Текст книги "Незадачливый мститель (СИ)"

Автор книги: Мария Литт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 5

Его противник внезапно прыгнул к нему, стремясь как можно быстрее завершить поединок, и битва закипела с новой силой. «Да чтоб вас всех монстры сожрали, – в панике думал Рон, пятясь и с трудом парируя молниеносные удары палки. – И как его победить, если раны ему не особенно мешают и даже не кровоточат? Ну вот опять – я ему мечом по боку полоснул, а ему хоть бы хны. Настоящий монстр. Но тогда надо и драться с ним, как с монстром. Череп раскроить, к примеру, или грудную клетку. После такого никто не выживет». Он стиснул зубы и сосредоточился на бое, чтобы не упустить удачный момент. И случилось так, что судьба подарила ему этот шанс.

– Оборотень! – вдруг завизжал кто-то с трибун. Вздох ужаса прокатился по толпе, и противник неожиданно отвлекся. Рон не преминул воспользоваться моментом, прыгнул вперед, и нанес мощнейший рубящий удар сверху вниз, вложив в него всю силу и скорость, на которые был способен. Меч со свистом пошел вниз, грозя разрубить противника пополам. Тот уже не успевал увернуться и сумел лишь подставить под сверкнувший на солнце стальной клинок свою палку, держа ее за оба края. Сила удара заставила Двухцветного опуститься на одно колено, а потом лезвие меча вдруг разлетелось на части с жалобным звяканьем, и одновременно с ним палка тоже не выдержала и сломалась, оставив в руках своего хозяина два обрубка неравной длины.

Рон выругался, отбросил ставшую бесполезной рукоять меча в сторону и выхватил из ножен кинжал. Пот заливал ему глаза, в ушах шумело, а сердце гулко бухало в груди. Толпа на трибунах бесновалась и орала, но он не мог разобрать ни звука. Горячка боя и бушующий в крови адреналин делали свое дело, и связных мыслей в голове у воина практически не осталось. Разум уступил место инстинктам и эмоциям. Он зарычал и прыгнул вперед.

А между тем с его противником происходили еще более удивительные метаморфозы. Он отчаянно тряс головой, словно стремясь избавиться от непрошенных мыслей, а потом отбросил от себя обрубки палки и сжал голову руками. Но что бы он ни собирался сделать – атака соперника не дала ему этой возможности. Двухцветный отклонился от тычка кинжалом, а потом вдруг скользнул под руку противнику, одновременно разворачиваясь и делая подсечку, и через мгновение Рон рухнул на белый песок Арены, лихо переброшенный оппонентом через себя, а его кинжал улетел далеко в сторону. Казалось, исход поединка уже нетрудно было предсказать, но тут случилось неожиданное. Противник Рона словно забыл о нем, внезапно потеряв к нему интерес, и быстро пошел в сторону трибун. Толпа зашумела и отпрянула, кто-то завопил от страха. И это оказалось последней каплей.

Вскочивший на ноги Рон с изумлением и ужасом наблюдал, как Двухцветный огромными скачками летит к краю площадки Арены, и как темная фигура человека в полете внезапно преобразуется в иное существо. Огромный зверь, напоминающий большую хищную кошку, свирепо заревел и яростно щелкнул на лету своими острейшими клыками, пытаясь преодолеть стену и выбраться наверх, к трибунам. Поблескивающая металлом шкура зверя, обтягивающая жгуты чудовищных мышц, приковывала взгляд близким соседством двух несочетаемых цветов: кислотно-зеленого и ярко-оранжевого.

Между тем в рядах зрителей началась паника. Большинство разумных из тех, кто оказался поблизости к чудовищу, бросились врассыпную, но кое-кто остался: бледный, как мел, маг поднял руку, чтобы скастовать заклинание навстречу взбесившейся зверюге, и рядом с ним воин в броне, готовый прикрыть напарника в случае необходимости. Но заклинания не последовало. Усиленный магическим амулетом голос координатора Турнира разнесся далеко по трибунам:

– Без паники! Ему не выбраться наружу, пока бой не закончится! Никто не вмешивается, понятно вам? Поединок продолжается! Стража – группу встречи в стартовый зал, быстро! А ты, парень, продержись хотя бы пару минут, для твоего же блага…

