Текст книги ""Валутина гора""

Автор книги: Луи Бриньон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава

Французский пехотный полк поспешно уходил из имения. Повозки одна за другой грузились и отправлялись. Всюду, в самом доме и вокруг него царила суматоха.

Гусары нагрянули внезапно. Их появление привело французов в состояние шока. Часть полка уже отбыла в Смоленск, а другая собиралась это сделать. Они не ждали нападения и по этой причине совершенно растерялись. Уже в первые несколько минут сопротивление солдат, что находились перед домом, было сломлено. Пётр не обращая ни малейшего внимания на сдающихся французских солдат, спрыгнул с коня и выхватив саблю, вбежал в свой родной дом. Следом за ним побежали ещё несколько десятков гусар. Гришка, прискакавший вместе с ними, остался снаружи. Он с угрюмым видом наблюдал за французскими солдатами. Те подняв руки, повторяли одно и то же слово:

– Плен!

– Ишь как хорошо выучили…злыдни, – пробормотал под нос Гришка с хмурым видом наблюдая за происходящим, – мало пришли непрошенными, так ещё и плен им подавай…

Пока Гришка смотрел на пленных, Пётр обследовал одну комнату за другой. Французов встречалось очень мало и те почти все сразу же поднимали руки. Лишь иногда раздавались отдельные выстрелы. Пётр с болью смотрел на обгоревшие стены родного дома. Правого крыла вообще не было. Вместо него стояли одни развалины. Все окна выбиты. Часть стен в самом доме разрушена. Большинство дверей сломаны. Покои отца…здесь полностью всё выгорело. Ни мебели, ни одежды, ничего не осталось. Одни чёрные стены. Пётр снова вышел в коридор и направился в гостиную. Там более менее всё оставалось по-прежнему. Она единственная во всём доме сохранилась. Даже мебель осталась. Лишь окон не было… и беспорядок. Осколки на полу по всей гостиной. Пётр несколько раз судорожно вздохнул и снова вышел в коридор. Он направился в левое крыло. Туда, где находились покои Анастасии. Одна створка дверей, ведущей в её покои отсутствовала вообще. Вторая висела на одной петле. Пётр вошёл внутрь. Одна комната выгорела полностью вместе со всей мебелью, вторая частично уцелела. Пётр смотрел, как ветер шевелил обрывок висевшей занавеси над окном и его глаза понемногу наливались кровью. Что они сделали с его родным домом? Как осмелились? Он едва смог удержать себя и не броситься вниз. Им овладело безумное желание уничтожить осквернителей родного дома. И лишь мысль о том, что они безоружны и находятся в его власти, удержала его. Честь не позволяла ему опуститься столь низко.

– Вот вы где? – раздался сзади голос Астраханова, – я вас по всему дому ищу. Гришка сказал, что ваш отец находится в охотничьем домике. Не хотите с ним повидаться?

Петру понадобилось некоторое время, для того, чтобы он смог выдавить из себя одно слово.

– Хочу!

– Тогда пошли!

Пётр вслед за Астрахановым вышел в коридор. Ноги по не понятной причине вдруг стали свинцовыми и отказывались ему подчиняться.

– Да, – Астраханов остановился и повернулся к Петру лицом, – хотел бы вас предупредить Арсанов, а правильнее сказать попросить. Будьте повежливей с Анастасией.

– Почему вы мне это говорите? – Пётр весь напрягся.

– Она недавно потеряла супруга. Стоит лишь раз взглянуть на неё, чтобы понять, как тяжело она переживают эту потерю…да что с вами? – поразился Астраханов.

Пётр на глазах менялся в лице. Мертвенная бледность покрывала каждую чёрточку его лица.

– Ничего, – выдавил из себя Пётр, голос его слегка дрожал, – вы идите поручик. А я,…я как-нибудь потом

– Что значит потом? – спросил Астраханов.

Пётр не успел ответить. К ним бегом направлялся один из гусар. Запыхаясь от бега, он доложил что в двух верстах от имения замечено движение крупного отряда конницы. Пётр в одно мгновение весь собрался. Он кинул понимающий взгляд на Астраханова и коротко произнёс:

– У вас есть несколько часов. Поговорите с Викторией. Потом нагоните нас.

