Текст книги "Беглянка (СИ)"
Автор книги: Любовь Негодяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 12
День проходит в блаженной неге. То ли мы потихоньку выздоравливаем, то ли путешествие в кибитке гораздо комфортнее, чем в вычурной карете, но на закате чувствуем себя бодрыми и полными сил.
– Признаемся, что оклемались? – спрашивает брат.
– Предлагаю и дальше придерживаться легенды о немощных смертниках, – пожимаю плечами. – Не будем расстраивать недоброжелателей. Беатрис вертит королем и тайно сотрудничает с первым советником. Кто знает, что неугомонной мерзавке взбредет в голову.
На ночевку нас устраивают под раскидистым вековым деревом. По моей просьбе работники подвешивают на ветке центральную часть покрывала, а концы крепят к земле колышками. Получается некое подобие палатки. Домик далек от идеала, но способен обеспечить уединение и спасти от многочисленных липких взглядов.
Пока идут приготовления, мы с Мигелем отдыхаем, опираясь на толстый гладкий ствол исполина.
– Девушки, смотрите, – на сцену выплывает неугомонная фаворитка, – бесплодная нищенка решила поселиться в шалаше.
– У дефективной нет денег на приличный шатер, – нарочито хихикает подоспевшая Марьяна.
– Слышала, что казна княжества пуста, – добавляет незнакомая экзотическая красавица.
– Гелла, иди сюда, – командует самопровозглашенная королева, призывая личную служанку распорядительницы.
– Я здесь, – подобострастно кланяется дородная женщина.
– Расскажи присутствующим, что Альма говорила насчет приданого.
– С нами следуют шесть повозок с вещами Аннетты. Нужно вернуть дары, дабы не поставить Тиронского в неудобное положение.
На лицах собравшихся людей читаются шок и неверие. Неужели и правда купились на сказочку о бедности?
– Ты неправильно поняла, – театрально взмахивает ручкой нарушительница спокойствия. – Стефан принял подношение от гардарийских послов и в благодарность взялся обучить опальную одалиску искусству любви. Он опробовал девицу, но фригидная пустышка не сподобилась ублажить нашего ненасытного господина. Жалкая замухрышка оказалась чересчур зажатой и вызвала у дракона только отвращение и брезгливость. Поэтому перед самым отъездом благодетель повелел раздать сокровища наложницам. Можете разбирать приглянувшиеся вещи.
На восемнадцатилетнюю наивную бедняжку пламенная эскапада бесталанной актрисы произвела бы неизгладимое впечатление, вызвав бурный поток слез, ведь злые и хлесткие слова рассчитаны на то, чтобы задеть за живое и нанести глубокую моральную травму. Но мне тридцать и за плечами имеется определенный сексуальный опыт. Еще неизвестно, так ли хорош монарх в постели, как о нем щебечут. Вдруг я ушла бы поутру разочарованной и неудовлетворенной, потому что избалованный сибарит ведет себя в интимные моменты как уставшее и заплесневевшее бревно. От этой крамольной мысли на губах расцветает презрительная ухмылка, вынуждающая скандалистку отшатнутся.
Сжимаю руку напрягшегося братишки в утешительном жесте. Паренек не понимает подоплеки прозвучавшего оскорбления, но ему очень обидно смотреть, как грабительницы растаскивают наше добро. Особенно теперь, когда не осталось ювелирных изделий, пригодных для продажи, а за пазухой спрятана всего лишь сотня золотых.
Однако мы уже успели смириться с потерей. Давно поняли, что лишимся дорогостоящего барахла. Поэтому сейчас сидим и отрешенно наблюдаем за набегом бабского войска на зачарованные лари.
– Замки не поддаются, – слышится возмущенный возглас.
– Нужен особенный ключ, – доносится сердитое шипение.
Одного взгляда на довольного мальчугана хватает, чтобы понять: устройства отпираются кровью законного владельца. Надеюсь, ушлые девицы не прибьют меня и не сцедят ее в бурдюки.
Взирать на вакханалию алчности, злобы и невоздержанности не слишком приятно. Аристократы из отряда охраны брезгливо морщат носы. Разница в воспитании высокородных отпрысков и избалованных купчих колоссальная. Она особенно заметна сейчас, когда низменная сущность представительниц среднего сословия лезет наружу.
– Поняла! Крышки отмыкает родовое кольцо, – кричит глазастая Марьяна и тычет в меня пальцем.
– Отдай! – фаворитка подскакивает, хватает за руку и пытается сорвать перстень, но он сидит как влитой.
