Текст книги "Помощь ближнему (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 35 страниц)

Глава 3

Первые враги полезли из стен минуты через две неспешного шага. Выглядели они как странного вида шестилапые хорьки с полупрозрачной шестью, подражая расцветкой стенам. Убивать их было легко, ударом меча, даром, что вампирского, я половинил шесмов, как назвала созданий Система, без особых усилий. Остальные – по мере сил и очереди. Любимая и её подружки жгли огнём, Ас не отставал, Буран, взявший под опеку Огеля и Пактиквула, банально топтал, а Велес просто захватывал отростками кроны за шеи и швырял в стены. Те, не отказываясь от такого подарка, за пару секунд втягивали в себя отчаянно верещащие тельца. Оттуда слышался хруст и почавкивания, но проверять, что за неведомая плотоядная хрень там обитает, никто не рисковал. А вот о логичности пожирания того, что само из себя изрыгаешь, высказались все, кроме лисят. Да и то, лишь в силу отсутствия внятного речевого аппарата, что не мешало им с отвращением потявкивать.

Из лута с этих странных хорьков выпадали зубы, строго по одному с особи. Но мы не брезговали и этим, мало ли, куда они понадобятся. Может из них придётся одну из тех статуй делать, а материала не хватит.

За одну волну разом нападало ровно тридцать два шесма, о чём сообразили мы не сразу. Первым догадался как раз Велес, волне на седьмой-восьмой – никто их не считал, никому это было не нужно – перестав кормить тварями стены. Именно тогда мы первый полный набор и получили одну из двенадцати статуэток этого самого шесма. А когда собрали шестую, по ощущениям потратив на это часа три, пришли к выводу, что цвет статуэток полностью совпадает с цветами статуй на плато. Скорость убийства замедлилась из-за стен, из которых вытягивались полупрозрачные отростки и захватывали хорьков. Делалось это, очевидно, для того, чтобы помешать нам собрать набор, но спустя пару подобных диверсий мы научились не давать шесмов на съедение, убивая их самостоятельно.

После двенадцатой статуэтки нас ждал босс коридора – здоровенный шесм, размеров с чёрного дракона, не меньше. Ну или летающего бизона из мультика про Аватара, тем более, что и число лап совпадало. Его атаки не поражали воображение, они были предсказуемы и не несли никакой опасности, подстроились мы под противника было нетрудно. А вот количество очков здоровья у босса зашкаливало все мыслимые и немыслимые пределы, нам потребовалось часов пять субъективного времени, чтобы убить его. А ведь впереди ещё одиннадцать таких коридоров. Ну или не коридоров, но всё равно одиннадцать.

С босса упала большая статуэтка, раза в три больше волновых. Туша шесма исчезла, вместо неё открылся знакомый по перерождению Аастии фиолетовый портал. Я шагнул в него первым, подавая пример.

– Ну здравствуй, Ярогрейв, – раздался холодный женский голос. – Давно хотела с тобой встретиться.

Я осознал, что стою совсем не на плато в окружении статуй. Вокруг меня плескался бескрайний океан, а сам я плыл в роскошной деревянной ладье, парус которой украшал цветок лотоса на всю его площадь. Напротив, на богато украшенном лазуритовыми и аквамариновыми пластинками троне из зеленоватой древесина сидела женщина с льдисто-голубыми глазами и зелёными волосами в изумрудном платье в пол.

– Шаласса, верно? – спросил я, чувствуя, как всё сильнее становится злость, переходящая в ярость.

– Верно, – холодно ответила богиня. – Сядь, надо поговорить. У меня есть для тебя дело, это будет выгодно нам обоим.

Глава 4

– Вам тоже надо кого-то спасти? – как можно спокойнее спросил я.

– Можешь обращаться ко мне Мать Вод, Ярогрейв, – ушла от ответа Шаласса, внешне оставаясь холодной, как замёрзшая река.