«А ведь последнюю фразу это он мне сказал», – внезапно понял Рон. Он вдруг осознал, что даже если он сейчас сдастся, то их обоих – его и Двухцветного, оказавшегося чудовищем – тут же переместит в стартовый зал. И что тогда? Хорошее воображение быстро подсказало воину, чем кончится их совместное пребывание в замкнутом пространстве, и ему стало страшно. И в этот момент гигантский зверь как будто понял, что добраться до зрителей ему не удастся, и обернулся к более доступной добыче. Два больших слегка раскосых глаза с вертикальными полосками зрачков уставились на мечника, огромная пасть приоткрылась, обнажив два ряда острейших зубов, а потом оборотень молнией метнулся к нему.

Рон попятился, не сводя глаз с противника. Поворачиваться к зверюге спиной и бежать искать свой кинжал было равносильно самоубийству – это было понятно сразу. Тогда он быстро наклонился и подхватил с земли один из обломков палки – тот, который подлиннее. Мгновением спустя оборотень оказался совсем близко и прыгнул на него. Рон попытался отскочить от распластавшегося в могучем прыжке чудовища, но поврежденная в начале поединка нога вдруг подвела его, и гигантская лапа зверя своими кинжалообразными когтями глубоко распахала ему бедро, швырнув на землю. Штанина на ноге у воина тотчас окрасилась кровью, но он и не думал сдаваться. Когда подскочившая зверюга с глухим рычанием распахнула пасть в надежде вцепиться ему в горло, Рон каким-то чудом успел вставить палку между гигантских челюстей. Это спасло его. Напрягая все свои силы, он держал палку на расстоянии от себя, с трудом удерживая острые клыки чудовища в считанных пальцах от своей шеи. Однако оборотень в его боевой форме оказался сильнее, чем в образе человека, а потому, несмотря на все приложенные усилия, Рон понемногу проигрывал эту битву.

«Проклятье, никак не удается с ним справиться, – промелькнуло в голове у воина. – Еще немного, и мне конец. Загрызет, либо живот когтями раздерет, если догадается. Да, возможно, стражники уже подоспели и ждут нас в стартовом зале, но что если нет? А кроме того – я пришел сюда, чтобы победить, и никакая блохастая кошка-переросток не помешает мне это осуществить!»

И Рон, стиснув зубы и превозмогая боль, согнул обе ноги, уперся ступнями в брюхо оборотня и чудовищным напряжением остатков сил и воли отшвырнул его от себя. Зверь взвизгнул и чуть было не завалился набок, и Рон сумел вскочить на ноги.

С ним явно что-то произошло. Да, нога по-прежнему болела, и кровоточащие раны от когтей чудовища никуда не делись, но в целом он чувствовал себя гораздо лучше – более сильным, крепким и быстрым, чем в начале боя. Толпа на трибунах бесновалась и орала, но он не слышал ни слова. Его задачей было победить, а остальное не имело значения. Но как это осуществить, не имея под рукой ничего колюще-режущего? «Тогда будем работать с тем, что есть», – решил Рон. Он с трудом увернулся от метнувшегося к нему зверя, пропуская его мимо себя, и навалился на него сверху. Быстро обхватил руками шею чудовища, продев палку снизу, и резко дернул ее к себе. Оборотень взвыл и запрыгал из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть с себя незваного наездника, а потом покатился по земле. Но все было тщетно. Рон не выпустил своего оружия из рук – наоборот, изо всех сил продолжал тянуть палку к себе, пока зверь наконец не рухнул на белый песок, задыхаясь от недостатка кислорода.

Через десять минут все было кончено. Мозг чудовища умер, и интерфейс Арены засчитал Рону победу в поединке.

* * *

– Ледяной Сон! – было первое, что он услышал, появившись в стартовом зале. Но прежде, чем он успел что-то сказать, симпатичная магичка в серебристо-голубой мантии, стоящая в дверях помещения, облегченно выдохнула:

– Слава Богам! Кажется, успела… Ну как ты, пришел в себя? Все хорошо?

– Да в целом неплохо. Могло быть и хуже, – начал было Рон, и замолк. Не обращая на него ни малейшего внимания, девушка быстро прошла мимо, по направлению к темной фигуре его бывшего противника, замершей без движения в глубине помещения.

