Текст книги "Ученик гоблина. Книга IV (СИ)"

Автор книги: Марко Лис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 4

Надо же было так глупо подставиться. После проведённых среди гоблинов полутора циклов, тем более после пережитого только за последнюю седмицу я даже не думал, что в мире существует что-то, способное выбить у меня землю из-под ног.

Я лежал на спине и смотрел в потолок, покрытый разводами сырости с чёрным пятном плесени в центре. Чем дольше я в него всматривался тем сильнее мне казалось, что эта плесень живая.

Арах валялся на соседней кровати.

– Клянусь, позже я вернусь и сожгу эту дыру, нэк, – пробормотал он, яростно расчёсывая предплечье.

Старик завёл нас считай что в самое сердце трущоб. Номер способный вместить четверых обошёлся нам всего в один медяк. И неспроста, учитывая количество блох и клопов, живущих в каждой кровати, это нам должны были платить за постой в таком месте.

Потому я решил, что стоит хорошенько напиться, иначе из-за зудящих укусов и непрекращающегося нытья Араха не смогу уснуть и придётся страдать пока не вернётся наставник. Он-то наверняка не забудет прикупить нужных трав, чтобы богомерзкие кровососы если не передохли, то хотя бы не беспокоили нас до утра. Вот только дожидаясь его, можно запросто с ума сойти.

Потому было решено купить пива, кислый запах которого сквозь щели в полу проникал даже сюда на второй этаж. Уж не знаю из чего варят это пойло, но видать это необходимый минимум для выживания в этом месте.

Оставаться в номере у меня не было никаких сил.

– Схожу вниз, – сказал я, поднимаясь.

– Учитель же велел…

– Я за пивом.

– Тогда и мне возьми, нэк, – быстро смекнул гоблин. – И пожрать чего к пиву тоже не забудь.

Стоило мне спуститься на первый этаж таверны, в которой мы остановились и всё завертелось.

Длинный зал с закопченным потолком встретил меня пьяным гулом голосов немногочисленных посетителей. Похоже, некоторые из них за этими же столами и заночуют.

Я подошёл к стойке.

– Хозяин, мне две кварты тёмного эля.

Заведовал тут довольно крупный, небритый мужик в кожаном фартуке. Такой мог запросто собственноручно выставить проблемного клиента за дверь без лишних разговоров.

– Так мош-шет и нас-с угос-стишь? – справа от меня на стойку облокотилась змеелюдка.

В целом – красивая женщина. Это можно признать без всяких скидок на предубеждения. Тонкие черты лица, чуть раскосые глаза с угольными стрелками, уходящими к вискам, алые губы с парой удлинённых клыков, которые не портили впечатление, а странным образом дополняли его. Там, где кожа переходила в чешую, на висках, вдоль шеи и на запястьях, переход был почти незаметным, как тонкая работа ювелира.

– Не сегодня, – впрочем, я, несмотря что самый обычный человек, уже довольно немало пожил среди самых разных тварей, потому образ незнакомки, несмотря на притягательность, ровным счётом не произвёл на меня особого впечатления.

– Найя, впервые вижу, чтобы кто-то тебе отказал, – к змеелюдке подошла девушка. – Стареешь, подруга.

Эта была человеком. Невысокая, светловолосая, с той особой невинностью во взгляде, что вмиг располагает к себе.

– Нарываеш-шся? – змеелюдка наиграно оскалилась.

Хозяин ночлежки недовольно глянул на девушек, но вмешиваться не стал.

– Тёмного нет, – заявил он мне, вытирая руки о передник фартука.

– Давай что есть.

– А мы? – теперь уже вторая девушка заискивающе заглянула мне в глаза. Она невинно хлопала длинными ресницами и накручивала на пальчик локон золотистых волос. – Неужели и правда не составишь нам компанию? Мы не только красивее гоблинов, но и намного приятнее… во всех смыслах.

Значит за мной уже давно наблюдали. Или же хозяин в доле и дал наводку.

Она подмигнула. Я почти улыбнулся, но не ей, а ситуации в целом. Насколько же у них плохи дела, если обхаживают кого-то в клоповнике на краю трущоб. Видать стража неплохо гоняет их в приличных районах города, раз в поисках «клиентуры» забрели в эти дебри, где и за медяк могут запросто прирезать.

