Текст книги "Ключ к вечности. Отсев (СИ)"

Автор книги: Максим Бодров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Но разведчица все равно первым делом, припав на колено, вытащила у меня из кобуры пистолет. Что тут скажешь? Тактически верный ход, будет чем обороняться, если объявится еще один претендент на человечину.

– Клим! Лопатку брось!– негромко окликнула Кора кладоискателя, оставшегося на выступе.

Через минуту она уже деловито стесывала край ловушки, обрубая белесые реснички, не забывая поглядывать в сторону логова хищника. Но тот, по всей видимости, пировал, не обращая внимания на происходящее у обрыва.

Не сразу, но усилия Коры принесли результаты. Реснички под жестким натиском лопатки расступились, почти повсеместно втянувшись в стенки ямы. Я смог оторвать ногу от илистого дна, нащупать ботинком выступающую каменистую неровность на уровне колена, опереть на нее ступню.

Рванул было вверх, но второй ботинок, зараза, увяз крепко и не пожелал отлепляться.

Не паникуй,– глаза Коры блеснули совсем рядом,– я помогу!

Она подхватила меня под локти.

– На счет три! Раз, два...

Три!

Совместного импульса хватило, чтобы преодолеть оковы клейковины, устилающей дно.

Как пробка из шампанского,– вполголоса оценил плоды нашей командной работы Клим. Я не удержался от нервного хохотка.

Даже Кора тихо рассмеялась. Я впервые услышал ее смех. Бархатный, мелодичный, завораживающий.

А как мы выберемся отсюда?

Есть вариант, сейчас пробовать будем,– разведчица вновь собралась.

Сверху упал канат. Нет, не канат. Кусок ткани, перетянутый узлами каждые полметра.

– Сначала я,– Кора протянула мне пистолет, держа за ствол.– Ты потяжелее, и измотан. Вдвоем с Климом нам тебя сподручней вытягивать будет.

Спорить не стал. Дождался, пока моя спасительница поднимется и полез сам. Разведчица оказалась трижды права. Руки дрожали и соскальзывали с отчего-то влажной ткани, отказываясь служить. И если бы не помощь товарищей, сам я вряд ли бы сумел подняться на уступ.

– Откуда ткань-то взяли?– едва отдышавшись, поинтересовался я.

– Кузнец наш жутко предусмотрительный тип оказался. Припрятал, понимаешь, одежку откатчика под валуном,– пояснил рудознатец.

– Отход готовил,– авторитетно подтвердила Кора,– чтобы проскользнуть к подъемнику незамеченным. У откатчика же лица не видно. Да и не обращает на них внимания никто. Не хотелось ему с нами пересекаться, понятно. А твои вещи, кстати, где?

– Сейчас!– я устремился на свет, убедившись в справедливости прежней догадки. Второй проход, вполне комфортный для передвижения, тоже выводил от развилки на площадку. Рюкзак у расселины я нашел нетронутым. И только обернувшись, рассмотрел, что левая штанина Коры потемнела, насквозь пропитавшись кровью.

– Достал, сволочь. Поторопилась, думала врасплох застанем.

Верткий, сука,– сгреб пятерней бороду Клим. Судя по реакции, он тоже только что заметил, что девушка ранена.– Был.

– Не факт, что мы от него навсегда избавились,– несколько растерявшись, пробормотал я. Ни аптечки, ни целительных эликсиров под рукой не было!

Но ведь у нас есть Тома! Правда, наш штатный медик машет кайлом сию минуту уровнем выше. А Кора, похоже, отдала все силы, вытягивая меня из передряги. Лицо бледное, держится на ногах неуверенно.

– Ты идти можешь?

– Конечно, могу,– она гордо выпрямилась.

Покопавшись в рюкзаке я извлек оттуда флакон с настоявшейся родниковой водой.– Хлебни. Здоровья не поправит, но выносливости чуть прибудет!

До четвертого яруса мы добрались быстро, сбившись ненадолго с маршрута лишь единожды. Хорошо, что вовремя белесую кляксу на стене заметил, она послужила вешкой опознавательного знака.

Согласилась принять помощь Кора, только когда вышли на финишную прямую. Девушка оперлась на мое плечо, а Клим побежал разыскивать Тому.

Юная последовательница эскулапа, едва появившись на горизонте, тут же свела обличающе брови:

– Ну вы что!? Опять!?

