Текст книги "Беглянка (СИ)"

Автор книги: Любовь Негодяева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 38

Как же мы обрадовались своим повозкам, с которыми успели сродниться. Ужасно соскучились по уютному неспешному путешествию. Устали от интриг, вселенских заговоров и смертельно опасных похождений.

Я откидываю полог кибитки, растягиваюсь на соломенном тюфяке и наслаждаюсь красотой гористого ландшафта Шарона. В небе проносятся драконы разных оттенков серого: от маренго до серебристого. Чем светлее, тем чище аристократическая кровь.

Некстати вспоминается Стефан Тиронский. Удивительно, но я ни разу не видела биологического отца своего ребенка. Ни в человеческой, ни в звериной ипостаси. Встречу на улице и не узнаю. Может, оно и к лучшему. Такой папаша ничему хорошему малыша не научит.

Слышится тихое ржание. Рядом пристраивается Молния и недовольно фыркает, коря меня за праздную леность. Недвусмысленно намекает, что хочет размяться и промчаться с ветерком по широким просторам. Идет третий день, как мы покинули пещеру, и красотка заскучала.

– Уговорила, – улыбаюсь и поправляю охотничий костюм. – Нужно пользоваться моментом пока срок беременности маленький и составляет всего пятьдесят дней. Артан говорил, что в четырех часах пути отсюда протекает полноводная река. Поедем вперед. Искупаемся, обсохнем и встретим мужчин во всеоружии. Они посвятят время водным процедурам, а мы приготовим ужин.

Пересаживаюсь на кобылку, забираю с собой Мрака по просьбе Мигеля и чинно трогаюсь. Но вскоре набираю темп, готовясь сорваться в галоп.

Есть какая-то особая прелесть в сумасшедшей скачке по дороге, вьющейся по зеленым лугам. Лечу вперед, растворяясь в окружающем благолепии. Задорное жужжание насекомых ласкает слух. Раскиданные повсюду яркие цветы ублажают взгляд. Щекочущий ноздри дивный аромат разнотравья будоражит обоняние и пыльцой осаживается на языке, придавая поездке особую сладость.

Наклоняюсь вперед и зарываюсь пальцами в гриву иномирной лошадки. Она такая же попаданка, как и я. Тоже с детской непосредственностью изучает Миртон, дивясь всему новому и неизведанному.

Задираю голову и замечаю в небе раскинувшего крылья великолепного платинового исполина.

Он летит на некотором отдалении, чтобы не спугнуть суетящихся на земле созданий пристальным вниманием. Кажется, будто ящер умильно улыбается, любуясь раскрепощенными игривыми девчонками, презревшими строгие правила этикета и наслаждающимися абсолютной свободой.

Чешуйчатый наглец некоторое время преследует странниц и сопровождающего их жеребца, а потом вырывается вперед и скрывается из вида. А мы продолжаем путь, подгоняемые легкими порывами попутного ветра и жаркими лучами послеполуденного светила.

Через пару часов безумной гонки достигаем излучины реки и находим большую поляну, о которой рассказывал купец.

– Погуляйте и остыньте немного, – расседлываю лошадей и нежно почесываю за ушами. – Я искупаюсь, приведу в порядок наряд, а потом оботру вас.

Достаю из седельной сумки холстину, мыло, нижнее белье и простое черное платье, любезно подаренное служанкой Лили. У него удобная шнуровка спереди, что существенно облегчает процесс облачения.

Снимаю парик, раздеваюсь и с радостным визгом бросаюсь в воду.

– Хорошо-то как, – выдыхаю с невыразимым блаженством. – Можно расслабиться и побыть немного Анной Князевой, простой земной девчонкой, чудесным образом вернувшейся в беззаботную юность и готовящейся познать радости материнства.

Вдоволь наплававшись и хорошенько помывшись, стираю одежду и развешиваю на ветвях. Вытираюсь, заматываюсь в ткань и оглядываюсь в поисках вещей.

