Текст книги "Одна ложь на двоих"
Автор книги: Мария Шарикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 5
Ирина не хотела просыпаться. Её пугало начало нового дня, ровно так же, как и начало новой жизни. Казалось, этой ночью девушка выплакала все слёзы, и только под утро, когда сон всё-таки сморил молодую герцогиню, она провалилась в темноту, которая, казалось, окружает её повсюду. Ей не нравилось новое чувство, растущее в груди. Оно затягивало в свой омут, не желая отпускать, но всё внутри Ирины восставало против этого. Воспитанная в любящей семье, девушка не видела плохие стороны человеческой натуры, поэтому разрывающая её душу на части ненависть пугала сверх меры.
Первое, что она увидела, открыв глаза, было её свадебное платье, валявшееся в углу. Жемчуг, стразы, белый атлас… До вчерашнего дня Ирине казалось, что именно так должна выглядеть счастливая невеста, но теперь не могла смотреть на всё это без слёз. Счастлива ли она? Герцогиня горько улыбнулась. Её муж доказал ей, что счастья она не достойна, и Ирина собиралась обязательно выяснить причину подобного поведения. Конечно, она и раньше догадывалась, что герцог её не любит, но она так надеялась, что её чувств хватит на обоих. Ныне герцогиня была в этом не уверена и не знала, чего ожидать от очередной встречи с супругом.
Поднявшись с постели, девушка приблизилась к туалетному столику. Как раз в этот миг в комнату заглянула Глаша.
– Ваша светлость, леди Хартлесс просила узнать, проснулись ли вы…
– Как видишь, я уже не сплю, – резко отозвалась Ирина и тут же прикрыла ладошкой уста. Раньше она никогда не позволяла себе грубость даже по отношению к прислуге, а теперь… – Глашенька, прости я не хотела!
– Чего изволите, ваша светлость? – поинтересовалась горничная, с сочувствием смотря на хозяйку. Ирина Фёдоровна выглядела подавленной, оттого она сама не своя.
– Помоги мне прибраться, – попросила девушка, глядя в зеркало.
Собственное отражение повергло Ирину в ужас. Красные от слёз глаза, растрепанные волосы… Ещё никогда она не выглядела так скверно!
Но Дуняша могла творить чудеса. Когда час спустя она спустилась в гостиную, где её ожидала встреча со свекровью, Ирина выглядела так, как будто ничего не случилось. На ней было креповое платье нежно-голубой расцветки, а тёмные пряди горничная собрала в неприхотливую причёску. И лишь потухшие глаза свидетельствовать о пролитых слезах.
– Айрин, моя дорогая, как вы себя чувствуете? – вызвано промолвила леди Хартлесс вместо приветствия, вставая с уютной софы, – Йен написал, что вам нездоровилось! Он уехал в Лондон по важному делу.
– Я абсолютно здорова, ваша светлость, – ответила Ирина, натянуто улыбнувшись, но поняв, что муж ко всему прочему опустился до откровенной лжи, добавила, – я несколько утомилась, но теперь мне намного лучше.
– Айрин, возможно вы хотели бы отправиться на прогулку? Не хочу, чтобы вы скучали, cherie, – произнесла леди Хартлесс, наблюдая за невесткой.
Пожилая женщина уже и не надеялась, что доживёт до того дня, когда её сын вновь свяжет себя брачными узами. Она как никто знала, что много лет назад он навсегда закрыл своё сердце для чувств и умело скрывал эмоции. И вот при встрече с юной княжной Йен стал напоминать ей того самого юношу, которым был когда-то. Герцогиня почти сразу поняла, что рано или поздно эта девочка войдёт в их дом в роли её невестки, и была рада, что в итоге всё сложилось именно так. Леди Хартлесс искренне любила внука, но сына она понимала больше, и знала, отчего в нём было столько цинизма и сарказма. Вот только его внезапный отъезд сильно насторожил пожилую женщину…
– Миледи, я не имею ничего против прогулки, – промолвила Ирина, осознавая, что не сможет находиться в четырёх стенах своего нового дома. Возможно, свежий воздух поможет ей взбодриться!
– Прекрасно, дорогая, я велю заложить открытый экипаж, и мы совершим маленькую экскурсию по окрестностям, – довольно сказала леди Хартлесс, – и прошу вас, Айрин, называйте меня belle-mère(фр. – свекровь) или просто Аврора.