– Не опять, а снова. Лечи давай, не до бесед душещипательных!

Тома, пофыркивая, как закипающий на плите кофейник, приступила к делу.

По ходу исцеления выяснилось, что вода помогает процессу заживления. Причем, как потребленная целительницей, так и выпитая пострадавшей. Запас маны у регулярно побулькивающей пластиком Томы иссякал медленнее. Хотя в играх, я точно помнил, выносливость никак не завязана на магию. А вот стихии очень часто завязаны! Исцеление это почти всегда водная магия! Края резаной раны на боку сошлись, оставив рубец, как воспоминание о травме. Завтра и от него не останется следа. Утро, утро... Благословенное здешнее утро! Главное до него дожить, вовремя оказав помощь. Сегодня, слава богу, мы успели!

Не мешкая, собрал вокруг себя народ. Кратко ввел в курс дела. И про нападение, и про незавидную участь кузнеца, и про то, что у нас теперь не хватает ресурса даже на одно возрождение. Совсем немного, но не хватает! Не обошел вниманием и тот момент, что Федор, скорее всего, объявится завтра. Вряд ли прожженый негодяй не предусмотрел план «Б». Как бы мне ни хотелось обратного, но глупцом душегуб точно не был. Остановил монолог, заметив, что вся группа обернулась к Кузьмичу.

– Народ! Да вы чего? Думаете, я с ним заодно что-ли?

– Кузьмич, а откуда тогда Федор узнал, что у меня в рюкзаке?– всеобщая подозрительность, словно вирус, передалась и мне.

– Я сказал,– не стал запираться бражник,– в Приречном еще, когда вы вещи в ячейки складывали.

– Ну вот!– тут же выскочила вперед Тома,– Предатель!

– Так я ж знать не знал, ведать не ведал, что он так вот... Что такой гнилой человек! Мне и сейчас-то верится с трудом, что он мог взять и... тудыть его в качель!

– Слушай, Кузьмич, а как ты на должность эту в поселке попал? Не с подачи ли кузнеца?

– Он предложил. Говорит,– чего ж тебе старому по шахтам маяться. А тут, при деле, чистый воздух, бражка под боком!

Я критически оглядел Егора. Простоват он для злодейств, голову на отсечение даю.

«Ох, ее-то тебе нынче едва и не отчекрыжили!– тут же встрял внутренний голос,– поберег бы ты ее что-ли. Не разбрасывался, одним словом, частью тела. Какая ни на есть, пустоватая, но все ж таки своя!»

– И ты ему за хмельными тарабарами все и выкладывал, как батюшке на исповеди,– подытожил Клим.

– Дык... Я ж думал от скуки энто он... Антересуется. Кто, значится, что, кудыть...

– Ясно. А друг твой воровскую картотеку тем временем собирал. Готовился не пустым за кордон уйти. И устроиться под пальмами на берегу. В белых штанах, как мечтал один широко известный в узких кругах литературный персонаж.

– Ась?

– Подставил тебя дружок знатно, вот что! Ты думай впредь, Егор Кузьмич, с кем пить садишься! Не мальчик уж чай, борода-то седая вся!

– Мое мнение такое,– вернул себе слово я,– не даст нам Вис и Федор житья здесь. Они и раньше заодно были, а теперь объединятся, и катком раскатают. У них сила, артефакты, и превосходящий многократно опыт.

– От «сливы» избавиться надо перед уходом. Продать,– подала голос Азалия.

– Дело говоришь,– поддержал Клим,– придется отдавать за бесценок, но зато у упыря стимула преследовать нас не останется.

– Тогда уж и кристалл толкнуть надо,– не слишком бодро уточнил я,– на него у Федора тоже планы имелись.

– Да кто он такой, в конце концов?– тут же взбеленилась Ольга-Тома,– бандюга просто!

– Здоровенный и крайне опасный бандюга,– дополнил характеристику Клим,– знаете что, давайте пошлем к хренам горное дело и выберемся на чистый воздух! Только на кирку через окуляры глянь, Андрей, туфту впарил кузнец или и правда вещь стоящая.

Привычном жестом хлопнул себя по нагрудному карману. Очков в них не было.

– Ребят... Я хамелеоны просрал! На склоне карьера где-то, у ямы так и остались.

– Эх ты, тёха-тетёха!

