Текст книги "Моя долгожданная (СИ)"
Автор книги: Марина Зимняя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
Глава 31
В принципе, в Меле я не сомневался. То, что она перетянет на себя внимание Дениса сомнений практически не было. Но по факту она пошла гораздо дальше. Одного Дениса ей оказалось мало, и она решила заполучить внимание всей группы. Ближе к концу поездки Иван Романович начал поглядывать на нее недобрым взглядом. Наверное, стал переживать за то, что большая часть команды передумает соревноваться и останется в лагере варить с ней полевую кашу. Два пацана уже изъявили желание остаться, на так называемой кухне. За что получили по подзатыльнику от тренера.
Почти всю оставшуюся дорогу дети играли в Крокодила. Кто стал организатором данного мероприятия, объяснять не нужно. Все ржали как кони. Самый младший член команды девятилетний Виталик Котиков и тот проникся к Амелии уважением, смешанным с нескрываемым восхищением, когда она изобразила грязные носки.
Нам осталось преодолеть последние десять километров, когда Меля исполнила песню про бобра и сорвав аплодисменты, раскланялась завершив мероприятие.
– Тут зрители аплодируют, аплодируют… Кончили аплодировать! – похлопав сама себе произнесла она и плюхнулась обратно на сидение.
Юля наблюдала за всем происходящим с какой-то грустной улыбкой. В голову волей не волей закрадывались неутешительные мысли. Неужели она всегда будет такой? Вот вроде бы смеется со всеми, а в глазах печаль и какая-то нескончаемая тоска.
– Амелия, ты уже решила, кем хочешь стать? – Юля повернулась назад к детям и слегка выглянув из-за спинки сидения, обратилась к Мельке.
– Не могу определиться, – произнесла Меля и снова принялась чесать расческой свою шевелюру.
Водитель будет плеваться и материться, когда обнаружит на сидении и вокруг него, место ее нескончаемой линьки. Метровые рыжие волосы однородном слоем покрывают пол у меня в квартире спустя лишь пару дней ее в ней пребывания. Что удивительно, на ее голове их не становится меньше. Прям загадка природы.
– Когда я была совсем маленькой, то мечтала стать консьержем. Эта работа казалась мне идеальной. Потом я подумывала стать водителем троллейбуса, но это было не долго. Как-то раз я увидела бабушку на рынке, которая чистила чеснок. Я тогда обожала чистить чеснок и решила, что вот она, идеальная работа. Сиди себе, болтай с подружками, чикай ножницами ботву.
– Когда это ты обожала чистить чеснок? – удивленно интересуюсь я.
Такое ощущение, что абсурд который она несет не имеет ни конца, ни края.
– Не умничай, – кидает она мне и продолжает: – Потом я открыла в себе музыкальный дар и решила, что могла бы стать певицей. Но папа сказал, что это несерьезно, поэтому пришлось рассказать ему про консьержку и трамвай.
– А про чеснок рассказала? – хмыкает Денис.
– Папа и без чеснока согласился оплатить мне вокальные курсы. Я походила на них годик и решила, что это не совсем то, чем мне хотелось бы заниматься. Потом был театральный кружок, потом танцы… короче, я пока ищу себя, – Меля трижды брызгает на себя духами.
От сладкого карамельного запаха начинает першить в горле. Денис закашливается, я тоже. Юля к ядреному запаху остается самой стойкой.
– Тебе нужно быть организатором праздников, – с улыбкой произносит Юля. – Ты немножко похожа на повзрослевшую Пеппи Длинныйчулок.
– Такая же конопатая? – улыбается Мелька.
– Такая же солнечная.
– Приехали! – объявляет тренер, когда автобус замедлив ход останавливается следом за другим припаркованным на обочине автобусом. – Не спешим. Никуда не несемся, организованно разбираем свои вещи. Группу Светланы Дмитриевны пропускаем вперед.
К моему удивлению, пацаны ведут себя достаточно дисциплинированно. Видимо появление Мельки их действительно взбудоражило, но эмоции подулеглись и сейчас они слушаются своего наставника и больше не ведут себя как макаки.
