Текст книги "Запретная. Враг отца (СИ)"
Автор книги: Марианна Кисс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
21
Давид
Спускаюсь вниз за тачкой. По дороге позвонил нескольким знающим людям. Всего несколько звонков и я уже в курсе о том, куда делась моя Софья.
Алексей Вельский решил попиариться. Он же падла в политику рвётся и Софья нужна ему как красивая картинка. Очень умно, но также и глупо. Какой смысл забирать девчонку насильно, когда можно найти кого-то, кто за его бабки сыграет ему такую невесту, похлеще Софьи будет. Подозреваю дело здесь совсем не в том, что ему нужен кто-то, а в том, что ему нужна конкретно Софья. На моё губу раскатал.
Хреново дело. Потому что мне она теперь тоже очень нужна, а значит, никому из нас не будет легко.
Сел в тачку и поехал туда, где точно знаю, будет сегодня Вельский, уверен он и Софью притащит.
Софья
Шикарное вечернее платье алого цвета с огромным вырезом посередине груди. Такое впечатление, что вся моя грудь наружу. Хватаюсь пальцами за струящуюся ткань, пытаюсь удержать её на месте, чтобы не ёрзала по телу.
Алексей в блестящем фраке сидит рядом на заднем сидении автомобиля. На меня не смотрит, всю дорогу разговаривает по телефону. Отстранённый и деловой. Я для него только средство показать статус, не более того.
Неприятное ощущение, которое вроде бы только недавно прошло, снова вернулась.
Опять – чья-то вещь.
Легче было стать шлюхой, всё равно такой сделали. Кому-то что-то постоянно должна. Почему? Потому что я играю на фортепиано?
Столько лет я училась музыке, была свободна и счастлива. Всегда думала, что музыка даёт самую настоящую свободу. Если бы я не играла, возможно, меня не стали бы передавать из рук в руки, как переходящий кубок.
Снова заточена в своеобразной тюрьме. И снова у меня имеется хозяин. А я, словно дрессированная собачка, должна развлекать публику. Вот кто я.
В большом зале набилось много народу. Я так поняла это весь городской политический бомонд. Важные люди. И хоть я давно привыкла подобным мероприятиям, сегодняшнее кажется самым худшим из них. Не удивлюсь, когда мой новый хозяин, Алексей Вельский начнёт представлять меня, вместо моего отца. И будет всё как всегда. Вот для чего я училась столько лет, чтобы веселить публику.
Алексей ни на шаг не отпускает меня от себя. Постоянно держит за руку, обнимает за талию или за плечо. Таскает меня за собой по залу, со всеми знакомит.
– Хочу представить вам мою невесту – Софью Оравину, – и потом снова, – Хочу представить вам свою невесту – Софью Оравину.
Повторяет и повторяет.
Вежливо улыбаюсь, киваю, делаю вид, будто влюблена и счастлива. Не знаю, насколько хорошо у меня это получается.
Я влюблена, конечно, влюблена, но только не в человека, который стоит рядом со мной и называет меня своей невестой.
Со скучающим видом ввожу взглядом по залу… и вдруг показалось, в дальнем углу заметила Давида. Взгляд мой скользнул, вернулся, но Давида уже не было.
Показалось. Теперь он мне всегда и везде будет мерещиться.
Приём уже подходил к своему пику, когда я снова повернулась и увидела Давида. Теперь точно поняла, это он стоит и смотрит сквозь толпу прямо на меня. Взгляд мой загорелся искрами пламени, засиял. Я хотела улыбнуться…
– Что ты там увидела? – Алексей дёрнул меня за плечо и посмотрел в ту сторону, но Давида там уже не оказалось. – Кого ты высматриваешь? – подозрительно прищурился Вельский. – Нечаева здесь точно не будет, я предупредил охрану на входе, чтобы, если появится, его сюда не впускали.
– Я увидела знакомую, это что, так странно или запрещено? Ты один тут всех знаешь? – отвечаю дерзко.
