Текст книги "Отдайся за Миллион (СИ)"
Автор книги: Маргарита Мур
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
ГЛАВА 16
И я безвольной куклой выполняю что велит гигант напротив. Выдавливаю улыбку и усаживаюсь в конце стола.
Только бы увеличить дистанцию. Только бы не осязать доминирующей энергетики олигархического субъекта.
От него не веет уверенностью. Нет.
Абсолютный. Несокрушимый. Врожденный авторитет.
– Господин Измайлов...
– Можно просто Давид.
– Господин Измайлов, я не совсем понимаю цель ваших поступков, – начинаю со всем не с того, что планировала.
– Разъясни, что именно тебя смущает? – встает сбоку от меня, что крайне неудобно. Ведь если повернуть голову, взглядом упираюсь буквально в ширинку. И если учитывать, что скрывается за брюками изъясняться довольно сложно.
– Это наверняка ваше? – Выкладываю бумажный кулек на стол. —Я вынуждена отказаться.
– Тебе не понравились камни?
– Что? – Вскидываю голову в изумлении. Не ожидая такого вопроса. —Нет. Нет. Они более чем восхитительны.
– Так в чем проблема, Аурика? – Вот опять, произносит имя, словно вносит похотливый смысл. Будто имеет меня мысленно.
– Это жуть как неправильно. Непонятно и странно тем более. При том что я замужем. И мой супруг сотрудник вашей компании. Перечисленные средства на мой счет. Их слишком много, – произношу как можно тверже.
– Это всего лишь цифры. Деньги за проделанную работу.
– Нет. Я так не могу, – встаю, трудно вести разговор, когда нависают скалой, пальцами двигаю пакет. У меня к вам убедительная просьба..., – и тут осекаюсь. Неужели на фоне недосыпа галлюцинации посещают? Моргаю и теряюсь в предположениях. Знакомая ткань шелка лежит на поверхности бумаг. Аксессуар, из моего гардероба. – Моя повязка... Что она здесь делает? —Указываю на материю.
– Ты ее забыла в ресторане, – бестактно вводит в заблуждение.
– Не правда. Я искала шарф после совещания с Кириллом Викторовичем.
– Позаимствовал ненадолго, – вот так бессовестно отвечает. От проявленного тотального хамства фактически задыхаюсь. Нет, дальше просто невыносимо. Кем он себя возомнил? Резко забираю шарф со стола, стремительно выдвигаюсь к выходу.
– Господин Измайлов, – гневно выдаю. – Я расторгаю наш контракт. Уж лучше сеть в тюрьму. Подавитесь своими неустойками и компенсациями.
Моя кисть оказывается под натиском стальной хватки, кровь в жилах стынет и цепенею от происходящего. Рывок. Успеваю лишь разглядеть адское пламя на дне смольного взгляда. В доли секунд мужчина вбивает в напряженную грудь – мощную и горячую. Ожоги крапивой ложатся там, где находятся его пальцы. Воздух выбивает их легких, ввергает в панику.
– Ты уйдешь, только если я разорву контракт. Или тогда, когда отработаешь все до последнего рубля. До последней копейки, – мрачно рычит, демонстрируя свою истинную сущность. Хочу заехать по физиономии, стереть с лица самоуверенность. Но ничего из перечисленного не удается воплотить, дабы хоть как-то поставить на место. С силой сдавливает затылок, пожирая и прожигая взглядом. А затем обрушивается на губы, вгрызается, заполняет полость рта целиком и полностью. Ладошками отталкиваю его от себя, бью по каменному изваянию. Тщетно. Попытки освободиться обречены на провал. Цепляюсь за широкие предплечья.
Я чувствую его острый аромат, горький парфюм окутывает, как и палящий жар Измайлова. Дикий и будоражащий подсознание поцелуй туманит разум. Язык не оставляет миллиметра, сдаюсь обмякнув в железных объятиях. Не жалеет, всасывает уста только для того, чтобы углубить, сплестись тандемом. Раскаленные стрелы пронзают низ живота, отравляет бедра тягучим возбуждением. Темнеет кругом, мрак опускается на реальность, а все, потому что жадный рот мужчины подчиняет. Отключает логику. Не дает шанс на глоток кислорода.
