Текст книги "За раскатами грома (СИ)"

Автор книги: Мария Горная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 3

Очередной рабочий день был окончен. Благо сегодня прием был без приключений: компания подростков играющих в “казаки-разбойники” с переломанными руками и пара старушек которым как всегда не с кем поговорить. Вот так рабочий день закончился.

– Тебя подбросить? – спросила Ника пряча халат в ящик по соседству.

– Нет, спасибо, доберусь на автобусе.

– А Саша не заберёт?

– Я и не просила. – пожала я плечами.

– У вас все хорошо? – глядя на меня спросила подруги с переживающим взглядом.

– М-м-м. Да. А почему должно быть не все хорошо?

– Ну. – начала Вероника. – Обычно, когда пары встречаются вокруг них летает особая аура, а между вами как-будто черная кошка пробежала. Раньше ты с телефона не вылазила, а сейчас даже сообщения не проверяешь.

– Ещё скажи, что купидон со стрелой во всей этой ауре завязан. – отшутилась я закрывая шкафчик.

– А почему нет? – воскликнула подруга. – это же так романтично.

– Купидон?

– Да нет, когда люди любят. Друг друга ценят, доверяют. Хотя, я так себе советчик по отношениям. – грустно сказала она.

– У нас все хорошо. Просто у меня слишком много работы.

– Тогда я одного не понимаю. – возмущенно проговорила Вероника.

– Что именно? – вновь не понимая ее поинтересовалась я.

– Почему Саша все еще не предложил тебе съехаться. От него же ближе на работу.

– Предлагал. Три раза.

– Что? – завопила Ника подскочив на месте.

– Но я отказалась. – пожала я плечами.

– Почему?

– Мне комфортно в своей квартире, да и кот.

– А что кот? – недоумевая сказала Ника.

– У Саши аллергия на кошачью шерсть.

– Так в чем проблема? – оживилась подруга с горящими глазами. Стала прямо напротив меня и со всей силы взяла за плечи. – я готова забрать кота к себе. Да и давно хотела завести животное, да все подходящего не было. А Филипп можно считать свой.

– Спасибо Ник, но нет. – улыбнулась я подруге освобождаясь от ее рук. – я не готова его отдать даже тебе. Слишком он ко мне привязан. И вообще, мне пора идти, а то на автобус опоздаю.

Собрав свои вещи в небольшую сумку, я надела ее на плечо. Ника все это время сидела задумчиво и не сводила с меня взгляд. Я ещё раз проверила или ничего не забыла, после подошла к подруге и аккуратно чиркнула ее в лоб.

– Мне пора. Не скучай – проговорила я улыбнувшись и быстро зашагала к двери.

– Маш. – окликнула меня Ника у самой двери. Я развернулась и посмотрела на ее ещё более серьезное лицо. Такая ее эмоция, иногда, меня изрядно пугала. – не кот к тебе привязан. А ты никак не можешь отпустить его.

– Давно отпустила. – сказала я улыбаясь и хлопнула слишком громко дверью в ординаторскую.

– Я сразу поняла, что Ника говорит не о коте, но и к его бывшему хозяину у меня больше не осталось никаких чувств. Конечно же я прошла все стадии принятия.

Отрицание началось в первые же секунды. Я не верила, что после всего, что с нами произошло, Громов не удосужился сказать все лично, а оставил какую-то бумажку. Я пыталась ему звонить, но с тех пор абонент всегда был вне зоны действия сети.

Гнев пришел через несколько дней и разрушил пару кружек и тарелок. В тот момент я пообещала себе, что если он явится, я сама его убью. Но он так и не пришел.

Торг вновь явился бесконечными звонками. Я пыталась узнать все у Максима, но на все у него была одно “Маш, я не знаю”. Я готова была все сделать, лишь бы он вернулся.