– Если вы так хотите, belle-mère, – отозвалась Ирина, робко улыбнувшись. Нельзя было сказать, что после разговора со свекровью её настроение координально изменилось, но на душе стало немного спокойнее.
Окрестности Нью-Хэвенворт радовали глаз своими зелёными лугами и буйным цветением. Аристократические семейства любили выбираться на природу при любой возможности, и Ирина на переставала любоваться загородными резиденциями соседей.
Вскоре они приехали в маленький городок, где, по словам Авроры, имелись книжная лавка и кондитерская. Прогуливаясь по улочкам сельского городка, девушка всё чаще улыбалась.
Ирина была благодарна свекрови, которая пыталась всячески её развлечь, хотя молодая герцогиня прекрасно понимала, что это обязанность герцога, бросившего её сразу после свадьбы!
При мысли о супруге, девушка сжала маленькие ладошки в кулаки. Неожиданно она остановилась, заметив на другом конце улице красивую пару. Мужчина и женщина мило улыбались друг другу и не замечали ничего вокруг. До боли закусив губу, герцогиня запретила себе наблюдать и завидовать счастью других. Ведь она получила ровно то, что хотела. Стоит ли теперь роптать?
– Айрин, всё в порядке, дорогая? – взволнованно спросила старшая леди Хартлесс, обернувшись к невестке, – возможно, вы хотите заглянуть в кондицирскую и немного освежиться?
– Это было бы чудесно, belle-mère, – промолвила Ирина, отвлекаясь от невеселых мыслей, – признаться, я проголодалась.
Когда женщины, тихо смеясь, направились в сторону кондитерской, им встретилась пожилая чата. Заметив и узнав Аврору, женщина метнула гневный взгляд в сторону Ирины. Высоко подняв голову, она прошествовала дальше, даже не поприветствовав их. Мужчина, вероятно, следуя примеру своей жены, также прошёл мимо.
– Миле… belle-mère, почему эта дама так смотрела на меня? – чуть позже спросила Ирина, когда они заняли маленький столик и ожидали, пока хозяин подаст им чай и горячие сконы.
– Дитя моё, то были бабушка и дедушка Джеймса и родители первой жены моего сына, – как можно делекантнее объяснила леди Хартлесс, – их долгое время не было в столице, и, думаю, до них дошли слухи… Но вас это не должно волновать, дорогая, Айрин. Скоро в Лондоне случится новый скандал, и о вас с Йеном забудут.
До Ирины как будто только ныне дошло, как всё случившееся с ней в последнее время выглядит со стороны. Молодая герцогиня надеялась, что всё очень скоро действительно забудется и она не будет страдать от косых взглядов и осуждения. Достаточно того, что её собственный муж не желает иметь с ней ничего общего.
Глава 6
– Вы не поверите, но новоиспеченая герцогиня смотрела на меня огромными глазами и хлопала ресницами, будто действительно не понимала в чём дело, – говорила за ужином в семейной гостиной леди Мэнвилд, отпивая херис из своего бокала, – хотя и оказалась достаточно сообразительной чтобы забраться в постель своему будущему свёкру и получить титул герцогини! Джимми, я очень рада, что ты не женился на этой бесстыднице!
– Марджори! – попытался одернуть жену лорд Мэнвилд, но тут же понял тщетность своих попыток. Супруга души не чаяла в их единственном внуке и наследнике, но мужчина вновь предпринял попытку отвлечь её, – дорогая, тебе не кажется, что не стоит обсуждать за столом вульгарные подробности из жизни нашего бывшего зятя?
Джеймс наблюдал за родителями матери, с которыми он вырос, но его мысли были далеки от темы их разговора. Вернее, маркиз не слушал, о чём говорила леди Мэнвилд до тех пор, пока она не рассказала об Айрин. Молодая мачеха очень интересовала юношу, ведь только с её помощью он может так легко манипулировать отцом. Джеймс не ожидал от герцога такого поступка, как согласие на брак с скомпрометированной им девушкой. Но маркиз не растерялся и в этой ситуации, быстро найдя способ, как можно надолго рассорить молодожёнов. И не прогадал. Герцог был собственником, поэтому Джеймсу не составило труда ввести его в заблуждение в отношении юной княжны.
Больше всего от боялся нового брака отца и того, что тот может выполнить свою прошлую угрозу – лишить его наследства. Будучи очень самолюбивым, маркиз не хотел делиться тем, что по праву принадлежит ему. Герцог лишил его матери, но лишить его наследства у него не получится!
