Текст книги "Беглянка (СИ)"
Автор книги: Любовь Негодяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
Глава 5
До самого вечера мечусь в лихорадочном бреду, зависая между сном и явью. Организм очень медленно выводит токсины и не торопится восстанавливаться.
Спина болит из-за продолжительного нахождения в одной позе. Согнутые ноги отекли. Икры сводит судорогой. Путем невероятных усилий переворачиваюсь на бок.
– В мире магии отсутствуют элементарные удобства, – бурчу недовольно. – Пока доедем до перевала последнее здоровье растеряем. Не представляю, как поползем дальше. Нам нужно отлежаться, а не мчаться сломя голову в сторону границы.
– Даже звери не бросают детенышей в беспомощном состоянии, – шепчет Мигель. – Тиронский скинул личину и показал истинное лицо: жестокое и беспощадное. Я ему даже благодарен, что Аннетту убили быстро и безболезненно. Страшно подумать, что ждало сестру в случае восхождения на трон.
– Тирания мужа и неадекватные требования отца. Любая женщина сломается под двойным гнетом и превратится в зомбированную куклу.
– Кстати, расскажи об истинной правителя? Ты ее видела?
– Слышала разговор Альмы с целителем. Якобы на груди у Стефана появилась метка и суженая где-то рядом.
– Значит, ее клеймо зажглось в аналогичном месте. Представляешь, какое сладкой парочке предстоит знакомство, – ехидно усмехается паренек?
– Нет, – недоуменно вскидываю брови.
– Вообрази, приезжает родовитая девица во дворец и требует аудиенции. Ее с почестями провожают в тронный зал. Монарх поднимается и хвастливо поводит широкими плечами. Скидывает камзол. Расстегивает сорочку. Показывает целомудренной пташке сущее непотребство. А она…
– Хлоп! И падает без чувств, – продолжаю со смехом.
– Или хватается за ворот платья и резко разрывает ткань до пупка, гордо демонстрируя всему двору золотой рисунок, – фантазирует подросток, представляя женщину-вамп. – Вельможи бессовестно пялятся на обнаженные телеса и приветствуют будущую повелительницу потоками слюней и бурными аплодисментами.
– А венценосный упырь в это время таращится на страшненькую мордашку, неаппетитную грудь нулевого размера и расплывшуюся талию, – продолжаю с ухмылкой. – Судорожно сглатывает. Стремительно приближается к суженой, задирает юбку и ошеломленно смотрит на кривые волосатые ноги.
– Испуганно отшатывается, закатывает глаза и валится в обморок, – подхватывает хихикающий братец.
– Невеста опускается на колени, шлепает бедолагу по щекам и противным тоненьким голосом орет: «Ваня, я Ваша навеки»! – вспоминаю мультфильм «Волшебное кольцо» и хрюкаю, пытаясь удержаться от смеха. Не выдерживаю и пародирую собачку Жужу. – «Ох, чует мое сердце, покажет она себя»!
– Хоть бы сбылось, – мечтательно тянет мальчик. – Пусть до самой смерти мучается с женщиной, которая не уступает ему по характеру.
– Да уж, – хмыкаю печально. – Нежных фиалок к извергу подпускать нельзя.
Прикрываю глаза и пытаюсь нащупать связь с драконенком. Удалось ли его спасти? Вдруг яд Беатрис и влитое Альмой зелье нанесли непоправимый вред.
Симптомов беременности не чувствую. Наверное, еще рано. Если сложить воедино все подслушанные разговоры, то срок беременности не превышает десяти дней.
Надеюсь, природа позаботилась о бедных матерях, и малыши появляются на свет в человеческой ипостаси. В противном случае люди не рискнули бы приближаться к ящерам. Мне показалось, что девушки безбоязненно скрашивают мужчинам досуг.