Клим решительно не собирался считаться с авторитетом руководства. Ну и пускай! Главное, в беде они меня не бросили.

– Не переживайте, Андрей, завтра все будет на месте,– успокаивающе погладила меня по плечу Азалия.

– А пока свистать всех наверх!– Клим заткнул за пояс кирку, шагнул вперед.

А мы потянулись за ним. Вот кому бы быть лидером!

Вопросов в голове народилось по пути много. И я трудом дождался, когда мы покинули шахтный подъемник.

– Слушай, Клим, а где ты так научился? Приемчикам?

– Да понахватался верхов у разных дедков,– отшутился кладоискатель,– не всегда ж я штреки пробивал.

– Почему ж под землю спустился?

– Потому что «коридоры кончаются стенкой, а тоннели выводят на свет»!– с усмешкой процитировал неизвестного мне поэта спутник.

Вот и поговори с ним. Вот и пооткровенничай!

– Ты вон лучше к девушке подкати. Со своими бла-бла. Чую, неровно к тебе дышит!

– Кто неровно?– искренне изумился я. И дальше ляпнул уж совсем не в строку:– Ольга или Кора?

– Ох, молод ты еще, гляжу. Горяч!– тяжеленная длань Клима рухнула мне на плечи так, что коленки сами собой подогнулись.– О гареме небось мечтаешь, да?

И шахтер расхохотался так, что пара ворон снялась с крыши ближайшего амбара.

– Да, Кора, конечно, Кора. Если б не она, мне б и в ум не пало, что Федор гнидой такой окажется. А Ольга? Что Ольга? Да она ж тебе, почитай, чуть ли не в дочки годится!

– Ну уж... в дочки ты загнул!

– Прости-прости, молодой человек с пожилой репутацией!

Я немного приотстал от балагура, поравнявшись с разведчицей.

– Кора, а ты как считаешь? Избавляться все же от предметов или нет?

– Ты босс. Тебе решать.– я не мог уловить ни тени тех эмоций, на которые упирал Клим. Ни даже намека на эти самые тени.

– Только вот что я скажу, подумав получше... Продашь ты артефакты или нет, Федор, если возродится, не отвяжется.

– Откуда такая уверенность?

– Репутация. Ему важна репутация. А после того, как все узнают кто он есть на самом деле, репутации конец. Как и видам на гражданство в Дилмаре. И, получается, путь у него один.

– В Вольные Земли?

– В Вольные Земли. Но до того он попытается отомстить.

– А если промолчать о его выкрутасах? Ни слова не говоря уйти в эти самые... обширные степи?

– Ты? И промолчать?– Кора насмешливо закатила глаза,– я тебя умоляю!

– Да и неправильно это будет,– неожиданно вступила в разговор молчаливая Мрия.– Извините уж меня, что невольно подслушала. Но ведь он же натуральный серийный убийца! Его надо остановить!

– Давайте навестим его палатку,– подключился к обсуждению Эм. Его плутоватый взгляд подсказывал мне, что кое-кто уже всерьез подумывает о компенсации морального ущерба, принимающей форму вполне материальных объектов. Проще говоря, Муха не прочь почистить сундук в обиталище команды кузнеца.

– Не вижу смысла,– скупо отрезала Кора. Увидев, что Эм готовит контраргументы, обрезала:– Да и поживиться не получится за чужой счет. Личное хранилище нам не вскрыть.

Энтузиазм мистика разом сошел на нет.

– Аза, Машенька, Егор, вы что, на сегодня уже отработали? Устали с непривычки, поди? Пойдемте к нам, я приготовлю ужин.

Перед нами стояла Роза с объемной корзиной, полной овощей. Еще одну авоську тащил местный оборванец. Ба, да это же тот самый мелкий предприимчивый нахаленок, с которым я вступал в переговоры на мосту!

– Ужин?– брови Коры изумленно взметнулись.

– Да. Федор сказал, что сегодня у него намечается удачный день, и освободил меня от работы. На полдня. Отправил на рынок вот.

– Угу. Пировать, значит, собрались. Не думали, за чей счет?– неприязненно отозвалась Тома.

– Оленька, да что с тобой, милая? Что за тон?

Я как-то и упустил, что шестеро из нас давние знакомцы. Это мы с Корой прибыли накануне Призыва. Другие же успели перезнакомиться давным-давно. Даже сдружиться. Правда, цена здешней дружбы как-то стремительно упала в моих глазах за последние дни.

