Текст книги "Космическая сага: Восхождение из пепла колоний (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

– Позвольте продемонстрировать. – Он активировал голограмму: над столом возникла объёмная модель звёздной системы с метками эскадры и условного противника. – Предположим, враг выстраивает оборону здесь, прикрывая ключевые объекты. Мы же прыгаем не в лоб, а вот сюда, – метка эскадры сместилась за линию обороны, – и атакуем одновременно с трёх направлений. Пока противник перестраивает щиты и орудия, мы наносим критический урон.

В зале повисла напряжённая тишина. Адмиралы впитывали информацию, сопоставляли её со своим опытом.

– Это меняет всё, – тихо произнёс адмирал Арсений Воронов. – Мы больше не привязаны к стандартным маршрутам и позициям.

Я встал, обводя взглядом собравшихся:

– Верно, адмирал Воронов. Теперь мы – призраки в космосе. Появляемся там, где нас не ждут, бьём туда, где больнее всего, и исчезаем прежде, чем враг поймёт, что произошло. – Я сделал паузу. – После вашего возвращения к своим эскадрам у вас будут сутки. Флот‑адмирал Радин и спейс‑майор Яр будут курировать процесс. Вопросы?

Вопросов не последовало. Адмиралы переглядывались, на их лицах читалась смесь восхищения и азарта. Они уже просчитывали первые операции, представляли, как эта тактика перевернёт устоявшийся порядок вещей.

«Да, – подумал я, – теперь война станет другой. И мы будем теми, кто задаст новые правила».

Я подождал, пока возбуждённые перешёптывания адмиралов утихнут, и снова заговорил:

– Сейчас мы обозначим каждому флоту новые боевые задачи.

Голограмма над тактическим столом изменилась: теперь над ним висела объёмная карта кластера звёздных систем с указанием территорий Дома Сато‑Дзё и Союза Свободных Колоний, а также местоположения наших флотов. Отдельно были выделены три звёздные системы – две красным и одна жёлтым.

Я взял лазерную указку и подошёл ближе.

– Итак, флот адмирала Рогова должен нанести удар по этим звёздным системам, двигаясь по направлению к главной звёздной системе Дома Сато‑Дзё, – я выделил на карте три звёздные системы зелёным лучом указки. – Параллельно флот адмирала Белова и флот адмирала Воронова атакуют вот эти звёздные системы, – я проложил курсоры маршрутов для каждого из названных флотов; линии засветились синим и оранжевым.

Адмиралы сосредоточенно делали пометки, записывая названия звёздных систем в планшеты и сверяясь с голограммой.

– Флот адмирала Маркоса должен атаковать вот эту звёздную систему, – я выделил её пульсирующим фиолетовым цветом и повернулся к Маркосу. – Адмирал Эгеус, вы должны обратить внимание, что эта звёздная система связывает все три направления наших ударов. Это ключевая звёздная система, поэтому ваш флот должен будет оставаться там и в случае необходимости оперативно выдвинуться на помощь любому из наших флотов.

Теперь я посмотрел на Рогова, Белова и Воронова:

– В случае крайней опасности вы будете отступать именно в эту звёздную систему. Всем всё ясно?

Адмиралы дружно кивнули, делая себе очередные пометки. В зале повисла напряжённая тишина.

– Флот адмирала Висенте Морейра пока ещё формируется и будет использован нами для ротации либо для помощи другим флотам. Адмирал Морейра, вы должны не терять времени и заняться слаживанием ваших кораблей и экипажей. Через полторы недели ваш флот должен стать нормальной боевой единицей, а не кучей новых кораблей и экипажей с новым адмиралом, – я внимательно посмотрел на Висенте.

Адмирал Морейра встал:

– Мой князь, вы не разочаруетесь во мне и в доверенном мне флоте.

Я кивнул и повернулся к Этьену:

– Этьен, нам с тобой предстоит самая интересная операция.

Я выделил три звёздные системы и увеличил их масштаб на голограмме. Контуры систем заиграли алым свечением.

– Это самый прямой путь к территориям Сато‑Дзё. Вот эту звёздную систему будет захватывать твой флот, – я указал на первую звёздную систему, – а эту, – я переместил луч указки к соседней метке, – звёздную систему «Чёрное Крыло», – будет захватывать «Стальная Берлога».

Адмирал Висенте Морейра несмело поднял руку и посмотрел на меня.

