Текст книги "Разная магия (СИ)"

Автор книги: Марина Добрынина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

– Муж? Забавный персонаж, – сделал вывод Аркадий, – ну с ним и с его дочерью все понятно, а твой муж зачем ломал этого парня?

– Терин Ларрена не ломал, он на него печать собственности накладывал. Это долгая история… короче, Аркадий, давай Катька вернется, и ты к ней будешь с вопросами приставать, она в теме, все тебе расскажет.

– Хорошо, – согласился Аркадий и тут же задал новый вопрос, – а это кто? Бешеная харизма. Твой родственник… да, точно. Сын. Отец Катерины?

– Аркадий, вон смотри, Катька появилась, иди ей допрос устраивай.

– С ней сначала помириться нужно.

– Да вы вроде бы и не ссорились.

– Это что у нас такое? – раздалось позади нас знакомое урчание.

Давненько не слышала я этот ангельский голосок бешеной дочурки Аргвара. И когда только подкрасться успела? Стоит, глазищи эти ее безумные смотрят, будто в никуда, тонкие ноздри раздуваются, как у хищника, почуявшего добычу. Принюхивается к Аркадию.

– Сладкий, – пробормотала эта ненормальная и подошла к Аркадию вплотную, бесстыже прижалась всем телом.

Хотела я пресечь это безобразие, но передумала, поскольку увидела, что к нам уже спешат с двух сторон. С одной – разъяренная Катерина, уже успевшая сменить свои дурацкие шортики-маечку на вполне адекватное платье, с другой – не менее разъяренный Ларрен.

– Веррра! – ревниво прорычал Ларрен, подоспевший первым и схватил свою красотку за руку повыше локтя.

Она с шипением развернулась, впрочем, наткнувшись на его взгляд, как-то сразу затихла.

– Вер? – вопросительно шепнул Ларрен.

Дракониха отрицательно помотала головой, что-то муркнув. То ли просто звук издала, то ли по-драконьи что-то сказала, не знаю. Ларрен обнял ее, крепко прижимая к себе, и обратился к Аркадию:

– Извините. Она не хотела причинить вреда. Вы и есть гость Катерины из другого мира?

– Это мой парень, а твоя чокнутая ящерица чуть не сожрала его! – наконец у Катьки голос прорезался. До этого она деликатно молчала, давая Ларрену возможность усмирить Верлиозию.

– Он же извинился, так что не ори на него, – прошипела дракониха, поворачиваясь к Катерине.

Внучка моя сделала глубокий вздох, собираясь как следует огрызнуться.

– Кать, – Аркадий опустил руку ей на плечо, – не нужно ругаться, девушка мне ничего плохого не сделала.

– Потому что не успела, – проворчала Катерина.

– Я всего лишь хотела попробовать, – пожав плечами, объяснила дракониха и злорадно ухмыльнулась, – вы полагаете, Ллиувердан и Аргвар будут как-то иначе исследовать его необычную магическую силу?

– Это как это? – возмутилась я, – не было такого уговора, что драконы будут от нашего мальчика по кусочку откусывать!

Тут Аркадий, морда эта готская бестолковая, такое отмочил!

– Попробуй.

Вот это заявление! Даже Верлиозия своим ушам не поверила, переспросила:

– Что?

– Попробуй. Мне интересно, как ты это сделаешь.

– Даже не вздумай! – возмутилась Катерина.

– Она ничего плохого не сделает, – вступился Ларрен.

– Тебе-то откуда знать? Думаешь, если у вас с ней роман завязался, ты ее хорошо знаешь? – вызверилась Катька на Ларрена.

– А ты думаешь, что хорошо знаешь его? – нехорошо ухмыляясь, парировала Верлиозия, указав тонким пальчиком на Аркадия.

Верлиозия

Этот маг. Он такой интересный. От него так пахнет. Такой соблазн. Хочу попробовать. Только попробовать, совсем немного. Но мне не дают. Эти две женщины, родственницы Ларрена, пытаются скандалить. Младшая – Катерина, орет на моего мага. Вспоминаю, что я – зло. Возникает желание сделать что-нибудь… Но Ларрен держит меня в объятиях, и это останавливает. Его руки нежно сжимают мои плечи, пальцы тихонько поглаживают, успокаивая.

