Текст книги "Демоноборец (СИ)"

Автор книги: Максим Петров

Соавторы: Максим Злобин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Я же махнул рукой. Для первого раза мне было достаточно. Принцип понят, а мастерство придёт с практикой.

Впереди оставался целый вечер, который было бы неплохо потратить с умом. Поэтому я заперся в кабинете и первым делом попытался собрать мысли в кучу. Что у нас сейчас на повестке?

Первое – нужно придумать какое-то обоснование пропажи моей сестры. Слишком долго делать вид, что ничего не случилось, не получится. Второе – Громов. Парень одержим, и его отец во власти. К тому же я верен, что между нами началась игра в «я знаю, что ты знаешь, что я знаю». Благо, что у меня есть фора. В этом мире никто до сих пор не знает про демонов, ну а про охотников на демонов тем более. И для твари, которая сидит в Сергее Сергеевиче, сейчас я просто интересный прецедент.

Ну и третий момент – это прокачка. И вот с этим нельзя затягивать ни на секунду. Врагов вокруг становится всё больше, враги становятся всё сильнее. А потому надо бы и мне.

Закрыв глаза, я отбросил все посторонние мысли и сосредоточился на источнике. Источник. Уже не искра, ещё не пламя. Максимально сконцентрировавшись, я начал разгонять энергию по каналам, как делал ещё в прошлой жизни. Узкие и атрофированные, они постепенно начали расширяться.

Больно? Ну конечно же больно. Причём сперва боль ноющая, как будто бы предупреждающая о том, что не надо идти дальше. И затем в качестве наказания – резкие острые спазмы по всему телу. Некоторые каналы рвались, но тут же восстанавливались, становились шире и прочнее – всё как с мышцами. Искры энергии, сперва вялые и редкие, разгорались всё ярче. В какой-то момент я перестал ощущать тело. Всё. Теперь я – это только источник и бешеная пляска Света вокруг него. Давление всё выше, Свет всё ярче и вот в какой-то момент…

Удар. Не физический, понятное дело. Яркая вспышка перед глазами, волна жара по телу и дальше лишь безмятежное спокойствие. Источник только что перешагнул через предел собственных возможностей и изменился. Следующий уровень взят, если можно так выразиться. Однако вместе с силой пришло и кое-что иное, кое-что странное. Хм, неужели?

Глава 9

Утро встретило меня болью. Но! На сей раз хорошей такой, доброй болью – атрофированные за год лёжки мышцы начали не то чтобы расти, но хотя бы приходить в тонус. Плюс прорвавшийся на новый уровень источник тоже приходил в себя. Откат, но откат приятный.

За окном я услышал крики и хриплый мужицкий хохот. Отдёрнул шторы, высунулся на улицу и не смог сдержать улыбку.

За ночь снегопад так и не утих. Засыпало весь двор, но моя гвардия уже бодро орудовала лопатами, расчищая дорожки от основного дома к остальным постройкам. Картина маслом: два десятка мужиков, норовя толкнуть друг друга в сугроб или насыпать за воротник снега, ржут и продираются сквозь сугробы.

И тут вдруг рёв движка. Из распахнутых ворот гаража выехал мой трофейный джип, вот только теперь к его переднему бамперу был приварен здоровенный самодельный ковш, как у трактора. За рулём, понятное дело, сидел Фёдор. Мужчина лихо развернулся, с ходу вгрызся ковшом в сугроб и начал прочищать дорогу к главным воротам.

Быстро сработал! С этой затеей он пришёл ко мне после ужина, спрашивал разрешения и обещал сделать всё в лучшем виде. И вот, получается, не прошло даже половины суток, а конструкция уже готова. Рукастый всё-таки Федя мужик, и как бы это получше использовать?

Ладно! Всё так же улыбаясь, я упал обратно на кровать. Ну здорово же! Здорово! Система, при которой люди сами видят, что нужно делать, и делают это не из-под палки – самая лучшая система. Никого не нужно ни к чему принуждать, не нужно раздавать задания и контролировать каждый шаг. Молодцы. И с гвардией, и с Федей у меня как-то сразу же задалось.