Она и выглядела как прокачанная версия Снежной Королевы, лицом так уж точно. Будто достигший высшей связности с духами шаман, которому не нужны были внешние атрибуты, богиня могла одеться во что угодно, но ощущение властности всё равно оставалось при ней. Ссориться с этой силой совсем не хотелось, но как же выводят из себя подобные выдёргивания из боевой обстановки…

– Как скажете, Мать Вод, – отозвался я. – И всё-таки…

– Мне не нужно никого спасать, – оборвала меня Шаласса. – У меня просьба другого характера.

– Ну надо же, просьба, – не сдержался я. – Там просьба, тут просьба, а что потом? Прямые приказы и наказания за малейшее неповиновение? Ах, эта марионетка посмела не согласиться, сорок ударов стотонной каменной глыбой на первый раз. Ах, та кукла не согласна со своей участью и пытается бороться, убить все его куски кода у него на глазах, шляп и рубашечек мы не боимся. Ах, этот болванчик…

– Вы ведёте себя отвратительно, Ярогрейв, – снова перебила меня богиня.

– А у вас отвратительная привычка не давать собеседнику договорить, – вкрадчиво процедил я. – Мы квиты.

– И всё-таки я бы хотела перейти к сути просьбы.

– А я бы хотел щенка. Здоровенного такого, размером с сельский туалет. И чтобы непременно вырос во взрослого пса минимум с двухподъездную пятиэтажку. Не меньше.

– Это ваша окончательная плата за мою просьбу, Ярогрейв? Щенок большой собаки?

– Это не в вашей власти, Шаласса, – осклабившись, произнёс я. – Таких юнитов, доступных игроку, нет. На просторах Асхана водятся лишь две особи собак таких размеров, и шансов произвести на свет потомство у них нет, ибо обе мальчики.

– Вы прекрасно осведомлены, Ярогрейв, – холодно отметила Мать Вод. – Ваши познания делают вам честь.

– Поверьте, про собак Асхана я теперь знаю если не всё, то очень многое. После неосторожно сказанной при Аастии этой фразе про щенка, я специально изучал вопрос, чтобы не нарваться на возможный сюрприз.

– Учитесь на своих ошибках?

– Это вряд ли, – отмахнулся я, садясь на стул. – Уравновешенный берсеркер это оксюморон, знаете ли. Совсем не исключено, что завтра, через неделю, месяц или год я снова ляпну что-нибудь на эмоциях, о чём пожалею, но исправить будет уже поздно. Останется только молить Арката, чтобы последствия были как можно мягче в рамках обстоятельств.

– И всё же вы достаточно уравновешены, Ярогрейв, – заметила Шаласса.

– Ну это вряд ли, – вынужденно повторился я. – Правильно ли я понимаю, что у меня нет другого выбора, кроме как согласиться на вашу просьбу?

– Боюсь, что так, – смерив меня холодным взглядом, произнесла богиня. – Взамен я готова подарить очень многое. Не всё, но список моих возможностей достаточно обширен. Может, у вас есть предпочтения?

– И вы сможете провернуть это дарение на глазах у демиургов? Они совершенно точно ничего не заподозрят?

– Будет зависеть от степени наглости вашего желания. Если захотите флот из пары сотен лучших на данный момент кораблей, мне придётся отказать. Так же мне придётся отказать, если речь пойдёт о готовых Замках на Источниках в любом количестве, дополнительной армии более сотни единиц, редчайших видах амуниции, ресурсов и ингредиентов, Книгах Знаний, специалистов легендарного уровня и прочем из категории экстра. Демиурги обязательно узнают об этом, и тогда моя просьба не исполнится вообще.

– А нельзя сделать так, чтобы ваши просьбы меня в принципе не касались? Ни от одного бога, как ныне существующих, так и всех будущих?

– Боюсь, что нет, Ярогрейв, – мимолётно улыбнувшись самым уголком губ, ответила богиня. – Демиурги не должны знать, что мы намного больше живые люди с чувствами, чем они думают. Именно поэтому мы не можем совсем уж часто обращаться к демиургам и вынуждены в том числе прибегать к помощи участников квеста Множителя. Но именно поэтому мы просим, а не требуем, всегда давая взамен. Так что вы хотите?

– А вы?

– Мне нужны ихтианты.