Проще было бы убить глупую Катерину, которая не понимает, что этот мальчик не нуждается в защите. И что он знает, что делает. Я очень хорошо слышу его мысли. И они обращены ко мне. Ему нравится моя вторая ипостась. Он считает меня красивой. Он восхищается изящным крылатым драконом цвета неба и хочет прикоснуться, почувствовать меня, не меньше, чем я хочу того же по отношению к нему.

Легко высвобождаюсь из объятий Ларрена. Он не сопротивляясь, отпускает. Невольно улыбаюсь. Мой маг доверяет мне. Даже мысли нет, что я сделаю что-то плохое.

Шаг вперед, к необычному магу. Беру его за руку и под испуганный крик Катерины телепортируюсь вместе с ним на берег моря. В мою любимую бухту. Там отпускаю его и сменяю облик.

– Творю мать! – шепчет парень и протягивает ко мне руку.

Наклоняюсь, чтобы он смог дотянуться и провести пальцами по надбровным дугам. Издаю тихую трель, осторожно выдыхаю.

– Твое дыхание пахнет морем.

Смеюсь. У него такая же реакция, как у Адрианы.

– Что смешного? – интересуется он.

– Ты забавный. Наши маги боятся драконов. Их сила для нас еда. Деликатес. А ты не боишься. Ты восхищаешься. Уверен, что я тебе ничего не сделаю?

– Заберешь магию, и я стану обычным человеком, – он пожимает плечами, – да, ты можешь это сделать. Но не станешь.

– Почему? – я заинтересованно склоняю голову на бок.

– Потому что твой маг тебе этого не простит.

– Умный мальчик, – хвалю я и возвращаюсь в человеческий облик, смотрю в его черные глаза, в которых нет ни капли страха.

– Меня зовут Аркадий, – представляется он, намекая, что ему не нравится, когда его называют мальчиком.

– Верлиозия, – в ответ называю свое имя и, напомнив себе в очередной раз, что маги не игрушки, спрашиваю, – можно?

– Давай.

Подхожу ближе, опускаю руки ему на плечи. Он выше меня и потому наклоняет голову, чтобы мне было удобнее. Прижимаюсь губами к его губам.

Мммм… я была права. Он очень вкусный. Урчу от удовольствия. С трудом отстраняюсь. Я как пьяная. Эта сила – она такая необычная на вкус. Я такого никогда не пробовала. Это невероятно. А еще невероятнее то, что он каким-то образом (не так как это делают драконы) попробовал мою силу и теперь стоит не менее обалдевший от ощущений, чем я.

– Верлиозия!

Не спеша, поворачиваюсь на гневный окрик Аргвара и решительно заявляю:

– Ты не будешь его пробовать. И Ллиувердан тоже.

Аргвар недоуменно улыбается и интересуется:

– Почему? Ведь мы именно для того и собрались, чтобы понять, что он из себя представляет.

– Для этого достаточно, чтобы его попробовал один дракон, – возражаю я.

– А ты уверена, что все верно проанализировала? – скептически интересуется Аргвар.

– Да, – вместо меня отвечает Аркадий, – она все правильно сделала. И я был бы благодарен, если бы мы вернулись. Катерина волнуется.

– О да, девочка просто в бешенстве, – довольно мурлычет Аргвар, – надеюсь пока мы тут, Адди успокоит свою подругу. Лио, что ты сделала с Ларреном за эти пять дней? Он сама невозмутимость и у него даже мысли нет, что ты что-нибудь натворишь.

– А разве твоя Адриана тебе не доверяет? – я изображаю удивление.

Аргвар только удивленно качает головой и решает:

– Возвращаемся.

Мы оказываемся в лаборатории Кардагола, я тут же попадаю в объятия Ларрена, который тихо спрашивает:

– Все в порядке?

Киваю и быстро целую своего мага в уголок губ.

– И все-таки мне интересно, что такое между вами произошло, что отношение так изменилось? – мурлычет Аргвар. – Ларрен даже меня готов терпеть ради тебя. Как насчет того, чтобы рассказать нам правду?

– Ты, Арик, не обнаглел ли? – вмешивается Дульсинея. Ей, как любимице Аргвара, позволено обзывать его всякими дурацкими кличками. Его это, кажется, даже забавляет.

– О чем ты, душенька? – игриво косясь на нее, интересуется мой родитель.