И самое последнее. Депрессия. Затяжная, длительностью больше четырех лет с психотерапией и антидепрессантами. Все усугублялось мыслями о родителях, которых убил Зуй. Все, что мне помогало, это учеба. Я в ней растворилась. Но только благодаря терапии я вошла в стадию принятия и смогла спокойно начать работать. За годы лечения я приняла ситуацию, завершила терапию, но Громова не простила. Любой специалист скажет, что принятие начинается с прощения. А я скажу, что принятие начинается с первого правильного решения. И такое решение, самое необходимое для меня. Больше я к нему ничего не чувствую. Нет ненависти, нет обиды, нет любви. И нет прощения.

Майская вечерняя прохлада, которая напоминала о том, что ещё недавно все ходили в пуховиках, но вот уже наряды начинают сменяться на летний гардероб, сразу же окутала меня, как только я вышла из центрального входа больницы. Нащупав телефон в заднем кармане джинс, я кинула взгляд на время, а также на небольшое смс от коллеги.

“Маша, выйди сегодня в ночную за меня, пожалуйста. У меня высокая температура, завтра пойду на больничный”.

Вздохнув, а после и чертыхнувшись, я написала короткое “Окей”, после чего сбежала по ступенькам вниз, направилась в сторону автобусной остановки. Не успев еще выйти за территорию больницы, я услышала свое имя. Только со второго раза я отреагировала и развернулась, так как вновь была погружена в мысли. С парковки, пряча ключи в карман, ко мне приближался Саша.

– А ты что здесь делаешь? – растерянно спросила я.

– Решил тебя забрать с работы. – сказала Саша подойдя ко мне вплотную, после чего взяв за мой подбородок аккуратно поцеловал в губы.

– А почему не позвонил?

– Хотел сделать сюрприз. – улыбнулся Саша. – Сюрприз!

– Здорово, но мне сегодня в ночью. Хочу забежать домой переодеться – скрывая недовольство ответила я. – А еще ты же знаешь, что я не очень люблю спонтанность.

– Знаю, но мне захотелось тебя порадовать. И разве ты должна сегодня дежурить? – немного расстроившись спросил он.

– Нет, но попросили заменить.

– Ладно, идём, я тебя подвезу. – Взяв за руку, Саша потащил меня к машине. Мне ничего не оставалось, как податься его движениям и только на секунду посмотреть вслед удаляющемуся от остановки автобусу.

Подведя меня к черному мерсу, Саша открыл пассажирскую дверь и передо мной, на сиденье, лежал большой букет желтых чайных роз в бежевой упаковке с большим белым бантом.

– Нравится? – спросил мужчина увидев мое растерянное лицо.

– А по какому поводу? – не ответив на его вопрос спросила я.

– Я же сказал, хотел тебя порадовать.

– Очень красиво, спасибо, но не стоило.

– Ещё как стоило. – воскликнул он. – садись, а то в пробку попадем.

Переложив цветы на заднее сиденье, я села на свое место, пристегнулась и взглянув в зеркало заднего вида, кинула взгляд на букет. Цветы действительно были очень красивые, но я не любила те, что были выращены в тепличных условиях. Они не ведали свободы и солнечные лучи их не касались. Я пыталась прокрутить в голове все наши разговоры с Сашей и вспомнить, говорила ли я ему о том, что люблю полевые цветы.

Всю дорогу в машине была неловкая тишина, кроме доносящегося радио с какой-то довольно мелодичной песней. Было ощущение, что мы не знакомы и он меня просто подвозит. Однако Саша почему-то нервничал, хоть и делал вид, что спокоен. Солнце начинало немного садиться за горизонт и в городе местами начинали освещать дорогу фонари. Я не сразу заметила, что машине свернула в центр города, что было совсем не по пути к моему дому.

– Куда мы едем? – настороженно спросила я, Саша лишь загадочно улыбнулся глядя в мою сторону. – Опять сюрприз?

– Увидишь.

– Может всё-таки скажешь? Мне бы не хотелось опоздать на работу.

– Нам надо заехать в одно место, отдать кое-какие документы, а там я тебя завезу. Это быстро. – заверил меня мой спутник. Я только кивнула в ответ, вздохнула и откинулась на сидушку.

