Текст книги "Помощь ближнему (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 35 страниц)

Это помещение разительно отличалось от предыдущего, напоминая конный манеж, но без лошадей и с огромным количеством зелени от пола до потолка. Потолок да, такой же высокий, но плоский и полностью деревянный, поддерживаемый колоннами по периметру. Лабиринтовой дорожка так же осталась, но вокруг этого самого манежа и выложена красными и жëлтыми плиточками десять на десять в обрамлении светлой деревянной доски с не глубокими, но частыми, продольными канавками. Кажется, такие доски называются палубными.

– Здесь всё, что было раньше, немного меняется, – начал я объяснять правила этого помещения на точно таком же сером пятачке, что и в первый раз. – Идти надо непрерывно, но максимально задевая растения вокруг. Возвращаться нельзя, до чего дотянетесь – до того дотянетесь. Останавливаться больше чем на секунду нельзя, как и выходить за пределы дорожки, но можно высовывать руки и прочие приспособления для высовывания. Это понятно?

– Понятно, лорд, – снова ответил за всех орденцев Зидад.

– Друг за другом не идëм, – продолжил я инструктировать гномов, – и следим за цветовыми следами друг друга. Идти по чужому следу стоит как можно меньше, как и повторять собственный, пересекать разрешается. Постарайтесь не производить ртом вообще никаких звуков.

– А как ещё можно производить звуки, если не ртом? – с интересом спросил Урграш.

Вместо ответы я хлопнул в ладоши.

– И в самом деле, – признал ошибку моргенштернщик, – об этом я не подумал.

– И постарайтесь побыстрее, – закончил я. – Это не обязательно, уже так, моя личная просьба, но постарайтесь.

– Сделаем, лорд, – отозвался Зидад.

Орденцы отправились по лабиринту, практически сразу разделившись по ответвлениями дорожки. Здесь тупиков нет, заблудиться невозможно.

– И снова вы, – повернулся к Улутуму. – Ваша задача собрать растения верха. Раздели своих подопечных на шесть групп, пусть они делают это совместно. Разлетаться в пределах группы можно только на десять сантиметров, сам понимаешь, насколько это ничтожно мало. В остальном всё то же самое – звуков не издавать, дорожки не покидать, движение не прерывать, обратно не лететь, по своему и следу товарищей тоже, щупальца высовывать можно, остальное – нет. Как только все окажутся внутри овала, я узнаю об этом и приду. Можете начинать.

В ответ на этот спич Улутум послал образно-глагольный поток, сводящийся к одному простому вопросу – зачем всё это. В смысле зачем задевать максимальное количество растений. А Наставник, похоже, потихоньку обретает разум, уже и вопросы правильные задаëт.

– С задетыми растениями я стану биться на манеже, чтобы получить максимальное количество аналогов змеек из прошлого раза, – ответил я. – И чем больше будет растений, тем вероятнее будут получены все ключи этого лабиринта. А мне как раз нужны все ключи.

Бехолдер послал в ответ понимание, распределил глазиков попарно в шесть групп – в одной, правда, их оказалось трое – и вместе со всеми улетел в лабиринт, осуществлять контроль. У меня снова появилось время на чтение алхимической книжки.

Чуть меньше сорока минут спустя мне пришло оповещение, что все пришедшие со мной находятся внутри арены и ждут лишь меня. Шагнув в появившийся портал, я обнаружил себя лицом к лицу с огромным злобным деревом, похожим на энта в общем, но отличающимся частностями листвы, коры ствола и корней. Отпрыгнув, чтобы творение сумасшедшего друида, явно любившего в детстве книжки по кадавростроению, не убило меня в эту же секунду, я достал вампирский меч и приготовился кромсать ожившую растительность. Пройти к своим бойцам я им не дам.

Да, пришлось скрыть от Улутума часть информации по финальной стадии этого помещения, иначе максимума растений мне не видать, каюсь, грешен. Только вот бехалдеры, нацеленные на этот самый максимум, даже придумали интересную штуку, повысившую эффективность «сбора» растений – они сцеплялись щупальцами. Всё же длина отростков у глазиков куда больше десяти сантиметров, но есть одна особенность – они не могут долго держать их в положении, отличном от вертикального свисания. А так, в сцепке, и расстояние соблюдается, и растений задевается больше. Труднее всего пришлось группе из трёх глазиков, но они вышли из положения, сцепившись в треугольник.

