые. Это произошло неосознанно, на чистом животном инстинкте выживания. Тогда в теневом измерении я сорвался с дерева, пытаясь уйти от пикирующего сверху летающего хищника.

Если бы не выпустил «тени» из кончиков пальцев, вцепившись ими в ствол массивной ветки, то не смог бы изменить траекторию падения и просто напоролся на острый сук, который гарантированно прошил бы меня насквозь.

Тогда «тень» спасла меня сама, откликнувшись на страх перед смертью. Теперь же я хотел подчинить эту силу своей воле. Тем более, что база для этого у меня уже имелась.

Первая попытка ожидаемо оказалась жалкой. Вместо когтей на руках вздулись бесформенные чернильные пузыри, которые через секунду с хлопком лопнули, обдав ладонь ледяным холодом. Вторая попытка и указательный палец обзавёлся кривым коротким и тупым шипом, в то время как остальные пальцы остались абсолютно чистыми.

Моё внимание постоянно соскальзывало. Стоило сосредоточиться на мизинце, как форма на большом пальце мгновенно расплывалась, превращаясь в бесформенную кляксу.

Единственное, чего я успел достигнуть до вечернего обхода – это осознать, что новая задача оказалась на порядок сложнее, чем лепка ножа. Но после мне пришлось резко прекратить всякие тренировки, кроме ставших частью привычного распорядка дня отжиманий и приседаний.

Очередной день, я уже даже сбился со счёта сколько их миновало, подходил к завершению. Разносчик еды привычно швырнул мне пару бессменных кукурузных лепёшек. Однако в этот раз обычный порядок вещей был нарушен. Следом за моей порцией разносчик забросил ещё две лепёшки в соседнюю камеру – ту самую, что все эти дни пустовала.

Прежде чем я успел поинтересоваться у того причиной подобной странности щёлкнул замок, с противным скрежетом отодвинулся массивный засов, и дверь соседней клетки распахнулась настежь.

Внутрь, пыхтя от натуги, пара дюжих орков-стражников буквально заволокла упирающегося пленника. Это был гном коренастый, широкоплечий, с перепутанной бородой, в которой застряли щепки и пыль. Житель подземья ни на миг не прекращал сопротивления, извиваясь в хватке серокожих верзил, словно пойманный в силки дикий зверь.

Орки рывком толкнули его вглубь камеры, намереваясь тут же выйти и захлопнуть дверь, пока новый «постоялец» не пришёл в себя. Но они явно недооценили гномью прыть.

Едва коснувшись ногами соломы, бородач ловко крутанулся на месте. Словно сжатая пружина, он резко извернулся и в коротком прыжке смачно впечатал свой лоб прямо в переносицу ближайшего стража.

Раздался сочный хруст ломающегося носа, за которым последовал сдавленный, полный ярости рык.

Орк отшатнулся, схватившись за лицо, из-под пальцев которого тут же брызнула тёмная кровь. Второй стражник, недолго думая, отреагировал без всяких церемоний. Его массивный кулак, размером с добрую пивную кружку, влетел гному точно в висок.

Удар был такой силы, что коротышку буквально отбросило в сторону. Он пролетел пару метров и врезался в каменную стену, сползая на пол.

Я невольно поморщился – после такого обычно не то что не поднимаются, а вообще не выживают. Но гном лишь глухо прокряхтел и выдал заковыристую ругань на своём родном языке.

К моему удивлению, он начал медленно подниматься. Бородач встал на ноги, потянулся, заставляя суставы спины громко прощёлкать, и с каким-то пугающим спокойствием хрустнул шеей. Сплюнув на пол кровь из разбитой губы, он медленно обернулся к застывшим в дверях верзилам.

– Подходите, – гном выставил перед собой сбитые в кровь кулаки. – Чего замерли? Можете сразу вдвоём, если очень страшно.

