Текст книги "Город, который нас не помнит (СИ)"

Автор книги: Люсия Веденская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13. Слишком много знаний

Нью-Йорк. Конец марта 2024 года

Прошло несколько недель с того момента, как Эмми и Лукас вернулись в Нью-Йорк после их поездки на Сицилию. Все это время они продолжали исследовать найденные документы, старые письма и дневники Анжелы, пытаясь собрать пазл истории, которая могла бы быть их общей. Но чем больше они узнавали, тем больше вопросов оставалось.

Лукас, казалось, погрузился в эту работу с головой. Его глаза горели, когда он объяснял очередную теорию, или когда из папок и черновиков появлялись новые зацепки. Он был настойчив, но по его поведению Эмми могла заметить, что под этой уверенностью скрываются не только научные интересы. Было что-то в его взгляде, что ее настораживало. Иногда, когда она поднимала глаза и встречала его взгляд, в нем мелькала тень чего-то, что он явно скрывал.

Эмми не могла понять, что именно. Она пыталась не думать об этом. В конце концов, они оба были здесь ради того, чтобы раскрыть тайну. Но в последнее время она чувствовала, что в этой игре за тайну начинается что-то, что она не совсем может контролировать.

Это было в тот день, когда они с Лукасом приехали на встречу с одним из историков, который мог помочь с исследованием, и когда они покидали его офис, она заметила, что он весь день избегал ее вопросов.

– Что-то не так? – спросила она, когда они сели в машину, направляясь обратно в его квартиру.

Лукас взглянул на нее мимолетно, но быстро отвернулся. Он молчал.

– Ты ведь что-то скрываешь. – Эмми выдохнула, сдерживая нарастающее чувство тревоги. – Это не только о прошлом Анжелы, да? Ты что-то знаешь. Это касается и тебя. Я чувствую это.

Он снова молчал, но что-то в его лице изменилось. Он был озадачен, как будто она дернула его за живое. И вдруг его глаза стали более напряженными.

– Я… – начал он, и Эмми почувствовала, что его слова не будет легко произнести. – Я не хочу, чтобы ты попадала в это.

Эмми замерла, сжала кулаки. Он пытался уйти от темы. Она уже давно чувствовала, что Лукасу что-то не дает покоя, но теперь она понимала, что это гораздо глубже, чем она предполагала.

– Ты не можешь скрывать это от меня, Лукас. Мы оба в это втянуты. – Она старалась не повысить голос, но внутри ее что-то кипело. – Тебе не кажется, что чем больше мы ищем, тем больше мы рискуем?

Лукас, казалось, сдался. Он снова поглядел на нее, и его взгляд был полон сожаления.

– Я не могу позволить тебе в это войти, Эмми, – сказал он тихо. – Есть вещи, с которыми ты не должна столкнуться.

Она не успела ответить, когда их машина вдруг резко остановилась, и заднее стекло ударил яркий свет. Эмми вздрогнула и повернулась в сторону. Улица, на которой они ехали, была мало освещена. В машине наступила тишина, и Эмми чувствовала, как ее дыхание становится более быстрым.

Тот же свет снова пронзил ночную темноту, и она заметила, как Лукас напрягся, его пальцы схватились за дверную ручку. Он молчал, но его напряжение было таким явным, что Эмми почувствовала, как страх начинает заполнять ее грудь.

– Мы здесь не одни, – тихо произнес Лукас, не отрывая взгляда от зеркала.

В этот момент сзади послышался глухой шум, и несколько машин резко свернули на ту же улицу, блокируя им отступление.

Эмми резко повернулась, пытаясь понять, что происходит, но все происходило так быстро, что она едва успевала осознать происходящее. Лукас начал включать мотор, и только тогда она поняла, что он не торопится покидать место. Он ждал.

Он не сказал ничего, но в его глазах было что-то, что она не могла игнорировать. Эмми замерла, пытаясь скрыть волнение.

– Кто они, Лукас? – прошептала она. – Что ты от меня скрываешь?

Он не ответил, но вдруг снаружи раздался стук по заднему стеклу.

– Выйди из машины. Мы поговорим.

Этот голос был знакомым. Эмми не ошиблась – это был тот же человек, с которым они столкнулись на аукционе. Тот самый, что уже тогда показался ей опасным.