– Немедленно отойди, – рычит Гектор так, что голоса на поляне мигом стихают. – Если помнишь, я поклялся заботиться о ее здоровье и намерен сдержать слово.
– Это мой артефакт, – бесится Беатрис.
– Жени на себе князя и пользуйся привилегиями, – цинично припечатывает защитник. – Каждый потомственный дворянин знает, что чужаку не снять семейную реликвию. Можешь сколько угодно утверждать, что сундуки принадлежат тебе, но никогда не откроешь ни один из них.
– Это мы еще посмотрим! – резко разворачивается, взмахивая юбками, и удаляется.
Устало переглядываемся с поникшим ребенком и забираемся в палатку.
– Не грусти, – ласково глажу по кудрявой макушке. – Без них проживем.
– Стерва и впрямь постоянными скандалами все силы высасывает, – вздыхает утомленно.
Вскоре Эдда приносит ужин и заискивающе смотрит в глаза.
– Возьмите меня с собой, – шепчет тихонько. – Обещаю служить верой и правдой.
– Думаешь, в Гардарии лучше, чем в Тироне? – спрашиваю удивленно.
– Не хочу провести остаток жизни на побегушках у сотни взбалмошных наложниц.
– Для этого не нужно покидать родину. Просто попробуй отстать от обоза и вернуться домой. В отсутствие Альмы никто не следит за служащими. У дамочек полномочий маловато, а у охраны другие задачи.
– Как-то маетно и неспокойно на душе, – недовольно качает головой. – Сжальтесь, княжна.
– Будем честны друг с другом, – ловлю ее взгляд и не отпускаю. – Не уверена, что нам удастся выжить и благополучно добраться до дома. Поэтому мой ответ «Нет».
– Эх, – вздыхает сокрушенно, – а я так надеялась.
Забирает посуду и уходит.
– Почему отказала? – интересуется Мигель.
– Видел нянюшкину брошь на лифе ее платья?
– Да, – скорбно опускает плечи, вспоминая погибшую кормилицу.
– Запомни, дружочек, в продажной преданности нет искренности, – ласково глажу ребенка по голове. – Бездомных скитальцев могут сопровождать либо верные друзья, либо должники, обязанные за спасение жизни. Но даже они не погнушаются обмануть и предать.
– Золотые слова, – вздыхает горестно. – Давай ложиться.
Ночью просыпаюсь от того, что кто-то водит пальцем по моим губам. Подскакиваю и замираю от ужаса.
– Тсс… Не бойся, – выдыхает Гектор. Прижимает к груди и шепчет в самое ухо. – Слушай внимательно и запоминай. В сорока минутах езды отсюда находится опасный участок дороги. Он зажат между возвышенностями и хорошо просматривается со всех сторон. Идеальное место для размещения опытных лучников. Путешественники в случае нападения оказываются в смертельной ловушке. Бежать из каменного мешка некуда. Постарайтесь выйти из кибитки и пройтись пешком. Держитесь в тени раскидистых деревьев. Не приближайтесь к обозу.
– Почему?
– Поездка проходит слишком гладко. Чуйка вопит о готовящейся засаде.
– Эдда тоже сегодня жаловалась на ощущение надвигающейся опасности, – испуганно сжимаю его руку. – Долго добираться до развилки?
– Три часа, – лезет в карман и достает простенький кулон на кожаном ремешке. – Возьми. Это редкий артефакт, устанавливающий полог невидимости с отводом глаз. Радиус действия четыре метра. Заряда хватит на два-три использования. В случае опасности активируйте и бегите.
– Куда?
– В тех местах много неизученных пещер, – хмыкает, умиляясь моей наивности. – В них можно жить месяцами. Аннетта…
– Да?
– Через год приду за тобой и сделаю своей женой. Отказы и возражения не принимаются. Смирись, – склоняется и жестко впивается в приоткрытые от удивления губы, но, заметив испуг, смягчает напор.
При всей неоднозначности наших отношений моя сущность тает от его шальной разухабистости и отзывается. Как бы хотела повстречать столь необузданного самца в прошлой жизни, белее раскрепощенной и менее подверженной предрассудкам. Но не для создания семьи, а для искрометного и страстного курортного романа.
Глупо отрицать очевидное: между нами не по-детски искрит. Но я уже давно не романтичная юная девица и знаю, что авторитарный характер сурового воина выжжет меня дотла. Поэтому воздержусь от опрометчивых поступков. Сберегу нежное сердечко и отдам в руки достойного кандидата, способного слышать и слушать, а не только стучать кулаком по груди.