Что ж. А впереди мне предстоял насыщенный хлопотами день. Первым делом я, конечно же, полез в душ. Там же, стоя под струями тёплой воды, погонял энергию по каналам, пробивая застои и заодно разгоняя кровь. Тело отзывалось гораздо лучше, чем вчера. Про позавчера и говорить не о чем.

Спустившись на первый этаж, я сразу же уловил божественный аромат выпечки, и ноги сами понесли меня в сторону запаха.

А там уже кипела работа – раскрасневшаяся Степанида Игоревна ворочала здоровенную дымящуюся кастрюлю, а рядом суетилась незнакомая мне девушка. Совсем молодая, лет восемнадцати, в приталенном белоснежном поварском кителе и штанах свободного кроя. Густая русая коса была спрятана под сеточку, которая чуть не лопалась под набором этого волосатого богатства. Красивая. Ладная. Только взгляд испуганный, как у зверушки, которую загнали в угол.

– Ой, – вместо «здрасьте» сказала она, увидев меня, и даже уронила нож на пол.

– Мужик в гости придёт, – прокомментировала Степанида и тут вдруг тоже заметила меня. – Алексей Николаевич! Доброе утро!

– Доброе, Степанида Игоревна.

– Позвольте представить! – оставив наконец-то кастрюлю, сказала служанка. – Ваши гвардейские помощницу мне нашли. Оля, поздоровайся с его благородием.

– Здравствуйте, ваше благородие, – девушка сделала что-то типа неумелого книксена. – Ольга Саватеева.

Саватеева? Что-то знакомое. Где-то я эту фамилию уже слышал, причём совсем недавно… А-а-а-а! Я аж по лбу себя шлёпнул.

– Саватеева, значит? – улыбнулся я. – А Михаил и Иван?

– Братья, – кивнула девушка. – Родные.

Ну вообще сказка! Ребята своих людей подтягивают, а значит, верят в успех рода. Так и надо. В определённых обстоятельствах круговая порука – это очень даже хорошо.

– Добро пожаловать, – сказал я и уселся на табурет рядом с разделочным столом.

Степанида тут же начала спорить о том, что главе рода не полагается питаться в подсобных помещениях и сидеть «на жёрдочке, как бедному родственнику», но я настоял. Успею ещё в столовой насидеться, когда дом оживёт по-настоящему.

А пока передо мной очутились две тарелки, на одной из которых горкой возвышались тончайшие блинчики, а на другой был скручен цветочек из ломтиков слабосолёной сёмги. Плюс маслёнка и банка с малиновым вареньем.

– Рыбу вчера купила, – довольно пояснила Степанида. – Раз уж мне бюджет увеличили, то почему бы и нет? Целую тушку взяла. Завтра с костей уху сварю.

Я щедро расстелил рыбу по блину, скатал в трубочку и укусил. Простота блюда давала возможность прочувствовать вкус именно что свежего, восхитительного продукта. И вот ещё что: в прошлой жизни, особенно ближе к её концу, когда мой мир практически пал под натиском демонов, я о такой роскоши, как красная рыба, мог только мечтать. Здесь же, насколько я понимаю, вкусностей навалом.

– Спасибо огромное, барышни.

После завтрака я сразу же оделся потеплее и вышел во двор. И тут же понял, что насчёт «потеплее» – это я зря. Несмотря на снегопад, на улице было очень даже тепло. Тем временем гвардейцы уже расчистили основные дорожки и теперь сбились в кучу, чтобы что-то обсудить, а Фёдор загнал зверь-машину обратно в гараж.

Приметив меня, Саватеевы тут же отделились от толпы и зашагали в мою сторону.

– Доброе утро, вашбродие.

– Доброе! Спасибо за работу, парни, – улыбнулся я. – И, кстати, только что познакомился с вашей сестрой. Хорошая девушка, хозяйственная.

– Спасибо, Алексей Николаевич, – засмущались здоровяки.

Оба огромные, как медведи, и очень похожие на лицо. Разница лишь в том, что Михаил отращивал бороду без усов, а Иван усы без бороды. Видимо, какой-то семейный ритуал. И, к слову, пора бы уже определиться с тем, кого гвардия выбрала старшим. Кого-то из братьев – в этом я не сомневался ни на секунду.