– Хорошо если знакомую, а не знакомого, – скривился он недовольно.
Удивительно, как его красивое лицо стало почти безобразным.
– Пошли, представлю тебя заместителю министра, – тянет дальше.
– Ты думаешь, мне это надо?
– Достаточно того, что это нужно мне. Ещё раз напоминаю, будь любезна, веди себя, как должна вести себя моя невеста, – злобно посмотрел.
– А как она должна себя вести?
– Я должен тебя научить? – в глазах его нехороший блеск, я представила что будет, когда мы вернёмся в его дом. Стало реально страшно.
– Хорошо пойдём, представишь меня премьер-министру, – попыталась свести всё в шутку.
– Так бы и давно, – он удовлетворённо хмыкнул и снова потянул меня сквозь толпу.
Потом были ещё знакомства. Чувствую себя усталой. Как будто бежала несколько километров марафона. Ещё эти туфли на каблуках.
– Скоро тебя объявят, сыграешь что-нибудь для народа, – Алексей держит в руке бокал с шампанским.
– Это обязательно? – я недовольно сощурилась.
– Это – часть сделки. Ты будешь играть тогда, когда я об этом прошу.
– Нашёл себе бесплатную пианистку?
– Ну, почему же, я готов заплатить. Сегодня ночью ты получишь достойную оплату своего труда, – мерзкая улыбка на его губах заставила меня содрогнуться.
Вот когда поджилки действительно затряслись. Его намёк заставил ум работать в усиленном режиме.
Где Давид? Если он здесь, то почему ничего не делает, не спасает меня от этого ужасного человека?
И вообще, будет ли он меня спасать, это ещё вопрос.
– Ладно, могу и сыграть, не впервой. Я могу хотя бы сходить в дамскую комнату? Мы уже 2 часа здесь ходим, – жалостливо почти простонала.
– Можешь, – Алексей кивнул кому-то у входа и отпустил мою руку, – иди и не задерживайся. Через 10 минут будешь играть для этих всех людей.
– Ладно, – я согласно кивнула, довольная уже тому, что он меня отпустил.
Прошла к выходу. В холе осмотрелась и направилась к дамским комнатам, краем глаза глядя на последующего за мной мужчину. Перед дверью я остановилась, с вызовом на него посмотрела.
– Может и в туалет меня проводишь?
Он остановился у двери, встал в позу ожидания.
Я вошла, закрыла за собой дверь и сразу кинулась осматривать помещение туалета на наличие окон.
Ещё не знаю как, но я должна выбраться отсюда прямо сейчас. Вспомнила, как выбиралась из квартиры Давида. Окон тут нет, зато есть вентиляционная шахта и мне придётся лезть в неё. Что за любовь у меня к вентиляционным шахтам? Или это просто такое невезение.
Вдруг послышался какой-то шум. За дверью что-то стукнуло, она распахнулась, на пороге – Давид.
– Уходим, – он протянул руку, я радостно схватилась за неё, переступила через лежащего возле двери охранника, и мы бросились бежать вглубь коридора в сторону противоположную зала, где проходит приём.
22
Софья
Выскочили из здания, в сторону от общей стоянки. Куда-то в темноту, где в подворотне стоит машина Давида.
– Быстро садись! – крикнул он, постоянно оборачиваясь.
Я тоже обернулась и увидела силуэты мужчин, которые выскочили из здания и направились в нашу сторону. И они совсем не прогуливаются, а бегут. Понятное дело за кем – за нами.
– Садись, – поторопил Давид, открывая дверь, я поскорее села и снова повернула голову.
Считанные секунды и нас догонят, поймают, меня заберут, а Давида… даже не хочу думать.
– Пожалуйста, быстрее, – прошептала, когда Давид заскочил на подножку, крутанул ключ и выжал педаль.