– Не это ищешь, маленькая хитрая нимфа? – раздается над ухом мелодичный баритон и сильная мужская ладонь пригвождает меня к гладкому стволу растущего на берегу дерева.

Вздрагиваю от неожиданности и замираю, непроизвольно вскинув руки к груди. Нащупываю влажный материал и вспоминаю, что успела прикрыться. Поднимаю голову, распахиваю от удивления рот и тут же захлопываю, цедя витиеватое ругательство.

Строгий взгляд сапфировых глаз прожигает душу насквозь. В нем кипит столько эмоций, что невозможно предугадать, будут меня сейчас четвертовать или целовать с обжигающей страстью.

Бастард крутит на указательном пальце весьма фривольные трусики и ощеривается, наслаждаясь замешательством пойманной добычи. Но тут же мрачнеет и накидывается с упреками.

– Зачем передала послание? – рычит Диллан. – Мало мне выкрутасов венценосного папаши, теперь еще и эта напасть свалилась на голову. Всю жизнь стойко сносил презрительное отношение общества, но всему есть предел. Представляю, какая волна насмешек поднимется после официального объявления об избрании нового Главы.

– Почему? – выдыхаю изумленно.

– Отец во всеуслышание заявит, что байстрюк связался с нечестивцами и прилюдно отречется от единственного сына. Я столько лет держался в тени, а Лукас напоследок презентовал воспитаннику взрывной подарочек. Какого лешего ты разболтала всем о завещании и доставила значок адресату?

– Стыдишься, что назначен руководителем крупной организации? – вытаращиваюсь неверяще. – Разве в этом есть что-то позорное?

– Конечно. Злые языки скажут, что руки непризнанного принца по локоть в крови. Репутация у артели, знаешь ли, не самая лучшая, так как парни берутся за любую работу. Поэтому никто не примет к сведению, что я участвовал в боях только для самозащиты.

– Ах, вот в чем суть проблемы, – киваю задумчиво и отчаянно ищу выход из некрасивой ситуации, возникшей по моей вине. – Скажи, почему на Миртоне есть Гильдия наемников, но нет Гильдии убийц?

– Потому что это одно и то же, глупая девчонка, – взбешенно впечатывает кулак в дерево прямо над моей головой. Вдали слышится предупреждающее ржание Мрака.

– Тогда проведи реорганизацию и раздели компанию на несколько структур, четко разделив направления деятельности и полномочия, – начинаю распаляться и тычу указательным пальцем в мускулистую грудь. – Для начала выбери среди коллег того, кто возглавит самое засекреченное и смертоносное подразделение под названием Гильдия наемных убийц. Во всем мире о нем будут говорить шепотом и молиться, чтобы не повстречать душегубов на своем пути. Кадровый состав наденет балаклавы и никому не явит лиц. Воины уподобятся теням и лишь руководитель будет располагать информацией о сотрудниках. Они станут легендой, наводящей ужас на простых обывателей, и отвлекут на себя негативное внимание.

– А мне что делать?

– Создай Элитную службу безопасности, – вношу рационализаторское предложение и неуверенно пожимаю плечами. – Бойцы будут стоять на страже чужих жизней и вести тайные расследования. Зарекомендуют себя как гениальные сыщики, первоклассные телохранители, лучшие сопровождающие для купеческих обозов, надежные партнеры ювелиров и владельцев шахт. Сильные, непобедимые, бесстрашные. У тебя появится собственная армия, которая в разы превзойдет государственную. Монарху будут служить за золото, а непризнанному отпрыску потому, что уважают харизматичного лидера и гордятся своей работой. К моменту восхождения на трон обретешь невиданное могущество и народную поддержку.

– Я не претендую на престол, – с горечью качает головой.

– Не будь столь категоричен, – утешающе глажу по плечу.

– Видишь фиолетовую прядь на челке?

– Да, – хмурюсь озадаченно.