Гномы в стороне от улучшения эффективности не остались, задействовав своё оружие по максимуму. И, опять же, никто не вышел и не вылетел за пределы дорожки, хотя соблазн был крайне велик.

Разнообразие растительных врагов поражало. Хватало и маленьких, с теннисный мячик размером, паукообразных кустиков, и больших, подобно первому увиденному противнику, псевдоэнтов, и светлых одиночных кустов, и тëмных, почти чëрных, фикусов, и усыпанных цветами, и совсем без них, и густых, требующих, прореживания, и почти без лиственных, будто чем-то болеющих. Во мне боролось два начала – и изучить всё это внимательнее и основательнее, и не дать прорваться к моим бойцам. Но борьба эта довольно быстро оказалась выиграна. Никто не смеет угрожать защищаемым мной!

Десять минут работы вампирской косилкой на берсеркерской тяге – и от всей ожившей ботаники осталась только биомасса, разбросанная неаккуратными кучками по всему манежу. Ключи от выхода из помещения я выбил ещё в первую минуту, а дальше спал барьер, мешающий ордецам и бехолдерам учавствовать в битве, и веселиться стали все. Не без ранений, но хотя потери обошли нас стороной. Двух глазиков пришлось лечить, вливая зелья с специальный мешочек скрываемый в складках щупальуевого органа. Изнутри он походил на ввёрнутое внутрь и выстланное бархатом сердце, так же пульсировало и имело соответствующую текстуру. Похоже, мне оказали высшую честь, раскрыв подбрюшье. Джитсирд выпил предложенное ему зелье самостоятельно.

Ключами оказались небольшие, раза в два меньше змеек, упругие зелëные капли. Всего их выпало девять, я поместил их в специальную чашу, та с громким чавком схлопнулась, на противоположной от входа стене появился проход с прямой дорожкой. Идти по ней было не обязательно, но никто не выходил за её пределы. Однако.

Третий зал снова оказался тëмным и мрачным. Больше всего это походило на склеп, им и являясь. Низкие каменные потолки, наклонные стены, земляной пол, массивные колонны, могилы с торчащими деталями, в том числе и максимально неподходящими под антураж, негаснущие зелëные свечи, дающие такой же некротический свет. Расположение могил и составляло лабиринт, причём ещё и сверху. Дорожка на этот раз состояла из коричневатых досочек и местами обрывалась, о чëм я и сообщил гномам и бехолдерам.

– Пройти и пролететь дальше по лабиринту можно лишь в том случае, если снизу окажется непрерывная дорожка, – начал я инструктаж. – Это значит, что кто-то сзади берëт досочки и достраивает ими проход впереди. Но работает это не на физическом уровне, пройти можно, но тогда не получится открыть дверь тем же способом, что и две предыдущих. Прошу это учитывать, особенно сверху.

Улутум вскрикнул, заполнив лабиринт звуками колокола. Привлекая моё внимание таким способом, особь послал образно-глагольное предложение о помощниках-бехолдерах для каждого гнома. На мой вопрос зачем, он послал новый поток образов об ускорении продвижения. Дескать перерыв в дорожке будет обязательно, раз я так утвердительно говорю об этом, а тут сразу будут готовые подносящие материала. Признав идею состоятельной, я попросил Улутума сразу привязать пары бехолдеров по гномам, а орденцев обозначить звуковые сигналы для остановки, необходимости досочек и безопасного продолжения пути, говорить ведь по-прежнему нельзя. Без разговоров это было сделано, понимание необходимости у всех присутствовало. Ну если олбед сказал надо – значит сделаем, а по факту разберëмся, нужно оно было и олбеда требуется сместить за глупость и глумление.

– И самое главное, суть этого лабиринта, – продолжил я инструктаж. – На могилах очень внимательно следует искать ослепительно белые иссохшиеся руки. Только ослепительно белые, никакие другие. В этом странном свете отличить от других их можно по блеску, никакие другие не блестят. Длиной они могут быть как только ладонью, так и до локтя, значения это не имеет. Их надо коснуться и идти дальше. Ничего другого касаться не надо, но рассматривать можно. Понятно?

– Да, лорд, – отозвался Зидад.

– Спасибо, лорд, – добавил Угрграш.

Джитсирд не сказал ничего. Да уж, интересная верхушка собирается в будущем Ордене – исполнительный, интересующийся и пофигист.

