Текст книги "Демоноборец (СИ)"

Автор книги: Максим Петров

Соавторы: Максим Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

– Да как вам сказать? – помялся инспектор. – Видите ли, Алексей Николаевич, официально ваш трактир в залоге у сына нашего градоначальника, – после этих слов он поморщился, словно съел что-то испорченное.

– Так. Сын градоначальника, – я кивнул. – Только тогда при чём тут криминал? Как-то это всё не вяжется с вашими словами.

– Да потому что он держит одну банду, которая убивает тех людей, которые ему неугодны! – Семён Геннадьевич хлопнул по столу. – Все всё знают, а доказать не могут. Вот в чём криминал! А трактир они забрали по грабительской цене, да проценты назначили такие, что для возвращения всего долга, кроме как продать, ничего не остаётся. Бумаги чистые, и под ними подпись вашей сестры, так что не подкопаешься.

– Вот как, – я слабо улыбнулся.

Что-то мне подсказывает, что сын градоначальника уже не совсем человек. Хотя не будем торопить события, для начала нужно на него хотя бы посмотреть, а то, может, я вообще клевещу на человека, хе.

– Зря улыбаетесь, Алексей Николаевич, ой зря, – инспектор тяжело вздохнул. – С Громовым вам не сладить, помяните моё слово. А силы, чтобы на него надавить, у вас нет, уж простите.

– За правду прощения не просят, – я хмыкнул. – Что ж, Семён Геннадьевич, благодарю за откровенность. В течение недели я решу все свои проблемы, и тогда мы с вами встретимся ещё раз.

– А что по поводу вашей сестры? Может, всё-таки стоит привлечь полицию? – в голосе инспектора слышалась забота. Знал бы ты, мил человек, о ком заботишься. Впрочем, это уже не важно.

– Знаете, Семён Геннадьевич, возможно, я просто утомил сестру. Сами подумайте, лежачий больной, род в долгах, да и рода того нет по сути, – я пожал плечами. – Так что не удивлюсь, если окажется, что Екатерина решила просто уйти. Так бывает, уж вам ли не знать.

– Надеюсь, что вы ошибаетесь, Алексей Николаевич, – инспектор тяжело вздохнул. – Но жизнь и правда сложная штука. Иногда она выкидывает такие фортеля, что сам диву даюсь, как такое вообще возможно?

Я кивнул, соглашаясь с ним, а дальше разговор плавно подошёл к концу. Когда инспектор ушёл, я убрал с лица доброжелательную улыбку. Значит, сынок местного градоначальника. Что ж, информация есть, теперь нужно начинать действовать.

– Степанида! – стоило мне только произнести имя, как служанка выросла рядом со мной, словно из-под земли.

– Что-то случилось, Алексей Николаевич?

– Ничего страшного, – я отрицательно покачал головой. – Вопрос есть. Где все ключи? А то слишком много дверей в этом доме закрыты от меня.

– Так в комнате у Екатерины Всеславовны, только там. А вам ключ от кабинета нужен, да?

– Ну, если кабинет за стальной дверью, то да, – я кивнул. – Что ж, пойдём, поможешь мне их найти.

Служанка кивнула, и мы направились на второй этаж. Десяти минут хватило на то, чтобы найти искомое, а в процессе удалось обнаружить ещё и неплохую сумму денег. По крайней мере, судя по выражению лица Степаниды.

– Это много? – я кивнул на пачку банкнот, и служанка судорожно закивала.

– Этих денег хватит на два месяца, – ответила она. – Не понимаю ничего. Екатерина Всеславовна ведь говорила, что…

Я мысленно усмехнулся. Неужели сестрица нарочно пустила род под откос? В принципе, демоны так делают, но вот смысл пока от меня ускользал.

– Тогда держи, будешь тратить на дом, – я протянул ей деньги, а сам взял ключи и направился к той самой двери.

Подобрать ключ получилось с первого же раза, в связке он один был подходящего размера. Повернув его два раза в замке, я потянул тяжёлое полотно на себя, и дверь медленно, нехотя, но открылась. Внутри меня встретил большой рабочий стол, весь в пыли, шкаф с книгами, почти до потолка, два дивана, которым не помешала бы чистка, и большой стальной ящик в углу, видимо, сейф. Он тут же привлёк моё внимание, а всё потому, что от него несло силой. Причём знакомой силой, такой же, как у меня.