– Эй, осторожнее! Он же тебя сожрет! – заорал Рон и рванулся было за ней, но чья-то тяжелая рука легла ему на плечо, а уверенный голос над ухом произнес:

– Не сожрет, не бойся. Расслабься, парень, уже все позади. Ты держался молодцом, хотя, честно говоря, если бы не твой левел-ап, ты бы с нашим Ари нипочем не справился. Ладно, сейчас мы заберем его, и на этом все. Боя за третье место не будет – думаю, ему на сегодня достаточно впечатлений.

– То есть как это «заберем»? – возмутился Рон. – Он же меня чуть не разорвал! И если бы вас тут не оказалось, еще неизвестно, чем дело кончилось бы!

– Ну не разорвал же? – философски хмыкнул его собеседник. – А если бы ты не испугался, вообще ничего не случилось бы.

– Да я не… – начал было Рон, но прервался на середине фразы. Магичка невозмутимо прошествовала обратно, ведя за руку освобожденного от заклинания контроля школы магии Льда оборотня, и Рон на всякий случай отодвинулся подальше. Девчонка может испытывать судьбу сколько ей угодно, если мозгов нет, а он после сегодняшнего и близко к подобной твари не подойдет.

– Чесс, но из города вам придется убраться, сам понимаешь, – буркнул между тем глава группы стражников, ввалившихся в помещение. – Пошли, проводим, а то как бы не вышло чего. Может, ему намордник надеть на всякий случай?

– Себе надень, – огрызнулся Чесс. – Ладно, Ари, пошли отсюда. Говорил же я тебе, что это была плохая идея… – и вся группа скрылась в глубине коридора. Рон проводил их глазами, рухнул на скамью и обхватил себя руками. Несмотря на удушающую жару, его вдруг охватил озноб и он никак не мог унять дрожь.

– Рон, сволочь такая! Как ты мог так со мной поступить? – вдруг заорал кто-то, и он поднял голову на голос. В проходе, уперев руки в бока, стояла Трикси, и ее лисий хвост дергался из стороны в сторону от избытка эмоций.

– И почему это я сволочь? – выдавил он из себя, весьма удивившись подобному наезду. Да, они с лисичкой не были друзьями и относились друг к другу скорее настороженно, как к опасному конкуренту, но до прямых оскорблений дело не доходило.

– А ты сам не догадываешься⁈ – рявкнула Трикси. – Признайся честно, ты ведь назло мне левел-ап получил, да? Сволочь и есть – так меня подставить! Все, уплыло мое достижение, монстры тебя задери…

Рон наконец понял, что она имеет в виду. Раз он теперь двойка, то автоматически выбывает из турнирной таблицы единичек, и, соответственно, финальный бой не состоится. Лисичке засчитают выигрыш как при неявке соперника, и она станет победителем Турнира. Но увы, при подобной технической победе получить Чемпиона Арены невозможно. Это достижение можно взять только в бою.

– Ничего подобного, – насмешливо фыркнул он. – Наоборот, тебе крупно повезло. Сражайся мы в финале – я бы тебе задницу надрал как следует и достижение себе забрал. А так хоть призовые деньги получишь за первое место.

– Чего-о? – возмущенно завопила Трикси. – Ты? Мне? Задницу??? Да я тебя сейчас…

* * *

На следующее утро Рон проснулся довольно рано. Лисичка довольно сопела рядом, обняв его за шею, и ее пушистый хвостик время от времени щекотал ему ухо, что и послужило причиной его пробуждения. «Трикси, – вспомнил он. – Да, точно, мы же вчера с ней… скажем так, уладили все разногласия, ко взаимному удовольствию. Может, разбудить ее и продолжить? Хм-м, было бы неплохо, но нет. Это от меня никуда не убежит, а сейчас есть дело и поважнее», – и Рон с сожалением высвободился из объятий своей спящей партнерши, материализовал на себе одежду и вышел из комнаты.