Тот орк, которому сломали нос, коротко рыкнул и уже потянулся к висевшей на поясе дубинке, желая проучить наглого пленника. Однако второй стражник схватил напарника за плечо и грубо вытолкал его из камеры, не желая продолжать драку.

Засов с лязгом встал на место. Ключ дважды повернулся в замке, и тяжёлые шаги стражей начали быстро удаляться вглубь коридора.

Правда, совсем уж безнаказанным выпад гнома не остался. Уже в дверях серокожий верзила не удержался от мелкой пакости. Он легонько пнул глиняный кувшин, стоявший у входа.

Посудина, наполненная водой до краёв, с сухим треском разлетелась на десятки осколков. Вода мгновенно растеклась, оставив после себя лишь тёмное пятно на камне да мокрые черепки. Теперь до самого утра, пока не придёт новая смена, житель подземелий обречён мучиться жаждой.

Гном проводил взглядом захлопнувшуюся дверь и лишь досадливо крякнул, глядя на то, что осталось от его питья.

– Ну и катитесь, выродки свинячьи, – пробурчал он под нос, вытирая рукавом кровь, продолжавшую сочиться из разбитого уха.

После чего шумно высморкался и принялся отряхивать свои грязные штаны. Закончив приводить себя в порядок, он обернулся ко мне.

– Здравствуй, Менос. Тебе «привет» из Чёрного замка.

Глава 8

– Мой господин, – на колено перед наместником Чёрного замка опустился запыхавшийся посыльный, чьи доспехи были покрыты слоем серой гранитной пыли.

Роланд лишь поморщился, недовольно разглядывая грязные следы на безупречно отполированном каменном полу. Небрежным взмахом руки он позволил слуге подняться:

– Докладывай.

– Следопыты прочесали лес в радиусе одного дневного перехода от входа в подземелье, – гном с трудом перевёл дыхание, стараясь не смотреть правителю в глаза. – Но следов Плети обнаружить не удалось.

– Хочешь сказать, что мы до сих пор не знаем, куда эта тварь отправилась после того, как перебила целый отряд Высших? – голос наместника опасно понизился.

– Всё так, господин, – посыльный коротко кивнул, ещё сильнее вжимая голову в плечи. – Но нам удалось отследить, откуда Плеть пришла. Заброшенная шахта примерно в трёх днях пути к северу…

– Плевать! – Роланд резко вскочил на ноги, с грохотом отодвинув кресло. – Мне абсолютно плевать, из какой выгребной ямы она вылезла! Сейчас важно понять, куда эта тварь держит путь. Не могла же Плеть просто испариться в воздухе!

– Она словно сквозь землю провалилась, – робко произнёс посыльный, растерянно разводя руками. – Будто её и не было никогда вовсе.

– Сквозь землю…

Правитель осёкся на полуслове. Его лицо исказилось, вена на лбу угрожающе вздулась, но вместо того, чтобы разразиться бранью и запустить в гонца тяжёлым кубком, правитель вдруг замолчал. Он застыл на месте, широко распахнув глаза, и принялся беззвучно хватать ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег во время шторма.

– Господин? – не только посыльный, но и закованные в сталь гвардейцы охраны обеспокоенно переглянулись, видя, как их предводитель стремительно бледнеет. Со стороны казалось, что гном задыхается.

– Тревога… – произнёс наместник еле слышно, и по его спине пробежала ледяная дрожь от страшной догадки.

– Что вы сказали, милорд?

– Тревога! – во всё горло заорал он, срывая голос на хрип и указывая пальцем в пол. – Опустить переборки! И внешние и внутренние. Перекрыть все входы и выходы! Немедленно! Выполнять, демоны вас пожри!

Снова повторять ему не пришлось. Посыльный вместе с командирами стражи вылетели из тронного зала, и спустя десять ударов сердца в глубине коридоров эхом отозвался тревожный рёв сигнальных рогов.