Медленно подойдя к нему, я коснулся металла и прикрыл глаза. Сейф тут же ответил тёплой волной, а после меня что-то легонько кольнуло в один из пальцев. Убрав руку, я увидел крошечную каплю крови, а дальше поверхность сейфа на мгновение покрылась незнакомыми мне узорами, и сразу после этого замок внутри щёлкнул, а дверь приоткрылась.

– Любопытно, – тихо прошептал я себе под нос и взялся за дверь.

Она была даже тяжелее входной, хотя, может, дело в моём нынешнем состоянии? Впрочем, плевать.

Открыв сейф, я присел на корточки и начал доставать его содержимое. Две древние даже на вид книги, короткий кинжал с позолоченной рукоятью и небольшой ящичек из тёмного дерева. Сняв крышку, я оценил содержимое и невольно улыбнулся. Драгоценные камни, целая шкатулка драгоценных камней. Теперь мне понятна защита на этом сейфе, и понятно, почему демон в теле Екатерины не смог до них добраться. Кровь не водица, ха-ха.

– Что ж, одной проблемой меньше, – тихо прошептал я себе под нос. – Теперь осталось закрыть вопрос с трактиром. Но для начала не помешало бы его увидеть.

Вернув всё добро обратно в сейф, я взял себе один алмаз и один рубин и, закрыв сейф, покинул кабинет.

Подойдя к Степаниде, что сновала по кухне, я задал вопрос насчёт транспорта.

– Ой, Алексей Николаевич, есть. Как же не быть? – служанка улыбнулась, но как-то виновато. – Вот только некому сесть за руль вашей брички. Екатерина Всеславовна уволила Фёдора, месяц как уж прошёл.

– А Фёдор, видимо, у нас что-то вроде кучера, да?

– Он самый, – Степанида кивнула, – а ещё садовник и мастер на все руки. Разве что возраста приличного, ну так так даже лучше… было.

– А вернуть этого Фёдора мы можем? – я покачал головой. – Такой человек в доме точно лишним не будет. Или он уже нашёл себе другую работу?

– Нет, барин, таких, как мы, в другие дома не берут. Принято под себя слуг выбирать, а если уж род идёт ко дну, то и слуги следом. Так что сидит Фёдор дома, от скуки мается.

– Ну и отлично, – взяв красное яблоко из вазочки на столе, я откусил кусок. – Пригласи его обратно, скажи, глава рода поговорить хочет.

Степанида кивнула и кинулась в коридор, к какому-то странному аппарату. Что-то покрутила, потом взяла и приложила часть его к уху. Хм, артефакт связи? Интересно, очень интересно. И опять ни капли магии, выходит, что местные пошли по иному пути, чем в моём мире. Но ничего, разберёмся. Хотя памяти не хватает, причём сильно. Зато жив, хе, и на этот раз с совсем уже другими вводными…

Примерно через час в дом явился Фёдор. Худощавого телосложения мужчина чуть за пятьдесят с ярко-голубыми глазами, соломенными волосами и какими-то непропорционально огромными руками. Я бы даже сказал «ручищами».

Алкоголем от Фёдора не пахло, но почему-то он напоминал мне человека, который буквально недавно всерьёз решал для себя – быть или не быть, спиваться или не спиваться. На фоне безработицы оно немудрено. И новость о том, что молодой Светлов не просто на ноги поднялся, но ещё и собрался куда-то ехать, явно его шокировала.

– Алексей Николаевич? – голос у Фёдора был с приятной такой хрипотцой. – Неужто? Здоров?

– Здоров, Фёдор Михайлович, здоров…

Кто бы кем и кому ни приходился в местной иерархии, вот так сходу называть человека втрое старше себя пренебрежительно без отчества у меня язык не повернулся. Элементарное уважение, базовое воспитание. Уверен, оно не помешает.

– Мне когда Степанидушка сказала, что вы выздоровели, думал, разыгрывает меня! Думал, бредить с горя начала! Думал, в дурку старую везти придётся!

– Эй⁈

– А хозяйка-то где? – Фёдор оглянулся по сторонам.

