Текст книги "Гостья для дракона (СИ)"

Автор книги: Лолита Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Глава 10

Когда я подошла к окну, передо мной открылась поистине ужасающая картина. Небо, затянутое тяжёлыми серыми тучами, нависало над городом, в котором царил хаос.

Орды орков, облаченные в грубую броню, украшенную черепами и костями поверженных, словно тёмная буря, ворвались в его улицы. Грубой силой и яростью они разрушали всё на своём пути, их рёв и крики войны сливались с грохотом падающих зданий и стен.

Звуки битвы были оглушительными: лязг металла, крики боли и отчаяния, треск пламени и раскаты грома, вызванного магией. Пыль и дым поднимались в воздух, заволакивая видимость и создавая атмосферу апокалипсиса.

В центре этого бедствия шла ожесточённая битва между орками и демонидами. Демониды, могучие существа с пламенными глазами, крепкими рогами и острыми когтями, яростно защищали город.

Они словно парили, извергая огненные всполохи, которые пронзали орков. Они создавали вокруг себя огненные вихри и молнии, разрывающие врагов на части.

Один из дьяволюдей, словно воплощение силы, врезался в толпу орков, раскидывая их в стороны и испепеляя всё на своём пути. Другой, обрушал магический дождь на скопление орков, превращая их в пепел.

Орки, однако, не уступали в жестокости и свирепости. С боевыми кличами и тяжёлыми топорами и мечами, они устремлялись на демонидов, пробивая себе путь через огонь и хаос.

Они использовали свои численные преимущества, окружая демонидов и пытаясь сломить их сопротивление. Казалось, что воздух был пропитан гневом и отчаянием, а земля содрогалась под этими двумя мощными силами.

Взгляд мой скользил по этой картине разрушения и ужаса. Дома пылали, пламя пожирало улицы, а крики дьяволюдей сливались с боевыми кличами орков и рёвом демонидов.

Кровь текла ручьями, смешиваясь с грязью и пылью, наполняя все вокруг запахом смерти и разрушения. Мощные удары и вспышки магии сотрясали землю, а крики раненых и погибающих эхом разносились по улицам.

Город, когда-то процветающий и мирный, теперь был охвачен ужасом войны. С каждой минутой бой становился всё более яростным, и казалось, что сама земля стонет под тяжестью этой битвы.

Эта картина – яркий символ разрушения и хаоса, в котором не было места ни для жалости, ни для сострадания.

В тот момент я осознала, что этот город, каким я его знала, исчезает в огне и крови, оставляя лишь воспоминания о том, что когда-то было. Битва продолжалась и не было конца этому ужасающему танцу смерти, боли и разрушения.

Внезапно дверь в мою комнату с грохотом распахнулась, и в комнату вбежала Ализа. Её лицо было бледным, а глаза широко распахнуты от ужаса.

Она тяжело дышала, словно прибежала откуда-то издалека, и казалось, что её сердце вот-вот выскочит из груди. Ализа, не теряя ни секунды, подбежала ко мне и схватила за руку.

Её пальцы были холодными, дрожащими, как и её голос, когда она, почти крича, выпалила:

– На город напали! Нужно бежать!

Её слова прозвучали как гром среди ясного неба, и я почувствовала, как волна страха все больше и больше охватывает меня. Ализа потянула меня за собой, и я, едва успевая за ней, выбежала из комнаты.

Мы бежали по узкому коридору, и каждый наш шаг отдавался эхом в тишине дома, которая казалась неестественной на фоне разрастающегося снаружи хаоса. Ализа не останавливалась ни на мгновение, и её паника передавалась мне с каждым её движением.

Когда мы, наконец, спустились вниз, я огляделась вокруг, но не увидела братьев Ализы.

В груди закралось беспокойство, и сжимая руку Ализы, я спросила с дрожью в голосе:

– Где твои братья?

Ализа, оглянувшись на меня, пыталась сдержать слёзы и ответила:

– Они побежали к нашим соседям, чтобы помочь всем выбраться.