Гномы с глазастыми помощниками ушли, внимательно изучая выступы на могилах. Я снова остался наедине с Улутумом и остатком его подопечных.

– Убедительная просьба, не лететь над разрывами дорожки, – повторил я. – Пусть твои ученики сообщают тебе о них, а ты уже оповещай гномов внизу звуком. Уверен, они догадаются о смысле крика. Просьба поторопиться всё ещё действительна.

Улетели и бехолдеры, оставив меня в одиночестве на сером начальном пятачке. Периодически слышались разнообразные крики, перемещаемые редкими скрипами-хрипами дверей с насквозь проржавевшими петлями. Это значило, что произошло касание нужной руки. Я очень боялся других звуков, вороньего карканья, потому чтение про асханские леса в разрезе возможности замены ингредиентов из растущих в них растений, но к счастью, обошлось.

Снова ни одной ошибки, пусть ушло на проход по могильному лабиринту сорок минут. За это время гномы снизу коснулись семи рук, а бехолдеры сверху – пяти. Мне оставалось лишь убить двенадцать скелетов пятидесятого уровня, что будет непросто без боевого режима. Мало того, что текущий ранг просто не об кого поднять, так сходить с дорожки и касаться чего-либо по прежнему нельзя. Но хоть пользоваться мини-картой в поисках скелетов можно.

Всего за двадцать минут я дошëл до своих, терпеливо ждущих меня. Костяки оказались не ахти какими противниками, разве что толстыми, но им это не сильно помогло. Моей Ловкости с лихвой оказалось достаточно, чтобы не только уворачиваться на узкой дорожке от наступающего скелета, но и бить сзади с ноги туда по тазу. Взятый из инвентаря кинжал Догу я использовал мало, по паре-тройке ударов на скелета, действуя в основной ударами металлического сапога. Ну а броня, антуражно смотрящаяся красной дымкой в зелëном свете, легко выдерживала все попытки достать меня. С каждого скелета выпало по маленькому костяному черепу, размером с крышечку от пластиковой бутылки. Их следовало зарядить в специальный каменный барабан, очень похожий на револьверный, но раз в пятнадцать больше. Крутили мы его все вместе, вплоть до последнего безоллеоа, и то с трудом, но всё же справились. После последнего черепа дверь втянула в себя барабан, «сглотнула» и раскрылась пополам, обнажая проход дальше.

– Куда нам, лорд? – спросил Зидад. – Прямо?

– Может, лучше вниз? – предложил Урграш. – Там наверняка есть что-то интересное.

– Нам и в самом деле вниз, – мысленно хмыкнув, ответил я. – Прямо ещё рано.

По мини-гайду, если пойти прямо, можно, и даже нужно, прийти в пятый зал. И если бы я был здесь с Ергридом, прошедшим стадию отказа от любых заклинаний, кроме молний и боевого Света, даже несмотря на лестницу вниз, прошёл бы прямо. Но Ерга здесь нет, да и задачи стоят другие, конечная точка этого маршрута – зал номер четыре.

Ведущая вниз лестница оказалась каменной и достаточно узкой, на одного гнома в ширину, даром что высокой, глазики спокойно летели сверху, но тоже выстроившись колонной. Преодолев шесть пролëтов ступенек по тридцать, мы вышли к помещению с огромной розовой аркой, за которым начинался лабиринт из стеллажей с реквизитом фокусника. Все это многочисленные шляпы, голуби, платки, кролики, монеты, даже ящики для распиливания ассистенток… Мало того, что они лежали как попало, так ещё и постоянно двигались и издавали звуки, порой самые странные, но всё как один футуристические для Асхана. Ну как колода карт может гудеть паровозным гудком? А зеркала постоянно перетасовываться со звуком стреляющего бластера? Знать бы ещё, что это значит, инструкция об этом ничего не сообщала.

У арки нас встретил полосатый мяч, размером с волейбольный, постоянно крутящийся и с глазами в самых неожиданных местах. При нашем приближении от отъехал вглубь склада реквизита, очевидно, показывая, что нужно идти за ним. Мы так и сделали. Десять минут блуждания мимо самых разных фокуснических приспособлений с самым невероятным звуковым сопровождением – и мы остановились в обрамлëнном стеллажами квадрате примерно пять на пять метров.

– Вы узнали секрет Хранителя, – раздался со всех сторон нейтральный голос.

– Это плохо? – спросил я, непонятно к кому обращаясь.