– Где-то, – ответил я и поспешил перевести тему. – Мы готовы к выезду в город?

– Так а… а чего к нему готовиться? – засуетился мужчина. – Сейчас машину к главному входу подгоню, да и поехали! Оденьтесь только потеплее, там сегодня подморозило!

Машина, значит.

Рычащий гробик на колёсах, от которого за версту несло вонючими газами, но… соглашусь, было в нём какое-то изящество. Какой-то агрессивный стиль и скрытая мощь. И вот конкретно эту технологию я принял сразу же – как по мне, она оказалась проста и понятна. Сперва было непривычно, но уже спустя минуту пути я начал получать удовольствие, и даже более того – мне страстно захотелось научиться управлять этой самоходной штуковиной!

Изнутри машина пахла натуральной кожей и чем-то ещё. Чем-то похожим на слабенькие дешёвые духи, но при этом без претензии на них, без вульгарности и пошлости. С заднего сиденья я подглядывал за тем, как Фёдор обращается с рулём и рычажком между сидений. Система прослеживалась чётко, и в целом ничего сложного я не увидел. Немножечко практики под контролем хорошего учителя, и освою без проблем.

– Куда едем, Алексей Николаевич?

– К скупщику, – ответил я, и Фёдор на какое-то время завис.

– Это куда? В ломбард, что ли?

– Наверное, – ответил я, полностью доверяя водителю. Ломбард так ломбард.

– Как скажете, Алексей Николаевич.

За окном проплывал родной город моего нового тела. Красивый, чёрт его дери. Внушительный. Простенькие деревянные избушки с резными наличниками соседствовали с каменными двух– и трёхэтажными домами, а те в свою очередь с совсем уж высоченными махинами, и в этом архитектурном разнобое чувствовалась очень долгая и живая история. Дороги везде были широкие, снег всюду счищен так, чтобы ходить было удобно, на каждом углу выключенный до поры до времени фонарь, а люди… людей просто тьма!

Кто-то спешит по своим делам, кто-то лениво прогуливается, но так или иначе сразу становится понятно – время мирное. Пускай Степанида и рассказала мне о том, что в Империи начали твориться всякие разные ужасы, лично я их пока что не замечаю. То есть даже намёка на что-то лихое нет. А это значит, что шанс выполнить поручение Жизни весьма велик.

Хотя… может быть, всё познаётся в сравнении? Неосведомлённость начала потихоньку раздражать, но что с ней поделать я пока что не понимал.

– Приехали, – сказал Фёдор и остановил машину возле небольшого серого зданьица с колоннами. – Мне с вами зайти или как?

– Пойдём, – кивнул я. – На всякий случай.

Что ж. Изнутри ломбард оказался похож на тёмную собачью конуру. Вокруг стояли стеллажи с непонятными мне устройствами, а основным источником света оказалась яркая лампа у прилавка. Седой кудрявый мужичок сгорбился над ним и через увеличительное стекло рассматривал какую-то монету. А что обидно – даже не поздоровался с нами, собака такая. То ли просто он человек так себе, а то ли с головой ушёл в работу.

– Добрый день, – как умел, я привлёк его внимание и без лишних слов высыпал на прилавок свои камешки. – За сколько возьмёте?

Кудрявый наконец-то отвлёкся от монеты, с мелкогрызунковыми ужимками схватил камни и поочерёдно посмотрел их на свет. Тут же изобразил разочарование. Скорчился, губы поджал и недовольно помотал башкой.

– Мутные, – констатировал торгаш. – На грани некондиции. За всё про всё дам десять тысяч рублей, – тут он наконец-то поднял на меня равнодушный взгляд.

– Сто, – ответил я.

Потому что такие вот люди одинаковы во всех мирах. И пусть я совершенно не понимаю местный порядок ценообразования, он мне только что сам его подсказал. Умножай на десять и не ошибёшься, а там и до правды сторгуемся.

– Пять тысяч, – улыбнулся торгаш. – И я закрываю глаза на то, что они краденные.

– Простите?

– Три тысячи, – кудрявый подкинул камушки на ладони. – Или ты предлагаешь мне поверить, что камни действительно твои, сопляк?