Её слова прозвучали в моих ушах, как тревожный звонок. Я знала, что братья Ализы всегда были готовы прийти на помощь, но в этот раз ситуация была иной – город подвергся нападению.

Охваченные страхом за их судьбу, мы продолжили свой путь, понимая, что каждая минута могла быть решающей. Внутри меня росла тревога и чувство беспомощности, ведь ее близкие, возможно, находились в смертельной опасности.

Когда мы выбежали из дома, перед нами предстала ещё более ужасающая сцена, от которой холод пробежал по спине, а сердце сжалось от ужаса. Город, который ещё недавно был живым и процветающим, теперь выглядел как поле битвы.

Все вокруг пылало огнем – языки пламени вырывались из окон домов, пожирая деревянные балки и оставляя за собой только чёрные обугленные руины. В воздухе стоял густой запах гари и крови, перемешанные с металлом.

Повсюду на земле лежали тела мертвых орков и демонидов. Их искалеченные тела были разбросаны, словно куклы, среди разрушений и хаоса.

Оружие, проломленные доспехи и обломки зданий валялись вокруг, создавая картину полной разрухи. Лица мертвых были искажены в гримасах боли и ужаса, что ещё больше усиливало ощущение кошмара.

Кровь текла ручьями по улицам, вперемешку с грязью и пеплом, и казалось, что сам воздух пропитан смертью.

Крики, стоны и плач раздавались со всех сторон, отдавая звоном в ушах. Их голоса, полные отчаяния и ужаса, смешивались с грохотом обрушивающихся зданий и свистом горящих обломков.

Это было как ужасная симфония, от которой хотелось закрыть уши и убежать, но реальность была слишком жестокой.

От всей этой картины меня начало мутить, и голова закружилась. Все вокруг стало размытым и невыносимо ярким.

Я чувствовала, как мои ноги становятся ватными, и мир вокруг начинает плыть. Меня охватило чувство тошноты, и я подумала, что вот-вот упаду.

Но Ализа не позволила мне рухнуть. Она, держась за мою руку, сжала ее крепче, ударив меня по щеке, чтобы немного привести в чувство, не давая мне потерять сознание.

В ее глазах горел решительный огонь, и несмотря на собственный страх, она продолжала тянуть меня за собой. Мы двигались вперёд, спотыкаясь о обломки и трупы, пытаясь найти хоть какое-то укрытие или путь к спасению.

Ализа вела меня куда-то в сторону, подальше от огня и разрушений, и ее сила и решимость заставляли меня продолжать идти вперёд, ведь другого выбора не было…

* * *

В далёком прошлом, когда мир был ещё молод, демоны и орки жили в относительном мире. Король демонов Азаргос и предводитель орков Рокгар были союзниками и даже друзьями.

Их сотрудничество обеспечивало стабильность, спокойствие, и их народы процветали.

Однако с течением времени Азаргос, неудовлетворённый своей властью, стремился к большему влиянию. Он обнаружил древний артефакт – Камень Этерии, обладавший способностью контролировать стихийные силы.

Азаргос поверил, что этот артефакт позволит ему создать новый порядок, где демоны будут править всеми существами.

Рокгар, заметив странности в поведении своего друга и заподозрив его в использовании Камня для своей личной выгоды, попытался предупредить Азаргоса.

Он понимал, что если Камень будет использоваться неправильно, это приведёт к катастрофическим последствиям. Азаргос же был поглощён своей амбициозной идеей и проигнорировал предупреждения.

Когда Азаргос начал использовать Камень Этерии, чтобы вызывать стихийные катаклизмы, это привело к массовым разрушениям на землях орков.

Рокгар, видя масштабы бедствий, собрал армию, чтобы остановить своего бывшего союзника. Война вспыхнула между демонами и орками.

Сначала боевые действия были локальными, но со временем конфликт разгорелся в полномасштабную войну. Орки и демоны сражались за контроль над магическими источниками и стратегически важными территориями.