«Все, теперь я двойка, и больше меня ничто не остановит, – думал он, направляясь к оплоту Бессмертных, расположенному на Клановой улице. – Сейчас найду Каасса, и пусть он мне организует бой с этим мудаком Кейджи. Жаль, конечно, что достиг не удалось получить, ну да ладно – и так справлюсь. Наконец-то отомщу за гибель Трея. Боги, я столько этого ждал! Но теперь уже недолго осталось, совсем недолго».

Никогда еще Рон так не ошибался.

* * *

– Хочешь бой с Белоголовым Кейджи? – зачем-то переспросил Каасс, внимательно глядя на своего собеседника. Рон решительно кивнул. Эльф откинулся на спинку большого разлапистого кресла и задумчиво уставился на собственные длинные пальцы, украшенные перстнями. Амулет в виде овального камня в хитром переплетении тонких серебряных нитей неярко мерцал в вырезе его белоснежной рубашки.

– Видел тебя вчера на Турнире, – наконец сказал Каасс. – Суметь не растеряться и выиграть у оборотня в его боевой форме – впечатляет, что сказать. И публика тоже под впечатлением, так что момент удачный, крайне удачный. Грех этим не воспользоваться.

– Так значит я могу рассчитывать, что на следующих боях ты меня с ним поставишь? – обрадовался Рон.

– Не торопи события, дорогой друг. К чему такая спешка? – рассеянно протянул эльф, витая где-то в своих мыслях.

– Потому что мне некогда вокруг да около ходить, – рявкнул Рон, начиная терять терпение. – Я и так ждал целую вечность. Целых десять декад, почти одиннадцать. Ну так что, когда мой бой?

– Десять декад, говоришь? – пробормотал Каасс и коснулся кончиками пальцев своего амулета. Тот на секунду вспыхнул неярким светом и вновь потемнел. А потом эльф вдруг очнулся, приняв какое-то решение, и жестко ответил:

– Ну вот что, дорогой мой, действовать будем так. Сегодня вступаешь к нам в клан и начинаешь готовиться. Тебя научат работать с разным оружием, а не только с двуручником, а также характеристики подтянут. Параллельно с этим будешь регулярно участвовать в гладиаторских поединках и драться с тем, с кем я скажу. Также придется соблюдать дисциплину и подчиняться правилам клана, это ясно? А взамен я тебе организую бой с Кейджи, как ты просишь. Когда ты будешь готов.

Рон открыл было рот, чтобы возмутиться и популярно объяснить эльфу, куда конкретно тот может отправляться со своим шикарным предложением, но тот, словно прочитав его мысли, добавил:

– А если мои условия тебя не устраивают – так я тебя не держу. Или будет, как я сказал, или о поединке можешь смело забыть. Выбирай.

Глава 6

– Сволочь он, этот Каасс, первостатейная эльфийская сволочь, – размахивая руками, жаловался Рон. – Руки так и чешутся ему морду набить как следует, но увы – нельзя. Пока нельзя. Опять сегодня дерьмовый меч подсунул, ты представляешь? А в прошлый раз мне вообще трезубец с сетью достался вместо нормального оружия. Я что, похож на рыбака?

– Ничего странного в этом не вижу, – пожала плечами Магги и как следует отхлебнула пива из своей пузатой кружки. – Ты сколько мечей уже разломать умудрился? Восемь? Десять? И это не считая остального… Ставки уже три к одному идут на то, что ты снова свое оружие сломаешь, ты в курсе?

– Девять с половиной, – недовольно буркнул Рон. – Сегодняшний меч короткий был, почти как большой кинжал, так что он за половину считается. Но это не повод так со мной поступать! В конце концов, никто его за язык не тянул, когда он говорил, что гладиаторов Бессмертных оружием снабжает клан. Трезубец, кстати, тоже сломался. Так что оружейник сказал, что к следующему бою он мне выдаст моргенштерн – его, дескать, испортить не удастся. Но это мы еще посмотрим, удастся или нет. Не стоит меня недооценивать!

