Текст книги "Сотня невест для Его Высочества Валькирия в бою (СИ)"

Автор книги: Мария Эмет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2.1

Уже в карете я летела сквозь облака и улыбалась, прижимая к груди документы. Поводов для счастья было много, примерно столько же, сколько и было нервных клеток у короля воронов. Правитель пташек даже не скрыл облегченного вздоха, когда я согласилась привезти для отбора десяток валькирий. Но тут же напрягся, когда я раскатала свою губу по полу, говоря то, что он должен мне взамен. Губозакаталки в его дворце не нашлось, а вот мой скверный характер пришелся очень кстати.

Во-первых, я нагрузила Аринделя поисками моей сестры. Довольным он не выглядел, но кто его тянул за язык? Он сам, а я лишь подсыпала перца. Во-вторых, король должен следить за кланом Вейн Ран. На слова я ему верить не стала, а потому быстро пригнала местного писаря. Он недоуменно поглядывал на меня, но писал быстро и без лишних вопросов. Итог, у меня есть письменный договор, в котором чёрным по белому написано, что не быть голове Кариля на своем месте в случае ещё одного убийства валькирии. В-третьих, я заключила военный договор, где ясно сказано, что вороны не будут вести войн с моим народом ещё на протяжении столетия. Правителя чуть ли не пробрал инфаркт. Мне было откровенно плевать на его душевное и физическое состояние, и я, с улыбкой змея, диктовала и оговаривала все пункты, смакуя каждое слово. Писарю тоже было не по себя, рука его дрожала, а потому он наставил много клякс. Посмотрев на это прискорбное зрелище, я, под его взглядом, скомкала пергамент, запустив испорченную бумагу в полет, и заставила писать заново. Правителю снова стало плохо, мне – хорошо. То ли специально, то ли по-настоящему, но история с кляксами повторилась. Тогда я, сказав, что ничего страшного, отправила криворучку куда подальше и самолично начала выписывать договор. Когда две подписи легли на него, моя улыбка стала ещё шире. Но и тут мне показалось, что этого мало… Чего-то не хватает…

Когда я заявила, что буду присутствовать в качестве наблюдателя на отборе, и принцы, и их венценосный отец побледнели.

– За-за-зачем? – пытаясь сохранить доброжелательную улыбку, спросил правитель.

– А вдруг вы их… Эм… Обидите? Они хоть и воительницы, но в первую очередь де-е-еву-у-у-ушки. Со мной им будет лучше! – авторитетно и со знанием дела протянула я.

– Я разрешу им давать сдачу! – заверили меня, даже руку на сердце положили.

– Сдачу на рынке давать надо, а валькирии дают в нос, да так, что вряд ли тот потом придёт в изначальное состояние. Моё присутствие обязательно, и точка!

Тем самым плохой дипломат в моем лице сейчас разлоханился на мягком диванчике и блаженно улыбался. Ах, какое же я плохой дипломат…

* * *

– Верховная, что это значит? – вопили все представители кланов в один голос, сливающийся в омерзительную какофонию.

– То и значит! – равнодушно пожала плечами я. Меня сейчас каждый хотел забить тапком и долго смотреть на мои предсмертные муки. Но я лишь мило улыбалась и хлопала ресницами.

– Мы не отправим наших детей к этим… Этим…

– Воронам, – подсказала я и на меня вновь обрушился поток негодования.

– Вы ненормальная?! – с шумом встала леди Миранда из-за стола, да так, что стул откинулся назад. Воцарилась гробовая тишина, все вперились взглядами в хранительницу клана Дневного Солнца. – По-п-про…

– Прощаю, но советую следить за языком. – я приколотила взглядом женщину к стулу и больше никто не желал возмущаться. – Вы толком ничего не знаете, а уже сделали из меня врага народа! Есть и хорошая новость, могу даже сказать то, что у меня их две. Я заключила два ценных договора. Можете прочесть их копии, – сказала я, пуская дубликаты по рукам. – Один из них гласит, что Вейн Ран больше не будет убивать нам подобных. Валькирии теперь в безопасности.

– Ох! Какое счастье! – не удержался Вирнинд. Друид, который был мужем главной валькирии клана Белой Звезды и по причине её плохого самочувствия прибыл на собрания вместо супруги.

– Да, – улыбнулась я. – Вы, верно, прочли договор о войне, которой не будет как минимум сто лет?

– Да… Это прекрасно…

– Что?!

– Что???

– Верховная?!