Да, благодаря гномам я выглядел вполне опрятно, но на зажиточного купца или аристократа всё же не тянул. Любой здравомыслящий человек с деньгами не стал бы снимать здесь комнату, а уж тем более – рисковать здоровьем, заказывая местную еду и пойло.

Тем не менее, девицы явно поставили перед собой цель раскрутить меня. И совсем не с целью насладиться изысками здешней кухни. Пить то, что они просили им заказать, они не собирались, алкоголь только мешает работе.

Выждав когда хмель немного ударит мне в голову, предложат втроем покувыркаться в постели. Разумеется, здесь им будет «слишком грязно» и «неуютно», потому последует предложение прогуляться в приличное заведение неподалёку, где и простыни чище, и вино не ровня здешней моче.

Только вот никуда мы в итоге не дойдём. Всё закончится в первом же глухом переулке. В лучшем случае с меня снимут всё, что имеет хоть какую-то ценность, и наградят парой тяжёлых затрещин на память. В худшем – городская стража на рассвете обнаружит в сточной канаве ещё один труп, который некому будет опознать.

Да, по меркам местной публики я выглядел куда как прилично. Даже если у меня не окажется денег, за мои доспехи и меч можно получить неплохую выручку. Так что для девиц и тех, кто наверняка ждал их сигнала за углом, игра определённо стоила свеч.

– Аххх, – протяжно вздохнула змеелюдка, считав мой взгляд, и прошипела. – Адалинда, похош-ше мальчик предпочитает обш-шество гряс-сных гоблинов.

Услышав это имя, меня словно молнией ударило. По телу пробежали мурашки, а в горле моментально пересохло, будто я разом пригоршню пыли проглотил.

– Налей им, – выдавил я из себя через силу, стараясь не показать творящегося внутри меня. Сейчас важнее всего было сохранить маску наивного простака, купившего на настолько дешевую подначку.

Трактирщик приподнял бровь. В его взгляде читалось немое «ты уверен, парень?», смешанное с усталым безразличием человека, который видел сотни подобных сцен и знает, чем они заканчиваются. Но, встретив мой кивок, он лишь хмыкнул и не спеша обернулся к бочонку.

– Нам малую пинту. Одну на двоих, – бросила Адалинда, лукаво сощурившись. – Мы же всего лишь слабые девушки, много не выпьем.

– Правда, правда, – эхом отозвалась Найя, и кончик её раздвоенного языка на мгновение мелькнул между алых губ.

Мужик с глухим стуком выставил перед ними кружку, увенчанную шапкой сероватой пены. Затем его взгляд переместился на меня. Он помнил про мой первый заказ, но понимал, что те две кварты, что предназначались меня и гоблина наверху, и теперь ждал уточнений. Было очевидно, что в ближайшее время возвращаться в номер я не планирую.

– А ты?

– Повтори, – я коротким жестом указал на пойло в руках змеелюдки.

Мы перебрались за дальний столик в самом углу зала.

Девушки кокетничали, перебивая друг друга, и ворковали о каких-то пустяках, стараясь казаться беззаботными. Однако их щебет пролетал мимо моих ушей.

Всё моё внимание было сосредоточено на Адалинде. Я не сводил с неё глаз. Она же, неверно истолковав этот пристальный взгляд, лишь победно улыбалась. Время от времени она медленно проводила кончиком языка по губам, явно довольная тем, что я выбрал её, а не более взрослую Найю.

На деле же я смотрел на неё и прокручивал в голове давно минувшие события.

Мы ведь уже встречались. Очень давно, в другой жизни, которую я почти уже и не вспоминал. Её лицо почти полностью выветрилось из памяти. Если бы не это редкое, чересчур изящное для здешних мест имя, я бы никогда её не узнал. И это было мне на руку, ведь она в свою очередь совершенно не помнила того невзрачного парня из своего прошлого. Узнай она меня, то вмиг бы сорвалась с места и исчезла в лабиринтах трущоб.

А мне теперь до смерти хотелось пообщаться с ней без лишних свидетелей.