Но вопреки его ожиданиям гномка не улыбнулась, а лишь тяжело вздохнула и проворчала:

– Завязывал бы ты с этим, а? Себя не жалко, так хоть Эйси пожалей. Думаешь, ей легко смотреть, как ты выкручиваешься те две минуты, пока новый меч не сформируется из инвентаря? Я один-единственный раз видела, и поняла, что нервы мои больше такого не выдержат. А ей постоянно за этим наблюдать приходится. Ты правильно сделал, что на деньги за второе место на Турнире купил свиток исцеления и ей отдал, но пойми, малый свиток – далеко не панацея. И не факт, что ей дадут его применить вовремя. Ну зачем тебе это надо? Деньги не такие уж большие получаются, с учетом того, сколько времени ты на тренировки убиваешь. Женщины? У тебя с ними, по-моему, никогда проблем не было… Драйва в жизни не хватает? Или все же мозгов?

– Да нет, дело не в том, – помолчав, ответил Рон. – Мне Каасс обещал, что сведет меня в поединке с тем типом, который Трея прикончил, вот и все. Кто ж знал тогда, что это затянется так надолго? А он на все вопросы отвечает, что я, дескать, не готов еще. Вот и приходится мечи ломать один за другим – авось ему хоть денег жалко станет…

– Так вот что ты задумал, – медленно протянула Магги. – Что ж, понять можно, но… ты уверен, что дело того стоит? Друга ты этим не вернешь…

– Да, я уверен, – перебил ее Рон.

* * *

– Эй, Шутник, привет! – окликнул мечника высокий гибкий кот-зооморф, стоило тому войти в калитку черного хода оплота Бессмертных и оказаться на большой тренировочной площадке, расположенной в тени трех развесистых деревьев в глубоких кадках. – Где тебя носило? Высокое начальство тебя с полудня разыскивает…

– А не пошло бы оно, это высокое начальство, – вполголоса пробормотал Рон себе под нос, а потом ответил:

– Привет, Мак! Это Каасс, что ли? И чего ему от меня понадобилось?

– Без понятия, – пожал плечами его собеседник. – Но вид у него был весьма недовольный. Признавайся, ты опять что-то натворил?

Рон наморщил лоб, вспоминая, а потом выдал:

– Да вроде нет. С Клинками вчера в таверне подрался, но они сами напросились. Ну а что мне было делать, если их девчонки мне глазки строить начали, отворачиваться? Сегодня утром на тренировке палицу сломал, нечаянно. И тренировочный манекен. И еще какую-то мебель до кучи. А если он из-за тех тараканов до сих пор сердится, так это ж когда было-то? Два дня назад! Нельзя быть таким злопамятным! И они сами разбежались, а я тут ни при чем. Поду-умаешь, крышку у банки забыл закрыть, с кем не бывает?

Мак с готовностью заржал, а потом со всей дури огрел Рона по спине и завопил:

– Шутник, я тебя обожаю! Эх, будь ты девчонкой – браслет бы тебе предложил, честное слово! Кстати, о девчонках… Устроим сегодня рейд в Дом Удовольствий? Ты со мной?

– Будь он девчонкой, Мак, он нипочем не принял бы от тебя браслет. Он все же не полный идиот, – добродушно усмехнулся крупный для своей расы гном и запустил пятерню в собственную густую шевелюру. – И кстати, что-то ты зачастил в Дом Удовольствий в последнее время. Деньги карман жгут? А может, зацепила тебя какая-то девица оттуда, а?

– Да ты что, Каэль! – возмутился зооморф. – Как тебе такое в голову могло прийти? Я – одинокий шерстяной котяра, и ни одна девчонка со мной такого не провернет!

– Ну-ну… – насмешливо прищурился Каэль. – Ты смотри, поосторожнее там. Девушки в большинстве своем не только ради денег в подобных местах работают, знаешь ли…

Рон с Маком недоуменно переглянулись и в один голос выпалили:

– А зачем тогда?

– Соблазнение прокачивают, – пояснил гном. – Есть такая характеристика, если вы не в курсе, мои не обремененные жизненным опытом друзья. Так вот, она увеличивается только тогда, когда у кого-то в отношении тебя сердце в груди замирает и дыхание перехватывает, и возникает если не любовь, то хотя бы влюбленность. В отношении мужчин этого проще всего через интим добиться, вот и стараются. Ну а опытная соблазнительница на многое способна, поверьте мне. В постели покажет такое, что на других девчонок и смотреть потом не захочешь. Но и свое возьмет сполна. Сам с себя последнее снимешь и ей отдашь, и еще умолять будешь, чтобы взяла. Как-то так.