– Да, адмирал Морейра, – я внимательно посмотрел на адмирала.

– Мой князь, я знаю этот сектор. Там нет звёздной системы «Чёрное крыло», – уверенно произнёс Висенте.

Я улыбнулся:

– Вы правы, и в то же время не правы, адмирал. На звёздных картах этой системы нет. Но по факту она существует.

Я на мгновение задумался, стоит ли сейчас посвящать всех в детали. Но решил, что адмиралы имеют право знать:

– Звёздная система «Чёрное крыло» была открыта пятьдесят три года назад кораблём‑колонизатором, который лишь однажды вышел на связь, чтобы сообщить об открытии. Больше связи с ним не было. Почему звёздную систему не внесли на официальные карты – никто не знает. В звёздной системе обосновался пиратский клан «Чёрные крылья». Но самое главное, – мы думаем, что там находится корабль‑колонизатор, по параметрам похожий на «Стальную Берлогу». Это тот самый корабль, который её открыл. Если мы сможем обнаружить его, захватить и перестроить, это существенно увеличит мощь нашего флота.

Зал затих. Адмиралы переглянулись – новость произвела впечатление. Первым нарушил молчание адмирал Рогов:

– То есть мы идём не просто на захват новой территории, а на полноценную операцию по поиску и захвату древнего корабля?

– Именно так, Леонид, – подтвердил я. – И это меняет приоритеты. «Чёрное крыло» – не просто точка на карте. Это ключ к существенному усилению нашего флота. Пираты, конечно, будут сопротивляться, но нам нужен не их разгром, а доступ к кораблю.

Адмирал Маркос Эгеус нахмурился:

– А если пираты решат уничтожить корабль при угрозе захвата?

– Такая возможность есть, – кивнул я.

Адмирал Тихон Белов задумчиво постучал пальцами по подлокотнику:

– Звучит амбициозно. Но если информация о корабле правдива, это действительно может изменить баланс сил.

– Именно поэтому туда направляется эскадра во главе со «Стальной Берлогой», – завершил я. – Вопросы?

Вопросов не последовало. Адмиралы уже погрузились в расчёты, обдумывая новые вводные. Я окинул взглядом зал: в глазах собравшихся читалась смесь осторожного оптимизма и боевого азарта.

Глава 9

Звёздная система Меровинг‑1. Планета Меровинг‑1a «Камелот». Город‑Дворец Артурия.

Тибо сидел в своём рабочем кресле и смотрел, как Женевьева ходила по кабинету, нервно комкая край своего платья и кидая на него гневные взгляды. Её шаги эхом отдавались в тишине комнаты. Наконец она остановилась напротив него, уперев руки в бока, и вскинула подбородок, глядя на мужа сверху вниз.

– Скажи мне, Тибо, почему ты такой упрямый? – произнесла Женевьева, её голос дрожал от сдерживаемого гнева.

Тибо почувствовал, что ситуация накалилась до предела. Он видел, как подрагивают её пальцы, как пульсирует жилка на виске. Он понимал, что его жена сдерживает себя из последних сил, чтобы не перейти на крик.

– Женевьева… – начал Тибо, но жена перебила его, резко хлопнув ладонью по столу.

– Что – «Женевьева»⁈ – повысила она голос, и теперь в нём звучала чистая, незамутнённая ярость. – Я предупреждала тебя две недели назад! И что ты мне сказал? Ты попросил неделю! Обещал всё уладить, а если не выйдет, то мы обратимся к Ратибору! Прошло уже две недели! – она сделала шаг вперёд, нависая над ним. – Две недели, Тибо! За это время бунтовщики могли укрепиться, привлечь союзников, подготовить ловушки! Но ты… ты просто сидел и ждал!

– Но, Женевьева, всё не так плохо, как ты себе представляешь, – снова заговорил Тибо, стараясь говорить спокойно, но голос всё равно чуть дрогнул. – Взбунтовались только две звёздные системы. Жалкий барон с небольшим флотом. Мы быстро уничтожим его. Достаточно лишь отправить один из наших флотов, что стоят в нашей системе. Это пустяки, поверь мне.

– Тибо, ты идиот? – ухмыльнувшись, спросила Женевьева. Её губы искривились в горькой усмешке, а глаза сузились.

