Текст книги "Ключ к вечности. Отсев (СИ)"

Автор книги: Максим Бодров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Не без скрипа, но план мой оказался одобрен большинством голосов. Жаба, стремительно мутировавшая в юркую скоростную ящерицу, была пущена Рошем заданным курсом. А мы повернули к реке.

Глава 12. Наследник

Глава 12. Наследник

Я вел свой разномастный табор к реке вслед за мальчишкой и думал. Вот мы все реальные люди. А Рош кто? Если бы мы точно были в виртуальной среде, то понятно. Сорванец всего лишь кусок программного хода. Но не верится! Вот же он, идет себе, на ходу сбивая оголовья трав захваченным еще из пригорода прутиком. И я не могу найти в нем отличий от человека. Разве внутри у него вместо привычной анатомии титановый скелет и синтетические мускулы. Но лучше мне, пожалуй, этого никогда не узнать. А кто такие «прежние»? Сюжетный ход сценаристов? Или предшественники с другой планеты, так же как и люди угодившие в этот непонятный мир в качестве подопытных кроликов? С чего я взял, что нам уготована такая роль, кстати? Само название проект «Мебиус» чисто земное. Мебиус это фамилия ученого, прославившегося самой простой и наглядной демонстрацией топологии реальной фигуры, имеющей три измерения, но лишь одну плоскость. Хотя по мне его «лента Мебиуса» сплошное надувательство и жульничество. Взял полоску бумаги, развернул один конец относительно другого методом скручивания вдоль продольной оси, склеил. И, вуаля! Видите ли, муха, ползущая теперь по ленте может побывать в любой ее точке, не пересекая грань. Из этого следует, что получившаяся ленточная загогулина представляет собой тело, имеющее одностороннюю поверхность.

Ха! Так тогда и любой шар, любой леденец тоже! Мухе не надо изгаляться, чтобы миновать ребра. А с кубом надо. Выходит шар кубу, как гусь свинье, не товарищ. А, вообще, тело, имеющее другое количество измерений.

К слову, иной раз эту же ленту в виде вытянутой восьмерки изображают. Совсем как символ бесконечности. И тогда, вроде бы, все сходится. Земная символика, значит и проект земной. Но в современном мире нет таких технологий! Нет даже близко! Может он плод труда землян из параллельной реальности? Но тогда вообще можно предположить что угодно. Хоть звездолеты на паровой тяге!

Пока не начало смеркаться, останавливались на привал еще трижды.

– Далеко еще до реки, Рош?

– Не... Вон тот холм перевалим. А там еще три. И река.

– Ясно. До темноты все одно не успеем.

А компас подернулся красноватой дымкой. И, думается, это не закат так красиво отразился в стекле.

– Рош, а в здешних местах хищники водятся?

– Желтоклыки. Поодиночке они не опасны. Вот если стаей, то да.

– Это что за создания?

– Как волки. Только мельче. И шкура полосатая. Иногда к ним собаки одичалые прибиваются, те и то крупнее будут.

– Ясно. В наших реалиях что-то типа шакала. Или гиены. В условиях темноты очень даже опасные противники.

– Все народ, ночлег!

Выручай, ноут!

– Ваш баланс 399 цеф.

Ого! Сотня улетела, как кот слой сметанки слизнул! Ну, верно. Нас стало десять. Хотя символом группы по-прежнему отмечено восемь участников. Значит, ноут снимает оплату не по списочному составу, а по факту. Зато компас сразу же засиял радующим глаз изумрудом. Хм... Я повалился на траву под деревом. Не успел достичь земли, как под боком материализовался туристический коврик, а под головой миниатюрный валик подушки. Удобно, черт побери! Если б шел дождь, наверняка, над стоянкой бы появился и защитный тент.

Рейтинговая таблица ожидаемо не обрадовала. Мы по-прежнему находились в «подвале», под роковой чертой. У меня лично показатель был чуть выше за счет индивидуального задания на острове. Еще две детали бросились в глаза. Прогресс наш выражался не в целых, а в дробных числах. У большинства в рейтинговым списки наблюдалась та же картина. Ответ нашел почти сразу. Те самые плюс три процента к опыту за счет авторитарного типа группы. А вот на балансе налог пока не отражался совсем. Видимо, цыплят по осени считают и списание произойдет либо по достижении определенной суммы. Либо в конце периода. Второй деталью было то, что численное значение списка уменьшилось. Всего на несколько единиц, но уменьшилось. Это могло значить только одно, средств на возрождение хватило не всем.