Ни одна из сторон не могла одержать решающую победу, и бойня затянулась.

Постепенно Камень Этерии стал источником ещё большего хаоса. Его магическая энергия нарушала баланс в мире, вызывая стихийные бедствия и разрушения.

Обе стороны войны пострадали от последствий использования Камня. Земли, некогда плодородные и процветающие, стали обожжёнными и разрушенными.

Азарт и гордость обеих сторон привели к тому, что конфликт стал бесконечным, и ни одна из сторон не была готова к компромиссу. Война перешла в затяжную фазу, где ни победа, ни поражение не были близки. Дни сливались в ночи, а борьба продолжалась без конца.

Сегодня мир погружён в бойни. Демоны и орки продолжают сражаться, уничтожая и разрушая всё на своём пути. Конфликт стал частью повседневной жизни, и оба народа готовились к постоянным военным действиям и разрушениям.

Границы между территориями демонов и орков постоянно меняются, а разрушенные земли служат напоминанием о цене амбиций и борьбы.

Существует мнение, что в будущем конфликт может привести к новой катастрофе или, возможно, к долгожданному миру, но на данный момент война продолжается, оставляя в своих следах разруху и страдания.

Глава 11

Глава 11

Горящий город все больше поглощался хаосом и разрушением. Все вокруг наполнилось звуками битвы, разрушенными строениями и огнем, возвышающимся к небесам.

Аромат гари и пепла проникал в каждую улицу, скрывая небо и оставляя лишь красное зарево на горизонте.

Ализа и я мчались по узким улочкам, ищущим выход из этого ада. Грохот боевых барабанов и дикий рёв орков и демонидов разносились эхом, превращая каждый шаг в отчаянный рывок за выживание.

Словно тени, мы проскальзывали между обрушившимися домами и горящими лавками, тщетно надеясь найти путь к спасению.

Повсюду царил хаос: воины, вооруженные до зубов, прорывались сквозь защитников города, как лавина. Их ярость и безжалостность не оставляли шансов ни на пощаду, ни на побег.

Орки, высокие и грубые, с темно-зелёной кожей и горящими глазами, расправлялись с каждым, кто попадался им на пути. Демониды – существа с пламенным взглядом и зловещими глазами, слетались на каждую искру света, сражаясь и уничтожая всех орков, что вторглись в их дом.

Мы пытались прорваться к городской стене, но каждый наш путь был перекрыт. Одна за другой, улицы были переполнены войсками захватчиков. Пламя усиливалось, обнажая мрачные силуэты разрушенных башен и дымящихся домов.

Везде царила паника: жители в спешке бросали свои дома, пытаясь спастись от неумолимого ужаса.

Силы покидали нас, а надежда угасала с каждым шагом. Мы чувствовали себя как мыши в лабиринте, из которого нет выхода.

Но мы не сдавались, продолжали искать путь. В какой-то момент Ализа остановилась, тяжело дыша, и, повернувшись ко мне, сказала: «Мы не можем останавливаться. Мы должны найти выход. Там должен быть другой путь».

Но все наши попытки были тщетными. Город превратился в ловушку, из которой не было выхода. Мы были окружены огнём и врагами, и казалось, что судьба нас уже настигла.

После долгого времени бесплодных поисков и отчаянных попыток найти выход из горящего города, мы наконец наткнулись на одно место, которое казалось единственным шансом на спасение.

Пройдя через лабиринт узких переулков, мы обнаружили почти незаметный проход между двумя высокими стенами, скрытый от глаз любопытных. Казалось, что он ведёт за городские стены, к долгожданной свободе.

Радость и облегчение переполнили нас. Сердца забились быстрее, когда надежда снова ожила. Мы верили, что скоро увидим Тимми и Джереми, которые, как мы надеялись, были в безопасности за пределами города.