В этот момент Лукас резко повернулся к ней.

– Уходи, – сказал он, и его голос стал решительным. – Немедленно.

Эмми замерла. Словно время замедлилось, и все, что она могла слышать, это пульсирующее молчание, в котором каждый момент тянулся и тянулся. Он сказал «уходи». Лукас, тот человек, с которым она почти поделилась своей жизнью, с которым она пыталась разгадать тайну, теперь просил ее уйти.

Не успела она произнести ни слова, как за машиной раздался новый, настойчивый стук. Затем знакомый голос, теперь уже гораздо ближе:

– Мы знаем, что вас двое. Выйди.

Эмми почувствовала, как холод пробежал по ее спине. Она посмотрела на Лукаса, в его глазах теперь не было ни малейшего намека на привычную уверенность. Только решимость, да и то, с оттенком отчаяния.

– Мы не можем уйти вместе? – Эмми не могла говорить спокойно, ее голос дрожал, но она старалась держать себя в руках. – Лукас, что происходит? Кто они?

Лукас не ответил, но в его взгляде промелькнула тень боли и сожаления. Он поднял руку и прикоснулся к ее щеке, коротко, но с такой нежностью, как будто это был прощальный жест.

– Это не твоя борьба, Эмми. Я не хотел, чтобы ты в это втянулась, – его голос был почти шепотом. – Ты не понимаешь, насколько опасно. Мы оба в опасности.

В этот момент машина сзади наконец развернулась, ее двери распахнулись и несколько человек пошли в их сторону. Эмми не могла понять, что им нужно, но то, что происходило, вызывало у нее чувство, что они ее преследуют. Это было настоящим предвестием беды.

Но еще более пугающим было то, как Лукас продолжал молчать, не говоря больше ни слова. Он был слишком отчужденным. Не тот, кого она привыкла видеть – спокойного и уверенного в себе.

– Я не собираюсь сидеть тут и ждать, пока они заберут тебя, – сказала она, чувствуя, как ее голос наполняется решимостью. – Ты говоришь мне, чтобы я ушла, но я не могу. Это все тоже меня касается, Лукас. Я не могу просто уйти. Я не оставлю тебя.

Лукас глубоко вздохнул, и его рука на мгновение сжала ее. Он явно боролся с собой, но, наконец, кивнул.

– Хорошо. Но будь готова. Все будет очень быстро. И тебе нужно будет довериться мне.

С этими словами он вывернул ключ зажигания, и машина с громким рычанием начала двигаться вперед. Взгляд Лукаса, хотя и скрывал решимость, не мог полностью скрыть страха, что он скрывал от Эмми. Но в этот момент она больше всего чувствовала, что на их пути – не просто проблемы, а глубокая бездна, в которую они все могли провалиться.

Эмми сжала кулаки, пытаясь подавить страх, который теперь не мог покинуть ее сердце. И пусть она знала, что Лукас будет ее защищать, она чувствовала, что это только начало чего-то гораздо более страшного и неизвестного.

Машина ускоряла ход, поворачивая на улицу, которая осталась незаблокированной машинами, и Эмми не могла не заметить, как ее мир начинает рушиться, как кирпичи старой, привычной жизни откалываются, один за другим, и падали вниз, в пропасть, где не было ясности и не было безопасности.

Не было места для страха. Были только они – она и Лукас, и все, что им оставалось, – это двигаться вперед.

Машина скользила по ночным улицам, все быстрее и быстрее, как если бы Лукас знал, что время уходит. Эмми чувствовала, как ее сердце бешено колотится в груди. Она не понимала, что происходит, но ясно ощущала: все, что она знала, рушилось прямо на ее глазах. Это было не просто происшествие – это было столкновение миров, тех, о которых она и не догадывалась.

– Ты можешь объяснить мне? – спросила она, пытаясь сохранить спокойствие, хотя ее голос срывался. – Кто они, Лукас? И что ты ищешь? Почему ты скрываешь это от меня?

Лукас молчал, только напряженно сжимая руль. Его лицо было холодным, как камень, но в его глазах было что-то, что заставляло ее тревожиться еще сильнее – будто он знал, что они уже слишком близки к чему-то, что не следовало бы раскрывать.