– Да как ты смеешь! – заорал позади меня Фёдор. – Ты хоть знаешь, кто это⁈ – и явно что двинулся атаковать неуважаемого ювелира кулаками, да прямо в лицо. – Это Светлов Алексей Николаевич!

Я мягко выставил руку в сторону, останавливая его, а кудрявый переменился в лице.

– С-с-светлов? Младший который? Но ведь…

– Головой думай, прежде чем языком болтать! С благородным общаешься!

Ювелир выскочил из-за прилавка, пожал мне руку и, конечно же, сказал, что вышло недоразумение.

– Если вы не против, Алексей Николаевич, давайте начнём всё сначала, – кудрявый забегал по торговому залу, включая общий свет, а по ходу дела тараторил: – Сами понимаете, ко мне нечасто заходят аристократы, и под «нечасто» я имею в виду никогда, а о вас в городе ходили нехорошие слухи, да и в лицо я вас, признаться, никогда не видел, и если бы я только знал, то я бы никогда…

Мысль номер один – Фёдор от простоты душевной и тупо по незнанию привёз меня туда, куда бы сам в случае чего направился сдавать камни. То есть в дыру. И думается мне, что где-то должно быть заведение посолидней. Мысль номер два – судя по реакции ювелира, моя семья в городе всё ещё на слуху. Мысль номер три – классовое неравенство в этом мире, конечно, на уровне. Цветёт, что называется, и пахнет.

Ну и наконец мысль номер четыре – самая неочевидная. Кудрявый решил, что я вор, и отнёсся к этому как к чему-то само собой разумеющемуся. А значит, часто имеет дело с ворами. И вот эту ситуацию можно попробовать обернуть в свою пользу. Дело в том, что промышляющие грабежом люди зачастую даже близко не понимают, что за вещь попала им в руки. Тащат всё, что плохо прикручено, а что это? Да плевать, в общем-то.

– Базилевский, – совладав с первоначальной паникой, наконец-то представился ювелир. – Никита Андреевич. Крайне рад приветствовать вашу персону в моём скромном заведении.

Господин Базилевский вернулся за прилавок и снова взялся за камни. Вот только теперь вместо того, чтобы состроить кислую мину, он охал, ахал и одобрительно кивал. А потому наконец заявил, что:

– При всём моём уважении, Алексей Николаевич, но сумму в сто тысяч рублей я не могу назвать честной.

А я, признаться, даже и не рассчитывал.

– Пятьдесят – это максимум. Но вот какое дело, – суетливо продолжил Никита Андреевич. – К моему превеликому сожалению, у меня просто не хватит собственных средств, чтобы их выкупить. Но я могу оставить их у себя на реализацию! Свяжусь со знакомыми в столице, распишу характеристики камней и, думаю, сумею провернуть сделку за несколько дней.

– Годится, – кивнул я.

– Чудесно! В таком случае, вы не будете против, если для третьих лиц я буду называть вас своим клиентом?

– Конечно же, не против…

На мой взгляд, сделка была разумной. Хотя внутри я уже сгорал от нетерпения и просто ждал, когда мы уже договоримся насчёт камней и пойдём дальше. Мысль насчёт краденных вещей крепко засела в голове, и перспективы манили.

Если через Базилевского действительно проходит поток товара, добытого нечестным путём, значит, среди этого барахла может случайно затесаться нечто действительно ценное. Артефакты, определить которые неодарённые просто не в силах. А потому:

– Более того, Никита Андреевич, – продолжил я. – Я ведь и сам с удовольствием буду рекомендовать вашу лавку друзьям и знакомым. При одном небольшом условии.

– Слушаю вас, Алексей Николаевич, – ювелир явно заинтересовался.

– Почему-то я уверен, что всё это, – я обвёл руками простенький зал с витринами, полными дешёвых безделушек. – Всё это лишь часть вашего настоящего ассортимента. Быть может, у вас есть что-нибудь ещё? Что-нибудь… эдакое?

Базилевский замер. Вороватый взгляд начал прыгать с меня на Фёдора, с Фёдора на входную дверь и обратно. Осторожность? Страх? Любопытство? Должно быть, всё сразу.