Мы с волнением ускорили шаг, перепрыгивая через обломки и обгорелые останки, почти не замечая ни запаха гари, ни отголосков битвы, которые продолжали раздаваться за нашими спинами.

Переулок был темным и узким, но мы уверенно продвигались вперёд, следуя свету, пробивавшемуся из-за угла. Каждый шаг приближал нас к выходу, и мы уже видели свет в конце этого пути.

Но в тот момент, когда мы почти достигли заветной цели, все изменилось в одно мгновение.

Внезапно раздался резкий свист, и стрела, пронзившая воздух, вонзилась в грудь Ализы. Ее глаза распахнулись от боли и неожиданности, а ее тело, казалось, обмякло на глазах.

В словно замедленном кадре, она начала падать, ее светлая одежда стремительно наполнялась багровым оттенком. Кровь стекала по ее платью, образуя мрачные пятна на тонкой ткани.

Я почувствовала, как внутри меня всё сжалось от ужаса. Сердце застучало в груди с такой силой, что казалось, вот-вот вырвется наружу.

Я бросилась к Ализе, отчаянно пытаясь оттащить ее в сторону, подальше от опасности. Мои руки судорожно сжимали рану, пытаясь остановить поток крови, но она не прекращала течь. Я рыдала, слезы текли по моим щекам, смешиваясь с ее кровью, и беспомощно умоляла ее не покидать меня.

Ее лицо становилось все бледнее, а дыхание – прерывистым и слабым. С дрожью в руках она сняла кулон с шеи и вложила его в мою руку.

Ее голос, едва слышный, произнес: «Ты должна жить…».

И затем она замолкла, навсегда. Я почувствовала, как ее тело обмякло в моих руках, ее глаза, ещё мгновение назад полные жизни, стали пустыми и неподвижными.

Я закричала, отчаянно, истерически, от бессилия и боли. Мои руки, покрытые ее кровью, дрожали, как и все мое тело. Я не могла поверить, что ее больше нет, что этот кошмар стал реальностью.

С невероятной болью в сердце я прижала ее тело а себе, продолжая рыдать. Я хотела сказать ей столько всего, рассказать, как она стала для меня как сестра, как я была счастлива, что встретила ее. Но было уже слишком поздно.

Мой крик заглушался звуками продолжающегося боя между орками и демонидами, но в тот момент для меня ничего не имело значения.

Боль, безысходность и пустота разрывала меня изнутри, и я, словно утопая в этой боли, рыдала над телом своей подруги, не в силах принять ее утрату.

Я не знала, сколько прошло времени. Мои рыдания и слёзы затопили всё вокруг. Я была погружена в своё горе, не замечая, как меняются звуки битвы.

Постепенно они утихли, как будто отступая вглубь, оставляя после себя зловещую тишину. Это молчание казалось ещё более оглушительным после неистового гула сражения.

Оно приносило осознание того, что город пал, а вместе с ним рухнули все надежды на спасение. Я понимала, что моя гибель уже неизбежна, и она, как хищник, уже шла по моим следам.

Сквозь слёзы я надела кулон Ализы на шею, прижимая его к груди, словно он мог защитить меня от надвигающейся тьмы. Я всё ещё крепко держала её тело.

Мои слёзы капали на её лицо, и я снова прижала её к себе, словно пытаясь вернуть её к жизни своей любовью и горем.

Неожиданно, словно гром среди ясного неба, раздался голос: «Ну здравствуй, Лилит.»

Я вздрогнула, подняла голову и посмотрела в ту сторону, откуда доносились слова. Мгновение показалось вечностью, и холодный страх пронзил меня, словно лезвие.

Этот голос… он был чужд и холоден, наполненный тенью и безразличием. Он был знаком, но в тот момент я не могла понять, кто это был, или, возможно, не хотела.

Всё, что я чувствовала, было глубокой пропастью, из которой не было выхода.

Я всмотрелась в угол, где раздался голос, и, дрожащими губами, выдавила из себя вопрос, который был неуместно тихим в разгар моего отчаяния.