– Это проклятие, подаренное в далеком детстве нашей разлюбезной королевой. Однажды ночью молодая женушка правителя проникла в мою спальню и прошипела: «Ты никогда не обретешь имя рода, Диллан, потому что не сможешь стать законным сыном». Ирма Шаронская не ведала, что жертва не спит и жестокие слова клеймом выжигаются в памяти пятилетнего мальчика, цвет волос которого наутро изменится.

В день совершеннолетия Эдвард пытался провести ритуал признания отцовства, но родовой камень не откликнулся. Зато шевелюра засияла пурпуром и едва не вскипятила мне мозги. Придворные маги долго изучали удивительный феномен, но в итоге беспомощно развели руками. К тому же я побоялся открыто выступать против мачехи и рассказывать правду.

– Она колдунья? – испуганно прикрываю ладошкой рот.

– Вполне возможно, – задумчиво устремляет взгляд в небо. – Первая леди тщательно это скрывает. За все годы не слышал ни единого шепотка о ее одаренности.

– Давние обиды и неудачи не должны помешать тебе поднять подразделение на новый уровень и повысить доверие населения. Будь прозорливее, гибче и сильнее. Научись обыгрывать противников на их поле.

– Откуда ты взялась такая наивная, – показательно вздыхает. – Новую организацию необходимо зарегистрировать в королевской канцелярии. Байстрюкам подобная функция недоступна. Одно цепляется за другое, понимаешь? Мне никогда не вырваться из замкнутого круга!

Глава 39

Яркие синие глаза наливаются чернотой. Наемник похож на загнанного в угол дикого зверя: прекрасного, грациозного, но чрезвычайно опасного.

– А теперь объясни, что за побрякушку повесила мне на шею? – чеканит со злостью.

Гулко сглатываю и судорожно перебираю в уме достойные оправдания. Как назло, ничего дельного на ум не приходит. С молчаливой мольбой кошусь на Мрака, потому что примерно представляю дальнейшие действия взбешенного собеседника.

Залихватское «Ух!» разносится по округе, и тушка Диллана летит в воду, изрыгая по пути витиеватые ругательства.

– Спасибо, дружок, – глажу верного соратника, не побоявшегося «забодать» двухметрового громилу. – А ты сиди в реке и остывай. Прояви уважение к беременной девушке, которую ни в коем случае нельзя пугать и нервировать. Когда угомонишься, открою страшную тайну.

– Предлагаешь успокоиться?! – орет Амур и остервенело машет руками, поднимая тучи брызг. – Я уже третий день пытаюсь подавить бушующий гнев. Ты хоть представляешь всю глубину моего унижения? На хвосте зверя, привыкшего беспощадно разить врагов, вырос наконечник в форме сердечка. С-Е-Р-Д-Е-Ч-К-А, гоблины раздери! Где ты видела каменных драконов с такими смехотворными украшениями? Сородичи засмеют, когда увидят в истинном обличии.

– Тихо. Не психуй, – прикрываю глаза ладонью и вспоминаю виденных сегодня крылатых летунов. – У тебя роскошный платиновый красавец исполинских размеров, который сопровождал нас и мило улыбался?

– Ты ему нравишься, – признается неохотно.

– То есть вторую ипостась подобная индивидуальность устраивает? – уточняю напряженно. – Только человеческая суть мечется и не ведает покоя?

– Ррр. Да!

– Угу, – киваю со знанием дела. – Будем лечить.

– Что? – вскидывается возмущенно.

– Говорю, посовещаемся и обязательно найдем приемлемый выход из положения. Но для начала дай клятву о неразглашении того, что сегодня узнаешь.

– А больше ничего не желаешь? – прищуривается и упирает руки в бока.

– Хочу, чтобы помог помыть Мрака. Нечего пыхтеть и трясти головой. Он между прочим на голом энтузиазме тащил твою неподъемную тушу от клетки до самой пещеры. Скажи скакуну спасибо и наладь невербальное общение. Жеребец все понимает, просто ответить не может. И прекращай уже меня стращать. Три ночи назад едва не рассталась с жизнью, заступаясь за вас с Теодором. До сих пор потряхивает от воспоминаний о стрелах, летевших прямо в сердце.