– Через пятнадцать минут, машина свернула на подземную парковку высокого бизнес-центра. Заглушив мотор, Саша повернулся ко мне и просто молчал какое-то время.

– Чего ты на меня так смотришь? – не понимая и стараясь улыбаться спросила я.

– Пойдем со мной.

– Зачем? Я тебя в машине подожду.

Ничего не ответив, Саша вышел из машины, обогнул ее и оказавшись с моей стороны открыв дверь протянул мне руку.

– Идём.

– Саша, я здесь подожду. – чувствуя неладное, с хриплым голосом ответила я.

– Мы ненадолго. Хочу, чтобы ты со мной пошла.

Сдавшись, я всё-таки вложила свою руку в его и шагнув из машины направилась за Сашей. Крепко сжимая мою ладонь, мужчина потянул меня в конец парковки к лифту. Зайдя в него, мы оказались наедине в узком помещении с зеркальными стенами. Пока лифт поднимался, Саша смотрел на меня не отводя взгляд, а я пыталась вцепиться глазами хоть в какой-нибудь элемент, чтобы перестать так сильно нервничать. И мне это удалось. Я не сразу заметила куда мы едем, а сейчас, пялясь на кнопку указывающую на крышу, я стала ещё больше нервничать.

В голове было слишком много мыслей, но только одна мне не давала покоя. Розы, сюрприз, высокое здание, загадочная улыбка, все указывало только на одно, на то, к чему я никак не была готова. Не успев опомниться, раздался характерный звук указывающий на прибытие лифта. Дверь открылась и перед нами оказалась маленькое лестничное помещение. Все это время Саша не отпускал мою руку, поэтому направившись в сторону лестницы ведущей наверх он потянул меня с собой. Ноги были ватными, в горле пересохло, а ладони были настолько мокрыми, что готовы были выскользнуть из хватки мужчины.

Через мгновение, открыв ту самую дверь, мы оказались на просторной ухоженной крыше, уставленной круглыми деревянными столиками. По всему периметру были высажены маленькие деревья в деревянные коробки и упирались о стеклянные перила. Можно сразу догадался, что это была терраса ресторана, так как на входе нас встретил официант, который видимо все еще был студентом. Вежливо поздоровавшись, он пригласил нас пройти за ним. Я же, ещё сильнее вцепилась в Сашу как за спасательный круг, но он явно был порван, потому что я чувствовала как с каждым шагом тону.

– Вот ваш столик. – сказал худощавый официант удаляясь от нас в сторону бара.

Как только мы остановились возле стола со стороны донеслась музыка виолончели. Окинув взгляд в сторону музыки, я заметила девушку в длинном красном платье сидящую на стуле, полностью погруженную в мелодию. Также я поняла, что посетителей на террасе нет и здесь были только мы с Сашей и пару официантов.

– Саш, мне на работу. – слегка недовольно ответила я.

– Я помню. Садись, давай поужинаем. Ты успеешь на смену – указав на стул сказал мужчина. От его настойчивости в голосе, я все же сделала так, как он попросил. Тут же, к нам подошёл тот самый официант мило улыбаясь и протягивая нам меню.

– Что будете заказывать? – вежливо спросил он.

– Стейк средней прожарки, летний салат и самое дорогое вино, которое у вас есть. А ты что будешь? – вопросительно посмотрел на меня Саша.

– Воды пожалуйста. – улыбнулась я официанту.

– Ей тоже самое. – перебил меня Саша, после чего официант кивнул и быстро скрылся.

– Саш, мне правда надо на работу. – слегка раздраженно ответила я.

– Хорошо. – огорченно вздохнул Саша. – не так я себе представлял этот вечер, но в е же скажу. Маша…

Мужчина стал нервничать и ёрзать на стуле, а я прикладывала максимум усилий, чтобы сосредоточиться на его словах.

– Я полюбил тебя еще в тот день, когда мы первый раз встретились. На даче. Я не мог отвести от тебя взгляд. Я думал о тебе каждый вечер после. Но обстоятельства, не позволяли мне сделать шаг, да и я был подлым трусом. Мне было проще тебе нагрубить, обидеть, чем сражаться за тебя с Громовым.