«Кто вы?» – вырвалось из моего горла, как шёпот.

Мои глаза, полные слёз, искали в мраке ответ, и в этом мраке, казалось, растворялась вся надежда.

Глава 12

Глава 12

Я держу её на руках. Её тело кажется невесомым, будто с каждой секундой из него уходит жизнь. Моя подруга. Моя семья. Всё внутри сжимается, как будто сердце больше не может биться – слишком больно. Слёзы текут по щекам, горячие, бесконтрольные, я даже не пытаюсь их остановить.

– Не уходи… пожалуйста… – выдыхаю я, еле слышно.

И вдруг – голос за спиной. Спокойный. Холодный. До дрожи знакомый.

– Ну здравствуй, Лилит.

Я замираю. Медленно, будто через толщу воды, поворачиваюсь на звук. И вижу её.

Женщина.

Она стоит в нескольких шагах. Высокая, одетая в длинное чёрное платье, облегающее фигуру, как вторая кожа. Чёрные перчатки скрывают руки до локтей. Светлые волосы струятся вниз из-под капюшона, затеняющего лицо. Она почти не двигается – только смотрит. Взгляд из-под тени капюшона ощущается физически, как будто прикасается к моим мыслям.

Я слышала этот голос раньше. Я точно его знаю. Где-то… когда-то… Но память ускользает, не давая зацепиться. Что-то знакомое до боли, тревожное.

И тут приходит озарение. Я помню.

Это она.

Та незнакомка, которую я видела в нашем магазине. Я тогда подумала, что она загадочная и какая-то другая, вслушивалась в их разговор с хозяйкой и наблюдала со стороны. Ничего больше.

Но теперь я понимаю – это точно была она.

Женщина продолжала стоять, почти не двигаясь. Казалось, время вокруг неё замерло. Только мои слёзы ещё катились по щекам, сливаясь с судорожным дыханием.

И вдруг она медленно подняла руки к капюшону.

Движения были неторопливыми, плавными, словно заранее отрепетированными. Тонкие пальцы в чёрных перчатках коснулись ткани, и капюшон начал скользить назад, открывая её лицо.

Я затаила дыхание.

Когда капюшон упал, я наконец увидела её – полностью.

Её кожа была бледной, почти фарфоровой, на грани неземной. Чёткие скулы, идеально очерченные губы. Глаза – светлые, ледяные, почти прозрачные, как лёд на глубокой воде. Они смотрели прямо в меня. Без эмоций. Без сострадания. Без злобы. Только холодное, отстранённое узнавание.

Некоторое время она просто смотрела. Словно изучала. Словно проверяла, насколько я всё поняла.

Молчание повисло между нами, густое, напряжённое.

И потом – голос. Всё тот же. Ровный. Спокойный. Как ветер, проходящий сквозь пустую комнату.

– Узнала, значит.

От его звучания меня прошиб холод. Не потому что он был грубым или пугающим – напротив. В нём не было ни капли эмоций. И от этого было только страшнее.

– Хочешь отомстить? – вдруг резко произнесла она.

Я вздрогнула. Её голос прорезал воздух, как нож. Глаза незнакомки скользнули вниз – к телу моей подруги, всё ещё лежащему у меня на коленях.

Я растерялась. Не до конца поняла, что она имеет в виду. Сердце било тревожную дробь, руки всё ещё дрожали.

Она повторила, на этот раз медленно и чётко, словно говорила с ребёнком:

– Хочешь, чтобы те, кто это сделал, расплатились?

Я молчала. Смотрела на безжизненное лицо подруги… Потом снова на неё. Незнакомка, казалось, потеряла терпение. Она резко подняла руку – и в её ладони вспыхнуло синее пламя. Оно не сверкало, не освещало, не грело – но когда вспыхнуло, меня будто окатило ледяной водой. Я вздрогнула – не физически, а глубже, на уровне души.