– Слушай, давай не будем ходить вокруг да около, – прервала она затянувшееся молчание, в очередной раз облизывая губки. – Ты ведь уже не мальчик, как решила моя подруга. Ты мужчина, и ты всё прекрасно понимаешь. По тому, как ты меня пожираешь глазами, ясно, что ты тоже не прочь устроить себе праздник.

Видать решили, что пьянее я уже не стану, а значит пора. Свою кружку я уже осушил до дна, да и то пойло, что они мне так услужливо подсовывали, почти закончилось.

Меньше чем за минуту Адалинда деловито набросала мне несколько сценариев этой ночи. Варианты варьировались от «быстро и грязно» до «по-королевски, в приличном месте». Естественно, всё упиралось в толщину моего кошелька.

– Ну так что скажешь? – Адалинда облокотилась на стол, подаваясь вперёд.

Примечательно, что ожидая моего ответа замерли не только эта парочка, но и двое хмурых выпивох за соседним столиком, до этого увлечённо разглядывавших свои кружки.

Меня в любом случае собирались отработать по полной программе, но сообщникам за соседним столиком явно хотелось заранее прощупать почву и понять, какой куш можно сорвать с очередного заезжего простака.

– Давайте тогда в эти ваши купели… – я сделал паузу, потирая подбородок и делая вид, что мучительно вспоминаю название. – Вардиса, кажется? Если уж отдыхать, то не стоит экономить.

Я широко улыбнулся, изображая ту самую пьяную щедрость, на которую так легко клюют подобные хищницы. Девушки и без того никуда бы не делись, но я решил подсечь их окончательно, забросив наживку покрупнее.

– Такой подход мне по душе, – Адалинда расцвела в ответной улыбке. – Уж поверь, ты ни на миг не пожалеешь о потраченных монетах.

– Только не обиш-шайся, – напомнила о своём присутствии Найя. – Но деньги-то у тебя ес-сть? Купели Вардиса – мес-сто не из деш-шёвых, там за один вход просят больше, чем стоит весь этот гадюш-шник.

– Прямо сейчас при себе нет, – честно признался я. Старик выделил нам с Арахом всего шесть медных воронов. – Но это не проблема, я меч заложу в купели, а завтра выкуплю. Так что не волнуйтесь.

Девушки на мгновение переглянулись. В их глазах промелькнула тень сомнения.

– Мош-шет, всё же лучш-ше взять деньги из номера? – осторожно предложила змеелюдка.

– Действительно, – поддержала подругу Адалинда. – Зачем лишать себя оружия? В городе полно всякого отребья, особенно по ночам.

– Вы же видели, что я прибыл сюда не один, – я заговорщически подмигнул им. – Если я сейчас поднимусь в комнату за кошельком, этот чёртов гоблин вмиг весь настрой испоганит. Начнёт ныть, причитать, а то и вовсе увяжется следом. Оно нам надо?

– Понимаю, – Адалинда мгновенно изобразила на лице само смирение. – Но, наверное, тогда лучше выбрать местечко попроще. Найя права, купели – это очень дорого.

Они явно решили, что раз уж клиент готов расстаться с оружием, то нужно раскрутить его по самой верхней планке, но при этом не спугнуть сложностями.

– Насчёт этого даже не переживайте, – я положил ладонь на эфес и чуть приоткрыл ножны, ровно настолько, чтобы из щели брызнул тусклый голубоватый свет. Понизив голос до шёпота, я добавил. – Артефактный. Работа старых мастеров. Поверьте, его стоимости хватит на неделю самого безудержного отдыха, и ещё останется.

Актрисы из них были паршивые. Тот алчный, лихорадочный блеск, что разом вспыхнул в их глазах, не заметил бы разве что слепой или окончательно спившийся бедолага.

Прежде чем покинуть этот притон, мне нужно было во что бы то ни стало избавиться от лишних участников предстоящего действа. Те двое громил, что всё это время старательно изображали скучающих пьяниц, явно ждали сигнала, чтобы проследовать за нами и закончить дело в первом же тёмном переулке.

– Погоди, – я перехватил Адалинду за рукав платья и довольно резко усадил её обратно на лавку, когда она уже была готова встать из-за стола.

– В чём дело? – она округлила глаза, в которых на миг промелькнуло раздражение, смешанное с испугом. Она явно не ожидала чего-то подобного.