Кстати, о ней. Что-то мы увлеклись. Вспоминаю о примотанном к животу дневнике и мягко высвобождаюсь из объятий.
– Тшш, – провожу пальчиками по щеке, покрытой двухдневной щетиной. Отстраняюсь и легонько отталкиваю мужчину. – Береги себя.
– Готовься к свадьбе, – сверкает залихватской улыбкой и исчезает в ночной темноте.
А я еще долго лежу без сна, вспоминая бархатную нежность губ, жар мускулистых рук и страсть, полыхающую в бездонных синих очах.
Глава 13
Просыпаюсь на рассвете от голосов суетящихся слуг. Раскрываю ладонь и с удивлением разглядываю ночной подарок. Значит, тайная встреча не примерещилась...
Осторожно надеваю кулон на спящего Мигеля и прячу под рубашку. Все знают, что у мальчика нечего взять, поэтому не полезут проверять. Единственная драгоценность – медальон, доставшийся от матери, украшает теперь шею Ксандера.
– Вставай, братишка, – мягко целую в щеку. – Работники заняты, а наложницы еще дрыхнут. Самое время для утренних процедур.
Неспешно выползаем из палатки и ныряем в кусты, а потом крадемся к реке.
– Ничего себе, – вытаращивается Мигель.
Застываю от открывшейся картины. Гектор купает своего боевого товарища. Мокрая черная шерсть грациозного животного сияет в золотистых утренних лучах. Но не она привлекает внимание, а рельефное мускулистое тело воина, покрытое темным бронзовым загаром. Совершенно обнаженное и поистине великолепное.
– Какая задница, – шепчу восторженно, лаская брюнета похотливым взглядом.
– Куда ты смотришь? – возмущенно вскидывается мальчик и прикрывает ладонью бесстыжие девичьи глаза.
– На коня, конечно, – уверяю с самым честным видом. – У него такая роскошная грива и… хвост.
Гулко сглатываю и заливаюсь пурпурным румянцем.
– Да, хорош, – тянет наивный ребенок. – Я таких всего один раз видел, когда эльфы приезжали к отцу с визитом вежливости. Конюхи рассказывали, что лошади умны и невероятно выносливы. Жеребец оруженосца такой же породы. Только у него носочки белые, а у этого красавца звездочка на лбу.
– Угу, – наблюдаю за перекатами накачанных мышц хозяина и тихо млею. – Шикарный экземпляр.
– Тише, Мрак, – смеется мужчина и нежно гладит верного друга по шее. А потом оборачивается к Ксандеру. – Хорошенько оботри Шторма ветошью. Нам предстоит нелегкий путь.
– Предлагаю умыться у ручья, – дергаю брата за рукав. – Здесь неудобно показываться.
Осторожно отступаем и возвращаемся в лагерь. Издалека доносится мерный стук топоров.
– Там лесорубы работают? – спрашиваю у Эдды, принесшей на завтрак мясное рагу и травяной отвар.
– Командир велел подчиненным размяться и заготовить побольше дров, чтобы не бегать по горам за хворостом. В обозе как раз освободилось несколько телег.
– Расстели нам плед на траве поближе к стволу дерева и попроси слуг убрать постель.
– Для меня еще будут указания? – интересуется сиделка.
– Считай, что служба окончена и ты свободна от обязательств.
– Спасибо, княжна, – низко кланяется и отправляется выполнять просьбу.
Из-за поднятого шума начинают просыпаться наложницы. Шатры наполняются недовольным гомоном.
– У них когда-нибудь бывает хорошее настроение? – бурчит Мигель.
– Откуда ему взяться, – пожимаю плечами. – У бедных женщин ничего нет в этой жизни: ни любви, ни семьи, ни детей. Тряпки и драгоценности не способны подарить душевное тепло и наполнить сердце радостью.
Обвожу задумчивым взглядом поляну и вздыхаю.
– Подскажи, какие вещи обычно берут в дорогу?
– Повозки, шатры, топоры, охотничьи ножи, луки со стрелами, котелки, посуду, фляги или бурдюки, банные принадлежности, полотенца и постельное белье, одеяла, одежду, обувь, корзины с едой, корм для лошадей. Всего и не упомнишь.
– А у нас один комплект одежды, добротные ботинки и перстень Гардарийских, от которого следует избавиться, чтобы беглецов не смогли опознать по приметному украшению. Как его снять?