– Да-да-да… – закивала я, – Войн больше не будет! По крайней мере в этом столетие.

С каждым новым словом улыбки расцветали на лицах представителей кланов. Ну-с, самое время:

– Но взамен мы должны отправить десять девушек из наших кланов. – видя, как улыбки сползаю с их лиц, я продолжила: – Им будут выделены покои во дворце, я поеду с ними. Правитель хочет породниться с крылатыми девами и укрепить связи двух великих народов. Я не против. Скажу сразу, я знаю, как это немаловажно для ваших дочерей и вас самих: принцы – высокородные красавцы. Природа на внешность не поскупилась. Я считаю, что это прекрасная возможность выдать замуж выгодно и с музыкой…

Когда всё разрешилось, я заперлась в кабинете и не вылазила оттуда до самого утра. Стол радовал меня столом. Звучит глупо, но раньше я не видела его, лишь высокие стопки бумаг огорчали мой взор. Он превратился в монстра и моего энергетического вампира. Сейчас он просто стол, и я безумно рада этому. После принятия ванны и легкого перекуса, я решила написать Райн Эдиль.

«Уважаемый правитель Ле…

Тук-тук-тук!

Глава 2.2

– Я занята!

– Настолько, что нет времени на такую скромную персону, как я? – Ариндель как гром с небес пал на мою голову, а после и на мой несчастный диван. На этот раз ноги он держал при себе. Молодец, по граблям не ходит.

– А жизнь тебя все-таки учит… – констатировала я.

– Умные учатся на чужих ошибках, а глупых учит жизнь, – философски заметил тот.

– Я рада, что вы не строите воздушных замков на свой счёт.

– Грр… – зло зыркнул на меня Ариндель.

Я посмотрела в его наглые фиолетовые глаза. Моя память услужливо подсунула образ из детства. Однажды мои нянечки повезли меня к границам. Раньше, ещё до войны, там располагался курорт. Меня решили „проветрить и расширить кругозор“. Мой кругозор и не думал расширятся. Когда я встретила мальчугана на пляже, он сузился только на нём, и весь отдых мы провели вместе. Звучит так, будто у нас с малых лет какие-то нежные чувства друг к другу, но все было намного круче. У нас с ним с малых лет нешуточная война. Началось это с простого и наглого: „Эй, это моё место!“. Как ни странно, но задираться первым стал он. Но я не осталась в долгу. Более нагло разложив свои конечности на „моём месте“ в тени, я лениво протянула: „Иди куда шёл“. Не найдя ничего лучше, чем кинуть в него песком, я полчаса бегала по пляжу. Меня несколько раз догоняли и валили на землю. Я пиналась, пихалась и… кусалась. Пока этого не заметили наши нянечки. Мои сказали брезгливое: „Леди, отойдите. Он очень странные. Авось больной? Вы ведь не хотите подцепить что-нибудь от него?“. Нянечки „больного“ развели бурную деятельность вокруг мальчика, оттирая его, гладя и говоря, что некоторые особо высокомерные ничего не понимают в детях. Пока наши высокомерные и понимающие в детях ссорились, мы с Аринделем продолжили свои дела. Так было всегда… На совместных балах, куда он был приглашен. На отдыхе, где он волшебным образом оказывался и… И потом, после войны. Он установил где-то в городе портал и мог в любой момент оказаться рядом. Убивать его я не собиралась, ибо мне проблемы не нужны. Но и щенячьего восторга не испытывала.

– Что тебе надо?

– Невесты где?

– В подвале, – ляпнула я. На меня вытаращились как на дуру. – Они не хотели ехать, вот я их и связала.

– Ты совсем? Я знал, что у тебя проблемы с головой, но не на столько же!

– Совсем не совсем, а вот меры принять надо было. – Я вытащили из замочной скважины ключи от шкафчика в столе и протянула их ему. – Иди, открой. Забирай, можешь не возвращать. Ключ кому-нибудь отдашь потом и всё. Удачной женитьбы.

Ариндель был в шоке, но ключ взял и проворчав что-то про сумасшедшую, удалился в подвал. Я надрывалась от смеха. Мне было откровенно плохо от хохота.

Через полчаса в дверь постучали. Вошёл стражник и две стражницы. Девушки были валькириями, а первый оборотнем. Попал он к нам после войны, когда валькирии призвали на помощь другие расы. Вампиры прильнули к воронам, оборотни и ещё некоторые решили помогать нам, а все остальные остались зрителями. Но что-то мне подсказывает, что у воронов в друзьях были не только упыри…

– Генри? Что-то произошло? – уняв смех, я приняла самый серьезный вид, на который была способна.