– Нет, – Тибо опешил от такого вопроса. Женевьева никогда не позволяла себе оскорблять его. Он резко выпрямился в кресле, его лицо покраснело.

– Ну раз ты не идиот, то должен понимать, что это ловушка!!! – Женевьева не сдержалась и перешла на крик. Её голос эхом отразился от стен кабинета. – Ты думаешь, этот барон настолько глуп, чтобы открыто бунтовать без поддержки? Без плана? Они ждут тебя! Они хотят, чтобы ты отправил флот – тогда они уничтожат его, ослабят нас и нанесут удар по нашей звёздной системе!

– Не ори на меня! – Тибо тоже вспылил, вскочил с кресла и шагнул к ней. Его кулаки непроизвольно сжались. – Никакая это не ловушка! Ты накручиваешь себя! Тебе везде мерещатся ловушки и интриги! Может, это ты слишком подозрительна? Может, ты видишь врагов там, где их нет?

Женевьева отшатнулась, словно он ударил её. На мгновение в её глазах мелькнуло что‑то похожее на боль, но она тут же спрятала это за новой волной гнева и рассмеялась – резко, отрывисто, без тени веселья.

– Мерещатся, говоришь? – сквозь смех произнесла она, и в этом смехе не было ничего лёгкого, только горечь и обида. – Где бы ты был, если бы не я, которой, как ты говоришь, мерещатся ловушки и интриги? Нищий граф, у которого не было кредитов, чтобы оплатить даже нашу свадьбу! – с издёвкой сказала Женевьева, и её голос зазвенел металлом.

– Это и моя заслуга тоже! – Его лицо ещё сильнее покраснело от ярости. – Я также, как и ты, много работал, чтобы добиться всего этого!

– Хорошо, Тибо, – резко успокоившись, произнесла Женевьева. Её голос стал холодным, а взгляд – спокойным. – Делай, что хочешь.

Она развернулась и направилась к выходу из кабинета, её шаги звучали особенно громко в наступившей тишине.

– И сделаю! – крикнул он ей вслед, сжимая кулаки. – Я докажу тебе, что ты не права!

Женевьева резко остановилась и развернулась так стремительно, что её платье взметнулось. Она подошла к Тибо вплотную – настолько близко, что он почувствовал запах её духов, всегда напоминавший ему о его любимых цветах, – и посмотрела прямо в глаза.

– Хорошо, Тибо. Давай договоримся, – её голос звучал пугающе спокойно. – Если ты окажешься прав и это не ловушка, а твой флот быстро усмирит этого барона, то я извинюсь перед тобой и больше никогда не буду лезть к тебе со своими советами.

Она сделала паузу, давая Тибо время осознать её слова, и продолжила:

– Но если это ловушка и твой флот будет уничтожен, ты передашь мне бразды правления всем Домом. Официально, Тибо. Перед всеми, кто ещё останется с нами.

– Такого никогда не было, чтобы герцогиня правила Домом. Тем более ты не урождённая де Мерови, – Тибо опешил от такого заявления Женевьевы. Его голос дрогнул, но он попытался сохранить самообладание.

– Милый Тибо, если я окажусь права, Великий Дом Меровингов перестанет существовать, – усмехнулась Женевьева. В её усмешке не было торжества, только холодная, трезвая расчётливость. – Вопрос будет лишь в одном: успеем мы склонить головы перед Ратибором и получить от него помощь или нас с тобой повесят, как и всех остальных, кто останется рядом с нами.

Тибо нахмурился. Он хотел доказать жене, что прав, но в то же время не горел желанием передавать ей власть. В голове вихрем проносились мысли: «Она блефует? Или действительно видит то, чего не вижу я?»

– Не знала, что ты ещё и трус, – Женевьева снова развернулась и направилась к выходу из кабинета. Её спина была прямой, как струна, а шаги – твёрдыми и решительными.

Тибо стиснул зубы. Гордость боролась с осторожностью, но мысль о возможном крахе Дома перевесила.

– Хорошо, – выдавил из себя Тибо. Если Женевьева права, то в принципе власть он и так потеряет. А так… Он отогнал от себя панические мысли. Он был прав, не стоило переживать.

Женевьева остановилась и бросила через плечо:

– Неделя, Тибо, чтобы ты разобрался с бароном. Не больше.

– Договорились, любовь моя, – примиряюще сказал Тибо, но в его голосе прозвучала горечь.