Правда из-за Мелиного чемодана, случается небольшая потасовка. Самый взрослый на вид тип, который почти не принимал участия ни в игре ни общем веселье, неожиданно подхватил ее чемодан и собрался взять на себя эту ношу. Пацаны загалдели и Мельке пришлось самой решить на кого возложить эту работу. Естественно, везунчиком оказался Денис, который с напускным равнодушием, но с нескрываемым превосходством в глазах, молча подхватил оранжевый пузатый чемодан и потащил его по лесной тропе.
Денис не дурак и прекрасно понял, что здесь делаю я и для чего ему поручили шефство над Мелей, но то что он отреагировал достаточно спокойно, вселило в меня надежду, что он не станет встревать и не будет против наших отношений.
Юля заботливо забрызгала всех и каждого спреем от комаров, и мы выдвинулись в путь.
– Сейчас нам нужно быстро разбить лагерь. У нас есть полчаса на дорогу и минут сорок на установку палаток. Забег начнется в двенадцать часов, нужно поторопиться, – громко вещает тренер.
– Может потом палатки установим, – загалдели пацаны.
– Ладно, посмотрим, – Иван Романович бросил взгляд на часы и зашагал еще быстрее. – Позже всех приехали, – разочарованно пробормотал себе под нос.
***
– Может просто сварим макароны с сосисками? – предлагает Амелия, разглядывая продуктовый набор выложенный на импровизированном столе.
Я занимаюсь установкой первой палатки. Костер уже горит, осталось дело за малым.
– Ты можешь сварить любую кашу, – произношу я.
Мелька фыркает.
– Сосиски будут вечером. Пожарим их на костре. Сейчас нужно приготовить полноценный обед, – произносит Юля, нарезая сало на ломтики.
Амелия морщит нос, глядя на пшённую крупу.
Руководствуясь многолетним опытом, Иван Романович сам распределил, что и в каком количестве должен взять каждый участник похода в обязательном порядке. Сказал, что иначе есть будет нечего, поскольку пацаны не возьмут с собой ничего кроме чипсов и газировки.
– Ты можешь пока почистить картошку.
– Картошку в кашу?
– Я готовлю ее в первый раз. Это рецепт из интернета, – поясняет Юля.
Меля принимается очищать первый клубень. Чистит довольно ловко, возможно когда-то и чеснок чистила. Кто знает, какие еще она скрывает таланты. Я обязательно ей припомню это, когда она снова соберется пожить у меня. Борщ будет варить или солянку. А может к тому моменту у меня будет жить другая женщина… Что-то я размечтался.
Мелька болтает с Юлей, как с подружкой. Они нарезают овощи и по очереди помешивают скворчащие шкварки. По воздуху распространяется умопомрачительный запах готовящейся еды, наконец он перебивает карамельное благоухание Амелии, напрочь забившее мои обонятельные рецепторы.
– Ну все, дальше я сама, – уперев руки в бока, произносит Мелька. – Идите к финишу прогуляйтесь. Может наши уже прибежали.
– Рановато еще, – улыбается Юля.
– Давно ведь ушли.
– Сегодня первый этап, возможно освободятся достаточно быстро, но все равно рано еще. А завтра с раннего утра и почти на целый день пойдут. Зря ты не пошла. Может тебе бы понравилось.
– Не… бегать мне точно не понравится.
Мелька вытаскивает из чемодана небольшую коробку и насос. Распаковывает какую-то тряпку и принимается накачивать ее.
– Это еще что?
– Надувной шезлонг, – невозмутимо поясняет она. – Вчера вечером из пункта выдачи забрала, думала не успеет прийти. Успел, – кивает с довольной улыбкой.
– Здесь даже водоёма нет, где ты пляж тут узрела? – смеюсь.
– Зато солнце есть. Буду загорать.
– Надеюсь не в купальнике.
– Что я совсем что ли? В шортах и в футболке.
– Смотри мне.
Неподалеку слышится топот и громкая болтовня. На импровизированных носилках из веток несут Виталика. Юля тут же подрывается с места. Тренер успокаивает ее жестом.
– Ничего страшного не случилась. Зелёнкой зальем его коленки и все нормально будет. Амелия, готовься. Завтра заменишь Котикова.
Меля приподнимается с шезлонга смотрит на него поверх очков.
Виталик поскуливает. Пацаны уложили его на расстеленный каримат и уже умчались обратно.