Моя одежда осталась абсолютно сухой, но чувство, будто меня вырвали из оцепенения, не отпускало. Я уставилась на неё, всё ещё не до конца понимая, что происходит. Она снова заговорила, глядя прямо мне в глаза:

– Ты жить хочешь? Или мне найти другого?

Слова резанули, как по живому. Я быстро кивнула и, срывающимся голосом, ответила:

– Хочу.

В следующее мгновение она шагнула ближе и резко схватила меня за руку. Её хватка была сильной, почти болезненной. Она потянула меня вверх – и я невольно поднялась, пошатнувшись. В тот момент мир, казалось, начал выстраиваться заново: цвета стали резче, звуки отчётливее. Реальность возвращалась.

Я посмотрела ей в лицо, сжав губы, и прошептала:

– Вы можете… помочь ей?

Её глаза остались пустыми.

– Мёртвым уже не помочь, – ответила она ровно. – Стой молча – и будешь жить.

С этими словами она взмахнула рукой, и вокруг нас, почти беззвучно, поднялся тонкий, мерцающий купол. Воздух внутри словно стал плотнее, и я почувствовала, как пространство вокруг изменилось.

Я испуганно посмотрела на неё, но она не обратила внимания. В ту же секунду послышались тяжёлые, быстрые шаги. Приближались. Всё ближе.

Орки.

Я узнала их по грубым голосам, по рычанию и злому шуму, который они создавали. Сердце замерло. Всё внутри сжалось. Я знала: если они нас заметят – это конец.

Я хотела закрыть глаза, убежать, закричать… но вспомнила слова незнакомки.

Стой молча – и будешь жить.

Сдерживая дрожь, я крепко сжала зубы и опустила глаза. Не двигалась. Не дышала. Не смотрела в их сторону.

Орки прошли мимо. Шумные, яростные, как смерч, они бродили повсюду, что-то выкрикивали на своём уродливом языке, но… нас будто не замечали. Как будто нас здесь вообще не было.

Так мы стояли – я не знаю, сколько. Время растянулось, стерлось. Мир застыл в тревожной тишине, которую нарушали только крики и шаги за куполом.

И вдруг – голос над головой:

– Иди за мной.

Я не сопротивлялась. Просто пошла. Молча, послушно. Я не знала, куда. Не задавала вопросов. Мне было всё равно.

Я шла за ней, стараясь не смотреть на тела демонидов и изуродованных существ, что лежали повсюду. Не смотреть на обломки. Не думать о подруге. Горло сжало. Меня тошнило. Я еле сдерживала рыдания.

И вдруг – знакомое лицо.

Джереми.

Он лежал, неподвижный, глаза полуприкрыты, одежда в грязи. Его мёртвое лицо прорезало меня насквозь. Я схватилась за рот, чтобы не закричать, но слёзы хлынули потоком.

– Не останавливайся, – холодно сказала незнакомка, не оборачиваясь.

Я послушалась. Шла дальше, словно во сне. В голове звучали последние слова Ализы:

Ты должна жить.

Повторялись снова и снова, будто заклинание.Ты должна жить.

Мы брели долго. Я не знаю, сколько. Пространство менялось: улицы, руины, кровь, огонь… И вот, наконец, – мрак. Мы вошли в какие-то узкие, тёмные коридоры. Каменные, глухие, как в склепе.

Женщина – ведьма, колдунья, спасительница, я уже и не знаю – сняла со стены факел. Как будто он был приготовлен заранее. Огнём она зажгла пламя, и тени ожили.

Я последовала за ней, сжимая в ладони кулон – единственное, что осталось мне от Ализы. Слёзы всё ещё текли, и я пыталась вытереть их краем рукава. Она оглянулась – в её лице было раздражение, отвращение, некая усталость.

Но мне было уже всё равно.

Боль и ужас заполнили всё внутри. Безысходность сдавила грудь. Казалось, я больше не человек, а просто пустая оболочка, идущая в никуда.

И только когда впереди мелькнул слабый свет, я осознала – мы выбрались за город.