Машина рванулась с места, как раз в тот момент, когда первый охранник подбежал и ударил по тому стеклу, за которым я сижу. Испуганно отпрянула от окна, но мужчина стукнул не так сильно, чтобы оно разбилось.
За секунду мы отъехали на достаточное расстояние, чтобы человек не смог догнать. Но они ведь могут сейчас сесть в машины и броситься вдогонку за нами. Все эти страхи крутятся в моей голове, подливая масла в огонь.
– Пристегнись! – выкрикнул Давид, увеличивая скорость.
Я схватилась за ремень безопасности, перетянула через себя. Дрожащими руками пытаюсь попасть в пазы, не получается. Давид повернулся, в темноте его глаза блестят нездоровым блеском, схватил за ремень и сунул куда нужно.
– Кажется, никто за нами не едет, – обернулась я, посмотрела на дорогу.
Там где-то далеко сверкают фары машин, явно посторонних людей просто куда-то едущих.
– Нужно перестраховаться.
– Куда мы?
– Знаю одну гостиницу за городом. Там переночуем, а утром уедем из города.
– Почему утром, поехали сейчас, – я испуганно нахмурилась.
– Без документов мы не сможем уехать далеко, а твои документы остались в квартире.
– А ты не думаешь, что как раз там они нас и ждут.
– Думаю, но можно что-то придумать, чтобы отвлечь. Это ведь лучше, чем ехать без документов. Завтра я всё сделаю. Можешь об этом не беспокоиться, считай, что документы уже у нас.
– Алексей Вельский очень опасный человек, он сказал, что убьёт тебя, если я не…
– Выйдешь за него замуж?
– Угу, – повела плечами, как-то холодно стало.
Давид заметил, включил обогрев, покосился на вырез платья.
– Это он заставил меня надеть, – я взялась за ткань и свела на груди.
– Мне нравится, – оторвал взгляд от моей груди и снова смотрит на дорогу.
Мы ехали ещё около получаса, прежде чем показалось отдельно стоящее трёхэтажное здание с горящей желтым неоном надписью – Отель.
Давид
Мы поселились в отеле на окраине города. По моим документам, которые я всегда ношу с собой.
Вошли в номер. Софья впереди, я остановился в проёме. Сморю на стройную фигуру. На оголенную до половины спину, опустил взгляд на невероятно аппетитную задницу. Сейчас бы нагнуть малышку… да некогда.
– Я поеду, достану твой паспорт, – говорю, двигая скулами.
Очень хочется никуда не ехать.
– Нет! – Софья резко повернулась, – я не останусь тут одна.
– По другому не получится, малыш, – стою на месте, понимаю, если подойду к ней сейчас, то потеряю время, много времени. – Завтра с утра купим тебе другую одежду, а сейчас нужно ехать за паспортом, иначе не получится.
– Пожалуйста, – она подошла очень близко, смотрит снизу вверх.
Как же хочется… уже и член дернулся от предвкушения… придётся ему подождать.
– Нам нужно сваливать из города, ты это понимаешь? – смотрю в её наполняющиеся слезами глаза.
– Я боюсь остаться без тебя, – кладёт ладони мне на грудь, я накрываю их своими.
– Не останешься. Завтра мы будем вместе, всегда, неразлучно… но сейчас я должен идти.
– А если ты не вернёшься? – слеза покатилась по её щеке.
– Я вернусь. Верь в то, что я вернусь.
– А если нет? – закусывает губу, хочется склониться, обхватит губами эти маленькие, розовые губы… не могу.
– Давай договоримся, если до завтра до 12 я не вернусь – ты звонишь своему отцу.
– Я хочу пойти с тобой.
– Ты понимаешь, тогда у меня будут скованны руки. Так, я знаю, что ты в безопасности, а так, я буду всё время думать, чтобы тебя не забрали. Я должен пойти сам, малыш, – трогаю пальцами её подбородок.