– Саша… – попыталась я перебить его, чтобы поскорее прекратить происходящее.

– Нет, послушай меня. – на этих словах Саша поднялся со своего места и тенью навис надо мной. Я стала чувствовать, как мое лицо заливается краской, а в груди не хватало воздуха. – и вот, спустя стольких лет, ты наконец-то моя. И я не готов тебя отпустить, да и не отпущу. Я хочу, чтобы каждый сантиметр твоего тела принадлежал только мне, поэтому, я задам только один вопрос.

Сделав небольшую паузу, Саша, неуклюже плюхнуться на одно колено чуть не упав и глядя на мои испуганные глаза, достал с заднего кармана черных брюк красную коробку, а после открыв ее, спросил.

– Маша Лебедева, ты станешь моей женой?

От этого вопроса звон в ушах стал невыносим, звуки виолончели стали для меня противны и сама атмосфера казалась мне угнетающей. Я не была готова к таким событиям и все мое нутро так и кричала “Беги Лебедева! Беги”. Но вместо этого, я посмотрела в глаза мужчины, который замер в ожидании и произнесла.

– Я подумаю.

– Это нет? – тихо спросил Саша.

– Это, я подумаю. – ещё раз повторила я пытаясь улыбнуться, чтобы не обидеть молодого человека. – а пока мне правда пора на работу.

Было заметно, что Сашу не устраивал мой ответ, так как он заметно напрягся встав с колена, отряхнул штаны и поставил возле меня открытую коробочку. Сел рядом и просто смотрел в сторону не глядя на меня. Мне казалось, что он обижен. И чтобы как– то сгладить обстановку, я взяла рядом лежащую вещицу, достала небольшое колечко с огромным бриллиантом и надела его на безымянный палец правой руки. Как только прохлада металла коснулась моих пальцев, я сразу же почувствовала всю тяжесть происходящего, особенно если бы дала положительный ответ. Саша, заметив мое действие оживился и нежно улыбнулся.

– Саш, мне правда пора на работу. – спокойно ответила я.

Кивнув, парень встал со своего места, обогнул небольшой стол и наклонившись ко мне задержался на несколько секунд своими губами на моих. После чего, взял меня за ту руку где слегка болталось кольцо, так как оно оказалось мне не по размеру, повел в сторону выхода. Чуть сжав мою ладонь я тихо ойкнула, так как камень больно воткнулся мне в соседний палец, но не подав вида, я просто шла вслед за мужчиной.

Всю дорогу до дома я снова молчала обдумывая то, что произошло. Возможно, в другой ситуации я бы не задумываясь согласилась. Но сейчас, я полностью была уверена, что замужество не для меня. Но отказать боялась, так как за этот промежуток времени, Саша стал для меня родным. Я не хотела, чтобы и он исчез из моей жизни.

Дома, пока Саша ждал меня в машине, я быстро приняла душ чуть не потеряв кольцо, оделась в чистую одежду, покормила Филиппа вкратце рассказав ему о том, что со мной случилось и вернувшись обратно в машину Саша двинулся в сторону больницы.

– Я хочу, чтобы ты ко мне переехала. – прервав молчание сказал Саша. – завтра.

– Ты же знаешь, я не могу.

– Я готов потерпеть кота. – улыбнувшись сказал Саша.

– А аллергия не готова его терпеть.

– Буду пить противоаллергическое. – не переставал он.

– Я подумаю, – вновь сказала я воспользовавшись универсальным ответом.

– Нет. Я сам соберу твои вещи и перевезу их за ночь.

– Саша, я подумаю. – ещё раз повторила я.

– Ничего не ответив, Саша свернул на ту же парковку, с которой ещё недавно не предупредив забрал меня. Я вышла, быстро чмокнув в его щеку и прежде чем закрыть дверь, мужчина посмотрел на меня холодным взглядом.

– Я еду за твоими вещами. – четко произнес он.

– Я подумаю. – как заевшая пластинка повторила я и широко улыбнулась.