Целует жестко с особой животной похотью, но я не чувствую боли только ее сладость и эйфорию. Определено схожу с ума, не в силах остановиться, как и ответить на поцелуй, его язык таранит рот, безжалостно терзает губы. Тянет за волосы, вынуждая запрокинуть голову и открыть доступ к шее. Не хватает воздуха. Голова кругом. А тело сотрясает крупная дрожь, когда влажный язык скользит по шее и алчно всасывая яремную вену, кусает в полную силу.
Измайлов толчком отпихивает от себя чего никак не ожидаю. Качнувшись, облокачиваюсь за край стола. Пытаюсь отдышаться.
– А теперь проваливай, – заявляет хрипло в рваном дыхании. С силой разъяренного хищника ладонью сбивает бумажный пакет со стола. До сознания не сразу доходит сказанное. Не верю услышанному. – Уйди с моих глаз. Не могу тебя видеть, – развернувшись отступает к панорамным окнам. Ядовитые слова как удары хлыста, бьют пронзительно. Слишком больно. Отрезвляют моментально. Передергивает от унижения, от льда, что режет в интонации. Моргать сложно. Практически не соображаю.
– Найдите другого человека для...
– Работай спокойно. Обременять своим вниманием более не намерен. Закончи рекламную компанию в условленный срок. Иначе я не посмотрю на вашу семейную идиллию, и ты окажешься там, где описала выше, – ровно высказывает. Дергаюсь. Ушат ледяной воды не произвел бы такого эффекта как брошенный вердикт.
Дьявольский контраст настолько разителен, что слов подобрать не нахожу возможным.
Мечтаю об одном покинуть проклятое здание и эту комнату, в которой к своему стыду перешла черту семейных ценностей.
ГЛАВА 17
Круговая рябь пляшет перед глазами, и ноги двигаются с трудом. Живот скручивает спазмами. Облокачиваюсь на дверь, держась за ручку позади спины. Считаю до десяти, заглатывая воздух. В далекой юности читала, дыхательная гимнастика помогает справиться с любым стрессом. С тех пор практикую данную терапию и да, она целительным образом действует на организм. Не сразу. И все же срабатывает.
– До свидания, – киваю молодой девушке, которая смотрит с подозрением. Вызываю лифт со всей беспристрастностью. Но то лишь маска. Защитная и необходимая.
Держусь стойко, подавляю эмоции, развернувшиеся ураганом.
Поступает звонок на мобильный. Степан. Настоящее издевательство. Я словно сплошной комок расшатанных нервов.
И как теперь общаться с супругом? Где набраться смелости, чтобы смотреть в глаза. Как заглушить чувство вины?
И самый ключевой момент, как стереть из памяти инцидент в кабинете?
Муж непреклонен набирает вновь и заново. Он, вероятно эмпат, раз чувствует некий факт измены. Даже если на недобровольной основе. НО. Тело нашло отклик. Рассудок буквально помутился.
– Да, – сдавленно отвечаю. Прохожу вглубь открывшимся створкам.
– Малыш, я обеспокоен. Звоню битый час, но не отвечаешь. Что случилось?
– Я сидела на совещании, – тошнота подкатывает к горлу от очередной лжи. От припухлых губ яростного поцелуя. От отражения в зеркале и отметин зубов на шее, которые по итогу образуется в засос.
– Но тебя нет на работе. Я заезжал.
– Парадокс. А я приехала к тебе, – монотонно отвечаю.
– Ты сейчас серьезно?
– Да.
– Я к себе заехал на работу, уже въезжаю на парковку, дождись меня в кабинете.
– Прости. Но не могу. Я уже, итак, задержалась, – любыми путями пытаюсь трусливо избежать встречи.