Недавно плакалась подруге, что пора задуматься о детях, а личная жизнь не складывается. Хочется родить нескольких ребятишек. Кто же знал, что Боги чужого мира исполнят заветное желание и преподнесут щедрый дар. Даже титулом умудрились наградить. Жаль, что деньжат забыли подкинуть и волшебных пилюль для поправки здоровья.
– Мигель, – зову тихонько. – А у папаши и несостоявшегося жениха есть враги?
– Полно, – вздыхает утомленно. – Всех и не перечислишь.
– Я имею в виду самых непримиримых и злопамятных. Тех, кто мечтает о кровной мести.
– Надо подумать, – озадачивается паренек. – С какой целью интересуешься?
– Пытаюсь сообразить, где нас точно не будут искать.
– С ума сошла? – вскрикивает испуганно.
– Просто размышляю куда податься в самом крайнем случае.
– Если истинное происхождение всплывет, то злопыхатели не станут церемониться. Схватят и отправят в казематы.
– В вашем мире процветает немыслимая жестокость, – вздыхаю удрученно. – Посмотри на ситуацию с позитивной стороны. Вдруг правитель окажется дальновидным стратегом и спрячет несчастных детей под крылышком, чтобы досадить неприятелю.
– Хочешь сохранить титул и попросить у какого-нибудь короля политического убежища? – подкидывает идею мальчонка. – Даже не думай об этом. Отца многие ненавидят. Если попадем в лапы к недругам, они с радостью поиздеваются над отпрысками правителя Гардарии.
– Представь, что мы после долгих скитаний решим инкогнито поселиться в столице враждебного государства, – говорю тихонько. – Это неплохой вариант.
– Придется выправлять документы, а посещение Тайной канцелярии чревато раскрытием личности. Лучше осесть в деревеньке или маленьком городке, – мотает головой собеседник.
– Там новичков сразу заметят и отнесутся настороженно. Нужен густонаселенный район, с большим количеством приезжих. Например, шумный торговый квартал. Покрасим волосы, чтобы не привлекать внимания, и представимся странниками. Найдем какую-нибудь подработку. Возможно, купцы заинтересуются образованными подростками.
– Давай лучше сочиним слезную историю о гибели родителей. Будем всем рассказывать, что злобный родственник выставил сирот из дома.
– Мигель, как в вашем мире относятся к опороченным матерям-одиночкам? – закидываю пробный шар.
Глаза братишки расширяются от ужаса и стекленеют. Он судорожно сглатывает и обреченно стонет.
– Все так плохо? – уточняю испуганно.
Закусывает губу и кивает, а по щеке медленно ползет одинокая слезинка, выдающая всю тяжесть моего положения.
Глава 6
Обоз останавливается на ночевку. Начинается суета и слышатся встревоженные голоса слуг.
– Распорядительница гарема без сознания.
– Горе-то какое.
– Как же так?
– Что же делать?
– Надо возвращаться.
– Раскудахтались, – слышится недовольный голос Беатрис. – Она немолода, вот и укачало в пути. Уверена, немного полежит и поправится.
– Но госпожа отвечает за переезд. Король велел во всем ее слушаться, – галдят с разных сторон.
– Я фаворитка Стефана Тиронского и наделена особыми преференциями. Пока Альма болеет, будете выполнять мои поручения.
– У нас другие указания, – возмущаются охранники.
– Недовольные могут возвращаться во дворец, – заявляет Марьяна. – Но помните, что правитель занят подготовкой к свадьбе и не потерпит самоуправства. Казнит на месте без разбирательства.
– Хватит бездельничать, – командует дорвавшаяся до власти захватчица. – Ставьте шатры и готовьте ужин. Не успеете оглянуться, как светило скроется за горизонтом.
– Как скажете, уважаемая, – смиренно бурчат работники.
Карету не трогают. Внутри очень душно. В воздухе витают неприятные запахи, но напоминать о себе и попадать под горячую руку бывшей любовницы несостоявшегося мужа совершенно не хочется.