– Ладно. Я понимаю. Хорошо. Я буду ждать тебя здесь, – строго кивает, словно всё поняла.
– И если я не приду, завтра в 12 ты позвонишь отцу.
– Я позвоню отцу.
– Обещай мне, – оттираю слёзы с её щёк.
– Обещаю.
– Всё. Закрой дверь и никому не открывай, ни под каким предлогом. Ложись спать. Когда ты проснёшься, я уже буду здесь.
– Хорошо, – кивает, веря в то, что так и будет.
Я склонился и поцеловал её в губы. Мягко коснулся и отпустил. Если я позволю себе сейчас другой поцелуй… лучше не позволять.
– Всё, закрывайся, – я легонько толкнул её и вышел за дверь. Щёлкнул замок, я начал спускаться по лестнице.
Через полчаса остановился на дороге, не заезжая на стоянку возле своего дома. Просканировал взглядом территорию возле здания. Хрен поймешь, чьи тут стоят машины, главное – на наличие движения.
Действительно, у самого входа стоит тачка, водитель которой сидит внутри.
По мою душу.
Значит, главный вход отменяется.
Прошел к одному из запасных входов, там стоит человек в черном.
– Твою мать, – я выругался.
В подземный паркинг спускаться тоже думаю бессмысленно. Окружили со всех сторон. Но можно попытаться хотя бы кого-то из них вырубить на время. По-другому никак не проникнуть в здание.
Пошел обходить, чтобы пройти в здание через подземную парковку. Нырнул под шлагбаум, озираясь и просматривая территорию. Пока никого.
Внутри иду медленно, по возможности бесшумно, крадусь осторожно, в тоже время тороплюсь. Не хочется оказаться в ловушке, а это место как раз такое. Замкнутое пространство, где, при желании, можно будет меня поймать.
Единственное на что надеюсь, что Вельский это всё-таки не полиция, а Чоповцы не всегда соображают как надо.
Прошел по минус первому этажу – никого. Если и есть тут кто-то, то они хорошо прячутся. Добрался до двери лифта, ещё раз осмотрел всё вокруг. Никого.
Поленились сюда спуститься идиоты. Смотрят, не въедет ли машина, а вот войдёт ли человек, не удосужились проконтролировать. Им же хуже.
Нажал кнопку лифта, лампочка загорелась… и в этот момент я услышал шум мотора въезжающего в паркинг автомобиля. Пару раз нервно нажал на кнопку, чтобы поторопить лифт. Бессмысленно, но мало ли.
Авто медленно въезжает, словно то кто сидит за рулём никуда не торопится, тщательно осматривает территорию. И это не очень хороший знак.
Показался чёрный капот, затем водительская дверь… машина остановилась, водитель повернул голову, глянул на меня, выпучил глаза и стремительно выскочил из машины… не ожидал меня тут увидеть.
Сука!
Но это никак не помогает мне!
Чертов лифт!
Суетливо жму кнопку, пока гражданин в черном бежит в мою сторону. Каких-то десять метров… дверь открывается, я заскакиваю в лифт, давлю на кнопку вверх. Дверь медленно начинает закрываться… смотрю на несущегося на меня человека.
– Стоять! Сука! – он протягивает руку.
Дверь захлопывается буквально в паре сантиметров от его пальцев.
Лифт поехал вверх.
23
Давид
– Мать твою, – удивлённо смотрю на дверь.
Ещё немного и этот злобный мужик вошел бы в лифт.
Я подтянулся, консолидировал в себе все своих физические способности, понимая, что удача не всегда будет мне сегодня сопутствовать.
Двери лифта открылись, я глянул на цифру – 39 этаж. Нажимаю на 41, умом понимая, там сейчас точно кто-то есть. А у меня выбора нет. Тут нет чёртовых пожарных лестниц за окном. В свою квартиру я могу попасть, только войдя в дверь. И выйти могу так же. Никак иначе.