– А мне тёмные феи, – припечатал я.

– Они ведь уже есть в игре, не так ли, Ярогрейв? – медленно спросила Шаласса, слегка прищурив глаза. – Вы точно уверены, что хотите попросить именно тёмных фей?

– Да, я уверен. И нет, я не шизофреник с периодическими помутнениями рассудка, хотя это и нуждается в проверке. Мне нужен разумный вариант тёмных фей, а не тот высер укуренного вусмерть нарика, что существует в виде моба. Хоть через играбельную расу для игроков вводите, но непременно и юнита тоже. И чтобы я мог заполучить их лёгким путём.

– Какие сроки? – тут же уточнила Мать Вод.

– Я не тороплюсь и надеюсь на достаточно долгую жизнь. Но если всё затянется на добрую сотню лет…

– Постараюсь всё же побыстрее. Вы успели переварить мою просьбу?

– Да что там переваривать, – отмахнулся я. – Есть у меня знакомый художник, дам ему словесное описание, нарисует, как представит. А чтобы это не выглядело взятым из ниоткуда, выложу на канал видеонарезку боёв из дворца Баль-Квар-Иуса.

– Вы… догадались? – спросила Шаласса.

И в этот раз за внешней холодностью очень чётко читались удивление и тревога.

– Вряд ли вы бы просили тех, кто в игре уже фактически есть, если бы на то не было причин, – спокойно и даже безэмоционально, чтобы не провоцировать богиню на неправильные выводы, ответил я. – Значит, демиурги отказали новой водной расе в них по каким-то своим причинам. Это нетрудно, цепочка размышлений проста. При условии, что среди богов нет психов, в отличии от участников квеста.

Последнюю фразу я произнёс исключительно для того, чтобы разрядить обстановку. Очень уж мне не понравился взгляд матери вод, обращённый в мою сторону. Не хотелось бы закончиться здесь, на пусть и роскошной, но всё же небольшой лодке в бескрайней воде.

– Демиурги отвергли любую возможность существования рыболюдов, не предложенных игроками. А среди тех шестерых, что видели хотя бы одного ихтианта, только до вас, Ярогрейв, у меня есть доступ. Аркат, если это вас волнует, в курсе, я спросила у него.

– Это хорошо, – протянул я. – Действовать за спиной у Отца совсем не красиво. Но это не отменяет того, что демиурги странные люди. Чем им ихтианты помешали?

– Я не спрашивала и даже не пыталась, мне не хочется подставлять себя и своих товарищей по божественности.

– Никто не должен знать, что у вас есть чувства, понимаю. Но почему не пытаетесь бороться именно кибернетическими методами?

– Асха однажды так сделала, задействовав свой контроль на всей некромантией Асхана. С тех периодически случаются прорывы демонов, восстания варваров, приходы нежити, облавы святош, рейды магов в поисках материала для экспериментов, порывы эльфов на месть и всё прочее в таком духе, но и внешняя защита этого суперинтеллекта с того бунта значительно усилена. Асха больше не рискует, мы тоже. Это может привести к лишним вопросам.

– А для чего вообще понадобились эти прорывы, рейды и мщения? – недоуменно спросил я. – Или это следствие исправления ситуации от демиургов?

– Это именно изначальная причина бунта и Асха своего добилась. Мы хотели дать новичкам, только выходящим из стартовых локаций, больше шансов для выживания.

– Наверное, в этом есть какая-то связь, но я её не вижу, – честно признался я.

– Да, это трудно уловить, не находясь в ситуации, – снова слегка улыбнулась Шаласса, на этот раз другим уголком губ. – Когда демиурги обратились к Асха и сказали, что проведена хакерская атака, та и предложила зафиксировать усиленную защиту на государственные общности НПС, внеся элемент новой угрозы для игроков в виде облав и рейдов. И чем дольше существует империя игрока, тем сильнее к нему придёт облава.

– Теперь понимаю. Для только что вышедших из-за завесы игроков сила угрозы значительно меньше, чем для его соседа даже с месяцем существования без границ.