– Ее отравили? – испуганно шепчет братишка.
– Наверняка. Дамочка устраняет конкуренток, не стесняясь в средствах.
– Далеко пойдет раз низменными методами не гнушается.
– Если в гареме такой серпентарий, страшно подумать, что творится на правительственном уровне, – передергиваюсь от отвращения. – Ой, чувствительность вернулась. Смотри, могу двигать руками и ногами.
– Чшш. Тише, – шипит Мигель. – Не приведи Боги крашеная змеюка прознает. До утра не доживем.
– Эдда шпионит для распорядительницы, – задумчиво прикусываю щеку. – Интересно, ладит ли она с Беатрис?
– Пытаешься просчитать, следует ли опасаться сиделки? – смекает парнишка.
– Нам нужно нормально питаться, чтобы восстановить силы, – указываю на очевидное. – Альма намеревалась отпустить детей Гардарийского живыми. Фаворитка настроена не столь благодушно. Похоже, у нее личные счеты к княжне.
– Возможно, ты права. Ревность переросла в жгучую ненависть.
– Можем пить бульон и притворяться смертниками, либо просить нормальную еду в расчете на лояльность служанки, – предлагаю мальчику выбор.
– Слишком опасно. Не уверен в молчании девушки. Нужно затаиться и понаблюдать.
– Через несколько дней нас отпустят. Далеко ли уйдут истощенные подростки без монетки за душой? – накатывает такая безнадежность, что хочется выть в голос.
– Не спеши впадать в отчаяние. У меня есть подаренный матушкой медальон. Портрет оставлю на память, а украшение продам. На первое время денег хватит.
– А питаться чем будем?
– Наставник учил охотиться и свежевать тушки животных, – признается парнишка. – Надо лишь разжиться ножом и луком со стрелами.
– Ты больше приспособлен к местным реалиям, – вздыхаю удрученно. – Я выросла в городе. Привыкла к комфорту и высоким технологиям. Чтобы раздобыть мясо, достаточно прийти в магазин и выбрать понравившийся кусок.
– Сможешь взнуздать коня?
– Нет.
– Верховой езде обучена?
– Нет.
– Экипажем управлять умеешь?
– Нет.
– Как только дотянула до тридцати лет в своем отсталом мире.
– Машину водила и общественным транспортом пользовалась. Но эти умения вряд ли пригодятся в вашем захолустье, – отвечаю ему в тон.
– А еще собиралась вернуть меня отцу, – демонстративно закатывает глаза. – Ты беспомощна, как младенец.
Шмыгаю носом, с грустью признавая его правоту. Городские дети разительно отличаются от сельских. Разница в менталитете и воспитании вышла боком. Поставь передо мной дойную корову, и я умру от голода, потому что не имею нужных навыков. А деревенские ребятишки впитывают их с молоком матери.
– Аннетта знала, как обращаться с лошадьми?
– Карету закладывать не умела, для этого есть кучер. Седлать любимую кобылку так и не научилась, доверяя работу конюхам. Но среди придворных слыла великолепной наездницей.
Перед отбытием в Тирон портниха пошила сестре модные костюмы с брюками. Но Стефан ни разу не пригласил ее на прогулку. Блеснуть новым гардеробом не получилось.
– У пресыщенного индюка целый гарем доступных девиц. Такие мужчины не умеют красиво ухаживать, – бормочу отстраненно. – В вашем мире есть рабство? Как бедняжки попадают в сексуальную кабалу?
– Невольничьи рынки остались в далеком прошлом, – уверенно отвечает мальчик. – Для желающих податься в наложницы устраивается отбор. Представительницы дворянских родов не допускаются. Предпочтение отдается купеческим дочерям. Лучших кандидаток представляют монарху, остальных выпроваживают. Но такая традиция распространена только в южных странах.
– Почему?
– Чем холоднее, тем меньше рождается девочек.
– Следовательно, их ценность возрастает, – киваю задумчиво.