– Не нравятся мне вон те двое, – я мотнул подбородком в сторону мрачных типов за соседним столом. – Сидят, постоянно косятся на нас. И взгляды у них совсем не добрые.

Девушки синхронно, словно по команде, обернулись в сторону «пьяниц».

– Тебе прос-сто каш-шется, – Найя примирительно улыбнулась, выпятила грудь и медленно провела пальцем по шее, спускаясь к декольте. – Я ш-ше говорю, ты ещё совс-сем мальчиш-шка.

– Ты просто не привык находиться в компании по-настоящему эффектных девушек, – подхватила Адалинда, накрыв мою ладонь своей. – На нас в любом кабаке так смотрят мужчины. Это нормально.

– Вы красивые, это да, – я продолжал гнуть свою линию, изображая нарастающую паранойю. – Но эти двое поглядывают вовсе не на ваши прелести. Они всё больше как раз на меня смотрели.

– Так понятно же почему, – не растерялась девушка. – Завидуют тебе попросту. Они ни рожей, ни статью не вышли, чтобы красавицы вроде нас согревали им постель.

– Это вряд ли, – я и не думал уступать. – Слишком уж они на мой меч пялились. Свет, наверное, заметили, – для большего эффекта я расстроенно вздохнул и, цыкнув сквозь зубы, ударил кулаком себя по ноге. – Похвастался на свою голову.

– Неуш-што и правда ограбить удумали?

Найя прошипела это специально громко и с вызовом, чтобы до громил точно дошло: «Вы всё испортили, уходите». Те, надо отдать им должное, не стали пороть горячку. Выдержали небольшую паузу для приличия, не спеша допили своё пиво и, поднявшись, направились к выходу, даже не обернувшись в нашу сторону.

Девицы не стали меня подгонять. Видимо, решили дать мне остыть. Я тоже не стал затягивать.

Главное, что их подельники теперь не нападут со спины. А до того, что устроят засаду где-то впереди мне дела не было.

Я не собирался далеко уходить от ночлежки.

Через несколько минут мы тоже покинули зал и вышли на улицу.

Стоило нам свернуть в переулок и отойти от пятна, как я резко сократил дистанцию. Найя шла чуть впереди, покачивая бедрами и что-то мурлыча себе под нос.

Короткий боковой удар в челюсть оборвал её песню на полуслове. Змеелюдка даже не успела понять, что произошло. Её голова дёрнулась, ноги подкосились, и она мешком рухнула на землю, мгновенно провалившись в беспамятство.

Жалеть эту дрянь или сдерживаться я даже не думал. Попадись я в их ловушку, они бы меня не пожалели.

– Цыц! – прежде чем Адалинда успела вскрикнуть я прижал её к стене и приставил к горлу нож. – Издашь хоть звук – вскрою от уха до уха. Поняла?

Она замерла, широко распахнув глаза, в которых не осталось и следа от недавнего кокетства. Только животный, первобытный ужас. Она быстро, мелко закивала, чувствуя, как острое железо неприятно холодит её нежную кожу.

– Я спрашиваю – ты отвечаешь. Будешь паинькой – уйдёшь отсюда на своих двоих, – я чуть сильнее надавил ножом, чтобы она прочувствовала серьёзность момента. – Попытаешься морочить мне голову или тянуть время в ожидании дружков… будь уверена, ты умрёшь первой.

Адалинда снова закивала, судорожно сглотнув.

– Сколько у нас времени? – спросил я, понизив голос.

– Я не понимаю… о чём ты? – пролепетала она.

Голос её дрожал, а в глазах, ещё недавно полных фальшивого обожания, теперь плескалась неприкрытая паника.

– Когда те двое начнут искать вас? Ваши друзья из таверны. Когда они поймут, что прогулка затянулась?

– Они… они будут ждать, – выдохнула Адалинда, стараясь почти не шевелить губами.

– Сколько? – я чувствительно встряхнул её.

– Сколько понадобится. У купелей… они будут ждать там. Они не придут сюда, пока не решат, что ты… что всё готово.

Ясно, как я и думал, сообщники не рискнут возвращаться. Слишком велик шанс окончательно спугнуть «клиента». Они будут ждать пока девицы продолжат меня обрабатывать, чтобы исправить их промашку.