«Задания»

О, список обновился.

Сюжетные:

1. Исследуйте новые типы архитектуры структур. Основное. Активно.

Пояснение. Пример посещенных структур: Торговая точка. Город.

Дополнительно:

а) создайте классификатор посещенных структур.(п.М.)

б) устанавливайте и вносите в классификатор связи, особенности, характеристики и сопутствующие признаки изученных группой структур. (п.М.)

в) расширяйте базу знаний об артефактах и технических возможностях найденных устройств. (п.М.)

2. Постройте социальные взаимоотношения с местным населением.

3. Найдите переход.

Дополнительные задания:

Воспользуйтесь возможностями минимум трех технических устройств различного типа.

Хм-м.

Тут пока, пожалуй, больше вопросов, чем ответов. Что за переход? Куда? Ну не пешеходную же зебру на трассе искать? Буквы «п.М.», заключенные в скобки. Они о чем? Где искать эти самые «новые структуры»?

С другой стороны, перспективы могут для нашей группы оказаться заманчивыми. Карта Коры. Мои хамелеоны, при условии, что завтра вернутся к законному владельцу, конечно. Наконец, специализация Азалии, прямо указывающая на исполнителя для составления каталога упорядочивания знаний! Лифт из скрытых заданий еще когда отыщется! А начало энциклопедии мира можно заложить прямо здесь и сейчас! Перед тем, как подозвать Азу, я еще раз полистал таблицу. И присвистнул мысленно. Афанасий, Кожа, Нейрос и иже с ними, отмеченные красно-желтым ромбом, обосновались гораздо выше середины списка. А ведь я даже в городе их не видел. Хотя... Не факт, что они вообще ближе к Дилмару оказались, чем к другому населенному пункту.

Задачу Аза ухватила сразу.

И мы совместно принялись за азартное обсуждение параметров каталога, будто к заполнению клеточек кроссворда приступили. Само собой напрашивалась категория «поселения». Пока мы знаем два типа. Ну, пусть будет три, со слов рыбаков.

Поселок.

Город.

Деревня.

Я зацепился за термин «смешанные», припомнив, что уже слышал его от Исаака, настоял на его упоминании. Смысл для меня стал ясен после озвученных претензий Федора на гражданство. Действительно, судя по всему, Дилмар давал пристанище людям, хотя основой его населения были, несомненно, те, которых пока, за неимением более точного обозначения, я именовал «НПС».

Мы немного поломали голову, как обозначить лавку Дилшота. А заодно и торговые ряды на холме, рядом с палаточным лагерем путешественников. Сошлись на нейтральном «филиал поселенческой структуры». Не зря же они все под единым флагом с желтым треугольником! Нашли очень удачное решение, разом обобщив под одной графой электростанцию, мост, шахту, остров и даже жучиный заповедник. «Обособленная территория». Более того, создали предпосылку для дальнейшего ветвления:

Электростанция и шахта,– обособленная территория производственно-технического профиля.

Мост, паромная переправа,– обособленная территория логистического профиля.

Остров,– обособленная территория для исследования.

Жучиный заповедник,– охраняемая обособленная территория.

Ну вот, начало катологизации положено! Клавиша «инсерт»! Новая вкладка. Ярлычок «Классификатор».

– Желаете дать доступ к устройству «ноутбук группы «Корни» члену группы, классификатору Азалии Сардаровне Енгибарян? Примечание. При заполнении каталога специалистом соответствующей категории восприятие членами группы обозначенных предметов придет в соответствие с данными заполненного каталога. Опыт, начисленный за выполнение задания, возрастет на 10 %.

Конечно, желаю!

Азалия заполняла графы не слишком быстро, но с женской аккуратностью. Получился опрятный и лаконичный файловый «кустик», расходящийся пока что на две не особенно сильно ветвящиеся магистрали. «Каталог»– «Поселения» и «Каталог»– «Обособленные территории». По завершении, я вернул ноут к себе на колени и вновь перешел к заданиям. С удовлетворением убедившись, что и за создание каталога, и за каждый внесенный в него пункт уже начислили очки опыта. Совсем скромные, но, как известно, «с миру по нитке, голому– рубаха!»