– За меня проголосовали, вашбродие, – сказал Михаил. – Так что если что, все приказы через меня передавайте.

– Отлично, – я похлопал бойца по плечу. – Приказ первый, общий – обживаться и наладить график тренировок. А второй приказ лично к тебе. На сегодня придётся стать моим личным охранником. Покатаемся по городу, нужно решить кое-какие дела.

– Есть, Алексей Николаевич!

Фёдор тем временем стоял у открытых ворот в гараж и всё никак не мог налюбоваться на свою поделку. Я подошёл, оценил сварочные швы и похвалил мужчину. Но всё-таки не мог не спросить:

– А как ты его снимать собираешься?

– Всё продумано, Алексей Михайлович! Конструкция приварена, а сам ковш просто на болтах. Пять минут и нет его, – а следом продемонстрировал.

Повозился с гаечным ключом, снял ковш с направляющих, уронил его на землю и отволок в сторону.

– Красота, – кивнул я. – Ну а теперь поехали.

Уже через минуту мы погрузились в джип: Фёдор за руль, Саватеев на пассажирском, а барин, то бишь я, позади. Машина выкатила с участка и направилась в город, к первому адресу.

В кармане у меня уже лежал составленный ещё вчера список. После того, как я получил некоторые из воспоминаний Алексея Светлова, а заодно научился пользоваться компьютером, я повторно разобрался с документацией рода, и на этот раз и с цифровой в том числе.

Выписал все долги рода, ранжировал их от мала до велика, и решил первым делом закрыть всё самое мелкое. Ибо совсем уж стыдно. Первая остановка была в крохотном торговом центре на окраине города – сестра умудрилась задолжать конторе по починке садовой техники, и, по всей видимости, даже не собиралась отдавать деньги. Вторая остановка – печник, который тоже имел неосторожность поработать на Екатерину Всеславовну без аванса. И третий, самый гнусный долг, я отдал в похоронной конторе. Гробовщик уже смирился с тем, что ему «забыли» доплатить за похороны Светловых-старших.

Так. Ну вот, уже полегче. И едем дальше – следующим делом нужно заскочить к Василию по кличке Лом. Во-первых, договориться о деле. А во-вторых, узнать у него фамилию или хотя бы отчество, потому что «Лом»… Ну… Пока он был на самовыгуле – да пожалуйста. Теперь же нужно соответствовать.

По пути я озвучил свои мысли на его счёт Михаилу:

– Сейчас заедем к одному человеку, – начал я издалека. – Скажу прямо: он и его так называемые «сотрудники» – бывшие преступники, которые очень резко изъявили желание встать на праведный путь. И теперь твоя задача – их в этом направить. Как старший гвардии, считай, что это одно из твоих подразделений.

– Понял, ваше благородие. А поконкретней? В чём их задача?

– Пока сам не понимаю их возможности. Как минимум, можешь гонять их по мелким поручениям и назначить охраной трактира. Как максимум – подтянуть их физически вместе с остальными гвардейцами и раскрыть потенциал. Официально мы никак не связаны, так что из ребят Лома может выйти что-то между секретной службой и отрядом партизан. Подглядеть, подслушать, посидеть в засаде, внезапно ударить с тыла. Понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Саватеев, а потом хрюкнул и не смог сдержать улыбки. – Лом.

– Знаю-знаю…

Дом Василия встретил нас настороженной тишиной. Я уж было, грешным делом, подумал, что господа бандиты собрали вещички и тайком покинули город, пока ветер не подхватил камни. Однако после повторного стука в дверь она всё же отворилась.

– Алексей Николаевич, – Вася почтительно кивнул. – Проходите.

В доме было гораздо уютнее, чем во время моего прошлого визита. Неужто и впрямь за голову взялись?

– Это Михаил Саватеев, – представил я, и мужчины пожали друг другу руки. – Старший моей личной гвардии, и с сегодняшнего дня он будет курировать вашу группу.

– Боевая и физподготовка обязательна, – сразу же включился в работу Миша. – На общих условиях…

Инструктаж продлился не более пяти минут и был более чем поверхностным. Саватеев сказал, что к вечеру ждёт Лома в казармах Светловых и там побеседует с ним обстоятельней. Обошлось без препирательств, и все друг друга поняли. Казалось бы – всё. Но прежде чем уйти, я всё-таки решил закрыть вопрос с «погонялом» господина Лома.