Я чуть ослабил хватку, но нож убирать не спешил.

– Знаешь, – произнёс я, – после всего, что мне довелось пережить, я был абсолютно уверен, что меня уже ничем не пронять. Но тут появилась ты…

– Мы… мы знакомы?

– А ты присмотрись получше.

Девушка тихо всхлипнула и попыталась мотнуть головой, но лишь обозначила лёгкое движение, боясь порезаться.

– Не вспомнила? Нет?

– П-прости… – всхлипнула она.

– Обидно немного. Но ничего, сейчас вспомнишь.

Глава 5

– Я правда тебя не помню. Может… может, ты случайно меня с кем-то спутал? Всякое же случается, – её голос дрожал.

Она смотрела на меня широко раскрытыми, полными непонимания и надежды глазами. Наверное, точно с таким же взглядом все Высшие смотрят на последний предсмертный вдох побеждённого ими чудовища. В этот момент их не заботит агония врага, они с азартом предвкушают добычу, гадая, выпадет ли сейчас из остывающей туши редчайшая руна высокой орбиты или же капризная фортуна в очередной раз им не улыбнётся.

– Нет, – произнёс я медленно, с наслаждением наблюдая, как рушатся последние надежды девушки на спасение. – Никакой ошибки тут нет. Каюсь, я и сам не сразу тебя признал – время и эта дешёвая косметика неплохо поработали над твоим лицом. Но после того, как услышал твоё имя… Адалинда…

Я сделал глубокий вдох, изо всех сил унимая бешеное желание просто вогнать лезвие ножа ей под подбородок, по самую рукоять.

– Вот тогда-то я всё и вспомнил, – закончил я.

Это была чистая правда. Её имя послужило спусковым механизмом, который на несколько секунд погрузил меня в череду болезненных воспоминаний.

– Прости… – из глаз Адалинды покатились слёзы, прокладывая влажные дорожки по напудренным щекам. – Что бы я тебе ни сделала… что бы тогда ни произошло… прости. Пожалуйста, пощади!

– Не реви, – я снова её встряхнул. – Сказал же, что не трону, если не станешь чудить. Твоя жизнь в обмен на информацию – честная, а главное, с учётом всех обстоятельств, это очень щедрая с моей стороны сделка.

– Я всё расскажу. Всё, что знаю, клянусь!

– Хорошо. Тогда начни с самого интересного, как именно ты выжила?

– Выжила? – она захлопала ресницами, изображая искреннее непонимание.

– Да. Каким таким чудом эльфы тебя пощадили?

– Ты… ты… – и вот в этот миг до неё, наконец, дошло.

Она меня узнала и, судя по перекошенному лицу, осознала что сегодняшний день, без всяких сомнений худший в её никчёмной жизни. И, скорее всего, он же окажется для неё последним.

– Я, – подтвердил я её догадку, криво улыбаясь ей прямо в лицо.

– Ты… из Зергшама… – выдохнула она, и в этом шёпоте было столько ужаса, словно она увидела ожившего мертвеца.

– Совсем жить надоело? – я едва заметно довернул нож, ровно настолько, чтобы не прирезать эту дрянь раньше времени и ощутимо надавил лезвием на гортань.

Девушка захрипела, не в силах сделать даже крошечный вдох. Глаза её начали наливаться кровью.

Адалинда была женщиной Сторна, который сперва пообещал нам с братом свободу, а после хладнокровно предал.

Эта девка была там, за стеной Зергшама, когда контрабандисты провели нас через вонючие канализационные тоннели во внутренние земли. Я запомнил как она улыбалась, наблюдая как нас заковывают в кандалы.

Но куда сильнее мне запомнилось как, прежде чем я успел проклясть её и выродков, предавших нас, эльфы пленили и их самих. О да, крики её любовника и зарёванное лицо этой суки в тот короткий миг подарили мне удовольствие.

Потому, наверное, я и не узнал её сразу при встрече. Для меня эта девица была уже давно мертва. Как и все остальные. Потому её облик оказался вычеркнут из памяти.