– Нет, это данность, – ответил появившийся передо мной явно мужской деревянный манекен.

Мало того, что был он абсолютно гол, но хотя бы без половых признаков, так ещё и голова, туловище и руки с ногами отделены друг от друга, даром что составляли единую антропоморфную фигуру. Ну и глаза со ртом двигались. Куда приятнее общаться с собеседником хотя бы с минимальной мимикой.

– Твои спутники меня не видят, – произнëс манекен, опередив меня с вопросом, – они следят за представлением. На тебя не подействовало, поэтому сразу к делу. Кстати, чем ты защищён от воздействия? Или это тайна?

– Берсеркерством, – ответил я. – Воздействие Разумом против меня бессильно.

– Интересную дорогу ты выбрал, – обойдя меня по кругу, сделал вывод манекен. – Знаю, что вы, гномы, любите знать имя собеседника. Так вот, я Крамп, Вестник Эльрата. Ты ведь знал, куда шёл?

Ну да, раз со мной разговаривал Хранитель-херувим, значит и Вестник тоже из той же оперы. К счастью, значения это не имеет. Будь я хоть демоном, этот самый Крамп всё равно разговаривал бы со мной на одном уровне как с Паладином бога Света.

– Знал, – не стал скрывать я. – И как идти, чтобы прийти именно сюда, тоже знал.

– Значит, не сам догадался? – продолжал допытываться манекен.

– Нет, – честно ответил я.

– Хм, правда от Приходящих редка в этом вопросе, – заметил Крамп. – Впрочем, это не имеет никакого значения. Даже соври ты, награда точно такая же.

Однако, интересная ситуация. Но вполне логичная, если подумать. В конце концов, пусть даже и с покупкой мини-гайда, игрок прошёл лабиринты альтернативно, а значит дважды ему пришлось участвовать в бою и победить, если пройдены три зала.

– А вот за то, что твои спутники ни разу не походили границы пути, теперь положена дополнительная награда, – продолжил Вестник, склонив голову на бок. – И ещё половина награды за собственное участие. Вместе с тремя полными базовыми просьбами получается солидно, да?

– Точно, – кивнул я.

В инструкции ни о какой дополнительной награде не писали, только о сохранении полноты базовых просьб. Возможно, с формулировкой «обязательное участие условно-разумных» существ никто просто не мог пройти без потерь. Заставить таких, как они, не сходить с дорожек на самом деле трудно, поэтому меньше десяти раз и считается «великолепным» результатом. Так же трудно их беречь себя в растительном нападении второго зала, там потеря пятерых будет невероятным стечением обстоятельств. И никто из тех, кто покупал эту инструкцию, не проходил без потерь. А как смог я? Репутация? Наставник у бехолдеров? Скорее всего, и то, и другое. А ещё уже немалый боевой опыт глазиков. Что ж, ещё один способ заработать очков исследований найден.

«А я только собирался предложить тебе это, Старший».

Да я и сам как-то сообразил. За полезное дополнение уже когда-то созданного лота положена половина от его стоимости. Уверен, инструкция к Данжу Хранителя стоила очков пятьсот, не меньше. Озолотимся, если подтвердится дополнение, конечно.

«Это будет трудно. Наш путь никто не пройдёт, это точно».

Каждый путь уникален, но репутацию-то набрать можно другими способами, да и Наставника найти не проблема, не так уж это и сложно.

«Тогда оформляй. Очки исследования не помешают, особенно двести пятьдесят разом».

– Ну так проси, – наклонив голову, произнëс Крамп. – Надеюсь, ограничения знаешь?

– Ничего выходящего за рамки мне не нужно, – отозвался я, собираясь с мыслями. – Первое, обнулить заклинаний мага, кроме необходимых типов.

– Смело, – прокомментировал Вестник, – но за рамки не выходит, тут ты прав. Максимально скучная и стандартная просьба. Держи.

Жестом заправского фокусника – а как иначе – манекен вытащил из воздуха платок, положил его на свою ладонь, поколдовал и резким движением смахнул невесомую ткань. В руке Крампа оказался желтоватый свиток с золочëными концами и ярко-красной ленточкой.

– Держи, – с улыбкой сказал манекен, протягивая свиток. – Ещё.

– Что-нибудь на создание Ордена из боевых возможностей пришедших со мной гномов, – произнëс я, забирая Редактора.