– Торговый тракт, проходящий по дну ущелья, ведет на север.
– Хах, – хмыкаю довольно. – Наша судьба предрешена. В тех краях суровый климат?
– Наставник рассказывал, что погода более комфортная. Нет удушливой жары и чаще идут дожди. Плодородные земли дают хороший урожай.
Продолжить не успевает. Дверь экипажа распахивается. В проеме появляется взволнованное лицо Эдды. Сиделка подхватывает горшки и быстро удаляется.
– Расстелите дерюгу и бросьте на нее Гардарийское отребье, – командует Беатрис. – Живее.
Нас грубо выволакивают из кареты и укладывают на холщовую ткань. Мигель очень достоверно прикидывается спящим.
– Поглядите на княжну, – громко призывает фаворитка. – Таращит глаза, словно испуганная зверушка. Страшно, мышка? Правильно. Бойся.
Одалиски приближаются с глумливыми улыбками на лицах и встают в круг. Сразу видно, предвкушают незабываемое зрелище.
– Как быстро презрительные взгляды сменились на беззащитные, – Марьяна присаживается и сжимает мои щеки. Пальцы больно впиваются в нежную кожу, оставляя глубокие следы от ногтей.
– А вдруг Аннетта является истинной парой нашего короля? – наигранно всплескивает руками крашеная змея.
– Надо проверить, – дружно галдят наложницы.
Гулко сглатываю, вспоминая подслушанные разговоры. Что они задумали?
– Где охрана? Дайте охотничий нож, – триумфально вскидывает руку. – Самый острый.
– Нарисуем зарвавшейся нахалке клеймо, – подобострастно предлагает наперсница, – чтобы до глубокой старости вспоминала о неудавшемся сватовстве.
– Для начала проверим наличие рисунка, – кровожадно рычит Беатрис.
– Держите, – к сумасшедшим вредительницам присоединяется высокий воин в форме. – Меня зовут Дарий, девочки. А вон там у шатров стоит наш начальник Гектор Видеро.
– Ах, на улице так душно, – фаворитка задумчиво прищуривается, разглядывая богато украшенный клинок. – Тебе не жарко, дорогая, в богатом убранстве?
С маниакальным блеском в глазах склоняется надо мной и замахивается.
Мигель невольно вздрагивает. К счастью, на лежащего рядом мальчика не обращают внимания.
Сжимаюсь от ужаса. Внутри нарастает паника. В глубине души знаю, что мерзавке невыгодно меня убивать. Путь предстоит долгий и за чужой счет можно хорошо развлечься. Уверена, она захочет растянуть удовольствие.
Чем обернутся «милые шалости» крашеной блондинки? Не хочется влачить жалкое нищенское существование в изуродованном теле.
Становится горько и обидно. За что такая судьба? Мечтала о семейном счастье, а получила в первой жизни удачную карьеру, а во второй – ребенка и кучу неприятностей.
Наверное, что-то темное проскальзывает на измученном лице, отчего девица меняет планы.
Приставляет лезвие к вороту и резким движением распарывает платье до пупка, оставляя на теле глубокую кровавую полосу. Разводит ткань в разные стороны и выставляет на всеобщее обозрение оголенную грудь.
– Чисто! – победный возглас разносится над поляной.
Неужели сомневалась? Хм. Странно. Разве может метка появиться через неделю после совместной ночи? Надо расспросить братишку о нюансах.
– Забери нож, – возвращает оружие охраннику.
– Мы с ребятами не прочь поразвлечься, – намекает какой-то здоровенный бугай, одетый в запыленную рабочую одежду, и ощупывает меня сальным взглядом.
Задыхаюсь от ужаса. Зажмуриваюсь. Тихо, Аня, ты не маленькая девочка и многое повидала. Шепчу про себя, как мантру. Раз. Второй. Третий. Не помогает. Сжимаю взмокшей ладонью дрожащую кисть Мигеля.