Сказав эти слова, Пётр оставил Астраханова и ушёл. Все гусары уже находились в сёдлах. Пётр вскочил на коня и махнул рукой приказывая следовать за ним. Так и не повидавшись с отцом, он двинул полк к Московской дороге.

Ещё издали Пётр увидел плотные ряды всадников неторопливо двигающихся по дороге. Он первым выхватил саблю и пришпорив коня начал вырываться вперёд. Однако по мере приближения к дороге, он замедлял бег коня. А приблизившись к ней на близкое расстояние и вовсе перевёл его в рысь. Рядом с ним раздался удивлённый голос одного из гусар.

– Это же наш корпус!

Пётр остановился у самого края перекрёстка дороги и с недоумением смотрел на спокойное движение кавалерийского корпуса. Заметив впереди знакомую фигуру, Петр пришпорил коня и поскакал в его сторону. Уваров встретил его непонятной улыбкой.

– Ваше превосходительство я не понимаю… – начал было Пётр, но Уваров весело перебил его.

– А чего не понимать полковник? Французы отступают. В плен тысячами сдаются. Наполеон бежит только пятками сверкает. Вот только узнали, что в Смоленске был, а теперь уже и там нет. Дальше, к Березине побежал.

– Смоленск наш?

– Наш! Кончилось веселье французов, наше пришло. На душе праздник…ей-богу.

Пётр собирался продолжить разговор, но замер, наблюдая за очень странным всадником. Всадник тот преспокойно подъехал к Уварову и поехал рядом с ним.

– Кузьма, ты что здесь делаешь? – Пётр в себя не мог прийти от изумления.

Кузьма был облачён в форму гусара лейб-гвардейского полка и ехал с таким чинным видом, будто он возглавлял корпус, а не Уваров.

– За тобой приехал Пётр! За тобой!

– Но это уж слишком, – возмутился Пётр, – ты и так со мной. Живём вместе на квартире. Куда часть моя направляется, туда и ты бежишь. Осталось только скакать за мной на поле сражения. Вернись и немедленно сними эту форму. Её ты не имеешь права носить. Понятно?

Закончив говорить, Пётр внушительно посмотрел на Кузьму. Он ответил не менее внушительным взглядом и выразительно ответил:

– Господин полковник, будьте любезны подчиниться приказу генерала!

– Какого ещё генерала? – возмущённо начал было выговаривать Пётр, но осекся,…пришло понимание происходящего. Пётр угрюмо покосился на Уварова. Тот в ответ расхохотался.

– Кстати полковник, – заметил Уваров, – мы знаем о ваших победах. Главнокомандующий представил вас к ордену святого Георгия четвёртого класса! Хочу заметить, что мы все считаем эту награду вполне заслуженной вами.

Любой русский офицер мог гордиться такой наградой. Пётр это знал не хуже любого другого офицера в русской армии. Но тему награды он обсуждать не стал. Поговорив ещё немного, Пётр отстал от Уварова и развернув коня направился обратно к своему полку. Его сразу же нагнал Кузьма.

– Ты чего такой мрачный? – с беспокойством спросил у него Кузьма, – если это из-за формы, я сниму её.

– Нет, – остановил его Пётр, – раз дали, значит, и носить следует с честью. Не в тебе дело Кузьма. Просто тошно на душе.

– Не из имения ли едешь? – сразу догадался Кузьма.

Пётр кивнул.

– Отца…её видел?

Пётр отрицательно покачал головой и глухим голосом ответил:

– Не нужен я им Кузьма. Так что…ты только у меня и остался.

Кузьме нечего было ответить на эти слова. Он остановил коня и подождал, пока полк Пётр подъехал к своему полку. По его команде гусары начали плавно вливаться в общий поток всадников направляющихся в Смоленск. Кузьма снова поехал рядом с Петром. Он как никто другой знал Петра и видел, что с ним творится неладное.

Смоленск поразил всех своим мёртвым видом. Повсюду одни пепелища. Людей нигде не было видно. Вокруг могильная пустота. Только ветер свистит и бродячие кошки у пепелищ. Мёртвый город, как его сразу назвали. Всего лишь за три месяца процветающий город превратился в сплошные руины. Но самое страшное было позади. Город будет восстановлен. И станет в стократ лучше, чем прежде. В этом был убеждён каждый, кто проезжал в эти минуты через безжизненные улицы.