Женевьева молча вышла из кабинета с улыбкой на лице – холодной, расчётливой, почти хищной. Улыбки, которую Тибо уже не видел. Дверь за ней тихо закрылась, оставив его одного в тишине кабинета, где ещё витал аромат её духов и эхо их ссоры.

Тибо медленно опустился в кресло и прикрыл глаза. Ему надо было успокоиться, прежде чем разговаривать с флот‑адмиралом. Женевьева вывела его из себя. Последний раз они так ругались лет десять назад, если не больше. И тогда Женевьева оказалась права, а Тибо чуть не лишился головы. После этого он всегда слушал её советы – но только не в этот раз.

Сейчас он был уверен: Женевьева ошибается, и ошибается очень сильно. В груди закипала упрямая решимость – он докажет ей, что и она может ошибаться. Он уничтожит этого жалкого барона и подавит бунт, а потом заставит Женевьеву на коленях просить у него прощения.

Тибо улыбнулся, представляя эту картину: вот Женевьева стоит перед ним, склонив голову, её всегда такая гордая осанка сломлена, а в глазах – раскаяние. Хоть он и любил её, но за сегодняшнюю истерику он её накажет. Да, возможно, потом Женевьева обидится, и ему придётся долгое время жить отдельно от неё. Но рано или поздно они помирятся. Он потерпит. Ради того, чтобы она признала свою ошибку, он готов был потерпеть.

Он открыл глаза и резко выпрямился в кресле. В висках стучала кровь, но разум уже прояснился. Пора было действовать. Тибо пододвинулся ближе к столу, его пальцы непроизвольно забарабанили по полированной поверхности – старый нервный жест, который он так и не смог искоренить.

Перед ним возникла голографическая карта звёздных систем Великого Дома Меровингов. Взгляд невольно зацепился за две красных метки – те самые звёздные системы, где бунтовал барон. «Жалкий выскочка», – подумал Тибо с презрением.

Пора было вызвать флот‑адмирала. Он нажал на кнопку вызова – панель засветилась мягким голубым светом. Буквально через пару секунд в кабинет вошёл слуга и низко поклонился, почти коснувшись лбом пола.

– Найди флот‑адмирала, – стальным голосом произнёс Тибо. – Скажи ему, чтобы немедленно пришёл. Я жду.

– Слушаюсь, ваше высочество, – слуга снова поклонился и, пятясь, скрылся за дверью.

Тибо откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы в замок. В голове уже складывался план: быстрый удар, демонстрация силы, показательное жестокое наказание всех бунтовщиков. Никаких переговоров, никаких компромиссов.

«Всего неделя, – напомнил он себе. – У меня есть неделя, чтобы доказать свою правоту». Он бросил взгляд на старинные часы: стрелки неумолимо двигались вперёд. Каждая минута промедления играла на руку бунтовщикам.

Тибо уже начинал злиться, ожидая флот‑адмирала, когда в дверь тихо постучали.

– Войдите, – произнёс Тибо, и его голос прозвучал громче, чем он планировал.

Дверь тихо открылась, и в неё вошёл флот‑адмирал. Он вытянулся по стойке смирно и отдал честь.

– Мой герцог, ваш слуга передал мне, что вы вызывали меня, – сказал флот‑адмирал, глядя прямо перед собой.

– Но ты не слишком спешил, да? – Тибо резко повернулся к командующему, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. – Или у тебя есть дела поважнее, чем исполнять приказы своего правителя?

Флот‑адмирал слегка побледнел, но взгляда не отвёл.

– Простите меня, ваше высочество, – чуть дрогнувшим голосом ответил он. – Я был на другом уровне дворца, в секторе связи. Координировал расположение наших флотов в системе. Мне потребовалось время, чтобы добраться сюда. Но я прибыл сразу, как получил сообщение.

Тибо на мгновение замер, оценивающе глядя на флот‑адмирала. Тот стоял прямо, плечи развёрнуты, руки по швам – ни тени вины, только сдержанная готовность отвечать за свои действия. Герцог слегка расслабился.

– Ладно, – он махнул рукой, отбрасывая раздражение. – Что докладывает разведка из бунтующих звёздных систем?

– Барон настроил население и местную аристократию против нашего Дома, – начал докладывать он. – Объявил мобилизацию и собирается создать собственный Дом. Уже реквизировал торговые суда, переоборудует их под боевые корабли. Кроме того, он начал раздачу земель и титулов тем, кто поддержит его.