– Ну хорошо, буду ждать тебя у главного входа, – соглашается вопреки сказанному. Убираю смартфон в сумку. Повязка так и осталась в руках Измайлова, каким образом это произошло анализировать не собираюсь. Так даже лучше. Раз ситуация складываются таким образом, то я обязана незамедлительно признаться Степану. Выложить правду и принять гнев мужчины. К слову, готовлюсь к худшему исходу.
Уже на крыльце вдыхаю грудью кислород, рассчитывая оживить рецепторы. Ощутить облегчение от тяжести на плечах каждого пункта договора и укротить проснувшийся вулкан, тягучей магмой, растекающейся в жилах. Но то лишь глобальное заблуждение. Особенно когда вижу Степана, стоящего у машины. Красивый. Статный такой родной, только вот сейчас, между нами, стена высоченных размеров.
Он обнимает меня, как только спускаюсь с лестниц. Пытается поцеловать, но уворачиваюсь, не желаю смешивать их. Это не правильно.
– Малыш, тебя увидел и сразу стало легче, – целует макушку, зарываясь носом в волосы. Его действия осложняют, слова застревают в горле. Отвечаю на объятия механически.
И тут как по щелчку отчетливо осознаю, что последние годы живу на автопилоте. Дом, работа. Бесконечная суета. Нам не о чем поговорить кроме взносов платежей и выходок Елизаветы. Секс раз в неделю, а то и реже. Чувства притуплены. Страсть и любовь словно испарилась.
Я не ищу оправданий, виноватых тем более и дело даже не в Измайлове. С ним как раз таки предельно ясно. Его неприкрытое пренебрежение, хамские действия расставляют все на свои места. Он так и остается самым опасным из всех с кем довелось встречаться.
Однако червяк сомнений уже закрался в душе.
Являлось ли семейное счастье действительно радужным, а не мнимым? Почему именно сейчас приходят такие мысли? Что за чернота посещает голову?
– Степан, нам нужно поговорить, – превозмогаю бешеный пульс в висках.
– Тшшш. Рика день икс настал. Меня отправляют в командировку, – мужчина светится бенгальским огнем.
– Какая командировка?
– Я же рассказывал на днях. Забыла? – Киваю только. —Вчера вечером руководство дали добро на вербовку конкурентов.
– И когда ты едешь?
– Сегодня. Улетаю после обеда, черт я так волнуюсь. Следует поторопиться, и мне необходимо собрать чемодан.
– И ты поэтому искал меня? – Спрашиваю в каком-то разочаровании.
– Ну да. Так ведь ты же всегда этим занималась, – сейчас у меня просыпается жгучее желание врезать Степану. Выходит я для него кухарка, домработница, нянька, швейцар да кто угодно. Но только не женщина. Молодая и красивая. Жаждущая заботы, внимания и ласки. От шаблонных ассоциаций привкус горечи образуется во рту. Он настолько ослеплён, что засоса в упор не замечает.
– Степан, время, которое потрачено на мои поиски, с лихвой пригодились бы тебе для сбора багажа, – в негодовании выговариваю.
– Рика, но я миллион раз тебе звонил, – с укором кидает. —И вообще..., – муж меняется в лице. – Бл*дь, Измайлов, – цедит сквозь зубы, всматриваясь поверх моей головы. Почему у Степана на генерального такая паническая реакция? Вернее неконтролируемая. Что между ними на самом деле происходит?
– Я подожду тебя в машине, – торопливо шепчу.
– Хорошо. Я скоро буду, – целует в щеку.
Откровение мужу в итоге не состоялось. Наполненный вдохновением и идущими планами вперед, Степан рассказывал о грядущих переменах в жизни. Об намеченном отпуске и поездке за границу. Приобретение недвижимости. Смотрела в одну точку и протолкнуть слова не удавалось. Полость рта горела. Небо. Десна. Будто стакан уксуса навернула, и язык Измайлова так не покинул меня.