Поднимаю веки и читаю в глазах Беатрис свой приговор.
Глава 7
– Действительно, лакомая малышка, – подошедший начальник охраны оглаживает меня жарким взглядом.
Наложницы расширяют круг, пропуская мужчину.
Я испуганно замираю, уставившись остекленевшим взором на темнеющее небо. Аннетта не пережила бы такого позора. Даже для взрослой женщины происходящее является сильным потрясением.
Почему правитель Гардарии не прислал помощь? Неужели не предполагал, чем может закончиться дипломатический демарш? Как вышло, что в гарем, куда не берут родовитых девиц, попала наследница суверенного государства? Немыслимое унижение! Сколько еще издевательств предстоит вынести той, в чьих жилах течет чистейшая голубая кровь?
На этой поляне собрались ничтожные плебеи, распоясавшиеся настолько, что поверили в собственную значимость и безнаказанность. С попустительства Стефана Тиронского мучают княжну, которая на сословной лестнице находится на недосягаемой высоте. Купчиха Беатрис не достойна даже туфли несостоявшейся невесте целовать. Происхождением не вышла.
Мозолистые руки ложатся на нежную белую грудь и нагло сминают, вырывая придушенный всхлип. Как ни храбрюсь, не могу сдержать слез, молчаливо стекающих по щекам.
Вернувшихся сил не хватит, чтобы справиться с двухметровым воином и его соратниками. Действия солдат нанесут глубокую моральную травму и мне, и притихшему рядом брату.
Мужчина склоняется и тянется к губам. Судорожно втягиваю воздух и крепко сжимаю зубы, пытаясь отрешиться от происходящего.
Не получается.
– Не тронь сестру, – не выдерживает Мигель. Открывает глаза и с ненавистью буравит взглядом распоясавшегося Гектора.
– За все надо платить, байстрюк, – недобро ухмыляется мерзавец.
– Аня никому не причиняла вреда, – заявляет смелый мальчик. – Сними с моей шеи медальон и поклянись, что никто к ней пальцем не прикоснется.
– Удивительная привязанность, – с подозрением прищуривается начальник стражи. – Раньше не замечал между вами глубокой родственной любви.
– Испытания закаляют характер и обнажают чувства, – выкручивается паренек. – Дай кровный обет.
– Ладно, бастард, уговорил. Прослежу, чтобы вам не нанесли ни магических, ни физических увечий.
Прокалывает палец и стряхивает выступившую алую каплю.
– Принимаю, – кивает братишка. – Забирай.
Несостоявшийся насильник сводит края разорванной материи, пряча высокую сочную грудь от похотливых взглядов. Потом аккуратно приподнимает голову ребенка и снимает цепочку.
Безбрежная благодарность затапливает дрожащее от пережитого ужаса естество. Отважный мальчуган выкупил иномирянку, отдав единственную драгоценность – подарок матери, внутри которого остался ее портрет.
– Ксандер, лови в счет уплаты долга, – Гектор кидает медальон приземистому худосочному оруженосцу.
– В расчете, хозяин, – подтверждает паренек и прячет украшение в нагрудный карман.
Замечаю полный ненависти взгляд фаворитки и понимаю, что это только начало. Змея обязательно придумает новую пакость.
– Лили, – зовет личную служанку. – Богатое облачение Аннетты пришло в негодность. Какая жалость. Вы похожи по росту и комплекции. Отдай бедняжке одежду их своих запасов и помоги привести себя в порядок. С этого момента заносчивой гардарийке придется носить наряд служанки.
Сжимаю ладонь юного защитника. Следует наплевать на гордость и снести очередное оскорбление. У работницы на вид добротные вещи. Такие больше подходят для побега, чем вычурный наряд, расшитый золотой нитью. Жаль его уже не спасти и не продать.
– Наши сундуки прикручены к крыше кареты, – цедит брат. – В синем сложены повседневные костюмы.