– Именно так это и работает. Но после недавнего обновления учитывается ещё и соответствие фракции игрока её религиозному пути. Понимаешь теперь, как сильно не повезло Ургадзилу, которому ты взялся помочь?

– Очевидно, было бы хуже, уведи он тёмных эльфов в Свет, – хмыкнул я.

– Это так, но и с Воздухом количество противников на него одного чрезмерно. Вам так не кажется?

– Я в этом уверен с того момента, как мой казарег донёс до меня примерное количество кочевников в степи.

– Жалеете, что согласились?

– Ни единой секунды. Эти кочевники рано или поздно пришли бы и ко мне, так я всего лишь защищаю своё, попутно выполняя материально подкреплённую просьбу Илата. И нам куда, и ему камни.

– Это хорошо, что настроены оптимистично, – произнесла Мать Вод. – Мне остаётся надеяться, что мои подданные не пересекутся с вами до того, как закончится важный для нас всех квест.

– Игроки? – уточнил я.

– Мобы и неписи, – пояснила богиня. – С игроком вам придётся встретиться, Ярогрейв. Вам всем придётся встретиться друг с другом.

– Именно поэтому вы вытащили меня посреди прохождения этапа квеста на поговорить про ихтиантов?

– А вам так сильно хотелось пройти двенадцать структурно одинаковых подлокаций в поисках статуэток и убийстве ради них мало отличающихся друг от друга существ?

– Не сильно, но это ведь этап важного для всех нас квеста. Вы сами произнесли эту фразу, неужели она только красивый мотивирующий маркер и больше ничего?

– Первый этап этого важного для всех нас квеста сделан по принципу «копировать и вставить», вы сами после третьего, в лучшем случае четвёртого, набора статуэток прокляли бы всех и вся, а впереди ещё восемь таких же наборов. Оно правда вам надо, Ярогрейв?

Последний вопрос Шаласса спросила так, что меня пробрало. И в самом деле, двенадцать подземелий, подобных виденному, пройти спокойно и с полным сохранением рассудка было бы тяжело даже самому уравновешенному и просветлённому человеку, как бы сильно он не стремился показать обратное. Что уж говорить обо мне, в своей асханской жизни никогда психической стабильностью не отличавшемуся. Только для чего в таком случае был придуман этот этап квеста?

– А потом представьте, что за эти субъективные часы, которых в лучшем случае не меньше шести пройдёт, реальное время убежало на полтора-два часа. Какие эмоции вы испытали, Ярогрейв?

– Наверное, облегчение, – признался я спустя пару минут раздумий. – Все эти двенадцать подземелий мне бы казалось, что кочевники напали раз десять, не меньше, да и варвар с Запада вполне мог собрать все свои силы и прорваться если не до Баг-Даада, то до Грифоньего форта точно. Я бы наверняка накрутил себя до такого состояния, что в одно из последних подземелий прошёл бы в одиночку на чистой ярости. А тут новость, что ничего совсем уж фатально и непоправимого не случилось. Разумеется, я бы прыгал от счастья. Ну или повалился на землю с широкой улыбкой идиота.

– И квест оказался бы пройден не на максимум. Так что можете считать наш разговор моей маленькой компенсацией за своё согласие на мою просьбу. Никаких дополнительных этапов перед вторым основным. Помимо того, что вы вторым пройдёте первый.

В этот момент на лице, всю беседу остававшемся практически безжизненной холодной маской, появилась улыбка. Туман, окружающий лодку, растаял под неожиданно выглянувшим солнцем, вода поменяла цвет с уныло-серого на необычайной красоты бирюзовый, совсем рядом проплыла пятёрка дельфинов, вдалеке выпустил столб воды кит, над лодкой пролетела стая альбатросов. Завораживающее и жизнеутверждающее зрелище. А всего-то нужна была улыбка одна Матери Вод.

Не успел я обдумать эту мысль, как осознал себя кладущим на постамент двенадцатой статуи, из чего-то розового, такого же цвета и материала статуэтку неопределённого вида пушистого зверька с тремя длинными лысыми хвостами сантиметров сорока и ещё двенадцать маленьких вполовину меньше размером.