– Да все о том же, – воркует княгиня, – вот только посмей воспользоваться этим вашим драконьим заклинанием правды.

– Так тебя же не трону, – кокетливо поглядывая на нее из-под ресниц, оправдывается Аргвар.

– Да уж надеюсь, что не тронешь! – фырчит княгиня, – но и дочку свою с Ларреном тоже не трогай. Мало ли что там за интим у них был, не обязательно тебе или еще кому-то об этом знать. Арик, не ухмыляйся так! Вот зуб даю – сделаешь это, и я тебя неделю любить не буду!

– О, целую неделю, – Аргвар задумчиво закатывает глаза, ухмыляется и сообщает, – для дракона это мгновение. Так что я переживу.

– Не смей! – шиплю я, поспешно выстраивая вокруг нас с Ларреном защиту.

– Арей, не надо! – возмущенно кричит Адриана, которая стоит поблизости, рядом с взволнованной Катериной, судорожно вцепившейся в руку своего Аркадия.

– Вот я кому-то сейчас тапком по морде! – грозит княгиня.

Внимание присутствующих уже давно обращено на нас.

– Не очень хорошая идея, – хмурясь, высказывает свое мнение мой котенок.

– Согласен, – поддерживает его отец, – незачем нам эти подробности. По себе знаю, что ничего приятного от этого заклинания правды не бывает.

– А по мне так очень интересно бывает, – возражает Кардагол и поворачивается к Аргвару, – давай, блондинка, действуй.

Аргвар на подобное обращение брезгливо морщится. Я надеюсь, что сейчас он переключится на ссору с Кардаголом и забудет о своих намерениях, но этого не происходит.

Моя защита отражает первую волну, которая рикошетом попадает в Катерину и Дульсинею, вторая волна пробивает защиту, и я понимаю, что сопротивление бесполезно. Заклинание правды уже опутало нас.

Ларрен протестующее рычит, слишком сильно сжимая мое запястье, и начинает говорить первым. И то, что он рассказывает, явно не радует князя Эрраде. Да только вот остановить Ларрена он не может. Никто не может. Даже Аргвар теперь не в силах это сделать, пока мы все четверо – попавшие под заклинание, не выговоримся.

Эпилог

Высокая, худенькая, но совсем не выглядящая изнеженной, девушка откинула назад светлые волосы и умолкла. Сидящий рядом с ней мужчина улыбнулся и положил ладонь ей на колено таким успокаивающим, собственническим жестом, что всем, даже тем, кто не слышал только что произнесенные речи, стало бы понятно – эти двое вместе. Верлиозия и Ларрен. Дракон и его жертва.

– Как всегда, весьма познавательно! – весело заявил Кардагол, после чего встал со стула и потянулся.

Этот маг всегда имел собственные понятия о приличиях. Впрочем, проживите столько, сколько он, и постарайтесь все это время соответствовать представлениям общества о том, что хорошо, а что плохо. Повелитель времени привык прогибать под себя не только время, но и все, что угодно. Удивительно лишь, что он сохранил в себе мальчишескую любознательность, а вот то, что он стал пакостным и непредсказуемым – очень даже понятно.

– Убью, – устало произнесла княгиня Эрраде – невысокая хрупкая дама с неправильными, но приятными чертами лица.

– Я весь Ваш! – весело отозвался Аргвар – морской дракон. Он в отличие от большинства присутствующих в лаборатории лиц вовсе не выглядел усталым. Напротив, он довольно улыбался, переводя взгляд с одного рассказчика на другого.

– Лио, – мурлыкнул он, – это было так романтично.

Верлиозия мрачно посмотрела на отца, после чего медленно проговорила:

– Дульсинея, если Вы не сможете его убить, дайте знать. Уж я что-нибудь придумаю.

– Я помогу, – тихо произнес Ларрен.

Последовавшее за этой фразой веселое фырканье Аргвара прервал холодный голос князя Эрраде:

– Вы и в самом деле считали, Ларрен, что я отправил Вас на бойню, как бычка? Вы полагаете, что я на это способен?

– Я все сказал, – спокойно отозвался Ларрен, – считаю, что мои пояснения излишни. Но Вас я бы послушал. Объясните мне и всем присутствующим, пожалуйста, зачем Вам понадобилось меня женить и какие такие важные вопросы Вы решали с дриадами? А также, если Вам не трудно, будьте так любезны и скажите мне, наконец, почему именно Верлиозию Вы отправили на поиски Терина, а не его родителей, к примеру, которые вообще не знали о том, что случилось с их ребенком.