Юля суетится вокруг раненого. Амелия стоит над ним с недовольным видом.
– Ты что завтра не мог себе колени ободрать, Котиков?
– Я…я, – всхлипывает, – я хотел обогнать Макарова.
– Ой, горе луковое, – присаживается на корточки, дует на его зеленые коленки.
– Мель, там пшено пора высыпать. Только промой обязательно. Я там все приготовила, – говорит ей Юля, осматривая ободранные ладошки мальчишки.
***
Полевая каша была съедобной. Набегавшимся по пересеченной местности пацанам, она показалось и вовсе бесподобной. И пусть на зубах скрипело недоваренное пшено все кроме Котикова остались довольны.
– А почему она сырая? – морщит нос мальчишка.
– Она и должна такой быть, – отвечает Амелия.
– В прошлом году она была другая.
– Виталик, ешь моча! – возмущается она. – Откуда мне было знать, что пшено в пять раз увеличивается в размере. – Недоварилась немного, ничего страшного в этом нет. Нет ведь? – обращается ко всей группе.
– Нет! Отличная каша! – хором отвечают пацаны.
Вокруг костра шумно. В сегодняшнем забеге наша команда заняла четвертое место, но завтра они собираются порвать всех и выйти на первое, тем более что без Виталика сделать это будет куда проще.
Время летит незаметно, довольно быстро над лагерем сгущаются сумерки. Юля вся в делах и заботах, а мои дела закончились вместе с установкой последней палатки. Ловлю ее короткие взгляды и жду не дождусь ночи, может мне удастся умыкнуть ее хоть на часок.
Губная гармошка Мельки ходит по кругу вокруг костра. Пространство режет достаточно своеобразная музыка. Меля комментирует все, что каждый попробовавший на ней поиграть делает не так. Тренер храпит, опираясь спиной на дерево. Виталик отдыхает на Мелькеном шезлонге.
– Пойдем, прогуляемся немного, – склонившись над Юлей, шепчу ей на ухо.
– Куда?
– Просто по лесу. Кстати, там, – указываю в противоположном направлении от лагеря, – есть небольшой водопад. Там красиво. Я днем ходил, это не далеко.
– Так темно ведь.
– Ну и что, – улыбаюсь. – Луна светит. Пойдем, ты за целый день дальше костра и палатки не ходила.
– Не знаю, – Юля пожимает плечами. – Как их оставить?
– Взрослые лбы. К тому же, Романыч бдит, – киваю на проснувшегося Чибуткина.
– Ну пойдем, пройдемся.
Поднимаю ее за руку, потянув на себя. Юля собирается окликнуть Дениса, наверное, чтобы предупредить его. Жестом прошу ее не делать этого. Он обязательно увяжется следом. Еще раз бросаю взгляд на Мельку. Вот у кого с личной жизнью проблем не будет. Лишь бы не передрались из-за нее. А то в полку Виталиков прибавится.
– План хороший, но бесполезный, – произносит она, когда мы отходим на достаточное расстояние от лагеря. – Амелия чудесная девочка и придумал ты очень здорово, но…
Притягиваю ее к себе крепко обнимая за талию. Юля упирается ладонями в мою грудь. Пячусь назад, опираюсь спиной на дерево, прижимаю ее к себе еще крепче. Пьянею, задыхаясь от долгожданных ощущений ее близости. Давление ее ладоней слегка слабеет.
– Максим…
Наклоняюсь к ее губам. Одной рукой продолжаю прижимать к себе, второй фиксирую ее затылок. Осторожно касаюсь ее губ.
– Макс…
– Потом поговорим, – сминаю ее губы.
Наше дыхание смешивается. Ее ладони ползут по моей груди, смыкаются за шеей. Юля отвечает мне. Еще крепче прижимаю ее, буквально впечатывая ее в себя. Разворачиваюсь и прислоняю ее спиной к дереву, наваливаясь сверху, спускаюсь губами к шее. Она дышит рвано и быстро. Дергаю бегунок на ее куртке слегка стягивая ее с плеч. Целую плечо и ключицу, возвращаюсь обратно к губам. Сминаю ладонями ягодицы, пытаясь подхватить ее под бедра.
– Максим, хватит, прекрати! – она все же отталкивает меня, дергает бегунок ветровки вверх.