Мы немного поболтали уже лежа об оставленном, земном, стараясь отвлечься от темы погони. Рош, естественно, молчал. Но прислушивался жадно, хотя вряд ли понимал большую часть. Ну не придумали в его мире еще мобильников, троллейбусов, железных дорог и фильмов про пиратов и пришельцев. Не построили метро и торговых центров. Даже парков пока еще не разбили. Так что живому разуму юного пилигрима еще не на что было опереться, чтобы хоть приблизительно вообразить содержание рассказов о наших повседневных буднях.

Отбой здесь накрывал, как и в песочнице. Бесповоротно, словно щелчок выключателя.

С рассветом первым делом проверил хамелеоны. Вот они, родимые, рядом с энергетическим батончиком в правильной, экологически разлагаемой бумажной обертке! Спальные принадлежности исчезли, будто и не бывало их никогда. Зато появился продолговатый матерчатый цилиндр с лямками, как у рюкзака. Ага, та самая компактно упакованная восьмиместная палатка, обещанная Системой. Хорошо.

Подозвал Эм и Роша. Еще раз уточнив направление движения у последнего, выслал их вперед, снабдив глиняным картушем вызова. С инструкцией сломать его на берегу. Немного времени, но сэкономим.

«А если Исаак не приплывет?– шевельнулась вдруг тревожная мысль,– Может, занят. Или лодка в другом месте реки. Или срочный заказ на перевозку?»

Но рыбак не подвел. Хотя, добравшись неспешно и без приключений до реки, нам и пришлось провести в томительном ожидании несколько часов. За время ожидания создали с Азой две новых ветки в каталоге.

«Артефакты»

«Установленные связи»

И добросовестно внесли все, что нам было известно о предметах. Только сейчас выяснил, что в обиталище жуков Мария перевела скрижаль. Правда, как и говорил проводник, туманный текст мало что прояснил. «Малое к большому, спрятанное к потерянному начнет путь к уснувшему». У меня было промелькнула искорка догадки, но раздуть из нее пламя так и не удалось.

Прибыл Исаак не на той лодке, что перевозила нас. Нынешняя была уже, но длиннее, и напоминала, скорее, каноэ.

– Парни там вовсю работают,– с улыбкой пояснил он. И добавил, сразу переходя к сути,– Рассказывайте, что и как.

И я изложил, все как на духу.

– Ух ты! Насыщенный у вас старт, ничего не скажешь. И сложный. Нарвались на подлеца, случается. Что сбежали, наверное, правильно. Подлецы, они как по нюху находят друг друга и в стаи сбиваются. Чтоб не сожрали эти волки, надо готовиться. Отпор им дать будет нелегко. Почуют слабину,– тут же раздерут! На ту сторону я, конечно, переправлю. В цене сойдемся. Только вот не с руки вам задерживаться на безопасном берегу долго. Мой совет, не сидите на месте, продвигайтесь вдоль реки, по течению. К перекидному мосту. За то время, что идете, погоня, глядишь, и пыл поутратит, да и в сторону, наверняка, свернет. А вы по пути локации навещайте, типа той с жуками. Места их, какие знаю, так и быть, укажу. Только, чур, слушать внимательно, устно запомнить не просто будет. Их тут раз, два и обчелся, но все-таки. Иначе не выбраться вам из подвала рейтингового списка. Весь настоящий опыт и цеф только в Вольных Землях.

– Спасибо. Кора, подойди. Достань карту, пожалуйста.

На карту Коры Исаака воззрился с плохо скрываемым изумлением. Надо сказать, что разведчица осталась далеко не в восторге от моей просьбы. Но все же исполнила ее.

– Можешь указать нам, что и где,– я протянул карандаш рыбаку. Карта тут же дополнилась значками крестиков, обозначением переправы и галочкой.

– Галочкой обозначил начало тропы,– пояснил наш благодетель.– По течению равнина сменяется гористым участком. Русло заметно сужается. Тропа приведет вас к перекидному мосту. Выглядит он жутковато, но на деле вполне надежная конструкция. Тропу отыщИте обязательно, иначе будет долго плутать в поисках приемлемого подъема! И еще.