Тибо нахмурился.

– И что, это работает? – перебил он флот‑адмирала.

– К сожалению, да, ваше высочество. Среди местной знати немало недовольных нашей политикой. Барон умело играет на их амбициях. Сейчас он ведёт переговоры с двумя соседними звёздными системами, пытается уговорить местных наместников примкнуть к нему.

– И что они ему ответили? – Тибо подался вперёд, его глаза сузились.

– Они в раздумье, ваше высочество, – ответил флот‑адмирал. – Но аналитики считают, что они согласятся. У барона сильные аргументы: он обещает автономию и снижение налогов. Кроме того, он намекнул, что заручился поддержкой… – флот‑адмирал на мгновение замялся, – … поддержкой Дома Валуа.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Тибо почувствовал, как внутри что‑то ёкнуло – точно так же, как во время ссоры с Женевьевой, когда она говорила о виселице. Но он тут же отбросил эту мысль.

– Поддержка Дома Валуа – это блеф, – резко произнёс он. – Валуа не станут помогать какому‑то выскочке. Они слишком осторожны.

– Возможно, ваше высочество, – дипломатично ответил флот‑адмирал. – Но слухи уже пошли. Это деморализует наши гарнизоны в соседних системах. Некоторые командиры начинают сомневаться в исходе конфликта.

Тибо резко встал, обошёл стол и остановился у окна, глядя на огни столицы. В голове вихрем проносились мысли. «Если соседние системы присоединятся к барону, у него будет достаточно сил, чтобы нанести удар даже по этой звёздной системе. А если он действительно договорился с Валуа…»

Он резко обернулся:

– Сколько времени нам нужно, чтобы подавить бунт? – спросил он жёстко. – Назови точные цифры.

Флот‑адмирал быстро сверился с данными:

– При текущей скорости мобилизации барона – три‑четыре недели, чтобы он закрепился. Но если мы нанесём удар сейчас, пока он ещё не успел собрать все силы, – достаточно трёх дней. Мы можем отправить два флота, по одному в каждую бунтующую систему. Этого хватит, чтобы подавить сопротивление и арестовать барона.

Тибо задумался. Три дня. Отлично. Даже быстрее, установленных Женевьевой сроков.

– Действуй, – приказал герцог. – Подготовь план операции. Эскадры должны выйти через двенадцать часов. И… – он сделал паузу, – держи меня в курсе каждого шага. Никаких самостоятельных решений без моего одобрения.

– Будет исполнено, ваше высочество, – флот‑адмирал снова отдал честь.

– Свободен, – Тибо махнул рукой.

Когда дверь за адмиралом закрылась, герцог вернулся к столу и уставился на карту. Красные метки бунтующих систем словно насмехались над ним. «Я докажу Женевьеве, что она ошибается», – твёрдо решил он. Но где‑то в глубине души шевельнулось тревожное предчувствие.

Звёздная система «Янтарный Утёс». Корабль-матка «Стальная Берлога».

Георгий стоял в ангаре корабля‑матки «Стальная Берлога», вглядываясь в тускло освещённое пространство стыковочного отсека. Гигантские своды ангара терялись в полумраке, лишь редкие огни навигационных панелей мерцали вдоль стен, вычерчивая контуры огромных механизмов. Воздух здесь был прохладным и сухим, с едва уловимым металлическим привкусом.

Он невольно поправил свой костюм, хотя знал, что выглядит безупречно. Но волнение всё равно не отпускало. Он не видел Милославу с тех пор, как «Стальная Берлога» была последний раз в звёздной системе «Скопление Икара».

Вдалеке послышался гул двигателей, и Георгий поднял взгляд. В стыковочный отсек плавно входил большой шаттл.

Шаттл мягко коснулся платформы, опоры встали на упоры, и через несколько секунд раздался глухой звук герметичного соединения. Замигали зелёные индикаторы, сигнализируя о стабилизации давления. Трап начал медленно опускаться.

Первым вышел Каэль Дорн. Высокий, подтянутый, в форме капитан‑лейтенанта. Он обернулся, протянул руку и помог спуститься Милославе.

Георгий замер на мгновение, впитывая образ дочери. Она почти не изменилась – те же яркие, чуть раскосые глаза, та же лёгкая улыбка, которую он так хорошо помнил.