К тому же имею ли я право омрачать его настроение в предстоящей поездке? Навряд ли удастся добиться высоких результатов, когда жена раскрывает карты о поцелуе с другим мужчиной.
Но в одном супруг прав, прежняя жизнь осталась в прошлом. А потом полетит под откос.
ГЛАВА 18
Муж отсутствовал уже третью неделю.
И вроде наступил привычный штиль, где можно выдохнуть в облегчении.
Засос на шее светофором маячил пятном и только слепец мог не заметить отметин.
Тогда я благодарила создателей тональных кремов и шелковых аксессуаров, спрятав последствия укуса.
Измайлов сдержал обещание. Он больше не объявлялся ни в редакции, ни при встречах с Кириллом Викторовичем. А вот координатор проекта постоянно наведывался с коллегами «Изиндастрис», и мы в свою очередь предоставляли материал маркетинга, правда еще сырой.
Замирало ли сердце в ожидании гостей? О нет.
Оно скакало сумасшедшим галопом, что затрудняло дыхание, а тело натягивалось струнами высматривая в толпе визитеров крупную фигуру.
Ну, а затем охватывал приступ легкой досады, которую поспешно прятала за улыбкой, понимая неуместность своих ожиданий.
Через день или два поступали звонки от супруга. Он вкратце рассказывал о прошедшем дне и достигнутых соглашениях. Об успехе. О конкурентах.
О том как он утомляется к вечеру и вынужден ложиться спать пораньше. Вскользь озвучивалась вероятность о его дополнительной задержки в командировке.
Как, между прочим, интересовался самочувствием дочери, затем шли дежурные вопросы ни о чем и на этом заканчивалась беседа.
Все. Мы будто застряли в мертвой точке.
Впервые за долгое время появилось желание выглядеть иначе.
Свободные наряды и бесформенные свитера, сменились на юбки и платья. А по утрам вместо чтения новостей в интернете прихорашивалась у зеркала, дабы нанести косметики и соорудить незамысловатые прически.
Сегодня же волосы затянуты в высокий хвост, а не пресловутую шишку. Надела синие джинсы с высокой посадкой и розовой рубашкой в клетку. Скажите повседневная одежда, но только не для меня. Помимо удобства одежды мне нравится, что моя фигура смотрится эффектно. Как, собственно, и само видоизменение.
Да и коллеги по цеху не оставили без внимания внешние перемены. Особенно Богдан. Он больше не улыбался как прежде теперь просто зависал, как только появлялась в зоне его видимости. Надеюсь, это своего рода комплимент.
Между тем Нинель первая пришла с допросом.
– Так, Рика, – усаживаясь на стул, начала девушка тихо. – Выкладывай чистосердечное признание, у тебя появился поклонник? – Сужает глаза, словно детектив вселенского масштаба.
– Ты это о чем Нинель?
– Или все же любовник? – Не унимается подруга.
– Эм, с тобой все в порядке?
– Нет, Романова. Не вздумай переводить стрелки на меня. Не в этот раз.
– Я и не думала. Просто к чему эти странные вопросы?
– Ну, как правило, дыма без огня не бывает. А ты горишь. Полыхаешь буквально.
– И ты решила, что причина в мужчине?
– Как пить дать. Богдан отсеивается сразу, а вот если взять хотя бы Кирилла Викторовича. Он не вылазит с нашего офиса, а как смотрит на тебя. Аж мурашки по коже. Возможно этот импозантный мужчина и есть твой ухажер? —выгибает вопросительно бровь.
– Ничего подобного я не заметила. У тебя мания величия просто на просто, – даже поражаюсь фантазии девушки.
– Не, не спроста. Такие вещи видны не вооруженным взглядом. Ты изменилась. Рика. Глаза отдают влажным блеском, про тряпье уже молчу, – кивает головой в мою сторону. – Осанка. Походка. Нутром чую что-то происходит. А вот что именно пока не пойму.