И тут Ольгу прорвало. И она выложила все, с жаром и подробностями. Роза буквально остолбенела. Глаза мальчишки загорелись накалом азарта. Пятясь, он, кажется, уже намечал стратегию монетизации новости. Но был оперативно пойман мной за оттопыренное ухо.

– Торопишься куда то?

– Пусти, дяденька! Больнооооо!

– Невежливо как-то. Уходишь, даже ни с кем не попрощавшись.

– До свидания, дяденька.

– И снова торопишься. Мы ж сегодня еще и не здоровались!

– Доброго утречка вам, дяденьки и тетеньки. Ухо, ухо больно,– затараторил скороговоркой пострел.

– Ну все, рубикон перейден,– негромко констатировала Кора.– Теперь если мы даже все будем немы, шила в мешке не утаишь. Не стать Федору почетным гражданином Дилмара!

– А не можешь ли ты доставить записку брату уважаемого торговца Дилшота?

– Могу, конечно, могу. Две серебрушки.

– Вот как? Знаешь, я так часто стал ошибаться в людях. Вот смотрю на тебя, и просто читаю в глазах бескорыстный порыв помогать добрым людям.

– Одна... одна серебрушка... Ой, ухо!

– Наверное, тебе плохо слышно.–и я покрутил немного механический регулятор наружного слухового органа отрока, – Иначе ты бы сразу осознал значение слова «бескорыстно».

– Задаром что-ли?– от такого варианта сделки, пацан даже про боль в скрученном ухе, похоже, забыл.

– Не задаром. Ты уже получил часть своего вознаграждения.

– Когда это?– возмутился бродяжка, никак не желающий переквалифицироваться в почтальона.

– Сей момент, в виде новости, не предназначенной для твоих любопытных ушей.

Я чуйкой определил, что наступает критический момент переговоров,– Так что если ты не хочешь, чтобы одно ухо так и осталось здесь...

– Ладно, ладно, отнесу я вашу записку!

Ноут едва слышно пиликнул, фиксируя соглашение сторон.

– Вот и умница.

Стоило вручить ему послание, и отпустить ухо, как мальчишка отпрыгнул с проворством воробья.

– А вторая часть?

– Что за вторая часть?

– Ты сам сказал,– получил часть вознаграждения. Значит, должна быть и вторая!

Ха! Да пацану палец в рот не клади. Оттяпает по локоть! Куда там пиранье до него! Акула Дилмарского бизнеса растет.

– Встретимся после того, как отнесешь записку и рассчитаемся!

– Возле Длинного Озера?

– Почему именно там?

– Такие, как ты, всегда идут вдоль Длинного Озера,– выкрикнул он уже на бегу,– под старой березой!

Я, наконец, обернулся к Розе. Взгляд у женщины совсем потух, руки опустились. Томе даже пришлось пару раз сверкнуть магией, приводя женщину в чувство.

– Да как же... как же так? Мы ж ему все поверили! Я, мальчики... Они-то вообще в рот смотрели, каждое слово ловили!

– Мне жаль, что все так сложилось, – дипломатично откликнулся я.

– Так что же мне теперь? Что мне делать?– Роза растерянно подняла взгляд на меня.

– Розочка, а пойдемте с нами!– предложила гостеприимно Аза. Вот интересно, мое мнение хоть кого-то в группе интересует? Ну, чисто теоретически?

Овощи, хлеб и рыбу с рынка мы постарались распихать, распределить равномерно по всем имеющимся в наличии сумкам. И, частично, карманам.

Порасспросив прохожих о курсе на озеро, вышли на вершину холма. Озеро раскинулось чуть поодаль от его подножия. Камыш у самого берега мирно раскачивал стебли под ветром, гладь воды, чуть подернутая рябью, отражала безмятежное небо. Ну почему люди не могут существовать также, как природа? Неторопливо. Гармонично. Не суетно.

Ноут пиликнул дважды, настаивая на том, чтобы ему уделили внимание. Что ж, самое время для короткого привала у воды.

Глава 11. Смена курса

Глава 11. Смена курса

Я пробежался глазами по строчкам, изредка, тайком, поднимая взгляд выше экрана. Как там Кора? Она ведь не скажет, что идти дальше ей не в мочь. Рухнет скорее, как подкошенная! Но о снисхождении не попросит! Вроде бы пришла в себя. Алебастровую бледность щек сменил едва заметный румянец.