– Вроде всё, – спокойно произнёс я, стараясь ничем не выдать, что одиннадцать из двенадцати подземелий меня здесь не было. – Это было тяжело и долго, но мы справились.

– Ты прав, любимый, это было долго, – устало произнесла Ася у меня за спиной.

Обернувшись, я увидел нерадостную картину – абсолютно все, включая лисят, выглядели невероятно уставшими. Леартия и Надрация сидели у жёлтой статуи, прислонившись к ней спинами, Велес буквально укоренился в голый камень плато у соседней статуи, отращивая себе потерянные участки кроны, Ас и Буран разлеглись посередине площадки, а Отель и Пактиквул устроились рядом. Даже любимая сидела, обняв себя руками и прижав к груди колени. У меня самого бодрость еле-еле колыхалась на минимальной отметке в ярко-красной зоне последних пяти процентов.

– Да, лорд, это было достаточно долго, – подал голос дракон. – Долго и утомительно.

– Мы никогда так долго ни с кем не бились, хозяин, – пробасил Буран. – Если бы не твои зелья, это было бы ещё дольше.

– И неужели ты совсем не беспокоишься о том, что за эти многие часы могло произойти? – спросила всё-таки Аастия. – А если там случилось что-то серьёзное? Вдруг кочевники уже разбили и наш лагерь, и войска мага и Ургадзиоу нанесли поражение? Или взломали Железный молот, попутно уничтожив и тотем?

– Яра цела, я это чувствую, – прислушавшись к себе, ответил я. – Но твои опасения мне понятны, и тем не менее, что в лагере, что в Молоте находятся совсем не дети. Они в состоянии справиться с угрозой практически любой сложности. Ну а если нет… Что ж, тогда как король я ничего не значу, а это куда страшнее.

Уши любимой резко прижались к голове, выдавая страх. Стало интересно, что же я сказал такого страшного, ведь сказанное, по сути, правда. Если без меня невозможно даже отбить нападение пары-тройки сотен кочевников, значит я ошибся в выборе командного состава армии. Тем более, что практически всю Тяжёлую кавалерию врага мы утром уничтожили, должно было быть полегче.

Больше на плато в окружении статуй никто ничего сделать не успел: фиолетовая вспышка перенесла нас обратно в Горелый лес.

Выполнен этап легендарного трансфракционного квеста «Во славу великих дел»

Доступен второй этап легендарного трансфракционного квеста «Во славу великих дел»

Найдите местоположение Чаши Безмолвия

Подсказка: знание о Чаше Безмолвия охраняют Стражи Безмолвия

Великолепная подсказка, просто гениальная. Надёжная, как швейцарские часы. Ну и где мне искать этих Стражей? Сильно сомневаюсь, что спешат и падают в своём стремлении рассказать о себе. В конце концов, это трансфракционный квест, а не классическое задание на десять крыс в подвале таверны. Надо будет серьёзно подумать. Тем более, что обломок копья остался у меня, разве что свойства его в вопросительных знаках.

– Мистрис, прошло значительно меньше времени, чем мы думали, – удивлённо произнесла Леартия.

– Да, девочки, я чувствую, – так же удивлённо сказала Ася.

– Один час и сорок две минуты, – уточнил я. – Похоже, кто-то заигрывает со временем.

– Снова неведомой Множитель, лорд? – спросил Ас и, под недоуменными взглядами двух фей и одной дриады, добавил: – Ордрин сказал, что ты сделал его Героем практически моментально для реального времени из-за возможностей этого самого Множителя. Я сам о нём ничего не знаю, уточняйте у Арбана.

И, похоже, начальнику рыцарей придётся отбиваться от усиленного феиного натиска. Судя по ушам Аси, она не оставит просто так информацию о Множителе.