Глава

Буквально через несколько минут после отъезда Петра, к дому подошли взволнованные Анастасия и Арсанов – старший. Увидев их, Астраханов незамедлительно двинулся навстречу и почтительно поприветствовал.

– Ушли? – задал вопрос Арсанов – старший.

Астраханов кивнул и уже собирался, было сказать о том, что Пётр не смог дождаться. Ему пришлось уехать. Но не сделал этого, потому что с ними не было Виктории. Астраханов в эту минуту думал только о ней. И осмелившись, осторожно спросил об этом Анастасию. Она ответила, что Виктория осталась в охотничьем домике. Услышав ответ, Астраханов со всех ног поспешил туда. Едва он ушёл как откуда-то вынырнул Гришка. Он вместе с Анастасией и Арсановым – старшим вошёл в дом. Походив по нему какое– то время, все трое спустились в погреб. Хотя винные запасы и были основательно уменьшены, кое-что всё же ещё оставалось. И это не могло не порадовать Арсанова – старшего. Он сразу прихватил с собой бутылку любимого сорта вина. Когда они снова поднялись наверх, Анастасия оставила их и прошла в гостиную. Гришка вошёл следом за ней, и с ужасом увидел, что она начала прибирать в гостиной.

– Не делай этого барыня! – попросил у неё Гришка.

– Нельзя же бросить…вот так, – ответила ему Анастасия, не прекращая работы.

– Барыня я мигом соберу народ. Ты токмо ничего не тронь.

Гришка выбежал из гостиной и понёсся вниз. Анастасия с глубокой благодарностью посмотрела ему вслед. Гришка всегда о ней заботился. Не перестал даже после женитьбы. Она села на диван и устремила взгляд на маленький столик, за которым так любил сидеть её опекун. Неужто, всё будет по-прежнему? – подумала Анастасия и тут же поправила себя. – Так, как раньше…больше никогда не будет.

– Как в былые времена!

Арсанов – старший прошёл к своему любимому столику. В руках у него, кроме бутылки вина, откуда-то появился хрустальный фужер на тонкой ножке. Он сел за столик, налил себе вина и молча выпил.

Астраханов не нашёл Викторию в охотничьем домике. Выйдя из домика, он оглянулся по сторонам, ища её, и тут увидел Викторию. Она стояла на берегу озера и всматривалась в собственное отражение. Астраханов поправил форму. Сдвинул слегка вбок свой кивер и взявшись за рукоятку сабли, медленно направился в её сторону. Он остановился в двух шагах от Виктории.

– Сударыня! – негромко окликнул её Астраханов.

Виктория вздрогнула и резко обернулась. При виде Астраханова, её лицо засветилось от радости.

– Вы сударь! – она протянула ему навстречу обе руки.

Астраханов с некоторым трепетом поцеловал по очереди обе руки.

– Вы сударь. Какими судьбами? Как вы здесь оказались?

– Пришёл спасать вас от французов, – улыбаясь, отвечал Астраханов, – хотелось изменить вашего мнение обо мне.

Виктория сразу догадалась, что именно он имел в виду. Она слегка покраснела, вспомнив свои слова.

– Право сударь, это было сказано необдуманно. Вы ничуть не заслуживали моих слов. Больше того, я успела пожалеть о них.

– Приятно слышать сударыня! – Астраханов поклонился Виктории.

– Это обычный визит вежливости?

Виктория, почему-то покраснела, задавая этот вопрос. Но Астраханов не обратил внимания на эту незначительную деталь. Он был озабочен собственными мыслями. И не знал, как лучше сказать о том, чего он так сильно желал.

– Признаться нет сударыня, – Астраханов решил действовать напрямик, – я здесь только по одной причине. Я хотел увидеть вас. Увидеть и сказать…Астраханов запнулся, подыскивая нужные слова, и в это мгновение раздался взволнованный голос Виктории.

– Я хочу сделать вам предложение!

Астраханов поднял на неё глубоко благодарный взгляд.

– Сударыня, вы помогли мне выбраться из весьма затруднительного положения. Вы правы. Именно это я и хотел сказать!