– Владелец должен сделать это лично.
– Да? – тяну недоуменно. – Почему фаворитка так легко отступила?
– Аристократы впитывают знания с молоком матери. Плебеи не ведают всех тонкостей.
– Совсем забыла о скудном образовании Аннетты, – задумчиво почесываю лоб. – Низшим кастам, похоже, даже азов не преподают. Просвети, пожалуйста, по поводу денежной системы.
– Сто медяков равны серебряной монете. Столько же серебрушек складываются в один золотой.
– Мы богаче, чем казалось, – радостно потираю руки.
– Если придерживаться привычного уклада жизни, то запасов хватит на неделю.
– Следует умерить великосветские аппетиты, дружок, и прикинуться купеческими детьми, – строго грожу пальчиком. – Забудь о роскоши и комфорте. В ближайшее время доходов не предвидится, только расходы.
Увлекаемся спором о сословных различиях и не замечаем появления Беатрис. Девица предстает во всей красе: с похищенной заколкой в волосах и княжескими серьгами в ушах. От ее противного голоса аж челюсть сводит. Еще немного и глаз задергается.
– Я подумала и решила бросить приблудышей прямо здесь, – заявляет капризно. – Раз нечем платить, то и нам не стоит проявлять милосердие.
– От ущербных смердит грязью и потом, – надушенная Марьяна встает рядом и с радостью присоединяется к травле.
Гектор возникает за спинами склочных женщин и подает завуалированные сигналы. Кажется, советует не вступать в полемику и соглашаться. Кладет руку на меч, намекая на опасность. Ведет бровью в сторону корзины с едой, которую оруженосец относит в кусты. С хмурым видом поглядывает на кареты.
– Готова обменять родовое кольцо на кибитку с крепкой лошадью… – перечисляю вещи, названные братом, и добавляю. – Передаваемое имущество должно находиться в рабочем состоянии. Пусть воины все проверят. От тебя потребуется клятва, что уедешь и не причинишь нашему скарбу и коню никакого вреда. Прости, но поджигательница не заслуживает доверия.
Краем глаза улавливаю удовлетворенный кивок защитника.
Девица снимает вычурную брошь, прокалывает палец и произносит обет, повторяя слово в слово озвученную фразу.
– Давай перстень! – протягивает подрагивающую от жадности ладонь.
– Лови, – снимаю и бросаю нахалке.
На холеном лице вспыхивает торжествующая улыбка, а у меня в душе растет подозрение, что опростоволосилась и не все предусмотрела.
– Отгоните повозку на дальнюю поляну, где недавно рубили дрова. Княжеские отпрыски слишком немощны. Им не хватит сил отправиться в путь. Пусть сначала выздоровеют и доползут до колымаги.
– Детский сад, – бормочу глухо и демонстративно закатываю глаза.
Заместитель начальника охраны поводит подбородком, указывая на хорошо видимую тропинку, усыпанную опилками.
Благодарно улыбаюсь в ответ. С безмятежным лицом откидываюсь на ствол дерева. Подгребаю под крылышко Мигеля и замираю в предвкушении свободы.
Фаворитка о чем-то шепчется с кучером и залезает в роскошный экипаж.
– Погоди-ка, – выдыхаю изумленно, обращаясь к мальчику. – На нем же были гербы Гардарийских.
– Мерзавка велела их сбить и выкинуть.
– Дверцы кареты перекрашивали? – тяну неверяще. Не заметила, чтобы рядом велись ремонтные работы.
– Нет. Черное лаковое покрытие не пострадало. Отец – рачительный хозяин. Перед отъездом велел зачаровать все вещи.
Через полчаса обоз трогается в путь. Встречаюсь с пристальным взглядом Гектора и читаю по губам: «До встречи!» Дерзкая белозубая улыбка озаряет мужественное лицо.
– Прощай! – шепчу в ответ. Но он уже не видит, устремляясь с отрядом вперед.
Вскоре последняя телега скрывается за кустами и лес оглашается громкими птичьими трелями, словно добрый волшебник взмахом руки снимает с окружающего пространства гнетущий полог тишины. Даже дышать становится легче.
– У нас получилось! – восклицает паренек.
– О да! – раздается голос Беатрис, и надоедливая девица неспешной манерной походкой выплывает на поляну. – У меня тоже.
– Ты же уехала, – хмурюсь недоуменно.
– Кучер немного отстал, – злорадная ухмылка перекашивает ярко накрашенную физиономию. – Запомни, дорогуша, я всегда довожу порученное дело до конца.