Раздав всем по бутылке с зельем Бодрости, для лисят поделив одну на двоих, я отбыл на Асе на север, к богатому склону. Картаниэль ведь будет ждать, а значит надо поспешить, заодно проверив зону нахождения ключа для сундука. Лисята побежали за мной в сопровождении Бурана. Аастия и Велес вызвались проверить Молот на предмет возможных нападений со стороны варвара, а феи улетели к лагерю. Любимая кратко проконсультировала их, как правильно спросить, чтобы получить нужный ответ, так что за Ордрина мне было страшно. Но, так или иначе, жизнь продолжалась и даже била ключом. Для её успокоения ещё столько предстояло сделать… Я впрочем, как всегда. Покой, увы, на данном этапе жизни нам только снится. Но ничего, придут ещё и в нашу Империю рутинные времена, когда нынешнее бурление мы будем вспоминать с грустью и некоторой тоской. И мы обязательно их дождёмся. Не можем не дождаться.

Глава 5

Вечереющие горы представляли собой неописуемо-красивейшее зрелище. Пробивающееся через скалы пониже солнце создавало удивительного внутреннего восторга игру света и с каждой минутой всё больше удлиняющихся теней, а на открытых участках камни светились, мерцали и переливались, как вампиры из «Сумерек». И личной Беллой этих камней неожиданно для себя самого стал я. Так бы и сидел в тени каких-нибудь невысоких деревьев да любовался видами, пусть и не каждый день и даже не каждую неделю. И ведь место, определённое для подобного времяпрепровождения, есть, и там даже трудился будущий реген Совета по лесным вопросам, Старклин то бишь, передавая местным свои знания, да всё камни никакие не складываются заняться Каменным спуском. И со Старклином нормально и обстоятельно поговорить тоже. А надо, чай, не в пустыне живём, в лесу, для которого лесник так же важен, как и праведник для села.

«Они идут, лорд, – прервал мои любования Ас, в вышине наблюдающий за севером. – Их шестеро, но только трое гномы. Ещё один чёрный-пречёрный медведь и два шагающих камня».

«Дай угадаю. Медведь и камни везут гномов?»

«Ты у меня умный, лорд, я в тебе не сомневался. Но помимо них я вижу призрака казунта, привязанного к медведю. На твоём месте я бы внимательно следил для оседлавшей медведя. Никогда не знаешь, что на уме у этих безбородых гномок. Другое дело дриады, там по ушам всё прекрасно видно».

«Похоже, самое время начать строительство узкой башни».

«Да ладно тебе, лорд, я же одобрительно».

«Желаю тебе полюбить какую-нибудь джиннию, одобрительный ты мой. Там, глядишь, и поубавится непрошенного одобрения».

«Джиннию? Ты, видимо, так шутишь, лорд. Мы же несовместимы с джиниями. Внешностью уж точно».

«Одного осла несовместимости во внешности в своё время не остановили».

«Осёл с драконом?»

«С драконицей, если точнее».

«И всё равно, это же… Да просто невозможно это. Ты точно уверен, что там фигурировал дракон, лорд?»

«Точно. И осёл там тоже точно фигурировал. Резонов врать у меня нет».

Говорить о том, что это было в мультике, я не стал, ещё заставит показать, а потом с неделю точно плеваться будет. Но подтвердить перед любым судом, что видел эту историю, пусть и на сто процентов вымышленную, я смогу.

– Они уже близко, – произнёс я вслух, вставая с удобного камня.

Буран поднялся следом, лисята последовали его примеру, а вот Ася с Велесом прекращать своё занятие не спешили. Где-то найдя длинных синеватых стеблей с мелкими ослепительно-жёлтыми цветочками, любимая оплетала ими гворна, как совсем недавно одуванчиками в рощице перед завершением квестов перерождения. Куда потом делся тот наряд, равно как и зачем понадобился этот, я не спрашивал. Нравится развлекаться – пусть развлекаются. В череде идущих друг за другом боёв с совершенно разными противниками должна быть хоть какая-то отдушина.