– Думаешь, Плеть пробралась внутрь периметра? – помимо четвёрки личных телохранителей, у самого трона остался лишь пожилой советник правителя, чьи пальцы нервно перебирали рунические амулеты на груди.

– Как ты сам только что слышал, тварь словно испарилась, но она ведь не могла на самом деле просто исчезнуть, – наместник опёрся ладонями о каменный стол, тяжело и прерывисто дыша. – И раз следопыты обшарили весь лес и абсолютно ничего не нашли, вывод остаётся только один.

– Тварь прошла там, где следы оставить невозможно, – советник Мошар мгновенно подхватил мысль своего старого друга и соратника. – Плеть ушла по камням… вглубь горы… к нам.

– Именно, – процедил Роланд.

– Теперь мы это знаем, значит и переживать не о чем, – Мошар разгладил седую бороду. – Замок – это не открытый лес. Рано или поздно отыщем тварь, загоним и уничтожим. Это наш дом, мы здесь хозяева.

– В том, что мы её упокоим, сомнений нет, – наместник опустился обратно в кресло. – Вопрос лишь в том, где, когда и сколько гномьей крови прольётся, прежде чем Плеть такой силы наконец издохнет.

– Возможно, всё не так плохо, как кажется на первый взгляд, – уклончиво произнёс советник, сделав шаг ближе к столу.

– Говори прямо, сейчас не время для загадок.

– Тебе ли не знать, какие Высшие Хранители фанатики, – Мошар понизил голос, покосившись на застывшую у дверей охрану. – С них станется. Я не удивлюсь, если они специально не стали добивать Плеть на поверхности. Пожертвовали собой ради очередной, понятной только их культу глупости.

– Хорошо бы, если так, – наместник горько усмехнулся и покачал головой. – Очень хорошо бы. Но, к сожалению, нет. Всё совсем иначе. То, как эти идиоты разворотили поляну перед входом, наглядно доказывает, что драка там была не шуточная. Земля выжжена, камни оплавлены. Не похоже это на смиренную жертвенность со стороны Хранителей. Они дрались за свои никчёмные жизни до последнего вздоха. Но проиграли.

– Похоже, ты прав, – советник слегка склонил голову, признавая правоту правителя. – Позволь тогда в этот час лиха хоть немного порадовать тебя доброй вестью.

– О чём ты? – правитель прищурился.

– Я не хотел говорить раньше времени, но теперь, когда ситуация изменилась…

– Старик, клянусь предками, иногда твоя медлительность сводит меня с ума, – произнёс он строго, впрочем, истинной злости в его голосе на сей раз не звучало.

– Мы отыскали беглецов. Как и предполагалось, они отсиживаются в Сольге. Впрочем, и здесь всё пошло не совсем так, как нам хотелось бы. Самого шамана выследить пока не удалось, оба гоблина словно в воду канули. А вот человек отыскался быстро. Что, в принципе, не удивительно. Старый зеленокожий лис вовсе не прост, к тому же, после того, что учудил его ученик, по-другому и быть не могло.

Наместник громко вздохнул, выражая всё своё нетерпение.

– Ладно, ладно, говорю только по делу, – седобородый гном примирительно выставил перед собой мозолистые руки. – Человек сейчас находится в городской тюрьме. Местные олухи из стражи подозревают, что он двух девок в трущобах прикончил.

– А это не так? – не удержался от вопроса правитель.

– Парень – не Высший, а несчастных приговорили при помощи чистой рунной магии.

– Так почему он в тюрьме?

– Потому что при обыске у него изъяли крайне интересный артефактный меч. Городские ищейки считают, что это и есть орудие убийства. Ждут возвращения в Сольг своего мастера над артефактами, чтобы тот подтвердил или опроверг их догадки.