Слушая леди Мэнвилд, маркиз понял, как следует действовать дальше. Он точно знал, что отец нынче в Лондоне, а наивная Айрин находится в Нью-Хэвенворт, не подозревая, чем может заниматься её супруг…
План, неожиданно созревший в его голове, показался ему таким гениальным, что Джеймс с трудом скрыл от родных довольную улыбку. Ведь для них он жертва отца, а значит должен страдать.
* * *
Сидя в глубоком кресле своего кабинета, герцог размышлял. После разговора с графом, Йен не мог не думать о сомнениях, которые тот посеял в его душе. Разумеется герцог знал о репутации сына. Мэнвилды действительно воспитали его эгоистом и во всём потакали его прихотям, но последние несколько лет Йен честно старался наладить с ним отношения.
Джеймс был его наследником, и пытаясь вызвать его на контакт, герцог собирался научить его всему, что должен знать будущий лорд Д'Арси. Но юноша был настроен более чем враждебно, и Йен перестал навязывать Джеймсу своё общество. Единственное, что он ясно дал понять сыну, так это то, что ему стоит держаться подальше от низкосортных заведений и юных дебютанток. Но маленький щенок и тогда нашёл, способ как ему перечить. Какие-то время Йен имел связь с самой блистательной артисткой Ковент-гардена, но даже она сумела ему быстро надоесть. Однако вскоре он услышал, что блистательная француженка приняла покровительство молодого маркиза… И это заставило герцога задуматься над наказанием для непокорного юноши. Отправив сына из Лондона, он не ожидал новых проблем, но они появились в тот миг, когда в его жизни, подобно яркому лучику, ворвалась Айрин! Йен привык брать от женщин то, что они так щедро давали. Для него они были не более, чем красивой забавой, возможностью получить плотское удовольствие. Но Ирина впервые за долгое время пробудила в нём желание испытать с ней нечто большее. И как бы он ни пытался себя убедить, что хочет видеть княжну только в своей постели, Йен лишь ныне осознал, как она ему нужна, и все его мысли были только о ней. За несколько дней он так и не нашёл ту, что смогла бы заменить Айрин. Более того, Йен даже не искал, хотя изначально планировал поступить совершенно иначе. А ещё… Он не знал, как будет просить прощение, если всё-таки окажется, что был не прав. Подумав об огромных ореховых глазах, окутанных поволокой невыплаканных слёз, герцог почувствовал угрызения совести, что тоже случилось с ним впервые.
«Нужно вернуться в Нью-Хэвенворт» – решил Йен, обдумывая встречу с женой. Наверняка Ирина, как и любая особа женского пола, любит красивые вещи. Подарив ей милую безделушку, он наверняка сможет вернуть её расположение.
Посмотрев на часы, стоящие на высокой полке, мужчина понял, что успеет в ювелирную лавку на Риджен-стрит. А завтра можно будет отправиться в поместье и попытаться поговорить с Ириной. Что именно он скажет жене, пока было загадкой, но Йен обязательно над этим подумает!
Когда час спустя герцог рассматривал витрину, где, подобно радуге, сияли драгоценные камни, он растерялся. Ему не впервые приходилось выбирать украшение женщине, но Йен не знал, какой камень лучше всего сможет подчеркнуть красоту его маленькой супруги. Бриллианты, сапфиры, изумруды… Ни один из них не мог подчеркнуть глубину бездонных очей, заглянув в которые, можно было забыть обо всем на свете!
– Милорд желает выбрать что-то особенное? – поинтересовался хозяин лавки, мужчина с хитрыми глазами – бусинками.
– Я хочу выбрать подарок для своей жены, – произнес Йен, с удивлением понимая, что напоминание о новом семейном статусе больше его не пугает. Ирина принадлежит лишь ему! Только он может любоваться её совершенной красотой, только ему будет принадлежать каждый стон, слетающий с манящих губ… Герцог настолько погрузился в свои мысли, что совсем не следил за хозяином, который увлечённо показывал богатому клиенту самые дорогие драгоценности.
– Милорд, у меня есть рубины очень редкого окраса, – продолжал говорить мужчина, – они попали к нам в страну из жаркой Индии.
Йен увидел ожерелье, выполненное в виде маленьких капелек, напоминающих слёзы. Герцог не стал более думать, выбрав это украшение, в довесок к которому хозяин лавки уговорил его взять серьги и кольцо.