– Они предназначались тебе? – вытаращивается собеседник, гулко сглатывает и тут же теряет весь пыл.

– Любому, кто встанет на пути заговорщиков, мечтающих расправиться с наследниками престолов, начиная от Гардарии и заканчивая Лероном.

– Мы прочли ваши подсказки и впечатлились. Тео рванул спасать Мартина и оповещать родителей о нависшей угрозе, а я помчался разыскивать княжну с братом.

– Ты когда-нибудь видел Аннетту или ее портрет?

– Нет.

– Поэтому не заметил разницы, – киваю понятливо. – К сожалению, выжить смог только Мигель. Все записи в дневнике правдивы.

– Как же так, – тянет растерянно и начинает мыть жеребца.

– Я – Анна Князева и моя история слишком невероятна, чтобы рассказывать непосвященным, – срываю пучок травы и принимаюсь купать Молнию. – Ты спрашивал про амулет. На каменных драконов в стародавние времена наложили проклятие, превратив чутких мужчин в жестоких и равнодушных воителей. Талисман на твоей шее развеял колдовство.

– Моя маленькая нимфа опять лукавит, – красавчик неслышно подкрадывается сзади.

– Почему так думаешь? – недоуменно приподнимаю брови.

– Если девушка дарит мужчине столь романтичный презент, значит, признается в любви, – заявляет с шальной улыбкой.

– Или предлагает войти в близкий круг общения, – уведомляю с некоторой долей иронии. – Видишь ли, сердечный ДРУГ…

– Друг? – взвывает в голос. Сверкает глазами и прижимается так, что я в полной мере ощущаю всю мощь каменного дракона.

– Вижу твои чувства… Эээ… Сильны и лежат в несколько иной плоскости, – спешно отстраняюсь и продолжаю дрожащим голосом. – Но это наваждение. Оно скоро пройдет.

– Уверена? – выдыхает с сомнением, заключает в плен горячих рук и бесстыдно притягивает обратно.

К нашему общему удивлению драконенок радостно реагирует на близость сильного самца. Кисти Диллана окутываются мягким золотым сиянием. После небольшой заминки парень перекладывает правую ладонь на живот и выпускает силу, окружая малыша серебристым коконом. С его губ срываются незнакомые фразы, произносимые на древнем наречии.

С удивлением взираю на млеющего от удовольствия наемника. Поражаюсь теплу, светящемуся в проникновенных сапфировых глазах. Грозный воин моментально перевоплощается в примерного семьянина, с мягкой улыбкой подпитывающего кроху магией и шепчущего ласковые слова. Все-таки он добряк, просто суровые жизненные условия наложили свой отпечаток и искалечили неокрепшую душу.

– Кхм, – утыкаюсь лбом в мускулистую грудь и настраиваюсь на продолжение разговора. – Рано или поздно ты встретишь истинную пару и обязательно обретешь счастье.

– А до той поры что прикажешь делать?

– Дружить? – стеснительно переминаюсь с ноги на ногу, невольно заводясь от близости поджарого, тренированного тела.

– Уверена? – томный вздох прямо в ухо. Прикосновение щекой к щеке. Умильное урчание второй ипостаси. – Ай! За что?!

Несостоявшийся ухажер отлетает на пару метров и над ним нависает разъяренный Мрак.

– Конь моего почившего супруга считает, что ты проживешь дольше, если научишься держать повышенное либидо в узде.

– Это не жеребец, а дьявол во плоти, – возмущается Диллан.

– Гектор просил его позаботиться о жене, – ласково глажу вороного по морде. – Правда милый?

Тихое, довольное ржание служит ответом. Верный защитник ехидно косится на прыткого наемника и подталкивает меня к берегу.