Через несколько минут машина свернула на заброшенную улицу, покрытую туманом. Эмми почувствовала, как ее дыхание становится прерывистым. Здесь все казалось чужим и зловещим. Улицы были пусты, и лишь старые, покосившиеся дома стояли вдоль дороги, как молчаливые свидетели.

Лукас остановил машину, выключил двигатель и немного наклонился вперед, глядя в зеркало заднего вида. Он был сосредоточен, как никогда, а его лицо выражало что-то между напряжением и отчаянием.

– Мы в ловушке, – наконец, сказал он тихо, но твердо.

– Что ты имеешь в виду? – Эмми почувствовала, как холод начинает проникать в ее кости. – Лукас, кто эти люди? Ты что-то скрываешь, ты не сказал мне всего. Ты работаешь с ними? На них?

Лукас повернулся к ней, и она увидела в его глазах не просто усталость, а какую-то тяжесть, которая искажала его привычный, уверенный взгляд.

– Это не те люди, с которыми я работаю, – сказал он, скрипя зубами. – Это те, кто следят за мной и за тем, что я ищу. Я не хотел, чтобы ты в это вовлекалась. Но теперь… – он замолчал на мгновение, собираясь с силами. – Я же говорил тебе, что мое прошлое не так просто. Те вещи, которые я ищу, связаны не только с нашим с тобой расследованием. Это может быть опасно не только для меня, но и для всех, кто рядом.

Эмми почувствовала, как ее грудь сжимает от боли и страха. Ее мысли путались, но одно было ясно – она не могла просто сдаться. Она была уже слишком глубоко в этом, чтобы теперь просто уйти.

– Ты не мог просто отказаться от этого всего, правда? – ее голос звучал неуверенно, но в нем была решимость. – Не можешь просто оставить это, не можешь убежать. Я знаю, что ты даже не хочешь это делать, но если бы хотел – смог бы?

Лукас резко повернул голову, его взгляд стал жестким, но в нем скрывалось сожаление.

– Я не хотел, чтобы это коснулось тебя, Эмми, – его слова вырывались тяжело. – Но ты права. Я не могу оставить это. Я не могу оставить то, что я начал. Ты, возможно, права, я не могу просто закрыть глаза и забыть, что я нашел.

С этими словами он открыл дверцу машины и вышел на улицу. Эмми последовала за ним, чувствуя, как земля под ногтями кажется чужой, а воздух – тяжелым. Лукас подошел к зданию перед ними – серое, заброшенное, с едва видимыми окнами. Он повернулся к ней и в последний раз встретился взглядом.

– Не ходи туда, – сказал он, взяв ее за руку. – Подожди здесь.

Она хотела возразить, но в ее глазах горела та же решимость, что и в его. Эмми знала, что не может стоять в стороне. Они уже так близки к ответам, так близки к разгадке. И хотя она ощущала смертельную опасность, ей было ясно одно: она не могла просто уйти.

Она шагнула вперед, решив остаться рядом с ним. Слишком многое они уже разделили, чтобы отступить.

Эмми сделала шаг вперед, ее сердце сжалось от волнения. Все, что она чувствовала, – это опасность, приближающаяся с каждой секундой. Лукас остановился, повернувшись к ней, и в его взгляде было что-то опасное – не только от того, что они могли найти, но и от того, насколько он был готов рисковать.

– Ты уверена, что хочешь быть здесь? – его голос был низким, словно предостережение, но Эмми чувствовала, как ее руки начинают дрожать не от страха, а от внутренней борьбы.

– Я не могу стоять в стороне, Лукас, – ее слова были решительными. – Я уже слишком много знаю. И мне нужно понимать, что происходит. Я не могу просто отойти в тень.

Лукас вздохнул и, казалось, на мгновение сдался. Он повернулся, но еще раз взглянул на нее, как будто ища в ее глазах подтверждения того, что она готова пройти этот путь до конца. В его взгляде не было страха, а скорее – внутренней решимости. Он подошел к ней, мягко взяв за руку, и повел внутрь здания.

Они подошли к старой деревянной двери, и Лукас, не колеблясь, открыл ее. Внутри было темно, но воздух был густым от сырости и затхлого запаха. Эмми почувствовала, как ее дыхание становится прерывистым. Она знала, что внутри них ждет не просто разгадка. Здесь были ответы, но ответы, которые могли изменить все.