– Тебя если послушать я будто воплощением мумии из загробного мира ходила.
– Без обид детка, но я только рада таким метаморфозам, – приподнимает перед собой ладони. – Мы просто все слегка ошарашены. Так что раскроешь причину своего преображения?
– Вынуждена тебя разочаровать, дорогая. Я замужем. Поклонников нет, любовников тем более.
– Капец, неужели теряю сноровку? – выдыхает, придерживая ладонью лоб будто действительно расстроена.
– Не переживай Нинель, бывают осечки, – слегка подтруниваю над ней.
– Рика пообещай мне если вдруг в твою святую голову хоть одна мысль закрадется об измене, дай сразу знать.
– Тогда тебе придется до конца жизни такого момента ждать. Все мои мысли о супруге, – откровенно лгу ей, но по большому счету себе. И тут речь не адюльтере, никоим образом. Чаще вставал вопрос, как бы моя жизнь сложилась не реши, я однажды заняться танцами или поменяла сферу профессиональной деятельности. Я думала о чем угодно. О новых рецептах для ужина. Слушала аудиокниги, смотрела тренинги лишь с одним умыслом – вытравить из памяти, и тщедушных мыслей темный образ Измайлова. А тот неподдающийся пониманию поцелуй, крутился в голове юлой, продолжая путать сознание. В общем Степан словно выветрился. Такая вот правда получается. Горькая и неприглядная.
– Жаль, – смотрит на рамку со снимком дочери и мужа. – Ты опять меня расстроила, – на что лишь пожимаю плечами. Да у Нинель четкая позиция на сей счет. Если воровать так миллион, спать – то с королем. И не мне судить об ее убеждениях.
– Вот возьми конфетку, – протягиваю мятный леденец. —И выкинь бред из своей светлой головы.
– Пошли погуляем сегодня вечером? Пятница в конце концов, – меняет тему сходу она.
– Ты же знаешь, что не могу.
– Елизавета?
– Ну, конечно. И работы выше крыши.
– Скукота. Вот так пол мира женщин чахнут под домашним игом.
– Выйдешь замуж, родишь ребенка, и я посмотрю на тебя.
– Чур тебя, Рика. Моя свобода дорогого стоит в отличие от мамочек и жен с рогами до потолка. Это вы добровольно в рабство спешите. Нет. Я не желаю быть одной из вас.
– Не преувеличивай. Везде есть свои плюсы. А дети радость, смысл в жизни.
– Угу. Не понимаю этот дето центризм. Отрыжки. Памперсы, наполненные фекалиями. Фу. Вечные вопли. Бессонные ночи и лишние килограммы плюсом. А здоровье? Угробишь его пока их вырастишь. В любом возрасте они невыносимые. И ты меня не переубедишь, – упрямо заявляет.
– Мы видимо в данном вопросе не достигнем единого мнения.
– Однозначно. Ладно, я пошла создавать рабочий вид. Обед по расписанию, не забывай, – смотрю подруге вслед. Великолепная фигура, пепельная блондинка, роковая красотка – с вызовом всему миру. Уверенна с Нинель не все потеряно и полюс ее мировоззрения поменяется, как только встретит достойного кандидата. Надо только дождаться.
Концентрируюсь на слайде. День продолжается по обычному сценарию. Только прибавляется головная боль, необходимо заехать в аптеку.
Мама порадовала приездом на выходные. Приготовила нам вкусный ужин, после которого мы за тихой беседой чаёвничали с ее фирменным шоколадным чизкейком.
Елизавета же, забыв о моем существовании полностью переключается на бабушку, закидывая ее вопросами о рыбках в аквариуме. Из чего даю себе установку купить ребенку энциклопедию по правильному уходу за фауной.
Вечером после домашних хлопот усаживаюсь за ноутбук.
Я не ошиблась в выборе команды. Ребята работают на износ. Собранные ими сведения более чем удовлетворительные. Удается создать первые фрагменты ролика рекламы, благодаря чему успешно выстраиваем стратегию компании.