Астраханов опустился на одно колено и, устремив на Викторию взгляд полный любви и надежды, с торжественностью произнёс:

– Сударыня, не соблаговолите ли вы стать моей супругой?

Виктория вначале замешкалась, что вызвало определённую обеспокоенность у Астраханова, но потом с очаровательной улыбкой произнесла одно единственное слово «Да»

– Я счастливейший из людей, – вскричал Астраханов, вскакивая на ноги, – позвольте с этой минуты считать вас своей невестой?

– Я вам позволяю так считать! – с некоторым жеманством ответила Виктория.

Астраханов наклонился и благоговейно прижался к её руке. Виктория вначале сморщилась, а потом пробормотала под нос.

– Ишь, какой вежливый!

Услышав эти слова, Астраханов расхохотался, а в следующее мгновение обнял Викторию и прильнул к её губам. Викторию, которая только и ждала этого, обвила его двумя руками за шею.

Больше двух часов, они сидели рядом друг с другом на берегу озера и восторженно обсуждали планы на будущее. То и дело разговор прерывался смехом и короткими поцелуями. Оба были в полном восторге от принятого решения. И лучше всего об этом говорили их лица. Однако время шло. Астраханову следовало уезжать. Прежде чем покинуть берег озера, Астраханов несколько раз очень нежно поцеловал Викторию. После нежных поцелуев она взяла его под руку и проводила до дверей дома, возле которых была привязана его лошадь. Астраханов ускакал, пообещав вскоре вернуться. Виктория так бы и стояла и смотрела ему вслед, если б не Гришка. Виктория с удивлением смотрела как несколько десятков мужчин и женщин гуськом двигались вслед за ним. Гришка всех завёл в дом. Очень скоро оттуда начал доносится шум и негромкие голоса. Когда Виктория вошла внутрь, она увидела, что все занимаются наведением порядка в доме. Настроение у Виктории было прекрасное. Совершив несколько пируэтов в зале, она взбежала по лестницам и стремительно ворвалась в гостиную. Завидев Анастасию она бросилась к ней и, взяв за руки, завертела вокруг Арсанова – старшего. При этом она так заразительно хохотала, что и Арсанов – старший не сдержался от улыбки. Едва они остановились, для того чтобы отдышаться, как Анастасия сразу спросила у Виктории:

– Получилось?

Виктория кивнула и снова залилась счастливым смехом.

– Даже лучше чем я того желала. Представляешь, я сделала ему предложение, а он решил, будто я помогла ему сказать то, что он не решался произнести. Всё получилось просто прекрасно. А самое главное, что не я ему сделала предложение, а он мне!

Часть 10

Меньше чем через месяц после описанных событий русская армия занимала город Вильно. Она вернулась сюда спустя пять месяцев после своего ухода. Великая армия Наполеона была разбита начисто. Французскому императору едва удалось сбежать. Если прежде жители города смотрели на русских солдат, как на нечто временное и соответственно выражали им своё отношение. То сейчас всё коренным образом изменилось. В город входила армия-победительница. И только одно это вызывало всеобщее уважение. К тому же, обещание которые давал Наполеон жителям Вильно, так и не были им выполнены. Всё это сказалось на радушном приёме, который повсеместно оказывался русским частям. Корпус Уварова так-же вступил в Вильно. И полк Петра вместе с ними. Их сразу же расквартировали по городу. Войска получили заслуженную передышку. Пётр с Кузьмой сняли квартиру в центре города, в непосредственной близости от дома Уварова. Едва они успели устроиться, как Петра немедля вызвал к себе командир корпуса. Когда Пётр явился к нему, Уваров предложил ему поехать домой, в отпуск. Пётр наотрез отказался. Как ни уговаривал его Уваров, как ни говорил, что ему предоставляется возможность провести новый год дома, Пётр ни за что не соглашался уехать. Осознав тщетность уговоров, Уваров оставил Петра в покое. Едва тот вернулся домой и собирался лечь отдохнуть, как появился Астраханов. Он сообщил, что получил отпуск и едет к нему в имение за Викторией. Он собирался жениться на ней во время отпуска. После этих слов Астраханов предложил ему поехать вместе.