Так, сосредоточиться.

Основные квесты: Выбор пути.

Примечания. Вы вышли на пограничную точку. Вдоль Длинного Озера тянется полоса, отделяющая окрестности Дилмара от Вольных Земель. Если вы готовы сделать выбор согласно сюжетному квесту, дважды кликните на пункт меню.

Готовы мы, готовы.

– Вы выбрали сценарий «приключения». Возврат в локацию «Окрестности Дилмара» в течении одного месяца невозможен.

Позади меня упала призрачная, едва видимая, стена. Причем Эм, Азалия и Роза оказались по другую сторону волшебного полога.

– Квест завершен. Награда. 320 очков опыта на группу. Бонус. Легкая походная палатка на восемь мест. Доступна с завтрашнего утра. Скрыто.

Встав, попробовал подойти к тройке, оставшейся за призрачной завесой. Повторилась история с мостом. Каждый раз, когда я пытался сделать шаг, под ноги заботливо ложился новый метр дерна, возникающий ниоткуда.

– Азалия, подойди, пожалуйста.

Женщина приблизилась абсолютно проигнорировав преграду.

– Попробуй вернуться к Розе.

Теперь я наглядно убедился, как выглядит «удлинение пространства» со стороны. Аза переставляла ноги, но результатом была лишь «лунная походка», так блистательно изображаемая прежде одним из поп-кумиров. А вот у Розы с преодолением роковой черты проблем не возникло. И я понял почему. Она не входила в состав группы «Корни»!

– Пилик!

Ага, нам засчитали задание по доставке записки. Безымянный авантюрист не солгал. Теперь осталось дождаться постреленка, и выдать обещанное. А что выдать-то?

И тут я задумался. Цеф местная голоногая братия не признает. Денег у меня нет.

– Роза Ренатовна!

– Да, Андрей.

– Не осталось ли у вас сдачи от покупок?

– Серебряная монета и немного меди.

– Одолжите мне, будьте так добры. Для расчета с нашим предприимчивым почтальоном и носильщиком.

Монеты перекочевали в мою ладонь. Надо же, за несколько минут я продвинулся семимильными шагами в деле усвоения директорского дела! Сначала с самоуверенной миной пообещал наемному работнику то, чего у меня нет. Потом изыскал скрытые резервы. И перекредитовался без малейшего понятия о том, исходя из какого источника дохода буду выплачивать долг. Так работает бизнес, малыш!

Но с небес на землю меня спустил внутренний цензор и беспощадный критик.

Раз,– договорился о встрече, предполагающий долгое ожидание, когда каждая минута на счету. Утром, когда Федор ринется в погоню, нам нужно быть как можно дальше от города.

Два,– на рынке я так и не продал ни одной вещи. Оставив баланс, где одной единицы не хватает до возрождения. Одной единицы,Карл!!! Не продал не из жадности. Просто по врожденному разгильдяйству!

– Три,– на кой ляд мне теперь скидочная карта Дилмара, если в течении месяца доступ к его замечательной торговой сети нам всем заказан!

«И вообще,– добавило издевки в интонацию альтер эго, у тебя ботинки грязные. И пованивают!»

Спорить не стал. Что по этому поводу говорят мудрецы? Правильно... Нужно изменить, что можешь изменить... И забить на то, до чего ручки коротки. А виноград зелен. Кажется, я что-то напутал, смешав всю мудрость в один компот. Пока не забродил он в голове, и крышечку не сорвало, нужно действовать. Предпринимать меры по изменению меняемого.

Начал с ботинок. Снял, раздвинул камыш, и сполоснул на мелком месте озера. Разводы грязи остались, но смрад от слизистой оболочки ловушки испарился. Уже неплохо. Насчет баланса, вынужденно относим к категории «зеленых виноградин», до которых лисе, несмотря на всю ее смекалку, не дотянуться. Ух ты, вырулил ассоциативный ряд, надо же! Делаем заметку на будущее. При первой же возможности дебет пополнить! Встреча. Со встречей поступим так.

– Люди! Выступаем! Эм, ты у нас самый резвый. И ко всему прочему, до сих пор не пересек черту. Дождешься пацана, отдашь ему это.