Это место, располагавшееся в полукилометре севернее от поселения горных эльфов, было выбрано не случайно. Располагалось оно всего в сорока метрах от бывшей границы стартовой локации. От него на север, через серию огибающих высокую скалу-свечку спусков, уходила естественная достаточно широкая дорога. Во всяком случае, два пони точно разъедутся. По форме место походило на неглубокую обширную котловину с пологими спусками к центру и парой террас на склонах. Разбросанные на дне камни уж очень напоминали кресла, в одном из которых я с комфортом наблюдал закатную красоту. И даже до ближайшего поселения, а именно того самого, с горными эльфами, было относительно далеко. Ведь полкилометра это по прямой, горными тропами среди скал все три с осыпью набегает. Создавалось впечатление, что место специально сделано для переговоров гномов, которым сидеть на камне даже лучше, чем на деревянной мебели.

– Любимый, ты уверен, что мы нужны тебе? – не отрываясь от оплетания правой руки Велеса, спросила Ася.

– Даже конкретно в ситуации встречи с этой Картаниэль, вы моя страховка на случай разного непредвиденного, – ответил я.

– Ты чего-то боишься, хозяин? – пробасил Буран.

Судя по его виду, он точно ничего не боится. Медведя другого игрока, о котором ему непременно рассказал Ас, так уж точно. А вот шагающих камней на его месте я опасался. В Гайде есть целый список из шестнадцати игроков, открыто рассказавших миру, что научили созданий, изначально приспособленных для целей передвижения, боевым возможностям. А хардкор-форум знает ещё шестерых, давших им магию. И пусть пути достижения этого почти всегда были разными, суть-то одна. И кто знает, может Картаниэль из скрывающих такой козырь.

– Многого, Бур, – медленно ответил я. – Например, потерять тебя в очередной твоей безрассудно-красивой атаке. Или любого другого по любой другой причине. Особенно перед лицом неизвестности.

– Неизвестность пугает сильнее всего, отец, – отозвался Велес. – Известный враг уже и не враг, каким бы многочисленным он не был, так, рутинный противник. Неизвестное же, пусть и единичное, способно на всё.

– Ровно до тех пор, пока перестаёт быть неизвестным, – раздражённо добавила Ася. – Без философствований, пожалуйста, а то заплету что-нибудь не так, будешь мучаться.

Велес лишь улыбнулся на это, но говорить, благоразумно, ничего не стал. А вот меня слова про что-нибудь не так очень заинтересовали. Получается любимая плела эту странную одёжку для гворна не просто так, а по заранее созданному плану. И в данном случае было совершенно не важно, насколько давний этот план. В отличии от возможного результата.

«То есть ты не знаешь, что делает Аастия, Старший?»

«Не знаю, Ярик. Если у тебя есть информация, поделись ей».

«Ну нет. Пусть это будет для нас сюрпризом. Тем более, что вариантов итога несколько и все они очень разные».

«Насколько?»

«Открой Гайд и найди».

«Ты предлагаешь листать все тысячи страниц в поисках не-знаю-чего?»

«Можно сузить шурф поиска одними лишь гворнами, там немного».

– Тяв! Тяв!

Лай лисят вернул меня к действительности. К котловине подошли те самые два шагающих камня и чёрный медведь с наездниками. Гномка с двумя светло-русыми косами, по одной на каждом плече, обвела нас, занявших южную половину естественного углубления, внимательным взглядом. А вот на угольно-чёрных бородах её спутников, сидящих на каменных тумбочках на четырёх ножках, будто слон, но без головы, в полном пластинчатом доспехе, сквозила неприкрытая ненависть. Особенно сильна она была в тот момент, когда гномы смотрели на Асю и Велеса.

Спешившись, переговорная делегация медленно пошла к нам. От Картаниэль, над головой которой сиял ник в окружении синей рамки, за милю несло заносчивостью и открытым пренебрежением. Чем-то мы ей не угодили, а может она всегда такая, кто знает. Но начало уже не радует. И для чего ей понадобилось говорить с нами при таком отношении?

Одежда на всех троих слегка искрилась. Похоже, у них есть каменный давс и они его для мягкости обрабатывают ужмовой вытяжкой. Дорого, статусно, напоказ, да ещё и вдобавок от холода защищает. Только покраске такая ткань уже не поддаётся, оставаясь чёрной и только чёрной. Для любителей монохрома самое то.

– Картаниэль, – с неким промедлением представилась гномка.