Из проставленных крестиков он выбрал два. Обвел их старательно кружочками.

– Эти места посетить точно стоит. Особенность почти всех локаций до реки в том, что добываемое в них носит, как правило, мирный, либо информационный, либо хозяйственно-крафтовый характер. Но и бытовые вещи иной раз очень полезны.

– Тут не поспоришь!

– Давайте-ка, начнем переправу. Лодка маленькая, по двое перевозить буду. К слову, рекомендую подумать о боевой четверке. Ее высажу поодаль, там как раз первая подземная локация,– палец рыбака ткнул в крестик, не удостоившийся кружочка. Зачистить ее легко.

Я отобрал Клима, Тому и Эм. Проигнорировав возмущение Роша, забрался с Томой в лодку.

– А я? А как же я?– все еще доносилось с берега, когда мы уже вышли на середину. Рыбак, стоя на корме, греб единственным, широким и длинным веслом, поочередно опуская его в воду. Тома на носу, склонившись вперед, задумчиво чертила пальчиком узоры на воде, я уравновешивал лодчонку посередине.

Я не случайно выбрал ее в спутницы. Мне не хотелось, чтобы кто-то другой оказался в курсе вопросов, что я собирался задать опытному проводнику.

– Исаак, а что ты знаешь о лифтах «прежних»?

– Только слухи. Сам я видел единственный, искореженный. С ним вы уже знакомы.

– А что скажешь об этом?

Я нажал кнопку наруча, воспроизводя запись. Пришлось пересмотреть все, поскольку я не знал, как перемотать на нужное место.

– Скажу, что ты везунчик. И даже не так. Странная тенденция у вас, ребята, прослеживается. Карта, которой быть у вас никак не должно. Наруч прежних, внезапно соизволивший ожить. Раритетные боссы в локации, где их никто не видел. Мальчишка из местных, увязавшийся за вами следом. Тоже чрезвычайная редкость.

– Сам удивляюсь,– не стал развивать тему я,– а все же, что думаешь о записи на свитке?

– Скажу, что она требует расшифровки. И, в духе этих мест, где-то есть ее дубликат, исполненный в привычных нам цифрах. Скорее всего, на дубликате часть информации тоже будет утеряна. – Исаак сделал широкий гребок. Рядом с бортом мелькнул силуэт довольно крупной рыбины. Возможно даже щуки. Я с беспокойством оглянулся на беспечную Тому. Но раз кормчий не проявляет тревоги, то, наверное, опасности серьезной нет. Ну, а если мелкозубая тварь кого-то и тяпнет за палец,– вперед наука будет. И потом, она же лекарь! Далеко бежать за помощью не придется!– Но, сопоставив два источника, мы получим...

– ...Типичную математическую головоломку,– подхватил мысль я.

– Точно! Раньше, когда народ поинтеллектуальнее в своей массе был, подобные штуки любили в журналах публиковать. Для разминки мозгов и развлечения образованной публики!

– Да, но ведь ни на моем компасе, ни даже на карте Коры нет цифровой привязки к координатам! Сама сетка отсутствует!

– В этом тебе поможет терминал, что обозначен кружочком. Я бы советовал тебе рюкзак туда поместить, чтобы у него появилось свойство пространственного кармана. Не передать, насколько удобная функция, хотя и ограниченная, конечно, уровнем вещи. Но, решать тебе. Возможно, координаты, и правда, важнее.

Я тут же сопоставил клочок обгоревшей бересты и полустертые символы на послании четырехпалого путешественника с голубой кровью. Содержало ли его послание координаты лифта? Зачем он шел туда? До сих пор актуальна ли эта точка? Имеет ли отношение содержание прочитанной скрижали к цели путешествия погибшего копьеносца? И что же тогда за спящий? Ведь прошло десятки лет с того момента, как...

Нос лодки уткнулся в прибрежный песок.

– Высаживайтесь, ребята. А я за следующей парочкой.