Лукас быстро зажег фонарь, и в тусклом свете они увидели перед собой лестницу, ведущую вниз в подвал. Эмми замерла, всматриваясь в мрак, который начинал поглощать их. Откуда-то сверху доносились звуки, слабо слышимые в тишине – будто что-то или кто-то двигался, и это вызывало у нее беспокойство.

– Ты точно уверен, что мы должны идти туда? – спросила она, ее голос звучал напряженно, но она не отступала.

Лукас повернулся, и теперь в его глазах горела искренняя решимость. Он стиснул ее руку и тихо ответил:

– Да. Мы не можем остановиться. Это слишком важно, Эмми. Они все равно от нас не отстанут, так давай сами встретимся с ними.

Они спустились вниз, каждый шаг эхом отдавался в пустоте, создавая ощущение, что каждый момент – последний шанс. Внизу было темно, и Эмми почувствовала, как ее сердце снова начинает биться быстрее.

Вдруг – резкий звук, как если бы что-то упало. Эмми резко остановилась, и ее взгляд мигом метнулся к Лукас. Он, казалось, не заметил ее напряжения, его внимание было полностью сосредоточено на следующем шаге.

Но тут, из тени, выскользнул силуэт – человек в черной одежде, с капюшоном, скрывающим лицо. Эмми почувствовала, как волосы на ее затылке встали дыбом. Она пыталась сделать шаг назад, но Лукас, не колеблясь, прикрыл ее своим телом, неожиданно вытаскивая из кармана пистолет.

– Ты не уйдешь, – проговорил незнакомец, его голос звучал низко, угрожающе.

Лукас сказал с яростью, которую трудно было скрыть:

– Оставь меня, если не хочешь проблем. Мы работаем сами, вас не касаются наши дела.

Но человек не двинулся с места. Вместо этого он вытянул руку, и в ее ладони блеснул нож.

– Вы слишком много знаете, – произнес незнакомец, его шаги звучали по направлению к ним. – А слишком много знать – это опасно.

Лукас резко оттолкнул Эмми назад и направил пистолет на противника. Внутри комнаты стало еще более напряженно. Эмми почувствовала, как воздух вокруг них стал свинцовым. Она знала, что это – момент, когда все может закончиться, но Лукас был готов бороться до конца.

Ее дыхание замерло. Она знала, что не может просто стоять и ждать. Эмми схватила ближайший предмет – старую металлическую трубку, лежавшую в углу – и сказала тихо, но решительно:

– Лукас, будь осторожен.

Незнакомец, похоже, заметил ее движение, и это стало для него сигналом. Он резко бросился вперед, но Лукас был быстрее. Он выстрелил, и выстрел прозвучал как гром в этой тишине. Человек отшатнулся, но не упал. В этот момент Эмми успела подбежать, взмахнув трубкой, и ударить его по голове. Человек рухнул, и все вокруг снова стало тишиной.

Лукас присел на одно колено, осматривая противника, но его взгляд не отрывался от Эмми. Его лицо было напряженным, но на нем уже не было страха – только решимость и признательность за ее помощь.

– Ты в порядке? – спросил он, слегка отдышавшись, но его голос был мягким, несмотря на всю тяжесть момента.

Эмми кивнула, хотя в ее груди все еще бешено колотилось сердце. Но теперь в ее глазах был тот же огонь, что и в его. Она не собиралась отступать.

Немного позже машина снова двигалась по пустым улицам, и только шум мотора заполнял тишину. Эмми сидела рядом с Лукасом, ее руки были плотно сжаты на коленях, а взгляд, устремленный в окно, не был ни фокусирован, ни осмыслен. Теперь в ее голове было пусто. Она уже не чувствовала ни страха, ни ярости – только ошеломляющее ощущение холодной реальности, которая ворвалась в ее жизнь с такой силой, что даже не успела переработаться. Первые эмоции спали, уступив место осмыслению.

Лукас был невероятно тих, словно сдерживал даже свое дыхание, его взгляд был сосредоточен на дороге, но он не мог не заметить, как напряженно выглядела Эмми. Он понимал, что она в шоке, что все произошло слишком быстро и слишком опасно, чтобы это не оставило следов. Он хотел сказать что-то, но слова, казалось, теряли смысл.