– Сговорились что ли все? – пробормотал Пётр и уже второй раз за этот день, наотрез отказался. Кузьма лишь исподлобья наблюдал за выражением его лица, пока Пётр разговаривал с Астрахановым. Услышав этот ответ, Астраханов расстроился. Крепко обняв Петра, он попрощался с ним и сразу же уехал. После его отъезда, Петр долго лежал на спине с закрытыми глазами. Вначале он пытался заснуть, а потом на него нахлынули мысли. В итоге, он встал и начал одеваться. Кузьма не говорил ни слова. Он прекрасно знал, куда и зачем идёт Пётр.

– Посижу немного. Рюмочку-другую водочки выпью и вернусь, -перед уходом сказал Кузьме, Пётр. Тот снова ничего не ответил. Выйдя из дома, Петр пешком направился по улице. Он раздумывал куда бы пойти, когда увидел нужную вывеску.

Он даже закуску не стал брать. Взял бутылку вина и сел за дальний столик, подальше от любопытных глаз. Пётр налил себе вина и, подняв бокал, прошептал:

– Ну что ж, самое время выпить за свою никчёмную, никому не нужную жизнь!

Пётр не успел поставить бокал на стол, когда услышал донельзя изумлённый и удивительно знакомый голос:

– Чёрт меня побери, если это не Арсанов собственной персоной?

Пётр поднял голову. Прямо над ним улыбаясь, возвышался…Первакин. Он уже состоял в чине полковника, как и сам Пётр. Они крепко обнялись. Пётр указал на свободный стул за столом.

– Одну минуту!

Первакин ушёл. Очень скоро он вернулся и сел за стол. Следом появился графин водки и закуски. Он разлил водку и подняв бокал громко и с отчётливой радостью произнёс:

– Чёрт, Арсанов…живой и невредимый. За это стоит как следует напиться! За ваше здоровье Арсанов! Желаю впредь не числиться в покойниках!

– Вы где служите? – спросил у него Пётр, когда они выпили.

– В седьмой пехотной дивизии. Командую полком! – ответил Первакин и бросая взгляд на форму Петра продолжил: – А вы Арсанов, как я посмотрю, вернулись к гусарам?

– Командую лейб-гвардейским полком! – коротко ответил Пётр.

– Заслужили. Ей богу заслужили. То, наше сражение,…я его никогда не забуду. Вы проявили себя настоящим молодцом. Мы все обязаны вам своими жизнями. За это и выпьем!

Второй бокал последовал за первым. Налили в третий раз. И снова Первакин взял слово. Он поднял бокал. Они с Петром чокнулись.

– А этот бокал я хочу поднять за вашу супругу! Прекраснейшая женщина. Достойна всяческих похвал!

Первакин одним махом опорожнил бокал. Пётр же не донёс свой бокал до губ.

– За кого? – он с недоумением уставился на Первакина.

– За вашу супругу! Радовалась наверно как, когда узнала, что вы живы. За это надо отдельно выпить. Первакин налил себе в бокал водки и хотел налить Петру, но тот держал полный бокал в руке. Увидев движение Первакина, Петр выпил водку и коротко спросил:

– Кто это вам сказал, что у меня есть супруга?

– Да об этом все знают! – Первакин налил Петру водки.

– Я вот к примеру, впервые об этом слышу! – Пётр устремил на Первакина насмешливый взгляд.

– Такими вещами шутить не стоит Арсанов!

– Я и не собираюсь! У меня просто нет никакой супруги. И никогда не было. И скорее всего, никогда не будет!

– Она что, обидела вас? – Первакин осуждающе покачал головой, – бросьте Арсанов. Ваша супруга на самом деле прекрасный человек. Добра, сострадательна. А как заботилась о раненых,…Мне неприятно, что вы подобным образом о ней отзываетесь.

– А вы думаете, мне приятно слышать от вас какие– то непонятные слова по поводу несуществующей супруги? – Пётр бросил на Первакина хмурый взгляд

– Следовательно, у вас нет супруги?

– Я вам уже ответил на этот вопрос!

– Тогда кто же такая графиня Арсанова?

– Какая ещё графиня Арсанова? Может и есть такая. Только я её не знаю.

– Тогда почему она живёт в вашем доме?

– В моём доме? Вы не в себе Первакин. Я вам это со всей ответственностью заявляю.