– Эдакого, – повторил он, растягивая слово. – Хм-м… Алексей Николаевич, позвольте поинтересоваться, – Базилевский перешёл на шёпот. – От кого вы это услышали?

– Ни от кого, – честно признался я. – Просто сделал выводы.

– Хм-м-м…

И снова на лице ювелира отобразилась борьба. И хочется, и колется, что называется.

– Я действительно могу вам доверять?

– Даю слово дворянина.

– А ваш человек? – спросил он, кивнув на Фёдора. – Он надёжен?

– Более чем.

– Хорошо, – Базилевский глубоко вдохнул. – Тогда прошу за мной…

Ювелир открыл нам дверцу, ведущую за прилавок, а после поманил за собой в подсобную комнату. Остановился в коридоре. Погремел ключами, поочерёдно открывая аж три разных замка на железной двери, наконец открыл её и первым прошмыгнул внутрь.

– Прошу вас, заходите, – сказал он из темноты и включил свет.

– Ага, – улыбнулся я, оглядывая открывшиеся мне прилавки «чёрного рынка». – Вот это мне и надо…

Глава 5

Глядя на всё это великолепие, разбросанное вразнобой по столам, мне сильно захотелось дать скупщику подзатыльник. Кто ж так артефакты смешивает? А если попадутся те, что войдут в контакт? После магических взрывов такие воронки остаются, что их проще водой заполнить, чем засыпать землей.

Подойдя к столу, грубо сколоченному из обычных досок, я взял в руки короткий меч. На вид ничего необычного – просто кусок стали, но это если не смотреть магическим взглядом. Под ним же открывалась совсем другая картина, куда более интересная. Клинок имел магическую структуру. Наполнить бы его силой, но нет, не стоит.

Однако сильно показывать свой интерес я не стал, состроил разочарованную мину, положил меч обратно на стол и пошел дальше. На соседнем столе я нашел небольшой мешочек, внутри которого были шары размером с человеческий глаз, может чуть больше. Они также имели магическую структуру, а значит, это тоже артефакты. В итоге, пройдя эту небольшую комнату от края до края, я нашел с десяток магических вещей. Подспудно я наблюдал за Базилевским, и, судя по его спокойному взгляду, он не был в курсе того, чем обладает.

– Господин, зачем вам это старье? – подал голос Федор. Водитель стоял возле двери, и, судя по скепсису на лице, меньше всего на свете верил в то, что тут есть что-то ценное. Молодец, так держать, хе.

– Да вот же. Надеялся, что попадется что-то стоящее, – я покачал головой и повернулся к Базилевскому. – Неважные у тебя поставщики, Никита Андреевич. Тут же почти один магический хлам. От некоторых вещей идут слабые эманации, но не более. Давай так, какой из моих камней дороже?

– Алмаз, ваше благородие, – Базилевский даже не попытался скрыть свою печаль. – Но, быть может, вас что-то все же заинтересует?

– Ладно, так и быть, – я кивнул и сгреб в кучу все нормальные артефакты, добавив сверху пару обычных кинжалов, просто из хорошей стали.

В хозяйстве точно пригодится. Да и вообще, для меня ходить без оружия – всё равно что ходить голым, так что надо будет еще и этим вопросом озаботиться. Если я правильно понимаю иерархию и традиции, то где-то в доме должен быть родовой клинок. Хоть что-то, что подошло бы для выходов в свет.

– Вот. Вот это всё я готов забрать, – отвлекшись от своих мыслей, я кивнул скупщику на эту небольшую кучу. – А теперь посчитай, сколько всё это получится, а после вычти из цены рубина, что я тебе принес. Остальное отдашь деньгами.

– Хорошо, ваше благородие, – скупщик трясущимися руками начал перебирать то, что я отобрал, при этом беззвучно шевеля губами. Закончив с этим, он еще несколько секунд собирался с духом, а после выпалил:

– Три тысячи рублей, ваше благородие. Вот сколько это стоит, – сказав это, он замолчал, ожидая моей реакции.

У дверей тем временем зашевелился Федор, водителю явно не понравились слова скупщика.

– Не надо, – я поднял руку, останавливая его, после чего глянул на скупщика.