– Глупыш, – надменно поводит плечами скандалистка. – Роскошный экипаж и дорожные лари принадлежат мне. Не так ли девушки?
– Конечно, – кивают присутствующие с самым незамутненным видом.
– Удел нищих приживалок ходить в дешевых обносках, – изрекает со спесивым превосходством.
– Век воровок недолог, – смотрю на зарвавшуюся дамочку с многообещающим прищуром. Не так-то просто поставить человека на место, если лежишь на земле в непотребном виде, не смея пошевелить ни рукой, ни ногой.
– Угрожаешь? – упирает руки в бока и становится похожа на базарную бабу. Впрочем, по происхождению змеюка ей и является.
– Всего лишь напоминаю о законе бумеранга.
– О чем? – хмурится недоуменно.
– Природа стремится к равновесию, – бормочу утомленно. – Приходит время и нарушителям гармонии воздается сполна.
– Нахваталась умных слов и смеешь огрызаться? – шипит озлобленно. – Ладно. Сама напросилась. Отнесите Гардарийских к Альме. Смертникам лучше держаться вместе.
На лицах слуг и охранников мелькает неодобрение, но никто не рискует оспаривать приказ. Жительницы гарема давно привыкли к выкрутасам зазнавшейся выскочки и тоже предпочитают помалкивать.
Почему Стефан Тиронский возвысил Беатрис? Что в ней нашел? Смазливую мордашку? Других прелестей не наблюдаю. Характер поганый. Фигура вполне обычная, без аппетитных выпуклостей. Крашеные светлые волосы смотрятся чужеродно на фоне яркого лица. Совсем не подходят к черным соболиным бровям и пухлым вишневым губам.
Впрочем, чему я удивляюсь? Сладкая парочка стоит друг друга.
Но один вопрос так и остается без ответа. Почему фаворитка занервничала? С какой стати решила, что Аннетта является истинной золотого дракона? Тщательно срежиссированный спектакль разыгран с одной целью: узнать правду и своевременно предпринять шаги по устранению соперницы.
Кажется, злодейка растерялась, узрев абсолютно чистую кожу. Наверняка планировала вволю поглумиться, но утратила боевой запал, когда опасения не подтвердились.
Устало прикрываю глаза. Силы восстанавливаются очень медленно, а скандал высасывает последнюю энергию.
Слуги хватают дерюгу за края и несут нас в желтый шатер, воздвигнутый на краю поляны.
Стараюсь запомнить расположение лагеря, чтобы ночью обсудить с Мигелем возможность побега. Но он косится на охранников и слегка качает головой.
Сегодня бесполезно рыпаться. Вырваться из силков не получится. Нужно ждать подходящего момента.
И терпеть.
Глава 8
Внутри шатра царит суета. Распорядительница гарема мечется в горячечном бреду и громко стонет. За ней ухаживают Эдда и дородная дама, представившаяся Геллой.
– Госпожа, позвольте обтереть вас губкой и переодеть, – умоляет личная служанка.
– Не смей, – отмахивается управляющая. – Не тронь. Вон! Все вон!
– Займитесь пока своими делами, – советую работницам. – Альма отдохнет с дороги и успокоится. Дайте нам с братом горшок и ступайте.
– Я помогу, – спохватывается сиделка.
Неужели собирается честно выполнять оплаченную работу? Не боится гнева Беатрис? Надеется на выздоровление хозяйки? Напрасно. Невооруженным глазом видно, что она не жилец.
Мигель краснеет до кончиков ушей, но пользуется ее услугами. Я не могу преодолеть стыдливость и заявляю, что попозже сама управлюсь.
Едва настырные женщины уходят, достаю из кармана чистую тряпицу и прикладываю к окровавленной груди. Нужно обеспечить алиби, чтобы никто не заподозрил возможной беременности.
Поднимаю крышку и опускаю улику в ночную вазу.