Вибрация мобильного выводит в реальность, оказывается я умудрилась сидя в кресле провалиться в сон. Вероятно, Степан. Поэтому, не глядя на дисплей принимаю вызов.
– Да, – где в ответ высокие басы какой-то непонятной музыки оглушают перепонки.
– Тц. Куц. Тц, – взор падает на мобильный, а ведь это Нина.
– Нинель, – повышаю тон в волнении.
– Хух, подруга, ну наконец я дозвонилась до тебя. Ладно, неважно, —вздыхает тяжело.
– Что-то случилось?
– Нет. Вернее, да. У меня кажется проблемы, Рика?
– Что это значит?
– Один член... То есть один хрен весь вечер не сводит с меня глаз. Хотя нет, он мысленно уже поимел меня во всех не мыслимых позах, затем сожрал на завтрак и обед. И почему-то, мне кажется, он даже не подавится. Рика, мне безумно страшно.
– Так в чем дело, вызывай такси и марш домой.
– В том и проблема, у меня денег оказывается на карте не осталось. Я за коктейли не заплатила, и естественно, меня отсюда не выпустят. Рика, помоги. Мне больше обратиться не к кому.
– Нинель, у меня на карте тоже пусто, я не смогу перевести денег. Только наличка.
– Привези, пожалуйста, подруга. Иначе мне не избежать рабства. Но даже это не так пугает, как тип, что за мной следит. Он как голодный Гамадрил, расчленивший меня на месте, и готовится утащить в темное логово. Боже, а если он меня похитит? —буквально ощущаю ее ужас.
– Кидай адрес клуба, я скоро буду.
ГЛАВА 19
Пока натягиваю скинии на бедра, в двух словах обрисовываю маме ситуацию.
– Аурика, только прошу быть аккуратнее.
– Мамуль, во-первых, я взрослая девочка. Ну и потом соваться непосредственно в клуб не собираюсь. Такси у подъезда, я поехала, – хватаю кошелек, выдвигаюсь на помощь коллеге.
– Будь на связи, – на что лишь улыбаюсь женщине.
Довольно быстро водитель оказывается у главного входа заведения.
На улице зябко, и несмотря на вечернюю прохладу, большинство девушек стоят очередью в открытых и откровенных платьях – демонстрируя прелести фигуры.
– Подождите меня здесь, только сбегаю за подругой, – говорю таксисту. Звонки остаются без ответа и, хотя я не планировала заходить в клуб, видимо придется сделать исключение.
– А деньги? —Вопрошает водитель.
– Вот, сдачу оставьте себе.
– У вас десять минут.
– Только дождитесь нас, пожалуйста, – выныриваю из автомобиля. Как же преодолеть вереницу ожидающих? Меня же растерзают. Как бы то ни было направляюсь к охране.
– Добрый вечер, извините, что внедряюсь без очереди. Мне очень нужно пройти внутрь.
– Нам тоже представляешь? – летит моментально.
– Эй, че за хрень? – Люди словно просыпаются, сыплются реплики.
– Цыпа ты ничего не попутала?
– Извините. У меня подруга в беде, – смартфон в руках дребезжит. А вот и сама причина поисков.
– Рика, ты где? От меня скоро мокрого места не останется.
– Я стою у входа, но тут охрана не пропускает.
– Я на второй этаж поднялась. Увидишь черную дверь, заходи немедля. Буду там тебя ожидать.
– Хорошо.
– И дай Антоше трубочку.
– Кому?
– Да любому мальчику.
Не знаю, что Нинель говорит бодигарду, но каменное лицо мгновенно смягчается. И почему я не удивлена? Она действительно обладает магическим обаянием устоять перед которым сложно.
– Проходи, – проговаривает более спокойно аналог робота. Как и во всех развлекательных заведениях здесь грохочет бешенная музыка, бьющая по перепонкам, танцпол заполненный под завязку людьми. Барный остров с высокими стульями колоны с прожекторами в общем пресловутый ночной клуб.