– Я люблю тебя. – неожиданно произнес Саша заставив меня врасплох, так как говорит он это очень редко, но когда говорил, заставлял меня замереть.

– Увидимся. – все, что я смогла ответить быстро захлопнув дверь машины и бегом направившись в больницу не оглядываясь на машину.

Скрывшись за дверьми больницы, я кинула взгляд в сторону машины, которые все также стояла на парковке. Через какое-то время Саша всё-таки сдвинулся с места, выезжая на центральную дорогу, а я, взглянув на палец, где виднелось новое украшение, поко, сняла и долго не думая спрятала его в задний карман джинс, думая о двух дорогах, между которыми мне предстоит выбрать: счастливая жизнь с Сашей, счастливая жизнь без Саши.

Глава 4

В больнице стояла тишина. Местами были слышны голоса медсестер сидящих на посту за чашкой кофе и обсуждающих все, начиная от погоды, заканчивая тем кто с кем в больнице встречается. Я же, после ночного обхода по хирургическому отделению, лежала на диване в ординаторской сняв кроксы и закинув ноги на подлокотник. Смотрела на пенопластовые плитки и считала их количество.

“Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать”

В голове бушевали мысли не давая мне покоя. Я то и дело делала, что судорожно раз за разом разблокировала телефон, в надежде не увидеть сообщение от Саши, что он всё-таки перевез мои вещи. Который раз я пожалела, что в один из дней сделала компульсивный поступок и отдала дубликат своих ключей Саше. Он смог меня в тот день уговорить, под предлогом того, что мало ли я забуду убрать утюг, а он в любой момент сможет зайти и его выключить. Скорее всего, это не я согласилась на такую авантюру, а мое ОКР.

“Двадцать пять. Двадцать шесть. Двадцать семь”

Его предложение как обух по голове. Учитывая то, что несколько месяцев назад я ему говорила, что замуж вообще не собираюсь. В тот день мы сильно поругались из-за какой-то ерунды и чтобы как-то “сгладить” (так он это назвал на следующий день), Саша схватил меня за руки крепко сжав запястье заставив меня пискнуть, притянул к себе и холодными, влажными губами прижался к моим настойчиво пытаясь пропихнуть язык. Поняв, что взаимности от меня не получит, недовольно отстранился и сказал:

– Ничего, после свадьбы не отвертишься.

Все что я смогла сделать, это нервно хихинуть освобождая свои руки от его схватки.

– Ты думаешь я шучу? – повышая голос сказал мужчина.

– Нет. Но свадьба точно будет не со мной. – ответила я прямо ему в глаза.

– С чего ты это взяла?

– Я замуж не собираюсь. – пожала я плечами. – сожительство и не больше.

– Ну посмотрим. – ответил Саша, после развернулся ко мне спиной и скрылся за входной дверью. Когда наш разговор не ладился, он всегда уходил хлопая дверью. Такая его черта меня ужасно раздражала, потому что я склоняюсь к теории, что самые крепкие пары те, кто разговаривают. С другой стороны, я пока так и не поняла, хочу ли я быть с Сашей самой крепкой парой. А его сегодняшний поступок ещё больше поселил во мне сомнения.

“ Пятьдесят девять. Шестьдесят. Шестьдесят один.”

Ерзая на диване и пытаясь выбрать удобное место, я не сразу поняла, что в кармане джинс мне мешает тот самый предмет, что как груз ложиться на мои плечи вдавливая к самой земле. Взяв кольцо в руки, я ещё раз его покрутила в пальцах рассматривая как яркий камушек переливается от падающего света. Оно было так неуместно в этом маленьком помещении с одним окном, обшарпанным диваном из искусственной кожи, старым деревянным столом на котором одиноко стояла недавно купленная лампа и старым компьютерным стулом на колесиках без спинки. Все происходящее было неуместно.