– Так может, парень действительно…

– Не может, – усмехнулся старец, поглаживая бороду. – Меч по описанию точь-в-точь как тот, что пропал из сгоревшего дома уважаемого Тартла, в который наши беглецы вломились и опосля устроили пожар. Не сразу, но хозяин всё-таки заметил пропажу. Железо ведь в огне не горит, так-то. Потому к трупам в переулке парень если руку и приложил, то лишь тем, что…

– Пустое это, – перебил своего советника наместник. – Какое нам дело до мёртвых девок в чужом городе? Давай ближе к делу.

– Всё-то вам молодым не терпится, всё побыстрее да побыстрее хотите, – недовольно пробурчал для вида старик. – Слушай же дальше. Шаман своего ученика в тюрьме лишь раз навестил, почитай, на следующий же день после ареста. Но наши о том прознали только на вторые сутки, потому мы и разминулись с гоблином. Сколько потом за тюрьмой ни наблюдали, ни сам старик, ни второй ученик к парню больше не наведывались.

– Ясно.

– Потому следует принять решение, как быть дальше.

– Какие предлагаешь варианты?

– Я потому о невиновности мальца с самого начала и заговорил. Отпустят его, это дело времени. Не сегодня, так завтра, не завтра, так через седмицу, когда артефактор меч «прочитает». Не то свойство у клинка, о котором городская стража подумала…

– Да, да, я понял, – наместник вновь прервал старика, не желая, чтобы тот опять ушёл в сторону от сути разговора. – Предлагаешь дождаться и проследить?

– Оно-то по-хорошему и само так просится сделать, – советник нахмурился, и его голос стал серьёзным. – Но… хочешь или нет, а стоит признать, что старый гоблин мало того, что не глуп, так ещё и хитёр сверх всякой меры. Если он сам к человеку больше не ходит, значит, прекрасно догадывается, что за тем может быть установлена слежка. Как бы они не завели наш отряд в ловушку по итогу. Ведь если Зуг’Гал не бросил мальчишку и не сбежал из Сольга, значит, он вовсю готовится к драке. А шаман о шести орбитах на своей территории – это вовсе не шутки.

– А то я без тебя не знаю этого! – огрызнулся наместник, и воспоминания о прошлых неудачах заставили его помрачнеть.

– Уважаемый Стоф тоже знал, – и не думал отводить прямой взгляд Мошар. – И чем для него всё кончилось? Напомнить?

Роланд недовольно засопел. Не любил он, чтобы его отчитывали будто мальчишку несмышлёного.

– Ладно, признаю, погорячился.

– В том и дело, что если погорячимся, то… Не хочется ещё и в Сольге жизнями наших гвардейцев размениваться. Одно дело нагнать удирающих беглецов и совсем другое, когда они приготовились и ждут этого.

Не меньше минуты верховный гном раздумывал, молча уставившись в сводчатый потолок зала. Наместник прикидывал ситуацию и так и сяк, но по всему выходило, что старик Мошар прав. Зеленокожий действительно вполне мог устроить изощрённую засаду своим преследователям, используя городские кварталы и самих жителей как идеальный капкан. Уж кто-кто, а этот шаман на деле доказал, что является хладнокровным, расчётливым и очень опасным противником.

Более того, слишком уж нелепой выглядела со стороны вся эта история с убитыми девицами и арестом одного из учеников. Не успели прибыть в город, и вместо того, чтобы затаиться человек сразу вляпался в подобную историю.

– Может, действительно представление организовано именно для нас, как знать, – пожал плечами советник, соглашаясь с озвученной догадкой. – Тогда лучше, конечно, отправить в Сольг ещё пару отрядов в помощь, но это может привлечь ненужное внимание со стороны городской администрации, сам понимаешь.

– Нет! Сейчас мы не можем этого сделать. Пока не решён вопрос с Плетью, каждый находящийся в Чёрном замке воин на счету.

– Так каково твоё решение, Роланд?

– Просто казни человека, пусть гоблин знает, что играть в его игры мы не станем, но при этом мы ничего не забыли, – наконец произнёс он. – Только сделайте всё как полагается, но тихо. Мне теперь только ссоры с советом Сольга не хватает.