– А в обратную сторону это работает? – заинтересовался Рон. – А то, может, мы тут зря свое время тратим на возню с оружием, а надо срочно идти и прокачивать соблазнение?

– В обратную тоже работает, – кивнул Каэль. – Но у девушек это в большей степени завязано на чувства и эмоции, и в меньшей – на постель. Женщины любят ушами, слышали о таком? И вообще они противоречивые создания, зачастую и не поймешь, что сказать или сделать нужно, чтобы ее зацепило. С оружием все же проще. Ладно, Мак, я тебя предупредил, а дальше сам думай. А ты, Шутник, давай-ка к Каассу, пока он совсем не взбесился. Пошли, провожу.

– Вот что, Рон, – внезапно серьезно произнес гном, стоило им покинуть тренировочную площадку и избавиться от десятка любопытных ушей. – Не знаю я, чего ты добиваешься, но я бы на твоем месте вел себя поосторожнее. Зря ты его довести пытаешься. И не надо мне рассказывать про «случайно» и «нечаянно». Я не идиот и вижу, что происходит. Да большинство из нас видит, кроме совсем уж беспечных личностей вроде нашего Мака. А раз весь клан за этим наблюдает и понимает, что Каасс с тобой справиться не может, то это сильно бьет по его репутации. И это уже серьезно. Он не из тех эльфов, кто спускает подобное с рук. Ты не смотри на его изнеженный вид и манеру общения, внешность иногда обманчива. Словом, будь очень осторожен и думай, прежде чем подтверждать контракт на очередной бой. А то исходы у поединков разные бывают, сам понимаешь…

– Спасибо за совет, – кивнул Рон и похлопал гнома по плечу. – Не переживай, я знаю, что делаю. Ладно, пойду узнаю, чего он от меня хочет.

* * *

– Привет, Каасс, зачем звал? – громко спросил Рон и вошел в большую комнату, где целую вечность назад состоялся их первый разговор. Огляделся, подхватил один из вычурных резных стульев, водрузил его перед столом в аккурат напротив недовольно смотрящего на него эльфа и устроился на жестком сидении, взгромоздив ноги на стол.

– Убери ноги, чтоб тебя! – прошипел Каасс вместо приветствия и отодвинулся от стола вместе с креслом.

– Ох, прости, – равнодушно произнес Рон и послушно снял сандалии с гладкой столешницы, попутно смахнув на пол половину из находившихся там бумаг. – Я такой неуклюжий. Но я не нарочно! Так зачем ты меня звал?

– Обсудить твое поведение, – скрипнув зубами, ответил эльф. – Твои выходки обходятся клану слишком дорого, Шутник. Если собрать все оружие, которое ты успел переломать, то можно было бы вооружить немаленький отряд. Я не говорю уже о прочем ущербе…

– Ну так вышвырни меня из клана, если я тебя не устраиваю, – перебил собеседника Рон. – Но только сначала исполни наш уговор. Бой с Кейджи.

– Обойдешься! – рявкнул Каасс. – Зрители от тебя без ума – они любят идиотов, на их фоне они чувствуют себя умнее. Так что я тебя не отпущу, дорогой мой. И поединок с Кейджи будет тогда, когда я скажу, не раньше. Речь сейчас не о нем, а о том, что придется тебе возместить наши потери.

– Вот еще! – фыркнул Рон. – Не буду я ничего возмещать, у меня и денег-то таких отродясь не бывало.

Эльф окинул его высокомерным взглядом и презрительно процедил:

– Вот в это я охотно верю. И поэтому я нашел для тебя другой способ. На следующих боях у тебя будет поединок с Крэско…

– С этим слабаком??? – вновь перебил собеседника Рон.

– С этим слабаком, – невозмутимо подтвердил Каасс. – И во время поединка у тебя, скажем, заболит нога. Сильно заболит. Так, что ты не сможешь продолжать бой и сдашься. Все понял?

– Понял, конечно, – легко согласился Рон. – Но нога – это как-то несерьезно. Хм-м, что бы такого изобрести? О, придумал! Острый приступ диареи – вот то, что нам нужно! Свежо, неизбито, а главное – эффект! Эффект просто потрясающий. Этот бой войдет в историю Аханка, зуб даю. Ну что, как тебе идея? Правда, здорово придумал?