Но вот эта тварь стоит прямо передо мной. Я чувствую тепло её кожи, ощущаю мелкую дрожь, пробегающую по телу и вдыхаю приятный сладковато-пряный аромат духов.

В то, что она сумела сбежать я бы не поверил ни при каких обстоятельствах. Из лап остроухих ублюдков не сумели вырваться даже те из наших парней, что даже без сциллы, благодаря одной лишь ловкости и смекалке, имели все шансы освежевать орка в схватке один на один.

– Всё на что ты способна – это торговать собой. Вот только для эльфов ты не красивее обычной свиньи. Так что вряд ли тебе предоставился шанс раздвинуть перед одним из них ноги в обмен на свободу. Потому повторю свой вопрос. Почему тебя пощадили?

– Сторн… – выдавила она из себя. – Он договорился.

Я улыбнулся.

Спрашивать о сути договора не имело смысла. И без того становилось очевидно, что именно выродок предложил эльфам. Он обещал им новую поставку рабов.

Адалинда прочла в моём взгляде нечто неотвратимое, что все её мысли юлить мгновенно испарились. Она заговорила быстро, захлёбываясь словами, стараясь вывалить как можно больше информации, пока мой нож не закончил этот разговор.

– Мы больше никого… клянусь всеми забытыми богами, ни единой души! – её голос сорвался на хрип, когда я чуть сильнее вжал сталь в шею.

– И что же, выходит, вас просто так отпустили? Решили проявить милосердие к паре никчёмных контрабандистов? – я недобро прищурился. – Я, по-твоему, совсем дурак, который из ума выжил, Адалинда?

– Нет, Сторн наобещал им привести много новых рабов, но как только эльфы ушли…

– Эльфы не настолько глупы, чтобы просто поверить на слово человеку, – отрезал я с нарастающим раздражением.

– Остался чародей, – прошептала она, едва шевеля губами. – Альвэ в изумрудных одеждах. Он должен был проследить, чтобы мы не нарушили данное слово. Когда отряд остроухих ушёл и мы остались с ним наедине… Сторн рискнул. Он предложил ему новую сделку. Он обещал отвести эльфа к своему тайнику, где была спрятана одна редкая руна.

– Руна? – я непроизвольно ослабил хватку, удивлённо приподняв бровь.

– Да, руна… – она закивала.

– Если ты сейчас выдумываешь сказку, чтобы прожить ещё одну лишнюю минуту, я точно отрежу тебе твой паршивый язык.

– Я не вру! Клянусь кровью! – её глаза лихорадочно блестели.

– Откуда у мелкой сошки вроде Сторна могла взяться руна?

– Я не знаю, откуда он её взял! – почти выкрикнула она, тут же сжавшись. – Он никогда не говорил. Просто сказал, что у него имеется некая страховка на крайний случай. Видимо речь шла про руну.

Я молчал, глядя в её перепуганное лицо.

– Хорошо. Продолжай. Но если я поймаю тебя на лжи, ты будешь молить о смерти…

Девушка усмехнулась:

– Эльф сказал точно так же. Слово в слово. После того, как Сторн во всех красках описал ему внешний вид рунной сферы, остроухий чародей преобразился. Клянусь, его глаза стали похожи на два куска льда. Он поклялся перед взором Великого лесного духа, что если слова человека – правда, он дарует нам свободу и позволит уйти на все четыре стороны. Но если же мы надумали ему врать… – она замолчала на мгновение. – То будем молить о смерти, потому что сперва он сдерёт с нас кожу, затем…

– Угрозы эльфа мне безразличны, – прервал я Адалинду. – Говори, что было дальше. Как Сторн сумел его убить?

– Нет. Сторн не убил эльфа. Он действительно привёл нас к старому дубу у Чёрного ручья. Там, в корнях, был тайник. Альвэ забрал руну и… просто ушёл. Даже не обернулся. Правда, напоследок бросил, что нам лучше убраться так далеко, как только смогут унести ноги. Иначе, если он встретит нас снова, его клятва больше не будет иметь силы.

– Понятно.

– Сама не понимаю, почему он действительно сдержал слово, – пробормотала она, потирая шею. – Мог же просто прикончить нас и забрать руну.

– Не твоего ума дело.