– Василий… Как тебя по батюшке? – спросил я.

– Васильевич, – ответил мордоворот.

– А фамилия?

– Лом.

– Э-э-э…

Мы с Мишей переглянулись.

– Василий Васильевич Лом?

– Ну да, – нахмурился бандюган. – Старинная русская фамилия. А что?

– Нет-нет, ничего, – отмахнулся Саватеев. – Вечером не опаздывай…

Время близилось к обеду. Мы снова сели в машину и погнали по последнему на сегодня адресу.

– Федь, ты же созвонился с уволенным персоналом?

– Всё сделал, Алексей Николаевич! Сказал, чтобы в трактир к часу дня подходили. Всех оповестил, кого только мог. Ждут вас.

– Отлично.

На сей раз в трактир под названием «Трактир» мы попали через центральный вход – Федя нашёл-таки связку ключей, что таскала с собой моя сестрица. Следом за нами внутрь зашла целая толпа людей, которые до сих пор топтались у крыльца. Бывшие повара, официанты, уборщики. Ничего не объясняя, я попросил их рассесться по залу и пока что просто ждал.

Ждал, но чувствовал, как в воздухе уже начинает искрить напряжение, а редкие шёпотки сливаются в недовольный гул.

– Неужели деньги нам отдашь, барин⁈ – наконец крикнул лысый мужичок.

– Неужто совесть проснулась⁈ – поддакнул кто-то, и люди один за другим начали трансформироваться в злую толпу селян с вилами.

Я поднял руку, останавливая весь этот балаган, и крикнул:

– Тихо! – и продолжил лишь тогда, когда установилась полная тишина. – Я здесь не за тем, чтобы с вами ругаться. Федя, – скомандовал я. – Раздай зарплату.

И Федя раздал. Прошёлся по рядам со стопкой конвертов и, спрашивая у всех фамилии, избавил род Светловых от ещё одного позорного долга. Что характерно – настроения народных масс тут же переменились. В прямо противоположную, так сказать, сторону. Ну а когда последний конверт обрёл своего владельца, я снова поднял руку и продолжил:

– Уважаемые господа и милые дамы! Я приношу вам искренние извинения за действия моей сестры. Сразу же спешу сообщить, что к делам рода Светловых она больше не имеет никакого отношения. Долг погашен. Но я хочу предложить вам нечто большее, чем просто извинение.

Люди заинтересовались. Во всяком случае, мне показалось, что слушают они весьма жадно.

– У меня в планах возродить трактир и сделать из него лучшее заведение в Торжке. Логично, что для этого мне нужны люди. Профессионалы. Те, кто уже сработался друг с другом, знает эту кухню, этот зал и местную публику. Я предлагаю вам начать всё с чистого листа и снова устроиться на работу к Светловым. Официально, с нормальной белой зарплатой и без задержек.

– При всём уважении, Алексей Николаевич, – подал голос всё тот же лысый смутьян.

– А с чего нам тебе верить? Сестра твоя тоже гладко стелила по первой!

– Вопрос справедливый, – кивнул я. – Но ещё более справедливый вопрос: а зачем я вам в таком случае заплатил? Формально этого долга не было, потому как официально половина из вас здесь вообще никогда не работала, а другая половина по бумажкам получала три рубля. И вы сами согласились на это, когда Екатерина Всеславовна предложила. Мог бы не платить, и никто бы меня не заставил. Однако вот же – заплатил, без расписок и судов. И это ли не доказательство того, что я обращаюсь к вам с чистыми помыслами?

Люди начали переглядываться и кивать друг другу.

– А условия?

– Условия обычные, – ответил я со всей строгостью, но потом всё же улыбнулся. – Вы уж простите, но большего не скажу. Сперва мне нужно найти грамотного управляющего, который мне самому объяснит, что такое «обычные условия».

– А деньги в амортизацию будете вкладывать? – и снова лысый. – Разваливается всё! А с Екатерины Всеславовны даже на новую доску разделочную не допроситься было!

– Будет, – кивнул я. – Всё будет.