Каасса аж передернуло, и его породистое лицо пошло красными пятнами.

– Опять твои шуточки? – завизжал он, выйдя из себя. – Шутник, я тебя в последний раз предупреждаю: вздумаешь взбрыкнуть – пеняй на себя! На поединок с Кейджи тогда даже не рассчитывай! А теперь вон отсюда, и не попадайся мне на глаза!

* * *

– Договорной бой??? – фейка округлила глаза в изумлении. – На тебя это непохоже. И ты согласился?

Рон пожал плечами. Они с Эйси коротали вечер за ужином в одной из таверн, и он только что поведал ей о своем последнем разговоре с Каассом.

– Но зачем тебе это надо? Из-за денег? – не унималось небесное создание. – Да, сделав ставку на твою сдачу, мы можем неплохо заработать, но как-то это дурно пахнет. И в любом случае вызовет подозрения, как бы искусно ты ни сымитировал. Твоя репутация сильно пострадает.

– Последнее, может, и неплохо. Чем меньше у меня останется фанатов, тем скорее эта эльфийская сволочь решит, что я им не нужен, и закончит наше сотрудничество.

– Ну, если с этой точки зрения смотреть… – неуверенно протянула Эйси. – Ладно, тебе решать. Но тогда давай деньги, и побольше, я ставку сделаю вместо тебя. Не пропадать же такому знаменательному событию.

– О, да это же Шутник Рон! – вдруг заорал кто-то. – Эй, Шутник, мы все деньги поставили на то, что ты опять оружие сломаешь. Так что ты уж постарайся, не подведи нас!

Рон поморщился. Его новоприобретенная известность успела надоесть ему до зубовного скрежета. Пожалуй, только в отношениях с девушками имидж гладиатора играл ему на руку, но и здесь незадачливого искателя эротических приключений подстерегали свои подводные камни. По непонятным для него причинам большинство его партнерш вовсе не собирались довольствоваться парой проведенных вместе ночей, а пытались заявлять свои права на него, ну или на худой конец похвастаться им перед подружками. Рона подобное поведение бесило чрезвычайно, и он предпочитал прекращать такие связи – но, как быстро выяснилось, иногда это было чревато. Разозленные девушки начинали мстить, и после нескольких безобразных сцен у него выработалась стойкая аллергия как на выяснение отношений, так и на навязчивых женщин. Впрочем, остальные завсегдатаи гладиаторских поединков тоже не вызывали в нем симпатии. Для них это было развлечением, способом отвлечься от унылых будней, и чем драматичнее была развязка поединка, тем больше интереса она вызывала. Этого он понять не мог и не хотел.

Словом, Рон без раздумий давно уже бросил бы свое занятие, но увы – обещанный поединок держал его почище любых цепей. Других способов отплатить за смерть друга той же монетой он не находил. Однако хитрый Каасс по-прежнему не озвучил никаких сроков, и это бесило неимоверно. Но ради мести ему приходилось терпеть – вместо того, чтобы послать наглого эльфа к монстрам, от души съездить ему по морде, развернуться и уйти. И вот дошло до того, что ему приказали намеренно слить бой противнику заведомо слабее него. Не то чтобы Рону никогда не приходилось сдаваться раньше – иногда ситуация на поле боя складывалась таким образом, что сдача была чуть ли не единственным способом выжить. И все же он всегда старался выиграть поединок, а теперь ему предстояло пережить большое унижение и буквально втоптать в белый песок Арены собственную гордость.

– Нет, Эйси, – наконец сказал он. – Не будем на этот бой ставки делать. Наживаться на собственном договорняке – это уже перебор. Так я сам себя уважать перестану.

* * *

Рон молча сидел в стартовом зале Арены в ожидании своего поединка. Гоблин Крэско, его будущий противник, гоголем прохаживался взад и вперед, периодически выхватывал свое оружие и демонстрировал пару-другую эффектно выглядящих приемов и при этом заносчиво поглядывал на него. «Наверняка Каасс ему намекнул, – сердито подумал Рон. – Вот ведь сволочь-то. И поэтому зеленый недомерок теперь так пыжится и изображает из себя великого воина…» – и в этот момент толпа снаружи ахнула, кто-то завизжал, и он отвлекся.