Я не собирался объяснять ей, что таким образом эльф хотел повысить ценность руны для своей сциллы. Как любил повторять мой учитель Зуг’Гал, сцилла – это не просто инструмент, а нечто, обладающее своим сознанием. Она всё слышит нашими ушами и всё видит нашими глазами.

Если бы чародей просто убил их и забрал руну, сцилла сочла бы это мелкой кражей. Потому остроухий решил «заплатить» за новую руну предательством, чтобы сцилла не сочла, что та досталась ему слишком легко. Сцилла любит жертвы. Она насыщается не только энергией, но и смыслом поступков хозяина.

– Продолжай. Что было после того, как вы разошлись с остроухим?

Тут действительно было над чем подумать. Внутри меня боролись два чувства: холодная ярость от того, что Сторн всё ещё дышит, и странное, почти предвкушающее удовлетворение. Судьба давала мне шанс не просто узнать о его смерти, а лично закрыть этот счёт.

– Мы направились в Бурсум. Хоть это и ближайший город к Зергшаму, но до него почти полторы луны пешего хода.

– Бурсум… Бурсум… – пробормотал я, восстанавливая в памяти карту тех земель. – Город крыс и дешёвого эля. Но вы там не остались. Как же тебя занесло сюда, в ничейные земли?

Адалинда тяжело вздохнула, и в её взгляде мелькнула тень искренней досады. Ей явно было тошно вспоминать о произошедшем.

– До города мы так и не дошли. Встретили по пути знакомого перекупщика. Тот сообщил, что в Бурсум вернулся какой-то важный тип. Я не знаю имени, но из их разговора поняла одно, что Сторн задолжал этому человеку, и задолжал очень немало. Поэтому, когда перекупщик скрылся из вида, мы развернулись и пошли на юг, не доходя до городских ворот.

– Ну да, – я криво усмехнулся. – Туда, где спишут все прежние долги.

– Да. В ничейные земли, – подтвердила она, и в её голосе зазвучала горькая обида. – Но спустя три седмицы эти козлы меня просто бросили.

– Бросили? – я не смог сдержать улыбки, но тут же спохватился. – Козлы? Значит, Сторн был не один?

– Конечно, – кивнула она, не заметив перемены в моём настроении. – Арди был с нами с самого начала.

– Положим, я понимаю, зачем Сторн спасал свою подстилку, – честно признался я. – С твоим миловидным личиком доверчивых дурачков окучивать куда проще, чем его рожей. Но на кой-чёрт ему вытаскивать Арди?

– Он же брат Сторна. Родной брат.

– Брат?.. – я замер.

Внутри меня всё затрепетало.

– Ты знаешь, где эти двое сейчас? Где мне их найти?

– Да, они здесь, в Сольге. Поселились в старом квартале у кожевенных мастерских. Я могу тебя отвести к ним! Хоть даже прямо сейчас! Только убери нож, прошу тебя…

Я посмотрел на неё с благодарностью.

Видимо, боги действительно решили, что время расплаты пришло. Иначе сложно было бы объяснить такое невероятное, почти невозможное совпадение. Встретить её здесь, в этом гнилом месте – это настоящий подарок судьбы.

– Я ведь правда… я была там, да, – затараторила Адалинда, почувствовав мою заминку. – Смеялась, когда вас вязали… Дура я была, глупая, жизни ещё не знала! Признаю! Но на моих руках нет ничьей крови, понимаешь? Я никого не убивала. Я всего лишь…

Я приподнял бровь и хмыкнул, глядя на её слёзы, которые больше не вызывали во мне ничего, кроме брезгливости.

– Ну да, ну да. Просто была рядом, – произнёс я, убирая нож за пояс. – И сегодня вы, конечно же, мне вредить совсем не собирались.

Я отступил на пару шагов. Адалинда облегчённо выдохнула, на её лице начала расцветать слабая улыбка. Она уже поверила, что выкупила свою жизнь.

В этот момент я закрыл глаза на долю секунды и призвал сциллу.

– Ты… ты Высший? – в её голосе смешались восторг и новый, ещё более глубокий ужас. Это было последнее, что она успела спросить.

Вместо ответа я просто вскинул руку и костяная спица пробила ей голову. Глаза Адалинды мгновенно остекленели. Она не успела даже вскрикнуть. Девушка, как тряпичная кукла, бесшумно сползла по грязной стене на пол.