– Я не буду столь любезен, – сказал князь. Глаза его так и полыхали негодованием, но голос был спокоен.

Дядя с племянником повернулись друг к другу с такими выражениями на лицах, что присутствующим показалось, будто еще пара секунд, и начнется битва магов.

– Кардагол, друг мой, – насмешливо проговорил король Вальдор, – попроси принести сюда еще чего-нибудь перекусить, ну и сопутствующее ему тоже. Кажется, сейчас некоторые князья случайно попадут под воздействие кое-какого заклинания, перестанут выпендриваться и начнут бодренько рассказывать, что они тут навыдумывали. Да, Терин?

Терин бросил на друга высокомерный взгляд и промолчал.

– К вопросу о птичках, – произнес Кардагол, задумчиво изучая ногти, – я прикрыл перемещения на всякий случай. Так что эти некоторые князья, если захотят смыться, могут немножко побегать ножками по дворцу. А иначе никак.

– Это никого не касается, – по слогам проговорил Терин.

– Даже меня? – удивленно воскликнула княгиня.

– Даже Вас, Дульсинея.

– Офигеть! Я-то тебе, что такое сделала, что ты мне тут выкаешь?! Сам обкосячился по самое не могу, а на меня выкает!

– Так у Вас были какие-то высшие соображения, чтобы вместо широкоохватного поиска, проводимого силами членов Совета, отправить за моим сыном несовершеннолетнего дракона? – прошипела Саффа, и шипение ее прозвучало достаточно зловеще. Так зловеще, что даже Аргвар бросил на Озерную ведьму уважительный взгляд.

– Если Вы не заметили, Саффа, несовершеннолетний дракон справился с задачей.

– Чудом никого не убив, – добавил Лин. – Вы, дорогой отец, кажется, заигрались. Опять какие-то интриги и многоходовки. Могу только поблагодарить, что на месте Ларрена не оказался мой сын. С Вас бы стало и его использовать.

– Ага, а я бы все дела бросил и кинулся жениться непонятно на ком, – проворчал Терин-младший, и, пользуясь тем, что Саффа, наконец, отпустила его руку, переместился поближе к Верлиозии.

– Знал, скотина, к кому с подобным обратиться! – прошипела тем временем Верлиозия.

– Не делай этого, – приказал Аргвар и пояснил для окружающих, – девочка хотела накинуть на него заклинание правды. Но уже передумала. Да, Верлизоия?

– Только попробуй набросить на нее поводок! – зарычал Ларрен.

– А пусть попробует, – подозрительно сладко улыбаясь, предложила Верлиозия, привычным жестом сгребая в объятия подошедшего Терина. Парень извернулся и сел рядом, а не оказался у нее на коленях, как она планировала. Ларрен покосился на их возню и что-то неодобрительно проворчал.

– Спорим, не подеретесь, горячие кирвалионские парни? – вмешалась Дульсинея.

– Это ты сейчас о ком, Дусь? – сделав наивное лицо, поинтересовался ее внук.

– Это я о всех вас, Теринчик, – объяснила княгиня и повернулась к князю, – ну что, любовь моя, не хочешь кратенько рассказать, что все это значит? Или мне помочь нашей бешеной девочке заколдовать тебя? Хотела бы я хоть раз послушать твои откровения. До сих пор ты этой участи успешно избегал.

– Никогда не думала что драконий вариант заклинания правды – это так отвратительно, – поежившись, подала голос Катерина.

– Я хотел убрать с тебя эту дрянь, но она не разрешила, – сообщил Аркадий.

– Кто – она? – заинтересовалась Катерина, обводя мрачным взглядом женскую часть собравшихся.

– Это я, – Ллиувердан подняла руку, как прилежная ученица, и пояснила, – мне было жаль останавливать такое интересное повествование. Ну и к тому же я понятия не имею, как бы повлияло на Катерину снятие этого заклинания. Такое раньше никто не делал.

– Спятили бы оба, и девочка и ее мальчик, – мурлыкнул Аргвар, плавно шагнув поближе к Аркадию, – так как ты меня назвал, сладкий мой? По-твоему я смазливый и… как там еще?