Резко задирает юбку, выхватывает из ножен метательные ножи и профессионально отточенным движением запускает в нас.
– Ох! – вскрикиваем одновременно. Сгибаемся от режущей боли в животах и валимся друг на друга.
– Сдохните! – звучит полный триумфа возглас и слышатся торопливо удаляющиеся шаги.
Глава 14
– Кто она такая? – шепчу испуганно. – Надо же было так сглупить с клятвой. Потребовала не прикасаться к вещам, забыв при этом упомянуть о нас. Мигель, родненький, не умирай!
– Даже не собираюсь, – уверяет ребенок вполне бодрым голосом. – Тшш, тише.
Доносится свист кнута и скрип колес отъезжающего экипажа.
Брат вскакивает и кидается осматривать нанесенную мне рану. Только вот… ее нет.
– Сможешь заштопать платье магией? – спрашиваю с затаенной надеждой.
– Да, – моргает недоуменно. – Почему нож отскочил?
– Дневник Аннетты послужил хорошим щитом. А ты как спасся?
Озадаченно чешет голову, задирает рубаху и разматывает самодельный кушак. Дотошно исследует вмятину на пергаменте и начинает хохотать.
– Королевская охранная грамота зачарована от повреждений, – выдавливает сквозь слезы.
– Боги, – прикрываю рот дрожащей рукой, – если вы есть в этом мире, примите нашу искреннюю благодарность.
Всхлипываю и начинаю истерично рыдать, изгоняя из измученного тела весь пережитый ужас.
– Не плачь, – умоляет мальчуган. – Лучше поведай, откуда взялся кулон на моей шее.
– Гектор подарил.
Рассказываю о ночной беседе и свойствах артефакта.
– Перед отъездом он успел показать два пальца, – растерянно скребет щеку Мигель. – Мы должны пропустить обоз вперед и отстать на два часа?
– Или на два дня, – задумчиво покусываю губы. – Если там засада, то лучше отсидеться в лесу. Предлагаю для начала оценить оставленные припасы. Кстати, Ксандер спрятал в кустах корзину с продуктами.
По опилкам находим дальнюю поляну. Увидев количество поклажи, облегченно вздыхаем и решаем задержаться.
Братишка распрягает и стреноживает лошадь, после чего ласково гладит по крупу, отпуская пастись.
– Давай проведем этот день в ленивом безделье, – тянет мечтательно. – Погреемся на солнышке, поплаваем в реке, рассортируем наше добро. Я возьму лук и поохочусь.
– Отличная идея.
Заворачиваем в плед банные принадлежности, полотенца и обеденный перекус.
– Постираю нашу одежду, – заявляю деловито и подхватываю ведро. – Кто знает, когда в следующий раз удастся помыться.
– Согласен. Все взяла? – оглядывается по сторонам. – Тогда пошли.
Вдоволь наплескавшись, вылезаю из воды. Приподнимаю длинную нижнюю рубаху, чтобы не липла к икрам и слышу испуганный вскрик.
– Анна!
Нервно озираюсь, пытаясь сообразить откуда исходит опасность.
– Метка! – лицо паренька зеленеет от ужаса.
– Где? – кручусь юлой, рассматривая оголенные участки тела.
– Под левым коленом.
– Как такое возможно? – отставляю ногу и таращусь на золотого дракончика, спрятавшегося в неприметном местечке. – Эм… Миленькая татуировка.
– Ты и есть истинная Стефана Тиронского, – сокрушается Мигель, утыкаясь лицом в ладони. – Притянутая в тело Аннетты душа оказалась второй половинкой правителя. Кто бы мог подумать!
– Уверен? – хмуро разглядываю рисунок. – Тут нет ни имени, ни инициалов.
– Взгляни на корону и герб правящего рода, – указывает дрожащими пальцами на отличительные особенности.
– Ой, мамочки! – восклицаю растерянно. – Что же теперь будет?
Словно в ответ на прозвучавший вопрос налетает порыв ледяного ветра, а затем еще один, и еще…
Окружающее пространство погружается в могильную тишину.
– О нет, – выдавливаю жалобно.
– Эдда не обманулась в своих предчувствиях, недоброжелатели все-таки устроили засаду, – хрипло бормочет мальчик. – Тшш… Не раскисай. Наверняка среди нападающих тоже есть маги, так что давай верить в лучшее. Гектор – опытный воин.