Тот весь сжался, в ожидании нехорошего… Боги, неужели настолько всё плохо? Нет! У нас ведь тоже была аристократия и простецы, но разделение было почти незаметным. Простец мог так же заработать денег, купить почти всё, что душе захочется, и лишь в разговоре с аристократом он был вынужден добавлять приставку «лер» и проявлять вежливость. Тут же всё явно иначе.

– Вот что, Никита Андреевич, договоримся на двух с половиной тысячах. Больше это барахло не стоит, что бы ты не говорил, – я усмехнулся. – Рубин стоит не меньше восемнадцати тысяч, я прав?

– Правы, ваше благородие, – тяжело вздохнув, произнес он. – Хорошо, я согласен на такую цену. Но у меня нет пятнадцати тысяч, только двенадцать. Быть может, вы согласитесь подождать, пока я не продам камни?

– Хорошо. Двенадцать тысяч сейчас, а остальное после продажи камней, – я развернул руку тыльной стороной вверх и создал небольшой шар из чистого света. – Надеюсь, у тебя нет желания меня обмануть?

– Нет-нет, – глаза Базилевского расширились. – Я отдам всё до копейки, Алексей Николаевич, честное слово!

– Что ж, несмотря ни на что, я тебе верю, Никита Андреевич. А теперь пошли, отдашь мне деньги.

Покинув каморку, мы вернулись обратно в главный зал, если его можно так назвать, конечно. Там мне пришлось подождать, пока скупщик всё упакует и достанет деньги из заначки. Он долго копался под своим рабочим столом, но в конце концов я получил три пачки банкнот и мешок с купленным, только меч Базилевский отдал отдельно, так как в мешок он не поместился. Деньги я распределил по карманам, меч решил держать в руках, а мешок протянул Федору. Водитель молча взял его, при этом не отводя хмурого взгляда от скупщика.

– Что ж, через несколько дней я заеду узнать, как продвигается продажа камней, а пока что всего хорошего, – подмигнув белому как мел скупщику, я кивнул Федору в сторону выхода. А когда мы оказались на улице, то увидели занимательную картину. Четверо громил стояли у нашего транспорта, демонстративно нагло опираясь своими задницами на него.

– А вот и владельцы! – гоготнул один из них, тот, что почти на две головы выше меня и раза в три шире. – Ну что, господа хорошие? Заехали в чужой район, а заплатить не заплатили? Как же так, а? Вроде ведь взрослые люди, – он изобразил разочарование.

– От машины отошел, – Федор сделал шаг вперед, пытаясь закрыть меня корпусом. – Свалили в закат, мыши, и мы сделаем вид, что никого не видели.

– Дядь, а ты борзый, – громила ощерился. – Таких ломать одно удовольствие, – после этих слов появились дубинки, главный рабочий инструмент бандитов.

– Федор, отойди-ка, – вся эта ситуация почему-то меня сильно развеселила. Второй день в новом мире, а меня уже грабят… Ну разве не прелесть?

Напрягая источник, я выцедил несколько капель энергий и направил их в меч. Лезвие клинка странно блеснуло, а потом на нем появились светящиеся каракули, чем-то напоминающие руны моего прошлого мира.

– Ребятки, у вас еще есть шанс сделать так, как сказал мой человек, – я усмехнулся. – Ну или можем решить вопрос по-другому.

Вместо ответа говоривший со мной щелкнул пальцами, и троица его подручных скопом пошла на меня. Ну ладно. Посмотрим, на что способно это тело без магии.

Первого я поймал на замахе, и удар плашмя по уху отправил бандита на землю. Звонко получилось, мне понравилось. А вот с остальными двумя пришлось повозиться: навыки у моего тела были, а вот с выносливостью как-то не очень. Так что в итоге один получил по яйцам и рухнул на колени, а последнего, самого борзого, пришлось чуточку порезать. И как только его кровь с пореза на щеке закапала на землю, весь его лихой задор куда-то испарился, словно бы и не было его.

– Теперь ты, – я поднял руку с мечом и указал на громилу. Вид у него изменился, однако почему-то бежать он не спешил.

– Парень, ты только что сам себе приговор подписал, – тихо сказал он. – Ты хоть знаешь, под кем мы ходим?