– Кажется, я знаю способ снять проклятие, – сообщаю присмиревшему искусителю.

– Какой? – выдыхает пессимистично.

– Ты со стопроцентной точностью процитировал слова ведьмы?

– Да.

– Она наложила запрет, не позволяющий стать законным сыном, и использовала в виде якоря твое имя. Верно?

– Угу.

– Тогда у нас широкое поле для маневров. Главное, чтобы мозг выдержал и не вскипел.

– Прекрати говорить загадками.

– Предпочитаешь прямолинейность? Отлично. Сегодня ночью жди нас на этом самом месте. Прежде чем приступим к избавлению от колдовства, тебе необходимо очаровать Мигеля и развеять все его сомнения. Видишь ли, у паренька сложилось превратное мнение о спасенном узнике.

– И чем же я успел провиниться? – вопрошает недовольно.

– Мальчик искренне верит, что в пещере ты намеревался наброситься на меня с кулаками.

– Ничего подобного, – вскидывается возмущенно. – Никогда в жизни не бил женщин.

На скулах играют желваки. Вижу, что обвинение серьезно задело тонкие струны нежной души.

– Вот и расскажешь об этом ребенку. Как будущий правитель ты должен научиться жестко контролировать реакции тела и мелькающие на лице эмоции. Нельзя позволять недоброжелателям читать себя, как открытую книгу. Политика – наука тонкая и не прощает слабостей.

Произношу тираду и вздыхаю. Братишка прав, называя бастардов невероятно уязвимыми. Брошенные дети не знают родительской любви и безмерно страдают от града насмешек, щедро рассыпаемых более удачливыми отпрысками. В результате из них вырастают вечно сомневающиеся и неуверенные в себе персонажи.

Двенадцатилетнего паренька мне удалось приголубить и отогреть, постепенно избавляя от комплексов. Что делать со взрослой состоявшейся особью, нахально изучающей мою отощавшую фигурку горячим недвусмысленным взором, еще предстоит выяснить. Уверена, немного искренней заботы, дружеского участия и семейного уюта помогут ему заглянуть внутрь себя и переосмыслить систему ценностей.

– Вторая просьба немного проще, – пытаюсь встряхнуться и собраться с мыслями. – Постарайся досконально вспомнить слова, которые говорил Эдвард Шаронский во время ритуала признания отцовства. Это очень важно для твоей безопасности.

– Хорошо, – покорно кивает головой.

– Диллан, – нервно сжимаю ладони. – Скажи честно, почему отправился нас искать?

– Когда-то Лукас взял под свое крыло растерянного и обозленного подростка, лично обучив всему, что знает. Я не мог отказать другу в посмертной просьбе. На конверте при нагревании проступило тайное послание.

– Какое? – замираю ошеломленно.

– «Позаботься о них», – цитирует с горечью, вспоминая убитого наставника.

– Значит, он знал, – киваю угрюмо и пытаюсь сдержать закипающие в глазах слезы. – Мы так и думали.

Молния тихим ржанием сообщает о приближении каравана.

– Наш обоз подъезжает, нужно одеться, – топчусь в нерешительности и тереблю влажную ткань, закрепленную узлом на груди. – Обязательно приходи ночью. До возвращения в Эльхан мы должны придумать, как снять проклятие. Нельзя являться в стан врага уязвимыми.

– Буду благодарен за любую помощь, – неохотно отступает, собираясь уйти.

– Стой, – выдыхаю в спину. – Прислушайся к доброму совету и никогда не расставайся с подаренным кинжалом. Зачарованное оружие проверено в бою. Надеюсь, мясо шептунов вам понравилось?

Собеседник оборачивается с вытаращенными глазами, коротко кивает и спешно скрывается в лесу.

Глава 40

Едва наемник исчезает за деревьями, разматываю влажную ткань, неприятно холодящую тело.