Он не сомневался, что Айрин оценит этот дар. Разве сможет женщина устоять перед столь красивой вещью? А ведь для того, чтобы получить прощение собственной супруги, ему было достаточно оказаться с ней рядом и просто произнести слова извинения! Герцог ещё не знал, что его задержка в городе в очередной раз воздвигнет пропасть между ним и молодой женой…
Глава 7
Следующие несколько дней Ирина провела вместе со свекровью. И если днём девушка улыбалась и скрывала свои истинные чувства, мило улыбаясь, то ночью она давала волю слезам. От Авроры она узнала, что герцог в Лондоне и в ближайшее время не собирается возвращаться, написав о каком-то очень важном деле. О ней он как будто бы забыл, и Ирина не видела смысла напоминать супругу о своём существовании. Слуги стали шептаться за её спиной, и молодая герцогиня поняла, что вряд ли смогла бы удержать мужа подле себя. Иллюзии относительно герцога развеялись подобно утреннему туману, и девушка стала прислушиваться к тому, что говорят о нём окружающие, постепенно узнавая скандальные подробности его жизни. Образ красивого принца, который в своих мечтах создала Ирина, померк, и на его месте появился циничный негодяй, безжалостно разбивающий сердца. И рядом с этим человеком ей предстояло прожить всю жизнь?! Наверняка именно об этом пыталась сказать ей Вивиан, а она, охваченная романтическими чувствами, не желала ничего слушать…
И всё же частичка некогда любящей души надеялась, что возможно именно она сможет вернуть супругу способность любить!
Ныне после пятичасового чая, который они со свекровью пили ежедневно, Ирина направилась в библиотеку. Книги были её единственными друзьями, и только с ними девушка хотя бы на время забывала о собственной невеселой жизни. Взяв со стеллажа первый попавшийся роман, она села на кушетку возле раскрытого окна. Оправив шаль, покоившуюся на её плечах, герцогиня собиралась погрузиться в чтение, но её отвлёк появившийся на пороге лакей.
– Миледи, вам доставили это, – сказал слуга, протягивая Ирине письмо, лежащее на серебряном подносе.
Заинтригованная девушка взяла конверт, скрепленный восковой печатью, и знаком отпустив лакея, вскрыла его. Читая написанное незнакомым почерком послание, герцогиня слышала громкий стук собственного сердца.
J'ai eu tort Venez à Londres ce soir.(фр. – Я был не прав. Приезжайте в Лондон, сегодня вечером.)
Подписи не было, но Ирина поняла, от кого послание. Подобрав пышные юбки, она поспешила в свои покои. Ей не верилось, что муж приглашает её в Лондон, а значит… Значит он всё-таки что-то испытывает к ней!
Позвав Глашу, молодая герцогиня велела привести себя в порядок. Горничная помогла ей облачиться в серо-голубой наряд с длинными рукавами – фонариками. Лиф, украшенный мелкими кружевами, привлекал внимание к девичьей груди, подчёркивая тонкую линию талии.
– Моя дорогая, вы куда-то собрались? – поинтересовалась Аврора, внимательно оглядев невестку, лицо которой впервые за несколько дней светилось радостью.
– Милорд герцог прислал письмо, в котором попросил меня приехать в Лондон, – не скрывая волнения, промолвила Ирина.
Леди Хартлесс удивилась. Если сын и захотел видеть жену подле себя, он бы сообщил ей об этом лично, а не через письмо, но возможно у него действительно нет возможности приехать…
* * *
Вернувшись домой, Йен желал только одного – чтобы поскорее наступило утро и он отправился в Нью-Хэвенворт. Ныне он чувствовал себя слишком уставшим, хотя никогда бы не подумал, что поход по магазинам может так измотать. Помимо ювелирной лавки, герцог заглянул в книжную лавку, где приобрел несколько только что пришедших из Парижа книг для своей супруги. Наверняка Айрин, как и все юные девицы, любит сентиментальные романы.
Но в кабинете Йена ожидал сюрприз. На диване, неподалеку от стола сидела красивая женщина, пожалуй одна из тех, кто когда-то побывал в его постели. Заметив, что он вошёл в комнату, она с кошачьей грацией встала со своего места и приблизилась к нему.
– Что вы тут делаете, Дизайр? – вместо приветствия спросил герцог, заняв своё кресло. Казалось, только так он сможет спрятаться от назойливой гостьи и её внимания.