– Ты прав, но мужчина отдал нам артефакт, который мог спасти ему жизнь, – встряхиваю длинной мокрой гривой и наспех заплетаю косу. – Отнесу вещи к кибитке и повешу сушиться. А ты перестели плед поближе к кустам, чтобы успеть спрятаться в случае непредвиденной опасности.
Ухожу под благовидным предлогом, чтобы побыть в одиночестве. Слишком много новостей обрушилось на мою многострадальную голову. К беспокойству за жизнь нахального офицера добавилось смятение от обнаружения метки. Нужно срочно отбросить эмоции и хорошенько поразмыслить.
Что нам известно? Дракон чует клеймо и направление поисков, но весьма обобщенно. В момент проводов не определил пару по запаху. О внешности не имеет ни малейшего представления. Связи с ребенком, если таковая имеется, тоже не ощущает.
Отсюда можно сделать вывод, что в одиночестве на открытом пространстве ящер меня разыщет, а в крупном столичном городе вряд ли найдет.
Следовательно, надо добраться до отдаленного процветающего королевства и затеряться среди людей. Не будет же монарх сломя голову носиться по миру в поисках беглянки. Соберет новый гарем и заживет припеваючи. После откровений Альмы доподлинно известно, что наследника он может зачать с любой девушкой.
Однако нам до того времени придется скрываться. В идеале нужно уговорить какого-нибудь купца взять маленькую семью под опеку и продолжить путешествие в составе торгового каравана. Непростая задачка, но выполнимая.
Натягиваю веревку, найденную в кибитке, развешиваю одежду и случайно натыкаюсь на скрытый за пышными деревцами подарок. Солдаты сложили для нас большую поленницу, недвусмысленно намекая на необходимость отсидеться в укромном местечке.
Не только Беатрис вела тонкую игру. Мужчины тоже не дремали. Но в отличие от истеричной скандалистки они приложили все усилия, чтобы уберечь княжеских отпрысков от грозящей опасности. Неожиданно и очень приятно.
В благостном расположении духа возвращаюсь на берег и присоединяюсь к загорающему Мигелю.
– Как самочувствие? – спрашиваю заботливо.
– Такое ощущение, что с отъездом фаворитки организм моментально восстановил силы. Она и впрямь плохо на нас влияла, – напряженно прислушивается и подскакивает. – Тащи одеяло в кусты. Скорее!
Подхватывает корзину с едой и пробирается в самую гущу зарослей.
– По какому поводу паника? – хмурюсь недоуменно.
– Едет большой отряд. Неужели не слышишь топот копыт?
– Нет, озадаченно мотаю головой.
– Если свернут сюда и приблизятся, активирую кулон, – заявляет братишка. – А пока просто полежим тихо и понаблюдаем. В ветвях есть проплешины, открывающие хороший обзор.
Расстилаю плед, насколько это возможно в узком пространстве, и ложусь на живот. Стараюсь не думать, что одета лишь во влажную нижнюю рубаху и совершенно не готова к встрече с толпой незнакомцев. Мальчонка боязливо жмется к левому боку. Он такого натерпелся в последнюю неделю, что совершенно потерял веру в людей.
Наездники приближаются. Слышится лязг металла и приглушенные голоса. Гости активно обсуждают лучшие места для расположения артефактов и строят планы по уничтожению врагов.
Первым на поляну влетает светловолосый воин в развевающихся золотых одеждах. Разгоряченный вороной жеребец под ним бьет копытом и пританцовывает.
Мужчина спешивается и успокаивающе проводит по шее животного. А потом, будто что-то почуяв, резко поворачивается в нашу сторону.
Мигель застывает и вытаращивает глаза, в которых плещется дикий ужас. Ныряю рукой к нему за пазуху, достаю подарок Гектора, вкладываю в ледяную ладонь и сжимаю в кулак.
– Кто это? – шепчу на грани слышимости.
– Отец, – беззвучно шевелит помертвевшими губами.
Князь Костас Гардарийский производит неизгладимое впечатление. Рост около двух метров. Широкие плечи. Высокий благородный лоб. Прямой нос. Стальной взгляд из-под широких прямых бровей. Мощный подбородок. Сурово сжатые губы. Весь облик вопит о силе, властности и надменности.
Начинаю понимать, почему Аннетта боялась папашу до икоты и ни в чем не перечила. Перед могучим воином хочется пасть ниц и неукоснительно исполнять любые указания.
И даже мысли не возникнет ослушаться.
– Мамочки! – сглатываю испуганно.