Время ожидания Клима и Мухи пролетело, как единый миг. Со всем тщанием перенеся в блокнот обе столбцовые матрицы и, сопоставляя их соответствия, я с упоением вникал в азы дешифровки. Мне казалось, еще чуть-чуть и ребус сойдется, обретя законченный смысл. Но цифр не хватало. До тех пор, пока я не вспомнил перевод Мрии. Устройство 1 и устройство 2. Ну конечно же, вот они, недостающие фрагменты не столь уж сложной головоломки! Символы, обозначающие единицу и двойку! Через пару минут в блокноте красовалась полная запись числового кода. Правда, оставались еще неясные символы, но я был практически уверен, что наш специалист по старинным письменам теперь без труда расколет этот орешек! Настроение, до того довольно подавленное, вмиг улучшилось. Приятно, черт побери, ощутить себя достойным знания великих предшественников! И тех, кто строил невероятные лифты с розовой подсветкой. И тех, кто щелкал без труда задачки в научных журналах, не будучи при том ни математиком, ни физиком!

Глава 13. Слаймы

Глава 13. Слаймы

Но радовался я рано. Из-за плеча Клима, как чертик из коробочки, выскочил Рош.

– Постреленок ловкий. И легкий,– оправдываясь, смутился лодочник,– короче, быстрее его перевезти было, чем из лодки выкорчевать!

– А мы точно вчетвером справимся с обитателями локации?– я с сомнением смотрел на окованную медной полосой дверь в приземистой одинокой скале.

– Что значит «вчетвером»?– тут же взвился Рош.– А я? Я с вами!

Для убедительности он тут же извлек из-за пазухи обломок бронзовой палицы.

– Ты бы спрятал свой огурец, парень,– тут же ехидно поддел его Клим.– С нами дамы все-таки.

Мальчишка покраснел, как рак, брошенный в кипящую воду.

Тут-то до меня и дошло, что я недооценил значение нового игрока в команде. Вот же он, громоотвод для шуток кладоискателя!

– Короткое оружие вам не поможет,– без тени улыбки предупредил Исаак.– Как войдете, увидите деревянную стойку с арсеналом. Вынести из данжа оружие не получится, да и ни к чему, оно все с пометкой «ветхое». Не берите ничего, кроме копий. Ну, и если на ловкость не надеетесь совсем, еще щитов. Дальше разберетесь, там все элементарно.

Так, не забыть внести подпунктом в «охраняемые территории» «данжи», подземные разновидности.

Ну что ж, проверим. А ведь мальчишку придется с собой брать. Не бросать же его одного здесь, хоть компас и не предупреждает об угрозе, но все же.

– Не шумишь, вперед не лезешь, во всем меня слушаешься,– взглянул в лицо строго, как учитель химии потенциальному пироману.

– Ага!

Ну естественно «ага»! Разве ж эти глаза могут лгать?

В подземелье разом вспыхнули бездымные факела, стоило пересечь порог локации. Из любопытства протянул ладонь к огню. Ай, жжется совсем как настоящий!

Вот и стойки с режуще-колющим ассортиментом. Копья,сабли, мечи, шестоперы. Все буквально на ладан дышит. На кособокий стол набросаны кое-как обтянутые кожей заплесневелые круглые щиты. Копий всего три. Да и достаточно. Рош и Тома будут за спинами. Мы со щитами и копьями впереди. Кто против нас– выходи! Краем глаза заметил, что сорванец тоже прихватил что-то с полки. Ну пусть покрасуется, почувствует себя настоящим рыцарем!

Против нас оказалось три разноцветных холодца, лениво перемещающихся по периметру небольшой пещеры, к которой нас привел скальный коридор. В спешке напялив очки я узрел надписи над полупрозрачными желеобразными грудами:

– Слайм кремовый, хищный.

– Слайм бежевый, хищный.

– Слайм салатовый, растительноядный.

– Ребята, бьем светлых, зеленого не трогаем,– проинструктировал я спутников. Подкрадываясь ближе к одушевленным пудингам заметил, что внутри салатового пузырятся кусочки мха и грибов. А вот внутри кремового...

– Мальчики, меня сейчас стошнит,– послышался сдавленный шепот из-за спины. Ох уж эта Тома! Ох уж эта принцесса. Ну да, внутри кремового кувыркалась полуразложившаяся крыса. Зрелище, конечно, не самое аппетитное, но что делать!