– Неужели это непонятно, милорд? – томно поинтересовалась француженка, вновь оказываясь рядом. – Я пришла, подумав, что вам будет приятно моё общество…
Руки Дизайр опустились на широкие плечи, плавно спускаясь ниже, к пуговицам белоснежной рубашки, но сильные пальцы перехватили её запястье, лишая возможности продолжить начатое.
– Вы играете с огнём, chere, – сказал герцог, продолжая сжимать её руку, – разве вы не помните, что я сказал вам в нашу прошлую встречу? Могу освежить вашу память. Мне противно ваше общество, а ваши прелести больше не прельщают!
– В самом деле? – хитро улыбнувшись, произнесла француженка, наконец вернув себе руку.
Ловко, насколько позволяло пышное платье, она опустилась перед герцогом на колени. Её пальцы умело нашли пуговицы брюк и начали расстегивать их. Подобное было для неё не впервые, и Дизаер прекрасно знала, что ни один мужчина не сможет противостоять такому соблазну. Вырез её наряда демонстрировал приятные огруглости пышной груди, а тёмные волосы, которые она успела распустить, струились по спине, отливая тёмном блеском в свете свечей.
Впервые герцог не чувствовал ничего, глядя на красивую женщину, готовую сделать всё, что угодно, для того, чтобы доставить ему удовольствие. Дезайр была артисткой и, разумеется, всегда искала покровителя, который будет как можно дороже оплачивать за её таланты в постели. Но сейчас, прикрыв глаза, Йен как никогда хотел видеть перед собой не искусную в близости сирину, а скромную, смотрящую на него преданными глазами девушку, которую он сам сможет обучить всем тайнам плотской любви. И хотя его до сих пор терзали сомнения, он был уверен, что его жена в сотню раз чище и желаннее, чем красивая француженка, стоящая перед ним на коленях. Когда Дизаер уже почти добралась до своей цели, он резко открыл глаза, намереваясь оттолкнуть её в сторону, но вместо этого встретился взглядом с огромными ореховыми глазами Айрин, увидел, как она кинулась прочь, подхватив пышные юбки.
Больше не церемонясь с француженкой, герцог оттолкнул её в сторону, и на ходу оправив одежду, кинулся догонять жену.
– Айрин! – громко позвал он, но ответом была зловещая тишина, охватившая дом.
Глава 8
Ирина бежала по длинному холлу, не видя ничего вокруг. Ей было достаточно одного взгляда на открывшуюся её взору картину, чтобы понять, чем всё это время занимался её муж!
Слёзы застилали глаза, и глубоко погрузившись в свои мысли, герцогиня не услышала, как супруг оказался рядом, преграждая ей дорогу.
– Айрин, это не то, что ты думаешь… – не зная, как объяснить жене увиденное в его кабинете, начал Йен.
Он попытался её обнять, но девушка отшатнулась от него, как чёрт от ладана, гневно сверкнув потемневшими очами.
– Не прикасайтесь ко мне, чудовище! – воскликнула Ирина, дрожа от праведного гнева. – Никогда не прикасайтесь ко мне! Для этого у вас есть… Есть…
Она не стала заканчивать, а с размаху влепила супругу оглушительную пощёчину, и с видом разгневанной королевы собиралась удалиться. Но не успела она сделать и шага, как была прижата к стене сильным телом.
– А у вас оказывается есть коготки, любовь моя, – ядовито произнёс Йен, дёрнув на себя жену так, что их глаза оказались на одном уровне.
– Ну что же вы медлите, ударьте меня, милорд, – вскинув подбородок, произнесла Ирина, заглянув в пылающие ледяным блеском голубые очи, – вам ведь доставляет удовольствие унижать меня!
Герцог, пораженный её отповедью, не сразу заметил, что ослабили хватку, и уже в следующий миг Айрин кинулась прочь.
Особняк был просто огромен, но герцогиня не собиралась тут оставаться. Она выбежала на улицу, и заметив, что экипаж, который доставил её сюда, по-прежнему стоит у подъездной аллее, велела кучеру отвезти её в Нью-Хэвенворт.
Ирина хотела казаться сильной, но стоило ей оказаться внутри экипажа, былое равнодушие покинуло её. Не сдержавшись, она дала волю рвавшимся наружу рыданиям. Девушка всем сердцем желала ненавидеть мужа, не хотела более зависеть от каждого его взгляда, брошенного в её сторону… Но герцогиня была бессильна. Её сердце было отдано жестокому, бесчувственному негодяю, который не считает нужным хотя бы ради приличия скрывать свои похождения! Зачем же тогда он женился на ней?! Уж лучше бы она с позором вернулась домой, чем жить в том аду который создал ей супруг!