– Гхым, – слишком громко, чтобы это выглядело случайным, прокашлялась миниатюрная женщина лет сорока в аккуратных очочках и дутой куртке.

Прокашлялась, а затем встала с места и подошла ко мне. Реально маленькая. Ростом ниже меня на полторы головы, а весом, должно быть, килограмм сорок пять.

– Надежда Игоревна Натанова, – представилась она и протянула мне руку. – Бывший шеф-повар этого заведения.

– Очень приятно, Надежда Игоревна. Я так понимаю, этот ваш жест означает, что вы согласны?

– Да, Алексей Николаевич, – улыбнулась шеф. – Я согласна работать на вас. Команда, как я думаю, тоже согласится. Так ведь⁈ – рявкнула она, обернувшись на зал.

И я еле смог сдержать хохот, увидев, как все остальные под её взглядом превратились в робких и послушных лапушек.

– Да-да, Надежда Игоревна, – самым первым закивал лысый. – Мы же всегда, вы же знаете, – голос смутьяна сразу обрел раболепные нотки, а я мысленно поставил плюс напротив фамилии Надежды. Натанова, звучит, что ни говори.

– Ну вот и отлично, – я улыбнулся, – теперь осталось уточнить нюансы…

* * *

Ювелирный магазин Базилевского.

Никита Андреевич перебирал очередную партию товара, однако в голове постоянно крутилась одна и та же картина. Камни, драгоценные камни Светлова. Московские, конечно, заинтересовались ими, вот только сам Никита вышел на них в обход тверских, и из-за этого скупщик переживал. Мало ведь кто знал о том, что продажи драгоценных камней находятся под присмотром как властей, так и теневых структур. И если первых Базилевский не опасался, слишком мелкой рыбкой он являлся, то вот вторые могут нагрянуть в любой момент и спросить. А спрос у них такой, что мало не покажется. Никита Андреевич настолько глубоко погрузился в свои мысли и заботы, что далеко не сразу услышал звук мобильного телефона. Бросив взгляд на экран, он почувствовал, как ноги и руки холодеют. Положив в сторону небольшой серебряный кубок, скупщик трясущимися руками взял телефон и ответил.

– Базилевский слушает.

– И слушает внимательно, – голос на той стороне был спокоен.

Обычно такими голосами обладают люди, способные не только решать вопросы, но и создавать их для окружающих по своему желанию.

– Никита Андреевич, скажи мне, дорогой, а с каких пор ты выше головы стал прыгать? Или забыл, как дела делаются?

– С кем имею честь? – Базилевский взял себя в руки, – представьтесь, пожалуйста.

– Антон Иванович Резнов. Знакомое имя?

– Знакомое, – сердце скупщика на мгновение замерло. Неужели? Один из теневых хозяев Твери лично позвонил ему, мелкому скупщику?

– Ну так вот, ты, дорогой, продал драгоценные камни в Москву. Хорошие камни, а главное, чистые. Теперь вопрос, почему не обратился к нам?

– Антон Иванович, простите ради всех богов. Мой клиент захотел быструю продажу, вот я и позвонил в Москву, – Базилевский начал оправдываться, прекрасно понимая, что это ни к чему не приведет. По сути, у него есть только один вариант, позвонить Светлову, в надежде на то, что дворянин сможет его защитить.

– Тихо, Никита Андреевич, не тараторь, – в голосе тверичанина появилась насмешка, – верю, что осознал свою ошибку. Но чтобы ее исправить, тебе придется устроить нам встречу с твоим клиентом. Скажем, завтра, в центре Твери. Ты меня понял, скупщик? – в голосе Резнова не было больше ни капли дружелюбия.

– Понял, Антон Иванович, – ответил Базилевский, и звонок тут же прервался. А скупщик понял одно, ему придется выполнить этот приказ, иначе его жизнь прервется самым трагическим способом. А жить ювелир хотел очень сильно. Так что, набрав номер Алексея Николаевича, он приложил телефон к уху, а когда на звонок ответили, выпалил:

– Алексей Николаевич, нам нужно очень, очень срочно встретиться!

Глава 10

Лавка скупщика. Какое-то время спустя.