Прошло несколько минут молчания, пока, наконец, он не нарушил тишину:

– Это было место встречи. Все должно было пройти по-другому. Раньше мы могли бы поговорить, решить все словами. Но теперь... кажется, они не настроены на разговоры, – его голос был низким и заметно напряженным. Он не знал, как она воспримет его слова, но знал, что это важно. Важно объяснить.

Эмми продолжала смотреть в окно, не реагируя. Ее губы едва заметно шевелились, но она не произносила ни слова. Молчание между ними тянулось долго, и Лукас почувствовал, как его собственное сердце начинает биться быстрее, будто его кто-то невидимый затягивал в эту тишину.

Через несколько минут она наконец-то нарушила тишину, ее голос был едва слышен, почти невесомым:

– Мы убили его? – спросила она, не глядя на него, ее слова выходили так медленно, что казались словно чужими.

Лукас бросил взгляд на нее, и его лицо приняло более мягкое выражение. Он не ожидал, что она будет задавать такие вопросы, но понимал, что Эмми нужно знать. Это было ее право.

– Нет, – ответил он спокойно. – Пуля едва задела его руку, а ты... ты только временно оглушила его. Когда мы уходили, у него был пульс. Он жив, Эмми. Все в порядке. Я не собирался его убивать.

Эмми не сразу ответила, но ее плечи немного расслабились, хотя внутри ее все еще было тревожно. Она смотрела на свои руки, как если бы пыталась осознать, что случилось. Весь этот день, все, что они пережили, казалось ненастоящим. Она просто не могла понять, как быстро все перешло от поиска истины к угрозам и насилию.

– Ты не мог бы мне просто заранее сказать, что теперь все это закончится? – ее голос, наконец, стал чуть более ясным, но в нем была заметна усталость, как если бы она уже отдала слишком много сил, пытаясь понять, что вообще происходит в их жизни.

Лукас снова посмотрел на нее, его лицо оставалось сосредоточенным, но в глазах была нежность, которой он не пытался скрывать.

– Я не могу обещать, что все будет просто, – он взял ее руку в свою, сжался чуть сильнее, чем обычно. – Но я могу обещать одно: я буду рядом, и я буду защищать тебя, Эмми. Все, что сейчас происходит, не твоя вина, и ты не одна в этом.

Эмми кивнула, но не сказала ничего. Она больше не смотрела на него. Вместо этого она снова погрузилась в свои мысли, и хотя она чувствовала поддержку, она не могла избавиться от ощущения, что их жизнь уже никогда не будет такой, как прежде. В ее мире, оказалось, было место реальной опасности и обману, и, возможно, сейчас она просто боялась, что все это окажется слишком большим бременем, чтобы нести.

Машина продолжала двигаться по ночному городу, в котором все выглядело чужим и отстраненным.

Когда Лукас припарковал машину у дома Эмми, он не сразу вышел. Он сидел, смотря на ее дом через лобовое стекло, пытаясь собрать мысли в порядок. Они еще не сказали друг другу много чего важного, и он не знал, как она воспримет все, что произошло. Он не был уверен, что Эмми захочет побыть одна, или, наоборот, выставит его за порог. Но все это казалось неважным по сравнению с тем, что происходило. Он дышал тяжело, не зная, как это все исправить, как объяснить свои действия и решения.

Когда он наконец открыл дверь машины, Эмми уже заходила в дом.

– Ты в порядке? – его голос был почти неуверенным.

Эмми остановилась, не оборачиваясь. Она была настойчива в своей медленной походке, но это не означало, что она не чувствовала боль.

– Заходи, – сказала она, почти не оборачиваясь. – Я... я понимаю, что мне нужно что-то понять.

Лукас застыл на пороге. Он был готов к любому из сценариев, но не к этому. Она сказала, что хочет получить ответы? Неужели она все-таки хочет услышать правду?

Он поднялся с ней, но снова остановился у квартиры, колеблясь, не зная, что делать. Его взгляд метался по комнате, но он никак не решался сделать первый шаг.