Может быть, стоит обратиться к Алексею и попросить помощь? Но Ирина тут же отбросила подобную мысль. Её брату была присуща справедливость, и если он узнает о поведение герцога, тогда не миновать беды. Поэтому девушка решила терпеть, ведь в том, что случилось, ей некого винить, кроме себя самой!
Герцогиня собиралась как можно деликатнее попросить свекровь позволить ей уехать в Линкольншир. Наверное, только там она сможет прийти в себя после впечатлений последних месяцев.
В спальне, в которую она пробралась, словно вор, не желая тревожить Аврору, Ирина сразу поняла, что её что-то смущает. Подойдя к туалетному столику, она сняла капор и небрежно положила его на самый край. Герцогиня собиралась сделать тоже самое с перчатками, но поспешно обернулась, услышав за спиной шаги.
– Айрин, мы ещё не закончили наш разговор, – выходя из тени, произнёс герцог.
На нём был костюм для верховой езды, и девушке не составило труда понять, как он оказался в спальне раньше её.
– По-моему я всё вам сказала, милорд! – сказала Ирина, стараясь не выдать своего волнения. Она резко развернулась, намереваясь оказаться как можно дальше от мужа, но он схватил её за руку и, притянув к себе, прижал к напряжённому телу.
– Кажется, я просила вас… – упервшись маленькими кулачками в его грудь, вскричала девушка, – уберите от меня свои руки, мерзавец! Или вы желаете, чтобы я вновь стёрла с вашей смазливой физиономии довольную усмешку!?
– Если я мерзавец, то вы, моя дорогая – ведьма! – с сарказмом заявил Йен. – Неужели вы не могли дать мне возможность объяснить то, что открылось вашему взору?!
– Я не желаю слушать ваши лживые оправдания! – огрызнувшись, промолвила Ирина. – Достаточно того, что я увидела!
Йен не мог отвести глаз от разъяренной фурии, которую ныне напоминала супруга. Она была так прекрасна, и на этот раз это вызвало не только желание, но и восхищение. Ещё ни одна женщина не вела себя с ним подобным образом! Ирина была дерзка, и в тоже время было понятно, что она делает это не просто чтобы привлечь его внимание, а действительно прибывает в сильном гневе!
Воспользовавшись мгновением, Йен перехватил руки жены и, лишив движения, припал к её губам в дерзком поцелуе. Девушка пыталась увернуться, но так как борьба была не равной, в итоге ей пришлось уступить напору. Айрин порывисто обвила его шею, будто ища опоры, и герцог ловко потянулся к крючкам её наряда, который вскоре упал к их ногам.
Тело Ирины коснулся неприятный холодок, стоящий в комнате, немного приводя её в чувства. К своему стыду герцогиня поняла, что поцелуи мужа не вызывают у неё отвращения. Девушка хотела прекратить это безумие, оттолкнуть неверного супруга, но умелые руки герцога, справившиеся с корсетом, накрыли холмики её груди, вызывая сдавленый стон.
– Айрин, может быть хватит разыгрывать комедию, – тяжело дыша, произнёс Йен, потянувшись к атласным ленточкам удерживающим её сорочку, – мы оба этого хотим!
Будто в подтверждение своих слов, он коснулся пальцем чуть приоткрытых губ, ощущая их трепет.
– Джеймс! – сорвалось с уст девушки, прежде чем она успела подумать.
– Так не пойдёт, любовь моя, – хрипло шепнул герцог, опалив её лицо тёплым дыханием, – ты ведь прекрасно знаешь, как меня называют близкие!
– Йен, – мгновенно откликнулась Ирина, поднимая глаза. Она тонула в серебристо-голубом взгляде, боясь, что из-за её оплошности всё закончится, так и не начавшись. Пусть это случится всего лишь один единственный раз, но ей хотелось вновь испытать тот вихрь чувств, охвативший её с головой во время их первой встречи.
Тонкая преграда в виде шелковой сорочки полетела в сторону, и Ирина была готова сгореть от стыда, боясь вновь увидеть ненависть и брезгливость в глазах супруга, но оказалось, её тревоги были напрасными.
Серо-голубые очи горели ярким огнём, лаская каждый миллиметр обнаженного тела.
– Ты прекрасна, chere, – хрипло произнес Йен, подхватив жену на руки и идя в сторону постели, – и сейчас я покажу, как сильно мне это нравится!