– Рассказывай, Никита Андреевич, что же такого у тебя случилось, что ты потребовал срочной встречи? – Я усмехнулся. – Неужто проблемы появились?

– Зря Вы улыбаетесь, ваше благородие, – угрюмо ответил скупщик. – Буквально полчаса назад со мной связался один из теневых хозяев Твери, Резнов Антон Иванович. Его заинтересовали ваши камни, и он требует встречи, – сказав это, Базилевский вжал голову в плечи, словно ожидая оплеухи.

– Никита Андреевич, а как так вышло, что до него дошла информация о моих камнях? – Я нахмурился. – Продавали Вы их в Москву, насколько мне помнится, а тут такой курьез. Что скажете?

– Ваше благородие, рынок драгоценных камней невелик, тут все друг друга знают, – Базилевский виновато улыбнулся. – А Резнов человек влиятельный, для него добыть такую информацию раз плюнуть.

– Понятно. Говоришь, встречи хочет? И по какому поводу?

– Не сказал, – скупщик отрицательно мотнул головой. – Но встречу хочет организовать в Твери. А там его территория. Это может быть опасно, Алексей Николаевич.

– Да кто бы сомневался, – я усмехнулся и повернулся к Михаилу. Саватеев старший замер в дверях, стоя таким образом, чтобы видеть каждый угол. – Михаил, что скажешь? Слышал про этого Резнова? А то, признаться, у меня в голове на этот счет ни черта. Ну да ты и сам понимаешь.

– Слышал, господин, как не слышать, – боец кивнул. – Дворянин, держит пивной заводик, «Афанасий», кажется, называется. Первый раз слышу о том, чтобы он камнями драгоценными занимался.

– Ну, тайная сторона жизни на то она и тайная, чтобы о ней мало кто знал, – я пожал плечами и повернулся к Базилевскому. – Выдохни, Никита Андреевич, мы поедем на встречу с этим твоим хозяином. Мне и самому интересно, что он имеет нам предложить. Но ты поедешь с нами. Так что давай, звони и скажи, что Алексей Николаевич Светлов готов встретиться ровно в двенадцать на набережной, возле памятника князю, – точку я назначил из того, что смог вспомнить. А памятник, судя по всему, был запоминающийся, если его картинка вернулась ко мне среди прочей информации. С памятью вообще удивительная штука получилась, что-то я теперь прекрасно помню, а что-то все еще скрыто туманом забвения. Причем непонятно, по какому принципу эти воспоминания ко мне вернулись, такое ощущение, что кто-то перемешал их всех хорошенько, а потом отделил часть и позволил вновь оказаться в моей голове.

Пока Базилевский звонил и назначал встречу, я пытался понять, что помимо памятника я помню про Тверь. И если честно, помнил я не то чтобы очень много. Город древний, но всего лишь на пару лет старше Торжка. Расположение удобное, по обе стороны реки Волги, а больше в голову ничего и не приходило. Так что ехать нужно в любом случае, вдруг посещение города поможет мне что-то вспомнить.

– Ваше благородие, они согласились! – Голос Базилевского выдернул меня из размышлений.

– Ну и отлично, значит, завтра поедем в Тверь. Так что в пол одиннадцатого мы за тобой заедем, будь готов.

– Хорошо, ваше благородие, – Базилевский облегченно выдохнул.

Мы же направились к выходу. Федор, ждавший нас в автомобиле, уставился на меня с вопросом в глазах.

– Завтра поедем в Тверь, – я усмехнулся. – Так что готовь автомобили. Оба.

– Как прикажете, господин, – водитель склонил голову. – Домой?

– Домой, – я кивнул. – Михаил, у вас как с оружием?

– Все хорошо, господин, – басом ответил боец. – Тяжелого вооружения нет, да и не положено оно нам по статусу, но пистолеты и автоматы есть у каждого. Ну и броники, куда ж без них.

– Отлично, – я улыбнулся. – Значит, завтра вместе с братом поедете со мной. Всех гвардейцев брать не будем, в этом нет смысла. Вряд ли этот Резнов решит устроить перестрелку в центре города.

– Мы будем готовы, господин, – Саватеев кивнул. – Можете не сомневаться.

– А я не сомневаюсь…

* * *

Тверь. Особняк Резновых.