Значит, придётся драться. Надеюсь, моя мотивация окажется сильнее, чем мотивация какого-то охранника. И надеюсь, я никого сегодня не убью.
Достал из кармана электронный ключ, крепко сжал в руке.
41 этаж. Мой.
Дверь бесшумно открылась. На всякий я случай пригнулся и выскочил из лифта почти на карачках. Обернулся – Никого. Зато где-то уже слышны торопливые шаги нескольких пар ног.
Кидаюсь к своей двери, прикладываю ключ, дверь щёлкает, открывается. Я вваливаюсь в тёмную квартиру, и с силой нажимаю на дверь. Она захлопывается как раз в тот момент, когда кто-то с силой по ней ударяет.
– Пронесло, – проговорил, поворачиваясь и осматривая тёмную квартиру на наличие кого бы то ни было. Но тут всё тихо. И если в темноте кто-то прячется, то пока не выказывает себя.
– Нечаев, открой дверь! – послышалось из-за входной двери.
– Ага, щас! – весело отвечаю, сюда войти они точно не смогут.
Дверь бронированная, выбить её невозможно, только выпилить полностью.
Ну и кто это будет делать. Только полиция имеет право на такие фокусы, а те, кто за мной гонятся совсем не из полиции.
И если они меня поймают, даже не знаю что сделают. Поэтому, нужно спешить. Что-то придумать. Я нажал на кнопку домофона, загорелся экран, показывая стоящих по ту сторону двоих человек в черных костюмах.
– Так, – повернулся, глянул на сумку всё ещё лежащую возле дивана в гостиной.
Сумка Софьи. Когда Софью забрали они не взяли её сумку, а в ней был её паспорт. Странно, что за эти дни никто о нём не вспомнил.
Подошел, открыл, порылся, достал паспорт. Поддел пальцем кружевные белые трусики, усмехнулся, сжал их в кулаке и сунул в карман.
Оттолкнул сумку. Суетливо осмотрелся. На кухонной стойке в подставке для ножей достал самый большой тесак, покрутил его в руке, помахал.
Нет, не годится. Что же я мясник какой-то.
Шокер остался в машине. А травмат, тоже уголовно наказуем.
Придётся взять его, вдруг придётся бороться не на жизнь, а на смерть. Сгодится. Открыл ящик, достал пистолет, сунул в задний карман джинс. Потрогал любовно ещё два ствола, по случаю приобретённые, как раз вот для такого момента.
Не стал их брать. Я тут им что в перестрелки буду играть. У нас ведь не мафиозные разборки. И я не собираюсь снова на зону. Поэтому и стрелять не собираюсь. Чисто попугать.
Всё-таки нужно было взять шокер в машине. Ладно уже. Задвинул шкаф пошел к выходу. Спустился. В экране домофона всё так же два бойца. И что-то подсказывает, никуда они не уйдут. Если только со мной.
Значит, придётся открывать дверь и стрелять в воздух. Другого выхода не вижу, только дать бой.
Я достал пистолет, притаился у двери, внимательно разглядываю позы мужиков. Скользнул взглядом по тёмной квартире и… резко вспоминаю про то, как Софья выбралась отсюда по вентиляционной шахте.
– Так, – я направился в кухню.
Глянул на зарешеченное отверстие. Судя по размеру, ширина моих плеч должна вместиться.
Не раздумывая больше ни секунды, влез на столешницу. Быстро открутил ножом удерживающие решётку болтики. Оценил пространство, в которое намереваюсь сейчас залезть. Отлично, подпрыгнул и лёг животом в пыльной вентиляционной шахте.
– Ёп твою мать, – закряхтел, подтягиваясь, – чтоб я так жил, – торопливо заскользил, собирая на свою одежду жирные осадки.
Интуитивно понимаю, в какую сторону ползу. Два плавных спуска и один не плавный. Пришлось практически вниз головой нырять. Хорошо оказалось не высоко. Вскоре я очутился напротив решётки в чью-то освещённую кухню. Ударом ноги выбил решётку и выбрался на белую столешницу.