Ткань попадает в собачку, замок заедает. Глаза, привыкшие к темноте подмечают абсолютно все. Я даже вижу россыпь мурашек по ее коже. И появились они далеко не из-за холода. Она дергает замок, но ничего не выходит.
– Дай я… сломаешь, – пытаюсь выдернуть закушенную ткань из собачки касаясь костяшками пальцев ее груди.
– Я сама, – она резко отстраняется.
– Что со мной не так? – не выдерживаю ее закрытых эмоций. Ведь отвечала же. Я же чувствовал, что отвечала.
Юля молчит. На меня глаз не поднимает.
– Только не надо говорить, что дело не во мне. И о разнице в возрасте я тоже не хочу ничего слышать.
– Максим, дело не в тебе…
– Издеваешься?
– Нет.
– Я же чувствую тебя, – снова прижимаю ее к дереву.
Присасываюсь к шее. Она запрокидывает голову назад, не отталкивает, позволяет целовать ее. Нахожу ее губы, она размыкает их, снова позволяя мне коснуться ее языка.
Треск сухой ветки и топот убегающих ног. Юля толкает меня со всей силы.
– Здесь дети кругом, – шипит зло, отталкиваясь от дерева. – О чем ты думал?
– А ты?
Юля зло сверкает в меня глазами. Еще раз дергает замок, на сей раз он ей поддается. Сунув руки в карманы шагает к тропе. Откидываюсь спиной на дерево, к которому только что прижимал ее тело. Теперь я запрокидываю назад голову, готовый выть на луну.
ТОЛЬКО ДЛЯ ЛИЦ СТАРШЕ 18 ЛЕТ. У Элли Джелли выходит история, на которую сегодня последний день действует скидка. Спешите окунуться в мир мрачной романтики по выгодной цене. Вас ждет горячий преступник и своенравный следователь.
Аннотация к книге "Опасная близость "
Есения Веллер знает о зле практически всё. В своей практике она встречала убийц и маньяков разного калибра. Но новое дело ставит её в тупик. Она знает личность маньяка, имеет кипу вещественных доказательств, ей даже известно его местонахождение. Ведь он уже сидит в колонии для пожизненных заключенных, но преступления продолжают совершаться.
Что это? Подстава? Афера? Мистика? Есеня едет в колонию, чтобы провести допрос и знакомится с очень нетипичным преступником. Между ними зарождается странная, эмоциональная и притягательная связь.
https:// /shrt/do93
Глава 32
В темноте вспыхивает пламя зажигалки. Собираюсь прикурить, но сминаю сигарету в пальцах, в несколько движений растирая ее в труху. На языке до сих пор вкус ее губ, острое возбуждение держит в напряжении. Упираюсь лбом в шершавую кору ясеня, считаю до ста.
Ну и чего ты от нее хотел, кретин? Совсем уже головой поехал. Лучше места и времени найти не мог?
Делаю с десяток шагов в направлении лагеря. Под ногой хрустит та самая ветка. Надеюсь, это был не Денис. Ускоряю шаг, а за тем и вовсе перехожу на бег. От лагеря доносятся испуганный визг Мели, громкий крик тренера, и пронзительный Юлин:
– Денис, прекрати! Денис, хватит! Денис!!
Мелька бежит ко мне на встречу, врезается в меня на полном ходу.
– Там! Денис на Никиту набросился, – ее испуганные глаза быстро-быстро моргают. Подхватив ее ладонь быстро иду к резко затихшему лагерю. – Мы играли в Мафию, – Меля спешит подстраиваясь под мой шаг. – Никита подошел к Дену и шепнул ему что-то на ухо. Денис сразу сбил его с ног и начал бить кулаками по лицу, потом прибежала тетя Юля, начала кричать. Иван Романович их еле растянул.
– Что за..? – Юля резко оборачивается на мой голос, выставляет ладонь в мою сторону, чтобы не подходил.
– Я вас!! Да, вы..! – громко кричит Чибуткин глотая ругательства между слов. – Дисквалифицированы оба!!
– Иван Романович, – возмущается кто-то из пацанов. – Ден ведь капитан.
– Нет, у вас больше капитана. Все! Разошлись по палаткам.