– Ляг поудобнее, – шепчет паренек. – Залечу рану, а то шрам останется. Или не приведи боги воспаление начнется.
– Спасибо, – воздерживаюсь от вопросов о магии. Слишком много ушей вокруг. Однако уточняю с беспокойством. – Хватит сил?
– Да.
Робко раздвигаю края разорванной материи, стараясь не оголить ничего лишнего. Вздрагиваю, когда он проводит пальцем по рассеченной коже.
– Больно? – спрашивает удивленно.
– Нет. Просто непривычно, – прислушиваюсь к ощущениям и тут же вскидываюсь возмущенно. – Зачем почистил испорченный наряд?
– Чтобы Эдда поверила в твои манипуляции, – указывает на очевидное. – Сведи края нижней рубахи. Попытаюсь залатать прореху. Верхнее убранство починить не получится.
– Надену платье Лили, – пожимаю плечами.
– С ума сошла?! – рычит возмущенно. – Негоже княжне за работницами тряпье донашивать!
– Не пыхти, – шепчу примирительно. – Посмотри на вещи объективно. Дорогие облачения не годятся для путешествия. У личной служанки Беатрис простая и добротная одежда. К тому же цвет достаточно неприметный.
– Фаворитка напрасно торжествует, – ухмыляется паренек.
– Почему?
– Наши сундуки зачарованы от огня, воды и воровства, – приоткрывает завесу тайны. – Что бы ни случилось, вернутся к хозяевам. Чужаки не смогут открыть и поживиться награбленным.
– Есть какой-то секрет?
– Замок отпирается каплей крови Гардарийских.
– Ха, – вскрикиваю довольно, не в силах сдержать торжествующую усмешку.
– Аннетта, – раздается тихий шепот Альмы. – Иди сюда, девочка.
Вздрагиваю от неожиданности. Переглядываюсь с Мигелем, недоуменно пожимаю плечами и неуклюже ползу к распорядительнице.
– Я украла твой дневник, – шелестит на грани слышимости. – Надеялась, что Стефан прочтет и поймет подоплеку поступков юной княжны, изнывающей от тирании отца. Но король не прислушался к советам. Отмахнулся, не ознакомившись с написанным. Зря надеялась на снисхождение и позволение оставить ребенка. Мысли об истинной паре затуманили его разум. Сожалею, что не удалось помочь. Прости, если сможешь.
Задирает юбку и вытягивает из потайного кармана небольшую черную тетрадь в кожаном переплете.
Не хочется вникать в тайны бывшей хозяйки этого тела, но откровения романтичной девушки нельзя оставлять в руках врагов. Забираю книжицу и возвращаюсь на место.
Все манипуляции проделываю молча. Еще свежи воспоминания о словах, сказанных управляющей в лазарете. Детоубийцы не заслуживают отпущения грехов.
– Давай спрячу под рубашку, – бормочет мальчик. – Кто-то идет.
– Скинь камзол и положи под него. Вдруг нас захотят обтереть влажной ветошью.
– Хорошо.
Слышатся тихие шаги и полог распахивается. Появляется Лили со свертком и двумя платьями. За ней плетется сиделка с ведром речной воды.
– Не серчайте, княжна, – кланяется личная служанка фаворитки. – Не могу ослушаться хозяйку. Эти вещи пошили перед самым отъездом. Ни разу не надевала. Какое выберете: черное или пурпурное?
Придирчиво оглядываю предложенные варианты. Обращаю внимание на важные детали. У траурного наряда шнуровка спереди, что удобно для самостоятельного облачения. Рукав три четверти. Завышенная талия не помешает растущему животу. Смотрится строго и элегантно. У фиолетового завязки по бокам. Пышная юбка с воланами. Материал тонкий и сильно мнется.
– Темное, – делаю выбор. – Нижнюю рубаху, если совершенно новая, возьму для сна. Остальное унеси.
– Как пожелаете, – кланяется и спешно удаляется.