– Отец! – Милослава бросилась к нему, отбросив формальности.

Георгий шагнул навстречу, распахнул объятия, и на мгновение весь мир сузился до этого момента – до тепла её объятий, до запаха её волос, до ощущения, что она наконец рядом.

– Дочка… – он слегка отстранился, чтобы разглядеть её получше, и улыбнулся. – Ты стала ещё красивее. И выглядишь… по‑настоящему взрослой.

Милослава рассмеялась:

– Ну, папа, я уже давно взрослая. Просто ты всё ещё не привык видеть меня полностью здоровой.

Георгий кивнул, мгновенно вспоминая, что он обязан жизнью своей дочери Ратибору. Он тогда спас Милославу, и с тех пор Георгий знал: он в неоплатном долгу перед этим человеком.

Каэль подошёл ближе и отдал честь:

– Привет, босс.

Георгий ухмыльнулся и крепко обнял Каэля – не по‑офицерски, а по‑отечески, похлопав его по спине.

– Я уже давно не твой босс, Каэль. Лучше зови меня… папа.

Все рассмеялись. Милослава схватила обоих за руки:

– Так, стоп. Никаких «папа» на службе, пока мы не остались наедине, договорились? Иначе половина экипажа решит, что у нас тут семейный ресторан, а не боевой корабль.

Каэль подмигнул ей:

– Слушаюсь. Хотя, должен заметить, семейная атмосфера повышает боевой дух.

– Повышает, повышает, – Георгий покачал головой, но в глазах у него светилась гордость. – Ладно, хватит шуток. Пойдёмте, покажу вашу каюту. Будете жить в больших апартаментах на командной палубе.

Он повёл их вглубь корабля. Двери ангара медленно сомкнулись за спиной, отсекая служебную реальность и оставляя место только для тепла воссоединения – короткого, но такого нужного перед лицом грядущих испытаний.

Они поднялись на командную палубу и направились в сектор с жилыми каютами. Пока шли, Георгий показал им, где находится столовая для узкого круга лиц и зал для совещаний с массивным овальным столом и голографическим проектором в центре.

– Здесь мы проводим оперативные совещания, – пояснил Георгий, задержавшись у двери зала. – А в столовой обычно обсуждаем менее формальные вопросы.

– Выглядит… по‑домашнему, – заметила она.

– Так и есть, – кивнул Георгий. – На корабле мы не просто офицеры. Мы – семья.

Они продолжили путь по коридору. Мимо проходили члены экипажа – кто‑то отдавал честь, кто‑то просто кивал.

Он остановился у массивной двери и приложил ладонь к сканеру. Дверь плавно отъехала в сторону, открывая вид на просторные апартаменты.

– Ваш новый дом, – произнёс Георгий, пропуская их внутрь.

Каюта оказалась просторной: высокие потолки, голографический экран, куда сейчас транслировался вид на планету звёздной системы «Янтарный Утёс», мягкая мебель у стены и встроенный голографический проектор над столом. В глубине виднелись две смежные спальни с отдельными санузлами.

– Впечатляет, – Каэль сделал шаг внутрь, оглядываясь. – Нам выделили целую квартиру?

– Вы теперь часть командного состава, – пояснил Георгий. – А на «Стальной Берлоге» принято, чтобы офицеры жили с комфортом.

Милослава подошла и обняла его:

– Спасибо, папа. За всё.

Георгий на мгновение прижал её к себе, затем похлопал Каэля по плечу:

– Отдыхайте. Завтра утром встретимся на завтраке.

Дверь за ним закрылась. Каэль и Милослава переглянулись.

– Ну что, – Каэль обнял жену за плечи, – сначала душ?

– Сначала душ, – улыбнулась Милослава.

Сейчас, в эти короткие минуты покоя, она просто хотела насладиться тем, что они наконец вместе – на мощном корабле, под защитой отца, перед лицом неизвестного будущего.

– Знаешь, – тихо сказала она, – мне кажется, мы здесь не просто так. Не только для того, чтобы помогать управлять Домом.

Каэль встал рядом, обнял её за плечи:

– Согласен. Всё это – часть чего‑то большего. Но мы справимся. Вместе.

Милослава улыбнулась и кивнула. В этот момент она чувствовала себя по‑настоящему дома.