– Иван Романович, нас ведь не допустят без двух человек, – нудят пацаны. – Дисквалифицируйте Сергеева, он его спровоцировал.
Бл…ть! Это та заносчивая паскуда подглядывала. Вот же сука…
– Я все сказал! Вернемся в город, буду разговаривать с родителями. Меня достал ваш постоянный срач. Кто-то должен перейти в другую группу или проваливайте оба, – орет тренер на Дениса и второго пацана.
Даже в темноте отчетливо видны их побитые лица. Денис прилично его разукрасил, да и сам получил не хило.
– Что произошло? – все же подхожу к Юле, обрабатывающей перекисью морду обидчика ее сына.
Денис сидит на земле в стороне.
– Максим, не лезь! Лучше уйди, – произносит она и присаживается на корточки перед сыном, смачивает ватный диск перекисью, пытается коснуться ватой его брови, он резко отталкивает ее руку.
– Не трогай меня! – шипит глядя на нее из-под сдвинутых к переносице бровей.
– Сыночек… – она делает вторую попытку, коснуться его лица.
Он подскакивает на ноги.
– Отстань от меня!
– Давайте, я? – Амелия протягивает руку к флакону перекиси, Юля растеряно кладет его на ее ладонь.
– Да, отъе…сь вы все от меня!! – орет он уже на Амелию, резко застегивая одну из палаток изнутри.
Делаю еще один шаг к сникшей Юле.
– Максим, не подходи ко мне, – выставив ладони вперед произносит она. – Ты видишь, что ты натворил… мы натворили, – поправляет себя. – Давай поставим на этом точку, – смотрит на меня не моргая. – Пожалуйста…
***
Октябрь шагнул за середину. Каждый день моросит мерзкий противный дождь. Выглядываю кислотно оранжевый зонт Амелии. Кажется, она единственное яркое пятно в моей жизни.
– Привет, Макс! – Мелька плюхается на сидение, запуская в салон сырой холодный воздух.
– Привет. Ты чего без зонта?
– Я его потеряла, – Меля шмыгает носом, заболевает похоже. – Ты сможешь забрать меня? Темно же. Мы сегодня до восьми.
– Мель, зачем тебе это нужно? Тебе на самом деле интересно или это какой-то новый эксперимент над собой.
– Ну ясное дело, что я не собираюсь заниматься этим вечно. Но еще на один слет обязательно съезжу. Я должна доказать им, что не только краситься умею…
– Мель, команда продула не из-за тебя.
– Я знаю. Они все равно бы не выиграли, когда в команде есть паршивая овца, она не может победить. Хорошо, что эту паршивую овцу выгнали.
– Сам он ушел, никого не выгоняли.
– Откуда ты знаешь?
Отъезжаю от школы, везу Мельку по привычному маршруту.
– Вы общаетесь с…?
– С Денисом? – продолжает она за меня. – Нет… Почти не общаемся. Он больше не капитан. Капитан теперь Кузьмин. Денис появляется через раз. Может вообще скоро бросит. А ты с тетей Юлей?
– Любопытной Варваре…, – щипаю ее за кончик носа.
– Макс, все забылось давно. Позвони ей…
– Не суй свой нос…
– В чужой вопрос, – снова продолжает за меня фразу Меля и закатывает глаза.
Легко сказать, позвони. Я можно сказать пересрал ей отношения с сыном. Того паскудного пацана ни в одну палатку ночевать не пустили, отовсюду вышвыривали его вещи. Мы так и просидели всю ночь на улице. Я под деревом. Он у костра. Меля ночевала в палатке с Юлей. Сказала, что она всю ночь всхлипывала. Как я умудрился все испоганить, за пару минут, до сих пор не пойму? Похоже у меня талант делать женщин несчастными. Я звонил ей несколько раз, пытался поговорить, ноль на массу.
Притормаживаю около входа в спортшколу. Мелька распахивает дверь машины и как кузнечик перескакивая через лужи, забегает на крыльцо. Машет мне, шлет воздушный поцелуй. Здесь ее подождать? Возвращаться на работу уже нет смысла, почти шесть.
В кармане вздрагивает телефон, похоже вернуться все же придется. Удивленно смотрю на дисплей и быстро принимаю звонок. Может что-то случилось.
– Да!
– Здравствуй…
– Привет.