– Колем его!

Клим не возражал. Два копья вошли разом в студенистую массу и она растеклась по полу пещеры. Останки крысы, скользнув по слизи, отлетели в дальний угол. За моей спиной послышались рвотные позывы.

– Не смей!– рявкнул я на медичку. Очень уж не хотелось получить такой сомнительный знак отличия.

Второй слайм, заприметив неладное, развернулся в нашу сторону.

– Фьюить,– просвистел одинокий дротик, врезаясь в желе.

Рош!

– Ха-а!– с наскоку сделал длинный ушуистский выпад Эм, насаживая массу на копье ударом снизу вверх. Колышущийся мешок замер на секунду. И тут же оплыл, повторив судьбу первого.

Да уж, действительно, проще нет. Лодочник ничуть не покривил душой.

– Можно я и зеленого... того?– запоздало решил проявить дисциплинированность Рош. Его глаза честно смотрели на меня. В то же время, как пальцы уже обвили древко моего же, уже поразившего первую цель, оружия.

– Нет, нельзя,– жестоко разочаровал я оборванца.– Салатового не бьем.

– Чего так? Приглянулся что ли?– подмигнул мне лукаво Клим.

– Есть мысль как использовать,– не принимая шутливого тона ответил я.– Ты бы лучше применил свой талант, да пошарил тут. Вдруг тайник. Если надо, я посвечу.

Факел легко покинул уключину. Салатовый слайм, к слову, вообще никак не отреагировал на изменение обстоятельств. Он также продолжал лениво перебираться по камням, оставляя за собой гладкие и скользкие голыши, в направлении булыжников, все еще покрытых слоем мха.

– Эм, загляни в ответвления, нет там больше никого?

– Уже посмотрел. Все чисто.

– Тогда забирай Тому, Роша, и на воздух! Как Кузьмич прибудет, пригласишь сюда его.

– Зачем это?

– За спросом твоим! Когда я вас научу не задавать ненужных вопросов!

– Ну ладно, ладно... Пойдем, Оленька. И ты, Рош. А то дядя Андрей тут раскомандовался. Как Наполеон армией!– последние два предложения Муха пробурчал под нос. Но недостаточно тихо, чтобы я не имел полного шанса их расслышать.

Клим тем временем деловито осматривал углы и закутки, изредка косясь на безразличный ко всему пудинг.

– Таааак... есть вроде!

– Ну...что там?

– Золото и бриллианты,– ошарашенным тоном выдохнул рудознатец. И расхохотался мне в лицо, стоило склониться над находкой. Вместо анонсированных драгоценностей из-под валуна был извлечен изрядно прокопченный походный котелок. «Котелок для приготовления пищи, обычный». Ни бонусов, ни дополнительных свойств. Вещь в себе, как сказал бы философ. Ха! Каков труд, такова и награда! Но и она лишней не будет. Я бы с удовольствием выпил травяного чая у костра. И теперь такая возможность появится!

А вот со слизней выпал лут! А я сначала даже и не заметил. Два одинаковых невзрачных зернышка висели в воздухе, презрев законы гравитации. «Ядро хищного слайма»,– значилось над обоими. И куда мне их? Солить, варить, мариновать? Ботинки ими чистить? Ладно, запас карман не тянет. Зернышки оказались сухими и легкими, как полежавшие апельсиновые косточки.

– Звал, Андрей?– пробасил от входа Егор Кузьмич.

– Звал. Гляди, какого красавца тебе сберег!

– Фу ты, ну ты. Что за страсть-то сопливая?– не оценил экстерьер салатового пудинга штатный зоолог.

– Да что ты понимаешь! Ахалтекинец, Кузьмич!На скачках все кубки твои!– вылез с дежурной шуткой юмора Клим.

– Не слушай, пожалуйста, балагура! Взгляни на животное через окуляры,– я передал хамелеоны мужчине.

– Слайм салатовый, травоядный. При-ми-тив-ный,– прочел по слогам Егор Кузьмич.

– Отлично. Я знаю, что у тебя талант к приручению. Попробуешь?

– Энту страхолюду?

– Почему нет?

– Да на кой пес она нам сдалась?