Широкоплечий мужчина в свободной одежде отрабатывал удары по деревянному манекену. Раз за разом его кулаки попадали именно туда, куда надо, издавая при этом резкие звуки.

– Антон Иванович, к вам гости, – тихий голос помощника заставил Резнова остановиться. Вытерев пот, он уставился на помощника вопросительным взглядом. – Николай Михайлович из Управы, – помощник покачал головой. – И надо сказать, что он настроен решительно.

– Пусть подождет, выйду через пятнадцать минут, – бросил Резнов и направился в сторону душа.

Сегодня его беспокоили драгоценные камни, что появились в Торжке. Подумать только, какой-то мелкий скупщик умудрился продать москвичам два камня ценой в пятьдесят тысяч полновесных рублей. И это когда сам Резнов передал всем, что Твери тоже нужны камни. Артефакторы сидели без работы, хорошие камни расходились как горячие пирожки, а значит, он просто обязан завтра договориться с этим таинственным заказчиком Базилевского. Кто бы это ни был, Антон одно знал точно, с завтрашнего дня камни будут идти в Тверь, только так и никак иначе!

* * *

Особняк Светловых. Поздний вечер.

Несмотря на темень за окном, сон не шел. А все дело в бумагах отца настоящего Алексея. Только сегодня у меня дошли руки до его дневника, и я уже успел пожалеть о том, что не стал читать его раньше. Уж очень много интересного было в этом блокноте. Кто с кем дружит, кто против кого козни строит, Светлов старший в этом блокноте выдал весь расклад не только по Торжку, но и частично по Твери. Да, часть информации наверняка устарела, но ничего страшного. Главное, что теперь в моей голове сложилась картина того, что тут происходит. Кстати, имя Резнова в бумагах Светлова старшего тоже присутствовало, насчет него отец Алексея писал, что работать можно, но очень осторожно. Вот завтра и посмотрим, насколько это все соответствует реальности.

Бросив взгляд на часы, я увидел, что время уже перевалило за полночь. Ладно, остальное дочитаю потом, а то с моим нынешним здоровьем пренебрегать сном нельзя, совсем нельзя.

Вернув блокнот в сейф, я закрыл его и, добравшись до спальни, рухнул на кровать. Чтобы хоть немного ускорить приход сна, я погрузился в легкий транс и начал гонять энергию по телу, и дальше сам не заметил, как погрузился в сон…

* * *

В Тверь я влюбился с первого взгляда. Благодаря воспоминаниям Алексея я знал, что это, как ни крути, уездный город посреди двух столиц, но именно эта «уездность» меня и подкупала. К тому же, по сравнению с Торжом всё здесь можно было умножать минимум на два. Вдвое больше, вдвое лучше, вдвое чище, вдвое выше. И жизнь на улицах кипела гораздо более бурно, чем в родном городе Светлова. Короче говоря, от столицы области я остался под впечатлением.

Встреча с Резновым состоялась вовремя и именно там, где была назначена. Без подвохов и без неожиданностей. Федор остановил машину у тротуара, заглушил двигатель, и мы вместе с обоими Саватеевыми вышли на улицу.

Антон Иванович уже ждал. Мужчина лет сорока, гладко выбритый и в отличной физической форме. Из отличительных черт можно выделить лишь черную каракулевую шапку, которая, как мне показалось, была эдаким эксцентричным штрихом в образе Резнова.

– Алексей Николаевич? – Голос у Резнова был низкий. – Ценю за пунктуальность, – Мужчина протянул мне руку. – Среди молодежи это сейчас большая редкость.

Руку я пожал, а сам начал сканировать пространство на предмет демонической скверны. Источник молчал, но какая-то внутренняя чуйка не давала расслабиться. Как будто бы что-то не так. Как будто бы тварь рядом, но либо сидит очень глубоко, либо умеет маскироваться.

– Добрый день, Антон Иванович, – Я коротко кивнул.

Резнов же отошел на шаг и осмотрел меня с ног до головы. Оценил худобу, бледность, темные круги под глазами и еле заметно усмехнулся.

– Негоже нам, Алексей Николаевич, разговаривать разговоры на улице, вы не считаете? Мы же не беспризорники. Ну а тем более, что тут за углом есть одно чудное местечко, называется «Вена». Там по утрам такие штрудели подают, что пальчики оближешь. Вы как, юноша, к сладкому относитесь?