Попытался пересыпать медь из ладони в ладонь. Но не тут-то было. Пришлось передавать через Розу.

– А если возмущаться начнет, что мало?

– Скажешь, что конкретная сумма в договоре не обозначена!

Господи, еще один плюсик в директорское резюме. Проставлена галочка в компетенции «юридическое крючкотворство». И выдолблена еще одна ступенька в адское пекло.

– А если...

– Применишь санкции. В виде леща или пенделя.

Поощрение подчиненного к противоправным действиям. И этот, как его.. волюнтаризм!

– Все, мы выдвигаемся. С пути не собьешься, просто нагоняй нас вдоль берега.

Вдоль озера мы шли минут сорок. Нет, как ни нахваливал Михалыч местный воздух, а во время переходов все равно устается. Что, в целом, естественно. У меня организм от стресса еще отойти не успел, Коре надо бы восстановиться после ранения, у женщин возраст, Тома просто раскисла. Один Клим держится так, будто способен отмахать еще столько же, а сразу после в присядку плясать пойти!

– Кора, а как так получилось, что ты с Кожей и Афанасием в одной команде оказалась?

– Случайно. Сперва растерялась после переноса. После с дороги мы сбились... С Бельком. Зверь этот еще ревел страшно. А нам же не убежать от него было, в случае чего. Радовалась, когда на людей вышла. Я ж не знала тогда, кто они.

– Теперь узнала?

– Теперь да.

– Белек это имя мальчика?

– Вообще по документам он Бьорн.

– Звучит.

– Бьорн значит медведь вообще-то. От древнего корня «бер». В русском только в виде «берлоги» осталось. Логово бера. Зверь был грозный. Лишний раз опасались его по имени звать. Заменяли на «мед ведающий», любящий и знающий толк в меде. Так и повелось,– медведь.

– Надо же...

– Его отец так назвал. Но... не вышел из ребенка «Бьорн». Вышел «Белек».

– Михалыч надежный. Он за ним присмотрит.

– Знаю.

Разговор как-то сам собой иссяк, сошел на нет.

Пока мы с Климом ходили на разведку, он– налево, я– направо, преодолев полосу зарослей на удивление высокой осоки, группу нагнал Эм. Причем нагнал не один. К нашему общему изумлению, его сопровождал предприимчивый оборванец.

– Оплатой недоволен?

– Мог бы быть и пощедрее!– тут же не остался в долгу шкет.

– А далече ли ты намылился, синдбад-скороход?

– С вами я,– заявил твердо пацан.

– На кой ляд ты нам сдался?– совершенно не тактично сделал попытку отмежеваться от инициативного хлопчика я.

– Да уж всяко пригожусь!

Ответ был дан с таким снисхождением, будто не он напрашивался к нам в спутники, а я приполз к нему на коленях с мольбой не оставить нас, сирых и убогих, на произвол судьбы. Мне бы его убежденность при устройстве на работу! Вот, вот кому коучем на тренингах деньги лопатой грести можно!

– А что ты умеешь?

– Сейчас важнее, что я знаю. А вы не знаете.

– И какую же тайну тебе доверила Вселенная?

Тут, широкой грудью раздвинув осоку, появился и Клим.

– Там камень на распутье.

– Что за камень?

– Валун. Как в сказке. Туда пойдешь, сюда пойдешь...

Не став уточнять природу эзотерического знания мелкого афериста, я поспешил к валуну.

И впрямь, на граните обнаружились читаемые строчки. Вкупе с недвусмысленными стрелками они разъясняли предназначение трех грунтовых дорого, расходящихся от камня.

По пиликанию ноута я понял, что мы покинули нейтральную зону.

– Кузнец ваш плохой человек,– неожиданно выдал новый член отряда, не успели мы и десяти шагов от камня отойти.

– Почему это он наш?

– Ну вы же все не отсюда. Путешественники. Странники. Пришлые.

– И что?

– Вы всегда сами по себе. А горожане сами по себе.

– Допустим. Но ведь то, что мы разные, не делает нас всех плохими?

– Я и не говорю про всех. Если про всех,– то вы разные. Только странные очень. Вот зачем вам цеф нужен? Зачем за задания беретесь? Что за пиликающие доски на плече носите? Почему в Далмир вернуться не можете, раз пересекли черту?