– Вы кто? – у проёма появилась женщина, – А… я вас помню. Только почему вы постоянно ходите через вентиляцию, у вас что, нет дверей?
– Прошу прощения, дверь заклинило, пришлось выбираться так, – говорю, отряхивая налипшую пыль.
– Это что, если у меня заклинит дверь, я должна буду лезть в вентиляцию? Говорила дочери, не покупай квартиру так высоко, – сокрушается дамочка.
– Где у вас тут выход?
– Вон там, – указала она.
– Спасибо. Простите, я пришлю вам рабочих, чтобы заменили решётку.
– Нужно, наверное, сделать её стальной, чтобы никто больше отсюда не вылез, – хмурится.
– Хорошая идея, – киваю, подходя к входной двери, останавливаясь и прислушиваясь.
Судя по тем спускам, которые я преодолел, сейчас я на 40 или 39 этаже. А значит, тут меня никто не ждёт. Повернул замок и приоткрыл дверь. Никого. Выскользнул в коридор.
– Спасибо, – сказал подошедшей хозяйке квартиры.
– Обращайтесь, – кивнула она.
Я двинулся по коридору в сторону пожарной лестницы.
Пока те придурки ждут меня у дверей моей квартиры, надеюсь свалить из здания практически незамеченным.
Так и получилось. Осторожно преодолевая отрезок за отрезком, перебежками, наконец, спустился в главный холл.
Выходить из парадного, равносильно выйти в руки своих преследователей. Направился к лестнице черного входа. Насколько помню, там стоит один охранник. Справиться с одним будет легче, чем с двумя-тремя.
Повернулся, за угол, в сторону от главного холла. Лестничный пролёт. Прислушиваясь, остановился у массивной двери. Эта игра в «кошки мышки» начинает нравиться.
Или лучше назовём её – «поймай меня, если сможешь».
Я покривил губы в улыбке. Что сейчас будет, даже не представляю. Надеюсь, я его не убью, и он меня тоже не убьёт.
Резко толкнул дверь, вытянув вперёд руку с пистолетом.
Тихо. Пусто. Никого.
Что блядь за охранники, бросили пост, чтобы гоняться за иллюзорным человеком по огромному зданию.
Ну, мне это сейчас как раз кстати. Я пробежал кусок до своей машины. Никого не встретив на своём пути. Вот идиоты.
Довольный сел за руль, глянул на главный вход, где до сих пор стоит машина и сидит человек.
– Ждите дальше, придурки, – усмехнулся и нажал педаль газа.
Софья
Когда он ушел, я закрыла дверь на замок. Давид забрал с собой ключ от номера, сказал, чтобы я ложилась спать.
А как я могу лечь спать, когда каждую минуту видится, как его хватают, забирает полиция и сажают в тюрьму.
Я прошла по номеру. Села на кровать, посидела немного и поняла, если буду так сидеть, к утру точно не отдохну. Уже глубокая ночь, а завтра непредсказуемый день. Нужно ложиться, но тревога за Давида не даёт сосредоточиться.
Наконец, я легла, положила голову на подушку. Взяла другую, обхватила двумя руками, прижала к себе, словно защищаясь или согревая кого-то. Представляя, не пройдёт и часа, как Давид вернётся, и обнимет меня вот так.
Я закрыла глаза и заснула…
Во сне чувствую, кто-то меня обнимает. Всем телом, прижимается сзади. Обнимает меня сильными руками. Но я не могу открыть глаза. Слишком сильно устала. Я знаю, рядом Давид и мне этого уже достаточно. Главное, что он рядом со мной, всё остальное неважно…
Открыла глаза. В комнате уже светло. Давид спит рядом, обнимая меня во сне. Боюсь пошевелиться, спугнуть его сон.
Одета всё ещё в красное платье. Так в нём и уснула. Переодеться было не во что.