– Да, миледи. У нас тут интересная ситуация… Введите. – В кабинет ввалились ещё двое стражников. Друиды на сей раз. Они под локти держали Аринделя, который вопил и извивался.

– Мея, ты ведь сама дала мне ключ! Скажи им, ну скажи!

– Что произошло, Генри?

– Мы увидели его в винном погребе. Он отчаянно пытался открыть кладовые с соленьями вот этим, – мне вернули ключик от шкафа и склонились в поклоне. – Прошу прощения, но он назвал себя наследным принцем воронов – Аринделем, что прикажете делать?

– Проникновение в дом, кража ключей от ящиков с ценными бумагами, попытка взлома…

– Ещё он что-то говорил о невестах, которые должны быть в подвале.

– Ещё и обман, – покачала головой я. – Казнить?

– Можно! – расплылся в улыбке Генри. Друиды тоже повеселели. Уж кто-кто, но ворона они учуять могут за километр, а к ним они не особо добры.

– Стойте, голову снести всегда успеем. Если это принц, то я сама разберусь.

Отпустив стражу, я посмотрела на ворона. Он был подозрительно тих.

– Так вот как вы негодных устраняете. Ведете свою войну внутри страны. Сначала заманиваете, а по-о-ото-о-ом КЛАЦ! – просипел он. – Вы очень коварны, но отец вам не дастся!

– Успокойся, патриот. Отец твой вовсе не дался. А ты сам виноват, мозги включать надо было.

– Так ты меня не казнишь?

М-да… Надо спросить, не стукали ли его по голове? Три раза подкинули, два раза поймали, как говориться… Что я скажу Лератфану? Пошёл перекусить соленьем, а его за вора приняли? Или сказать, что он сошёл с ума и побежал искать невест среди банок? Детей в капусте находят, а он невест в соленых огурцах пошёл искать… Не успешно, как видите…

– Генри? Что-то произошло? – уняв смех, я приняла самый серьезный вид, на который была способна.

– Да, миледи. У нас тут интересная ситуация… Введите. – В кабинет ввалились ещё двое стражников. Друиды на сей раз. Они под локти держали Аринделя, который вопил и извивался.

– Мея, ты ведь сама дала мне ключ! Скажи им, ну скажи!

– Что произошло, Генри?

– Мы увидели его в винном погребе. Он отчаянно пытался открыть кладовые с соленьями вот этим, – мне вернули ключик от шкафа и склонились в поклоне. – Прошу прощения, но он назвал себя наследным принцем воронов – Аринделем, что прикажете делать?

– Проникновение в дом, кража ключей от ящиков с ценными бумагами, попытка взлома…

– Ещё он что-то говорил о невестах, которые должны быть в подвале.

– Ещё и обман, – покачала головой я. – Казнить?

– Можно! – расплылся в улыбке Генри. Друиды тоже повеселели. Уж кто-кто, но ворона они учуять могут за километр, а к ним они не особо добры.

– Стойте, голову снести всегда успеем. Если это принц, то я сама разберусь.

Отпустив стражу, я посмотрела на ворона. Он был подозрительно тих.

– Так вот как вы негодных устраняете. Ведете свою войну внутри страны. Сначала заманиваете, а по-о-ото-о-ом КЛАЦ! – просипел он. – Вы очень коварны, но отец вам не дастся!

– Успокойся, патриот. Отец твой вовсе не дался. А ты сам виноват, мозги включать надо было.

– Так ты меня не казнишь?

М-да… Надо спросить, не стукали ли его по голове? Три раза подкинули, два раза поймали, как говориться… Что я скажу Лератфану? Пошёл перекусить соленьем, а его за вора приняли? Или сказать, что он сошёл с ума и побежал искать невест среди банок? Детей в капусте находят, а он невест в соленых огурцах пошёл искать… Не успешно, как видите…

Глава 3.1

Карета неслась в небе, делая крюки и перевороты. Так как невест в подвале не оказалось, нам, а точнее мне, пришло в скорые сроки отправить в полет пять своих карет. Теперь мы большой летучей цепочкой забирали девушек из домов. Рыдающие, ругающиеся и проклинающие меня любимую, они не хотели ехать. Но заботливые лакеи моего дома безжалостно и без лишних разговоров закидывали их в кареты и плотно закрывали двери. Моя карета завершала похоронную… Бр! То есть воздушную процессию. Но со мной всегда происходят проблемы. В данной ситуации моя проблема сидит напротив, закинув ногу на ногу. Проблема пыхтит, иногда бросает испепеляющие взгляды, но что еще хуже – разговаривает! Проблемы я решаю быстро, и даже сейчас ко мне подкрадываются мысли о решении – скинуть на фиг! Белый цвет начинает меня терроризировать и пробуждать нехорошие мысли. Боюсь, что ещё немного, и я разрушу и так хлипкие отношения между воронами и валькириями. Вряд ли Лератфан простит мне смерть наследника.