Только найти коллегу в угарной толпе задача сложная, привстав на носочки озираюсь по сторонам. Где тут лестница на второй этаж? Звонить бесполезно.
А вот мама обрывает мой смартфон словно пожар происходит. Отписаться не успеваю, так как внезапно мне вручают поднос с бутылками.
– Чего стоишь? Сегодня аншлаг, а ты прохлаждаешься вовсю, – девушка под ультрафиолетом горланит и видимо негодует, судя по мимике лица. На бейджике светится «Администратор София.»
– Что? Вы меня пере...
– Поднимайся, давай. Шевелись на второй этаж, вип зал по центру, —продолжает девица громко вещать.
– А где здесь второй этаж? – Внимательно фокусируюсь на людях и самом помещении с подносом в руках. Я о нем даже забываю, так как поглощена мыслями о Нинель.
– Как надоели эти дилетантки. Иди за мной, – бросает ором. Очень агрессивная девушка. Я следую за ней по подиуму, затем мы поднимаемся куда изначально мне требовалась.
Однако кругом каких только посетителей нет. Пьяная молодёжь, взрослые мужчины желающие отдохнуть в обществе женщин, целующиеся парочки. Отчего идет дискомфорт. Я словно из другой планеты тушуюсь и отвожу взгляд.
Зрительный поиск безуспешен. Место дислокации подруги не обнаружено.
В итоге тяжесть разноса дает о себе знать, с трудом ловлю баланс. Этот момент не уходит от администратора.
– Не вздумай растянуться пятипалой звездой, там алкоголя только на двести тысяч, – доносится сквозь ритмы. Только пытаюсь открыть рот, чтобы донести о нелепой ошибке с ее стороны, как мы оказываемся у закрытых дверей. Вероятно, Нинель говорила об этом помещении. – Итак, следуешь за мной по пятам, ясно? – дает наставления. Киваю лишь. —Я буду разливать выпивку по бокалам, чтобы под рукой стояла и ни шагу назад. Это понятно? – Сейчас наш шеф кажется мне одуванчиком перед грозным администратором, порывает на смех. Но необходимость просмотреть данную комнату вынуждает молчать. В случае отсутствия коллеги, придется искать уборные помещения. Это последний вариант, где можно укрыться.
В отличие от антуража предыдущего помещения, в комнате куда мы входим довольно тихо.
Лишь биты музыкальных произведений отдаются эхом по стенам.
Хихиканье женщин и приглушенные мужские голоса разносятся по пространству.
На радость мне, слух улавливает заливистый женский смех, который без сомнения узнаю. Нинель.
Тут же устремляю взгляд в направлении компании. И если замышляла позже устроить коллеге небольшую взбучку, то сейчас не намерена откладывать.
Вся в клубном обмундировании с фужером в руке она сидит в окружении разнокалиберного контингента. Площадь помещения не большая, но буквально залито огнями освещения, а атмосфера наполнена с избытком смеси запахов духов.
Хрустальные бокалы с резьбой, многочисленные тарелки и блюда играют бликами на свете, а блестящая чёрная материя на столе ловит их мерцание. Однако оценивать достоинства дизайна нет времени, пытаюсь взглядом просверлить подругу.
– Соня, ну, где же ты голубушка? – кто-то выдает со стола.
– Тут у нас трубы уже горят, тост созрел, а выпивки все нет.
– Обслуга здесь отстойная, —подхватывают недовольно остальные.
– Говорила, лучше идти в ресторан.
– Дамир, – мягкий баритон вышибает из колеи. – Будь более лояльным. Сегодня пятница, оттого девочки и не успевают. Но они стараются изо всех сил. Я прав, София? – Нахожусь словно в вакууме и туман заполняет разум. Замираю моментально, глаза расширяются до боли. Когда, склонив слегка голову замечаю знакомую фигуру в кресле. Точнее затылок, волосы, уложенные в аккуратную прическу.