– Ох! – восклицаю изумленно и с вытаращенными глазами разглядываю изменившуюся метку. Черный обруч остался на месте. Но жемчужная сила Диллана просочилась во внутреннее пространство, потеснив огненную мощь Теодора. Та перекинулась на дракончика, причудливо окрасив крылья в ало-золотистый цвет. – Чудеса!

Поспешно одеваюсь, натягиваю парик и отправляюсь за дровами. Слишком много времени потрачено на выяснение отношений. Амур – невероятно темпераментный мужчина. С таким не заскучаешь, вся жизнь пройдет, как на пороховой бочке. Воображаю, что красавчик творит в постели. Только в ушко подышал, а мои гормоны уже пустились вскачь и уговорили внутреннюю сущность раскинуть лапки.

– Ты зачем приставал к большому платиновому зверю? – нежно глажу живот, обращаясь к малышу. – Неужели приемный отец дал мало энергии? Прости, лапуля, я плохо разбираюсь в двуипостасной физиологии, но обязательно исправлюсь и куплю книги в столичной лавке.

Если доберусь до Эльхана в добром здравии… Страшно представить, что сейчас делает твой биологический папаша, узревший очередные возмутительные изменения на знаке истинной пары. Тяга сына к чужим добрым дяденькам уничтожает репутацию суженой на корню, недвусмысленно намекая на ее распутность.

С другой стороны, мне ли переживать. Стефан сам соблазнил невинную Аннетту, низложил до уровня одалиски и вышвырнул на улицу. Пусть теперь наслаждается результатом. Если так и дальше дело пойдет, то к моменту родов клеймо окрасится во все цвета радуги и монарх примется разыскивать беглянку в домах утех. Но нам это только на руку.

Можем вообще устроить открытую акцию протеста. Тиронский имел гарем из наглых купчих, значит, и нам можно. Тем более тут уровень повыше. Все же королевская кровь – не водица. Принцы обладают настолько потрясающей харизмой, что от одного взгляда колени подгибаются и тело радостно вопит: «Заверните всех».

Ой, как пошло звучит. Не обращай внимания, малыш. Мамочка просто шутит и философствует. Волнуюсь перед предстоящей встречей. Необходимо убедить двух упрямцев в целесообразности взаимовыгодного сотрудничества. Чувствую, ночка предстоит феерическая и поспать вряд ли удастся.

На этом внутреннюю беседу приходится прервать, так как дела не ждут. К приезду обоза успеваю набрать хворост для костра и сразу принимаюсь за приготовление ужина. Мужчины приносят воду, вешают котелки над огнем, а потом подхватывают банные принадлежности с чистыми вещами и со счастливыми улыбками отправляются купаться.

Пользуясь их отсутствием, забираюсь в карету и достаю из тайника родовой кристалл Князевых. Очень дотошно подхожу к выбору кольца. Придирчиво рассматриваю каждое и в итоге откладываю массивный брутальный перстень.

Диллан придет в восторг от крупного, но не вычурного ювелирного изделия. В его случае размер имеет значение. Уверена, первое время бедняга будет постоянно коситься на украшение. Нежной душе бастарда понадобится вещественное подтверждение обретенных прав.

Следующим этапом поиска становятся волосы и прочие детали нового парика. Нужно подготовиться к посещению Тайной канцелярии.

В заключение изучаю содержимое повозок с приданым и выискиваю достойный будущего правителя меч. Если не потребуется для церемонии, то пригодится в качестве подарка.

Натыкаюсь на чудесный экземпляр, на рукояти которого имеется гравировка в виде семиконечной звезды. Недолго думая, беру бурдюк со слезами удачи и наполняю углубление. Ваяю крупный прозрачный камень с золотистым отливом, который гармонично дополняет созданные ранее кристаллы здоровья и мужества. Вкупе с родовым кольцом и висящим на шее сердечком у купидона появится полный комплект уникальных самоцветов.

Складываю вещи в мешок, прячу в кибитку и принюхиваюсь. Мясо закипает, пора приниматься за приготовление пищи.