– Да, честно говоря, плевать, – я пожал плечами. – А теперь, будь добр, сделай так, как сказал мой человек, и свали в закат. И псин своих забери.

Бандит еще секунду сверлил меня взглядом, но потом сдался, и через несколько секунд они скрылись в ближайшем переулке.

– Вот что значит порода, – с восхищением в голосе произнес Федор. – Господин, вы даже в таком состоянии не побоялись сойтись в схватке с этими ублюдками!

– Да какая там схватка? – я усмехнулся. – Так, мелкая драка. Поехали к трактиру, Федор, хочу посмотреть на главный актив нашего рода.

Водитель кивнул и кинулся открывать мне дверь. Ладно, пусть будет так. Не я эти правила устанавливал и не мне их менять. Ну… по крайней мере пока что…

Примерно через полчаса мы свернули с широкой оживлённой дороги куда-то во дворы. Фёдор вёл уверенно, без лишней суеты, и я окреп в мысли о том, что вот он-то меня вождению и обучит. Возможно даже, что сегодня. К чему откладывать?

– Может, вам музыку включить, ваше благородие?

– Включи, – недолго думая ответил я.

Фёдор тыкнул на какую-то кнопку, в салоне действительно заорала музыка, а я впал в приятный шок. Но нет! Не из-за самой технологии! Всё же я не совсем дикий и в лесу колесу не молился. А удивило меня совсем другое: приятный женский голос пел на другом языке, то есть не на том, на котором мы прямо сейчас общались с Фёдором, но… при этом я его понимал.

– Тьфу, иностранщина, – фыркнул мой водила и покрутил какую-то ручку. Музыка сменилась, а мысль осталась.

Если от Алексея Светлова я унаследовал знание аж двух языков и кое-какие навыки фехтования, значит и всё остальное где-то тоже должно быть. Не может же быть такого, что тут помню, а тут не помню. И значит, что все эти знания каким-то образом возможно выковырять, понять бы только каким. М-м-м… да. Всё-таки нужно делать скидку на то, что я первый раз перерождаюсь. Слабоват пока что и в теории, и в практике.

Тем временем за окном началась стабильно низкая застройка, и я понял, что мы заехали в старый исторический райончик.

– Приехали, ваше благородие, – Фёдор притормозил перед оградкой, метров за двадцать до реки.

Мощёная камнем и чищенная от снега набережная шла по всей её длине что на этом берегу, что на том. Сама река, не сказать, чтобы широкая, была скована льдом. Тверца, значит. Вот она какая. Ну а слева от нас был бледно-жёлтый двухэтажный домик: широкое крыльцо с балюстрадами, два окна слева от него и три справа. Вот только крыльцо аж до состояния сугроба замело и никаких опознавательных знаков не видно.

– Что-то я вывески не вижу, – сказал я, осматривая домик.

– Так вот же она, – Фёдор ткнул пальцем в сторону крыльца.

– «Трактир», – прочитал я. – Это понятно. А название-то у него какое?

– «Трактир».

– Трактир «Трактир»?

Интересно, конечно. Не название, а констатация факта.

– И что, популярное место было? – спросил я.

– О да. Я вашего папеньку частенько сюда привозил по делам, и каждый раз внутри был биток. Шумно, весело, – Фёдор улыбнулся воспоминаниям. – Разная публика собиралась. И купцы, и чиновники, и молодые господа из университета, и обычный люд. Трактир ведь круглосуточно работал, представляете? Это ж какой плюс!

– Объясни.

– А чего тут объяснять? Соседей нет, значит и жаловаться некому. Значит можно хоть всю ночь орать и музыку на полной громкости слушать.

– Ага, – кивнул я, постепенно проникаясь перспективами. – А что насчёт драк?

– Всякое бывало, Алексей Николаевич, – Фёдор почесал в затылке. – Но только меж дворян. Но всё чинно, благородно, только на арене и до первой крови, смертоубийств не было.

Отлично. Ещё один плюсик в том, что мрачного прошлого у заведения нет и исправлять репутацию не потребуется.

– Понял. Ну что, пойдём внутрь?

– Пойдёмте, Алексей Николаевич.