– А я вам заявляю, что лично приносил соболезнования вашей супруге по поводу вашей смерти.

– Мне до чёртиков любопытно, что же она ответила?

– Как что? Поблагодарила меня! И ваш батюшка тоже при том присутствовал.

– Так значит и моему отцу соболезнования принесли?

– Конечно! Я глубоко уважал вас и считал своим долгом выразить ту скорбь, которую чувствовал по причине вашей кончины.

– А с чего вы вообще решили, что я умер? Начнём с этого!

– Мне об этом сообщил ваш управляющий…Архип!

– Удивительно просто! И вправду есть такой управляющий!

– У вас и отец есть и супруга!

– Отец есть! А вот супруги нет!

– Тогда кто же эта белокурая красавица, которая постоянно ходила в чёрном платье? Все и в том числе ваш отец, называли её графиней Арсановой. Вашей супругой!

– Что? – Пётр изменился в лице, услышав последние слова Первакина, – что вы сказали? Как её звали? Как её имя?

– Если не ошибаюсь…Анастасия. Точно Анастасия!

– Анастасия? – Пётр так сильно побледнел, что Первакин невольно забеспокоился. Петру понадобилось некоторое время, чтобы он смог разговаривать. Сказанное Первакиным просто ошеломило Петра, потрясло до глубины души. Но он всё ещё боялся надеяться.

– Расскажите всё подробно! – голос у Петра внезапно охрип.

– Да что рассказывать? – отозвался Первакин, – я был ранен в ногу. Отправили в лазарет. А лазарет потом на время разместился в вашем доме. Этот ваш управляющий рассказал мне о том, что вы погибли. А потом он же сообщил, что государь лично прислал письмо с соболезнованиями и орден. Рассказал, как горько рыдала графиня, когда узнала о вашей смерти. Да что говорить. Я её каждый день видел. И всё одно и тоже. Заплаканные глаза и печальное лицо. Прямо душа разрывалась, глядя на её горе,…а вы Арсанов? – Первакин бросил на Петра осуждающий взгляд, – а вы такое говорите. Она вас так любит,…а вы даже не вспоминаете о ней.

– Выходит,…выходит…она по мне траур носит? – Пётр бросил ошеломлённый взгляд на Первакина и застыл, пытаясь понять как такое возможно вообще. Разум отказывался давать объяснение, но сердце…оно ликовало и требовало немедленных действий. Пётр внезапно бросился к Первакину и когда тот ожидал самого худшего, крепко расцеловал его.

– Сегодня вы спасли мне жизнь! – вскричал Пётр и побежал к выходу.

– Куда вы Арсанов? Допейте хотя бы этот бокал – закричал, было Первакин, но Петра и след простыл. Рядом с Первакиным раздался деликатный кашель.

– Ваш друг не заплатил!

– Я заплачу, – ответил Первакин, – мой друг похоже…обо всё на свете забыл. Хорошо хоть жену свою вспомнил! Дай им Бог счастья! За это следует выпить отдельно!

Пётр прямиком побежал к Уварову. Побежав к двери, он со всей силы застучал в неё. Щёлкнул замок. На пороге показалось раздражённое лицо генерала. Увидев Петра, он удивился.

– Мне нужен отпуск. Немедленно. Сию же минуту! – без обиняков заявил Пётр.

– Я же предлагал. Вы отказались!

– Я передумал!

– Хорошо! Передумал, так передумал. Не стоило из-за этого двери ломать!

– Благодарю вас ваше превосходительство!

Уваров и сказать больше ничего не успел. Пётр исчез так же внезапно, как и появился. Он прибежал домой и едва до смерти не напугал Кузьму, когда прямо с порога, закричал:

– Скорей!

– Чего скорей-то? – не мог понять Кузьма.

– Уезжаем! Собирайся! Чтобы через час был готов!

– Мы что на пожар собрались ехать! Не успею за час собраться!

– Не успеешь, без тебя поеду! Коней надо приготовить!

Кузьма только и рот успел открыть, как дверь снова хлопнула.

– Да что с ним такое творится? – пробормотал под нос Кузьма, – какая муха укусила?

Не переставая ворчать, Кузьма стал поспешно собираться в дорогу.