Теперь уже скривился сам советник, будто случайно разжевал горькие коренья дбуш-гура. Но вслух напоминать о том, что именно под его личным началом чуть менее чем за век карательные отряды Чёрного замка вычеркнули из списка живых сотни и тысячи имён, старец не стал.

– Человек умрёт, как и полагается, в присутствии одного из нас и только после оглашения приговора. Он будет осознавать кто и почему вынес ему такой приговор.

– Ты меня слышал, так что не разочаруй меня, старик, – с этими словами Роланд переключился на прибывшего с докладом гвардейца. – Займись преступником, а я займусь Плетью.

* * *

– Не дёргайся, парень, – гном улыбнулся и одновременно приподнял верхнюю губу, прощупывая пальцем, не шатается ли разбитый зуб.

Пусть нас и разделяла железная решётка смежной камеры, я всё равно отошёл подальше, ближе к глухой стене. Мало ли что у этого бородача на уме.

– Ничего я тебе не сделаю, – он лениво поднял руку и сдвинул грязный рукав, демонстрируя блокиратор сциллы. – А обычное оружие сюда никак не пронести. Да ты и сам должен это понимать, у тебя ведь тоже всё вплоть до шнурков отобрали.

И вправду, его ботинки, равно как и мои, теперь напоминали собой распустившийся, готовый вот-вот осыпаться бутон.

– Обыскивать эти серокожие зверюги наловчились что надо, – меж тем продолжил гном, сплюнув под ноги кровь. – Припрятал внутри бороды свиную кишку с медовухой – тонюсенькая же, всего-то в локоть длиной. Так ведь нашли, ироды! При том что лично проверял: сколько ни щупай, а не нащупаешь. Но всё равно как-то нашли, представляешь?

– Ага, беда, – буркнул я, не сводя с него глаз.

– И не говори. Но обиднее всего за бороду. Выдрали целый клок, – пожаловался гном, бережно поглаживая чёрную, как смоль бороду. – Я потому у входа и взбрыкнул. Ну, ты и сам видел, как я этого верзилу лбом припечатал.

– Да, удар получился что надо. Так ты, выходит, заранее готовился сюда попасть? – уточнил я просто для того, чтобы поддержать разговор.

Стараясь ничем себя не выдать, я украдкой у себя за спиной лихорадочно «лепил» теневой нож.

– Разумеется, – гном грузно уселся на солому и принялся поочерёдно вытряхивать из разбитых ботинок мелкие камешки. – Как бы иначе я передал тебе «привет»?

Пока он увлечённо болтал, я уже закончил «выводить» лезвие с одной стороны и перешёл на вторую. Из-за спешки форма получилась слегка корявой, но при необходимости я уже мог использовать эту заготовку как полноценное оружие.

Всё это время я продолжал внимательно следить за каждым движением соседа на случай, если увижу в его руках некое подобие отмычки. Говорить о страже можно многое, нахваливая их за невероятно тщательные обыски, но это не значило, что ушлый гном не мог утаить пару крохотных булавок. Он сам признал, что шёл сюда целенаправленно, а значит мог подготовиться куда лучше, чем хочет показать.

Если бородач попытается освободиться от блокиратора, я прикончу его без раздумий.

Для меня сломать блокирующий браслет вообще не проблема.

Но если я сам сейчас призову сциллу и выпущу костяные спицы или применю любую другую руну, то фактически подпишусь под убийством Адалинды и её подруги. Тогда мне точно конец – крысолюд живым меня из этих застенок не выпустит.

Поэтому устранить гнома нужно было быстро, тихо и способом, который не укажет на меня. Теневое оружие идеально подходило для этой цели. К моменту, когда тюремщики обнаружат остывающий труп, нож уже давно растает, обратившись обратно тенью. Я не искусен в метании клинков, но с такого расстояния сквозь широкие прутья точно не промахнусь.