Развернувшись, направил руку на лежавшую неподалёку без сознания змеедеву. С моей ладони сорвался ещё один шип.

В иной ситуации я, возможно, оставил бы их в живых.

Но сейчас это было бы непозволительной глупостью.

Если Адалинда не соврала и братья действительно обосновались в этом городе у кожевенных мастерских, я найду их и без её сомнительной помощи – Сольг не такой уж огромный город. Соваться же к Сторну и Арди сразу, без разведки и тщательной подготовки, было бы верхом безрассудства.

Потому свидетели должны умереть. Иначе стоило этой дряни почуять свободу, и она тут же побежала бы к своим бывшим покровителям, чтобы за пару серебряных орлов продать информацию о появившемся призраке из прошлого, желающего отомстить.

Результатом встречи я остался доволен.

Одно плохо – от трупов избавиться не получилось.

Не зная местности, таскаться с телами в поисках канализационного люка было бы опрометчиво вдвойне. Потому я ограничился тем, что затащил обоих чуть глубже в проулок и присыпал мусором, которого там хватало.

Повезёт, если только утром кто-нибудь из местных сунется в этот угол. А сунутся обязательно, в том никаких сомнений. В трущобах проулки не пустуют, а значит тела гарантированно найдут.

Тогда же промелькнула крамольная мысль избавиться от улик, открыв проход в теневое измерение. Но я быстренько отмёл этот вариант, потому что только возможного появления озлобленной Плети мне здесь и не хватало. Не имея уверенности, что с «той стороны» придут сумеречные волки, пришлось оставить всё как есть.

Прежде чем уйти, осмотрелся. Как ни крути, а сработал я очень грязно.

А значит если стража не закроет глаза на пару мёртвых девок и начнёт расследование, то имелась немалая вероятность, что им удастся выйти на меня.

В таверну вернулся в не лучшем расположении духа.

Не из-за самих смертей – с этим у меня всё было в порядке, а из-за следов. Свидетелей хватало. Я не переживал из-за подельников, продолжавших меня ждать где-то возле купален, те вряд ли станут сотрудничать со стражниками. Но помимо них были ещё хозяин таверны и другие выпивохи в зале, которые видели, как я уходил вместе с девушками.

Впрочем, я заранее предполагал возможность подобного развития ситуации, потому и убил девушек именно таким образом. Вместо того, чтобы просто прирезать, немного разрядил свою руну «плоти», истратив два выстрела.

Даже дураку станет понятно, что убили их рунной магией. А какой из меня Высший? Стихия «тени» надёжно скрывает ртутный блеск моих зрачков. Следовательно и спроса с меня быть не может.

Тем не менее, общаться со стражей всё равно не хотелось. Шумиха была совершенно ни к чему. Да и старик мне это припоминать едва ли не до нового вторжения Легиона демонов будет. С него станется.

Но у богов были свои соображения на этот счёт.

Вернувшись в таверну, я купил пива и сушёной рыбы с икрой и поднялся в наш номер.

Только-только я начал наслаждаться долгожданной тишиной, потягивая на удивление оказавшееся не таким плохим пиво, как в дверь требовательно забарабанили. На раздумья о том, кто это может быть, не оставалось времени. Поэтому я поспешил поскорее открыть, пока визитёры не сорвали дверь с петель.

Где-то в самой глубине души я, конечно, догадывался, что это явились именно по мою душу. Предчувствие, отточенное за многие луны жизни с гоблинами, редко подводило, хотя в мыслях всё ещё копошился неприятный червячок сомнений. Слишком уж быстро на меня вышли. Даже если кто-то из свидетелей донёс страже, такая оперативность выглядела почти сверхъестественной.

Открыв дверь, я увидел вращающуюся перед крысолюдом сциллу, напротив которой в воздухе застыли три каменных шипа, направленных прямо мне в лицо.

Не совершая резких движений, я примирительно поднял руки, позволяя двум другим стражникам, оказавшимся орком и человеком, надеть на моё правое запястье блокиратор, подавляющий сциллу. Одним блокиратором они не ограничились, добавив к нему вполне обычные, окованные железом колодки.