– Кузьмич, «она» нам без надобности. А вот любой навык, усиленный практикой, группе может очень и очень пригодиться! Твой талант в приручении. Так попробуй его проявить!

– Сегодня приручаешь студень. Завтра,– птичку или рыбку, а там, глядишь,– и до саблезубого тигра в питомцах дорастешь!– прокомментировал кладоискатель.

– Не буду я с ним,– тихо откликнулся Кузьмич,вытягивая подбородок в сторону самозваного артиста разговорного жанра,– после сраму не оберешься.

– Клим, проверь, пожалуйста, как там Тома себя чувствует. Да и за переправой приглядеть не помешает. Мало ли.

– Ладно. Шушукайтесь тут. Кумушки,– без всякого уважения бросил шахтер, удаляясь.

– Приступай, Егор Кузьмич! Кстати и расскажешь, как талант приобрел.

– Ох, Андрюша,– любитель крепких напитков полез в самодельную торбу. Смастеренная из куска ткани, она, как скатка солдат первой мировой, пересекала диагональю спину. Внутри что-то стукнуло и даже звякнуло. Из чего я заключил, что стратегический запас самогона еще не иссяк. Но извлек из сумы Кузьмич совершенно неожиданный предмет. Я бы даже затруднился дать ему имя, если б не помощь очков. «Жезл эмпатии, редкий»,– Сказитель из меня тот еще. Ну, коль охота, слухай.

– Можно поближе взглянуть?

Зоолог не возражал, и я принял от него фигурный тускло-серебристый жезл, длиной чуть больше ладони.

– Бродил я, значится, по здешним рощицам. Да набрел на осину. На осине гнездо. В гнезде яйцо. Махонькое, крапчатое.

– Съел?

– Не...

– С собой, за пазуху взял. А оно наутро поди и тресни. И нет яйца. А за пазухой-то птенец. Тоже кроооохотный. Ну вот, стал быть, он меня за мамку и принял. Кормил его, чем мог. Он научился на плече сидеть.

– А после?

– Опосля, как на крыло встал, улетел. К своим подался, наверное.

– И все?

– Не, не все. Еще уточка была. В канале плавала, а улететь не могла. Крылышко подломил видно кто. Каменюкой.

– Как в сказке «Серая шейка»?

– Ась? Не знаю, как в сказке. А шея да, серая была у ней, значится. Я хлебных крошек в воду подкидывал, от завтрака что заховал-оставил. Она и подплыла.

– И что дальше?

– Крыло ей поправил. Вывих оказалось, не перелом.

– Улетела?

– Не... Летать пока не могла. А за мной, как собачонка какая, поковыляла.

– И чем дело закончилось? Не до поселка же она с тобой дошла?

– Не... не дошла,– помрачнел Кузьмич.– До вечера тока жизни ей было. Колян рыжий, видал ты его, здоровенный лоб, мы за день тому повстречалися тогда, стоило мне отвернуться, шею ей и свернул. Огонь он разводить наловчился. На ужин ея и тогось...

– А ты?

– Я не стал... Ну его. Вооот. А мне наутро в назиданьице видно,– тут Егор засучил рукав, демонстрируя тату на запястье. Линии складывались в профиль плывущей уточки,– да вот ентова штуковина досталася!

Я все еще вертел в руках экзотический жезл, силясь припомнить, где я мог видеть нечто подобное. И вспомнил! В интернете статью читал про загадки ушедших цивилизаций. Лемурия, Атлантида, Гиперборея. Забытые технологии, великие тайны, палеоконтакты. И иже с ними. На одном из фото фигурировала очень похожая палочка. В Индии до сих пор делают такие. Преимущественно в ритуальных целях. Автор же статьи распинался, что де это и инструмент универсальный и оружие невиданное. И вообще не напрасно ж название штуковина носит «ваджра». Молния по индийски. На что один из комментаторов весьма ехидно заметил, что в военном деле такая фиговина может и эффективна. Но только как кастет. Я взвесил предмет в руке. Легковат. Но если бить выступающими частями сверху или сбоку, может не так и не прав насмешник.

– Как же ей пользоваться?

– А я знаю!? Ты вон парень ученый. В очках опять же. Скорее, поди, смекнешь.

Ха, такого ответа я не ожидал.