– Вы – скверная, безжалостная и противная женщина! – в который раз говорил он. Да-да, принц вонял всю дорогу. Шутка пришлась по нраву всем: мне, слугам, стражам, но не Его обидчивому Высочеству. Зато я узнала о нем кое-что новенькое – он очень злопамятный. Очень.

Мои вещи летели на крыше кареты и гремели не хуже камней. Слуги под злобным взглядом Аринделя упаковывали чемоданы, пока я посылала телеграммы невесткам. Надо отметить, что многие девушки моментально ответили. Из их писем я узнала много интересного о себе. Хорошего там не было. Я прямо-таки главгад всего мира, а после меня Лератфан и его отпрыски. Многие невесты уверяли меня, что сыновья правителя уроды и извращенцы. Одна из невест сделала предположение – а не опоили ли меня? На что я таинственно ответила, что всё возможно… Несколько девушек напрямую спрашивали – а я ли это? Их я оставила без ответа, мысленно пометив их как „очень странные“, ибо почерк и герб рода явно намекали на меня.

– Вы вообще слушаете мои речи? Я для кого слова трачу?

– Нет. – Честно ответила я, погруженная в свои мысли. – Можете не тратить, если у вас лимит.

– Тогда перед кем я тут распинаюсь?!

– Не знаю, здесь только вы, я и четыре стены. Вам какая больше нравиться?

Ругались мы таким образом до самого конца. Хотя нет, ругался он. Не знаю, отвечали ли ему, но я сидела тихо. Когда я решила перевести тему разговора, то мне грубо сказали: „Все вопросы потом!“ и продолжили чихвостить меня и валькирий на чём свет стоит. Итог: я наложила на себя полог тишины и делала вид, что слушаю его и киваю.

Выйдя из кареты, я наткнулась на три пары глаз. Правитель и два его сына.

– Вы всё же приехали… – „радостно“ сказал Лератфан, скалясь.

– Да, как видите. Вы счастливы?

– Очень… – глухо отозвался Правитель.

Двери карет стали открываться и оттуда вылетали девушки. Заприметив меня, они сгруппировались и пошли в мою сторону. Кто-то даже сменил ипостась, положив руку на рукоятку меча. „Дожили, меня резать идут“, – пронеслось в голове.

– Мы не хотим замуж!

– Вороны – мерзкие!

– За что? Ну за что?! Мы для вас шутка что ли?!

– Доброго дня, леди, – промурлыкал Лератфан и все три сына улыбнулись дьявольскими улыбками.

Чего-чего, но такого я не ожидала. Не было ни криков, возмущений и претензий, было лишь десять кисельных лужиц. Блаженно улыбаясь, они начали строить глазки и глупо хихикать. В их глазах я тут же выросла до Богини и Спасительницы, а они упали в моих ниже плинтуса. Их всех будто разом околдовали.

– Пройдёмте во дворец, мы покажем вам ваши комнаты, – проворковали принцы, уводя валькирий. Я пошла следом, не во дворе ведь стоять.

Мне выделили большие покои в королевском крыле. Не знаю, была ли у них цель подмазаться ко мне и заполучить добродушие, но могу сказать точно – у них это не получилось.

– Что вам опять не нравиться? – удивлялся правитель.

Вообще не нравится ваше “опять”, но я, пожалуй, промолчу.

– Первое, я далеко от своих подопечных, второе, почему у меня там всё розовое?! – рычала я, ходя вокруг Лератфана.

Как только я зашла в свои покои, мои глаза заболели и начали обильно выделять слезы. Поросячий, малиновый и кричаще-пунцовый смешались в одну большую розовую кляксу, от пребывания в которой я лишусь душевного здоровья. А оно и так хлипкое… Мои вопли никто выслушивать не хотел, а потому слуги под моим чутким присмотром отнесли вещи в гостевое крыло, где для успокоения душеньки одной вредной валькирии была выделена уютная комната в приглушенных тонах.