– Что там? – спросил он у Каэля, который смотрел бой от начала и до конца. Тот тяжело вздохнул и хмуро ответил:

– Мак только что проиграл. Заезжему чистильщику. Тот его обманул, заставил раскрыться, ну и воспользовался предоставившимся шансом в полной мере. Боюсь, что наш одинокий шерстяной котяра не выживет. Такое свитком не вылечить.

Рон скрипнул зубами и ничего не ответил. Опытный Каэль никогда не ошибался в подобных вещах. Ему было очень жаль Мака, с которым у него сложились приятельские отношения, но сделать он ничего не мог.

– Эй, Шутник, шагай давай. Твоя очередь, – Крэско подскочил к нему и дернул за локоть. – Вот увидишь, сегодня я напинаю тебе как следует, и все увидят, кто на самом деле трус и слабак.

Рон вновь ничего не ответил, молча отодвинул гоблина в сторону и вышел на Арену.

* * *

– Итак, друзья, а теперь давайте дружно поприветствуем Шутника Рона! Уверен, многие из вас ждали именно этого боя! – надрывался комментатор. – И хотя его противник не сказать чтобы силен и исход боя легко можно предугадать, но главная интрига поединка заключается в другом! По жребию ему сегодня выпал моргенштерн. Для тех, кто не знает – это такой шипастый шарик на цепи. Цельнометаллический. Так удастся ли нашему Шутнику испортить и это оружие? Делайте ваши ставки, уважаемые, делайте ваши ставки!

Рон молча прошествовал через все поле, небрежно волоча за цепь тяжеленный металлический шар, оставляющий своими шипами глубокие борозды на белом песке Арены. Безжалостное солнце Юга знай себе палило с высоты, и знойный неподвижный воздух обволакивал, словно горячая вата. Трибуны восторженно приветствовали его, но Рону было все равно. «Сволочи они все. У них на глазах только что челове… зооморфа убили, а им насрать. Мы для них – как игрушки. Сломалась одна – не беда, организаторы новую найдут. Эх, вот закончу свои дела с Кейджи, и ноги моей больше не будет на подобном мероприятии, никогда», – размышлял он в ожидании начала поединка. И вот наконец прозвучал гонг, и бой начался.

Крэско, вооруженный двумя изогнутыми саблями, тут же метнулся к нему с грозным боевым воплем. Похоже, обещанная ему легкая победа воодушевила гоблина и заставила его забыть об осторожности. Впрочем, ненадолго. Увесистый шипастый шар, пронесшийся в аккурат перед ним и чуть не переломавший ему клинки вместе с руками, тут же заставил его пересмотреть приоритеты и испуганно отпрыгнуть в сторону.

– Эй, ты чего? – возмущенно заорал Крэско. – У тебя же нога болит, ты забыл?

– Она потом заболит, – насмешливо фыркнул Рон. – А пока ты побегай, а я за тобой. Надо же зрителей развлечь как следует за их деньги…

Гоблин злобно выругался и вновь отпрыгнул в сторону, уходя от удара. «Трус он все-таки, – подумал Рон, оттесняя соперника к краю площадки. – Чтобы замахнуться этим шариком, уходит до хрена времени, и он мог бы попробовать меня зацепить своими ножиками в промежутке между ударами. Хотя я бы тоже на месте стоять не стал, конечно, но он ведь даже не пытается! Хочет нахаляву поединок выиграть и ждет, когда я сдамся. Как есть трус. А ну-ка, пугну его как следует. Может, удастся ему приступ диареи организовать, а то как-то жаль Каасса разочаровывать…» – и на этой мысли Рон как следует раскрутил свое смертоносное оружие, преследуя трясущегося Крэско по пятам, и, вложив в замах всю свою силу, послал в полет ощетинившийся шипами шар. Ему стоило больших трудов не попасть в соперника, чтобы не убить его ненароком. Тяжеленный шар на полной скорости впечатался в стену Арены и не выдержал состязания в прочности с камнем. С жутким скрежетом металл прогнулся от силы удара, а потом по его блестящей поверхности побежала глубокая трещина, и вскоре примерно треть шара откололась и рухнула на белый песок с печальным звяканьем.