– Уважаю, – Кивнул я. – Но, боюсь, что уже очень плотно позавтракал.

– А вот я, признаться, не успел. Дела, знаете ли, дела, дела. Нужно всегда держать руку на пульсе. Так я настоятельно прошу вас составить мне компанию. Пойдемте, Алексей Николаевич. Не бойтесь, я вас никуда не заманиваю, и вам абсолютно не о чем беспокоиться. Посидим, поболтаем.

Обернувшись, я увидел, как напрягся Миша. Гвардеец уже засунул руку под пальто, дескать замерз, хотя на самом деле, должно быть, уже расстегивал кобуру. Я едва заметно качнул головой: отставить. Саватеев кивнул в ответ и сделал вид, что расслабился.

– Хороший у вас охранник, – Одобрительно хохотнул Резнов. – Заботливый. Но хватит уже мерзнуть! Пойдемте!

Мы двинулись вдоль по улице. Охрана Антона Ивановича впереди, мы с ним в «коробочке» по центру, и замыкали процессию братья Саватеевы. Чувство опасности усилилось. Я ощущал рядом что-то нехорошее, но не мог даже себе объяснить, что именно. Неужели все дело в нервах? Нет, тут явно что-то другое.

В кафе было тепло и уютно. Пахло свежей выпечкой, кофе и ванилью с корицей. Резнов провел нас к столику у окна, снял свою шапку и сразу же подозвал официанта. Заказал себе тот самый штрудель, что только что расхваливал и… лавандовый раф. Теперь благодаря памяти Алексея я хоть немного понимал в этих всех напитках, ха-ха.

– Мне нравится, – Улыбнулся Резнов, поймав мой недоуменный взгляд. – Не станете же вы спорить о вкусах, Алексей Николаевич?

А я не стал и попросил себе обычный черный чай с лимоном. Наша охрана тем временем рассредоточилась по залу. Саватеевы заняли соседний столик, а люди Резнова расположились за барной стойкой. Спиной к бару, само собой, так чтобы держать нас в поле зрения.

– Что ж, Алексей Николаевич, – Резнов пригубил свое лавандовое пойло и с наслаждением причмокнул. – Сразу перейдем к делу или вы предпочитаете начать со светской беседы? О погоде, например? Если что, я могу. Снегопад сейчас у всех на устах.

– Давайте пропустим, – Улыбнулся я. – Вы назначили встречу явно не для этого.

– Верно, – Кивнул Антон Иванович. – Тогда давайте о делах. Я человек простой, Алексей Николаевич, и потому буду вещать крайне доступно. Сперва, когда до меня дошли слухи о том, что некий таинственный юноша экстренно сливает драгоценные камни через какой-то… ломбард, – Резнов не удержался от смешка. – То я подумал о вас очень плохо. А попросту говоря, принял за вора. Но потом навел справки…

Антон Николаевич выдержал паузу, в очередной раз внимательно рассматривая меня.

– Навел справки и вспомнил фамилию Светловых. Вспомнил, что ваш покойный батюшка был человек исключительно ума. И что он точно так же, как и я, не сильно-то доверял валюте и золоту. Предпочитал вместо этого камни. И смею вас заверить, что я такой подход полностью разделяю.

Пускай вступление было затянутым и чересчур словоохотливым, я пока даже близко не понимал, что мне ответить.

– Вы же решили их продать, – Продолжил Резнов и надменно поднял бровь. – Это ваше право. Но вот вопрос: почему вы не обратились ко мне? Зачем начали искать каких-то левых людей?

Я хлебнул чаю и отодвинул от себя чашку.

– Признаться честно, Антон Иванович, о вашем существовании я узнал только вчера, – Спокойно ответил я, глядя Резнову прямо в глаза.

И в этот момент… Нет, не чуйка. На сей раз сработал гораздо более компетентный и понятный орган – источник. Я почувствовал короткий, резкий импульс. Демон. Точно. Рядом.

– Опрометчиво, молодой человек, – в голосе Резнова появилась сталь. – Жить в губернии и не знать её главных игроков.