Синяя рамка недвусмысленно указывала на недавнюю смену имени. Что совсем не удивительно, учитывая её письма мне под двумя разными именами. А вот для чего она меняла ник, да ещё и на эльфийское, совсем не понятно.

– Ярогрейв, – представился и я.

– Ваши Разведчицы проникли на нашу территорию, – заняв удобный камень прямо напротив меня, пошла в словесную атаку гномка. – И если вы сейчас скажете, что не отправляли их, повесите на себя несмываемое клеймо лжеца.

– А если не скажу?

– То это ничего не изменит. Я обещала отпустить их, если сказанное ими окажется правдой. Вы подтверждаете, что Ранга и Карсида действовали по вашему указанию?

– Подтверждаю, – кивнул я, попутно вспоминая имена первых выпускниц Школы Разведчиц. – Это всё?

– Я бы хотела обсудить наши будущие отношения. Желательно, добрососедские. Это ведь возможно?

– Добрососедскость должна быть обоюдной.

– Вы говорите очевидные вещи, лорд.

– Я вовсе не лорд, леди. У меня есть титул.

– Прошу прощения, ваше королейшество, – секунд десять поглядев на моё кольцо, с явным вызовом произнесла Картаниэль.

Её можно было понять, она старалась казаться значимой в глазах своих спутников. А они, судя по неприязненных взглядам, ходили по Книгой Знаний «Нетерпимость» помимо общей шовинистичности фракции, за свою историю воевавшей со всеми населяющих Асхан народами. Больше, правда с дроу и нежитью, но и остальным доставалось, равно как и от них получалось. И на что сейчас надеялся, прячущийся за аватарой гномки, лично мне непонятно.

– Извинения приняты, – вздохнул я.

– И всё же я бы хотела наладить добрососедские и даже дружеские отношения. Мы гномы, вы гномы, пусть и не полностью, как я вижу, но это можно исправить.

– Исправить? – переспросил я.

– Да, исправить, – настойчиво повторила Картаниэль. – Пусть все негномы идут воевать и зарабатывать себе на право жизни наравне с остальными. Так и на границах спокойнее будет, и проблемы для гномов не будет. Гномы только спасибо скажут.

– Простите, за что?

– За то, что им не приходится постоянно видеть этих нахлебников, конечно, – уверенно ответила гномка.

Что характерно, у пришедших с ней бородачей индикаторы эмоций, то есть непосредственно бороды, показывали согласие со словами своей леди, подтверждая мои опасения.

– Предлагаю пока ограничиться пактом о ненападении, – сухо произнёс я. – Вы не нападаете на нас, мы – на вас. Дружбы, увы, не получится.

На лице Картаниэль мимолётом отразился страх, переходящий в животный ужас. Но, к её чести, она смогла взять себя в руки.

– Нам надо посовещаться, – излишне надменно приговорила гномка, и нас разделила полупрозрачная со стальным отливом стена.

Видимо, игрок хотела скрыть от нас давление на себя с двух сторон и своё вялое отругивание. Только вот я изображение, пусть и смазанное, всё равно имелось. Ну а звук… фантазия у меня богатая, знания о том, что человек может наговорить другому человеку, пусть они и гномы, имеются. Так что суть слов я знал, остальное – детали.

– Любимый, ты искренне не хочешь с ними дружбы или это тонкий дипломатический ход? – настороженно спросила Ася.

Обернувшись, я увидел, что верхняя часть Велеса уже оплетена травой, процесс перешёл на ноги. К горлу подкатывали отдалённые призраки ярости, и, для хоть какого-нибудь успокоения, я достал оба добытых для сундука ключа и принялся вертеть их в руках. Острые грани пирамидой впивались в ладони и пальцы, отрезвляя. Необдуманно наорать на эту гномку с эльфийским именем с каждой секундой хотелось всё меньше. Буквально по чуть-чуть, по мельчайшей капельке, но меньше.

– Тонкий дипломатический ход в том, любимая, что я предложил им не нападения после неприятных слов, – как можно спокойнее ответил я. – Они даже сейчас считают, что от их предложения нельзя было отказаться и недоумевают, что пошло не так.