С реки доносятся радостные крики и хохот. Мужчины резвятся, как дети, устраивая веселые командные игры. Судя по довольному ржанию лошадей, их тоже привлекли к проказам. Давно заметила, что по-настоящему развлекаться парни умеют только в отсутствие женщин. При дамах они распускают хвосты и мгновенно перевоплощаются в искусителей, демонстрирующих исключительно положительные качества. Мама любила приговаривать: хочешь посмотреть на избранника без наносной шелухи – подгляди за его отдыхом в компании друзей.

Смаргиваю выступившие на глазах слезы, присаживаюсь на бревно и с остервенением чищу корнеплоды. Нельзя расклеиваться и вспоминать о прошлой жизни. Пусть мое будущее выглядит неустроенным, но на Миртоне сбылись самые потаенные мечты: о малыше, любимом брате, собственной лошади, даже о замечательном муже в лице Гектора.

Ужин проходит в расслабленной и непринужденной атмосфере. Меня хвалят за вкусное рагу и освобождают от мытья посуды, настаивая на отдыхе. Еще помнят, насколько плохо себя чувствовала до инициации.

Когда на небе зажигаются первые звезды, с трудом уговариваю Мигеля усыпить сопровождающих. Понимаю, что подобное поведение неэтично, но на кону наши жизни. Малейшая утечка информации может обойтись слишком дорого. Если торговцы после встречи с нимфой умудрились заявиться во дворец и без утайки поведать королю о состоявшемся разговоре, то страшно подумать, куда может завести очередная авантюра.

– Что происходит? – спрашивает брат, с недоумением глядя на мешок с вещами.

– У нас назначена встреча, – признаюсь с некоторой опаской. – Очень важная. Можно даже сказать судьбоносная.

Подходим к дереву и озираемся по сторонам.

– Я тут, – доносится из кустов.

– Только не говори, что выбрала его в мужья, – возмущенно подбоченивается мальчик.

– Что?! – ошеломленно выдыхает Диллан. Спотыкается о корни и летит в воду, поднимая тучи брызг. – Ох!

– Даже помощь Мрака не потребовалась, чтобы охладить пыл жениха, спешащего к алтарю, – не могу сдержать ехидную улыбку. Достаю родовой кристалл и ставлю на пенек.

– Я не готов расставаться со свободой, – бурчит мужчина, выбираясь на сушу.

– Хотел попользоваться моей сестрой и бездушно бросить? – паренек едва не накидывается на обидчика с кулаками.

– За кого ты меня принимаешь? – смахивает прилипшую к лицу челку.

– За подлеца, который ухлестывает за аристократкой, не имея серьезных намерений, – распаляется защитник. – Когда только успел.

– Сбавь обороты, дружище, – вскидывает руки в примирительном жесте. – Я впервые слышу о матримониальных планах.

– Неужели? – нахохливается неверяще.

– Должен признать, что Анна чрезвычайно привлекательна в качестве невесты, – мнется и добавляет. – И весьма желанна.

– Тогда почему кочевряжишься? – спрашивает наивный ребенок.

– Все слишком неожиданно, – запускает заклинание сушки одежды. – Так не делается.

– Намекаешь, что нам с тобой надо присесть и обсудить размер приданого? – догадливо тянет Мигель. – Обоснованное требование. Я готов.

– Вообще-то, предлагаю для начала сходить на парочку свиданий, – заявляет красавчик.

– Зачем? – искренне недоумевает глава рода.

– Чтобы узнать друг друга получше, – разводит руками кавалер.

– Я тебе и так расскажу, – отмахивается нетерпеливо и припечатывает. – После обета о неразглашении.

Дожидается произнесения слов расширенной клятвы и приступает к повествованию.

– Стоящую рядом девушку раньше звали Аннетта Гардарийская. Но Беатрис – гаремная фаворитка короля – отравила сестру. В тело бедняжки притянуло душу из другого мира. Знакомься, перед тобой Анна Князева. Физический возраст восемнадцать лет.