Эдда споро обмывает Мигеля. Я не решаюсь воспользоваться ее услугами. Предпочитаю просто избавиться от рванья, оставшись в нижнем белье и скромной длинной сорочке.
– Ужин почти готов, – оборачивается у порога. – Скоро принесу.
– Дай два пледа, чтобы накрыться ночью, – решаю понаглеть. А потом с намеком добавляю. – И горшок опустоши.
Успеваю уловить тень удовлетворения, промелькнувшую на лице служанки. Поразительные здесь люди: испоганили девочке жизнь, наградив бесплодием, и радуются. Неужели и впрямь считают, что не достойна родить наследника престола? Кто они такие, чтобы ставить под сомнение волю провидения? Всего лишь мелкие крупинки в жерновах магического мира.
Раздается натужный стон. Распорядительница вновь впадает в беспамятство. Начинает метаться и хрипло бормотать какую-то ерунду.
Устало прикрываю глаза и подгребаю братишку под крылышко.
– Мы со всем справимся, – шепчу уверенно, целуя в золотую макушку. – Скажи, почему у мужчин волосы разной длины? У кого-то коса до пояса или локоны до плеч. У большинства охранников простая аккуратная стрижка. У тебя кудри до подбородка.
– Так стригут бастардов правителей. Длинная шевелюра – привилегия дворян. Очень короткая – удел простолюдинов.
– Кто-то проверяет, есть ли у человека титул?
– Нет, – удивленно вскидывает брови. – Многие аристократы знакомы с детства.
– Как определяют статус чужестранцев?
– По прическе, – задумчиво хмурится. – Понял к чему ты клонишь. После побега первым делом придется подстричься.
– Надо хорошенько обдумать этот вопрос, – ласково глажу мальчика по спине. – Возможно, в нашей ситуации разумнее прикинуться обедневшими представителями высшего сословия. Только не сразу, а когда удалимся на безопасное расстояние.
– Почему?
– Чтобы относились к образованным подросткам с должным уважением. Полученные тобой знания лежат в несколько иной плоскости, чем навыки и умения рабочего люда. Мои способности вообще находятся за гранью разумного. Но их еще предстоит адаптировать к реалиям чужого мира.
Сиделка возвращается с тонкими одеялами и соломенным тюфяком. Отсутствие привычных удобств немного смущает. Но накопившаяся усталость берет свое. Глаза начинают слипаться.
Гелла заходит с большим подносом.
– Ужин на троих, – уведомляет с порога.
– Погоди-ка, дорогуша, – за спиной толстушки возникает начальник охраны. – Я дал кровную клятву и намерен ее сдержать.
Проводит рукой над принесенными яствами. Щурится, разглядывая вспыхнувший красным огнем перстень, и выволакивает служанку из шатра.
– Вознамерилась отравить хозяйку? – рычит остервенело. – Или решила меня подставить под откат?
– Ох… Нет, – растерянно бормочет женщина.
– Из какого котла накладывала? Кто крутился рядом? – шипит телохранитель. – Отвечай!
Мы испуганно переглядываемся. Голодать не хочется, но выбора нет. Вздыхаю и крепко обнимаю расстроенного братишку.
Однако Гектор вскоре возвращается в компании Ксандера. Мужчины оставляют у входа дымящиеся тарелки с мясным рагу. Оруженосец передает кувшин с травяным настоем.
– Эдда, накорми больных, – звучит приказ. – Надеюсь, благородные отпрыски не побрезгуют солдатской пищей.
Живот протяжно урчит, реагируя на разлившийся по шатру аромат.
– Разве можно ослабленным пациентам давать грубую еду? – причитает работница, всплескивая руками.
– Другой нет, – указываю на очевидное и довольно сжимаю ладонь Мигеля. – Поэтому скажем спасибо и подкрепимся тем, что принесли.
Несостоявшийся насильник изрядно прибавил плюсиков к испорченной карме. О такой удаче мы даже не мечтали.