– Максим… – Юля замолкает, тяжело вздыхает. – Максим, ты занят сегодня?
Первый раз слышу от нее подобный вопрос.
– Свободен, до… – собираюсь сказать, что свободен до восьми, но передумываю. Если что, позвоню Ленке, пусть заберет Амелию. – Я абсолютно свободен.
– Можешь подъехать в кофейню…
– Могу, – не дожидаясь адреса выпаливаю я. – У тебя что-то случилось?
– Нет, просто хотела поговорить с тобой кое, о чем… Хотя нет! Максим, я передумала. Извини!
– Подожди! Я приеду.
Юля молчит.
– Говори адрес, я уже в машине.
Юля называет мне адрес кафе рядом с ее работой. Стразу трогаюсь с места. На дорогу уйдет минут двадцать.
Юля сидит у окна в длинном бежевом вязанном платье. Я замечаю ее с улицы. Она смотрит на стол. Мешает ложечкой сахар в чашке. Волосы собраны, несколько прядей, как всегда, выбились из прически. Красивая... Всегда красивая, но сегодня особенно. Как же я соскучился…
На ходу стянув с плеч куртку, опускаюсь на стул напротив нее. Она поднимает на меня взгляд.
– Привет, – еле заметно улыбается одними губами.
– Привет.
Юля снова опускает взгляд.
– Ты голодный?
– Нет.
– Может, хотя бы кофе?
Киваю, жестом подзывая официанта.
– Я тебя слушаю.
Теряюсь в догадках. Пытаюсь что-то прочесть по ее глазам. Но она снова опускает их. Молчит.
– Как твои отношения с сыном? Он остыл? – Юля отрицательно качает головой, поворачивается к окну. – Давай, я все-таки пообщаюсь с ним? Понятно, что тот гадёныш ему сказал, но ведь...
– Нет, Максим не надо. От тебя мне нужно кое-что… другое, – словно запнувшись на последнем слове, закусывает губу.
Официант приносит мой кофе. Делаю глоток, смотрю на нее выжидающе.
– Я хочу ребенка.
Слегка давлюсь горячим напитком, обжигая небо.
– Таааак. Хорошо, – киваю ей.
Не до конца понимаю смысл ее слов, но в душе почему-то ликую.
– В идеале дочку, но я буду рада и еще одному сыну, – снова пауза, – у тебя такие замечательные племянницы, – ее губы растягивает короткая улыбка, глаза загораются теплым светом.
Охерев от того счастья, которое мне неожиданно свалилось на голову, теряюсь не сразу находя, что сказать.
– Я люблю детей, – тянусь к ее руке, улыбаясь как дебил. Она отдергивает свою ладонь, убирая ее со стола.
– Я хочу ребенка, но не хочу отношений.
– Это как?
– Ты мне подходишь, ты: молодой, здоровый, симпатичный, – Юля слегка пожимает плечами, зажмуривается.
– Подожди, я похоже начинаю догонять…
– Максим, мы оба взрослые люди. Конечно ты можешь отказаться, я все пойму. Сразу обозначу, что никаких претензий с моей стороны в будущем не будет. Я сама обеспечу…
– Ты ни с кем меня не перепутала!? – повышаю голос, позабыв, что мы находимся в общественном месте. – Как ты себе это представляешь!?
– Тише, – произносит шепотом.
– Если у меня будет ребенок, то он не будет расти сам по себе.
– Почему, сам по себе?
– Ты себя слышишь? Я сама его обеспечу! Что я за чмо по-твоему?
– Максим, прекрати!
Ее глаза начинает быстро моргать.
– Ты мне в баночку подрочить предлагаешь?
– Можно и по-другому, – она сглатывает, смотрит на меня широко распахнув глаза.
– А Денису ты это как объяснить собираешься? Аист принес! В капусте нашла?
– Это уже моя забота, – опускает она взгляд.
– Знаешь, что? – вздыхаю, ощущая, как начинает гореть за грудиной. – А не пошла бы ты со своим предложением…, – не договорив, поднимаюсь из-за стола, ухожу.
Сажусь в машину, бросаю взгляд на окно. Юля сидит на прежнем месте. Плечи сникли, взгляд перед собой. Моргнув, запоминаю ее тонкий профиль и резко срываюсь с места.