– Отошел бы ты подальше, – холодно посоветовала Катерина.

– Слушай, Арик, и правда, отвали от будущего мужа моей внучки, – влезла меду ними Дульсинея, бесстрашно тыкая дракона тапком в грудь, – давай-давай. Еще на пару шагов назад. Если тебя так интересуют реалии моего мира и того времени, в которое нас занесло, попроси Кардагола и Ллиувердан они тебе устроят путешествие.

– С удовольствием, – заверил Кардагол, посылая Аргвару улыбку доброго крокодила. Ллиувердан согласно закивала.

– Пожалуй, я воздержусь, – мурлыкнул Аргвар, не спеша отступая поближе к Адриане, которая с неодобрением наблюдала за его шалостями.

– Меня радует то, что все так оживились, – спокойно сказал Ларрен, – однако я так и не получил ответ на свой вопрос. Зачем Терин в очередной раз решил меня использовать?

После небольшой паузы Терин Эрраде улыбнулся и сказал:

– Хорошо, я отвечу. Тебя, Ларрен, просто грех не использовать. Ты буквально напрашиваешься на то, чтобы быть орудием в чьих-то руках. Такой ответ тебя устраивает?

– Нет.

– Так что ты от меня хочешь? Да, у меня были планы, связанные с дриадами. Да, я знал, что султан собирается выдать свою дочь за вождя одного из степных племен. Меня это не устраивало. Во-первых, по моим раскладкам, это племя стало бы слишком выделяться. Но это мелочи. Главное, что я имел другие планы на Левинду. Безусловно, больше всего меня интересовали ее сексуальные пристрастия. Да, я сразу собирался отдать ее дриадам. Не получилось. И потому я предложил тебе на ней жениться. Временно. Именно предложил. Никто тебя не заставлял.

– Он хотел тебе понравиться, идиот, – грустно произнес Вальдор.

Терин глянул на него мельком и продолжил:

– Мне нужно было время. Ларрен мне его дал. Кстати, если это кого-то интересует, я ни секунды не сомневался в том, что Верлиозия потребует моего племянника в напарники. Более того, именно поэтому я попросил Аргвара отправить на поиски свою дочь. После рассказа Ларрена, после его прошлого рассказа, я понимал, что он ей симпатизирует, что бы он сам ни считал. И я уверен был в том, что путешествие в обществе влюбленного дракона будет для Ларрена гораздо приятнее необходимости пребывать в обществе супруги, которой он совершенно неинтересен.

– Неужели? – ехидно произнес Кардагол, – А мне отчего-то кажется, что ты просто хотел сохранить пресловутую супругу нетронутой.

Терин-старший сморщил нос и ответил:

– Нет. Дриады не придают этому значения. Кроме того, как все слышали, у Ларрена была возможность исполнить свой супружеский долг. Он сам ей не воспользовался.

Верлиозия склонилась к уху своего мага и что-то шепнула. Тот улыбнулся и пожал ее пальцы.

– Вот сколько живу с тобой, Теринчик, столько тебе и удивляюсь, – проворчала Дульсинея. – Это конечно похвально, что ты устроил Ларику и Лизке увеселительную прогулку, в надежде Ларика порадовать, но…

– Но если бы Терин обратился ко мне, мальчику не пришлось бы три года бродить в облике собаки, – закончил за княгиню Кардагол.

– Даже я не понял, что Верлиозия отправила своего котенка не только в другой мир, но и в другое время, – заметил Аргвар, – думаешь, ты бы понял?

– Блондинка, вообще-то Повелителем времени меня называют не за красивые глаза, – оскалился на дракона Кардагол. Тот в ответ фыркнул и повернулся к нему спиной.

Саффа решительно промаршировала к князю и отвесила ему затрещину. Аргвар развернулся на этот звук в надежде, что оплеуху получил Кардагол, и, поняв, что это не так, разочарованно покачал головой.

– Ну, ты даешь! – Первым нарушил тишину Лин. – Саф, я, конечно, знал, что ты полна сюрпризов, но бить свекра по морде…

– Заслужил! – отрезала Озерная ведьма, – если бы не он, нашему сыну не пришлось бы почти потерять разум в собачьем теле! Если бы этот… этот старый интриган не вздумал заниматься сводничеством и сообщил обо всем Кардаголу…

– Я прошу прощения, – ошарашил всех князь.