Эмми слегка повернула голову и встретилась с ним взглядом, ее глаза все еще несли в себе смесь усталости и решимости. Она что-то увидела в его выражении и, не давая ему времени подумать, повторила:

– Ты не можешь вечно стоять на пороге, Лукас. Заходи. Нам нужно поговорить.

Он шагнул внутрь, и, когда дверь закрылась за ними, атмосфера изменилась. Это был тот момент, когда они могли быть полностью честными друг с другом.

Эмми села на диван, ее движения стали более уверенными, хотя она все еще не могла избавиться от ощущения, что на нее давит груз, который не получится просто так снять. Лукас сел рядом, но держался на небольшом расстоянии.

– Я хочу знать, – сказала она, ее голос был спокойным, но в нем ощущалась внутренняя борьба, – откуда у тебя пистолет?

Лукас вздохнул. Вопрос не был неожиданным, но он все равно поразил его своей прямотой. Он знал, что Эмми не будет довольна ответом, но он был готов.

– Пистолет? – он слегка пожал плечами. – Это подарок от моего отца, детектива. Он всегда думал, что я когда-нибудь окажусь в подобной ситуации, и... это был его способ предупредить меня. Подарил мне оружие, когда я еще был подростком. Мы не особо об этом говорили, но это для меня больше, чем просто предмет – это часть меня, его послание. Он думал, что я буду в безопасности.

Эмми кивнула, как будто это объяснение частично развеяло ее вопросы, но сразу же задала следующий:

– Что именно ты ищешь, Лукас? Ты ведь не просто расследуешь семейные дела, не так ли?

Он несколько секунд молчал, пытаясь понять, как объяснить то, что он был готов сказать. Она явно ожидала правды, и теперь, видя ее заинтересованность, Лукас понял, что не может держать все в себе.

– Я ищу дневник. Мы с тобой уже нашли один, это летопись жертв, но есть еще один, который гораздо более опасен. Я точно не знаю, кто автор. Этот дневник связан с убийцами, с теми, кого они убили, с тем, что у них было. Он содержит записи о скрытых сокровищах, о том, что они оставили после себя. Но еще важнее то, что там зафиксированы преступления, которые так и не были раскрыты, их истории... и, возможно, ключ к закрытию некоторых дел.

Эмми склонила голову вбок, обдумывая услышанное. Она могла понять, почему это так важно для Лукаса, но что-то в ее голове не давало покоя.

– Кто те люди, что нас преследуют? Почему все так опасно?

Лукас опустил взгляд, но продолжил:

– Это одна из современных банд, они давно пытались избавиться от конкурентов и замести свои следы. Они хотят заодно добраться до тех старых богатств, которые остались от тех, кто уже не в состоянии воспользоваться деньгами. Мы оказались в центре всего этого... случайно, если честно.

Эмми посмотрела на него. Он не замедлил свою речь, он сказал ей все, что знал, не скрывая ничего. Она чувствовала, что еще не все ответы были найдены.

– А ты специально познакомился со мной? Это было все заранее продумано? – спросила она.

Лукас слегка улыбнулся, но эта улыбка не была беззаботной. Он понимал, что ответить на этот вопрос будет нелегко.

– Нет, Эмми, это была случайность. Я не знал, что ты окажешься в центре всей этой истории. Но как только я узнал о тебе, о твоих исследованиях, о связи с Россо и Карезе... я решил, что это будет подходящий путь для расследования. И, если честно, я увлекся. Увлекся расследованием и тобой.

Эмми молчала, переваривая все сказанное. Он был честен, но она все равно не могла не чувствовать, что эта история слишком велика, чтобы быть просто случайностью.

– Ты действительно увлекся? – спросила она, и в ее голосе не было злости, только растерянность. – Все, что произошло, не для того, чтобы закончить это расследование, а потому что тебе стало интересно?

Лукас в ответ мягко взял ее руку:

– Ты для меня больше, чем просто часть этого расследования, Эмми. Я знаю, что это не облегчает твою боль, что все стало сложнее, но ты – это не просто инструмент в этом поиске. Ты стала частью моей жизни, и я не собираюсь просто уходить.

Эмми посмотрела ему в глаза, и на этот раз она не отводила взгляда. Слишком много вопросов, слишком много неясности, но что-то в его словах успокаивало ее.