Мы выбрались из машины. Сперва по приятному хрустящему снежку, а затем по колено в сугробе Фёдор проложил мне тропу к крыльцу. Добрался до двери, дёрнул дверную ручку, а следом с размахом по широкой дуге залепил себе ладонью по лбу.

– Виноват, Алексей Николаевич! Основная связка ключей у Екатерины Всеславовны хранится. А у меня только от служебного хода есть. Я же ведь и как грузчик-закупщик по мелким поручениям катался.

– От служебного так от служебного, – пожал я плечами. – Веди.

За углом трактира начинался небольшой замкнутый дворик, который тоже, по всей видимости, не чистили с самого начала зимы. Прямо по центру возвышался сугроб причудливой формы, напоминающий застывшую волну – видимо, ветром из переулка намело. Или нет?

– А это что там такое? – спросил я, указывая на сугроб Фёдору.

– Так там мангал стоит. Высокий, с крышей. Летом, бывало, запахи от шашлыков аж на ту сторону реки уносило.

Всё интересней и интересней становится. Мясо на огне – лучшее, что только можно придумать…

– Готово, – пока я мечтательно раздумывал о мясе, Фёдор уже повозился с ключами и открыл дверь. – Пожалуйте, ваше благородие.

Воздух внутри был спёртым, но не затхлым. Ничего похожего на запах гниения или плесени, что уже хорошо, а пахло внутри преимущественно деревом.

– Хорошо, – констатировал я, проходясь по залу.

Тяжёлые дубовые столы, вместо скатертей покрытые слоем пыли, стояли вразнобой. Какие-то совсем маленькие, какие-то на большую компанию, итого около пятнадцати штук.

Интерьер – отдельная тема. Музеем внутреннее убранство трактира я назвать не могу, но оно к нему явно стремилось. Сами стены – уже произведение искусства. Нижняя треть – деревянная панель из морёного дуба, вся сплошь в фигурной резьбе: оленьи рога, вензеля и неизвестные мне гербы. Верхние же две трети затянуты штофом бутылочно-зелёного цвета с простеньким орнаментом.

По стенам развешаны гобелены, под ногами блестящий лакированный паркет, на который даже чисто эстетически приятно ступать. На потолке лепнина, а прямо по центру зала огромная хрустальная люстра. И особенно мне запали в душу дверные ручки – в виде морды льва, сжимающего в зубах золотое кольцо.

Честно говоря, меня даже напрягать начало, что за всё время я считал лишь одни плюсы и не нашёл ни единого минуса.

А хотя нет. Вот он – за барной стойкой, что в углу, разбитое зеркало, а сама она пуста как в голодный год. Ни графинов, ни рюмок, ни какого-то другого стекла. Про бутылки с алкоголем я вообще молчу – должно быть, работники по поводу увольнения утащили. А так типичная таверна для дворян из моего мира. Разве что более цивильная, что ли.

Я провёл пальцем по столешнице. Пылинка есть, но немного.

– Убирались перед самым закрытием, Алексей Николаевич, – прокомментировал Федя. – Очень аккуратные люди работали.

– Аккуратные-то они аккуратные, – я покачал головой, – а как обстоят дела с долгами? Нет ли у нас перед ними долгов?

– Есть, как не быть, – Фёдор поморщился, – но там люди понимающие, и когда Екатерина Всеславовна объяснила ситуацию, они согласились потерпеть, – говоря это, водитель всем своим видом показывал, насколько он не верит в то, что говорит. Логично, учитывая, что демон в облике моей сводной сестры творил с родом всё это время.

И вот тут возникал вопрос. Если бы моя сестрица просто хотела денег, она бы сохранила трактир как источник дохода. Ну ладно сама дура. Но ведь могла поставить грамотного управляющего и снимала бы сливки даже после того, как Алексей отошёл бы в мир иной. Но почему-то она этого не сделала. Довела предприятие до банкротства, распустила персонал, заложила помещение непонятным людям и оставила его гнить.

Зачем? Зачем-то ей была нужна смерть рода Светловых. Демон хотел вычеркнуть имена из истории. И тут дело явно не в даре, ведь носителей дара кроме меня и не осталось-то.

– Федь, а мы можем как-то связаться с прошлыми работниками? Ведь если ты говоришь, что здесь часто бывала полная посадка, значит, люди свою работу знали.