– Конец света, – прокомментировала Дульсинея.

– Терин, – обратился князь к внуку, – если бы у меня было хотя бы малейшее подозрение, что ты скакнул во времени, я бы тут же подключил Кардагола. Для меня неожиданность, что Верлиозия может управлять временем.

– Вообще-то она моя дочь, – напомнила Ллиувердан. – Только не говори, что был не в курсе, что управление временем одна из моих способностей.

– Вот зуб даю – сейчас он скажет, что для него неожиданность, что Ларрен не хотел жениться на этой стервозной лесбе, – пробурчала Адриана.

– Я не заставлял его. Я предложил, он не отказался, – напомнил князь.

Ларрен пожал плечами и не стал комментировать. В чем-то князь был прав. Он мог бы отказаться. Только вот каковы были бы последствия отказа, он не представлял даже сейчас, когда почти все прояснилось.

– Так и что же тебе такое пообещали дриады, за то, что ты сохранил для их предводительницы это сокровище? – поинтересовалась Дульсинея.

Князь бросил на супругу полный упрека взгляд, ясно говорящий о том, что он надеялся избежать этого вопроса. Дуся в ответ наградила его своим коронным взглядом клинической идиотки и улыбнулась, ясно давая понять, что отвечать придется здесь и сейчас.

– Звездных пчел, – неохотно ответил князь, надеясь, что на этом допрос закончится.

– Что? – недоуменно буркнула Дульсинея.

– Ого! – выдохнула Катерина.

– Фу, – брезгливо поморщился Аргвар.

– И правда фу, – поддержала его Ллиувердан.

Ларрен взглянул на Верлиозию, ожидая от нее, как от еще одного представителя драконьего племени, такой же реакции, но девушка равнодушно пожала плечами и объяснила:

– Звездные пчелы делают мед. Очень мерзкий на вкус.

– Ну и зачем тебе понадобился невкусный мед? – озадачилась Дульсинея.

– Может быть, он сошел с ума, и его следует ликвидировать? – с надеждой предположила юная дракониха.

– Ага, размечталась! – возмутилась Дульсинея и обратилась к Терину, – давай-ка растолкуй своей необразованной жене, на кой тебе эти твари сдались?

– Это любопытно, – неожиданно заговорил до сих пор молча наблюдавший за происходящим, Аркадий. – Пчелы – это что-то очень важное. И нужное. Не для Вас, князь.

– Не представляю, зачем людям звездные пчелы, – пробурчала Верлиозия и, всем своим видом демонстрируя отсутствие интереса к тому, что скажет столь нелюбимый ею князь, уткнулась носом в шею Ларрена и что-то тихонечко замурлыкала.

Князь недовольно нахмурился, под множеством устремленных на него взглядов, в которых читалось ожидание ответа на вопрос. Ответить было несложно, но это была тайна, не его тайна.

– Мы собрались здесь, чтобы понять природу магии этого молодого человека, – попробовал он сменить тему.

– Хорошая попытка, – со смешинкой в глазах похвалил Аргвар, одаривая князя нежной улыбкой, – но с этим мальчиком мы разобрались в первые минуты нашего пребывания здесь. Верлиозия его попробовала, вы же сами слышали. Вам просто следует спросить у нее. Верлиозия?

– Муррр… хммм… чего тебе?

Дракониха неохотно оторвалась от шеи Ларрена и сверкнула в сторону отца злым взглядом.

– О, если ты так занята, то я могу сам попробовать этого мальчика и просветить собравшихся, – мурлыкнул Аргвар, шагнув в сторону Аркадия.

– Лучше не надо, – посоветовал тот, и все присутствующие волшебники смогли наблюдать то, о чем не раз говорила Дульсинея – как за спиной иномирского уникума концентрируется магическая сила, напоминающая распахнувшиеся черные крылья.

– Прекрасно! – воскликнул Аргвар и, кокетливо склонив голову набок, так чтобы пряди упали на лицо, посмотрел на Аркадия из-под ресниц. – Я хочу прикоснуться.

– Хотеть не вредно! – отрезала Катерина, подавляя непреодолимое желание пристукнуть чем-нибудь тяжелым муженька своей подруги детства.

– Я только потрогаю, – жалобно надув губы, протянул Аргвар, – ну можно? Ну, пожалуйстаааа!

– Арей, кончай дурить! – прикрикнула Адриана.