– Много будешь знать, скоро состаришься!

– Ну, дядь! Ну скажи про цеф хотя-бы!

– Меня Андрей зовут. Можно и коротко. Ан.

– Меня Рош кличут.

– Ладно, Рош, попробую тебе ответить. Только вот ты мне сначала скажи,– а зачем тебе монета, что на мосту заколачивал?

– Да как– зачем?– от нелепости вопроса малец остановился даже.– Да с монетой я хоть в трактир. Хоть на постоялый двор. Хоть друга из кабалы вызволить, хоть тетке помочь с долгами рассчитаться! Она хоть и злючая, но родная кровь все-таки! Хоть в путешествие отправиться!

– Хорошо. С долгами рассчитался. Друзьям и родственникам помог. Попутешествовал и даже с мешком золота вернулся. Дальше что?

Рош задумался.

– Мешок золота. Это ж я дом смогу купить. Трактир сам открыть! Или в деревню, там корову заведу. Нет, две. А может стадо. Овец. Чтобы шерсть. Женюсь. Жена прясть под окном будет. И песни вечерами длинные петь.

– И все у тебя сложится на загляденье, как ты и хотел, верно?

– Ну... да.

– А теперь представь, что у большинства из путешественников уже есть свой дом в далеком городе. Или даже трактир. Или гостиница. Или домик в деревне, а рядом стадо коровье, ферма. А жена ждет у окна, детям сказки рассказывает, да рубашки на всех кроит. Представил?

– Вроде бы,– не слишком уверенно отозвался мальчишка.

– Так вот, попасть в тот далекий город, можно только накопив много-много цефа,– я понятия не имел, правду ли я говорю, или просто упиваюсь приступом творческого словоблудия. Но часть от истины точно в моих словах есть. Ведь говорил же Михалыч о восьми тысячах цеф для возвращения в поселок?– Поэтому для странников так и важен цеф.

– Но ведь не все из вас хотят вернуться?

– Не все. Но не желают обычно те, у кого дома нет. Или стражники их там за преступления ищут. Или те, кто считают, что судьба здесь им слаще и мягче устроиться шанс предоставила.

– Кузнец возвращаться не хочет!– упрямо подытожил малой, возвращая нас к исходной точке разговора.

– Тебе откуда знать?

– Мы знаем про вас больше, чем вы думаете,– огорошил меня откровением отрок,– думаешь, никто не замечал, что у Федора неожиданно новые вещи появляются, да серебро? Еще в тот, первый его приход сюда. Замечали люди. Да только хитрый он дюже да изворотливый. Опять же, размолвки между странниками случаются часто. Иной раз и до смертоубийства. И не каждый раз вы возрождаетесь, это точно. Власти к дракам и сворам между пришлыми причастными становиться не желают. Но и душегубов в городе, у себя под боком, не потерпят. Теперь, когда правда открылась, кузнеца к суду призовут. Если не сбежит раньше.

– Думаешь, сбежит?

– С него станется!

– Так ведь суду свидетели нужны. А мы из города ушли.

– А Система на что? Попусту, конечно, к Алтарю никто из мэрии соваться не станет. Лишний раз тревожить Скрижаль Закона не осмелятся. Но ваш случай последней каплей был в бесчинствах странников. Система, когда просыпается, не мелочится. Всем отсыпет на орехи, будьте покойны! Выметет, как метлой из окрестностей Дилмара воров, убийц, колдунов нечестивых и прочую погань!

–Даже так? Уже случалось такое?

– На моей памяти нет. Но тетка сказывала.

– А нам что с того?

– Погонится за вами кузнец. Вот как пить дать, догонит. Да не один, скорее всего. Дружками уж, поди, обзавелся.

Прогноз Роша меня совершенно не обрадовал.

– Может и не догонит? Оторвемся?

– Не... У вас старики вон... Да и степь тянется далеко, гладкая, как стол. На десяток верст все видно.

– Что же делать по-твоему?

– Есть мыслишка,– лукаво усмехнулся шкет,– но ведь я ж не в отряде пока? Или как?

– Считай, что «или как»,– проявил спонтанную тактическую гибкость я.– Рассказывай!

– Смотри,– пацаненок извлек из-за пазухи неглубокую глиняную чашку, обернутую тряпицей. Развернул и продемонстрировал содержимое. Серую пупырчатю жабу.