Обратимся к логике. Молниями эта фиговина явно пуляться не станет. Ни способ получения, ни название никак на оружие не указывают. Напротив, талант «приручение» это мирная способность. Умение заводить друзей и питомцев. Что я знаю об эмпатии? Не слишком много. Симпатичным называют того, кто тебе приятен. Антипатичным,– к кому испытываешь неприязнь. А вот эмпатичным... это как? Ага, это, вероятно о процессе изменения отношения. От антипатии к симпатии. И тогда все сходится. Направляешь жезл на курочку. Или уточку. Или злую собачку. И собачка становится доброй. К тебе лично доброй. А к остальным, как получится, да. А с доброй собачкой и задружиться легче!

Я направил острие ваджры в сторону салатового слайма. И послал мысленный луч тепла и участия. Луч, так же мысленно, послал меня. Совсем в ином, практически диаметрально противоположном, направлении. «Коль пироги задумал печь сапожник, а сапоги тачать пирожник...» В общем, каждый должен заниматься своим делом. Я любовно погладил компас.

– Держи, Кузьмич. Попробуй направить жезл в сторону того холодца. И мысленно пожелать ей всего хорошего.

– А что для нее... хорошее?

Отличный вопрос. И правда, что?

– Мха погуще. Грибов помясистей.

– Ну, пожелал...,– не слишком-то уверенно отчитался Егор.

– А связь между вами почувствовал?

– Кукую такую связь?

– Мне-то откуда знать. Ощущения там общие. Настроение. Поводок может, что связывает вас...

– Это как у барышень, что болонок выгуливают что-ль?

– Ну, хоть так...

– Попробую.

И Кузьмич принялся добросовестно пробовать. Раз, второй, третий... одиннадцатый. Аж испарина на лбу от усердия у него выступила. Думаю, что если бы не недоразумение с Федором, за которое ему до сих пор неловко передо мной, бросил бы он давно попытки. И послал бы меня вместе с жезлом по самому популярному на просторах большой страны адресу.

И тут, когда я уж и сам хотел плюнуть на дело приручения диких слаймов, в воздухе вдруг повисла на секунду узкая салатовая ленточка. Вытянулась в ниточку между острием жезла и живым студнем. Провисла посередине, уподобляясь настоящему поводку. И истаяла, оставив отсвет на линзах авиаторов.

– Получилось, Кузьмич! Получилось! Ну что, почувствовал животину, а?

Егор помялся.

– Ну... Вроде как да.

– Что значит «вроде»? Попроси ее поползти влево.

Пудинг на миг застыл, колыхаясь. И двинулся влево.

– Теперь на нас. А секунд через пять вправо.

Неторопливый холодец повторил описанный мной маневр с похвальной точностью.

– Да ты талантище, Егор Кузьмич!

Я сгреб зоолога в охапку. Желе обеспокоенно двинулось в нашу сторону.

– Ну уж,– смущенно пробормотал экспериментатор, выворачиваясь из моих объятий.

– Нет, правда, молодец.

– Попробуй еще поуправлять им. Выходит?

– Да. Но как-то... Слабее. Неувереннее.

– Так существо-то примитивное. Да и навык надо совершенствовать. Упражняться тебе не помешает чаще. Ты пока вот что. Тут побудь. Позанимайся с питомцем. Жезл еще используй, если получится.

Я еще раз взглянул на запястье Кузьмича. Там же, на пальцах, где у Алисы располагалась тату с уменьшаемой полоской ресурса предположительно магической энергии, нашелся аналог и у зоолога. Столбец был опустошен на треть.

– У тебя еще минимум два результативных сеанса,– с оптимизмом сообщил я спутнику перед выходом наружу.

– А дротики мои пропали,– первым делом нашел нужным пожаловаться мне Рош, подскочив под руку.

– Они не твои. И в следующий раз не ной, просясь с нами в данж. Своей глупой выходкой мог бы подвести группу, не нарвись мы на столь слабых врагов! А ведь обещал слушаться!

Рой потупился и обиженно засопел.

– Последний рейс остался,– сообщил подоспевший Исаак.– Специально оставил тех, кто полегче, чтоб можно было троих на борт взять. Данж-то зачистили?

– Не совсем.

– Что так? Там же и мальчишка справится!