Полежала немного, подождала. Но видимо Давид сейчас не проснётся. Полночи ему пришлось добывать мой паспорт. Получилось ли – расскажет когда проснётся.
Я осторожно пошевелилась, сдвинулась с места, попыталась выскользнуть из-под тяжелой руки. Медленно приподнялась… но крепкая ладонь тут же схватила и прижала меня обратно к мужскому телу.
– Куда пошла? – прохрипел возле уха.
Я улыбнулась, немного повернула голову. Не вижу лица Давида, да это и не обязательно, главное ведь то, что я чувствую. А чувствую его член, пока ещё под одеждой, но это ненадолго.
– Ты не спишь? – спрашиваю осторожно, как будто сама не знаю, что уже не спит.
– Нет. Я думал ты спишь, не хотел тебя будить.
– А я тебя не хотела будить.
– Отлично, никто никого не хотел будить. А надо, – он развернул меня к себе лицом, подмял под себя, навалился сверху, – значит… раз все проснулись… – глядя в глаза, стягивает с моих плеч платье.
– Ты нашел мой паспорт? – пытаюсь удержать бретель.
– Конечно, нашел. Чего его искать, он в сумке лежал. Там ещё кое-что лежало, – он потянулся к карману, достал оттуда… мои кружевные трусики, – вот, взял на память.
– Зачем? Я же с тобой.
– А вдруг это ненадолго. Пока не уедем отсюда, ни в чём нельзя быть уверенным, – теперь уже, не церемонясь, раздевает меня, привстаёт, стягивает платье с моих бёдер. Остаюсь в одних трусиках.
Давид очень внимательно рассматривает моё тело.
– Тогда давай уедем, зачем тянуть время? – прикрываю ладонями грудь.
Он отодвигает мои ладони и качает головой.
– Успеем, – говорит задумчиво, становится на колени, зажав мои бёдра между своих ног, стягивает с себя футболку. Оголяет рельефы тугих мышц. Расстёгивает джинсы. – Куда торопиться, тут нас не найдут.
Мой взгляд опускается с груди Давида на его торс.
Мужская ладонь ложится на мою грудь, сжимает.
– Я хочу поскорее уехать, – чувственно выгибаюсь от этих касаний.
Давид склоняется, трогает губами сосок. По моему телу пробегает лёгкая волна дрожи. Теперь и сама не хочу уходить прямо сейчас. Он меня убедил, что можно не торопиться.
Уверенным движением суёт пальцы между моих ног. Я пытаюсь сильнее сжать их, не получается. Схватилась за ладонь Давида, но останавливать её бессмысленно, она легко протискивается.
Хочу расслабиться, не думать об опасности, которая нам угрожает. Вздохнула. Схватилась за плечи Давида. Вцепилась в твердые бицепсы, пока мужская рука безжалостно освобождает меня от трусов. Теперь я точно забываю обо всём. И даже если сейчас рядом с нами произойдёт извержение вулкана, наверное, мне уже будет всё равно.
Уже не чувствую себя неуверенной и скованной, как когда-то. Желание проникает в меня стремительно, с каждым поцелуем, с горячими касаниями губ к моей груди. С уверенными движениями между ног. Давид трёт клитор, скользит по складкам и проникает в меня с самую глубину. Внутри горячо, наполняюсь влагой и желанием раздвинуть ноги. Не сдерживаю себя, отпускаю чувства на свободу.
Как только это происходит, Давид больше не ждёт. Он стягивает с себя джинсы, снимает трусы и я вижу его член. Закрываю глаза, провожу ладонью по лицу. Ещё не могу заставить себя вот так запросто смотреть на его член.
Давид сильнее раздвигает мои ноги, наваливается на меня сверху. Его член проникает в меня не сразу, постепенно, осторожно.
– Мы уедем сегодня. Конечно, уедем. Но сначала я должен сделать это… не могу больше ждать.