– Что за зверь?

– Жабушка-обманушка. За вами с талисманом следопыта пойдут, дело известное,– авторитетно разъяснил оборванец.– И нагонят скоренько.

– И чем нам жаба поможет?

– Она их со следа собьет. Сейчас мы ее в ручье намочим,– Рош уверенным шагом направился к одиноко стоящей липе, обнаружив превосходное знание местности, склонился к источнику воды у корней дерева.

Жаба, опущенная в воду, удлинилась, став куда больше похожа на ящерицу, и рванула было из ладони мальчишки в траву.

– Э, нет, рано,– тот сдавил ее крепко.– Зови остальных. Каждому надо дотронуться до нее, и на одно дыхание руку задержать.

Надо, так надо. Ольгу-Тому только пришлось уговаривать всей командой. Никак той не хотелось касаться белой рученькой противной жабьей кожи. Сразу видно, что не западного классического образования специалист. Там, судя по фильмам, перекраивать лягушку по науке, а не абы как бог сотворил, первейшее дело в учебном процессе!

– Все! В какую сторону пускать, Ан?

И тут я призадумался. Ну понятно, что в противоположную истинному маршруту группы. Но вот куда лежит наш путь? Компас на запястье лишь равнодушно покачивал стрелкой, не желая помогать с выбором.

– А что если нам к реке вернуться? Сможем?

– Если крюк заложить, то да. Запретная для вас зона от паромной переправы начинается, а заканчивается у Красных камней. Выведу.

– Что насчет той стороны реки? Переправиться сможем? Запрет на нее не распространяется?

Рош на глазах поскучнел.

– Так... чего ж мы там позабыли? Моста нет поблизости. И не Вольные Земли там вовсе. Рощи, перелески, болотца. С редкими деревеньками. Ни сокровищ, ни монстров, ни подземелий нехоженых.

– То есть река, получается, граница? На одном берегу просто люди живут, а на другом– просторы для приключений?

– Ну да. Это ж всем ведомо.

Я вспомнил руины. Хм-м, если жуки не в счет, то что же за чудовища там, в степи, и дальше, ближе к горам?

Кратко изложив суть дела команде, выступил с нехитрым предложением. Воспользоваться гостеприимством рыбаков, и сбить погоню со следа. Пожить с недельку в Богданихе, пока пыл преследователей не уляжется. И спокойно идти своей дорогой. Кора поморщилась. Подобные задержки явно не входили в ее планы. Я и сам был не в восторге. Раз нет по ту сторону реки сюжетно-сценарной активности, то нет и квестов. Нет квестов,– нет опыта. А дефицит в опыте,– прямая дорога в подвал рейтинговой таблицы. Но тут выбирать не приходится. Настигнув, дуэт барда и кузнеца, нас не пощадит. Никого. Интуиция мигом дорисовала картину, опираясь на те слова, что бросил походя Федор, пока я мыкался в ресничной яме. Давние приятели они с Висом. На почве личных пристрастий сошлись. Ага, убивать и грабить! Хороши пристрастия! Объединившись, даже эти двое представляют из себя серьезную угрозу. Артефакты и вещи коллекционера Виссариона. Хватка и жестокость Федора. И раз в Дилмаре намечается грандиозная чистка рядов путешественников администрацией, то степь завтра затопит грязная волна подонков. Мне кажется, я поспешил с решением! Что не сиделось в черте оседлости? Редисок бы всех вытурила городская стража. Я лично видел только двоих дилмаровских силовиков, но, наверняка, их немало. И ничегошеньки Федор не успел бы нам сделать. При всей своей дьявольской извращенной изобретательности! А впрямую напасть, может, и не отважился бы. Хотя, как знать. Все же это сам город безопасная зона. То, что за его стенами, носит лишь условно-безопасный статус. Паранойя еще заявилась непрошено. Начала нашептывать теорию заговора в духе «скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто ты!» Михалыч же сам признался, что дружил с Висом. И Федора долго уговаривал остаться. Все они были здесь, в окрестностях города. Может и в Вольных Землях тоже. Только вот вместе или порознь? Ведь если вместе... Очень уж такой союз на банду смахивает! Нет, ну а чо? Мало ли братков там, на оставленной настоящей земле, соскочили с криминальной темы и стали уважаемыми людьми? Бизнесменами. Политиками. Мэрами.