“ Семьдесят три. Семьдесят четыре. Семьдесят пять”

Если бы меня спросили, какой день своей жизни я хотела бы забыть, так это сегодня. Более нелепой картины, чем Саша на одном колене, вы никогда не увидите. Вспоминая его растерянные глаза, испачканное колено, после того как он встал, все что я могу чувствовать, это только испанский стыд. Все, за что я ему благодарна в этот день, так это за то, что он полностью забронировал ресторан на крыше и не было лишних глаз, кроме официантов. Однако я представляю, как я его унизила в глазах работников. Хотя я так это не считаю, но зная его, он точно чувствовал себя униженным. От этого мне стало его жалко.

“ Девяносто восемь. Девяносто девять…”

– Мария Алексеевна, вас срочно вызывают в операционную. Там парня привезли с огнестрельным. – неожиданно прозвучал голос постовой медсестры. От неожиданности я резко подскочила с дивана. Завязывая волосы в хвост на ходу, я быстро направилась к лифту, только на середине коридора я заметила, что иду в одних белых носках.

– Черт! – возмущенно крикнула я и развернувшись побежала обратно, теряя драгоценные минуты, за кроксами предательски стоявшими у дивана.

У операционной я была спустя пять минут. Тщательно намыливая руки по инструкции, параллельно наблюдала как мечутся из стороны в сторону медсестры.

– А где Ковальчук? – спросила я медсестру готовящую инструменты к операции, войдя с поднятыми руками, чтобы ни к чему не прикоснуться.

– В соседней операционной экстренно удаляет воспаленный аппендикс. – донёсся уставший мужской голос за спиной. Анестезиолог, мужчина средних лет, но уже с поседевшими волосами на висках, направился к операционному столу, на котором уже несколько минут лежал полностью голый парень слегка прикрытый ниже пояса.

– А она не предложила с ней обменяться? – волнуясь поинтересовалась я.

– Сказала, что ты справишься. – слегка раздраженно от моих вопросов пробормотал врач.

– Конечно. – уверенно кивнула я в ответ, а у самой сердце готово было выпрыгнуть из груди. Это был мой первый сложный пациент. Одна медсестра помогла мне натянуть перчатки, маску и хирургический костюм. В то время, пока другая быстро зачитывала полный анамнез пациента лежавшего бессознательно на операционном столе.

– Бедняга, вырубился от шока. – сочувствующе проговорила та, что младше.

– Конечно, тебе бы пуля прилетела в плечо. – отвечала вторая.

– Это плохо, что он в шоке. Время и так теряем. – тихо сказала я себе.

Анестезиолог сделал свое дело давая добро на начало операции, я же взяв себя в руки начала останавливать кровотечение, которое попытались остановить ещё в скорой по дороге в больницу. В городе были более крупные больницы, куда везли тяжёлых пациентов. Я бы хотела поинтересоваться, почему привези именно к нам, но на это совершенно не было времени. Я максимально абстрагировалась от происходящего вокруг и просто начала выполнять свою работу. Выполнив все противошоковые мероприятия, приступила к хирургической обработке раны. Парню как и мне не повезло, пуля зацепила кость раздробив ее и моей задачей было как можно скорее извлечь осколки кости, которые могли возражать жизни пациента. Я старалась делать все, что всплывало в моем подсознании после большого количества прочитанных медицинских книг. Строчки учебных пособий так и мелькали перед глазами:

“ По возможности иссечь загрязненные и нежизнеспособные ткани, рану промыть, дренировать. Поврежденные сосуды перевязать. Мелкие осколки удаляем, крупные отломки сопоставляем.” Я старалась быть максимально сосредоточенной и совершенно не следила за временем и за тем, что происходит вокруг. Извлекая пулю, а после держа ее инструментом до тех пор, пока она не звякнула об медицинскую ёмкость, я на секунду задумалась о том, как наша жизнь может быстро оборваться в любой момент. И никогда мы не знаем в какой момент это произойдет.

Только остановив кровотечение я смогла наконец-то выдохнуть. От напряжённости плечи ныли, как и ноги, которые были в неподвижном состоянии. Когда находишься в сосредоточенном состоянии не замечаешь все, что вокруг тебя происходит, особенно разговоры медперсонала находящегося в операционной, которые активно что-то обсуждали.