Дракон пожал плечами и сменил манеру поведения:

– У его силы интересная структура. Напоминает мне кое-что, и если бы я мог прикоснуться, то, возможно, понял бы и сказал точнее.

– Не трудись, – Верлиозия, наконец, решила вмешаться, – ты совершенно прав, эта сила идентична силе болотной виверны. Только на несколько порядков слабее. Для человека достаточно, больше он бы не выдержал. Аркадий, расслабься и закрой каналы, у тебя от этого идет большой расход энергии.

Гот проворчал, что постарается, недобро покосился на Аргвара, но все же последовал совету драконихи и "сложил крылья".

– Вообще-то, он мой ученик! – ревниво напомнила Ллиувердан и восхищенно хлопнула в ладоши, – кто бы мог подумать, я буду учить мальчика с силой болотной виверны! Вы вообще знаете, кто такие виверны? Это наши родичи, они давно вымерли. Дольше всех с нами оставались болотные, но и они постепенно исчезли. Это просто чудо – через столько лет найти мальчика с такой силой!

– И вам даже не интересно, каким образом она оказалась у человека? – удивилась Дульсинея.

– Надо полагать, перешла естественным путем, – пожав плечами, отвечал Аргвар и пояснил для, недоуменно хлопнувшей ресницами, Дульсинеи, – ну там генетика и все такое.

– Но он человек! – воскликнула Катерина и неуверенно взглянула на своего почти жениха, готовясь к тому, что сейчас выяснится что он все-таки не человек.

– Человек, не переживай, – успокоила Ллиувердан, – виверны были ближе к людям и могли иметь с ними потомство. От таких союзов рождались сильные маги-люди, но никогда не получалось виверн-полукровок.

– Последняя болотная виверна покинула мир драконов восемь тысяч лет назад, тщательно заметая за собой следы, – решил посвятить общество в подробности драконьей истории Аргвар, – возможно она ушла в мир, где родилась Дульсинея и осталась там. Завела семью.

– Моя мама утверждала, что ее прапрапрабабушка была драконом, – неуверенно произнесла Саффа, более внимательно вглядываясь в Аркадия. – Вряд ли она знала разницу между виверной и драконом. У мамы был брат. Я никогда его не видела, он пропал до моего рождения. Может быть, он не умер, как считала мама, а женился и…

– Установить, есть ли между вами родство не так сложно, – перебила Ллиувердан. – Собственно, пока ты рассуждала, я это сделала. Твои предположения совершенно правильные, Саффочка. Однако в тебе нет ни капли магии виверн.

– Генетика, дорогуша, странная штука, – вмешался Аргвар. – Гены могут проявляться через поколение или быть вовсе утрачены в каком-то из ответвлений рода. Полагаю, так получилось в случае с Саффой. Она не является носителем нужного гена, следовательно, ни ее дети, ни их потомки не имеют шансов получить силу болотных виверн. Но в случае скрещивания с этим мальчиком, девяносто девять процентов из ста, что один из детей унаследует этот дар. А если тебя, Аркадий, скрестить с драконом, то…

– Я тебя самого под дракона подложу! – разозлилась Катерина.

– Вообще-то я женат, – напомнил Аргвар, не скрывая усмешки, – и имелась в виду девушка дракон. Не понимаю, что в моих словах навело тебя на иные мысли?

– Так ты и навел, – отвечала за внучку Дульсинея, – ведешь себя, как не знаю кто. И я вот по твоей хитрой роже вижу, что ты что-то задумал. Так вот, даже и не мечтай подсунуть Аркадию какую-нибудь драконью девку!

– И в мыслях не было, – заверил Аргвар, всем своим видом демонстрируя полную невиновность.

Верлиозия ухмыльнулась, наклонилась к Ларрену и, не особо стараясь, чтобы ее не услышали, прошептала:

– Полагаю, этой драконьей девкой была бы я… хм, это было бы интересно.

– Веррра!

– Ларр? – в глазах драконихи плясали смешинки. – Ревнуешь?

– Дура малолетняя, – проворчал Ларрен, убирая упавшие ей на лицо пряди волос.

– Дети, – умиленно прокомментировал Аргвар и одарил князя сладкой улыбочкой, – итак, насчет Аркадия мы все выяснили. Теперь вернемся к нашим баранам… то есть пчелам. Вы же не против, Терин?