Именно так называлась любая возможность изменять навыки, умения или вот заклинания юнита, выполненная в физической форме.

– Тоже ничего необычного, – продолжая улыбаться, протянул Крамп. – Могу предложить три возможности. Первый – три типа воинов, дополняющих друг друга, каждый со своим оружием, и полное троевластие власти Ордена. Второй – один юнит, владеющий всеми видами орудия Ордена, но на уровне максимум выше среднего. Что выбираешь?

– Нет, – твëрдо ответил я.

– Что нет?

– Не выбираю. Было обещано три варианта. Я жду.

Манекен тут же увеличился в размере раза в три и налился угрожающей краснотой. В его руках появился соответствующего размера меч, по виду пластиковый, но по виду же невероятно острый. Один взмах таким – и от меня ничего не останется.

– ТЫ СМЕЕШЬ УГРОЖАТЬ МНЕ??? – проревел Крамп. – ТЫ, ЖАЛКАЯ БУКАШКА??? ДА Я ТЕБЯ УНИЧТОЖУ!!!

– Умереть от глупости брехуна не стыдно, – парировал я.

– КАК ТЫ МЕНЯ НАЗВАЛ??? – рыкнул манекен, поднимая над головой меч. – КТО Я???

– Вместо обещанных трëх вариантов мне было предложено лишь два, – спокойно ответил я. – У меня всё записано. Неужели не знающий, кто он, хочет, чтобы все узнали, что Вестник Эльрата брехун?

– А ты мне нравишься, – весело произнëс Крамп, принимая прежний вид. – Девять с половиной Приходящих из десяти после демонстрации силы быстро выбирали из двух вариантов. Так что даю тебе третий вариант, единственный приемлемый для тебя, поверь мне. Твои спутники-гномы объединяют своë оружие в единое целое, каждый доучивается тому, чего у него не хватает, устанавливается троевластие. Каждый адепт так же учится трём школам Ордена, но преобладающим видом оружия для него становится одно, два других – вспомогательные. Как тебе?

– И в самом деле лучший вариант, – согласился я. – Беру.

Из появившейся из ниоткуда шляпы манекен высыпал целую россыпь бабочек, которые трансформировались в три амулета и опустились мне в подставленные ладони.

– Отдашь это гномам, пусть носят всё время, кроме сна и гигиенических процедур, – дал инструкции Весник. – Но хочу сказать, через неделю-полторы они смогли бы выработать свою концепцию Ордена. Хорошо, что ты дал им шанс сделать всё самостоятельно, это обязательно скажется. Не знаю как, но точно положительно. И третья просьба.

– Разум бехолдерам, – отчеканил я.

В ответ на это Крамп засмеялся. Заливисто так и заразительно, войди со мной лисята, могли бы и поддержать его.

– А ты хорош, – спустя пару минут произнëс Вестник. – Ладно, не буду говорить, что у них и так есть шанс образумиться, но он слишком мал, чтобы это произошло в ближайший месяц. Будет тебе разум бехолдерам, пусть это и скучно. Ни один гном, приходящий к Вестникам, не в состоянии выдать ничего экстравагантного. Даже жаль.

– Никакой экстравагантности, – выпалил я. – Мне уже хватило стеклянных трубок с костяными дротиками у Красных фей. Хватит.

– А ты умеешь удивлять, – уважительно протянул манекен. – Красные феи, стекло, кость. Беру свои слова обратно, гном с глазами странного цвета.

– Так что насчëт разума бехолдерам?

Вместо ответа сверху на тоненькой ниточки ко мне сполз стеклянный флакон с Красной жидкостью и шестью парами тонких стеклянных ножек. Попав мне на ладонь, флакон принял обычный вид.

– Споишь её своему Наставнику, – пояснил Вестник. – Теперь к наградам, у тебя их полторы, помнишь?

– К счастью, да.

– А ты смешной.

– Ни капли.

– И тем не менее, – улыбнулся Крамп. – Половину награды, с твоего позволения, я вложу в твой Орден. Позволяешь?

– Боюсь, это не в мой власти.

– Верно боишься. Дай подумать, как тебе помочь. Не бойся, я вижу на тебе Касание Бога, то, что обещал он, не будет тронуто. Придумал. Держи рецепт оружия. Ты, правда, Бронник, но справишься. Адепты твоего Ордена будут иметь одно оружие на три техники ведения боя. Развлекайся.

– Спасибо, – осторожно произнëс я, принимая новый свиток.