Отдохнув, приняв ванну и поговорив с девушками, я отправилась спать. Ничего не предвещало беды, все были довольны, а я обрела спокойствие. Временное.

* * *

– Почему я не могу присутствовать?! Это мой народ! Я обязана…

– А это наш отбор!

– А это мой народ!

– Отбор…

– Да засуньте свой отбор себе в… Ладно, можете не совать, но я буду на испытаниях! – заключила я, гневно глядя на Лератфана.

– Хорошо, – вздохнул тот. – Но вы не будете вмешивать… – запнулся он, увидев мое лицо, – Только в экстренных ситуациях, ясно?!

– Ясно, – кивнула я. Кто тут плохой дипломат, а? А? А?! Улыбнувшись своим мыслям, я спокойно присела обратно на стул и продолжила ужин. Правитель уже несколько раз пожалел, что пригласил меня на него.

Принцы сверлили меня взглядами, король тоже оказывал мне странные знаки внимания. Четыре привлекательных мужчины и все смотрят на меня. Любая другая была бы не в себя от радости и наслаждалась повышенной самооценкой, а мне кусок в горло не лез. Такое внимание точно не для меня. Неужели женщины в королевстве такая редкость? Быть может, у них дефицит прелестного пола, а потому они другие народы привлекают? Продолжать род как – то надо ведь.

– Niliro dan, – шепнула я, и незаметно постучала об стол.

Опа! И лица мужчин вытягиваются, глаза округляются, а рты открываются. Чудесному преображению сопутствовал кашель, шумные вздохи и удивленные возгласы.

– Ариндель, у вас сейчас глаз вот-вот выкатится. Ловите! А у вас, Вальтер, челюсть упала. Что ж вы так! Поднимайте, а то ещё споткнется кто… Ой, Лариль, вам плохо? Вы что-то позеленели… Или это ваш истинный цвет кожи? Прям лягушонок. – Издевалась я. Конечно, сидеть напротив умертвия ещё то удовольствие, зато все разом прекратили пялиться.

Ужин прошёл, а воспоминания остались. Идя по коридорам, я иногда закатывалась неуемным смехом, пугая прислугу. На сей раз, при встрече, в меня ничего не летело – от меня лишь шарахались и пытались слиться со стенами. Получалось хорошо, особенно с белыми. Не знаю, чем я так страшна, но при моём приближении они все бледнели и начинали трястись.

В комнате ждал сюрприз. С первого раза я не поняла, что произошло. Несколько раз измерила покои шагами. Что-то не то… Что-то мне не нравится… А что может не нравится? Ничего ведь не изменилось? Аура. Аура у комнаты другая. Но ничего, что её портит, не вижу. Тогда я резко одернула ковер. Под ним красовалась пентаграмма. Символы нарисованы смазано, неверно. Настолько всё плохо, что я даже не понимаю, для чего она нужна. Заклинание явно работать так не будет, но фон комнаты гадит.

Я быстро сообразила, что к чему, забежала к девушкам и спросила имена горничных, приставленных к нашим комнатам.

* * *

– Жозефина, что это? – спросила я у горничной, которая явно не понимала, зачем её позвали.

– Извините, Госпожа, я понятие не имею. Наверное, что-то магическое.

Я внимательно следила за девушкой. Она выглядела спокойной и непонимающей.

– Хорошо, иди.

Следующей позвали Габриэль. Она также никак не отреагировала на каракули на полу. Тогда подошла последняя девушка – Лиран. Вошла она осторожно. Её руки тряслись, глаза бегали туда-сюда, лицо потеряло краски.

– Что это?

– Не знаю! – резко отрезала она.

– Выверни карманы.

– Зачем? У меня ничего нет, что вам может понравится.

– Выверни.

Горничная бросилась к двери, но я оказалась быстрее. Засунув руки в передник, я вытащили оттуда кусок мела.

Девушка бухнулась на колени, и, заливаясь слезами, начала просить о пощаде. Всё стало ясно как белый день.

– Меня заставили! Я не хотела! Я хочу жить! Умоляю, не убивайте!

– С чего ты взяла, что я убью тебя?

– Как же… Вы ведь валькирия…

– Это не делает меня убийцей. Прекрати плакать.

– Вы… Не будете трогать меня?

– Не буду, – заверила я, пытаясь отнять юбку из рук Лиран. – Встань и иди отсюда, я хочу спать.