– Ты чего так скривился? – гном удивлённо уставился на меня, прервав своё занятие.

Скривился я вовсе не из-за гнома, а потому что словил себя на мысли, что слишком уверен в положительном исходе. Нет, в том, что попаду ножом в бородача сомнений не было. Но совсем не факт, что ранение окажется смертельным. Одного «попадания» запросто может оказаться недостаточно. А мне ни за что нельзя позволить, чтобы раненый гном переполошил своими воплями весь этаж. Потому и требовался ещё один нож, чтобы добить его наверняка.

Проблема заключалась в том, что раньше я даже не пробовал создавать сразу две заготовки одновременно. Лепка тени и без того требовала мучительной концентрации, а уж когда одна ладонь уже удерживала капризную форму, вторая рука мало на что была способна без должной поддержки.

Поняв, что с моим текущим уровнем навыков это невыполнимо, я оставил бесплодные попытки. Не хотелось продолжать понапрасну рисковать потерять уже готовое лезвие, если окончательно утрачу контроль.

– Дошло наконец, что я не собираюсь тебя убивать? – хмыкнул гном, неверно истолковав моё молчание.

– Что?

– Ну как же. Ты ведь сперва подальше отошёл, словно боялся, что я могу сквозь прутья на тебя броситься. А теперь сам вон ближе подходишь.

Я и правда приблизился к решётке. Только не по той причине, о которой подумал этот смертник, а чтобы ударить наверняка, в сердце или шею. Мне оставалось сделать всего два шага. Я решил не дожидаться, пока гном выкинет какой-нибудь фокус. Раз уж он заскочил сюда с «приветом», лучше ему умереть чуть раньше, чем он попытается реализовать свой истинный замысел.

А поднятая после обнаружения трупа шумиха защитит меня от повторных покушений. Обитатели Чёрного замка просто не рискнут сунуться в тюрьму повторно. К тому же, если удастся правильно разыграть карты, я столкну гномов лбами с местной стражей. Оно ведь как выйдет: я под замком, с блокиратором на запястье и без оружия – значит, никак не мог совершить это убийство. Подозревать останется только кого-то из стражи.

Вот только мне пришлось резко остановиться и сунуть нож в рукав, когда тяжёлая коридорная дверь неожиданно распахнулась, огласив противным скрипом весь этаж.

Послышались гулкие шаги, а спустя десяток секунд засов на моей собственной камере с лязгом отодвинулся. Внутрь грубо втолкнули массивную фигуру.

– И чтобы тихо мне тут! – охранник отчего-то погрозил дубинкой именно мне, после чего с грохотом захлопнул решётку.

Я вмиг потерял всякий интерес к гному и вынужденно переключил внимание на нового сокамерника.

Орк не проявлял видимых признаков агрессии. Он остался стоять у самой двери. Но его налитые кровью глаза, неотрывно направленные на меня…

Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше.

– Да, я-то тебя убивать не стану, – тихо, с явным наслаждением напомнил о себе гном. – А вот он… Видишь ли, дома у нас кое-что стряслось, и меня отправили сюда с официальным поручением. Мне предписано озвучить приговор и засвидетельствовать твою кончину.

И бородач действительно принялся монотонно бубнить явно заученный заранее текст. Без тени иронии он перечислил почти два десятка имён убитых гномов, упомянул пожар, в разы увеличив список уничтоженного нами имущества, и огласил немалый перечень того, что мы якобы украли при побеге.

Всё это время присланный орк стоял неподвижно на том же месте. Но я отчётливо видел, как бугрились и подрагивали под серой кожей его мощные мышцы – громила был готов кинуться на меня в любую секунду, стоило гному дать сигнал. Уж не знаю, чем подкупили этого смертника, но свою часть уговора он собирался выполнить до конца.

– Однако, – гном наконец закончил официальную часть и хитро прищурился, – я могу предложить тебе сделку, парень.