– Кто вообще делает учения ночью? – возмущённо проговорила та, что старше.

– А вы, девочки, думаете, что боевые действия только тогда, когда петухи поют? – все также раздраженно проговорил анестезиолог, что и несколько часов назад.

– Какие учения? – первый раз за столько времени решила и я присоединиться к разговору.

– На которых этот бедняга пулю схватил. – сказала младшая медсестра сочувствующе указывая на лежащего парня.

Впервые, оторвавшись от наложения швов на несколько секунд я посмотрела на лежащего молодого человека. Ему было лет двадцать, не больше. Из рта виднелась трахеостомическая трубка. Его лицо было на удивление спокойным, как-будто это не его ждет длительная реабилитация. Он был худощав, со стрижкой под ноль.

– Военный? – поинтересовалась я возвращая свое внимание на швы.

– Вроде бы срочник.

– Почему не в военный госпиталь завезли. Там с этим всем лучше бы справились.

– А ты в себе сомневаешься? – раздался приближающийся голос заведующей хирургическим отделением.

– Нет Светлана Михайловна. – не поворачиваясь в ее сторону ответила я.

– Как все прошло? – спросила Ковальчук.

– Все прекрасно. Рукодельничаю. – попыталась я пошутить.

– Ты молодец. – одобрительно кивнула она глядя на мою работу. – у них учения проходят в лесу, в пару километров от нашей больницы. Решили не рисковать, вот привезли сюда.

– Правильно сделали. – одобрительно кивнула я. – правда вы бы лучше справились.

Мария, ты недооцениваешь себя. Я ещё не видела настолько сосредоточенных молодых хирургов, в совершенстве знающих теорию, и умеющих применять ее на практике. Я действительно рада, что ты попала именно к нам. И в честь этого, тебе даётся возможность поговорить с командиром этого паренька и сказать, что все прошло отлично.

– Каким ещё командиром? – опешив и испугавшись спросила я.

– Который все это время сидит в коридоре. – проговорила Ковальчук улыбнувшись от моей реакции.

– Я не готова общаться с родными. – протараторила я.

– Это и не родной. – пробубнил анестезиолог. – тебе же сказали, командир.

Проигнорировав его слова, Светлана Михайловна не дотрагиваясь до моей руки дала понять, чтобы я остановилась.

– Я закончу, а ты иди. Скажи ему пару слов, что все хорошо, ему тоже надо дать отчётность. А после, отправляйся в ординаторскую и отдохни, ты заслужила.

Передав иглу Ковальчук, я сделала шаг назад, после чего развернулась и направилась к выходу из операционной. Избавившись от перчаток, халата и сняв маску, я умылась , сняла резинку с волос позволив им растрепанно коснуться моих скул. Уставше, но в душе ликуя, что я в очередной раз справилась, отправилась к месту где мне следовала донести хорошую новость командиру парня.

Шагая по коридору, я не заметила, как подняв голову вверх начала считать плитки на потолке, такие же как в ординаторской.

“Пять. Шесть. Семь”

Спрятав руки в карманы хирургического костюмы, я сокращала дистанцию между мной и высоким мужчиной стоящего возле окна ко мне спиной и смотревшего в него. Скорее всего он встречал рассвет, так как на часах было почти пять утра.

“ Тринадцать. Четырнадцать. Пятнадцать”

Мужчина был одет в военную форму, что было очевидно ещё по разговорам в операционной и огнестрельному ранению у самого пациента. Он стоял в типичной мужской позе, с широко расставленными ногами и скрещенными руками на груди. Явно услышав шаги за своей спиной, мужчина медленно начал поворачиваться в мою сторону, а я все также продолжала идти считая плитки.

“ Двадцать один. Двадцать два…”

Пока до скрежета, боли и гнева, голубые глаза не начали сверлить меня своим холодным взглядом.

“ Двадцать три.”

Я ошиблась. Именно этот момент, я никогда больше в жизни не хочу повторять и вспоминать.