Последнее предложение дракон, соскучившись вести себя нормально, проговорил со страстным придыханием, обласкав князя нежным взглядом. Тот в свою очередь покосился на него и на всякий случай сделал шаг в сторону, поближе к супруге. Та ехидно хихикнула, взяла свое сокровище под руку и показала Аргвару язык.

– Еще одно дитё, – пробормотал дракон, картинно закатывая глаза.

– Так что там с пчелами, счастье мое? – напомнила княгиня и довольно-таки ощутимо ткнула князя локтем в бок.

– Ээээ, – вдруг протянула Катерина, глядя на деда с каким-то боязливым удивлением, – я надеюсь, это не то, о чем я сейчас подумала?

Терин-старший покосился в сторону внучки и вздохнул.

– И о чем же ты, деточка, подумала? – осведомился Аргвар.

– Терин! – воскликнул Кардагол, – но тебе-то это зачем?

– Не Вашего ума дело, – "любезно" отозвался князь, – а ты, Катерина, вообще могла бы помолчать. Особенно учитывая то, что тебя это не касается.

– А кого ж это касается, душа моя? – поинтересовалась Дульсинея. На лице ее начало проявляться подозрительное такое выражение.

– Мед звездных пчел используется в одном редком составе в качестве основного ингредиента, – начала, было, Катерина, но Терин резко ее одернул:

– Замолчи!

– Это касается…. – заговорил Аркадий, но тоже был прерван. На сей раз Кардаголом, который с досадой в голосе воскликнул:

– Терин! Перестань вести себя, как идиот! Ты не на сельской вечеринке. Нечего было раззадоривать любопытство среди коллег, а потом начинать темнить. Мед звездных пчел используют для того, объясняю это тем, кто не в курсе, чтобы пожилой человек имел возможность зачать и родить ребенка! Я надеюсь, что все присутствующие знают, что после достижения определенного возраста, омолаживайся ты или нет, это невозможно? Ну, за исключением некоторых особенно одаренных личностей.

– Я не хочу детей! – испуганно пискнула Дуся и отодвинулась от супруга.

Лицо князя превратилось в каменную маску.

– Я хочу, – вдруг грустно произнес Вальдор, – И Аннет.

– Папа! – выкрикнула Ханна, – Зачем?!

– Я устал, – проговорил Вальдор все с той же тоской в голосе, – я хочу на покой. Но мне некому передать престол.

– Но Деларон, но Аннеточка! Но Адриана, в конце концов!

– Адриана, это, конечно, хорошо, – вздохнул король Арвалии, – только не вернется она, чтобы править. А близнецы… Прости, дочка, дурные они у тебя какие-то вышли. Я им корону не отдам.

– Кир, ну объясни ему! – с нажимом в голосе произнесла Ханна.

Кирдык помотал головой и сообщил:

– Я твоему отцу не указ.

– Но он же не прав!

– Э… возможно.

– Так ты… так я… ради… – забормотал Ларрен. Его глаза, устремленные на Терина-старшего, выражали полнейшую растерянность.

– Вальдор ничего не знал, – отрезал князь, – ни про пчел, ни про дриад. Он пришел ко мне с проблемой. Я обещал помочь. Это – единственный известный мне способ. И я ни о чем не сожалею.

В комнате повисла напряженная тишина. Минуты три спустя она была нарушена сообщением Аркадия:

– А ведь может получиться. И ведь родится та…

– Заткнись! – рявкнул Мерлин-старший – трезвый в связи с присутствием рядом Миларки и потому довольно-таки агрессивный, – натащили, понимаешь, в наш мир молокососов-самоучек! А ты никогда не думал о том, что, озвучивая будущие события, ты их меняешь? А?!

– Я не…

– Вот и не! Не твое это собачье дело, кто там у них родится! А ты, Терин! Ты! Нет, я понимаю, что ради друга ты ввязался в авантюру, но так подставлять своих родственников! И еще ввязывать в это меня!

– Я не подставлял! – возмутился Терин, чье спокойствие (и это уже не исправить) легко всегда могли нарушить лишь два человека – Дуся и Мерлин. Признаться честно, Мерлину это всегда удавалось проще. Казалось порою, что у князя прямо-таки аллергическая реакция на деда своей жены. Отчего, интересно? Ведь те двое похожи.