– Я не забуду вашей доброты!

* * *

Утро наступило на одеяло, стащив его с моей тушки и заставив поджать ноги под себя. Холодно, однако, у воронов.

– Вы встали? – спросила меня Лиран. Я вытаращилась на неё во все глаза. – Извините, что потревожила. Я приготовила платье и ванну. Я хочу искупить свою вину… Позвольте мне стать вашей личной горничной! Я могу всё! Убираться, делать массаж, прическа, макияж – всё могу!

– Э… – я всё ещё изумленно смотрела на служанку. Её чистые голубые глаза излучали искреннее желание помогать. Она явно волновалась, теребя фартук. – Спасибо. – выдавила я, вылезая из кровати и тащась в уборную.

Платье девушка выбрала нежно розовое, легкое и прекрасно подходящее под время суток. Ещё раз поблагодарив труженицу, я разрешила ей идти, а сама отправилась на завтрак.

Завтракать с правителем – это проблема, завтракать с Верховной Валькирией – это беда, завтракать с главным советником вампиров Каэлем Винсконским – катастрофа.

– Ты что тут забыла? – выплюнул кровосос, встав из-за стола.

– Я тебя могу о том же спросить! – отозвалась я, вперившись в него недоброжелательным взглядом.

Советник вампиров – мой нерадивый жених. Когда мне было десять, сие недоразумение прибыло в мой дом и попросило руки. Он хотел заключить помолвку, а когда я вошла в силу и заняла место Верховной, то мы бы сыграли свадьбу. Моя мама ахнула, прикрыв меня своим телом, Леди Мариэла, взглянув на эту картину, лишь покачало головой и отправила его куда подальше. Так и разругались вампиры и валькирии. Моя мать была сестрой Верховной Валькирии, а я – её наследницей, так как своих детей у тёти не было. Но после войны и та, и другая пропали. Маму не нашли, а Верховную убили. Так я и стала в двадцать главной валькирией. Самой молодой в истории земель. По сей день вампиры не жалуют моей персоны. Обоюдно, надо отметить.

– Я отказываюсь делить стол с ней!

– Ну уж нет, это я отказываюсь. Заметь, тебе уже второй отказ от меня прилетает, – усмехнулась я, вылетая за дверь в коридор.

После войны он неоднократно навещал меня, сначала просто поддерживал, а потом стал намекать на свадьбу. Кукиш, который я скрутила и показала ему, он запомнил навсегда. Меня обильно полили грязью, назвали несуразной малолеткой-неудачницей, посмеялись над моей плоской фигурой и сделали вид, что я больше никто. Фигура изменилась, превратившись в красивую и женственную. Грязи и не было, где он её только нашел? Неудачницей я уже давно не была, а вот выгодной невестой быть не перестала. Но воспоминания остались. Остались и осели, пустив корни. Со мной пытались мирится. Цветы, шоколад, украшения – вся комплектация букетно-конфетного периода, которая каждый раз возвращалась назад. Адресат злился, но отправлял подарки в удвоенном размере. И тогда я начала складывать их в один мешок. Туда летело всё! Но потом это „всё“ полетело в него самого. Когда тот на радостях навыдумывал себе счастливые годы супружеской жизни и прибыл в мои земли, увесистый мешок полетел в него, вынося не только за дверь, но и за пределы валькирьских земель. Больше судьбу он не испытывал. Трус.

Завтракала я у себя, а потом, поймав момент, просочилась в кабинет Лератфана.

– Леди Мея, вам чего?

– Наверное, это не моё дело, но что здесь делает советник?

– Он также, как и вы, будет наблюдателем отбора. А что?

– Вы хотите сказать, что и вампирессы будут участвовать?

– Да, именно это я и хотел сказать.

Меня спровадили в коридор, сославшись на очень важные дела. А мне и не хотелось задерживаться. Я погрузилась в свои думы. Зачем вампирши? К чему мы? Зачем вообще весь отбор? Вопросов всё больше, а ответы заныкались по углам и вылазить на свет не хотят.

Я вышла за пределы дворца, начав обходить его по периметру. И тут нашлась натуральная мусорка природы. Лужи, пыль, опавшие листья и засохшие растения. От сада, стоящего перед парадным входом, не осталось ни следа, за дворцом он полностью сгнил и засох. Конечно, зачем приводить в порядок его для невест, им же сто пудов не захочется выйти и подышать свежим воздухом! Они ведь все по комнатам сидеть будут…