Весь свой монолог Вестник кружился вокруг меня, рассматривая в разных плоскостях. Что он там хотел увидеть осталось загадкой, то самое Касание явно было не физическим.

– А вот целая награда… – продолжил манекен. – О, знаю! Держи, тебе это точно будет полезно, хоть я и не знаю, что это.

– Это возможно? – скептически уточнил я.

– Некоторые вещи проявляют свою суть лишь после открытия, – философски заметил Вестник.

Передо мной появился ящик для распиливания ассистенток и три лезвия. Они на равном расстоянии впились в реквизит и моментально разрезали его. Крайняя головная часть ящика уменьшилась раза в три и подлетела ко мне.

– На этом всё, – произнëс манекен, дождавшись исчезновения шкатулки в моём инвентаре. – Держи портал, так вы выберетесь наружу. В следующий раз постарайся прийти по делу Хранителя.

Вестник исчез так же, как появился. Орденцы и бехолдеры тут же сбросили транс, бороды гномов лучились удовольствием напополам с задумчивостью. Видимо, показываемые фокусы неслабо их впечатлили.

– Здесь нам делать больше нечего, – произнëс я, – разбираем подарки.

Зидад, Джитсирд и Урграш получили амулеты с наказом снимать лишь на сон и помыться и свиток с рецептом оружия. Надо будут – к Кернисс обратятся, но исключительно сами. Улутум же был вынужден открыть своë подбрюшье, что и сделал, издав звук, вызвавший ассоциации готовности к героической смерти. Зелье я старался вливать аккуратно, в любой момент готовясь прекратить. Когда жидкость полностью оказалась внутри Наставника, тот взлетел к потолку и крутился вокруг него под собственные заливистые переливы. От него шёл самый настоящий пар, как и от оставшихся внизу глазиков, я успел реально за них испугаться, но обошлось. Примерно минуту спустя Улутум опустился без видимых изменений.

– А теперь в портал, – велел я.

Никто не посмел ослушаться, хотя моргенштерщик явно хотел о многом спросить, а то и вовсе изучить бехолдоров поближе. Вышли из портала в виде розовой арки мы на краю лавандовой поляны, на том месте, где я три часа назад варил зелье. Орденцы отрешëнно поблагодарили меня, оседлали медведей и ушли в Железный молот. Бехолдеры же смогли удивить.

– Спасибо, лорд, – в унисон неизвестно чем произнесли они, развернулись и под командованием Наставника улетели в сторону деревни дроу. Я же вызвал по нашей неразрывной связи Аса.

«Я спешу как могу, лорд. Буду максимум минут через двадцать».

«А так утром с Кернисс ты не можешь? Взлетел, не прошло и десяти минут, а ты уже снова рядом со мной. Так нельзя».

«Я надеялся, ты не спросишь об этом».

«Нечего сказать?»

«Так и есть. Мы взлетели, я подумал, что было бы неплохо сразу оказаться над Баг-Даадом, пара взмахов крыльями – и под нами столица. И обратно улетая я успел подумать о том, что без меня тебе будет тяжело отправляться по своим важным олбедским делам, несколько секунд, я приземляюсь рядом с тобой. Это странно и страшно».

«Значит, сейчас такое ты проделать не сможешь?»

«Не получается. Я стараюсь, тужусь изо всех сил – безрезультатно. Внутри какая– то пустота, будто на посохе забыли обновить заряд заклинания».

«И отчего это происходит ты тоже не понимаешь?»

«Не понимаю, лорд. Хоть запретят летать, понимание не придёт. Оно как-то появилось, у меня получилось им воспользоваться, а как, почему и за что – неясно. Я думал, ты знаешь».

«Есть у меня один канал связи, который может дать ответ. Ты лети скорее, мне ещё рекорд поставить надо».

«Рекорд? Зачем рекорд?»

«А зачем я решил пройти за сутки максимальное количество подземелий?»

«У каждого из них явно своя решаемая задача».

«Тоже верно, но нужна ведь и общая цель. Так почему бы не рекорд? Лишним точно не будет».

«Ты зелье не забудь доварить, нацеленный на рекорд. Так и останется незавершëнным, некого винить станет за бракованную жидкость».

«А что с зельем не т… точно, шишки добавить надо! Спасибо, Ас, буду должен».

«Не рассчитаешься. Ладно, жди, скоро буду. Поставим мы тебе твой рекорд».