Вследствие изменения внутренней сути внешность значительно улучшилась. Так что можешь считать себя счастливчиком. Уверяю, родной папаша преображенную дочь не узнает. Она стала истинным сокровищем, полностью освобожденным от тлетворного влияния Костаса Гардарийского.

Правда, есть маленький нюанс: Стефан оказался ее парой, что явилось главной причиной побега. Сам понимаешь, после всего пережитого на землях Тирона нет никакого желания соглашаться на свадьбу с мерзавцем. Пусть правитель как-нибудь справляется без суженой. Я не намерен доверять своего племянника нерадивому отцу, а Аню мужу, неоднократно пытавшемуся ее убить.

Впрочем, к тебе тоже много вопросов. На что собираешься содержать семью? Где намереваешься жить после обряда бракосочетания? Способен ли принять нас с маленьким Гектором и полюбить?

У дракона от прозвучавших откровений отвисает челюсть...

Стоит, лупает глазами и нервно почесывает грудь в области сердца. Не ожидал от двенадцатилетнего ребенка подобных речей? А зря. У него бульдожья хватка истинного княжича. Даже гордость берет.

Наконец, жених отмирает и принимается мерить шагами берег, тщательно обдумывая услышанное и что-то подсчитывая.

– Готов назначить супруге ежемесячное содержание в размере тысячи золотых, – вскидывает голову и взирает на звездное небо. – Поселимся в роскошном особняке в центре Эльхана. Недавно закончил ремонт, но еще не перевозил вещи. Можем вместе осмотреть и внести в интерьер необходимые изменения, если обстановка покажется слишком мужской. В подвале устроены залы для занятий магией и физических тренировок, уверен, тебе там понравится.

На заднем дворе есть большая конюшня и сарай, в котором поместятся ваши повозки. Просторную территорию окружает ухоженный сад с цветами и плодовыми деревьями.

Предвосхищая следующий вопрос, ответственно заявляю, что никогда не поднимал руку на женщин. В драку первым не лезу, силу использую только для защиты.

Не ожидал, что сегодня обрету семью, но в целом рад этому. Кстати, я ни разу не целовал избранницу, надо исправить упущение.

Сапфировые глаза зажигаются предвкушением, сильные руки тянутся в мою сторону, а на губах играет шальная улыбка. Мигель моментально подскакивает и шлепает по шаловливым конечностям.

– Вы достаточно близко знакомы, – заявляет авторитетно. – Аня отмывала тебя после похищения и видела даже больше, чем приличествует юной особе королевских кровей. Поэтому, как честный дворянин, ты обязан придать развивающимся отношениям надлежащий статус.

– Ммм, даже так? – игриво вскидывает брови.

– Что касается телесного контакта, – краснеет ребенок, – то у вас вся ночь впереди. Можете после обряда отойти подальше, поставить шатер и остаться наедине. Сопровождающие крепко спят, а я не стану мешать.

– Спасибо, дружище, – хлопает паренька по плечу, не переставая ласкать меня заинтересованным взглядом.

– Родовое кольцо захватила? – деловито спрашивает мальчик.

– Да, – пристраиваю меч на пенек и кладу рядом бечевку. На дне мешка нащупываю перстень. – Вот.

– Даже свадебный подарок принесла, – кивает довольно и протягивает Диллану украшение. – Примерь.

Тот присвистывает, разглядывая артефакт, и надевает на безымянный палец.

– Великоват. Но на средний как влитой садится.

– Придется другой поискать, – качает головой брат, забирая ювелирное изделие.

– Жаль, – бормочет наемник. – Оно полностью соответствует моему вкусу.

– Рада, что понравилось, – подхожу ближе с мягкой улыбкой. – Значит, его и оставим. Вы все насущные вопросы обсудили?

– Да, – переглядываются довольно. – К ритуалу все готово.